Текст книги "Подопытный ректор для ведьмы"

– Адептка Фис, вы провалили это задание, но я был бы неправ, если бы поставил в табеле ноль баллов из десяти. Вы единственная, кто выбрал правильную основу – воду из крана, да еще очистили ее песком.

– Но, куратор, – возмутилась ведьма с голубыми волосами, – всем известно, что дождевая вода – лучшая основа для зелий.

Вместо ответа Люфус подошел к чану и взмахнул рукой снизу вверх. Поверхность воды пошла пузырями, а потом оттуда выскочило с десяток лягушек.

– Как вам такая основа для зелий? – спросил куратор, и теперь от гордости раздулись те, кто взяли колодезную воду.

Люфус подошел к бочке с колодезной водой и повернулся к адептам:

– Адепт Римчер, подойдите. Вы первый смело зачерпнули отсюда воду в котелок. Чем руководствовались?

– Эм-м-м, ну как же… Это… Оно же… – замялся ведьмак, весь скукожившись от такого пристального внимания. Зато языкастая вклинилась в разговор, явно желая всегда быть в центре внимания:

– Всем известно, что колодцы на нашем континенте чисты. А дождевая вода, пусть и лучшая основа, уже три дня простояла.

– Вот оно как? А то, что эта вода стоит в магической академии, вас не смутило? Почему никто, кроме Фис, не очистил основу?

Адепты недовольно прожигали куратора взглядами, но молчали. Через несколько секунд языкастая не выдержала:

– Там же нет лягушек?

– Нет, – сказал Люфус, и по аудитории пронесся вздох облегчения. – Но вы нюхали воду?

– Она пахла цветами! – высказался один ведьмак.

– Да, но какими?

Молчание снова повисло в аудитории.

– Роророконом. Как раз растет под окнами. Кто знает что-то про этот цветок с весьма специфическим ароматом?

– Его пыльца снимает аллергическую реакцию, но если лепесток попадет в воду, то вся вода станет хоть и благоухать, но непригодной для питья и зелий, – сказала тихо я, когда поняла, что ответа больше не знает никто, а взгляд куратора становится все разочарованнее.

– Вы правы, адептка Фис. И тут даже подсказка: эти лепестки присохли к бокам бочки. Никто не заметил? – Люфус развернулся на пятках и пронзил взглядом каждого. – Эти ошибки непростительны для нашей профессии, зарубите себе на носу. Слишком много внешних факторов может повлиять на результат, поэтому вы должны исключить их все перед варкой. Мало иметь дар, нужно быть внимательным к мелочам. Это всем ясно?

– Да…

– Хорошо, хоть здесь не спорите. А пока запишу: всем по одному баллу. За участие. Но в следующий раз подобное будет равняться провалу, так и знайте. Тот, кто наберет наименьшее количество баллов в конце каждой недели, будет отчисляться. Надеюсь, вы меня поняли?

Молчаливая обида прокатилась над аудиторией, но Люфус не обратил на нее абсолютно никакого внимания. Посмотрел на часы и повернулся ко мне.

– Если хотите успеть за подопытным, вам лучше поторопиться. Пропуск вас ждет на проходной.

Ах, точно! Мне же еще клона покупать. Совсем с этими зельями забыла.

Мир несправедлив – это я выучила давно, поэтому особо не расстроилась своеобразной оценке Люфуса. Осадок негодования не испортит моего настроения! Впереди меня ждала прекрасная перспектива обогащения за счет двух героев некромантского подвала и покупка клона мечты. В своих фантазиях я уже поставила экскурсии в атмосферный цокольный этаж на поток, поэтому чувствовала себя просто превосходно. Но со всем по порядку: сначала закину рюкзак, а потом в город!

Но чем ближе я подходила к домику номер тринадцать, тем подозрительней казалась тишина. Даже сторожевых пылинок не было видно.

– Хрючелло! – настороженно позвала я, ступая бесшумно.

А в ответ лишь листва шуршит.

– Хрю-че… – слова застряли в горле, когда я увидела подвешенных за ноги к дереву позади домика адептов.

