Текст книги "Империя. Знамя над миром"

– И что сказал мой отец?

– Сказал, да пусть едут, жалко, что ли. Лишь бы подальше были от Италии.

– Логично.

Перебираю бумаги.

– Теперь – Польша. Наступление наше продолжается. Население выдавливаем паровым катком. Да, кстати, Иероним прислал срочное послание.

Маша рассмеялась.

– И чего хочет Бедный Йорик?

Хмыкаю.

– Глупости всякие. Типа, согласен на перемирие. Готов обсудить условия мира. Готов к значительным территориальным уступкам, даже к отказу от Варшавы. Мол, оставьте нам Краков и округу, и мы будем впредь хорошо себя вести. Главное условие – нужно сохранить государственность Польши. В тех или иных границах.

Смешок.

– А ты что?

– А что я? Сказал, что Польша в четвёртый раз теряет свою государственность и в качестве квазигосударственного образования она мне неинтересна. Что он может отречься от короны Польши в мою пользу, а я его сыну найду какую-нибудь другую корону.

* * *

БРИТАНСКАЯ ИМПЕРИЯ. ВЕЛИКОБРИТАНИЯ. ПОБЕРЕЖЬЕ У ЛОУТСОФТА. 22 июня 1936 года

Ад обрушился на эту землю и эту воду. Их огромная флотилия попала в жернова с самого начала. Точнее, не так. Точнее, их начали бомбить ещё на германском берегу во время погрузки. Но многочисленное ПВО сработало довольно прилично, да и истребители помогли, в общем, английская авиация была отброшена с большими для неё потерями.

Переход через Северное море также был полон огней в небе и на воде. Британцы словно с цепи сорвались – подводные лодки, бомбардировщики, торпедоносцы, пикировщики, истребители в конце концов! Да, флот вторжения имел мощнейшие системы прикрытия от угроз с воздуха. Истребители, эсминцы ПВО, противовоздушная оборона на кораблях и транспортах, ручное оружие, палившее в небо куда ни попадя.

Англичане несли огромные потери. Немцы тоже. Но остановить немцев в этот день было просто невозможно.

Командующий первой волной десанта генерал Роммель смотрел на берег в бинокль. Стратегия высадки была проста – пользуясь значительным превосходством на море и в воздухе, просто перепахать бомбами и снарядами всё побережье, смешав бетонные укрепления с песком и открыв дорогу десанту.

Методы маскировки и дезинформации дали свои плоды – конкретно здесь их британцы не ждали. Но и неожиданностью высадка здесь не стала. С севера появилась английская эскадра, которая постаралась оттеснить силы вторжения, но в данной части моря германский флот имел столь большое преимущество, что для боя с британцами понадобилась лишь половина Флота открытого моря, другая же половина, согласно плану операции, вдумчиво перепахивала берег своими снарядами. Летела авиация. Обычные бомбардировщики уже перенесли своё внимание вглубь острова, пикировщики всё ещё расчищали путь десанту, перемалывая всё на берегу.

И вот с первой линии транспортов десант начал прыгать в прибрежные волны. С берега ударили пулемёты неподавленных огневых точек. Заработали противоминные орудия эсминцев, стараясь подавить очаги сопротивления.

– Херр генерал, бритты в воздухе!

Роммель поднял взгляд в небо.

Огромное количество бомбардировщиков заходило на побережье с запада. Им наперерез бросились немецкие пилоты, вновь заухала и застрочила противовоздушная оборона, англичане несли огромные потери, но они летели с отчаянием обреченных. И они прорвались.

Бомбы усеяли всё побережье. Огонь. Разрывы. И газ.

Ну, у каждого из десанта есть противогаз, так что последнее не так страшно.

Но першит что-то в горле…

* * *

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. АДМИРАЛТЕЙСТВО. ЗАПАДНАЯ МОРСКАЯ СТАВКА. 22 июня 1936 года

Сегодня мы зрители.

Зрителям обычно не достаются овации публики. Все взгляды почтенной публики обращены на сцену.

Сцена.

Как там? Весь мир – театр, а люди в нём прожектёры?

Не все, конечно. Только те, кому милостиво дозволено освещать почтенной публике те места, на которые нужно смотреть. Сопереживать. Любить. Восторгаться. Гордиться. По ком носить траур.

Да. Как и всегда.

Игроки Мраморного клуба уже перевели свои основные капиталы из Европы. В Россию. В США. В Аргентину.

Более мелкий капитал также двинулся из Англии и Германии. Британцы в колонии или в США, немцы в Африку, Россию и Аргентину. Впрочем, и часть британских капиталов утекала сейчас в Южную Америку. Конкретно – в Бразилию.

Что ж, в Южной Америке, в тихой гавани, формируется свой «южноамериканский тигр» – группа стран, которые совершат экономический и технологический рывок в ближайшие времена. Деньги Ротшильдов дали обильный урожай.

Посмотрим. Ещё не кончилось время.

Ещё не кончилось лето.

Ждём.

