Читать книгу "Черный феникс. Академия Хилт"

В момент, когда леди Ламея предложила разделить воспоминания, ректор нахмурился. Не сказать, что ритуал считался запретным, но ошибка, если ее допустить, могла привести к неприятным и даже катастрофичным последствиям. Ректор ускорил воспроизводимое туманом, желая понять, в каком состоянии находятся дети, но остановил ускорение раньше, чем планировал.

Его заинтересовала тройка ребят в гостиной. Все трое – представители рода Аргхарай. И они явно спорили. Может, девушку отговаривают?

– Значит, леди согласилась на твое безумство? – Лорд Гекхар смотрел на младшего братца. – А вы знаете, что если допустить ошибку, то можно навсегда лишиться магии?

Леди Ламея побледнела и закусила губу, но упрямо кивнула, подтверждая, что да, знает.

– Замечательно, а леди Марине об этом сказали?

– Это ни к чему, – жестко ответила леди Ламея.

Ректор только подивился тому, что с нее схлынула вся робость и неуверенность.

– Ей подобное не грозит. А излишняя мягкость и жалость может привести к отказу.

– Излишняя мягкость? – Лорд Гекхар пристально вгляделся в дальнюю родственницу. – Это называется заботой о своем роде, леди.

– Это мой долг, – упрямо качнула головой девушка. – Я хочу быть полезной и помочь.

– Похвально. – Молодой человек опустился перед лордом Шалраем на корточки. – И ты решил поделиться силой, не так ли?

– Хватит смотреть таким взглядом, словно знаешь что-то, что мне неизвестно, заумник.

– Пять тысяч триста сорок один.

– Что?

– Это тот минимум, на который я знаю больше твоего, Шалрай, – меланхолично отозвался Гекхар. – И ты идиот, если решил, будто твоей магии хватит. Ты забыл, что у вас разные матери? И леди Равьела куда сильней тех женщин, что дали нам жизнь.

– И что? Я знаю, что ее милость – представительница высокого рода…

– Как и отец, – подсказал Гекхар, явно пытаясь помочь братцу дойти до простой мысли.

– И?

– Лорд Гекхар пытается сказать, что в леди Марине в равных долях течет кровь двух сильнейших родов, в то время как во мне, в вас, и в лорде Гекхаре больше преобладает материнская кровь…

– Не совсем так, – поправил Ламею Гекхар и неожиданно для всех перешел на «ты». – Но для того, чтобы усилить вашу связь во время ритуала, тебе понадобятся силы не одного братца. Желательно всех трех, так как леди Марина рождена с наследной силой.

– Это то, что я думаю? – ухмыльнулся Шалрай.

– Если речь не о той ерунде, которой ты постоянно думаешь, то – да.

– Зануда, – фыркнул Шалрай. – Ламея, он нам поможет и поделится магией.

– Благодарю вас…

– Считаю глупостью после столь интимной процедуры в приватной обстановке обращаться формально.

– Надо же, впервые я с тобой согласен, – широко улыбнулся Шалрай, – Ламея, расслабься, мы все же родня. И стоит поспешить, леди Марина скоро закончит.

– Секунду. – Гекхар сел прямо на пол, выставил руку вперед. – Прежде, чем мы начнем, я должен обозначить свое условие.

– Я так и знал! – разозлился его младший брат. – А по-другому ты умеешь? Бескорыстно и не во имя великой цели?

– Какое условие? – выдохнула леди Ламея.

– Завтра вы обязательно признаетесь леди Марине, что немного ее обманули, когда предлагали провести ритуал.

– Что? – хором выдохнули Ламея и Шалрай.

– И я при этом буду присутствовать, – нахмурил брови лорд.

Ректор, наблюдавший за диалогом, посмеивался и довольно щурился. Сейчас он напоминал кота, который наконец дорвался до хозяйского жареного гуся. Хорошая команда подобралась. Интересная, скучать точно не придется.