Кошка сидела на верхушке дерева и квадратными глазами смотрела вниз. Туда, где, оперевшись спиной на ствол дерева, стоял парень с ядрено-красными волосами. В руках он держал книгу и так погрузился в чтение, что, казалось, не замечал ничего: ни жалобных стенаний адептов, ни моего сдавленного оха.

На середине пути к этой странной экспозиции мне встретился пень с лежащей на нем книгой. Яркое название “Тоскливый укус комара” сразу привлекло внимание. Это что за жанр такой? И этот красноволосый, вообще, кто? Не похож на старшекурсника.

Я медленно подходила ближе, а с губ в любой момент готово было сорваться пожелания крепкого здоровья и твердых ног, что в моем случае означало прямое проклятие. Но я все приближалась, а парень даже бровью не повел. Его взгляд бегал по строчкам, пальцы перелистывали страницы.

Мимо меня важно прошла книга на сотне ножек. Я даже наклонилась к земле, чтобы заглянуть под нее, и нашла там пылинок. Так вот куда делись эти малыши!

Если они выполняют поручение и несут книгу незнакомцу, значит, это… Прежний хозяин домика? Явился не запылился!

“Больная мозоль тройничка” – прочитала я вслух название томика, что тащили пылинки, но некромант будто не слышал ничего вокруг.

Я подняла глаза на Хрючелло. Квадрат глаз кошки так и не округлился, хорошо, хоть язык развязался:

– Наконец-то, Ирма! Здесь трындец.

– Что случилось? – спросила у кошки, но смотрела на некроманта, ожидая подставы. В тихом склепе самые злые зомби водятся – это всем известно. Очень он подозрительно затих, аж не по себе.

Я внимательнее осмотрела бывшего хозяина дома: волосы сальные, белая рубашка стала серой и местами в дырочку, на штанах растянулись колени. Белки глаз у некроманта покраснели, на лице залегли темно-фиолетовые синяки.

– Он из подвала вышел! – шикнула мне тихо кошка.

“Он” никак не отреагировал, читал книгу с названием “Колтун любви”.

– Романы так засасывают? – спросила я.

– Не то слово, – отстраненно ответил некромант, не переставая взглядом бегать по строчкам. – Помолчи еще пару дней, мне осталось дочитать эту книгу и еще одну. Потом разберемся, почему моя уютная берлога превратилась в ЭТО и как ты сняла защиту.

Ждать я не собиралась. Дом, в котором только обжилась, отдавать тоже не собиралась. Взяла у пылинок томик “Больной мозоли тройничка” и скривилась, боясь представить, что внутри.

– После этого ты уже не будешь прежним, – предупредила я, помахав томиком в воздухе.

– Заткнись, а то упокою. У меня кульминация.

Кульминация у него!

– Да твоя учеба в академии давно зафиналилась, а ты и не знал. Домик отдал мне ректор, а так как это часть академии, прав ты на него не имеешь.

И тут некромант впервые оторвал взгляд от книги и посмотрел на меня.

ГЛАВА 12

ГЛАВА 12

Наша битва взглядов закончилась угрозами.

– Упокою, – прищурился бледный.

– Прокляну, – не осталась я в долгу.

– Отчислю! – раздалось громоподобное позади меня.

Не только на меня голос произвел впечатление: некромант книгу захлопнул, подвешенные адепты закрутились вокруг себя, а Хрючелло спикировала на землю. Однако ректор умел эффектно заходить!

Я решила быть последней бякой и сразу ходить с козырей, чтобы отстоять свою территорию:

– Свояк!

Ректора как-то сразу от моих слов перекосило. Он даже в сторону отвернулся, зло выдохнул и с угрозой посмотрел на меня. Некромант приметил всю смены гаммы эмоций на суровом лице главы академии, и удрученное выражение лица сменилось насмешливым.

– Да ты не в своем уме, ведьма, – шикнул некромант на меня, а потом поклонился Сиберу, сложив руку в локте. – Здравствуйте, ректор! Хоть мы и не  знакомы и во время учебы здесь я был под руководством господина Мордика, вашу властную ауру ни с кем не спутать. Я прав?

