Читать книгу "История 7 Дверей"

Возможно, их рассказ был несколько сбивчив из-за того, что они все время перебивали друг друга, но Кирина бабушка внимательно выслушала все, не проронив ни словечка. Закончив, ребята выжидательно уставились на нее.

– Что ж… – сказала она наконец. – Ну и ну! Не могу сказать, что ожидала услышать что-то в этом роде…

– Бабушка, что скажешь? – спросила Кира взволнованно.

– А что тут скажешь? – Марта развела руками. – Все это просто… удивительно! И, как я понимаю, эта удивительная история станет причиной некоторых проблем… А я не могу не помочь внучке, тем более когда она ввязалась в такие опасные приключения.

– Ох, бабушка, спасибо! – Кира взволнованно сложила руки на груди.

– Но у меня есть два условия, – со всей возможной твердостью сказала Марта. – Ты должна пообещать мне, что больше не будешь пропускать школу. Иначе помогать тебе станет значительно труднее. И второе. Кира, я понимаю, что ты продолжишь помогать Солю, но, пожалуйста, предупреждай меня… Я не хочу мешать тебе, но знай, что я рядом и готова прийти тебе на помощь.

– Бабушка! – Кира растроганно прильнула к Марте.

– А теперь ты, Соль. – Кирина бабушка взглянула на мальчика через внучкино плечо. – Теперь, когда Кирины родители вернутся, ты больше не можешь оставаться у них дома. Я приглашаю тебя пожить у меня, пока ты здесь. Но давай договоримся: выходи в дверь, а не в окно, и не позволяй моей внучке подвергать себя серьезной опасности! По рукам?

– По рукам, – радостно откликнулся Соль.

– Вот и отлично, – подытожила Марта. – У нас у всех была тяжелая ночь, так что как насчет того, чтобы немного поспать? Но прежде – утренние бутерброды для всех желающих. Не знаю, как вы, а я умираю от голода!

Глава десятая. Марта и Соль завтракают, а приключения идут своим чередом

Было уже три часа дня, когда Соль проснулся и не без труда выпутался из клубка пледов и спального мешка в цветочек. Потягиваясь и на ходу восстанавливая последовательность ночных событий, он прошел на кухню, тревожившую его запахом блинчиков и корицы.

– Ага, проснулся все-таки! – поприветствовала его Кирина бабушка. Сидя у подоконника, она читала толстую книгу, а на столе перед ней сладко дымилась стопка тончайших блинов, залитых клубничным сиропом. Чайник на плите вовсю вопил свою истеричную песню.

Соль почувствовал, как его рот наполняется слюной, и придвинулся поближе к блинам.

– Но-но-но! – погрозила ему пальцем Марта, заметив его маневр. – Сними чайник с плиты и завари чай… И умойся, а потом, так и быть, можешь угоститься моими блинами.

Соль поспешно выполнил все, что она сказала, и, вернувшись на кухню, наконец придвинул к себе блины.

Они оказались совершенно отменными: почти прозрачными, с легкими кружевами невесомой корочки и масляного жира.

– Спасибо, – пробормотал он с набитым ртом. – А где Кира?

– Отправилась домой приводить квартиру в порядок к приезду родителей, – ответила Марта, переворачивая страницу книги. – И сегодня уже не вернется. Думаю, она придет в понедельник, после школы.

Лицо Соля вытянулось.

– Так нескоро… – протянул он.

– Ничего не поделаешь, – отрезала Марта сурово, но глаза ее насмешливо блеснули. – Волшебство волшебством, а обед по расписанию.

С этим утверждением Соль не мог не согласиться. Стопка блинов таяла на глазах.

– Скажите, – спросил Соль с набитым ртом, – а почему вы так быстро поверили нам вчера?

– Ну, вы показали мне говорящую книгу, – ответила Марта. – Да и выбрались через окно – это ли не странно?..

– Ну, я не совсем об этом. – Соль полил оставшиеся блины сиропом. – Я о том, что вы совсем не удивились. Как будто все так и должно быть. А ведь в вашем мире волшебства не бывает.

– Не бывает? – Марта отложила книгу, удивленно уставившись на своего гостя. – Ты в этом так уверен?

