Читать книгу "Мой палач"

28 глава

Спустя несколько часов потрясающего безумия я чувствовала себя выжатым лимоном. Довольным, счастливым, парящим в облаках на крыльях эйфории выжатым лимоном. Усталость была настолько сильна, что я не могла пошевелить даже пальцами рук. Саша тоже устал, судя по его неподвижной позе и тяжелому дыханию, но он где-то еще нашел силы, чтобы прижать меня к себе и теперь играть с моими волосами.

Как же мне хорошо… Если рай выглядит по-другому, то я туда не хочу. Хочу с ним. Всегда. Где угодно, как угодно, когда угодно. И если даже он отправится в ад, я не задумываясь пойду следом.

Может быть, поэтому я и не торопилась задавать ему вопросы. Куда он хочет меня забрать? Когда? И как? Не хотела спрашивать, где он был и что делал весь прошедший год, чтобы не разрушать волшебство момента. Но все же поговорить о чем-то тянуло. Услышать его голос, убедиться, что это не сон, и Саша действительно пришел ко мне, чтобы больше не исчезать.

– А я экзамен прогуляла, – с ленивой улыбкой промурлыкала ему в шею.

– Я знаю.

Вскинула на него удивленный взгляд, в груди вновь начало неизбежно скапливаться возмущение.

– Ты что, специально так сделал?

– Нет, Лена, не специально. – Я почувствовала, как он улыбается, зарывшись носом мне в затылок. – Обстоятельства так сложились, что завтра нам нужно улетать. Ты еще успеешь поступить в этом году, но уже в другом месте.

– Что? – уперлась руками в его грудь, отстранилась и посмотрела в глаза. – Ты что же, уже все решил, даже не получив моего согласия?

– Если ты против – скажи об этом сейчас. И в твоем ВУЗе у тебя примут экзамены экстерном. Этот вопрос решенный.

Я смотрела на него, растерянно хлопая глазами, и никак не могла найти внутри себя точку опоры. Все изменилось слишком быстро. Еще вчера я строила планы на призрачное будущее, где буду одна, добьюсь всего сама, даже без папиной помощи. Еще вчера я лишь мечтала о Саше, уверенная в том, что наши пути больше никогда не пересекутся. А сегодня, словно по волшебству, он рядом и, оказывается, уже все за меня решил и даже обо всем позаботился.

Спорить или возмущаться по этому поводу сейчас было бессмысленно, ведь я уже поняла для себя, что ни за что не отпущу его теперь, куда бы он ни собрался. Но и беспрекословно принять его решение по поводу моей дальнейшей судьбы оказалось невероятно сложно, ведь даже отец никогда себе такого не позволял.

– Скажи хотя бы, куда мы полетим? – нахмурилась, продолжая всматриваться в его глаза.

На самом деле они оказались совсем не черными, а темно-карими, и сейчас, в комнате, залитой ярким дневным светом, приобрели невероятный медовый оттенок.

– Это сюрприз, – мягко улыбнулся Саша и, видя мое недовольство, склонил голову набок, провел по щеке рукой, одновременно прочертив большим пальцем полоску между бровей, словно пытался разгладить там морщинку, и добавил: – Доверься мне, Лена.

Это было несложно. Ведь я и без его просьбы уже безгранично доверяла ему на каком-то подсознательном уровне, а иначе не прилетела бы сюда по первому зову, поставив на паузу свою прежнюю жизнь. Все мои вопросы были вызваны отнюдь не недоверием, а совершенно другим чувством. Чувством, которое поутихло после его признания в любви, но все же не исчезло без следа, – обидой.

– Однажды я уже доверилась тебе, а ты исчез на целый год.

Саша прижал меня к своей груди, сжимая в тисках стальных объятий, и тихо прошептал у самого уха:

– Так было нужно.

