Текст книги "По образу и подобию своему"
![](/books_files/covers/thumbs_240/po-obrazu-i-podobiyu-svoemu-162030.jpg)
Автор книги: В. Ларин
Жанр: Языкознание, Наука и Образование
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Как отмечалось выше, английская L означает ноги, идти, происходя от семитской ламед. Аналогичное значение имеет русская Л. Их прототипами явились два египетских иероглифа [Э. Добльхофер, С. 99, Л. Н. Рыжков, С. 132]. В английский L пришла из латинского [Д. Дирингер, с. пор. 613, рис. 262]. Русская Л – из греческого алфавита [Д. Дирингер, с. пор. 531, рис. 237].
Буква А, сходная для английского и русского алфавитов, происходит от семитской – алеф. Значение дом, в отличие от семитского бет – бык, она приобрела, модифицировавшись в критском идеографическом и линейном письме в форму дома с остроконечной крышей [Д. Дирингер, С. 237, рис. 118/1]. Одновременно это значение подтверждается смыслом критских понятий раб и рабыня. Каждое из них отражено тремя идеограммами [Ф. Фолсом, С. 75], где центральной является А. Следует полагать, это произошло согласно архитектурным формам Крита, Греции, а затем – северного Средиземноморья. Хотя, как свидетельствуют предшествующие примеры, понятие бык [Д. Дирингер, С. 237, рис. 118/1] могло ассоциироваться с понятием дом также и в Палестине. В Моисеевой Торе это – бык, по-ассирийски – towra, соответственно, греческий taurus и славянский тур [В. Андреева, В. Куклев, А. Ровнер, С. 82], в Египте – Апис. Данную лингвистическую конструкцию мы соотносим, разумеется, с ролью быка в земледелии, а также в качестве священного животного и в связи с использованием такого способа письма, как «бустрофедон» (греч.) [В. А. Истрин, С. 240]. В английском А появилась из латиницы, в русском – непосредственно из греческого алфавита.
Пример русской буквы Г подтверждает этот вывод, т. к. семитская гимел – верблюд [Д. Дирингер, С. 265] также воспроизводит египетский иероглиф угол дома [В. А. Истрин, ил. 63]. Но поскольку в Греции конь имел, очевидно, большее применение, чем бык, буква Г стала означать коня. И, подобным быку образом, ассоциировалась с хозяйством.
В плане отражения идеограммами различных предметов хозяйства вероятно выступает также В. Английская В происходит от семитской бет – дом. В русском алфавите ей графически соответствует В, а фонетически – Б. Несмотря на это несовпадение, возможно рассмотреть графическое соответствие английской и русской букв В одной из идеограмм критского линейного письма Б. Согласно А. Эвансу, она может означать трон [ТДП, Дж. Чэдуик, С. 142]. Однако, как и в предыдущем случае, её значение могло измениться применительно к другим условиям. Поскольку понятие дом во всех культурах традиционно ассоциируется с выпеканием хлеба, гончарным ремеслом, несложно предположить, что она могла прибрести значение печь. В английском В обязана своим присутствием латинскому [Д. Дирингер, с. пор. 613, рис. 282], в русском – греческому алфавиту [Д. Дирингер, с. пор. 529, рис. 236].
Обращение к различным эпохам позволяет понять психологические обстоятельства формирования данной системы отражения мира. Так, древний охотник мог нарисовать в пещере медведя и говорить: «У… у…» Следует полагать, что это У и означало медведя. Однако оно могло означать страшный, сильный и тому подобное. Таким образом, необходимо признать, что любой древний знак создавался как по поводу говорения (рев медведя и крики охотников), так и по поводу наблюдения. Поэтому, происходя из рисунков, современные английские и русские буквы сохраняют в себе черты неолитических культур. И этот принцип был развернут на более поздних этапах развития письма, когда, казалось бы, оставалось говорить о буквах лишь как о фонемах. Он послужил основой для наполнения алфавитов новым содержанием, отражающим реалии античного мира, средневековья и служит этому сегодня.