Одно плохо: когда придет время их разъединять, хорошим может не кончиться. Видел он такие связки, и не раз. За год, что к ним приглядываются преподаватели, они так врастут друг в друга, что лучшего звена и пожелать нельзя будет. Да только не им решать, кто в какую команду попадет на первом курсе. Магия не делает ошибок, дадут боги, и эти ребята друг с другом не расстанутся.

Ректор расслабился, позволил себе отпить вина и вновь обратился к ускоренному просмотру. Студенты давно разошлись по комнатам, но мало ли что могло приключиться? Он обязан досмотреть до конца…

Лорд Арван отвлекся лишь на минутку, когда заносил в ведомость дополнительные баллы для тройки Аргхарай. Две тысячи на троих. Чего уж там, заслужили!

Только вчера на совете рода Даррак он поднимал вопрос разделения воспоминаний для нового, пусть и временного, члена рода. Настаивал, что для леди Марьелы это будет самый лучший выход из ситуации и провести ритуал должны или ее мать, или отец. Завтра, впрочем, уже сегодня, эту тему должен был обсудить Лейнард с лордом тан Аргхараем. Уже не придется. Родственники девушки сделали их работу.

Ректор вновь потянулся к бокалу и сделал большой глоток, когда…

– А ну брось баклажанчик! – рыкнула леди Марина в тумане сферы. – Я не шутила, запретив тебе трогать продукты.

Вино потекло носом, лорд Арван с секунду бездумно смотрел перед собой, а затем расхохотался, да так громко и задорно, как давно уже не случалось.

Он с живейшим интересом наблюдал за перепалкой и периодически смеялся. Надо же…

Очень давно его ничего так не умиляло, не раздражало и не веселило одновременно. За годы преподавания и руководства академией лорд повидал многое. В том числе аристократов, уверенных, что им кругом должны, но при этом не считающих себя обязанными нести ответственность за людей, подчиняющихся их роду. Высокие роды – это не только сила и власть, это великая ответственность. И одна из основных задач академии – привить юным лордам любовь к своим подчиненным, ответственность за их жизни и решения, которые всегда будут иметь последствия. Не бывает власти без жертв. Те, кто полагает, что статус и магический дар дают право творить все, что вздумается, жестоко ошибаются.

Нет, за все всегда будет наказание. На большую силу всегда найдется еще большая.

Были среди его учеников и те, кто не мог похвастаться своим происхождением. Хватало среди них и благородных, и подлецов. Всяких он повидал… и сейчас не мог отделаться от мысли, что его любимому племяннику подложили большого вонючего рахданса.

Леди Аэлья могла подойти брату Лейнарда, Адарлейну, но никак не наследнику великого рода. Второй племянничек был ее копией, такой же витающий в облаках и в первую очередь думающий о своих желаниях. В отличие от брата, который старше всего на пару лет, Адарлейн продолжать свое обучение не планировал. В этом году он на предпоследнем году обучения второй ступени, и будь воля ректора, он бы его и на вторую ступень не пустил, но нельзя… нельзя.

Мальчишка одарен и должен уметь контролировать магию, позже отец найдет ему применение. Но о рейдах тот может забыть навсегда. Таких, как он, эгоистичных самодуров к командованию подпускать нельзя и доверять чужие жизни тем более. Все, на что он годен, – праздность, самолюбование и рождение детей. Хотя, если быть справедливым, Адарлейн и сам не рвется совершать подвиги.

И вот сейчас глядя на молочный туман, на проступающие в сфере фигуры, слыша голос леди Аэльи, ее заверения, что она всему обучится и хочет стать настоящей частью команды, лорд Арван все больше уверялся, что девушка еще неоднократно совершит глупость и ошибки. И будет свято верить в то, что ее простят и, как маленькую, обязательно погладят по головке и пообещают, что назавтра все изменится.

Ректор неодобрительно покачал головой, наблюдая действия леди Марины: ей стоило не поддаваться и не кормить девушку. До утра хотя бы, потому что, увы, леди Аэлья этот урок не усвоила.

И пусть лорд тан Даррак не сомневался, что она непременно за завтраком извинится перед членами своей команды, толку от таких извинений не будет.

Тем временем леди Аэлья доела, свалила всю посуду в раковину, брезгливо стащила со стола скатерть и понесла ее в свою комнату.

