» » » онлайн чтение - страница 15


  • Текст добавлен: 27 января 2017, 14:10


Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Автор книги: Никита Бичурин


Жанр: География, Наука и Образование


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 15 (всего у книги 20 страниц)

Шрифт:
- 100% +

Донос на самого себя уничтожает преступление, и донесший на самого себя до открытия его преступления освобождается от наказания, но в деле по воровству покража отбирается от него. Ежели судимый по какому-либо маловажному преступлению добровольно признается в другом важном преступлении, то освобождается от наказания за важное преступление. Донесение на самого себя в суде отличается от добровольного признания при допросе. Важные преступники из зачинщиков не подходят под сей закон.

Родственники, живущие не в разделе, также дед и бабка женины, тесть и теща, внуки от дочери, зять по дочери, внучнина жена, деверья и жены их могут скрывать преступления друг друга. Невольники, невольницы и наемные люди, таившие о преступлении своих господ, избавляются от суда, и самое дело, открытое по сему предмету, оставляется без судопроизводства. Даже если бы преступник в бегстве скрывался у своих родственников, и сие не ставится им в вину. Но сей закон не простирается на изменников и других государственных преступников.

Донос на старших родственников не принимается в уважение. Ежели сын доносит на отца или мать, внук – на деда или бабку, жена и наложница – на мужа, также на мужнина деда или бабку, на свекра или свекровь, младшие родственники – на старших, все сии доносители предаются суду, хотя бы их доносы и справедливы были, а обвиняемые избавляются от суда. Сей закон простирается на невольников и невольниц, когда они доносят на своих господ.

Ябеда считается преступлением, имеющим относительную важность. При сочинении жалобы другим представляющий дело в ложном виде, т. е. или увеличивающий, или уменьшающий оное, судится за ябеду. Если истец вовсе не думал подавать жалобы, а ябедник подал мысль и побудил его к тому; то последний считается зачинщиком, а истец – сообщником. Если истец сам вознамерился подать жалобу, а ябедник со стороны подстрекнул его к тому, то последний судится одинаково с преступником; и если сей приговорен к смерти, то ябедник наказывается одним степенем ниже его. Подкупленный к подаче ложного доноса судится как бы сам ложно доносил, и, быв приговорен к смерти, не освобождается от казни; а подкупивший судится как преступник законов. Для уничтожения ябеды земским начальникам поставлено в обязанность избирать в народе верных и правдивых людей, знающих грамоту, и возлагать на них сочинение жалоб для просителей. Желающие производить иск должны прибегать к сим писарям, которые обязаны писать прошения со слов просителей, а под прошением подписывать свое прозвание и имя; а без сего запрещается судебным местам принимать прошения.

Принимать прошения от истцов дозволяется одному только земскому начальнику, т. е. окружному или уездному правителю, которые уполномочены окончательно решать маловажные дела, а важные дела обязаны представлять на рассмотрение областного правления и так далее.

Для производства следственных дел законами назначены сроки. Для исследования дела по обыкновенному убийству определен шестимесячный срок, а для производства следствий по важным уголовным делам, как то: по грабежу, разбою и гробокопательству – четырехмесячный срок. Из шестимесячного срока назначено три месяца земскому начальнику для представления дела в областное правление; один месяц областному правителю для представления дела в уголовный суд; один месяц уголовному суду для представления дела начальнику губернии; один месяц начальнику губернии для представления дела в Уголовную палату и государю. Подобным же образом из четырехмесячного срока назначено два месяца земскому начальнику, 20 дней областному правителю, 20 дней уголовному суду и 20 дней начальнику губернии. Ежели за непоимкою главного преступника и неявкою нужных свидетелей невозможно привести дело в ясность, то представляют государю о продолжении срока.

В страдовое время, т. е. с 1-го числа 4-го месяца до истечения 7-го месяца[127]127
  В 1835 году 1-е число 4-го месяца было 17 апреля, а последний день 7-го месяца случился 9 сентября.