Тем не менее, слова в звуковых формах зачастую существовали ранее, чем были записаны, как, например, град [А. А. Реформатский, С. 397]. Причиной этого была неграмотность в отношении прогрессивных систем письма, например, в отношении кириллицы у славян. (Хотя они могли быть записаны рунами или письменами «черт и резов»). Но они в любом случае были привязаны непосредственного к объектам. Так, речевая форма «гора» была привязана к горе, ибо город ставился на горе и обносился оградой. В ином случае, в отрыве от обозначаемого, они легко выходили бы из оборота. При этом словарный запас был ограничен тем незначительным количеством объектов и инструментов деятельности, которые существовали в древности. Начало крещения Руси князем Владимиром Святославовичем в 988–989 гг. сопровождалось распространением кириллицы. Освоение грамоты славянами Среднерусской равнины относится к XI в. [В. Л. Янин, С. 43].
Знаки письма становились с течением времени повсеместно той операционной системой, которой всё больше и больше можно было пользоваться, уже не имея в виду свой дом, поле, реку… Ведь, по мере распространения грамоты, эти слова стали также приобретать неотделимые от обозначаемого графические формы. Этот процесс, как идеальный, означал, что к звуку всякий раз присоединялся знак (графема) или наоборот. Но именно таким образом, когда и звук, и знак соответствовали одному понятию.
Здесь в определенной мере можно оспорить утверждение К. Маркса о том, что «Название какой-либо вещи не имеет ничего общего с ее природой». Поскольку очевидно, что английские и русские буквы являются не только фонемами, но и идеограммами, несмотря на то, что идеографическое значение той или иной буквы далеко не всегда просматривается явно. Как, например, значение буквы Ц в слове цепь. Однако в таких словах, как царь, царство, отражающих владение землей, церковь, которая имеет свою землю, тем более в слове целина, понятие «земля» выражено однозначно. Хотя и цепь может быть цепью островов или горной цепью. Английская же V в слове victory – победа означает овладение землей, а в слове view – взгляд отражает кругозор.
Насколько же преобладает в таком случае фонетический принцип над идеографическим? Очевидно, слуховые ассоциации здесь дополняются зрительными. Так, в слове шум слышится и видится водопад, а в слове гром – бег колесницы. В слове day – день первая буква означает Солнце, слово пример означает «Если в дверь прошла голова, то пройдет и всё тело». А лодку несложно представить себе, как плывущую по небу Луну. Так культурно-исторический материал цивилизаций и изоморфные природные явления определяют значение буквы и ее традицию.
Показанные выше аналогии между египетским, семитским, греческим, латинским, английским и русским письмом обеспечивают устойчивость всей системы. Во всяком случае, в рассмотренной здесь её части, в отсутствии примеров связей с шумерским, хеттским и иными древними системами письма. Тогда как комбинаторика обеспечивает возможности управления событиями. В английском слове river – река V не может обозначать мотыгу. Но она может означать рыбу, подобно критскому линейному знаку [И. Фридрих, С. 278, рис. 84]. Т. е. river синонимично слову рыболов. И, если соотнести это с тем, что рождение Иисуса Христа совпадает с началом эпохи рыб [В. Бауэр, И. Дюмотц, С. Головин, С. 174], станет понятным символ удачи рыболова. То, что критский знак V – это рыба, подтверждается его соседством в греческом минускуле с N, производной от семитской нун – рыба [Д. Дирингер, С. 237, рис. 118/1, с. пор. 531, рис. 237].
Вместе с тем, христианство воплощает в себе идеалистическое восприятие мира. Поэтому настоящее исследование алфавитов, как идеографического отражения реальных, признаваемых материализмом объектов, не соответствует идеалистическому взгляду. А именно идеалистам, служителям культов, и принадлежит создание древних систем письма. Иными словами, все они являлись, вопреки материализму, отражением «идеальных» объектов.