Властную ауру? Я придирчиво посмотрела на Сибера. Весь в черном, он, бесспорно, тут же приковывал взгляды. Мне он немного напоминал тигра в костюме – казалось, что вот-вот выпрыгнет из одежды и откусит голову.

А некромант оказался качественным подхалимом! Теперь понятно, почему ему пятьдесят лет назад отдельный домик выделили: подлизался.

Ректор лесть не любил, на слова покупаться не торопился, ждал дальнейших разъяснений. И на меня так подолгу поглядывал, что у меня то бровь, то лопатка чесались.

Некромант, оценив выжидательную паузу, продолжил говорить:

– Я тут немного припозднился… – сказал и смолк.

Сибер еле заметно кивнул.

– Лет так на пятьдесят. И где вы так хорошо сохранились? Твой файл еще от предыдущего главы академии остался. Если бы не магический слепок на нем, ни за что не поверил бы своим глазам.

– Все просто: в подвале магия стазиса наложена, а я… – Некромант повертел в руках книгу “Колтун любви”. – …Я зачитался немного. Хотите? Я один склеп вскрыл, а там тысяча двести циклов!

Ректор посмотрел на название книги, и его брови взлетели вверх.

– Книжки о любви? Отдайте адептке Фис. – Ректор стрельнул в меня многозначительным взглядом. – Вот кому нужен факультатив на эту тему.

Некромант задрал подбородок, дернулся, словно проснулся, осмотрел свои засаленные рукава, сероватые от грязи руки и скривился:

– Позвольте, я приведу себя в порядок и приду к вам кабинет. Обсудим восстановление.

“Позвольте!” Какой воспитанный нахал. Его ванна теперь моя ванна. Не отдам. Пока черноту и вонь отмыла, всю магию истратила вчера.

– Никакого восстановления. Вам семьдесят, господин Пилмант, а в академии есть ограничения по возрастным рамкам.

– Хотите сказать, что я останусь без оконченного высшего? Из-за книг?

От иронии ситуации у меня вырвалось возмущенное “п-ф-ф”.

– Ректор, а вы еще говорите, что мне любви учиться надо! Бежать от таких засасывающих вещей нужно сломя голову! Полвека насмарку, хорошо, хоть не постарел. А то так сядешь за книжечку, очнешься, и уже со светом прощаться можно. И в чем тогда смысл? Жизнь и деньги мимо!

Ректор и некромант молча уставились на меня. Даже два старшекурсника закончили крутиться. Хрючелло тяжело вздохнула.

Какая-то неловкая пауза.

– Ой, а мне за клоном надо!

– Не надо, – отрезал ректор.

– Куратор сказал, что мне без подопытного нельзя продолжать обучение. И пропуск выписал.

– Будет тебе подопытный. К вечеру жди доставку.

Некромант с интересом переводил взгляд с меня на ректора. Чувствовалось, что он совсем не понимает, что за подопытные. Пятьдесят лет назад о них еще никто и не слышал. Но больше его волновало другое.

– Какие у вас особые отношения… – тихо заметил бледный.

Сибер как-то покровительственно взглянул на меня и вдруг сказал:

– Конечно. Мы же почти семья.

И так улыбнулся хищно, вот прямо тигр. Морда такая большая, квадратная, его еще разлохматить – и “р-р-р”!

– Коррупция или приворотное зелье? – вдруг спросил некромант.

Ректор выразительно промолчал.

Как по мне, ответ очевиден!

Ректор ушел, захватив с собой и некроманта, и двух адептов. Даже содрать с них по золотому не дал, зар-р-раза!

– Опять я в пролете! Ну что за череда потерь? –  Я недовольно сложила руки на груди, глядя вслед Сиберу и компании.

Ректор казался таким крупным на фоне парней, таким матерым. Даже темный шлейф мужественности за ним волочился.

– У тебя же есть карточка Мистика. Что страдаешь? – Хрючелло посмотрела на меня снизу вверх, а такое чувство, что сверху вниз.

