Текст книги "Искупление"

Глава двенадцатая
За пять дней до Нового года

Утро понедельника для Сергея Головина началось очень рано. К восьми часам он уже отправился на Тверскую, к газетному киоску, продавец из которого, судя по рассказу Юрия, стал несколько дней назад свидетелем странного происшествия. Вчера Сергей тоже побывал здесь, без особой, впрочем, надежды на успех, вероятность того, что в воскресный день киоск окажется закрыт и разыскать старика не удастся, была очень велика. Так и вышло, но даже безрезультатная поездка представлялась Головину вчера лучшим выходом из положения, чем ее альтернатива – полное бездействие. Потому что никаких других вариантов поиска шефа у него не имелось. Больше делать было нечего – разве что еще раз, более тщательно, но опять безрезультатно, опросить всех знакомых шефа, не знают ли они что-нибудь о нем, да несколько раз за воскресенье позвонить Юрию и убедиться, что полиция Шаповалова так до сих пор и не нашла. Телефонные переговоры заняли почти весь день, но так же, как и раньше, не дали никакого результата и не сдвинули дело ни на шаг с мертвой точки. Никто не знал, где находится Станислав, и даже предположить не мог.

Сегодня же киоск работал, металлические жалюзи, прикрывавшие вчера витрину, были открыты. С самого утра бдительный чекист в отставке заступил на пост и восседал на своем месте, не только продавая газеты, журналы и прочую сопутствующую мелочовку, но и внимательно наблюдая за происходящим вокруг.

В этот ранний час у киоска никого не было. Сергей подошел, вежливо поздоровался и, решив, что ходить вокруг да около тут бессмысленно, прямо задал старику интересующий его вопрос.

– В пятницу вечером около вашего киоска произошел инцидент со стрельбой. Вы были свидетелем. Я очень хотел бы узнать все подробности, даже мельчайшие.

Киоскер некоторое время молчал, пристально глядя на него, а потом заявил:

– А ты ведь не из милиции.

И это явно было утверждение, а не вопрос.

– Не из милиции, – согласился Головин, поняв, что хитрить тут бессмысленно. – Я работаю в службе безопасности фирмы. Ищу своего шефа, который исчез как раз в пятницу и…

– Документы покажи, – перебил его киоскер.

Сергей протянул свою корочку, старик взял ее из его рук и очень внимательно изучил, разве что не понюхал и на зуб не попробовал.

– Головин, говоришь? – произнес он наконец. – Начальник службы безопасности? «Объединенная Строительная Компания»? Ну-ну… А паспорт свой покажешь, Сергей Александрович?

Спорить Головин не стал, это было не в его интересах. Сейчас он нуждался в помощи старика, а никак не наоборот. Сергей продемонстрировал свой паспорт, который был изучен еще более внимательно. По-видимому, результаты исследования документов удовлетворили киоскера, потому что он сменил гнев на милость:

– Ладно, давай показывай фотографию своего шефа.

Фотографиями Стаса Сергей давно догадался озаботиться и теперь показал собеседнику самый крупный и четкий снимок.

– Он? – спросил, уже откуда-то заранее зная, что ответ будет утвердительным. И не ошибся в своем предчувствии.

– Он, – кивнул бывший чекист. – Точно он. У меня на лица память профессиональная. Это именно на него напал тот парень…