Ректор выключил сферу и неодобрительно покачал головой.

Что ж, на сегодня это последняя подгруппа, пора подводить итоги.

Баллы…, студенты еще не знают, как много они будут значить для них во время всей учебы в академии.

И завтра будет показательная порка для всех подгрупп. Интересно, команда леди Марины сумеет справиться с ненавистью, которая непременно возникнет?

Ректор вновь усмехнулся. Ход с подставным лидером, несомненно, хорош, устраивать козни невесте наследника первого из великих родов остерегутся. Вот только магия не ошибается, и завтра всех ждет большой сюрприз. Сумеет ли леди Марина спокойно принять изменения? Или станет возмущаться и требовать пересмотра?

Что-то ему подсказывало, что она и не на такое способна.

Поставив размашистую подпись в ведомости, ректор размножил экземпляры и отправил их кураторам. Пусть ознакомятся с результатами.

Лорд Арван усмехнулся, представляя, как вытянутся лица некоторых коллег. Первая подгруппа, несмотря на ошибки своего лидера, не просто оказалась первой среди всех, а лучшей за последние пятнадцать лет. Отчасти благодаря Лейнарду, леди Щуран и дополнительным баллам самого ректора. Только он имел право давать дополнительные баллы в таком количестве, впрочем, и другим группам щедро отсыпал. Было за что.

Эта академия скучала по роду Аргхарай. Сорок лет эти стены не обучали новых представителей. Долгий срок, но теперь все изменится…

– Арван, – голос леди Руданы застал ректора врасплох.

Сейчас он меньше всего ожидал увидеть свою жену. Она должна была сладко спать.

– Я так и знала, что ты засидишься до самого утра, – подходя ближе, заметила она. – В следующий раз не жди, что я помогу.

Мягко положила ладони на плечи мужа, призывая магию и щедро делясь своей энергией. Размяла затекшую шею, подлечила воспаленный нерв, который не давал ей покоя вот уже пять дней, но отловить мужа оказалось не так-то просто. Не во время таких перемен и событий в академии и в их роду.

– Так лучше, – удовлетворено кивнула Рудана и звонко чмокнула мужа в макушку.

– Свет моего сердца, – выдохнул ректор и нежно притянул любимую за талию, усаживая на свои колени. – Не знаю, что бы я без тебя делал.

– Жил, – пожала та плечами и звонко рассмеялась. – Долгой и никчемной жизнью!

– Именно так, – подтвердил лорд Арван и поцеловал раскрасневшуюся жену.

Глава пятнадцатая

– Я готов съесть учебники!

– Он обещал прийти, потерпи немного.

– У меня уже нет сил…

Это я высунулась в коридор и попала под раздачу. Ну как под раздачу, скорее под вселенский плач.

После завтрака, покаяния Аэльи и приватного разговора с братьями и Ламеей, где выяснилось, что сестрица мне не все рассказала про ритуал, я приняла решение познакомиться с теми, кто живет с нами на этаже.

И на самом деле выбрала не самый удачный момент.

Народ был голоден и знакомиться не торопился.

В доме, где нам предстояло жить целый год, было четыре этажа, и первый полностью отводился под нужды нашей комендантши. На остальных этажах располагались жилые боксы, по пять на каждый. Три этажа, по пять боксов, в каждом из которых по шесть жильцов – итого девяносто человек.

Так вот, начиная с утра, когда меня лихим ветром выдуло в коридор, потому что срочно требовалось попасть к леди тан Щуран, я слышала, как студенты голодны. Оно и понятно, не каждый успел урвать себе провизию, кто-то не догадался ей запастись, а кто-то не спешил делиться с членами своей подгруппы.

Но разговор, про то, что кто-то должен прийти, я не просто слышала – подслушивала самым наглейшим образом.

И выяснила следующее. Оказывается, мы выйти не можем, но к нам могут прийти гости, правилами это не запрещено. И те студенты, у кого имелась связь с родом, этим воспользовались. То есть попросили принести им еду старших.

Получается, при должной смекалке и наличии особых артефактов народ мог не голодать. Интересно, а у моих родственников такой артефакт есть?