– Ну… да, – растерянно кивнул Соль. – У нас все это знают – на карте миров ваш помечен красным. Нездешние, которые тут живут, не считаются…

– Ну и ну! – Марта выглядела очень возмущенной. – Уж не знаю, как там в вашем Доме принято измерять степень волшебности мира, но про наш вы очень крупно промахнулись, это факт… Я как-никак уже не первый год Кирина бабушка и прожила в этом мире всю жизнь. Можешь мне поверить, если бы здесь не было волшебства, я бы это точно заметила. Но его тут предостаточно. Нет волшебства – ну надо же! – Кирина бабушка фыркнула и задумалась о своем.

Соль осторожно подвинулся ближе к ней на стуле, насторожившись в предвкушении истории, как охотничий пес в ожидании добычи.

– Может быть, вы расскажете мне об этом волшебстве, если никуда не торопитесь? – вкрадчиво спросил он. – А я мог бы Путеводитель дополнить.

Марта с сомнением смерила Соля взглядом:

– Ну, не уверена, что Путеводителю моя история окажется полезной, но почему бы и нет? Подлей мне, пожалуйста, чаю… Что ж, эта история началась в тот день, когда я отбилась от группы на экскурсии в Санкт-Петербурге. Тогда он, впрочем, назывался Ленинградом…

– Это большой город? – перебил Соль, подливая чая и себе.

– О, еще какой! – ответила Марта. – Очень большой, почти такой же большой, как Москва, и очень красивый. В Питере – так многие называют Петербург – много музеев, усадеб, картинных галерей, памятников… А еще каналов, и каменных сфинксов, и статуй коней, и разводных мостов…

– Разводных?

– Ну да. Мосты делятся пополам и раскрываются, как цветы, чтобы пропустить корабли, которые плывут по каналам. Это делается ночью, и те, кто не успел пройти по мостам, не могут попасть к себе домой. Это совершенно прекрасно! Ведь тогда опоздавшие идут в гости к друзьям, знакомятся с новыми людьми, переживают приключения.

Соль завороженно и внимательно слушал.

– А еще в Петербурге бывают белые ночи. – Рассказ увлекал Марту все больше и больше. – Это несколько ночей летом, когда светло, как днем. Жители города и его гости гуляют ночь напролет…

– Ух ты! Это и есть волшебство?

– На самом деле это объясняется расположением города, – призналась Марта. – Еще в Петербурге очень часто идут дожди. Каждый раз в свой приезд – а я бываю в Питере очень часто – я непременно попадала под дождь, хотя бы разок. Но вот что странно: ни разу не заболевала, даже когда промокала до нитки.

– Раскрывающиеся мосты, белые ночи и дожди, от которых не болеешь, – это здорово, – признал Соль. – Но вы и сами сказали, что это не волшебство.

– Если хочешь, чтобы мы дошли до волшебства, может, перестанешь меня перебивать? – предложила Кирина бабушка. – И давай-ка разогреем еще блинов… хорошо, что я напекла с запасом. Вижу, покушать ты мастер. Ставь чайник, и я расскажу тебе историю о волшебстве.

История Марты, Петербурга и духа странствий

– Итак, все началось с моей самой первой поездки в Санкт-Петербург. Точнее, честно говоря, эта поездка была второй: до нее я уже бывала в северной столице вместе с мамой. Но это, знаешь ли, не считается: город не узнаешь по-настоящему, пока не погуляешь по нему в одиночку.

Мне было семнадцать лет, я закончила школу и собиралась поступать в институт. Я чувствовала себя очень взрослой, свободной и счастливой. Страшно вспомнить, но я и вправду становилась абсолютно счастливой при мысли о том, что мне предстоит поступить в институт и закончить его, выйти на работу, завести семью… В общем, зажить самой обыкновенной жизнью без неожиданных поворотов – такой жизнью, которой, наверное, хотели для меня мои мама с папой.

Но, к счастью (хотя я и знаю, что родители всегда желали мне только добра), меня ждала другая жизнь. И она началась в тот самый день, когда я отбилась от экскурсии и отправилась гулять по городу в одиночестве.