После разговора со стариком в душе Головина образовалась полная сумятица. Сомнений в том, что именно Станислав Михайлович был тем человеком, в которого прямо посреди улицы выстрелил неизвестный (и попал, как утверждал киоскер), почти не оставалось. Но объяснения, кто и почему стрелял в его шефа, Сергей найти не мог, как ни искал. Он уже точно знал, что Шаповалов в тот момент уходил от полиции, воспользовавшись подсказкой своего начальника отдела безопасности. Пройдя через чердак на крышу, а оттуда на крышу соседнего дома, с которой спустился по пожарной лестнице, Станислав как раз и должен был оказаться вскоре у этого газетного киоска, тут все сходилось. Но его преследователь?.. Откуда он взялся? Кто он такой? Если, скажем, полицейские перед тем, как брать подозреваемого, расставили вокруг дома и соседних домов посты… И этот человек в темной куртке и надвинутой на глаза шапке был одним из них… И он погнался за Стасом, попытался его остановить… Нет, ничего похожего даже и быть не может. Полицейский в этом случае вел бы себя совсем иначе. Бежал бы, кричал, требуя немедленно остановиться, предупреждал бы, что будет стрелять, действительно выстрелил бы сначала в воздух… И уж никак не из пистолета с глушителем. Так что загадочный тип вел себя скорее не как полицейский – а как профессиональный киллер…

Так и не уехав с Тверской, Головин сидел в своем джипе, припаркованном недалеко от газетного киоска, курил неизвестно какую по счету сигарету и напряженно размышлял. Только что поступившая к нему информация выглядела столь странно, что он никак не мог структурировать разбегавшиеся во все стороны мысли.

Итак, предположительно можно было остановиться на том, что в его шефа стрелял наемный убийца. Который или пришел вместе с полицией (что весьма удивительно), или оказался здесь в это же самое время по случайному совпадению (что еще более невероятно). Единственное возможное объяснение, которое могло сейчас прийти в голову Сергею, заключалось в следующем. Таинственный некто, который хотел, чтобы Стаса обвинили в убийстве Жданова, который подтасовал улики и навел на Стаса полицию, решил на всякий случай подстраховаться и вместе с омоновцами отправить к Шаповалову еще и киллера. На всякий случай, если арест вдруг сорвется… Или нет? Может быть, это было частью плана? Может быть, киллер специально должен был убить Стаса именно в тот момент, когда бойцы выводили бы его из подъезда? Нет, это уж совсем бред какой-то! Надо быть полным идиотом, чтобы убирать клиента на глазах целого взвода омоновцев. Это было бы опасно для убийцы, даже если бы он стрелял из укрытия, скажем, с чердака. Хотя… Предположим, что он действительно был в укрытии и оттуда увидел, как Стас уходит по крышам. Увидел и погнался за ним… Да, такое теоретически возможно. Маловероятно, но возможно.

Решив пока удовлетвориться таким объяснением, Головин отметил для себя первый пункт дальнейшего плана действий – необходимо найти того, кто мог подставить его шефа. Не только подставить, но и ненавидеть до такой степени, что еще и подослать к нему наемного убийцу.

Этот пункт представлялся весьма важным, но имелся и другой, который казался едва ли не важнее, чем первый. Нужно было разыскать Станислава – и как можно скорее. Судя по рассказу киоскера с богатым чекистским прошлым, пуля киллера Стаса все-таки задела. Не убила – иначе тот не мог бы убежать на другую сторону Тверской, – но ранила. А вот насколько серьезно – неизвестно. И именно с поиска ответа на этот вопрос нужно было начинать, а не сидеть здесь, гадая, по какой логике действовал киллер. Сейчас это менее важно. И даже заказчик менее важен.

Ругая себя за то, что оказался таким тугодумом, Сергей тут же схватился за телефон, позвонил заместителю и дал команду немедленно разослать ребят по всем больницам и клиникам, особенно в центре города. Пусть делают что хотят, землю носом роют, но как можно скорее выяснят, не обращался ли к врачам, начиная с вечера пятницы, мужчина лет сорока с пулевым ранением? Прилично одетый, без документов и, весьма вероятно, назвавшийся вымышленным именем.

– Задачу понял, – отрапортовал, выслушав, зам. – Морги, я так понял, тоже прошерстить?

– Морги? – на миг задумался Сергей. Подобный вариант пока не приходил ему в голову. А меж тем, как это ни неприятно осознавать, подобный исход событий представлялся весьма вероятным. – Да, и морги тоже, конечно.

Головин уже собирался позвонить Юрию, когда телефон в его руке завибрировал.