Я вернулась в наш бокс практически никем не замеченной. Да и кто б меня замечал? Если все маячили у окон, выискивая глазами свою «помощь»?

– Гекхар, Шалрай, – позвала я братьев, демонстративно не заметив Аэлью.

Бесила она меня. Сегодня все утро бесила. И своим кукольным личиком, и слезами на румяных щечках, которые лились так картинно, будто она на камеру снималась.

А окончательно она меня добила фразочкой, что, видите ли, ей ни разу не приходилось мыть посуду, а потому она сделала все возможное – то есть сложила оную в раковину. И закончила вопросом: «Леди Марина, вам ведь не сложно помочь лидеру подгруппы?»

И это при ребятах!

Если мой первый порыв был помочь Аэлье, то есть все наглядно показать, то после этого я просто заставила ее мыть посуду, причем не только ту, что скопилась после ее ночной трапезы, но и после завтрака, за которым, кстати, блондиночка уплетала за четверых. Даже парни переглядывались, глядя на то, как леди жрет.

Собственно, почему мне с утра понадобилось к комендантше? Да потому что эта блондинка побила тарелки! Все!

Конечно, леди тан Щуран подобное не понравилось. Я выслушала десятиминутную лекцию на тему казенного имущества и его сохранности, что любви к блондинке вовсе не добавило.

Но с чистым сердцем я сообщила комендантше, что если подобное повторится – а оно непременно повторится, – то возмещать убытки будет леди Аэлья. Ибо она изо всех сил старается быть полезной и познает суровый быт насущных дней.

Данная фраза заставила леди тан Щуран заткнуться и, кажется, посмотреть на меня по-новому. После чего мне аккуратно сообщили, что в каждом хозяйственном блоке существует уникальный артефакт, который предназначен для мытья посуды.

Естественно, я парировала тем, что нельзя игнорировать священный порыв быть полезным, к тому же, вряд ли на полевой практике нам дадут подобный артефакт. Ручками и только ручками, а потому, уж простите, но дайте, пожалуйста, новый набор столовых тарелок.

Честное слово, я почти узрела, как Сварливая Щучка смеется. Меня поманили пальчиком и проводили в святая святых – огромную кладовку. А вот выдали… Кто б сомневался-то? Металлические тарелки! Отказываться я не стала. Мысленно выровняла наш счет в один-один. Ну ничего, еще отыграюсь.

– Леди Марина? – Гекхар заставил меня вернуться из воспоминаний в реальность. – Вы звали?

Меня от этого «вы» уже тошнит. Учитывая, что братцы для меня за сутки сделали, они явно заслуживают оказаться в числе близких. Да-да, пока я стояла над душой Аэльи, которая пыталась мыть посуду, стеная о своей незавидной участи и играя на публику в моем лице, я думала о разговоре с Ламеей в присутствии двух братьев. Мало того, что выяснилось, что девчонка рисковала своей магией, так еще, оказывается, силой с ней делился не только Шалрай, но и Гекхар!

Феликс утверждал, что на такое не все способны. И я была склонна ему верить. Да что там! Я ему всецело доверяла! Мой умничка феникс меня еще ни разу не подвел и вряд ли вообще подведет.

– Пойдемте ко мне в комнату, – попросила я, видя, что Аэлья уходить не планирует и жадно прислушивается к нашему разговору.

После этих слов блондинка нахмурилась. А как она хотела? Я не шутила, заявив, что с сегодняшнего дня у нее почетная миссия – всегда мыть посуду. Хочет она там, не хочет, умеет или нет, а если желает есть, то никуда не денется.

Тем более я была уверена, что кухонный блок не просто так здесь установлен, явно не для простых вечерних перекусов. Поэтому сомневаюсь, что нам разрешат каждый день бегать по ресторанам и тавернам. А студенческая столовая… Еще поглядим чем там кормят и в каком количестве.

– Что-то случилось? – насторожилась Ламея, которая как раз занималась сортировкой учебников. Общая комната, которая вела в наши спальни, имела два книжных шкафа, два письменных стола, небольшой журнальный столик и диван.