– Я потратила на инструменты деньги жениха, а ощущение, будто садовые помогаторы не мои, а ворованные.

Пушистая даже застыла от удивления.

– Не думала, что в тебе совесть проснется – чужие деньги тратить. Или это гордость?

– Не знаю. Просто хочу, чтобы никто не назвал меня золотоискательницей. – Я мысленно вернулась к вопросу Сибера об имени жениха и вспомнила тот разочарованный взгляд. Не хочу больше испытывать подобное! И слышать тоже не хочу.

Сама заработала – сама потратила. Идеальная схема!

– Ага, все-таки слова ректора достигли цели. Удивительно! – заметила кошка. – А ты разве золотом не бредишь? Какая разница откуда?

– Брежу, но и сама могу заработать!

И пусть в моей теории существенные дыры в виде помощи Мистика с академией, я позволила себе забыть про эту малость. В конце концов, если мужчина хочет делать добрые дела, то почему я должна его останавливать?

Ай! Неудобство внутри все равно колется иголками!

– Ирма, ты хоть и проклята выгодой, копилочка из тебя аховая. Даже боюсь представить, как ты выживешь, если проклятие спадет.

– А оно спадет? – спросила с испугом. – Ты что-то знаешь?

Хрючелло многозначительно задрала мордочку вверх, отвернулась и пошагала в дом, виляя хвостом.

– Подожди! И, знаешь, ты несправедлива. Это я почему накопления не могла сделать? Потому что недипломированной ведьмой без клона была!

Неожиданно кошка повернулась и спросила совсем не в тему:

– А дома за инструменты не испытывала терзаний?

– Дома? Так они от подопытного!

– И что?

– Он в долгу у меня был. Вот и расплатился.

– Угу-угу, – как-то странно хмыкнула Хрючелло.

– Так, не переводи тему. Что ты знаешь про снятие чар?

– А почему это тебя вдруг заинтересовало? Никогда не волновало, и вот на тебе…

– Просто интересно, вдруг нечаянно сниму.

– А ты хочешь снять?

– Нет! – без колебаний покачала головой.

– Ну тогда и знать не обязательно. Случайно точно не снимешь. Мама твоя надежно наколдовала, чтобы тебя сберечь.

– Все из-за родовой магии? – спросила, ухватившись за возможность узнать больше от Хрючелло, которая сегодня была то словоохотлива, то скупа до жадности.

Кошка запрыгнула с земли прямо в открытое окно и была такова.

У меня были подозрения насчет маминых чар, но это никогда особо не беспокоило меня. Мама точно хотела для меня лучшего – может, мне и не стоит совать нос, куда не надо?

– Госпожа ведьма! – вдруг окликнул меня с мостика Адольф, тот самый коротыш-мужчинка со склада. – Готова принять посылку?

– От кого?

Может, Мистик что прислал? Запоздалое письмо о смене академии?

– А ты ничего не ждешь? По ректорскому заказу… – намекнул Адольф.

– Клона! – всплеснула я руками.

– Угу, его, – как-то странно буркнул мужчинка и отвел глаза в сторону.

– Так веди скорее!

Так быстро доставили! Ректор говорил про вечер, а посылка тут как тут.

– Не могу. Ректор упаковку вскрыл при проверке, а без кодового слова подопытного и не подвинуть. Придется тебе идти со мной на склады.

– Да за чем дело стало? – Я тут же оказалась около Адольфа. – Скажи, Сибер же не поскупился на подопытного? Взял самого лучшего? Самого стойкого?

– Бесспорно, этот клон много перенес, – расплывчато ответил мужчинка, торопясь уйти от меня вперед.

– Давай пойдем рядом! Так неудобно говорить!

– Тропинка узкая. И спешить надо, госпожа ведьма. Спешить… Скорее заберите его со склада, пока…

– Пока что?

– Ничего. Поторопимся!

Бурлящая жизнь склада замерла, стоило мне переступить порог хранилища. Все взгляды трудяг сосредоточились на моем прохождении пути к вскрытому коробу в углу.