– Есть новые сведения, – доложил Виктор. – Помните, вы просили проследить за квартирой Олеси. Видимо, с ней что-то не так. Окна все время темные. Похоже, она сбежала.

– Ты не отследил?

– Я же не могу все время сидеть на одном объекте, – обиделся подчиненный. – Вы сами дали указание наблюдать и здесь, и там. А я же не резиновый, чтоб разорваться.

Сергей вздохнул. Похоже, Виктор прав. Придется проверить, куда делась Олеся. Вдруг она все-таки связана с шефом и ломала комедию просто для отвода глаз, а сейчас, чем черт ни шутит, отправилась к нему. «Как жена декабриста», – мелькнула мысль, и Сергей покачал головой: уж больно не вписывалось подобное самопожертвование в образ Оксаны. Тут скорее другое. Провинилась и дала деру?.. Надо разобраться.

– Потрись пока там, соседей порасспрашивай. Только потихоньку, – дал указание Головин, набрал номер Юрия и попросил, чтобы тот имел в виду информацию обо всех чрезвычайных положениях в городе. Весьма вероятно, что его шеф ранен, а быть может (не дай бог, конечно!), и убит. Нужно искать его, живого или мертвого, не забывая при этом, что у Стаса нет с собой документов. Кроме того, в криминальных сводках могла всплыть и Оксана.

– Подожди, не клади трубку. Ты сейчас где? – спросил Юрий, когда Головин договорил.

– На Тверской около газетного киоска, на который ты мне дал наводку. А что?

– Можешь подъехать сейчас ко мне? Есть разговор.

– Что? – тотчас вскинулся Сергей. – Какие-то новости?

– Лучше не по телефону. Приедешь?

– Разумеется. Ты уже на службе?

– Ну конечно, а где же мне быть? Подъезжай ко входу в «Эрмитаж», встретимся там.

– Хорошо, скоро буду.

Выруливая на Бульварное кольцо, Головин бросил взгляд на часы и очень удивился – уже почти половина одиннадцатого. Он так задумался, что провел в размышлениях больше двух часов и даже не заметил, как они пролетели.

В саду «Эрмитаж» в этот утренний час было малолюдно, каток не работал, музыка не звучала. Юрий и Сергей неторопливо шагали по расчищенным дорожкам между чуть припорошенных снегом газонов.

– Ты, кажется, интересовался Олесей Владимировной Петуниной? – хмуро спросил Юрий, стряхивая снег с рукава элегантного пальто.

– А что, о ней уже что-то есть?

– Вот именно, что есть. Она была убита позавчера. В той самой съемной квартире на Алабяна, которую снимает ей Шаповалов. Она и вместе с ней еще один парень.

– Вот это да… Ни фига себе! – Головин даже остановился, пытаясь осмыслить услышанное. – Подробности расскажешь?

Вот и нашлось объяснение исчезновению Олеси. А Виктор – молодец, вовремя заметил, жаль только, что киллера не застал…

– Пока я сам знаю не слишком много, – пожал плечами Юрий. – Убили их в субботу вечером, стреляли из пистолета «макаров»…

– Надеюсь, хоть в этом убийстве не обвиняют моего шефа? – мрачно пошутил Сергей.

– Ничего не могу сказать, – отвечал его собеседник. – Разве только то, что исполнителем был, по всей вероятности, все-таки не он. Оба убитых, и парень, и девушка, застрелены, что называется, по классике – с контрольным выстрелом в голову. Явно работал профессионал. И, похоже, пистолет был с глушителем. Соседка клянется, что не слышала выстрела. Зато видела в глазок предполагаемого убийцу, который выходил из квартиры. И похож он по ее описанию не на Шаповалова, а совсем на другую знакомую нам личность…

– Высокий, плечистый, слегка сутулится, темная куртка и шапка, надвинутая на самые глаза? – догадался Головин.

– Именно так, – кивнул его друг. – Пока следствие по делу Олеси только началось, и никто, кроме меня, не связывает ее с Шаповаловым. Но, боюсь, очень скоро до этого дойдет.