– Случилось, – кивнула я и улыбнулась. – Приступ острого любопытства.

Ламея, которая было напряглась, облегченно выдохнула.

– И что тебя интересует?

– Артефакт, по которому студент может связываться в академии с представителями своего рода, но старших курсов. Я тут совершенно случайно подслушала, что кому-то из другой группы принесут еду студенты первой ступени… И как я поняла, они из одного рода…

– Если вам интересно, есть ли у нас такой, то да, он существует, но для нас совершенно бесполезен. – Шалрай устроился на журнальном столике и дрыгал ножкой. – Отец выдаст артефакт связи только в следующем году.

– Почему бесполезен? – не поняла я. – И почему только в следующем году?

– Потому что мы единственные представители рода Аргхарай в академии, – будничным тоном ответил Гекхар. – За последние сорок лет от нас не было студентов. Иными словами, нам рассчитывать на помощь рода не стоит. Ее попросту не от кого получить.

– А в следующем году, получается, помощь должны оказывать мы?

– Да, но не все, только лучшие представители. Ответственные и при этом не переступающие рамки. То есть выполнять задания за нулевиков запрещено, а вот помочь советом или принести еды – вполне.

– Получается, вы об этом знали? Ну, что нам потребуется помощь от старших, причем уже в самый первый день?

Память Ламеи в этом не была помощником, так как она не относилась к главной ветви рода. И то, что происходит в верхушке, просто не могла знать.

– Подписывая договор, мы одновременно даем и клятву о неразглашении, поэтому знать о том, что происходит на нулевом курсе, помимо общеизвестных фактов, новые студенты не могут. А те, кто уже учатся в академии, ничего рассказать не могут, магия не позволяет, – отрапортовал Гекхар. – Для нас все так же в новинку, как и для вас, леди Марина.

– Риша, – не выдержала я. – Зовите меня Ришей и на «ты». Значит, и мы после того, как перейдем на первый курс, помочь новичкам не сможем.

– Почему же? – пожал плечами Гекхар. – Мы сможем отозваться на их зов по артефакту связи, но заранее рассказать о том, через что прошли сами, – увы, нет, это прямой запрет.

– Понять бы еще, для чего такая скрытность… – выдохнула я и потерла кончик носа. Дурацкая привычка, от которой я все никак не могла избавиться.

– Видимо, для того чтобы с корнем вырвать устоявшееся мировоззрение, – протянула Ламея. – Или отношение к магии и другим родам…

– О чем ты? – Шалрай даже ногой дрыгать перестал.

– Судите сами, скрытность, подписание договора, обучение магов с другой направленностью магии, а заодно, – тут девушка улыбнулась, – маленькое приключение леди Марины в компании светлого студента. К тому же создание подгрупп и формирование команд. Это все явно направлено на желание обучить взаимодействию и работе вне сословных предрассудков.

– И прочих рамок, – поддержала я. – Однако существует одно «но»: для чего благополучному миру нужны команды? Сработавшиеся команды? Только ли для учебы в академии или для чего-то еще? Благодаря вам, и конкретно Ламее, я имею представление о мире, однако в информации, которую явно дозировали при обучении в школе, имеется существенный пробел.

– Чему нас будут обучать? – хмыкнул Шалрай. – Особенно если учесть, что представители великих родов ремесленниками не становятся.

Мой иллами точно знал ответ, но почему-то играл в молчанку и только вздыхал. И в этих его вздохах мне чудилось нечто вроде «чем позже узнаешь, тем лучше» или «побудь еще ребенком».

В общем, я пятой точкой чуяла подставу, и нравиться мне это точно не могло.

– Мама говорила, что с поступлением в академию я стану взрослым, – серьезно, что для него явно было нетипично, сказал Шалрай. – Детство останется позади…

– И либо это завуалированное предупреждение, либо великая надежда твоей матушки, – поддел брата Гекхар. – Ты все никак не угомонишься со своими шалостями.

– Предполагаю, что первое… – Ламея выглядела задумчивой, словно бы что-то вспоминала. – Иллами… Меня всегда интересовало, откуда они берутся и куда деваются после смерти мастера.