[Закрыть]
, прекращается суд по всем делам, исключая важных, как то: измены, смертоубийства, воровства, лихоимства с нарушением законов, также по злоупотреблениям маклеров и мошенническому грабежу товаров у гостей. Ежели у преступника, приговоренного к смерти, отец или мать, дед или баба выше 70 лет, или тяжко больные, или увечные, требующие призрения, а в семействе нет возрастного по нем, имеющего выше 15 лет, дозволяется освободить его от смертной казни – с утверждения государева; и если он будет оставлен для пропитания, то наказывается только двухмесячным ношением шейной колодки, 40 ударами планкою, а по смертоубийству в ссоре еще платит 20 лан серебра семейству убитого на пропитание. Таким же образом оставляется сын вдовы, получившей за доброе свое поведение титул целомудренной.

По случаю милостивого манифеста оказывается прощение на различных положениях, смотря по качеству преступлений. Маловажные вины совершенно прощаются, а из важных некоторые прощаются, а другие только смягчаются. В манифестах 1736 и 1796 годов, состоявшихся по случаю вступления на престол, изъяты были из прощения десять действительных преступлений: 1) смертоубийство; 2) похищение имущества и воровство с насилием; 3) зажигательство; 4) гробокопательство; 5) принятие взяток с нарушением и без нарушения законов; 6) подлоги; 7) прелюбодеяние; 8) хитрое завлечение людей в худые общества; 9) смертоубийство, произведенное чрез наветы; 10) попущение преступления за знаемо и дозволение производить лихоимство и перевод денег в ходатайстве по преступлениям.

В Уголовной палате по истечении каждых пяти лет учреждается комиссия для краткого пересмотра, а чрез десять лет для полного исправления законов. Сия комиссия с должным вниманием рассматривает именные указы и одобренные палатою положения, изложенные в докладах государственных чиновников для определения меры преступлений, также сверяет старые и новые постановления, противоречившие друг другу; по окончании сего исправляет законы, излагая под старыми статьями новые постановления, коими отменяются первые. Для краткого исправления назначается десятимесячный, а для полного – годичный срок. Вновь введенные постановления комиссия представляет государю; и как скоро они будут утверждены, обнародываются к исполнению. Законы положительно определяют меру вины, а постановления, по стечению обстоятельств, смягчают или увеличивают оную и потому считаются только пополнением законов. Случайные государевы решения по уголовным делам отнюдь не считаются положительными законами: почему запрещается подводить оные для смягчения или усиления винности.


Примечание. Уголовные законы, имеющие действие в армии в продолжение войны как меры случайные, не принадлежат к уголовному законодательству.

«Донос на самого себя уничтожает преступление, и донесший на самого себя до открытия его преступления освобождается от наказания… Важные преступники из зачинщиков не подходят под сей закон»

VII. О ШАМАНСТВЕ

«…Мы очень обманывались в своих мнениях насчет шаманства. То, что нам казалось грубым обманом в кочевых шарлатанах, составляет религию, господствующую ныне при Китайском дворе и в Маньчжурии»



Водно время с покорением сибирских стран мы получили первое сведение о шаманстве, дотоле неизвестном Европе. Наши ученые путешественники, обозревавшие Сибирь, не довольствуясь неотчетливыми о нем рассказами простых очевидцев, старались лично удостовериться в справедливости этих рассказов; они видели шаманов и шаманок, совершающих мистические обряды и, судя по странным их действиям при сем, единогласно заключили, что шаманство есть ремесло, которым хитрые шарлатаны под благовидными формами грубо обманывают легковерных простаков из личных выгод. Долго в Европе безусловно верили сему мнению. Наконец наши миссионеры, живущие в Китае, узнали устав шаманского служения, изданный в Пекине в 1747 году на маньчжурском языке, и с сего времени открылось, что мы очень обманывались в своих мнениях насчет шаманства. То, что нам казалось грубым обманом в кочевых шарлатанах, составляет религию, господствующую ныне при Китайском дворе и в Маньчжурии. Древние обряды ее, изложенные в вышепомянутом уставе, представляют стройную систему, основанную на понятиях чисто религиозных. Кочевые сибирские шаманы, изучая обряды шаманства по устным преданиям, с течением времени не могли не обезобразить их грубыми изменениями и прибавлениями, происходившими от их невежества, но со всем тем удержали существенные части шаманского служения, как ниже увидим.

Начало шаманской религии, судя по простоте обрядов ее, должно относить к тем временам мира, когда люди еще не имели ни храмов для жертвоприношений, ни особливых сословий, посвятивших себя служению при жертвенниках.