Новости о высадке десанта были крайне скупы. Нас неофициально информировали немцы. Нас не информировали официально британцы. Но суть оставалась понятной – невзирая на огромные потери, германцы высадились и закрепились. Их положение поддерживали флот и авиация. Транспорты с конвоем отправились за новой партией «солистов до ансамбля».

В общем, англы немцев сбросить в Северное море не смогли. Но и германцы пока не опрокинули оборону лаймов в глубь страны.

Ждем.

Всё только начинается.

Эпилог. Знамя над миром

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. МРАМОРНЫЙ ДВОРЕЦ. КАБИНЕТ ЕГО ВСЕВЕЛИЧИЯ. 23 июня 1936 года

Мраморный дворец мы как-то купили по случаю. У короля словакорусинского Яна Первого, урожденного князя императорской Крови Иоанна Константиновича. Тот как раз строил себе новый роскошный дворец в Новом Илионе, да и дворец в Константинополе требовал средств на содержание. В общем, мы сторговались.

За прошедшие годы дворец был серьезно модернизирован, а местами даже серьезнейшим образом перестроен. Под землей в основном. Подвалы превратились в целые этажи и галереи, вплоть до серьезного противоатомного убежища. Вдоль Невы проложили подземный туннель, по которому мы могли спокойно ездить по одной линии в Ново-Михайловский дворец, Владимирский дворец, Зимний дворец, Адмиралтейство и обратно на комфортабельном электрическом экипаже марки «Тесла Электро». В общем, Мраморный дворец стал образцом передовой технической, военной и прочей мысли, в том числе и в части бытового комфорта. И наши квартиры в нём тоже стали самым ярким образцом прогресса, как тут без него.

Зимний дворец мне никогда не нравился. Глупое и напыщенное сооружение. Конечно, я там появлялся, когда были официальные мероприятия, но жили мы в Санкт-Петербурге именно в Мраморном дворце.

Я предлагал Зимний дворец Сашке под резиденцию, но тот лишь скривился. Сказал, что он прекрасно поживёт и в Ново-Михайловском дворце. Ну, как говорится, хозяин – барин. Впрочем, повторюсь, я его понимаю. Маша – тоже.

В Зимнем тоска смертная.

Понятно, что в Ново-Михайловском и Зимнем дворцах имелись свои бомбоубежища, но отнюдь не противоатомные, так что в угрожаемый период Сашка должен был перебраться к нам, хотя и не лучшая идея собирать все яйца в одну корзину. Поэтому резервом для сына служил глубокий противоядерный бункер Адмиралтейства. А огромный ядерный бункер под Генштабом предназначался для населения центральной округи Петербурга.

В общем, после вчерашней программы заморских развлечений Сашка вежливо откланялся и отбыл домой, в свой дворец, а мы с Машей поехали в свой.

Сейчас я листал бумаги, делал пометки, сравнивал цифры в разных отчетах от разных же министерств и ведомств, читал донесения с фронтов, короче, страдал всякой государственной фигнёй.

Дела в целом шли не так чтобы хорошо для нас, но вполне терпимо. Война, прогнозируемо, затягивалась, немцы и британцы колошматили один другого по всем частям их державных тел, фронты, в общем, стабилизировались, а меж тем на дворе уже по факту была середина лета. Англичане смотрели на календарь с надеждой, германцы с явно нарастающей нервозностью. Ещё месяц-полтора и ведение любых морских операций станет в этом регионе непрогнозируемым, а потом и вовсе опасным. Конечно, какие-то конвои будут прорываться, но никаких конвоев не хватит обеспечить всю Англию – с одной стороны, и всю группировку немецких войск на острове – с другой.

И стороны эти нещадно бомбили друг друга. Крупные города. Железнодорожные узлы и центры промышленности, морские порты – всё это было не только законной, но и желанной целью авиаударов. А поскольку воздушная война (как и морская) явно вышла за пределы всяких правил и приличий, то немцы и британцы трепали друг друга, мама не горюй.

Уверен, что по оба берега Ла-Манша уже горько жалеют о том, что влезли в эту мясорубку. Ущерб их промышленность несла колоссальный. Никакие их мощности и склады не могли справиться с обеспечением армии, авиации и флота не только новой техникой, но и просто элементарными вещами в достаточном количестве. Немцам во многом было проще – ведь у них были дифференцированные поставки, поскольку они получали всякого рода вооружения с припасами и по железной дороге, и морем, и автотранспортом. Тем более что поляки таки капитулировали и наши войска в первую очередь брали под контроль стратегические магистрали. Да и устраивать охоту британской авиации на наши транспорты было реально опасно. Для англов. Через Балтику мало того, что ходили наши конвои, серьезно прикрытые от угроз как с неба, так и из-под воды, но британцы понимали самое главное – потопление любого судна или корабля Единства может стать тем самым casus belli, который даст нам повод и официальную причину вмешаться. А мы ещё самым наглым образом уведомляли о прохождении и составе наших конвоев на Балтике. Англичане, разумеется, выражали самый решительный протест, но мы на их протесты плевать хотели, о чём им прямо дипломатически и говорили.