Подобный взгляд как нельзя лучше согласуется с христианством, ибо мир создается каждый раз самим человеком во Христе, а именно Богом. При этом, применительно к алфавитам, человек словом своим всякий раз воссоздает мир. Ведь сакральные законы письма, о которых идет речь, были известны немногим. И когда человек говорил: «Храм… Врата…», он вызывал к жизни отраженные буквами объекты. Ибо, для посвященных, к каждому известному звуку всякий раз присоединялся лишь им одним известный знак. В силу этого религиозные умы находились на той высоте положения, которую не мог поколебать ни стихийный и наивный материализм древних греков, ни средневековый материализм Коперника, Кеплера и Галилея. С позиции Церкви, ее идеалистический подход к необходимости своего самосохранения был гуманистическим началом. Поскольку с кончиной каждого идеалиста прекращает существовать и сам мир. Тем более, когда происходит гибель тысяч и миллионов в водах наводнений и пламени войн. Церковь, сохраняет себя словом. Словом написанным. А для этого и существуют такие специальные системы, как алфавиты и символические изображения.
Итак, алфавиты, как идеографическое письмо, происходят из источников, относящихся к эпохе неолита и древнейших цивилизаций человечества. Процесс их совершенствования не прерывался. Хотя практически, в каждом отдельном случае, он должен быть разделен на длительные стадии постепенного накопления видоизменений и перехода в новое состояние. Подобная работа должна, естественно, подтверждаться какими-либо примерами, относящимися к средневековью и новому времени. В этом случае лучшей иллюстрацией стала бы какая-либо таблица, в которой изображение дома соседствовало бы с буквой А, а реки – с буквой W.
Весьма наглядными в этом плане является таблица «Исиды Бембо». В своем труде «Эдип Египетский» (1654 г.) А. Кирхер сопроводил египетские изображения на таблице латинскими буквами. «Ученый-иезуит, – пишет <Элифас> Леви, – заявляет о том, что в ней содержится иероглифический ключ к священным алфавитам…» [Мэнли П. Холл, С. 188]. Действительно, возможно отметить, что изображенные А. Кирхером на таблице латинские буквы некоторым образом соответствуют присутствующим на ней фигурам. Другим, еще более наглядным примером, является «письмо, именуемое Малахим» [Мэнли П. Холл, С. 671], построенное по подобию небесных созвездий.
В связи с этим, опираясь на материалистические положения развития мира, не возможно не отдать его часть идеализму. Ведь нашими буквами обозначались и обозначаются самые фантастические идеи человечества. Не существовавшие и не существующие реально, но лишь в сознании художников – планеты, космические корабли и иные измерения… Которые иногда, с течением времени, открываются нам как материальные силы. «В Конституции о литургии Второго Ватиканского собора было подчеркнуто особое значение сакрального искусства в пределах которого достигается свобода творчества… Тогда проповедь христианского учения постигается человеческим разумом и становится вполне естественным процессом. Верующие должны жить в самом тесном союзе с людьми своей эпохи и стараться вникнуть в их образ мышления, в их способ восприятия, выражением которых является культура (п. 62)» [Р. Т. Рашкова, Сс. 338–339].
![](i_010.jpg)
Таблица «Исиды Бембо» (фрагмент)
На таблице возможно увидеть, например, сходство буквы Q с формой головы и положением рук Тота, Ибисоголового, который называется Повелителем божественных книг и писцом Собрания богов. Возможно А. Кирхер, определяя подобие буквы Тоту, имел ввиду себя самого. (Фрагмент – авт.) Это, очевидно, лучшее решение, чем сопоставление Q с черепахой.
Алфавит Малахим воспроизводит расположение звёзд, что также отражает попытки установить соответствия между формами объектов и написанием букв, Которые можно соотнести и с современными английскими и русскими буквами.
Приведённые примеры позволяют сделать вывод о том, что графемы стоят ближе к самому человеку и предметам его хозяйства. Хотя бы в силу того, что существующие между ними отношения осуществляются непосредственно и непрерывно в повседневной жизни. Тогда как связи с космическими телами сообщают алфавитам ту божественную сущность, через которую посвящённые и могли влиять на жизнь человека. При всей безусловности реальных, воздействующих на нашу жизнь, физических процессов.
Сила этих процессов, влияющая непосредственно на органы чувств человека, ставила задачу подчинения как тех, так и других. Требовались точные расчеты для постройки дамб, дворцов, храмов, крепостей, кораблей, мельниц, ткацких станков, печей, торговли. Подобные проблемы не могли быть решены лишь с помощью одних букв. Которым еще в древности сообщалась магия чисел. Не случайно иудаизм и христианство связаны с мистикой чисел Пифагора [В. Бауэр, И. Дюмотц, С. Головин, С. 174]. Материальная природа этих вычислений также оставалась для непосвященных тайной. Европа восприняла арабские цифры. И не случайно Италия, создательница римских цифр, привела арабские цифры к известным нам теперь формам.
