Читать книгу "Даже если вам немножко за 30, или Герой (не) моего романа!"
Автор книги: Настя Любимка
Жанр: Юмористическое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: 16+
сообщить о неприемлемом содержимом
Глава восемнадцатая
В любом случае передо мной явно несчастный человек. Мир лихорадит, дети рождаются нездоровыми, наместники бурю в стакане устраивают, еще, считай, евнухом сделался. Конкретно не везет мужику. Прям за все поколение перед божком ответ держит.
– Вижу, вам не понравилась моя откровенность. Но боюсь, мне не по карману иллюзии и грезы о высокой любви.
– Я знаю, как и то, что жен вам выбирали наместники.
– Кроме вас.
– И еще двух леди, – я кивнула.
Вот ведь, а все так хорошо начиналось: серенада, сердечные откровения… и ложка дегтя… Закон подлости во всей красе.
– Научите, – вдруг тихо попросил принц. – Научите меня любить так, как умеете вы. Я готов максимально раскрыться.
«И этот туда же!» – мысленно фыркнула я.
Научите его любить. Да где ж такому учат? Чувства или есть, или их нет. Интересно, принц мужик умный, может, он параллель провел с моих слов, когда я просила больше времени вместе проводить, и сделал вывод, что здоровые дети рождаются в любви? Так-то вывод верный…
Щеки мягко коснулись пальцы мужа. Он осторожно, но настойчиво заставил меня посмотреть на него.
– Я готов быть искренним, настоящим, но… Хотите ли вы этого, Сабина?
Сиреневый омут его глаз был не просто притягательным, но и желанным. Так на меня даже Юра никогда не смотрел. Этот видел во мне надежду, а тот считал, что ему еще и должны, желательно доплатить за наш с ним союз и все-все простить.
– Вы еще чувствуете меня? Или связь работает только во время сильных эмоций?
– Всегда. Она работает всегда, пока…
Договаривать не имело смысла. Что ж…
Почему я решилась спеть песню? Потому что она как нельзя лучше подходила к ситуации. Принц подарил мне чарующую мелодию, я ему – слова о том, как может быть и как можно использовать то, что дал ему брачный ритуал. А заодно показала, что и я могу раскрываться. Он ведь боялся петь? Значит, высоко оценит мой порыв.
У Сабины был не такой сильный голос, как у Анны Герман, но мурашки на руках мужа вызвать сумел. Я пела, глядя в глаза высочества, а видела родную Землю и то, как кружилась под эту песню с Юрой на нашей свадьбе. В какой-то момент горечь от несбывшихся надежд захлестнула меня, кинула в водоворот прошлого, но не затянула. Не затянула, потому что принц почувствовал перемену и нежно сжал мою ладонь, а затем и обнял, делясь своим теплом. Я немного запнулась на последнем куплете, но все же спела и его. И пусть я не верила, что в нашем случае будет именно такая любовь – вечная, но мечтать-то о такой любви не запрещено?
С минуту после того, как я закончила, принц молчал, а затем прошептал мне на ухо:
– Данерт. Меня зовут Данерт.
– Бонд. Джеймс Бонд[17]17
Джеймс Бонд (англ. James Bond) – вымышленный секретный агент британской спецслужбы МИ-6, главный герой книг Яна Флеминга, а также их экранизаций.
[Закрыть], – пробормотала я.
– Что?!
«Ой ду-ура!»
– Данерт, – протянула я, улыбнувшись. – Очень красивое имя. Благодарю за оказанное доверие.
Что я еще должна была сказать? Правда, я так и не поняла, почему муж нахмурился, да еще выжидательно уставился на меня.
Чего я не так сделала? Что я там бормотала, он вряд ли расслышал. В коне концов, не в реверансе же опускаться, пришибленной оказанной честью…
И тут-то меня озарило!
Память Сабины нахлынула волной, унося меня из сада в просторную столовую в поместье Анлунирона. Он тогда был прилично навеселе и охотно отвечал на любые вопросы обретенной родственницы. И когда Сабина невинно поинтересовалась, а как зовут будущего короля, тот не повелся, но честно рассказал о том, как должны вести себя лорд или леди, которым принц оказал милость, назвав свое имя до коронации.