Религия эта и ныне совершенно чужда фанатической веронетерпимости, свойственной прочим языческим религиям[128]128
  Маньчжуры, кроме шаманской религии, следуют обрядам всех других религий, терпимых китайскими законами. У них в похоронной процессии нередко бывают монахи трех религий, идущие в некотором отдалении одни от других. Каждое отделение облачено в свой служебный костюм и поет свои молитвы. В торжественные дни в самом дворце тибетские и монгольские дамы отправляют молебствия сряду по нескольку дней. Исламизм исключен по причине собственного его фанатизма.


[Закрыть]
. Мы называем ее шаманством от слова шаман, заимствованного от тунгузского слова самань, которое означает человека, соединяющего в себе качества жреца, врача и волхва. История хотя представляет нам таковых людей в Азии задолго до времен р.х., но уже принадлежащими к особливым сословиям, исключительно посвятившим себя служению при храмах. К сожалению, до сего времени еще не открыто ни памятников, ни свидетельств исторических, по которым бы можно было заключить, в чем и до какой степени нынешнее шаманство разнствует от древнего. Что касается до нынешних шаманов в Маньчжурии, они принадлежат к разным сословиям в обществе и название шамана носят только по исправлению должности жреца, которую они изучают и принимают на себя добровольно, без всяких обрядов посвящения и без утверждения правительством. Сверх сего в Маньчжурии и не было, и доселе нет ни храмов для шаманского служения, ни дней, определенных для сего.

Шаманов безвременно призывают в дом, где нужно их религиозное содействие по какому-либо случаю. Один Богдо-хан по преимуществу пользуется правом иметь храмы и жрецов для шаманского служения.

В Пекине шаманское служение совершается в двух местах: во дворце государыни и в шаманском капище, которое лежит во внутреннем городе, на юго-восток от дворцовой крепости, и по-китайски называется Тхан-цзы, что значит храм. Маньчжуры превратили сие слово в танеэ, а собственного названия – без вещи – не имеют.

В шаманском капище находятся три храма, как то: главный храм, состоящий из одного зала в три звена; круглый храм, имеющий вид небольшого павильона, и малый храм, похожий на беседку. В этих храмах нет ни мебели, ни украшений каких-либо, даже наружность их очень проста. Во дворце государыни, в служебном зале, развешивается на шестике занавес: при утреннем служении – на западной стороне, при вечернем – в северо-западном углу, а посредине зала ставится веха, утвержденная на каменной тумбе. В шаманском капище веха ставится пред круглым храмом, а от вехи проводится чрез круглый храм в главный три бечевки, которые привязываются к северной стене над занавесом. Как при шаманском служении иногда сама государыня присутствует, а при ней ни один мужчина, исключая евнухов, быть не может, то должность шаманов исправляют женщины, почему в обоих храмах служение совершается одною шаманкою в шаманском одеянии; по правую ее сторону, несколько отступя назад, стоит подшаманка в обыкновенном своем одеянии. Шаманка читает молитвы и поет гимны плавно и тихим голосом, с важным и благоговейным видом. Но каким образом она действует в тайных молитвах при жертвоприношении, я не имел случая видеть. У государыни в храме Онготам, хранителям лошадей, при вечернем жертвоприношении употребляют по две свиньи, а при большом жертвоприношении, во 2-й день каждого месяца, также при большом жертвоприношении весною и осенью при водружении вехи употребляют по одной свинье.

Штат шаманок при Дворе состоит из 12 женщин. Должность сию исправляют жены дворцовых офицеров и за это получают от Двора одно только одеяние. Сверх шаманок еще находится 36 подшаманок, которые прислуживают шаманкам при обрядах, 37 женщин для толчения коры, и 19 женщин, делающих из той коры курительные свечи для шаманского служения. Все эти женщины суть жены дворцовых солдат. Они получают от Двора на содержание от половины до 2-х лан серебра и по полумешку риса – ежемесячно.

Вот краткий очерк шаманства в древнем, сколько известно, и нынешнем его состоянии. Взглянем на нынешние обряды его.