Происхождение и развитие цифр – это проблема, которая относится к «истории письма» в широком смысле [Д. Дирингер, Сс. 642–644]. Цифры имеют идеографический характер [В. А. Истрин, С. 81]. Рассматривая формы цифр, возможно увидеть их схожесть с некоторыми буквами. Такие совпадения позволяют понять, каким образом могут сочетаться лингвистическая и математическая системы. Каковыми могут быть числовые значения букв и идеографические значения арабских цифр. Так, буква G означает рождение. Она похожа на цифру 6, которую в некоторых системах считают показателем подчиненности. Это определяется характером отношений новорождённого с окружающей средой. Ведь он вынужден подчиняться ей с первых шагов, не имея ни интуитивного, ни сознательного опыта отношений с природой и людьми. Английскими буквами цифра 6 записывается как SIX. Первая буква означает пуповину, вторая – свечу, Х – Христа, акт крещения во младенчестве. Символическое значение этого акта очевидно представлено «Змеёй на кресте» [В. Бауэр, И. Дюмотц, С. Головин, С. 175]. Где обрезанная при свече пуповина новорожденного положена на крест вечности и времени – тайный знак ранних христиан. Гностики вообще отождествляли змею с Иисусом Христом, сообщают ученые. Затем ребенок встал на ноги – 7. Заговорил – 8. Стал учиться – 9. На этом этапе большую роль играют его естественные способности, он общается внутри дома, микро-социума. Переход в общество может быть выражен числом 10, где 1 – сам человек, а 0 – окончание перехода. Раздвинув границы мира, он начинает управлять собой, а потом и другими людьми, птицами, животными, инструментами. Цифра 2 означает молящегося на коленях человека. 3 – вступление в хозяйственную и семейную жизнь. Это может объясняться тем, что бахчевые, тыквы, арбузы, ассоциируются с плодородием. Много семян – большое потомство. 4, похожая на шлем или меч, означает воинскую службу. Цифра 5 представляет сидящего человека, отца семейства. 6 – жену, 7 – мужа. 8 – оратора, священника. 9 – воина и деятеля. Таким путем, совместно с латинским алфавитом, цифры расширяли границы христианства.
Процессу формирования идеографической стороны алфавитов служат синтез и анализ информации. Не случайно одним из известных древних способов структурировать информацию были таблицы. В них разделенные сеткой данные относятся к какой-либо определенной теме. Возможно предположить в связи с этим, что подобный взгляд на буквы мог принадлежать узнику Тауэра, мистеру Х, который видел через решетку своей камеры разделенный на фрагменты ландшафт, Солнце и Луну. В то же время он мог оставлять на стенах своей темницы памятные надписи и со временем установить сходство наблюдаемых им объектов с буквами. Конечно, этот изобретатель мог работать и за зарешеченными окнами своего замка или монастыря. То есть при написании буквы Ю человек реализует свое символическое пребывание в стенах темницы или, в каких-то случаях, своё реальное заточение. А возможно и находит ключ к освобождению.
В английском алфавите отсутствует буква Ю, похожая на ключ. Отсутствует она и в греческом, и в оформившейся к IV в. до н. э. латинице. И, таким образом, она была перенесена в русский алфавит из древней латиницы. Предметом, напоминающим ключ, является латинская Пренестинская фибула VII в. до н. э. Похожий знак мы видим и на стеле с Римского форума [Д. Дирингер, с. пор. 609, рис. 280/1,2]. Настоящие дверные ключи подобной формы изобретались уже в античности, в Египте, Греции и Италии [Г. Дильс, С. 54, рис. 25]. По каким же причинам Ю не была включена в греческий и латиницу? Для того, чтобы те, кто станут искать ключ, не нашли его в более поздних вариантах этих алфавитов. Таким образом Италия сохранила оригинал, а остальные стали пользоваться дубликатами. Что касается русского алфавита, то Пётр Первый держал в своих руках этот ключ от Европы, реформируя гражданскую азбуку в 1710 г. [А. Шицгал, С. 12]. И поэтому в русском алфавите мы видим Ю, дубликат. Что же относится к глаголице, то она широко не использовалась на Руси, хотя знак земля и может рассматриваться как ключ [В. А. Истрин, по И. Тейлору, с. пор. 262, ил. 84]. Русская буква З – земля ничего общего идеографически с ключом не имеет. Примечательно, что знаком, подобным Ю, владели набатейцы – арабы, которые использовали арамейское письмо [Д. Дирингер, С. 320, рис. 157/3]. Тогда как арабские орнаментальные надписи представляют собой уже явные изображения ключей вместе с механизмами замков [Д. Дирингер, С. 326, рис. 160, В. А. Истрин, с. пор. 225, табл. 5].