Высокий, плечистый… тоже мне приметы. Да только у Головина таких парней десяток. Сутулость тоже можно не принимать серьезно в расчет – профессионал, наверняка знает, что делает, и заботится о том, чтобы в памяти свидетелей осталась одна яркая деталь. Зациклишься на ней – и не заметишь других, более существенных.

– Спасибо, братан, – Сергей снова остановился и пожал руку друга. – Это очень важные сведения.

– Что будешь делать? – поинтересовался Юрий, закуривая.

– Не знаю, – честно отвечал Головин. – Пока не знаю.

Он, и правда, не знал, что делать с этими на первый взгляд совершенно разрозненными кусочками информации, которая сегодня вдруг обрушилась на него. Но с какого-то момента ему уже стало понятно, что эти кусочки представляют собой пазл, в котором, правда, еще пока не хватает многих деталей. Но Сергей уже не сомневался, что сумеет эти детали найти – а значит, и пазл со временем соберется.

Расставшись с Юрием, Головин позвонил Борису Яковлевичу, одному из юристов, с которым сотрудничала «Объединенная Строительная Компания», и попросил о консультации. Однако тут ему не повезло – выяснилось, что Борис Яковлевич укатил с семьей на каникулы, находится сейчас в Финляндии и вернется только после праздников. В ответ на заявление Сергея, что дело не терпит отлагательств, юрист посоветовал обратиться к его коллеге, Полине Николаевне, которую рекомендовал как опытного и очень грамотного специалиста. Головин тотчас же связался с ней, попросил о встрече на ближайшее время и, узнав, что его могут принять прямо сейчас, тут же отправился на Комсомольский проспект, где располагался офис юридической компании.

Сергей ожидал, что юрисконсульт окажется зрелой дамой пышного телосложения в массивных очках и с пучком на голове, и потому был сильно удивлен, когда увидел перед собой высокую стройную и очень красивую блондинку с длинными прямыми волосами, которой никак нельзя было дать на вид больше тридцати лет. В душу тут же закрались сомнения в том, что такая красотка окажется дельным специалистом и сможет посоветовать ему что-то полезное, но отступать было уже некуда.

– Присаживайтесь, пожалуйста. – Девушка закрыла за ними дверь переговорной комнаты, указала клиенту на удобное кресло и сама уселась напротив. – Чем могу быть вам полезна?

– Видите ли, Полина Николаевна… – Он толком не знал, с чего и начать.

– Можно просто Полина, – улыбнулась она.

– Хорошо. Видите ли, Полина, мне хотелось бы получить юридическую консультацию. Предположим, у некоей компании есть два владельца, и один из них погибает. Кому переходит его часть собственности на фирму?

– Его наследникам, конечно. В первую очередь – это супруги, дети и родители. Потом – братья, сестры, внуки и внучки, дяди, тети и так далее.

– Да, это я знаю, – кивнул Сергей. – А если родственников нет?

– Что, вообще никого? – удивилась Полина.

– Похоже, вообще никого.

– А завещание? Владелец акций компании не оставил завещания?

– Насколько я знаю, нет.

Девушка ненадолго задумалась.

– Тогда, возможно, собственность перейдет ко второму владельцу компании. Но это, я повторяю, только возможно. В подобной ситуации каждый случай надо рассматривать конкретно.

– А если первый владелец не просто умер, а был убит? – продолжал свои расспросы Головин. – И обвинение в его убийстве предъявлено второму владельцу?

– А что, у второго владельца тоже нет родственников? – вскинула брови Полина.

– Нет, почему же… У второго есть. У него есть мать… – машинально ответил Сергей, и в это время в его сознании пронеслась мысль, не может ли смерть Олеси быть как-то связанной с наследством Стаса. Вдруг он пошел по ложному пути и поторопился сделать вывод, что киллер хотел узнать у девушки, где находится Шаповалов? А на самом деле ему заказали не только Стаса, но и Олесю? Однако развивать эту мысль дальше Сергей не стал, она не показалась ему внушающей доверия.