Шаманское служение состоит в жертвоприношении Небу и онготам. По вероучению шаманов, под Небом разумеется сила, управляющая миром – Бог, под онготами – души людей, которые в жизни сей делали добро людям, да и по смерти продолжают благотворить им.

Шаманское жертвоприношение разделяется на обыкновенное и временное, или случайное; первое совершается во дворце государыни, последнее наиболее в шаманском капище. Обыкновенное жертвоприношение разделяется на ежедневное и ежемесячное.

Обыкновенное ежедневное жертвоприношение совершается каждый день утром в 3-м и 4-м часу пополуночи, вечером – в 3-м и 4-м часу пополудни. При утреннем жертвоприношении молятся онготам: Шагямони, Бодисатва и Гуан-ди; при вечернем молятся онготам: Ахунь-няньси, Аньчунь-аяра, Мури-муриха, Надань-дайхунь, Нархунь-сюаньчу, Эндури-сэнчу, Баймань-чжангин, Надань-вэйхури, Эньду-монголо, Катунь-ноинь[129]129
  Последние десять онготов суть тунгусы, что видно из их имен, чисто тунгусских. Что касается до первых трех, Шагямони и Бодисатва суть индийцы, жившие за десять веков до Р. X. Они основали буддайскую религию. Гуань-ди родом был китаец, живший в III столетии по Р. X. Он обоготворен за верность к законному государю. По всей вероятности, сии три лица внесены в число тунгусских онготов уже по завоевании Китая маньчжурами по видам чисто политическим.


[Закрыть]
.

Обряд ежедневного утреннего жертвоприношения заключается в следующем: в служебном зале государыни, на столе, поставленном у самого занавеса пред изображениями трех онготов, ставят три блюдца с курениями, три чарочки с чистою водою и хлебенное. Шаманка начинает служение молитвою, которую читает нараспев, а ей подыгрывают на балалайке и гитаре. При молитве пред закланием животного снимают со стола чарочки с чистою водою, стоявшие пред изображением Бодисатвы, и как скоро затворят храм и закроют изображения трех онготов, то приводят жертвенное животное, и когда шаманка кончит чтение молитвы, то вливают воду в ухо животному; потом, выпустив кровь из него, разделяют животное на части и варят. Сварившееся мясо шаманка ставит на стол и чтением молитвы оканчивает служение.

При вечернем служении ставят на стол пред изображениями онготов пять блюдцев с курениями, пять чарочек с чистою водою и хлебенное. Шаманка, опоясавшись поясом с бубенчиками и с привскакиванием ударяя в ручной бубен, поет гимн, а ей подыгрывают на гитаре и стучат в такт деревянным камертоном. По троекратном совершении сего обряда шаманка читает молитву пред изображениями онготов. После сего приводят жертвенное животное и поступают с ним по обряду утреннего служения. Сварившееся мясо шаманка ставит на стол и читает молитву пред онготами. По окончании сей молитвы потушают курения в блюдцах и огонь в фонарях, скутывают печь, в которой мясо варилось, и опускают темный занавес; присутствующие выходят из храма, и дверь затворяется. Оставшаяся в храме шаманка, потрясая бубенчиками в руке и на пояснице своей, читает молитву нараспев и молится; ей подыгрывают на гитаре с деревянным камертоном. По четверократном совершении сего обряда, поднимают занавес, отворяют дверь храма, зажигают фонари, уносят жертвенное мясо и снимают изображения онготов. Если государь и государыня присутствуют при жертвоприношении; то они делают поклонение, а на утреннем служении и жертвенное мясо получают.

Ежемесячное обыкновенное жертвоприношение онготам разделяется на утреннее и вечернее и в обрядах тем только разнится от ежедневного жертвоприношения, что здесь вместо чистой воды употребляется квашеное из проса вино, которое также вливается в ухо жертвенному животному.