Это целый ритуал с ручкоцелованием, точнее целованием перстов наследника и с произношением традиционной витиеватой фразы. И вот этого я и не сделала. Конечно, можно списать на то, что я такого не знала, но что-то мне подсказывает, что об этом знают все, кто имеет высокий статус и кто приближен к королевской семье. К тому же… дядюшка Сабины ей об этом поведал.
И как выкручиваться?
– Данерт, ты сильно обидишься, если я не стану целовать твои пальцы? – Я решила брать быка за рога. Да и от этого «вы» давно скулы сводит. А тут и повод хороший: так сказать, познакомились. – Мы на природе, мало ли чего ты руками трогал, и их не мыл. А у меня дети…
«Внутри, угу».
Я несла откровенную чушь, банально заговаривая ему зубы. Ну оплошала, с кем не бывает? К тому же не общалась я раньше с птицами такого полета. Нет у нас королей и царей, давно нет. Есть, правда, такие, как Пал Скотиныч, но он отдельная песня, его влегкую можно было сбить с мысли случайно расстегнувшейся на блузке пуговицей. И его запал сходил на нет.
Единственное, что потом отбиваться приходилось от предложений интимного плана. А тут целый принц, у которого имеется личный гарем из таких экзотичных «птичек»… Этого обнаженной грудью не возьмешь. Чего не скажешь о болтовне и глупостях, а еще детях… По идее, должно сработать. Одного жаль – момент упущен. Момент той близости, которая сподвигла мужа на признание самой сокровенной тайны – своего имени.
– …вредно, и кто его знает, что может спровоцировать отторжение. К примеру, пыльца незнакомых цветов. Ну, не будем о грустном, – выдохнула я и вновь широко улыбнулась. Сложно не улыбнуться, видя такое ошалевшее выражение на лице благоверного. Надеюсь, все-таки благоверного. – Так вот, мне безумно приятно наконец узнать имя своего мужа. Я обещаю, что сохраню твою тайну до тех пор, пока не произойдет твоя коронация.
– Коронация? – вычленив знакомое слово из всего, что я наговорила, переспросил муж и неожиданно признался: – Боюсь, бог покарал меня…
«Этот дурачок сам себя покарал», – мысленно фыркнула я, но ничего говорить не стала.
– Но ты права, Сабина, не стоит о грустном. Может, ты желаешь вернуться во дворец? Мне доложили, что ты так и не позавтракала.
– Не нужно терять надежды, – прошептала я, – иногда вера становится мощнейшим оружием. А если верит хотя бы один, обязательно случается чудо. Нас двое, Данерт, а скоро станет еще на два человечка больше.
И тут мой желудок решил напомнить, что земляники таки было маловато. Я не покраснела и даже не смутилась. Что естественно, то не безобразно. Особенно если ты беременна. Да еще и двойней. Мой организм за троих работает!
– И все же я настаиваю на возвращении. – Муж первым поднялся и протянул мне руку. – Завтракать, а позже…
– Что позже?
– Сюрприз.
– Еще один? – неподдельно удивилась я.
Чего он еще удумал?
– Сегодня я в твоем распоряжении, – притягивая меня к себе, сообщил муж.
Меня немножко напрягла такая близость. Или правильнее сказать, что взволновала? Обнимались мы довольно горячо!
– И я устрою тебе настоящий праздник, ты веришь мне, Сабина? – Данерт наклонился так, что его губы были в паре сантиметров от моего рта. Я буквально ловила его дыхание своими губами. И честно, мысли о том, чтобы отстраниться, не возникло. Я вообще-то живая, обстановка еще романтичная, мужик красивый и горячий, праздник мне задумал, песню вот посвятил, историю из жизни поведал, как не очароваться?
Вот и я поддалась импульсивному желанию. Не стала отталкивать мужчину, которому требовалось живое тепло. А может, живительная энергия поцелуя? Ох, я такими темпами и стихами заговорю.
