Текст книги "Жизнь и смерть. Самые важные вопросы детской литературы"
Автор книги: Ольга Бухина
Жанр: Языкознание, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)
Глава 18
Неназываемая болезнь
Детям этого лучше не знать. Тебя это не касается. Вырастешь – узнаешь.
Ютта Рихтер.Щучье лето
Болезнь ребенка – серьезное испытание для родителей. Смерть ребенка – невыносима. Но и болезнь родителей – одно из самых страшных переживаний для ребенка. Книг об этом еще не так много, однако их становится все больше, и часто основной акцент в них – на том, насколько взрослые откровенны с детьми, а точнее, как мало они откровенны.
Взрослым – и не только заболевшим – очень трудно говорить с ребенком о болезнях и смерти. Другой важный аспект – реакция самого ребенка, часто выливающаяся в злость от ощущения собственной вины и беспомощности. Злость на маму, что она умирает, злость на самого себя – и помочь не можешь, и в то же время уже так хочется, чтобы все поскорее кончилось, мучиться сил больше нет. «Невыносимо знать, что она умрет. Я хочу, чтобы все прекратилось. Хочу, чтобы всему этому пришел конец!» – восклицает Конор – герой книги Патрика Несса «Голос монстра» (2011)[116]116
Несс П. Голос монстра / Пер. с англ. Л. Самариной и С. Тихоновой. М.: Рипол-классик, 2016. С. 188–189. По книге снят одноименный фильм (2016, режиссер Хуан Антонио Байона).
[Закрыть]. Конора преследует ночной кошмар – он пытается удержать маму, срывающуюся в пропасть, и в последний момент ослабляет хватку, как бы позволяя ей упасть. Именно так чувствует себя ребенок, у которого умирает мать, а он бессилен ее спасти. Можно хорошо себя вести, не прогуливать уроки, готовить ужин и даже стараться не ссориться с бабушкой, но ничего ведь не изменится. И наоборот, даже если он все переломает и испортит дорогую мебель в бабушкином доме – мама все равно не выздоровеет.
Ощущение беспомощности, которое нередко интерпретируется самим ребенком как вина, является лейтмотивом книги, и пусть даже кто-то из взрослых понимает, каково приходится мальчику, это мало что меняет: с бабушкой Конор не в ладах, отец зачастую далеко, он живет в Америке с новой семьей. Ему, конечно, очень жалко сына, но что же тут поделаешь. Сам Конор не хочет никакой помощи, не хочет жалости. Желание Конора разрушить все вокруг, разорвать все связи – может быть, если эта реальность исчезнет, наступит другая и она будет лучше – воплощается в его встречах с монстром, которого он, как ни странно, почти не боится – чудовище не страшнее его настоящего кошмара. Вдруг монстру – тисовому дереву с целебной корой – удастся излечить маму? Не удается. В конце концов мама все же находит слова для разговора с сыном, признается, что понимает, каково ему сейчас, когда она умирает.
– И если однажды, – сказала она, уже не сдерживая рыданий, – ты обернешься назад и почувствуешь вину за то, что в тебе было столько злости, за то, что ты так сильно злился на меня, что даже говорить со мной не мог, вспомни, Конор, непременно вспомни, что это нормально. Совсем не страшно[117]117
Несс П. Голос монстра. С. 170.
[Закрыть].
И Конору тоже удается сказать маме самое важное:
– Я не хочу тебя терять, – сказал он, и слезы закапали из его глаз, а потом потекли реками.
– Я знаю, мой хороший, – с трудом ответила мама. – Знаю. […]
Он ощущал руки монстра, который его поддерживал.
– Я не хочу тебя терять, – повторил он.
Вот и все, что ему требовалось сказать[118]118
Там же, с. 204–205.
[Закрыть].
Трилогия немецкого автора Финна-Оле Хайнриха «Удивительные приключения Маулины Шмитт» (2013–2014), проиллюстрированная исландской художницей Раун Флигенринг, рассчитана на чуть более юного читателя, хотя оба героя, Конор и Маулина – ровесники, им обоим по тринадцать. Это очень трудный возраст. В книге Хайнриха заболевшая мама почти сразу находит правильные слова, чтобы обсудить ситуацию с дочерью.