Жертвоприношение Небу несколько разнствует от ежедневного жертвоприношения. Пред каменною тумбою с вехою, поставленною посреди служебного зала, ставят длинный стол с тремя серебряными тарелками для предложений; из них средняя тарелка с рисом, а прочие пустые. На северо-восток от вехи ставится длинный стол для жертвенного мяса. Во время служения подшаманка окропляет рис священною водою дважды пред молитвою и дважды по окончании молитвы. После сего приводят жертвенное животное, выпускают из него кровь, разнимают по хребетным позвонкам, срезывают с них мясо и варят. Из двух пустых тарелок на правую кладут позвонки, на левую желчь. Сваренное мясо изрезывают в куски и кладут в два сосуда, между которыми еще поставляют два сосуда с просяною кашею, Подле сосудов кладут разливную ложку и палочки, употребляемые вместо вилок, а остальное мясо изрезывают в куски и, положив в лоханки, накрывают кожею. Подшаманка вторично окропляет рис водою, дважды пред молитвою и дважды после молитвы; между тем нанизывают шейные позвонки на ниточку и вешают на вехе, а срезанное с них мясо, окропленный рис и желчь кладут в сосуд, прикрепленный к верхнему концу вехи.


К временным жертвоприношениям принадлежат:

1. Жертвоприношение онготам в начале каждого из четырех годовых времен.

В начале каждой четверти года совершается особенное утреннее и вечернее жертвоприношение онготам, при котором в служебном зале опускают занавес и ставят блюдцы с курениями; но вместо жертвенного животного приводят к дворцу государыни двух белых лошадей и двух бычков; приносят два слитка золота, два слитка серебра, два куска штофа[130]130
  Плотной шелковой ткани с рисунком. – Прим. ред.


[Закрыть]
с полозами, два куска штофа с драконами, 10 кусков бархата, голи и разноцветных атласов, 40 концов китайки. Приведенных лошадей ставят по правую, а бычков – по левую сторону дворцовых ворот, а золото, серебро и ткани евнухи приносят в храм и раскладывают на столе пред онготами и при утреннем, и при вечернем служении. По окончании обряда и лошадей, и бычков обратно уводят, а чрез три дня уносят золото, серебро и ткани, и все отдают в контору жертвенного скота, где продают и скот, и ткани в пользу конторских расходов.


2. Моление онготам о ниспослании счастия.

О ниспослании счастия просят онготов Фули-Фуду и Омоши-мама, которым жертву приносят при утреннем и вечернем служении вместе с прочими онготами. Исключение состоит в том, что подшаманка заблаговременно вырубает в западном дворцовом саду иву – вышиною в девять футов, в нижнем отрубе трех дюймов – и пред самым жертвоприношением водружает ее пред окнами государыни; пред онготами ставит вино и хлебенное, а на южной половине ставит стол моления о счастии; на сем столе расставляет девять сосудцев с вином, два блюда с вареными карпами, два блюда с вареными перьменями, два блюда с просяною кашей и разное хлебенное. После сего шаманка начинает петь гимн, легко потрясая ножом с бубенчиками и молится по чиноположению утреннего служения. Подшаманка подает ей стрелу с привязанною к ней пенькою, после чего стол, приготовленный для моления о счастии, выносят на двор и ставят пред водруженною вехою. Вслед за сим и шаманка выходит на двор, легко потрясая левою рукою нож, а в правой держа стрелу с пенькою. Она становится пред столом по правую сторону ивы, поднимает стрелу вверх и, пенькою пригибая к себе ветвь ивы, троекратно поет гимн и молится. В сие время государь и государыня совершают поклонение и получают жертвенное мясо. Таким же образом совершается и вечернее служение, после которого относят иву в шаманское капище.


3. Жертвоприношение в круглом храме.

В круглом храме приносят жертву онготам Ниохонь-Тай-цзи и Удубынь-Бэйзэ. В Новый год жертвоприношение совершается во 2-е, а в прочие месяцы – в 1-е число. Предложение им состоит из временных яств, вина и бумаги, развешиваемой на шесте. Шаманка, легко потрясая ножом, поет молитвенный гимн и читает молитву; ей подыгрывают на гитаре с деревянным камертоном, чем и оканчивается служение.

В юго-восточном углу шаманского капища есть малый храм, в котором также в 1-е число каждого месяца приносят жертву онготу Шаньси. Сия жертва состоит из временных яств, вина и бумаги, развешиваемой на шесте. Евнух, совершающий служение, читает молитву и молится с коленопреклонением, с открытою головою, без курмы (верхнее одеяние) и пояса и кланяется до земли.


4. Омовение онготов.