Знаком же замочной скважины является греческая заглавная омега. Император исключил лигатуру От, оставив букву О (Он), фонетически производную от Омеги [В. А. Истрин, С. 307]. Это было правильным решением ввиду «азбуки для всех». Но видим ли мы скважину? Ведь омега графически присутствовала в кириллице только в форме строчной омеги. (В. А. Истрин, с. пор. 260, ил. 83). В английский алфавит О пришла из латиницы, выйдя из греческого [Д. Дирингер, С. 608, 610–613, рис. 282]. Основным значением О, безусловно, является – глаз от египетского иероглифа и семитской айин [Э. Добльхофер, С. 105, рис. 34, Д. Дирингер, С. 237, рис. 118/1]. Модель человеческого глаза демонстрирует гравюра из труда А. Кирхера «Эдип Египетский» [Мэнли П. Холл, С. 414]. Глаз опосредует отношения человека с окружающим миром, а гравюра является возможно не только отражением процесска анализа и синтеза информации, но и служит опосредованию между человеческим глазом и текстом в целом. «Благодаря правому полушарию как бы сам по себе складывается целостный образ мира, а левое постепенно и кропотливо собирает модель мира из отдельных, но тщательно изученных деталей» [В. С. Ротенберг и С. М. Бондаренко, С. 162]. «… включение объекта мысли в новые связи, поворот его какой-то новой стороной, выявление его новых свойств – один из труднейших и подлинно творческих процессов мышления, приводящих к открытиям и изобретениям» [там же, С. 222].
Упоминание здесь о том, что латинский алфавит вышел из греческого, разумеется, требует того дополнения, что формирование латиницы происходило при участии этрусского алфавита [Д. Дирингер, С. 564, рис. 260]. Это явление, по-видимому, следует отнести к процессу ассимиляции одними системами письма других. Очевидное преимущество в плане прогрессивной ассимиляции имели более развитые в материальном, техническом, культурно-религиозном отношении цивилизации. Поэтому влияние этрусков на формирование латиницы может оцениваться как весьма относительное. Ведь и сам этрусский алфавит произошел от греческого [Д. Дирингер, С. 567]. Роль греческого алфавита становится ещё более очевидной, если вспомнить о его влиянии на семитский введением принципа записи гласных звуков. Следовательно, в этом контексте должно рассматриваться и формирование английского алфавита. Употребление же англо-саксонских рун практически прекратилось с заменой их латинским алфавитом, совпадающей с установлением в Европе господства Римско-католической церкви [Д. Дирингер, С. 599]. Подобным образом, на наш взгляд, может рассматриваться и судьба глаголицы.
В этом же отношении необходимо обратиться к проблеме использования праславянского письма типа «черт и резов». Даже если согласиться с тем, что этруски родственны славянам [Г. С. Гриневич, С. 175], понимание становления кириллицы и, соответственно, русского алфавита, не будет принципиально отличаться от предшествующего примера. Даже несмотря на то, что на Руси оно обязано не Римско-католической, а Византийской православной церкви.