– Тогда, по всей вероятности, именно эта мать и будет владеть фирмой, по крайней мере, до тех пор, пока ее сын отбывает наказание за убийство, – пояснила тем временем юрист. – Но, конечно, очень сомнительно, что человек, которого признают убийцей, унаследует собственность убитого. Честно сказать, ваши вопросы поставили меня в тупик. Я никогда не сталкивалась с подобными случаями и совсем не уверена в том, как тут могут обстоять дела, – добавила она с чуть смущенной улыбкой. – Как я уже говорила, нужно рассматривать конкретный случай и как можно более подробно.

– Да, это-то я понимаю, – рассеянно кивнул Сергей. – Я другого никак не могу…

– Чего именно?

– Видите ли, Полина, дело в том, что второй владелец компании на самом деле убийства не совершал. Его подставили. И я пытаюсь разобраться, кто и зачем. Если компания остается у матери, то получается, что дело не в бизнесе…

– К сожалению, тут я вам уже ничем не смогу помочь, – развела руками девушка. – Скорее вам надо обращаться в детективное агентство, а не в юридическую консультацию. Но вы оставьте мне свой номер телефона на всякий случай.

– Да, конечно, – Сергей встал с кресла. Встреча с юристом ничего не дала ему, но он и не слишком надеялся на нее и потому не был слишком разочарован. – Сколько я вам должен?

Покинув юридическую контору, Головин, прежде чем сесть в свой джип, набрал телефон зама. Но и тот ничем не порадовал. Ребята ездили по больницам, клиникам и травматологическим пунктам в окрестностях Тверской улицы, но пока нигде, ни в лечебных учреждениях, ни в моргах, следов Стаса не находилось.

– Ищите! – почти кричал в трубку Сергей. – По всей Москве ищите, не только в центре!

Он понимал, что зам ничем не виноват в его неудачах, но все равно сорвался на него. Типичная реакция усталого издерганного человека в тупиковой ситуации. А выхода из нее и впрямь не виделось…

Подозревать вдову Михал Анатолича, которую Головин, разумеется, давно знал, в том, что она организовала убийство Жданова и сфабриковала улики, чтобы в этом преступлении обвинили ее собственного сына, было, разумеется, полнейшей нелепостью. Но, как получалось, единственным человеком, кому могла быть выгодна вся эта хитросплетен-ная интрига, оставалась только она, Лидия Шаповалова. И дальше рассуждения Сергея не могли продвинуться ни на шаг.

Не лучше обстояло дело и с киллером. Зачем, из каких соображений этот человек убил Олесю? Девчонка явно не имела никакого отношения ни к фирме, ни к смерти Жданова. Но, получается, что и ее тоже заказали вместе со Стасом? А парень, который вместе с ней погиб? Какова его роль в этой истории? И куда же, черт побери, мог подеваться Станислав Шаповалов? В этой безысходной ситуации Головин уже готов был поверить, что всю бодягу замутил именно Стас. Замутил – и спрятался. Но и такая версия никак ничего не объясняла…

– Шеф! Олесю, по ходу, убили! – доложил Виктор.

– Уже знаю, – Головин вздохнул. И почему его подчиненные на шаг отстают от убийцы? Либо он ловок и хитер, либо они не такие уж профессионалы. Однако и сам Сергей пока недалеко продвинулся, так что рано осуждать других.

Устав ломать голову над неподдающейся решению задачей, Сергей отправился обедать, но поел без всякого аппетита, машинально проглотил все, что ему подавали, даже не ощущая вкуса. Потом, сам не зная зачем, поехал в контору. В офисе «Объединенной Строительной Компании», к счастью, было относительно спокойно. Страсти, вызванные приездом ОМОНа, уже улеглись. Конечно, народ шептался по углам и строил разные предположения насчет судьбы Шаповалова, но так как толком никто пока ничего не знал, то ситуация еще была далека от критической точки и находилась под контролем. По настоятельной рекомендации Головина оставшаяся часть руководства компании придерживалась версии, что все в порядке и ничего не случилось. Визит ОМОНа был просто ошибкой, с которой уже разобрались. А шеф, как и собирался, уехал на каникулы в Европу. А после праздников он вернется – и все пойдет по-прежнему.