Мой клон! Дорогой, настоящий, всамделишный и совсем не поддельный, верно? Дра-го-цен-ный мой! Уж мы-то с тобой наварим зелий, уж мы-то поэкспериментируем. Протестируем, лицензируем, а потом продадим. Будешь моим верным помощником на долгие годы. Диплом получу, будем в золотых монетах купаться.

– Вот документы, госпожа ведьма, – тыкнул меня в бок скрученной трубой бумаг Адольф. Попасть в меня он не хотел, просто засмотрелся на короб.

– Что там? Красавчик? Хотя моего бывшего подопытного в этом перещеголять сложно. – Я то и дело закусывала губу от нетерпения.

– Эм-м-м… – Адольф сделал круг глазами, будто разминал глазные мышцы, а потом молча открыл щеколду боковой стенки и усвистел в закат в прямом смысле слова. А следом за ним и все трудолюбивые мужички освободили склад от своего мужественного присутствия.

Деревянная крышка с грохотом приземлилась на наливной пол, открывая подарок дорогого будущего родственничка.

И тут я поняла, почему все убежали.

Я захотела убивать. Впервые в жизни. А им жить хотелось, и еще как.

Теперь ясно, почему за клоном пришлось идти самой: такого не привезешь через территорию академии. В нем обычных людей человек пять. Нет, десять! И все это в жирообразной массе в форме пирамидки, увенчанной крохотной головой. А через плечо красная лента с надписью: “Помни, зелья для похудения – самые востребованные на рынке!”

– А ректор тот еще тролль! – Хрючелло смотрела на нового клона в точности как и я – с ужасом и недоверием. – Нам его ставить негде, в дверь не пролезет.

– Пошли, – развернулась я.

– Куда?

– За новым клоном. Этого пусть сам забирает.

Кошка согласно промолчала и выскочила следом за мной со склада.

Адольф преградил мне дорогу, даже руки растопырил:

– Госпожа ведьма, а как же клон?

– Верните покупку дарителю!

– Госпожа ведьма, сжальтесь! – Неожиданно трудяги все, как один, низко поклонились. – Ректор сказал, если не доставим – лишит нас работы.

– Кто ему тогда помогать на складе будет? Не уволит, не бойся. Тем более всех.

– Дело в том, что мы, дамалунги, народ многочисленный и бедный. Господин без проблем заменит нас на других собратьев, а наши семьи… наши семьи… – Адольф чуть не рыдал.

В горле встал ком. Да метелку на иголки, что ж такое!

– Хорошо, я сама отдам подарок. Не будет повода для увольнений.

– Спасибо, госпожа ведьма! – хором ответили мужички со склада.

Я со вздохом вернулась в ангар, подняла с пола упавшие в шоке документы и нашла “волшебное” слово.

– Изыди! –  я наполнила слово истинно подразумеваемым смыслом.

И клон открыл глаза.

Страсть какая! У поросят и то глаза больше.

– Как тебе мой подарок? – вдруг раздался голос ректора позади.

Я повернулась и посмотрела на Сибера, в чьих глазах, клянусь, плясали демоны.

– Не прощу! – процедила я, чувствуя, как меня слегка потряхивает.

– Что такое? Разве не ты все время думаешь о прибыли? Это идеальный вариант для тебя.

– Знаешь, я читала в романах, что девушек очень возмущает, когда без спроса крадут их первый поцелуй.

Сибер подавился воздухом, но слушал с возросшим в сто крат вниманием. Видно, что в недоумении, но очень интересно, как я свяжу эти две несвязанные вещи: клона и поцелуй.

– И?

– И я не понимала, что в этом такого возмутительного. Всего лишь касание губ. Но теперь поняла аналогию: ты испортил первого моего настоящего клона в жизни! Я чувствую себя как… как… как те девушки, у которых украли их первый поцелуй!

Сибер потемнел страшной моськой, а потом резко лапой сгреб меня за талию и сверкнул разными по размеру глазищами:

– Кажется, ты недавно вспоминала какого-то подопытного…

– Это был не клон, а человек.

– Значит, первый? – спросил Сибер хрипло.