Я прямо стойку сделала, у меня в голове тоже обитала масса вопросов по поводу иллами.

– Понятно, если смерть мастера насильственная, то иллами возвращается к источнику и ждет нового хранителя, – продолжала Ламея. – А когда их поглощают ради нового уровня силы? Ведь уплата долга жизни может быть разной… и почему-то такие важные вопросы в школе не поднимали.

– Их обходили, – кивнул Гекхар. – Однажды я пытался выяснить больше у отца, но он сказал, что всему свое время.

«Феликс, ты ничего сказать не хочешь?» – все же обратилась я к своему сильно притихшему иллами.

«Не хочу, – буркнул он. – Студенчество – прекрасная пора».

«Правда?»

«Несомненно!»

«Темнишь ты…»

«Ну я же иллами тьмы, хранительница…»

«Лис ты хитрый!» – фыркнула я.

И тут раздалась требовательная трель. Она лилась отовсюду. И в первый миг ошеломила. Мы замерли словно застуканные на горячем.

– Всех студентов просим на выход из общежития! – хорошо поставленным голосом пророкотало в воздухе.

– Это, что общая тревога? – сглотнув, спросила Ламея.

– Или явление ректора народу…– поправила я.

– Или не ректора, – предположил Гекхар.

– Неважно, все равно идти придется, и чем шустрее, тем лучше, – поднимаясь с дивана, сказала я. – Ребят, плащи свои прихватите. Мало ли куда нам идти придется.

Честное слово, как в воду глядела!

Когда мы с Ламеей вылетели в общую гостиную, Крафей накидывал на плечи плащ, а вот Аэлья стояла с недовольным лицом и в платьишке. Воздушном, небесного цвета, которое удивительно шло к ее лицу… И когда переодеться успела?

– Плащ возьмите, лидер, – ехидно протянул Крафей. – Если мерзнуть начнете, я одеждой делиться не стану.

– Ой, лорд Крафей, мы же наверняка ненадолго, ведь ректор должен прийти в бокс, да и погода на улице прекрасная, солнечная.

С последним было сложно поспорить, погода и правда радовала теплом. Но… В то, что ректор к каждой подгруппе лично заявится, верилось с трудом. У него на попечении сотни студентов, чтоб он по шестеркам ходил и время тратил. Бред.

Правда, вчера это бредом не казалось. А сейчас вот не верится.

Аэлья проскользнула к двери, но я ее опередила и встала на пороге, не пропуская.

– Плащ, – напомнила мрачно.

– Но я не хочу, – хлопнув ресницами, заявила она.

– Мне все равно. Или действуем заодно, или самостоятельно будешь со всем справляться.

Нет, теперь я точно не сомневалась в том, что Аэлья дура. Таких еще поискать! Эгоистичная дура в квадрате, а нам с ней еще жить и учиться… Подфартило так подфартило.

– Леди Мариэль, вы задерживаете остальных, – скромно напомнил Гекхар. – Плащ можно просто взять в руки, необязательно накидывать на плечи.

– Точно! – просияла блондинка и таки пошла за плащом.

– Спасибо, – выдохнул Крафей.

Вместе с ним выдохнули и остальные. Но рано. Не знаю, что там делала эта коза, но уже было третье голосовое сообщение о том, что нам нужно выходить, а леди Мариэль к нам не вернулась. У меня чесались руки вытащить ее из комнаты за волосы.

И вообще, какого хрена она в свою комнату пошла, если верхнюю одежду мы вчера снимали и вешали в шкаф общей гостиной?

Накрутить себя до предела я не успела. Блондинка будто фея грез появилась на горизонте.

– Прошу прощения, – пропела она, – платье испачкалось. Пришлось переодеваться.

У меня задергался глаз, Крафей сжал кулаки, а Ламея, недолго думая, схватила Мариэль за руку и потащила на выход. В новом платье цвета чайной розы. Необыкновенно прекрасном, но… без плаща.

А ну и черт с ней, пусть мерзнет идиотка.