Этот поцелуй отличался от прочих. Абсолютно другое отношение ко мне. Не было ни жадности, ни опаляющей страсти. Не было торопливости или властности. Мы будто бы заново знакомились друг с другом. Словно и не было ни той ночи, ни того вечера, когда одурманенный наследник мечтал приобщиться к моему телу.
Зато была нежность, такая, о которой пишут в любовных романах. Такая, от которой мурашки бежали по спине и рукам. Такая, которой казалось мало. Нежность, что окутала рассветным солнцем и каплями росы. И совсем неважно, что сейчас не раннее утро. Этот поцелуй ассоциировался у меня со свежестью рассвета, радостью нового дня и предвкушением чего-то неизведанного, но хорошего.
– Вы на вкус, как земляника, – отстраняясь, прошептал муж. – Такая же манящая, но совсем не приторная. Мне нравится, очень.
«Тоже мне, гурман нашелся! Опять выкает!» – мысленно фыркнула я, но вслух ничего не сказала. Даже то, что его поцелуй не казался мне противным. Как я уже говорила – пока не до авансов.
Слишком уж стремительные перемены в поведении, стоит немного понаблюдать. Но целуется он мастерски, конечно.
– Пойдемте, – приобнимая меня за талию и не дождавшись от меня хоть какой-то реакциями на свои слова, произнес муж. – Я провожу вас в ваши покои.
– Данерт, вы считаете невозможным отбросить официальное обращение, когда мы наедине? – спросила прямо в лоб. – Вы сбиваете меня с толка.
– Обещаю исправиться. Никаких высочеств и леди, когда мы наедине, только ты и я, – играючи парировал он и легко повел меня прочь от пруда. – Я тоже подвержен привычкам.
– И эта не самая страшная, – выдохнула я и улыбнулась, – благодарю за понимание.
Дальнейший путь до дворца мы проделали в молчании. Почему соблюдал тишину принц – не знаю, а вот у меня в голове было пусто. Зато активизировался желудок. Я хотела кушать и ни о чем другом, кроме как о еде, думать не могла. А потому, попрощавшись с мужем у своих покоев, пулей полетела мыть руки и в столовую кушать!
* * *
Сама не поняла, как умудрилась уснуть. Честное слово – я не планировала после завтрака спать! Оно само как-то вышло. Вообще, если взять время беременности, то все прелести меня только ожидали, а потому я не подумала, что в моей усталости виновато мое положение. Скорее, от утренней прогулки и того, что на ней произошло, спало напряжение, в котором я находилась долгое время.
Да, толком еще ничего не было решено, однако имелся уже далеко не призрачный шанс на то, что я двигаюсь в правильном направлении. Причем не только я.
Конечно, меня с некоторой стороны мучила совесть – я занимала чужое место. А с другой… Сабина целенаправленно шла к мести, она ее хотела, остановившись лишь в последний момент. Это не оправдание и не приговор, но… Я своими неосторожными словами на могилах родителей просила о смерти. И получила, когда жить уже снова захотелось. То есть как бы там ни было и как бы цинично это ни прозвучало, рано или поздно, так или иначе, хоть через одно место, но мы получаем то, что хотели.
Больше всего Сабина хотела, чтобы о своем поведении и решении пожалел Анлунирон. Сейчас я могу точно сказать – ее желание сбылось. Раз уж муж молчит о том, что с его другом стало, можно сделать вывод, что явно ничего хорошего.
Красиво или нет, а жизнь продолжается. И сейчас именно в моих руках судьба детей и будущее. Хотелось бы счастливое, а потому… Нужно уметь начинать все сначала, оставив за плечами прошлое. Правда, при том не торопиться и не строить ложных иллюзий.
К чему я вообще об этом? Да к той панике, что устроили служанки, когда миледи изволила спать практически до самого вечера, пропустив обед. Но самое страшное было иное: распоряжение его высочества, которое они никак не могут выполнить. Я должна была быть готовой к очередному сюрпризу не позднее чем за час до ужина.
А я сплю. И орте Сигуран будить не велел. И вообще цербером в дверях встал, не пуская особо отличившихся служанок, которые громко поведали о том, что с ними сделает наследник, коль они ослушаются и не помогут его жене должным образом встретить мужа.