Я гуляла весь день, и до чего же это было здорово! Я видела Дворцовую площадь и Лиговский проспект, Аничков мост и Эрмитаж. Я гуляла по изогнутым мостикам и вдоль каналов, походила по прямым линиям Васильевского острова. Я шла только туда, куда действительно хотелось. Когда я проголодалась, перекусила пышками с горячим чаем – купила их в пышечной и съела на лавочке. До сих пор помню, до чего эти пышки были вкусными!

Набрела на книжный магазин и там потратила на книги почти все деньги, отложенные на день. Так я гуляла и гуляла, пока наконец солнце не село. Город зажег свои вечерние огни, и светлые блики заплясали на темной воде – а в Питере везде вода, куда ни посмотри.

Я уже не знала, как вернуться в гостиницу, – совсем заблудилась… Но почему-то мне не было страшно. Я зашла в один из дворов-колодцев и долго смотрела на небо, сидя на лавочке, – мне было хорошо и совсем не холодно. Кажется, я забыла о времени… Не знаю, сколько я там просидела.

Пришла в себя от того, что меня окликнули по имени. Я успела удивиться, когда подумала, что это кто-то из моих товарищей по поездке умудрился меня здесь найти, но, когда обернулась, увидела незнакомого молодого человека. Он был до крайности нелепо одет, но это не помешало мне разглядеть, что он очень хорош собой – рыж, веснушчат и зеленоглаз, как кот. Прошло столько лет, а я до сих пор помню, какого цвета были полоски на его шарфе в день, когда мы встретились. Желтые, зеленые и коричневые – именно в таком порядке.

«Откуда вы знаете мое имя?» – спросила я.

А он ответил:

«Я видел тебя во сне».

Вот так это и случилось. Мы гуляли всю ночь напролет, и он представился Санкт-Петербургом. Позднее я узнала его имя… То, что написано у него в паспорте. Но что имя значит для человека, который способен легко выбрать себе новое? Я всегда называла его Питером, и это нравилось нам обоим.

– А он правда увидел вас во сне? – спросил Соль, немного покраснев.

– Нет, на самом деле он увидел меня еще днем и услышал, как экскурсовод обращается ко мне по имени. – Марта мечтательно улыбнулась. – Что ж, его версия событий и сейчас звучит куда лучше…

Он показал мне ту сторону города, которая еще не была мне знакома. Мы с ним забрались на одну из крыш и там встретили рассвет. Это было совсем как в сказке – то утро мне никогда не забыть. Его волосы горели на солнце, как нимб. Мы говорили обо всем на свете – о красках и кисточках, об «Алисе в стране чудес» и Пушкине, об автомобилях и лошадях, мечтах и будущем, прошлом и настоящем. И к утру мы знали друг о друге все, что необходимо знать для того, чтобы влюбиться: что мы любим одни и те же книги и смеемся над одними и теми же шутками.

Так случилось, что я не вернулась в Москву вместе с экскурсией ни в то лето, ни в последующие несколько месяцев. Я не стала поступать в институт, который в Москве планировали для меня папа и мама. Вместо этого все лето напролет я гуляла с Питером. Мы объездили все пригороды, жили в палатках на берегу Финского залива, ходили на концерты-квартирники и «подпольные» выставки художников. Все это казалось таинственным и запретным и от этого еще более привлекательным. Наверное, красивее, чем в то лето, я никогда не была: я носила браслеты на ногах и мужскую шляпу-котелок, и на меня оглядывались на улицах. Мне это очень нравилось: я чувствовала себя необыкновенной. В принципе, так оно и было.

Питер познакомил меня и с другими необыкновенными людьми. С некоторыми из них я общаюсь до сих пор. Они – музыканты, художники, путешественники… С ними мне никогда не приходилось скучать. Мы с Питером часто ходили по гостям. Кухни огромных коммунальных квартир бывали слишком тесными для наших бесед, и тогда мы убегали заканчивать разговоры на улицу. Под руководством Питера, который учился на художника, я тоже стала рисовать и через год поступила в тот же институт.

Сам Питер, кстати, недолго там проучился: то, что он рисовал, его преподавателям не очень нравилось. Зато нравилось мне! Он замечательно чувствовал красоту мира вокруг. Когда ты смотришь на его картины, ты понимаешь, что тот, кто их нарисовал, умеет наслаждаться жизнью. И он умел!