Тут мама усмехнулась и сказала, что, наверно, надеялась: если не обращать внимания, болезнь сама собой возьмет и исчезнет. Но нет, не исчезла, и она сильна. Ее очередное возвращение – только вопрос времени. […]
Как прилив и отлив, такая уж это болезнь, – говорит мама. – И не нужно попусту волноваться, возмущаться или прятать голову в песок, это ничему не поможет. Да и лекарства тоже не очень-то помогают. Ничего не помогает, – качает она головой. И глубоко вздыхает. – Ничего нельзя сделать, – мама пожимает плечами. – Ну то есть совсем. Совсем-совсем-совсем ничего-ничего. Одно только можно: принять это. И смириться[119]119
Хайнрих Ф.-О. Удивительные приключения Маулины Шмитт. Часть 1. Мое разрушенное королевство / Пер. с нем. В. Комаровой. М.: Самокат, 2016. С. 127–128.
[Закрыть].
Такая вдумчивая и откровенная мама достаточно необычна в детской книжке, и все же Маулина не из тех, кто готов смириться с болезнью матери, как не смирилась она с разводом родителей. Ее обычный ответ на все проблемы – это истошный, дикий МЯВ, то есть чудовищный вопль, от которого «новая квартира обрушится, […] с кустов облетят листья, деревья от крика согнутся до земли, у машин включится сигнализация и треснут стекла»[120]120
Там же, с. 26–27.
[Закрыть]. Но маминому выздоровлению не поможет и самый страшный МЯВ…
Маулина зла на отца – после его развода с мамой она перестала с ним разговаривать, отказывается даже произносить его имя или называть его папой и зовет его «Тот Человек». Она, как и Конор, предоставлена сама себе, и все-таки ей намного легче: у нее есть дедушка, который понимает, насколько ей страшно, до чего беспомощной она себя ощущает. Появляется и друг Пауль, и помощница по дому Людмила, есть приятели из старой школы и две черепахи. И даже собака Пауля. Вот какая разветвленная система поддержки – и она, разумеется, помогает.
Но там, где у Маулины целое море помощников, Конору приходится справляться самому, рассчитывая на помощь разве что монстра. Он, конечно же, стоит всех помощников Маулины – но и ей, и Конору больше всего хочется уничтожить окружающую ее неправильную, несправедливую действительность.
Но иногда внутри что-то скапливается, ищет выхода, и тогда взрыв неизбежен. Иначе все застоится, а потом начнет разрастаться, плесневеть и вонять. Тогда выход один – развести огонь и все сжечь[121]121
Хайнрих Ф.-О. Удивительные приключения Маулины Шмитт. Часть 3. Конец вселенной / Пер. с нем. В. Комаровой. М.: Самокат, 2018. С. 54. Часть 2 называется «В ожидании чуда» и появилась по-русски в 2017 году.
[Закрыть].
Маулине больше «повезло»; у нее гораздо быстрее, чем у Конора, возникает взаимопонимание с мамой. На протяжении трех книг их отношения меняются, развиваются, становятся по-настоящему близкими, и скоро они уже начинают понимать друг друга без слов.
«Я рада, что мы столько времени проводим вместе», – не говорю я. «Я тоже», – не говорит мама.
«Буду стараться как можно чаще быть с тобой», – не говорю я. «Знаю. И это здорово!» – не говорит она.
«Очень хочется тебя видеть как можно больше. Пока ты не умерла», – не говорю я[122]122
Там же, с. 50.
[Закрыть].
Реальности эти книги не приукрашивают. Понятно, чем в них все заканчивается.
Глава 19
(Не)возможность разговора
Смерть – это только равнины.
Жизнь – холмы, холмы.
Иосиф Бродский.Холмы
Прямой разговор о смерти с ребенком или подростком невероятно сложен для родителей, поэтому они стараются такой разговор не заводить и начинают отвечать на вопросы ребенка, только когда этого уже совершенно невозможно избежать. В одном популярном взрослом французском детективе отец считает, что смертельно болен, и пытается подготовить дочь к своему уходу:
В детских книгах болеют и умирают преимущественно мамы, и есть среди них и такие, кто с самого начала откровенно и прямо говорит со своим ребенком о смерти. В книге шведской писательницы Юханны Тидель «Звезды светят на потолке» (2003) мама пытается объяснить своей семилетней дочери, что происходит. В таком возрасте понять и принять смерть близкого очень трудно.