Собственно, от этого я и проснулась. От возмутительного почти скандала. Почти, потому что служанки хорошо помнили, что перед ними тоже высокородный, да еще сильный маг. Но, видимо, страх перед Данертом был куда сильнее. Интересно, прецеденты были, что ли? Мне принц не показался тираном. К тому же он хорошо понимал, что я утомилась после болезни и первой своей прогулки, после вынужденного заточения в покоях. И здоровый сон, в конце концов, никому не вредил.
То есть я ни за что не поверю, что за мое опоздание или то, что я бы вообще проспала, муж наказал бы служанок… Зато у меня появился отличный повод стребовать тех, кого присмотрел недофей. Зачем мне идиотки, нарушающие покой? А вдруг они также орать будут, когда появятся дети?
Право слово – подфартило!
Но цирк надо прекращать, однозначно.
Когда я распахнула двери спальни, служанки перешли на новый виток – пытались слезами выпросить разрешение на побудку. Орте Сигуран явно посмеивался над их потугами, но стоял как скала. То есть не пропускал в святая святых. Вообще, интересно, а чего он-то тут забыл?
– Достаточно, – потребовала я. – Орте Сигуран, что здесь происходит?
Нет, я конечно, и так все слышала, но леди ж не пристало подслушивать за дверями, даже если за порогом общаются достаточно громко.
– Миледи, – синхронно воскликнули три служанки и поклонились.
– Миледи, – повторил дедочек и тоже склонился. Однако быстро поднялся и усмехнулся. – У нас тут превышение полномочий. На вашем месте, леди Сабина, я бы сменил прислугу.
Вот уж не ожидала от него подобной категоричности и абсолютной безразличности к трем женщинам, что буквально опешили после его слов.
Вмешиваться в наш диалог им было не позволено по статусу. А потому они молчали, хватая губами воздух, как рыбки, которых вытащили на берег.
Вообще-то я была с ним согласна. Его слова не шли вразрез с моими планами. Но мне показалось, что обыкновенно орте Сигуран куда тактичнее. И меня удивляло то, почему он при служанках заговорил об их увольнении. Впрочем, по-хорошему, сами виноваты. Наследника слушаться нужно, но зачем считать, что будущий король идиот и деспот? Именно этот вопрос я и прочла во взгляде дедка. И стало совершенно понятно, отчего он так разозлился. Я была с ним солидарна.
При этом что-то ведь побудило служанок действовать нахрапом? Вряд ли уж они всерьез полагали, что их накажут за то, что временная жена изволит спать.
– Благодарю за охрану моего спокойствия и сна, – улыбнулась Сигурану, – я обязательно обдумаю ваш совет, а пока мне действительно требуется привести себя в порядок.
Я кивнула служанкам, позволяя тем пройти в спальню, и чуть наклонила голову, прощаясь с дедком.
– Я загляну к вам после возвращения, – поклонился старый маг.
– Конечно, обязательный ежевечерний осмотр, буду вас ждать.
– Миледи. – Орте Сигуран вдруг шагнул ко мне вплотную и едва слышно посоветовал: – Одевайтесь так, чтобы вам было удобно. Скажем, как на обыкновенную прогулку по поместью, в котором вы воспитывались.
И пока я соображала, с чего вдруг такие советы, покинула меня.
С чего вдруг – я поняла позже. Когда, выйдя из купальни, увидела платье, которое для меня приготовили служанки. Такни на нем слоя три, а то и больше. И плотной такой, как бархат. Мало того, оно было обшито таким количеством камней, что я не на шутку засомневалась, а под силу ли мне вообще подобное носить? Вот оденешь нечто подобное – и у тебя позвоночник проломится.
Шикарный ответ, что мы с наследником должны выезжать за пределы дворца и мне по статусу положен такой наряд, меня не вдохновил и не удовлетворил.
Я еще в своем уме, и подобное носить не согласна. Никакие возражения принимать не стала. Молча прошла к огромному шкафу, где находилась одежда. Осталось только понять, что и куда носится, а чего брать нельзя. Все-таки на Земле с этим попроще. Нацепил джинсы и майку, и айда гулять. Здесь же в основном платья в обиходе. Длинные в пол.