Сидеть одному в кабинете было невыносимо, заниматься какими-то другими делами – тем более. Ничего не шло в голову, все валилось из рук. От полного ощущения неприкаянности, отчаяния и собственной бесполезности Сергей принялся бродить по офису и остановился, привлеченный шумом, доносящимся с ресепшена.

Шум, в общем-то, был поднят из-за ничего, в другое время Головин и не обратил бы внимания на подобный пустяк – секретарша Катя, молоденькая миловидная шатенка, потеряла свой сотовый телефон. Разумеется, вокруг нее тут же собралась целая толпа советчиков – сотрудники офиса с удовольствием зацепились за повод оторваться от работы.

– Да ты в сумочке, в сумочке посмотри, – щебетала миниатюрная Иришка из бухгалтерии. – Прямо высыпи все из нее на стол и ищи! Наверняка где-нибудь на дне завалялся, у меня часто так бывает…

– Надо на него с городского позвонить, – предлагал, оттягивая пальцем высокий воротник свитера, Вадим, системный администратор.

– Да звонила уже! – сокрушалась секретарь. – И сумку всю перетряхнула. Нигде нет, и звонка не слышно…

– А ты вспомни, когда ты его видела последний раз, – бросил, проходя мимо, охранник Игорь, который, судя по всему, только что приехал в офис.

– Кажется, когда обедала, – наморщила высокий чистый лоб Катя. – Ну да, точно! Я ж его в кафе на столике оставила!

– Вот кулема! – хохотнул Вадим. – Это ж надо так облажаться! «Потому что на десять девчонок по статистике девять тупят», – пропел он на мотив известной песни шестидесятых годов.

– Можно подумать, только женщины вещи теряют, – обиделась Катя. – Мужчины, между прочим, ничуть не лучше. Вот даже шеф, Станислав Михайлович, – и тот осенью свой сотовый потерял. Помнишь, Игорь?

– Да, было дело… – подтвердил охранник. – Действительно, Станислав Михайлович однажды мобилу в банке забыл. Я потом забирать ездил.

– Но тебе, Катюха, куда меньше повезло, чем шефу, – ехидничал Вадим. – Кафе – это тебе не банк, и ты – не Станислав Михайлович, vip-клиент банка «Модус». Тебе, в отличие от шефа, с телефоном придется распрощаться, вряд ли тебе его вернут.

– Но попробовать-то надо, – настаивала Ирина. – Сбегай прямо сейчас в кафе, поспрашивай, не находили ли твою мобилу. А вдруг? Чем черт не шутит?

Головин, которому уже наскучило наблюдать за этой сценой, подозвал к себе Игоря.

– Ну что там с больницами? – без особой надежды поинтересовался он.

– Ничего, Сергей Александрович, – покачал головой парень. – Глухо. Я заму вашему уже докладывал – полный тухляк. Нигде никаких следов босса – ни в больницах, ни, слава тебе Господи, в моргах.

– Ладно, иди, – кивнул Головин. Он почти смирился с мыслью, что еще один день прошел впустую.

Однако ближе к вечеру, когда сотрудники офиса уже начали расходиться и сам Сергей задумался о том, не поехать ли домой, раздался звонок телефона. На экране высветился незнакомый номер.

– Сергей Александрович, – прозвучал в трубке приятный женский голос, – это Полина. Помните, вы были сегодня у нас в юридической консультации?

– Да, конечно.

– Так вот, Сергей Александрович, я не уверена, что это вам как-то поможет… Но решила все-таки поделиться. Меня заинтересовали сегодняшние ваши вопросы, и я, когда вы уехали, поискала информацию по аналогичным случаям. Литературу подняла, в Интернете посидела… В общем, в числе прочего наткнулась на немного схожую ситуацию, но там после убийства владельца компания отошла не наследникам, а банку, в котором под ее залог брались кредиты. Та компания задолжала банку и…

– Постойте, вы сказали банку? – перебил Головин.