Представленный выше материал, включая первую часть работы, позволяет указать, что если для фонетических строев различных языков в целом возникают перегородки, требующие перевода, то для визуального восприятия, а в ряде случаев и для идеографического отражения объектов перегородок не существует. Как не требуется и перевода. Это позволяет предположить, что идеограммы Солнца (О), Луны (С), гор (М), воды (W), жилища (А) могли присутствовать и в письме Атлантиды. Разумеется, потому что атланты видели эти объекты примерно так же, как и другие народы. Вероятно, это позволит предположить присутствие надписей Атлантиды среди памятников письменностей народов Средиземноморья. Хотя данная гипотеза останется таковой до тех пор, пока не будут найдены какие-либо письменные памятники атлантов. Как мы знаем, «Пол Вейнцвейг и Паулина Залитски (Paul Weinzweig and Pauline Zalitzki), работая вблизи берегов Кубы и используя роботы-субмарины, подтвердили, что на дне океана существует гигантский древний город. В найденной части города обнаружено несколько сфинксов, четыре пирамиды и другие строения, все они располагаются глубоко в районе Бермудского треугольника» [Nervana.name].
Подобному поиску мог бы способствовать геологический анализ тех, уже известных памятников, которые выполнены на камне. В случае обнаружения несоответствия того или иного образца породам местности или страны, к которой относит его эпиграфика, возможно будет установить его геологическое происхождение. А следовательно и установить источник начертания знаков. Речь, разумеется, идет о принадлежности материала к геологическим породам месторасположения Атлантиды. Следует полагать, что такой анализ не будет чрезвычайно затруднен из-за незначительного количества уже обнаруженных древних каменных памятников письменности, относящихся к известной исторической эпохе. В отношении бронзовых, серебряных и золотых памятникам Атлантиды [И. Донелли, С. 224, 298] подобный поиск, очевидно, будет обречен на неудачу из-за невозможности установить принадлежность металлов Атлантической цивилизации.
Что же касается специфических черт пока не идентифицированных однотипных письмён, то, если таковые представлены в достаточном количестве, их возможно пока считать лишь артефактами цивилизации Х. Которой, разумеется, может быть и Атлантида, равно как и какая-либо другая.
В заключение приводим английские и русские буквы, значения которых нашли подтверждения в данной части работы.
А К L O P R T V W X (10 из 26 = 38 %)
А Г К Л О П Т Х Ш Ц Ю (10 из 33 = 30 %)
Имеющие аналогичные написания и значения
А К О Р Т Х (6 из 59)
Имеющие различные написание и общие значения
L Л, W Ш, V Ц (6 из 59)
Примерно подтверждены
В C G M Y (5 из 26) В Я (2 из 33)
Повторения значений идеограмм, содержащихся в первой части работы, очевидно, не требуется. Не вызывают существенных сомнений, в частности, значения С – Луна. М – горы, П – далет, дверь. В тоже время необходимо уточнить значения: Ж – жук скарабей [Ф. Фолсом, с. пор. 55], паук, Q – Тот [Мэнли П. Холл, С. 113, с. пор. 186], S – змея, [И. Донелли, С. 196, 197], знак метрической системы (ТДП, Дж. Чэдуик, по А. Эвансу, С. 154), Y и У – фиговое дерево [ТДП, Г. Нойман, С. 97, 98], Ф – пшеница [ТДП, М. Поуп, с. пор. 95], Н – хет, ограда [Д. Дирингер, С. 237, рис. 118/1].
Таким образом, существует достаточное условие, позволяющее характеризовать английский и русский алфавиты, несмотря на существующие различия, как единую идеографичекую систему письма. Все приведённые выше примеры открывают возможности классифицировать буквенную лексику по семантическому принципу. В то же время оценка буквы, как билатеральной единицы – идеограммы и одновременно фонемы, позволяет назвать минимальной единицей языка не морфему, а букву. И, таким образом, включить подобный анализ в сферы семасиологии и семиотики.
Данная оценка основана на близком, а также частичном идеографическом, фонетическом и, соответственно, семантическом подобии знаков египетского, квадратного еврейского, ханаанейско-финикийского, греческого, критского, коптского, арамейского, самаритянского, иберийского, этрусского, латинского, кириллического, английского, русского писем. А также – на логическом их соответствии формам объектов и характеру исторических условий. На едином материальном основании их формирования и использования.
Настоящее положение открывает в сфере грамматологии возможности исследований подобных явлений в отношениях между странами Ближнего Востока, Европы с Междуречьем, Малой Азией, Индией, Китаем и другими странами и регионами.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?