– Миледи, вы должны выглядеть соответствующим образом. Это ваш первый выход к подданным в новом статусе. А посему… – произнесла следующая за мной по пятам служанка, чьего имени я до сих пор не знала, да и, откровенно говоря, не интересовалась. Ибо некогда было. – Пожалуйста, позвольте вас одеть, у нас осталось не так много времени до прихода его высочества.
Я вообще не люблю, когда мне указывают и не считаются с моим мнением. Но еще больше я не люблю, когда мою жизнь подвергают опасности. А подобный наряд – бомба замедленного действия. И то замедленного потому, что идти в нем быстро вряд ли получится.
– Одеть позволю, – спокойно произнесла я, буквально зарываясь в шмотки, – но не в то, что вы мне приготовили. Ношение данного наряда негативно скажется на ребенке.
Пока мне попадались только платья и почему-то пеньюары. Вообще, я полагала, что у временных жен должна быть просторная гардеробная. Такая, чтоб вошла, а всюду полки и вешалки. Ан нет. Тут черт ногу сломит, и хоть что-то понять не получается.
Одна я явно не найду требуемое. М-да…
– Он зарегламентирован, миледи. И для прогулок по столице вам положено носить вещи с отличительным знаком рода мужа.
– Знаете, под этой кучей камней не то что знак рода рассмотреть невозможно, но я даже самого платья толком не вижу: куски ткани и камни, на этом все.
– Тем не менее, это официальное одеяние для временной жены его высочества, когда она покидает пределы дворца. Вы обязаны подчиняться этикету, миледи.
И смотрит с такой улыбочкой, едва уловимой, но видимой, что хочется вот взять и за чепец оттаскать. Прямо взбесила меня.
– А регламент одежды для беременных временных жен его высочества существует? – усмехнувшись, уточнила я.
Не может не существовать. Господи, дресс-код по-королевски.
– Да, миледи.
– Этот наряд соответствует предписанному?
– Нет, – тихо, настолько тихо, что я по губам поняла ответ, произнесла та, что была старшей из троицы.
– Тогда почему вы подготовили его?
– Миледи, у вас ранний срок и вы можете…
– Не могу, – отчеканила я. – Не могу и не имею права рисковать своим ребенком. За ненадлежащее исполнение обязанностей, у каждой из вас будет вычтено из жалованья двадцать процентов.
– Но…
– Вы еще и спорить будете? – Я нахмурилась. – Полагаю, его высочество с удовольствием выслушает ваши претензии. Он ведь уже скоро будет здесь?
Я рассчитывала, что упоминание о муже подействует на них должным образом. То есть остудит и заставит все-таки подобрать мне нормальную одежду. Но добилась противоположного эффекта. И не могла взять в толк почему.
– Миледи, извините, но вы не вправе нас наказывать. Это особое распоряжение его высочества. Все, что касается служанок, приставленных к временным женам его высочества…
Ее слова оборвал требовательный стук. Если честно, я думала, принц подождет меня в гостиной и не станет ломиться в спальню. Но он решил иначе.
Моего разрешения ему не потребовалось, двери распахнулись, являя на пороге мужа. Между прочим, неброско одетого мужа!
– Ваше высочество, – синхронно склонились служанки.
– Вон, – тихо сказала я им и посмотрела на принца.
Глава девятнадцатая
– Сабина, – обратился ко мне муж, когда служанки вылетели из спальни. – Что так сильно тебя расстроило и разозлило?
– Что? – удивилась я.
– Я же чувствую тебя. – Данерт приблизился и осторожно взял меня за руку. – Не нужно так волноваться.
На самом деле он был прав. Я чего-то слишком распсиховалась. Если бы он сейчас не пришел, чувствую, что и пару оплеух особо наглым служанкам отвесила бы. Хотя я не склонна к рукоприкладству. С чего бы такая кровожадность?
– Почему я не могу наказывать своих служанок? – в лоб спросила мужа. – Посмотри, что они мне приготовили для нашей прогулки.
Платье, кстати, лежало на кровати.