Я научилась у него самым важным и хорошим вещам: он сделал меня смелой и честной с самой собой. С момента встречи с ним я никогда не делала ничего такого, чего бы мне ни хотелось. И самое главное: он познакомил меня с Духом Странствий.

– Ого! – выдохнул Соль. – Настоящий Дух? А как он выглядит?

– Очень впечатляюще, – ответила Марта, заговорщически понизив голос. – У него человеческие глаза, но он похож на льва с синей гривой, густой и лохматой. Он весь увешан бусами и разукрашен белыми узорами. В одной лапе он держит копье, а в другой – палитру. Все потому, что одной лапой он разрушает, а другой – создает… Как любой путешественник. А еще у него очень длинный хвост и большой темный нос с горбинкой. Во всяком случае, именно таким его изображал Питер на своих картинах.

– Так он не настоящий? – разочарованно протянул Соль.

– Разумеется, настоящий! Никто из тех, кто сталкивался с зовом Духа Странствий, не сомневается в том, что он реален так же, как ты или я. Когда он зовет к себе, никто не может противиться. И, раз услышав его зов, ты никогда его не забудешь. Так и будешь носиться за ним, как лист по ветру. Когда Дух Странствий захватывает чье-то сердце, он уже никогда его не отпускает. Уж очень он жаден. Человек, пришедший к нему, тоже становится жадным – жадным до новых впечатлений, мест, знакомств и приключений. Такому человеку всегда всего будет мало. Существуют люди, которые могут осесть на одном месте и быть счастливыми. Но есть и другие – они как птицы. Вечно летают с места на место, нигде не задерживаются надолго, нигде не вьют постоянного гнезда.

Если бы не Питер, я бы так и не узнала, что я – такая женщина-птица. Возможно, свила бы уютное гнездо где-то в Москве и прожила бы всю жизнь с мыслью, что проживаю ее так, как надо.

К счастью, все сложилось иначе. Я научилась рисовать так, как мне хотелось. Возможно, Кира рассказывала тебе, что я иллюстрирую детские книги. У меня даже бывают выставки. Я объездила полсвета: бродила по гнутым мостикам в Венеции, поднялась на Эйфелеву башню, прошла по Великой Китайской стене, некоторое время жила в Нью-Йорке, училась танцевать в Аргентине и совершила восхождение на Эльбрус.

У меня прекрасная дочка, хотя мы с ней никогда не поймем друг друга: так уж заведено у матерей и дочерей. Я старалась никогда не учить ее, как жить, и давала ей возможность самой выбирать дорогу.

У меня удивительная внучка, и я рада, что мы с ней похожи, хотя она гораздо серьезнее и спокойнее меня. Наверное, это в ней от мамы, и, уверена, это пойдет ей только на пользу.

Я рисую, танцую, путешествую и пою и не намерена останавливаться… А ведь я уже не так молода, как в тот золотой день, когда мы с Питером впервые встречали рассвет вместе…

* * *

Марта замолчала.

– А как получилось, что вы с Питером расстались? – осторожно спросил Соль.

Марта недоуменно посмотрела на него:

– Расстались? Что ты имеешь в виду?

Соль смутился:

– Ну… Его же здесь нет.

Кирина бабушка звонко расхохоталась:

– Питер – вольная птица, как и я. Мы с ним не виделись пару лет, и сейчас он в Перу. Пишет мне оттуда солнечные письма. Но мы вовсе не расставались, хотя и частенько живем в разных местах. Мы видим новое, знакомимся с людьми, и нам нравится делиться этим друг с другом, когда все же удается встретиться. – Марта улыбалась. – Есть много способов быть счастливым, знаешь ли.

Соль озадаченно помолчал и, поразмыслив, пришел к выводу, что в этом что-то есть.

– Но как насчет волшебства? – Он упрямо вернулся к первоначальной теме. – Помните, вы говорили, что про волшебство расскажете? Ваш друг оказался не городом, а человеком, Дух Странствий – нарисованным… А как же волшебство?

– Ну и ну! – Марта нахмурилась и покачала головой. – Может быть, я и не самая хорошая рассказчица, но, если ты не увидел в этой истории ни на грош волшебства, кажется, нашему миру еще многому придется тебя научить. – И она, хмыкнув, открыла книгу, показывая, что разговор окончен.