– Ну да, именно так и сказала. Так вот, если…

– Спасибо вам, Полина! – У Сергея не было никакого желания выслушивать ту историю, да и необходимости в этом не имелось. – Извините, но я должен сейчас срочно уехать. Всего доброго.

Он нажал кнопку отбоя и уставился прямо перед собой, в темный прямоугольник так и не включенного сегодня монитора. Банк. Почему-то так получается, что все линии сходятся к банку. Из банка были переведены деньги со счета Шаповалова на счет киллера – убийцы Жданова. Банк, в котором «ОСК» берет кредиты, судя по словам юриста, может стать владельцем компании в случае отстранения двух владельцев сразу. И даже телефон свой Стас забыл в банке. Именно в банке «Модус»…

– Катя! – приказал Головин, нажимая на кнопку внутренней связи. – Ну-ка разыщи мне Игоря! Да побыстрее!

– Слушай, мне от тебя требуются ответы на два вопроса, – озадачил он подчиненного, едва тот вошел в кабинет. – Ты сегодня девчонкам рассказывал историю, как Станислав Михайлович забыл сотовый в банке. Так вот, напряги, пожалуйста, хорошенько память и вспомни, какой именно из его телефонов это был. Один из айфонов?

– Нет, – уверенно отвечал Игорь. – Это была обычная «Нокия». Ну, про которую он говорит, что это его любимая трубка.

– Хорошо, – кивнул Головин. Это действительно здорово упрощало дело. – А теперь самый важный вопрос. Мне нужно точно знать число и время, когда это произошло.

– Ну, Сергей Александрович, вы слишком многого хотите… – развел руками Игорь. – Разве это можно вспомнить, месяца два прошло, если не больше… Вроде пятница была… Точно могу только сказать, что ездил он в банк после обеда, значит, уехали мы оттуда часа в три. А за телефоном меня послали уже к вечеру, часов, стало быть, в семь. Я еще на обратном пути в детский магазин на Якиманке успел заехать, Машке подарок купить… Точно! Это ж накануне Машкиного дня рождения было. Она у нас тридцатого октября родилась, это было воскресенье… Значит, телефон шеф забыл в пятницу, двадцать восьмого.

– Игорь! – Головин серьезно посмотрел на парня. – Учти – то, что ты мне сейчас сказал, очень важно. Скорее всего, тебе придется повторить все это в полиции, может быть, даже на суде. Возможно, именно эти факты помогут нам отвести подозрение от Станислава Михайловича. Справишься?

– Так не вопрос, – пожал широкими плечами парень. – Что ж тут трудного – правду сказать? Это ведь не вранье…

Отпустив Игоря, Головин снова нажал кнопку внутренней связи и отдал заму распоряжение подготовить для него всю информацию обо всех связях «Объединенной Строительной Компании» с банком «Модус». Особенно его интересовало, какие взятые у банка кредиты остались непогашенными, в каких объемах и когда должен наступить срок выплат. Чем черт не шутит, вдруг и впрямь вся ниточка потянется именно отсюда?

Потом он взялся за телефон и набрал номер старого приятеля.

– Юрка, у тебя карандаш есть под рукой? Тогда запиши номер телефона… И дату. Двадцать восьмое октября, с трех до семи вечера. Да, так, все верно. А теперь проверь, пожалуйста, не в это ли время и не с этого ли номера были звонки на трубу киллера, который Жданова убрал, как его, Пономарев, кажется…

– Не киллера, – тут же поправил его Юрий, обладавший отличной памятью, что позволяло ему оставаться одним из лучших специалистов аналитического отдела Петровки. – Звонки с номера Шаповалова были на телефон посредника.

– Ну, в данном случае это не принципиально, – отмахнулся Головин. – Ты, главное, проверь время и дату.