– Я отказалась надевать его, потому что оно слишком тяжелое, и, откровенно говоря, в нем будет очень жарко. Ткань плотная… Подготовить что-либо другое они отказались, ссылаясь на регламент. А потом выяснилось, что есть еще регламент одежды для жен в тягости, и этот наряд также не подходит. Так почему я не могу удержать из их жалованья двадцать процентов за ненадлежащее исполнение своих обязанностей? Мало того, они ведь еще и безобразную истерику под дверями закатили, пока я спала.
Еще немного – и разревусь. Что за ерунда?!
– Тише, девочка, это моя вина. Не плачь. – Я и сама не поняла, что плачу. Надо же… Что со мной происходит?! – Я все исправлю, а эти отправятся на конюшню, клячам там самое место. Хочешь, мы подберем тебе других служанок? Ты сама выберешь?
– Хочу, – тут же отозвалась я. – Очень хочу. Данерт, я не знаю, чего плакать начала. Я не собиралась этого делать.
Признание получилось тихим. И как он понял, что я сказала?
Но от его улыбки, широкой и доброй, мне стало легче.
– Потому что ты носишь наших детей, твой организм очень чутко реагирует на внешние факторы. Это не страшно. Просто ты стала эмоциональнее и чувствительнее ко всему, что происходит с тобой, и к тому, что тебя окружает.
Точно! Гормоны! Во всем они виноваты!
– К тому же я уверен, что у наших детей активная магия.
– Чего?
– Активная магия, – терпеливо повторил он и потянул меня к кровати. Усадил и сам сел рядом, при этом продолжая держать меня за руку. – Думаю, через месяц станет окончательно понятно. И если это так, то тебе будут доступны некоторые чудеса.
– Магия? Я смогу пользоваться магией?
– Да. Но только во время беременности. Потом…
Понятно, что потом после рождения ее не будет.
– А это не навредит детям?
– Нет, даже наоборот. Тебе будут доступны излишки магической энергии, то, что необходимо выплеснуть. Поэтому нет, Сабина, детям это никак не навредит. А вот окружающим может.
Только разглядев его лукавую улыбку, я смогла сообразить, что принц шутить изволит. Или подтрунивает.
– Если тебя сильно разозлят, обидчик пожалеет мгновенно – магия за тебя отомстит.
– И как часто такое бывает у…
– Моя мама, когда носила Зевиля, однажды заставила фрейлину позеленеть. Полностью. Причем это случилось ненамеренно, когда леди изъявила желание понять, каково это быть в положении.
– Невероятно, – прошептала я, хихикнув. – Она позеленела, и ее выворачивало? Мучила тошнота, я права?
– Абсолютно, – подмигнул Данерт. – Вот ты и успокоилась. Умница.
Попробуй тут не успокоиться, когда сам принц тебя утешает, причем действует так ненавязчиво, спокойно, я бы сказала, что заразительно спокойно. Между прочим, я оценила. Как и заметила то, с какой теплотой и нежностью он говорит о детях. Бедный мужик, честное слово!
– А наряд я тебе сам подберу. Доверишься?
– Э… да, конечно.
Данерт мгновенно поднялся и отправился к шкафу. Активная магия… что я знаю об активной магии? Ничего… И Сабина тоже сведений не имеет. Почему она не интересовалась этим вопросом? Хотела ведь замуж за Анлунирона, так почему ничего не выяснила о беременности от мага? Или она полагала, что раз сама не обладает ею, то и ее дети не будут? Глупость какая. Тут и дураку ясно, что от одаренного хоть какая-то искорка чуда, но ребенку достанется.
– Никуда не годится, – вдруг произнес муж, заставляя меня вынырнуть из своих дум. – Сабина, завтра же к тебе придут модистки для смены гардероба. И комнаты ты тоже сменишь.
– Что?
– Они тебе не подходят.
– Как скажешь, – пожала плечами.
В-принципе, неплохие комнаты. Чем они ему не угодили?
– А куда мы идем? – решилась спросить.
– Вообще-то это сюрприз, – не поддался Данерт. – Но одно могу точно сказать: тебе обязательно понравится.