Его рука скользнула между ног, беспрепятственно проникая в набухшее и болезненно пульсирующее после бешеной нагрузки лоно, отчего по телу пронеслась волна обжигающих мурашек. Я сделала глубокий вдох и затаила дыхание. Саша снова был возбужден до предела. Я чувствовала это бедром, в которое упиралась каменная эрекция. Какой же он неугомонный.

Мое тело, несмотря на усталость и ноющую боль в мышцах, отзывчиво реагировало на новую порцию умелых ласк. Очень быстро под его пальцами внизу снова стало влажно. Я глухо застонала от глубокого проникновения. Внутри все было настолько чувствительным, что даже его палец казался кувалдой. С замиранием сердца ждала момента, когда вместо него в меня вонзится здоровенный член. Тогда я снова буду очень громко кричать, сначала от боли, а потом от бешеного, ни с чем несравнимого оргазма.

Саша не заставил долго ждать. Подхватил за бедра и рывком поставил на четвереньки. Две твердые ладони легли на ягодицы, прочно фиксируя их в неподвижном положении, и в следующее мгновение тугое давление на промежность заставило меня непроизвольно выгнуть спину дугой и податься навстречу.

Он входил не спеша, позволяя прочувствовать каждый миллиметр движения вглубь сквозь набухшие стенки лона. Мне было совсем не больно, как я того ожидала, ну, или может, больно, но совсем чуть-чуть. Мне было хорошо. Настолько хорошо, что я громко и протяжно стонала, сама того не замечая.

Он схватил волосы на затылке, сжал их в кулаке и потянул на себя, заставляя еще сильнее выгнуть спину и обернуться, жадно поймал мои губы, страстно целуя их, многократно усиливая мое возбуждение. Продолжил двигаться внутри очень медленно, входил и выходил, доводя до исступления.

– Саша, быстрее… Пожалуйста… Я хочу быстрее! – умоляла его вконец охрипшим голосом, задыхалась, не в силах сделать очередной выдох-вдох.

Он послушно ускорился, да так, что первым толчком выбил весь воздух из легких. А на втором и третьем я уже почувствовала, как все внутри знакомо подбирается, закручивается в тугую пружину, сжимается под давлением в миллион атмосфер, чтобы еще через несколько мгновений – выстрелить, взорваться и разнести на клочки мое бренное тело.

– Да! Пожалуйста, еще… – полустонала-полухрипела, максимально открываясь к нему навстречу, стараясь принять в себя настолько, насколько это в принципе возможно.

И он вколачивался в меня еще сильнее, заставляя содрогаться всем телом от каждого толчка. Я бы, наверное, давно улетела в стену, если бы Саша крепко не удерживал меня одной рукой за плечо, а другой за бедро. Казалось, он хочет разорвать меня изнутри. Но я сама его попросила и сейчас кайфовала от этого. Мне нравилось принадлежать ему именно так – до умопомрачения, до темноты в глазах, до самой последней черты.

Еще какое-то время я балансировала на грани, намеренно сдерживая себя от оргазма – хотелось максимально продлить удовольствие. Но когда его рука сомкнулась сзади на шее, грубо потянула назад, на себя, когда его член врезался особенно глубоко, мою плотину сорвало. Тело крутило и ломало в тисках безумного экстаза, а губы громко кричали его имя.

* * *

Потом мы снова неподвижно лежали в объятиях друг друга, и все, чего мне сейчас хотелось – чтобы это никогда не заканчивалось. Я упустила момент, когда Саша кончил, но точно знаю, что это произошло – по ягодице стекала теплая густая субстанция.

– Давай закажем еду в номер. Ты, наверное, голодная, – сказал мне в висок, следом накрывая его поцелуем.

И словно в подтверждение Сашиных слов, мой желудок отозвался жалобным урчанием.

– Давай, – улыбнулась, с неохотой выпуская из объятий. – Неплохо было бы заказать еще и новую одежду в номер. Если, конечно, ты не собираешься похитить меня завернутой в одеяло.