Однако Соля было не так-то просто смутить.

– Мне понравилась ваша история! – сказал он. – Правда понравилась. Возможно, я чего-то не понял… – Соль оставался воспитанным мальчиком и хорошо помнил советы мам по поводу того, как слушать чужие истории.

Марта снова хмыкнула, но на полтона дружелюбнее. Ободренный успехом, Соль вымыл посуду и снова поставил чайник, после чего мир был восстановлен окончательно.

– Скажите, пожалуйста, а где у вас можно посмотреть новости? – спросил Соль, заваривая чай. – Надо бы узнать, не произошло ли из-за Дверей чего-нибудь необычного.

– Интернет есть, – улыбнулась Марта. – Не переживай. Если хочешь, посмотрим вместе прямо сейчас. Могу даже выдать тебе ноутбук, чтобы ты следил за ситуацией хоть до Кириного прихода. Правда, придется разобраться в том, как он работает, но там нет ничего сложного. Хочешь?

– Еще бы, – просиял Соль. – Спасибо!

Марта извлекла очень тонкий ноутбук из-под карандашного наброска на подоконнике и водрузила его на расчищенный угол обеденного стола.

– Итак, – она подвинулась, приглашая Соля сесть поближе и глядя на загорающийся экран. – Все очень и очень просто. Заходим в интернет. Первая же страница, которую мы видим, подходит для нашей с тобой задачи: вот видишь, здесь новостная лента? Тут показывают самые важные вещи, случившиеся за день. Если что-то странное произойдет, здесь оно окажется в первую очередь. Чтобы обновить страницу и посмотреть, изменилось ли что-нибудь, тебе надо просто… Ну и ну!

– Что такое? – взволнованно вскрикнул Соль, силясь заглянуть Марте через плечо.

– Кажется, кое-что странное случилось прямо сейчас. – В голосе Кириной бабушки зазвучала тревога. – Вот, смотри. Вторая строчка.

Вторая строчка гласила: «Переполох на Ленинградском вокзале: необычный поезд, которого нет в расписании, прибыл на первый путь». Марта кликнула на ссылку, и Соль прочитал вслух открывшуюся статью:

– «Поезд, прибывший сегодня в 16.05 на первый путь, вызвал переполох у руководства Ленинградского вокзала…,Мы никогда прежде не видели такой модели и не понимаем, откуда она могла здесь взяться, – заявил нам начальник вокзала. – В настоящий момент ведутся проверки, которые обязательно выявят, как могла оказаться возможной такая ситуация“. Мы с нетерпением ожидаем дальнейших новостей… Личности машиниста поезда и его пассажиров выясняются…» Личности выясняются, – убитым голосом повторил Соль. – Это просто катастрофа! Если здешние и дальше будут выяснять, кто это и откуда, они могут выяснить, что это поезд из другого мира, и тогда мне попадет…

– Сейчас не об этом стоит думать. – Марта смотрела на него укоризненно. – У этих, с поезда, возникли проблемы посерьезнее твоих. Что с ними, по-твоему, сделают, когда поймут, что у них нет документов? Когда они не смогут объяснить, откуда взялись?..

– Я не знаю, – испуганно ответил Соль. – А что?

– Честно говоря, я тоже не знаю, – пожала плечами Марта. – Но, думаю, проблем они не оберутся.

– Я даже не уверен, что пассажиры – люди, – пробормотал Соль.

– Ну, это вряд ли. – Марта торопливо кликала по все новым ссылкам. – Уверена, если бы они выглядели настолько странно, об этом здесь бы уже написали…

– Марта! – Соль умоляюще посмотрел на Кирину бабушку. – Пожалуйста, помогите мне! Мне очень нужна Кирина помощь. Без нее я не закрою Дверь на вокзале, а сейчас дорога каждая минута. Если пассажиров поезда куда-то заберут, как мы вернем их обратно? Они ведь должны отправиться домой, туда, куда ехали.

Марта тяжело вздохнула:

– Да, кажется, ничего не поделаешь. Кира сейчас должна быть вместе с родителями, они только что вернулись из командировки и наверняка хотят с ней пообщаться. Кажется, вытащить ее будет нелегко, но я попробую что-нибудь придумать.