Я не успела ответить, как раздался стук. Учитывая, что я никого не ждала, он меня напугал своей неожиданностью. А вот муж был невозмутим и властен.
– Войдите, – потребовал он.
В комнату просочились две служанки, совершено мне незнакомых. Они мне точно ни разу не прислуживали. Впрочем, а чего я сомневаюсь в словах принца? Раз сказал, что на конюшню тех нахалок отправит, значит, уже взял и отправил.
А вот в руках у служанок была одежда: длинная в пол юбка темно-сиреневого цвета, белоснежная блузка с воротником из кружев и длинными, расходящимися к кисти рукавами, жилетка в тон юбке, коротенькие сапожки и шляпка с вуалью.
Интересный набор. Такого у меня точно в гардеробе не было. Там, кроме платьев и сорочек, кажется, вообще ничего не было.
– Ваше высочество, миледи, – синхронно склонились они, ожидая дальнейших указаний.
– Помогите миледи переодеться, – произнес муж и обернулся ко мне, – я подожду вас в гостиной.
Его слова не разошлись с делом. Как только за ним закрылась дверь, служанки проворно убрали приготовленное платье и разложили на кровати ту одежду, что принесли они.
Откровенно говоря, их вариант мне нравился куда больше. Он не выглядел ни бедно, ни вычурно. Мне очень понравился узор, который начинался на блузке и буквально расцветал на юбке. Золотистые нити сплетались в причудливый орнамент и казались мне изысканным украшением. Уж по сравнению с драгоценными каменьями на платье – точно.
Переодевание, как и прическа, не заняло много времени. Шляпка с вуалью мне необыкновенно шла. Я раньше никогда подобное не носила. Впрочем, нынешняя я и прошлая разительно отличались. Здесь я голубоглазая блондинка, на Земле была темно-русой, с глазами болотного цвета.
Я качнула головой, прогоняя непрошеные мысли. Той меня больше не существует. Есть нынешняя я, и другой уже не будет. Поэтому нужно привыкать думать о том, что Сабина – это я. А Сабрины нет.
– Миледи, позвольте сказать, что вы невероятно красивы, – подала голос одна из служанок, подводя меня к зеркалу. – Вам необычно идут королевские родовые цвета.
– Благодарю. – Я разглядывала себя в зеркале и улыбалась. Действительно идут.
И вообще я прехорошенькая. Мне нравилось мое отражение. Отвратительное настроение, вызванное поведением прошлых служанок, улетучилось. Вот что творят с женщиной красивые вещи!
Они заставляют ее губы улыбаться, наливаться румянцем ее щеки, а глазам придают блеск, от чего взгляд становится жизнерадостным и даже немного томным.
Красавица! Настоящая красавица!
– И тебе пора к твоему чудовищу, – хмыкнули у меня за спиной, и я вздрогнула.
Вот же недофей, напугал!
Время в комнате застыло. Служанки замерли в том положении, в котором бог остановил бег часов.
– Ты же больше не можешь слышать мои мысли.
– Снова могу, – признался он.
– И как давно?
– Несколько часов, – не стал он врать. – Я пока не до конца понял, каким образом чаша весов качается, то отнимая, то придавая мне сил, но выясню это.
– Если взять за основу любовь кандидатки к принцу и его любовь к ней, то каждое изменение в их отношениях должно отражаться и на тебе. Как тебе теория?
– Жизнеспособная, – вынужденно согласился бог после того, как несколько секунд раздумывал над моими словами. – Потому что у вас случилось потепление, я смог услышать твои мысли и даже применить свои способности. Но я не для этого пришел.
– А для чего же?
– Требуй казни для своих служанок, Сабина.
– Чего? – Я буквально поперхнулась воздухом. – Откуда такая жажда крови? Да, они ослушались, но не убивать же их за это?
– То, что они тебе платье не то подали – полбеды. А вот то, что они тебе подложили – куда существеннее.
– Чего? – У меня, кажется, пластинку заело. – Подложили? И принц ничего не заметил и не почувствовал? Шутишь, что ли?