И вот я чувствовала двусмысленность вопроса, но не могла конкретно разобраться, о чем он.

Широкие кустистые брови Сибера забавно изогнулись в ожидании ответа.

– Да! Это первый кло…

И тут он совершенно возмутительно украл еще и мой первый поцелуй.

Ох,  сердечко что-то застучало, дыхание сбилось. Руки Сибера оказались такими большими и сильными, словно железный корсет. Так крепко держали, будто он боялся, что я исчезну. А исчезать не очень-то и хотелось, честно говоря.

Сибер удивительно нежно закончил поцелуй, медленно оторвался от моих губ и с ожиданием посмотрел мне в глаза.

Было приятно, даже вкусно как-то. Признаться, не думала, что это занятие достаточно дельное. Пожалуй, в поцелуях можно даже выгоду найти: настроение поднималось на раз, и хотелось придурковато улыбаться. А в хорошем расположении духа ведьма варит самые сильные зелья.

Правда, я вскользь заметила жирного клона и тут же рассердилась. Сибер же потянул меня к себе за талию, жадно требуя внимания. Смотрел так, будто ждал от меня чего-то. Даже глаз – тот, который поменьше, – морщил, словно готовился получить оплеуху.

– Клона обменяй! – попросила я, и Сибер резко выдохнул.

– Тебя сейчас только клон волнует? – Руки на моей талии еще сильнее сжались, и я нахмурилась.

– Возмущает! – Попробовала оторвать его руки, но смогла оттянуть от себя только по одному пальцу на каждой руке.

– А поцелуй?

– На поцелуях не заработаешь!

– Кто тебе сказал? – вдруг вставила свой медяк Хрючелло, и Сибер та-а-ак зыркнул на нее, что кошка тут же смоталась со склада.

А я задумчиво повторила:

– Действительно, а кто сказал, что нельзя?

– Ир-р-рма! – натурально зарычал ректор.

– Что? Как я с таким подопытным на людях покажусь? Да на него даже лямки моего рюкзака не налезут – засмеют! Тут каждый клон ведьме сумки носит, а я что? А как в учебный корпус войти? Он даже в дверь не влезет! И даже если окажется чудом в учебном зале, рядом встанет – половину аудитории займет.

– Об этом я подумал и принес два связанных портальных амулета. Один повесишь на него, второй на себя. Оставишь его у корпуса, подготовишь место в аудитории и сожмешь кулон – клон окажется рядом.

– А как…

– Рюкзак не налазит? Зачем тебе с таким громилой крохотный рюкзак? Используй его на все сто, пока зельями не схуднула. Такие, как он, унесут хоть стог сена. А теперь представь, какой кузовок можно на него повесить, когда идешь на сбор ингредиентов.

Я представила. Впечатлилась. Задумалась.

Поняла, что первое отрицание связано с предвкушением реакции окружающих, и отругала себя. Что это я стала такой впечатлительной до чужого мнения? Когда дело касалось выгоды, я могла откинуть все что угодно в сторону. Сибер-то дело говорит. Этот клон, пусть и в подметки не годится бывшему подопытному внешне, правда может унести море трав и кореньев.

– А он потом снова наберет вес после зелий для похудения? – спросила я задумчиво.

– Да, это заложено в нем создателем, так что сможешь снимать магролики про свои зелья для похудения снова и снова, доказывая эффективность. Теперь ты понимаешь, что твой клон очень… – Тут Сибер будто подавился, но все же сказал это слово: – Выгоден!

Я представила, сколько стоит зелье для похудения, и умножила золотые на бесконечное множество.

– У тебя даже глаза заблестели, – с долей иронии и щепоткой, похожей на ревность, заметил ректор.

– Еще бы! – радостно заулыбалась я и почувствовала, что сгоряча наговорила Сиберу лишнего. Решила исправиться: – Спасибо большое!

И, припомнив, как героини благодарили своих героев, я привстала на цыпочках и поцеловала ректора в щеку в рытвинах.

Сибер снова словно солнышко проглотил. Улыбнулся на удивление белозубой улыбкой и спросил:

– Значит, помолвка с кузеном отменяется?