Из общежития мы вышли последними. Ну как вышли, вылетели, и я даже наскочила на нашего куратора. В итоге удостоилась взгляда, от которого захотелось забиться в щель.

– Прекрасно, – ядовито произнес лорд Дарней тан Маррад, оглядывая нашу команду, – практически вовремя.

Приветствовать куратора я не стала, хотя, наверное, и полагалось. Мы чинно влились в нашу тридцатку, курируемую деканом боевого факультета. Я лишь сейчас заметила, что были здесь и чужие кураторы.

Ну правильно, в дом-то заселили девяносто человек.

– Доброго дня, студенты, – нацепив на лицо нейтральную маску, сказал куратор. – Сейчас мы с вами отправимся в Академию Хилт на общий сбор всех новых студентов. Мы пройдем к…

Тут у кого-то громко забурчало в животе, и лорд Дарней вынужден был сделать паузу.

Студент, у которого от голода свело желудок, поспешил скрыться за спины товарищей.

Зря. Потому что куратор все равно его вычислил, пусть ничего и не сказал.

Да и не требовалось. Тем более тот студент будто цепную реакцию запустил, и бурчать в животах стало сразу у нескольких человек.

– Плохо, – хмуро сообщил куратор. – Если вы не в состоянии думать головой, то будете вечно ходить голодными.

Ну конечно, можно подумать, академии кто-то позволит морить голодом студентов. Я хмыкнула, и это не прошло незамеченным. Вот блин!

– Считаете мои слова смешными?

Влипла! Но лгать не стала.

– Полагаю, что академии невыгодно морить голодом своих студентов. Это чревато…

– И чем же?

– Проблемами, декан тан Маррад, с семьями заморенных голодом студентов. Но в целях профилактики голодовка полезна, при условии, что физические и учебные нагрузки не превысят нормы.

Эту мою реплику оставили без ответа.

– Сейчас мы совершим переход в академию. Надеюсь, вы взяли с собой карты, потому что подсказывать символ для столба переноса я не стану.

Моя карта все так же валялась в плаще. Мысленно погладила себя по голове. Какая я умничка, что таки захватила плащ. А вот ребята о карте не подумали. Впрочем, у Гекхара и Крафея их и вовсе нет!

Я подняла руку вверх, желая задать вопрос.

– Слушаю, леди Марина.

– Помогать членам своей группы разрешено?

– Только своей подгруппе, – явно нехотя ответил куратор.

Ребята рядом со мной облегченно выдохнули. Аэлья широко улыбнулась. Вот уж кому мне меньше всего помогать хочется! Но придется. Мы ж одна команда… Р-р-р!

– Идемте!

Как и во время нашего первого появления на территории академии мы выстроились по парам и прошествовали к столбу переноса. И уже там нам разрешили достать карты и ознакомиться с символом, который необходимо использовать при переходе.

Точкой назначения оказался тот самый полигон, с которого для меня началось знакомство с академией. Я сверилась с символом, показала его ребятам и ожидаемо поперлась к столбу первой. То ли куратор меня с первого взгляда невзлюбил, то ли просто мстил мне за что-то… Но я прямо попой чуяла, что теперь всегда и везде буду первой. Начиная от простейшего – перенестись на место учебы – и до роли подопытного кролика.

Прямо повезло.

Неожиданно меня выкинуло в коридор, который мы преодолевали вместе с Лейнардом. Сначала я растерялась, а потом напомнила себе, что ничего со мной точно не случится и нужно просто найти дверь. Феликс одобрительно хмыкнул.

Как только я об этом подумала, она появилась прямо передо мной, всего в трех шагах, и на ней горел символ, который я рисовала на столбе.

Я шагнула в дверь и очутилась на полигоне, невольно поежившись от пронизывающего ветра. Хотелось вернуться обратно, но здесь столбов переноса не было. Я это знала по прошлому разу.

Зато имелись некоторые изменения. Если раньше нас по родам распределяли, то теперь над секторами горели цифры групп. А сами сектора были еще и внутри поделены. Судя по всему, нас еще и на подгруппы разобьют. Надеюсь, не заставят, как в детских лагерях, название придумывать и девиз.