Мама от дочки правду не скрывает, и вот сейчас дочери уже тринадцать, как Конору и Маулине. А ситуация стала совсем безысходной.
Йенна не знает, что делать. Как помочь? Как жить дальше? У нее, Йенны, своих проблем хватает – подростковый возраст с первой влюбленностью и медленно растущей грудью. Страх за маму (вдруг она умрет) переплетается со стыдом – мама еле ходит на костылях и выглядит ужасно. Любовь и ненависть; как разберешь, что где – вот одноклассница и соседка Уллис свою маму ненавидит за то, что та пьет. И мама Йенны умирает, оставляя после себя чувство огромной пустоты – причем хорошее (а не плохое) вспоминать гораздо больнее. Ведь мамы больше нет. Йенне надо учиться жить без нее, простить маму за то, что та умерла, примириться и с ее смертью, и со своей жизнью. Когда-то девочка написала:
Мамы Маулины и Йенны нашли нужные слова, в конце концов они нашлись и у мамы Конора, но как подготовить ребенка, если разговор приходится начинать кому-то другому, не тому, кто болен? Чаще всего взрослые просто отмахиваются от детей, потому что объяснить ситуацию очень трудно и ничего приятного в этих объяснениях нет. Да и тревожить детей не хочется. Героиня книги Ютты Рихтер «Щучье лето» (2004) Анна наблюдает за мамой двух своих приятелей, Даниэля и Лукаса. Гизела больна, «сидит на больничном», но дети не понимают, что с ней и насколько это серьезно.
Но никто не мог нам ничего объяснить. Говорили только, что Гизеле лучше себя поберечь, что у нее нет ничего серьезного и что врачи ей помогут. Когда мы задавали вопросы, взрослые пожимали плечами и говорили: все образуется. Не беспокойтесь. Все образуется[127]127
Рихтер Ю. Щучье лето / Пер. с нем. С. Городецкого. М.: КомпасГид, 2013. С. 17.
[Закрыть].
Только когда болезнь становится совершенно очевидной, мама Анны объясняет девочке, что у Гизелы рак и лечение очень тяжелое – от него выпадают волосы и все время тошнит. Больше всего маму Анны беспокоит, как бы та не проболталась мальчикам, сыновьям Гизелы – им ничего знать не положено, они еще маленькие.
Но дети всегда обо всем догадываются, даже если им никто ничего не объясняет[128]128
Да только без правильных объяснений в голове ребенка возникает путаница. Позже, в книге Джона Бойна «Мальчик в полосатой пижаме», мы увидим, к каким непоправимым последствиям может привести такая страшная путаница.
[Закрыть]. Старший, Даниэль, понимает, что с мамой неладно. В помощи Бога и ангелов-хранителей он уже почти разуверился, как и Анна, – ведь она так горячо молилась, чтобы отец остался в семье, а он все равно ушел. Теперь надежда только на поимку огромной щуки – а вдруг Щучий бог волшебным образом спасет Гизелу. Еще можно помечтать, что это не твоя настоящая мама, а настоящая живет совсем в другом месте и совершенно здорова. Но как мечтать, если настоящая мама умирает и ты об этом догадался? Дело именно в том, что Даниэлю приходится догадываться, тогда как остальные – знают. Как ни тяжело знать, но это легче, чем догадываться. Только когда никакой надежды не остается, мама Анны объясняет сыновьям Гизелы, что та умирает. И пытается утешить их самым большим в мире мороженым – как будто это действительно утешение…
Разговор с детьми о смерти нелегок даже для профессионалов – психологов, учителей, наставников. Психотерапевту, который чувствует в подростке тягу к смерти – каковы бы ни были на это причины, – приходится иногда начинать такой разговор первому. Подобные диалоги достаточно редки в детской литературе, поэтому хочется привести пример откровенного разговора психотерапевта с юной пациенткой из романа Мари-Од Мюрай «Спаситель и сын. Сезон 3» (2017). Он начинается с шокирующей декларации подростка:
– Хочу умереть раньше, чем папа с мамой.
– Это и было второе желание?
– Да. Мне было бы так больно, если бы родители… А так, если я умру первой…
– …тебе не придется оплакивать их смерть. А они все равно тебя разлюбят из-за твоих плохих отметок, так что не слишком огорчатся, что ты умерла раньше них[129]129
Мюрай М.-О. Спаситель и сын. Сезон 3 / Пер. с франц. Н. Мавлевич. М.: Самокат, 2019. С. 268–269.