– Сабина, его высочество хоть и сильный маг, но не всемогущий бог. И да, пока не заметил. Никто бы не заметил, если бы я не видел. А вот спустя несколько дней увидели бы неладное в твоем поведении и в изменениях организма. Данерт ошибся лишь в одном: помимо активной магии твоих детей на тебя воздействует один артефакт, нацеленный на…
– Выкидыш, – выдохнула я. – Вот же собаки женского пола!
У меня руки непроизвольно в кулаки сжались.
– Но муж решил меня переселить.
– И это бы их точно спасло, – согласно кивнул бог. – Но, Сабина, лучше не молчи. Все служанки, допущенные к женам, имеют статус аристократов. Это не селянки или зажиточные горожанки. К вам не допускают тех, у кого не имеется хотя бы захудалого титула. Конечно, обыкновенно это побочные ветви основного рода, обнищавшие, но такие женщины получили достойное образование. Сама карьерная лестница может быть куда значительнее, из камеристок в статс-дамы. А потому то, что они сейчас разгребают навоз, не означает, что через месяц не вернутся во дворец.
– И тогда-то мне еще и отомстят. – Я выдохнула и прикрыла глаза.
Господи, гадюшник какой. Не успеешь оглянуться, а тебя уже прибили и сказали, что так и было. Вот ведь!
– Но все равно не понимаю, зачем они так сильно торопились? Мы же утром гуляли, могли бы и подкинуть, пока меня в комнате не было.
– Не могли, потому что не было тебя. Ты являлась якорем для активации. Пока ты мылась, его установили, когда вернулась в спальню – активировали, используя твой волосок и твое негодование.
– То есть нужны были мои эмоции. Ничего себе.
– Да. А торопились потому, что принц вел себя подозрительно и не так, как раньше. Он никогда не устраивал подобных побудок и прогулок временным женам. Это всерьез обеспокоило тех, кто был предан всей душой умершей королеве.
– Что? Это привет от матери Данерта?
– Ага, – пожал плечами недофей. – И тех, кто рассчитывал увидеть на троне Зевиля. Хорошо притаились, верно?
– И много таких… спрятанных во дворце?
– Скоро никого не останется. Если ты, конечно, поможешь его высочеству и покажешь артефакт.
– И где он находится? И самое главное, как я на него укажу мужу?
– Слушай внимательно.
* * *
Мы ехали в карете, запряженной тройкой лошадей. И если я была спокойна и невозмутима, то принц… вот уж кому требовался коктейль из валерьянки и пустырничка.
Час назад, когда я разыграла перед ним целый спектакль, меня еще потряхивало. То ли от возбуждения, то ли от злости, а сейчас я была сама невозмутимость. И философски относилась к тому, что принц допустил очередную ошибку. Как там недофей сказал: не бог его высочество? Далеко не бог. И нет ничего плохого в том, что он любил свою мать и относился к ее окружению с уважением. Просто в семье не без урода.
А тут их целых два оказалось. Матушка, спятившая на почве неразделенной и запретной любви, да братец, который лелеял надежду взойти на трон. Найти тех, кто будет обязан по гроб жизни, являясь при этом королевой, вообще не проблема. Того из нищеты вытянул, у этой брак расстроить, а ту, наоборот, пристроить в хорошие руки. Ничто не ново под луной. Вообще-то при подборе персонала, когда мы обсуждали это с недофеем, я тоже придерживалась подобного. Правда, не в таких масштабах. Но тем не менее мне требовались люди, которым было необходимо дать надежду на лучшее будущее, на новое, куда более приятное общение и обращение, чтобы впоследствии они за меня и в огонь, и в воду, и по медным трубам вприпрыжку.
Ошибка же Данерта состояла в том, что он не отлучил от двора бывших фрейлин ее величества, а наоборот, дал им такие полномочия, которые в итоге обернулись против него.
Что сказать, конечно, при допросах меня не будет. Даже когда обнаружили артефакт, который собой напоминал неправильной формы сердце, проткнутый тремя булавками, меня поспешили увести прочь из покоев. Я же и не настаивала присутствовать.
Какой смысл, если мне все позже расскажет бог Ялмеза?
В какой-то момент я решила, что сюрприз, который планировал принц, отменится, однако его высочество решил иначе.