Эта мысль меня развеселила, и я хихикнула.

– Что-то смешное увидели? – раздалось над ухом, и я вздрогнула.

– Боже, кто ж так подкрадывается? – выдохнула я и обернулась. – Лорд Крафей, я так и заикой могу остаться.

– Полагаю, вас подобным не напугать. И все же, леди Марина, что смешного?

– Не уверена, что вы поймете, – честно ответила ему.

– О чем вы? – хором спросили родственники.

В нашем секторе становилось людно. Да и в соседних секторах появлялись люди. Еще чуть-чуть, и начнется шоу. Вот сто процентов!

А пока все собирались и ждали появления куратора, я попыталась кратенько обрисовать от чего хихикала в момент появления Крафея.

Удивительно, но почему-то идея девиза и названия подгруппы ребят воодушевила. Я мысленно покрутила пальцем у виска. Тоже мне, детский сад штаны на лямках.

– Богиня, как же здесь холодно, – раз десятый проблеяла овца, пардон, Аэлья.

Хотелось ответить, что ее любовь должна греть. Но я промолчала. Тем более наша звезда, как обычно играла на публику. Стреляла глазками вокруг, особенно по парням. Начала она, конечно, с наших, но понимания и отклика не получила. Никто не спешил стаскивать с себя плащ и выручать леди, попавшую в беду.

Зато фокус «я все такая несчастная, спасите меня немедленно», сработал на одном из ребят группы. Его имени я не помнила, но то, как он спешно бросился к нашей мисс «О, согрейте меня уже кто-нибудь», меня рассмешило. Да и не только меня. Вся наша команда тихо смеялась. И нарвалась на пару осуждающих взглядов.

Наверное, со стороны смотрелось не очень: Мариэль вроде как наш товарищ, а мы ржем над тем, что она мерзнет. Однако учитывая, что в этом девушка виновата сама, то…

Если честно, я б и этот плащ у нее отобрала, чтобы парень себе ничего не застудил. Его мне было жальче, чем блондинку. Но моего мнения не спрашивали.

Я хмыкнула и отвернулась к своим ребятам. Пусть что хотят, то и думают. Крафей тоже первые минуты знакомства вокруг нее плясал чуть ли не под дудку, а сейчас ничего, ума прибавилось. Впрочем, многим мужикам именно такая розочка и нужна. Чтоб собой любовалась, глазками хлопала и была украшением на приемах. Вот какие у нее могут быть проблемы? Гардероб поменять? Платье вовремя переодеть? Мордочку лица подкрасить да локоны строго как в журнале уложить? С такими удобно, она не полезет в твои дела, не станет делать тебе интим головного мозга. Будет мила, прекрасна и свежа… Ну пока ты ее полностью обеспечиваешь. Даже детей родит и не пикнет. Вот только…

Я всегда думала, что брак – это равное партнерство во всем: любви, делах, воспитании детей, досуге и, конечно, в постели. Пусть опыта у меня никакого, но помечтать не вредно? Я бы вряд ли смогла быть такой овечкой, которая кроме прелести своего внешнего вида и удовлетворения своих желаний ничего больше не хочет. Впрочем, еще хуже, когда такая женщина властна без меры, но глупа.

– Студенты! – разнесся по полигону голос ректора, и тут же раздался приказ: – Разойдитесь по своим подгруппам внутри вашего сектора!

Началось. Я сунулась в ближайший расчерченный квадрат и столкнулась с бугаем. Причем я была первой! На меня рыкнули, но черта с два я теперь уступлю!

– Здесь не зверинец, – фыркнула я, – свои повадки там показывай…те. Или в лесу. А этот сектор – занят.

– Ну попробуй выгони меня, – откровенно ухмыльнулся нахал.

– Да пожалуйста. – Я с силой наступила ему на ногу. Пусть у меня каблук и маленький, квадратненький, но силушки я от души вложила. Еще и добавила локтем по ребрам, когда противник от неожиданности согнулся.

А после и вовсе за ухо схватила. Так, как меня когда-то научили в школе, учительница по географии, Карина Владимировна. Мировая тетка, между прочим!