[Закрыть].
Подростку не вредно увидеть абсурдность только что высказанной мысли. И психотерапевт умело извлекает скрытый смысл подобных утверждений:
– Твои вопросы – отличная отправная точка для психотерапии. Давай-ка мы их соберем воедино. Правда ли, что меня любят за то, что я радую родителей хорошими отметками? Будут ли они меня любить, если я буду хуже учиться? Я живу только для того, чтобы меня любили родители? Будет ли мне смысл жить, если они умрут?[130]130
Мюрай М.-О. Спаситель и сын. Сезон 3. С. 269.
[Закрыть]
В этом случае мысли о смерти родителей, да и о собственной смерти, достаточно абстрактны. Но все же эти мысли никак нельзя оставить без внимания и обсуждения.
Глава 20
Смерть и сиротство
Она давно уже решила, что уедет умирать к старшему брату в Фергану, чтобы Милочка не видела ее смерти и постепенно бы про нее забыла. Память у Милочки была небольшая, долго не держала в себе ни людей, ни события.
Людмила Улицкая[131]131
Законодательство РФ требует от нас указания, что Л. Е. Улицкая признана иностранным агентом.
[Закрыть].Дочь Бухары
Когда родители умирают, мир ребенка словно останавливается, и ему нужно как бы заново воссоздать жизнь, построить новые отношения с миром, снова завести часы жизни. А что происходит с памятью об ушедших? Иногда детские книги говорят о самой страшной трагедии ребенка как бы между прочим, а то и с легкой усмешкой. Вот что, например, случилось с родителями Джеймса в книге Роальда Даля «Джеймс и Чудо-Персик» (1961):
А папа кролика Питера из «Повести о Кролике Питере» (1902) Беатрис Поттер закончил жизнь в пироге (естественно, с крольчатиной)[133]133
Оба примера позаимствованы мной из книги Брюса Хэнди: Handy B. Wild Things: The Joy of Reading Children’s Literature as an Adult. New York: Simon & Schuster, 2017. С. 79.
[Закрыть].
Но, разумеется, обычно все гораздо серьезнее. Это касается и книг для малышей. Например, «Бемби» (1923) Феликса Зальтена начинается со смерти – хорек убивает мышь, куница убивает белку, охотник убивает лисиц, фазанов и других оленей, а потом и мать маленького олененка Бемби, которому предстоит теперь научиться жить без нее, самому отвечать за себя – конечно, с помощью Вождя-Отца[134]134
В знаменитом мультфильме Уолта Диснея (1942) события развиваются еще стремительнее, мать Бемби погибает в самом начале фильма. Судя по популярности этого фильма, огромное количество детей по всему миру наверняка в первый раз увидели смерть именно там.
[Закрыть].
Юные герои часто остаются без матери или без отца, а то и без обоих родителей[135]135
См. «Энциклопедию сирот. Именной указатель» в моей книге «Гадкий Утенок, Гарри Поттер и другие». С. 281–294.
[Закрыть]. Брайан Селзник, американский писатель и иллюстратор, проиллюстрировавший в том числе и юбилейное издание «Гарри Поттера» (2018), в своих собственных произведениях предлагает тонкий анализ состояния недавнего сиротства. В двух его книгах герои – мальчики; один из них вырос без матери и только что потерял отца, другой даже не знает, кем был его отец, и в самом начале повествования теряет мать – она погибает в автокатастрофе. Герой «Хранителя времени» (2007), Хьюго, остается в полном одиночестве – внезапно не только умирает его отец, но и пропадает приютивший его дядя. К тому же на Хьюго лежит немалая ответственность: он должен каждый день заводить огромные часы на большом парижском вокзале – иначе кто-нибудь поймет, что он остался один, и тогда ему грозит отправка в ужасный детский дом.
Во второй книге Селзника «Мир, полный чудес»(2011) переплетаются две трагические истории – мальчика Бена и девочки Розы[136]136
Обе книги Селзника стали основами фильмов и, может быть, лучше известны именно так. Это особенно справедливо по отношению к фильму Мартина Скорсезе «Хранитель времени» (2011). Фильм «Мир, полный чудес» был снят Тодом Хейнсом (2017). Сценарии к обоим фильмам написаны самим Селзником.