Ежегодно в 8-е число четвертого месяца (в мае) онготов, чествуемых утренним жертвоприношением, переносят из дворца государыни в главный храм в шаманском капище. Изображения Бодисатвы и Гуань-ди предварительно развешивают на занавесе, а кивоты[131]131
  Деревянный ящик или рама для образа. – Прим. ред.


[Закрыть]
их вымывают в желтой чаше, наполненной чистою водою, разведенною медом (сытою). По совершении обряда изображения обоих онготов влагают в кивоты, поставляют пред ними вино и хлебенное и развешивают бумагу на шесте. В этот же день совершают моление и пред онготами круглого храма. В обоих местах шаманка, легко потрясая ножом в руке, поет гимн и читает молитву. По окончании служения изображения онготов, чествуемых утренним жертвоприношением, обратно относят во дворец государыни.


5. Жертвоприношение при водружении шаманской вехи.

Ежегодно весною и осенью совершают большое жертвоприношение при водружении шаманской вехи. За день или за два пред сим обрядом бывает во дворце государыни предварительное жертвоприношение, совершаемое по чину утреннего и вечернего жертвоприношения. После сего изображения онготов, чествуемых утренним жертвоприношением, переносят из дворца государыни в главный храм в шаманском капище. Незадолго до перенесения онготов евнух отправляется в горы в округе Цин-чжеу и срубает там ель длиною в 20 футов, в поперечнике пять дюймов, с десятью коленцами или рядами сучьев. Это шаманская веха, которую водружают пред входом в круглый храм. В день жертвоприношения и в главном, и в круглом храме поставляют пред онготами вино и хлебенное. От занавеса в главном храме протягивают чрез оба храма до вехи три бечевки, на которых развешивают бумагу, а на вехе выставляют флаг. На месте в круглом храме также развешивают бумагу. В обоих храмах шаманки совершают обыкновенное моление. При троекратном чтении молитвы вторят им на балалайке, гитаре и деревянным камертоном. Если государь и государыня присутствуют при сем жертвоприношении, то и они пред молитвою совершают поклонение в обоих храмах. Государь получает жертвенное мясо.

По окончании служения при водружении вехи изображения онготов обратно переносят из шаманского капища во дворец государыни, где в тот же день приносят им жертву по обряду месячного жертвоприношения, а на другой день по сему же обряду приносят жертву Небу.


6. Жертвоприношение онготамхранителям лошадей.

Онготы Ниохонь-Тайцзи и Удубынь-Бэйзэ почитаются хранителями лошадей. Им приносят жертву сряду два дня. В первый день просят их о сохранении царских лошадей, а во второй – о сохранении казенных лошадей на пастбищах. В первый день при утреннем жертвоприношении вешают на конских волосах из гривы и хвоста 70 пар шелковых лоскутков красного цвета, а при вечернем – 30 пар шелковых лоскутков черного цвета, которые шаманка по окончании служения отдает в дворцовые конюшни. В следующий день при утреннем жертвоприношении развешивают 280, а при вечернем – 30 пар шелковых лоскутков черного цвета, которые по окончании служения также раздаются по конюшням. При сем случае в первый день купно приносят моление тем же онготам в круглом храме, куда приводят из царских конюшен 10 лошадей. К хвостам сих лошадей и при утреннем, и при вечернем жертвоприношении во время молитвы привязывают темно-красные и темные шелковые ткани для принятия счастия.

В Новый год, в полночь на 1-е число, государь совершает поклонение пред онготами во дворце государыни; а потом, сопровождаемый князьями и вельможами маньчжурского племени, отправляется в шаманское капище, где поклоняется

Небу в круглом храме, делая три коленопреклонения с девятью поклонами в землю. Отправляясь в поход, он таким же образом является в шаманское капище, где прежде совершает поклонение в круглом храме, а потом пред главным знаменем с изображением желтого дракона. Ежели государь вместо себя отправляет главнокомандующего в армию, то вместе с ним исполняет сей обряд напутственного поклонения. Таким же образом он совершает поклонение по счастливом возвращении из похода.

«Шаманское служение состоит в жертвоприношении Небу и онго-там. По вероучению шаманов, под Небом разумеется сила, управляющая миром – Бог, под онготами – души людей, которые в жизни сей делали добро людям, да и по смерти продолжают благотворитъ им»

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 | Следующая

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю

Рекомендации