– Спасибо! Вот здорово!

– Не радуйся раньше времени, – предупредила его Кирина бабушка. – Я сделаю, что смогу, но ничего не обещаю. И, кстати, пока я звоню, загляни в шкаф в гостиной – может быть, там найдется одежда тебе по размеру.

– Хорошо! – Соль послушно скрылся за дверью гостиной, а Марта, вздохнув, достала из кармана мобильный телефон и набрала номер Кириной мамы.

Глава одиннадцатая. Пассажиры поезда сквозь миры

Марта высадила Киру, державшую на руках Иллути, и Соля из машины как можно ближе к площади трех вокзалов.

– Ну что же, удачи вам, – сказала Марта. – Если вдруг у вас будут какие-то проблемы или вас нужно будет подвезти, сразу же звоните мне. Не задерживайтесь допоздна! Обманывать нехорошо, и больше мне этого делать не хочется.

– Бабушка, а ты с нами не пойдешь? – нерешительно поинтересовалась Кира.

– Э, нет! – лукаво улыбнулась Марта. – Полагаю, это прежде всего ваше приключение. К тому же у меня есть очень важные дела. И кстати, – Кирина бабушка со значением посмотрела на Соля, – я знаю, что если ты вернешься домой раньше меня, то сможешь войти и без ключа, но очень прошу тебя этого не делать. Позвоните и предупредите меня. По рукам? Вот и славно! Пока-пока! – И бабушка уехала.

А Кира, Соль и Иллути двинулись по направлению к вокзалу. Вокруг витали запахи дороги: пахло поездами, жареной курицей и чем-то неуловимым, чем всегда пахнет только на вокзалах. Люди торопливо сновали туда-сюда, волоча за собой чемоданы, сумки-тележки и рюкзаки. Несколько мужчин неопрятного вида, державшие в руках картонки с надписью «Ищу работу», с надеждой поглядывали по сторонам.

– С чего начнем? – бодро спросил Соль, явно очень довольный тем, что приключения продолжаются.

– Надо найти первый путь, – пожала плечами Кира и достала из кармана телефон. – Сейчас посмотрю план вокзала. Интересно, пассажиры еще в поезде или их уже куда-нибудь увели?

– Надеюсь, что в поезде, – поежился Соль. – Если нет, хлопот не оберемся.

* * *

Поезд они нашли без особых трудностей. Странно, вокруг не было ни журналистов, ни толп зевак, хотя то, что предстало глазам ребят, поразило даже их.

Кира и Соль восхищенно разглядывали состав, идя от его хвоста к голове. Иллути трусил за ними, деловито перебирая лапами и посматривая на поезд с таким видом, словно тот был его собственным.

Поезд был великолепен! Каждый его вагон отличался от другого. Один был сплетен из травы и веток, и его стенки выпускали на волю тонкие лучи солнечного света, сиявшие откуда-то из глубины. Другой целиком сделан из диванных валиков самых разных форм и расцветок – здесь были и длинные подушки в цветочек, и круглые полосатые пуфы, и маленькие пушистые подушечки, украшенные вышивкой… Все это великолепие было перехвачено лентами и веревочками и, казалось, лишь чудом удерживалось вместе. Стены третьего вагона были сколочены из досок и казались сделанными на скорую руку. Четвертый вагон, составленный из беспрестанно крутящихся шестеренок, напомнил ребятам о мастерской Камала.

Был здесь и зеленый чешуйчатый вагон (его стенки равномерно сокращались, как бока гигантского животного), и вагон, обросший легчайшим пухом одуванчиков. По бумажному вагону, как маленькие юркие змейки, во все стороны расползались надписи, выводимые невидимой рукой. Вагон, очень липкий на вид и покрытый суетящимися паучками с монету величиной, ребята обошли, держась на почтительном расстоянии, зато следующий, плюшевый, словно разглядывающий их бесчисленными глазками-пуговицами, так и хотелось погладить.

Наконец Кира и Соль приблизились к самому первому вагону. Он состоял из морской воды – волшебство удерживало ее на месте и придавало форму. Ребята могли разглядеть в стенках маленьких шустрых рыбок и медлительных медуз. Иллути залаял на них, и Кире пришлось взять его на руки.