[Закрыть]. Ее история рассказана в черно-белых картинках, его – через текст. Рассказ о Бене начинается с самого тяжелого момента – со смерти мамы. Отца мальчик никогда не знал, и вот теперь, когда мальчик остался без матери, да к тому же в результате несчастного случая потерял слух, ему просто необходимо найти какую-то привязку к жизни, обрести ту часть семьи, которая всегда была от него скрыта. Смерть матери заставляет Бена повзрослеть, решиться самому изменить свою судьбу. Надеясь разузнать что-нибудь об отце, Бен отправляется из своего маленького городка в далекой Миннесоте в огромный и загадочный Нью-Йорк.
В обеих книгах потеря единственного родителя, воспитавшего ребенка, приводит к необходимости как можно скорее установить какие-либо отношения со своим прошлым, «починить» оборвавшуюся связь. Оба, Бен и Хьюго, пытаются узнать нечто очень важное о своих отцах через единственный материальный предмет, доставшийся каждому в наследство. Хьюго восстанавливает сломанный «человекообразный» аппарат, автоматон, который отец когда-то спас во время пожара в музее. Автоматон – единственная связь мальчика с прошлым, а значит, и единственный залог будущего. И впрямь – исправив сложный механизм, Хьюго умудряется «прочесть» тайное послание и получает возможность обрести новую семью, чье прошлое таинственным образом переплетено с его жизнью.
Бен, попав в Нью-Йорк, старается узнать, кем был его отец и как он очутился в их маленьком городке, как познакомился с мамой. Единственная его связь с отцом – книга с закладкой, на которой указан адрес нью-йоркского книжного магазина. Волей случая Бен попадает в Музей естественной истории, где, как выясняется, когда-то работал его отец, отправившийся в Миннесоту изучать волков. Медленно двигаясь вглубь прошлого, Бен находит свою бабушку, ту самую Розу, чья детская история тоже рассказана в книге, но, в отличие от истории Бена, при помощи рисунков. Теперь Бен не одинок, у него снова появилась семья.
Получается, что обе материальные зацепки – автоматон и закладка – верные, обе они способны привести мальчиков туда, где им расскажут о прошлом и тем самым обеспечат будущее. Этот поиск позволяет и Хьюго, и Бену справиться с горечью потери. Снова и снова мы видим, что горе можно если не победить, то хотя бы смягчить, пытаясь упорядочить свое понимание мироустройства, подчинить его логике. В маминой библиотеке, как и во всех библиотеках Америки, книги были расставлены и пронумерованы согласно десятичной системе Дьюи, и Бену ужасно хочется, чтобы весь мир тоже был организован по какой-нибудь системе. Тогда всегда можно найти все, что тебе нужно, – в том числе и папу.
Но если оба родителя погибают в автокатастрофе, в которой ты и сам едва остался в живых, – тут уж не до логики. Ярослав, герой книги «Боишься ли ты темноты?» (2010) Светланы и Николая Пономарёвых, попадает в детский дом, где сталкивается с жестокостью жизни во многих ее проявлениях. Его сразу невзлюбила одна из воспитательниц, сверстники его травят, девочка, в которую Ярослав влюблен, над ним издевается. Залогом будущего мальчика – вернее, возможности будущего – оказывается новый воспитатель: это молодой педагог Сергей, прошедший войну в Афганистане. У самого Сергея тоже плоховато с будущим – военная травма так сильна, что о память о ней разбиваются любые его попытки найти опору в мирной жизни – профессию, семью, дружеские взаимоотношения. Но именно его собственная травма и помогает Сергею понять, что происходит с Ярославом:
Была все-таки катастрофа, приведшая Ярослава сюда. Сергею вдруг стало жалко этого мальчика, совершенно ясно было, отчего он нервный, дерганый, черт знает какой. Потеря родителей, даже одного, так просто не дается[137]137
Пономарёва С., Пономарёв Н. Боишься ли ты темноты? М.: Центр Нарния, 2010. С. 34.
[Закрыть].
Сергей не может заменить Ярославу погибших родителей, но он может стать для него личностью не менее важной, кем-то вроде старшего брата. Так два одиночества, два случая потерянного будущего складываются, и в результате оказывается, что они могут помочь друг другу. Не воссоздать утерянные семьи, а скорее создать что-то новое, но не менее ценное. Прошедший через ад войны Сергей может искренне и со всей серьезностью сказать страдающему мальчику: «Живи, а не думай о смерти»[138]138
Пономарёва С., Пономарёв Н. Боишься ли ты темноты? С. 151.