Конечно, на перевозки сушей британцы охотились с воздуха, но люфтваффе не дремало, включая их многочисленные полки ПВО.

Пока Германия свалку выигрывала. Но слишком медленно чаша весов склонялась на её сторону. Первый месяц войны не сокрушил Британию, как на это надеялись в Берлине.

Да, лаймам было непросто. Пришлось затянуть пояса и ввести по факту карточную систему. Миллионы людей кинулись прочь из больших городов, портов и железнодорожных узлов в сторону мелких городишек и сельской местности. Мужчин старались ловить за руку, отправляя под мобилизацию или возвращая в стратегические отрасли экономики, но помогало это мало, поскольку в стране пока творился полный хаос, а тут еще и немцы разбомбили цепь узловых железнодорожных станций между Англией и Шотландией.

Применение британской армией остротоксичного боевого химического оружия против высадившихся германских войск, конечно, нанесло весьма серьезный ущерб численности личного состава Экспедиционной армии Фрича, но одновременно крайне разъярило немцев по обе стороны Северного моря. Нужно ли говорить, что на головы британцев полетело буквально всё? Я даже опасался применения немцами (и сторонами вообще) бактериологического оружия. Но пока Бог миловал.

Но Лондон, после массированной бомбардировки вакуумными, химическими, зажигательными и просто фугасными бомбами, превратился в город-призрак. Впрочем, Берлин и тот же Гамбург были ничем не лучше. Да и по другим ключевым городам ситуация была ещё та у обеих противоборствующих сторон.

В общем, пока нас ход войны примерно устраивал. Американцев вроде тоже. Они выжидали. Отправляли конвои, но тут вышла неоднозначность – немцы потребовали от конвоев останавливаться в определенных точках океана и допускать на борт досмотровую партию от германского флота на предмет выявления военных грузов. Если таковые выявлялись, то экипажу предписывалось покинуть корабль, а само судно топилось торпедой. Пока и янки, и тевтоны ещё игрались в приличия, но я был уверен в том, что совсем скоро ситуация выйдет из-под контроля, и США будут полноценно втянуты в эту войну.

Америка и Британия очень давили на Японию, предлагая для оккупации голландские колонии в районах Индийского и Тихого океанов, японцы пока вежливо юлили, но что там в Токио решат – бог весть. Мы им, конечно, прямо намекнули, что все наши с ними договорённости касаются только войны с англосаксами (и с США, в частности), в других же случаях – Бог подаст. И три наших эскадры Тихоокеанского флота. И авиация. А атомный взрыв Хирохито видел своими собственными глазами.

Не то чтобы мне было жалко Голландию и её колонии, но порядок должен быть. Иначе некоторые тут же забудут, кто тут папа.

Возвращаясь же к немцам, то пока у них был главный затык в количестве плавсредств для обеспечения существующей группировки Армии Фрича, а тем более для существенного расширения своего там контингента. Так что Берлин лихорадочно скупал по всей Европе и миру всё, что могло пригодиться для транспортировок всего и вся в Туманный Альбион.

Конечно, если бы Германия каким-то чудесным образом смогла переправить в Великобританию всё то, что они подготовили к вторжению, то Англия бы уже накрылась медным меховым тазом. Но пока нет. Да и асы Геринга с трудом справлялись со своими задачами, а флот Германии тоже блистал далеко не всегда.

Британцы же ждали подхода множества боевых кораблей из своих доминионов, а также из США с «добровольцами» в экипажах. Все-таки Гранд-Флит понёс просто колоссальные потери, особенно в части обученного личного состава. Но помощь из-за океанов Британии придёт. Так что в этом плане у немцев тоже цейтнот. От силы месяц на всё про всё. Иначе ход войны может принять уже совсем другой оборот, тем более что немцы этот месяц тоже находились под жестокими ударами и сил на долгую войну может банально не хватить.

Потери сторон, конечно, просто чудовищные. И это только начало.

Начало Глобальной войны.

И мы ещё не начинали.

Знамя наше ещё не развёрнуто.

* * *

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. МРАМОРНЫЙ ДВОРЕЦ. КВАРТИРА ИХ ВЕЛИЧЕСТВ. 23 июня 1936 года

– А что ты мне подаришь на годовщину нашей свадьбы?

Улыбаюсь, путая носом её волосы.

Шепчу на ушко:

– Хочешь, я подарю тебе какую-нибудь страну?

– Фи. Ты обещал бросить к моим ногам весь мир…

– Я исправлюсь…

Сладкий вздох.

– Ой, ну что ты делаешь…

Целую её шею.

– Как говаривал классик: Я вас хочу, чего же боле? Чего ещё могу сказать?

Смех.

– Классик так не говорил.

Шепчу:

– Ну, почти так. Неважно, что он там написал на бумаге, уверен, что в душе он именно так и думал, обращаясь к своей Натали…

Беру её на руки. Маша обвивает руками мою шею и шепчет горячо:

– У тебя же там война…

– Война никуда не денется. Весь мир будет у твоих ног. Обещаю.

Продолжение следует…