Убедившись, что на них никто не смотрит, ребята поднялись по маленькой приставной лесенке и торопливо постучали в дверь вагона. Ощущение было странным – вода оказалась самой обыкновенной водой, но их руки в нее не погружались.

Через несколько мгновений дверь открылась, и они увидели машиниста. Им оказался очень крупный тюлень нежно-голубого цвета, в фуражке и темно-синей форме с эмблемой в виде морской звезды.

– К-как хорошо, что вы пришли, – робко улыбаясь, сказал он, приветственно взмахнув ластом. – Я к-как раз надеялся встретить здесь к-ко-го-то, к-кто мог бы открыть нам Дверь. Но я ник-как не мог оставить свой поезд. Пожалуйста, проходите! – Машинист слегка заикался.

Удивительно, но изнутри вагон выглядел совсем не так, как снаружи: он напоминал уютную каюту старого корабля. Вместо ожидаемой панели с кнопками у лобового стекла располагался большой медный штурвал и колокол с привязанной к языку веревкой. На столике рядом ребята увидели большой компас, лот для измерения глубины и целую кипу карт, как пожелтевших от времени, так и совсем новеньких. Машинист усадил их на откидную койку, застеленную шерстяным покрывалом.

– Меня зовут К-колки, рад познакомиться с вами.

Кира и Соль представились.

– Скажите, пожалуйста, Колки, что это за поезд? – поинтересовался Соль. – Куда он отправляется? Да, и почему никто из здешних на него не реагирует? Ведь он же очень необычный!

Прежде чем ответить, Колки снял с головы фуражку и аккуратно пристроил ее на свободный край стола. Под фуражкой обнаружились круглые аккуратные рожки.

– Вы никогда не слышали про поезда, идущие ск-квозь миры, не так ли? А про мури тоже нет?

Ребята помотали головами. Колки вздохнул:

– У меня нет времени на долгие рассказы, к-к сожалению. Поэтому я буду очень к-кратким. Позвольте мне угостить вас рыбк-кой – я наловил ее только сегодня утром – и объяснить, к-кто я такой. Надеюсь, тогда вы поможете мне – начальник здешнего вок-к-зала дал мне совсем немного времени, чтобы разобраться с проблемой…

– Начальник вокзала? – изумленно воскликнула Кира. – Вы говорили с начальником вокзала? Но как это возможно? Ведь вы выглядите как… ну… извините… тюлень. Неужели его это не удивило?

Колки рассмеялся:

– Те, к-кто не привык верить в чудеса, всегда очень хорошо знают, что они готовы увидеть, а что – нет. Мой поезд и его пассажиров тоже не все видят одинак-к-ково. Для кого-то это совершенно обычный поезд и совершенно обычные люди. Нек-к-которые видят все вагоны, нек-к-ко-торые – часть… Кто-то вообще ничего не видит… Каждый видит то, что готов увидеть. Начальник вок-к-зала был готов к-к-к встрече с человеком, таким же, к-как он сам. И увидел во мне человек-ка. Мне пришлось солгать ему – очень жаль… Впрочем, не думаю, что он мне поверил. – Колки смущенно улыбнулся. – Ведь я ничего не знаю про это место – мы попали сюда случайно. На моих картах этого мира нет.

– Ну… – Настала очередь Соля смущаться. – Честно говоря, боюсь, вы здесь из-за меня. – И Соль кратко рассказал Колки то, что нам уже известно, пересыпая рассказ оправданиями и извинениями.

Дослушав его, Колки вздохнул. Кажется, он совсем не разозлился.

– Я предполагал нечто подобное. Думал, что могла отк-крыться новая Дверь – к-как иначе? Не знал только почему… Она появилась так неожиданно, что я не успел свернуть…

– Ну, теперь мы обязательно вам поможем и все исправим, – бодро сказал Соль. – Кира закроет Дверь, и вы сможете вернуться туда, откуда ехали.

Колки печально покачал головой:

– Боюсь, все не так просто, к-как хотелось бы… К-кушайте уху. – Он подвинул к ним столик на колесиках, уставленный мисками, с дымящимся котелком посередине. – А я объясню вам, что предстоит сделать, если мы хотим, чтобы я и мои пассажиры продолжили путь…