[Закрыть].
Глава 21
Смерть учителя
…Как легка
Душа его была!
Эмили Дикинсон.«Он ел и пил волшебный слог…»
Смерть всякого взрослого обязательно отражается на детях, которые с ним связаны. При этом смерть учителя может быть почти такой же сильной травмой, как и кого-нибудь из родителей. Но смерть учителя редко становится центральным моментом в детской книге, скорее такой поворот сюжета оттеняет или усиливает уже существующие темы.
В книге Дарьи Доцук «Поход к двум водопадам» (2016) разговор о смерти начинается исподволь. Вера, главная героиня, участвует в школьном спектакле по сказке Оскара Уайльда «Кентервильское привидение», а это классическая история о желанности смерти: привидение более всего жаждет покоя. Мир Веры – насквозь литературный, она не только истый читатель, но и сама пишет рассказы и сказки. Единственный человек, которому девочка их показывает, – ее любимая учительница литературы Ирина Борисовна, которая дружески беседует с ней о прочитанном, приглашает на факультативы старших классов, пытается помочь в конфликте с одноклассником, грубым (а на самом деле ранимым) Трошкой. В общем, Ирина Борисовна оказывается невероятно близким Вере человеком; тем более что живет Вера с бабушкой и дедушкой – родители с маленьким братиком в другом городе, их она видит не часто. Жизнь Веры идет своим чередом – вражда с Трошкой, первая любовь, школьные проблемы. Но тут Ирина Борисовна внезапно умирает – оказывается, у нее была врожденная аномалия сердца. Болезнь символична – у молодой женщины было огромное сердце, судя по тому, как она относилась к своим ученикам. Вера не хочет смириться с утратой, не может понять, как любимая учительница могла вот так, без предупреждения, уйти из ее, Вериной, жизни: «Она словно вышла из класса на полуслове, дав мне задание, которого никогда не проверит»[139]139
Доцук Д. Поход к двум водопадам. М.: Детская литература, 2016. С. 127–128.
[Закрыть].
Постепенно девочка понимает, что и она может помочь другому – все тому же Трошке, как Ирина Борисовна помогала ей. Она помогает ему не ради памяти об учительнице – нет, реальное столкновение со смертью позволило девочке увидеть незамечаемое ею ранее – подлинное страдание. Сказка Уайльда обрамляет Верину историю – в финале во время спектакля Вера, играющая Вирджинию, плачет настоящими, не театральными слезами.
В книге Юлии Кузнецовой «Помощница ангела» (2013) Алёна, такая же школьница, как и Вера, сама выбирает себе наставницу – старую учительницу, живущую по соседству. Алёне хочется ей во всем помогать, да только Лидия Матвеевна противится: «Один раз ты придешь со своими книжками и пирожными и обнаружишь меня мертвой! Понимаешь ты это? Зачем тебе это? Ты выдержишь?!» Но Алёна уверена в себе:
У меня есть одноклассница. У нее восточная семья. Соблюдают все традиции. Рожают дома. Умирают. Так вот она сказала, что смерть очень похожа на роды. Это происходит толчками. Как биение сердца. И потом, все умирают. Абсолютно. Значит, это не так уж страшно[140]140
Кузнецова Ю. Помощница ангела. М.: Центр Нарния, 2013. С. 108.
[Закрыть].
Такой диалог почти невозможно вообразить себе в детской книге, написанной по-русски даже в девяностых годах, не говоря уже о советском времени, притом что он вполне вписывается в предыдущий общемировой литературный процесс. Не случайно за несколько страниц до этого разговора Алёна читает Лидии Матвеевне вслух «Таинственный сад» Фрэнсис Бернетт – книгу, насквозь проникнутую темой смерти. Впрочем, когда бывшая учительница умирает, Алёнино мужество и уверенность в себе мгновенно испаряются. Застарелый конфликт с родителями вынуждает справляться самой – никаких старших, которые могли бы помочь, рядом с Алёной нет. Ей невероятно тяжело, и «не было рядом человека, который сказал бы, что страдать по ушедшим – это нормально. Чувствовать боль – это правильно»[141]141
Там же, с. 181.
[Закрыть].
Даже для Гарри Поттера наступает момент, когда приходится учиться решать проблемы самому, без оглядки на помощь Думбльдора, директора Хогварца. Нет, наверно, в детской литературе учителя более известного и любимого, чем учитель Гарри Поттера. Читатель долго пребывает в полной уверенности, что Думбльдор поистине бессмертен и будет всемерно помогать Гарри до окончательной победы над Вольдемортом. Гарри, который не помнит ни родителей, ни момента их смерти – он был тогда слишком мал, – болезненно переживает смерть тех, кто стал для него заменой и отца и матери: крестного отца Сириуса Блэка и любимого наставника Думбльдора.
Гарри не слишком близко знал Сириуса – тот долго был в заключении в страшной тюрьме Азкабан, – а едва возможность общения появилась, как Сириус был убит. В шестой книге, «Гарри Поттер и Принц-полукровка» (2005), Думбльдор вспоминает его и объясняет Гарри: «Судьба обошлась с вами жестоко, не позволив лучше узнать друг друга. Ваши отношения обещали быть долгими и счастливыми»[142]142
Роулинг Дж. К. Гарри Поттер и Принц-полукровка / Пер. с англ. М. Спивак. М.: Махаон, 2015. С. 84.
[Закрыть]. Теперь у Гарри остался только любимый учитель, который к тому же начинает давать ему индивидуальные уроки. Они посвящены истории Тома Реддля, будущего лорда Вольдеморта, – он тоже был учеником Думбльдора, но возненавидел своего учителя. Думбльдор объясняет Гарри, в чем главная ошибка Вольдеморта: он не смог понять, что есть кое-что похуже смерти. Это и происходит с Темным Лордом: он застревает где-то между жизнью и смертью – не живет, но и не умирает.
Смерть Думбльдора приходит совершенно неожиданно и для героя, и для читателя, хотя Думбльдор и готовит Гарри к такому развитию событий и учит его принятию осознанной смерти. Учитель постоянно говорит с ним об этом – важный момент в повествовании, которое, как мы уже говорили, наполнено смертью «до отказа». Увидев мертвого учителя, Гарри «стал просто смотреть на мудрое старое лицо, стараясь постичь кошмарную, невозможную правду: Думбльдор больше никогда не заговорит с ним, никогда не придет на помощь…»[143]143
Роулинг Дж. К. Гарри Поттер и Принц-полукровка. С. 627.
[Закрыть] Привычный способ существования – когда у учителя всегда есть ответ на любой вопрос – уже невозможен. «Гарри ужаснулся: у него осталось столько вопросов и он так много не успел сказать своему старому другу…»[144]144
Там же, с. 661.
[Закрыть] Эта тема так важна, что переходит в седьмую и последнюю книгу, где Гарри продолжает ту же мысль: «У Думбльдора были ответы на все вопросы»[145]145
Роулинг Дж. К. Гарри Поттер и Дары Смерти / Пер. с англ. М. Спивак. М.: Махаон, 2019. С. 84.
[Закрыть].
Мы уже видели подобные переживания в страшных ситуациях, когда героини ощущают, что их «бросил» дорогой им старший – мама или любимая учительница. Это не просто скорбь, но и чувство, что учитель тебя предал, оставил на произвол судьбы. Именно так себя ощущают и Вера, и Алёна. После смерти Думбльдора Гарри тоже переживает чудовищное разочарование, но в первую очередь – в самом учителе. Как ученик может выдержать то, что видится ему предательством учителя, его слабостью? Как перестать боготворить его, увидеть учителя таким, каков он есть?
В мире волшебников и ведьм многие интересуются бессмертием – в первой книге серии речь идет о философском камне, обеспечивающем бессмертие, в последней – о камне, который оживляет мертвых. Но в определенной форме бессмертие уже существует в этом мире – например, все бывшие директора Хогварца продолжают жить в виде своих портретов, наделенных способностью двигаться, испытывать разнообразные эмоции, даже разговаривать. Тем не менее они мертвы. Интересно, что в последней, седьмой книге саги Гарри снова видится с Думбльдором, беседует с ним, получает от него важный совет, несмотря на то что учитель мертв. Только теперь, дав Гарри последние наставления, а не выйдя «из класса на полуслове», Думбльдор может по-настоящему умереть. Когда взрослый умирает, понимая, что научил младшего, подготовил его к трудностям жизни, – это счастливый уход.