– Не беспокойся, я позабочусь об этом, – усмехнулся он в ответ.

Мы вместе отправились в ванную комнату и приняли душ. Едва сдержались, чтобы не устроить там очередной раунд.

– Ты всегда такой ненасытный? – с озорной улыбкой поддела его.

– Не всегда. – Он не слишком многословен, как обычно, но мне это даже нравилось.

В какой-то момент я вдруг поняла, что не нуждаюсь в его словах. Мне не нужны никакие объяснения. Все самое важное он уже сказал, а остальное… Не имеет значения.

Все и так хорошо. Все восхитительно, за исключением всего лишь одного «но».

И это «но» не позволяло мне в полной мере наслаждаться внезапно обрушившимся на голову счастьем.

Мои родители. Как сказать им, что я уезжаю? Как объяснить, куда и с кем? Как оставить их одних?

А вдруг у меня долгое время не будет возможности их навещать?

С той самой минуты, как меня накрыло осознанием неизбежного расставания с мамой и папой, я уже не могла перестать думать об этом ни на минуту. Тяжесть на сердце становилась все сильнее, и к тому моменту, как официант вкатил в наш номер тележку с заказом из ресторана, я уже не могла свободно вздохнуть от удручающих мыслей.

Облачившись в белоснежные отельные халаты, мы уселись за небольшой круглый стол, что стоял у окна в центральной комнате нашего номера, и с жадностью набросились на еду.

– Как себя чувствуют твои родители?

Вздрогнула от неожиданного вопроса. Саша снова будто влез в мою голову и прочитал мысли.

Внимательно посмотрела ему в глаза – он явно спросил об этом не просто так.

– Хорошо… Спасибо.

– Я должен с ними поговорить.

– О чем? – настороженно поинтересовалась.

– О тебе. Я ведь планирую похитить у них дочь.

Медленно кивнула. Все правильно, логично. Так и должно быть. Даже удивительно, почему я сама об этом не подумала?

Вот только представить себе такую встречу было довольно сложно.

«Познакомьтесь, мама и папа, это Палач. Тот самый, что меня тогда похитил и в подвале держал. Потом спас, но сначала был подвал, да. Теперь у нас любовь, и завтра мы улетаем в неизвестном направлении».

Бред…

Мама, наверное, сразу в обморок грохнется. А папа… А папа вообще может отреагировать самым непредсказуемым образом.

Нервно сглотнула.

В тот день, когда я рассказывала им о нём, они оба в ответ не проронили ни слова. Отец лишь плотно сжимал губы, а мама вздыхала и закрывала ладошкой рот.

Представила, что будет, когда они его увидят. Внешность у него… Никогда не забуду свои первые впечатления. Настоящий головорез.

Ох, что будет… Но как бы там ни было, обманывать родителей я не собиралась. Они этого не заслуживали. И Саша не заслуживал.

Они любят меня и должны принять мой выбор.

– Когда ты хочешь с ними поговорить? – попыталась улыбнуться ему, и, кажется, даже получилось, хоть и не совсем удачно.

– Сегодня. Если они ничем не заняты, то можем поехать прямо сейчас, после того, как поедим.

– Хорошо. Мама должна быть дома, а папа обычно возвращается к шести.

– Тогда ешь, и будем собираться.

Кивнула, предприняв очередную не очень удачную попытку улыбнуться.

Есть перехотелось, но я делала это через силу, чтобы не выдать свое нешуточное волнение.

Покончив с обедом, Саша позвонил кому-то, дав распоряжение купить комплект женской одежды моего размера, а также заказал мужскую рубашку для себя.

В голове возникла интересная догадка – неужели он сегодня так элегантно одет по случаю знакомства с моими родителями? От этой мысли на сердце сразу потеплело, и тревога отошла на второй план.

И чего я так разволновалась? Все будет хорошо. Мы любим друг друга, мама и папа нас обязательно поймут и поддержат.

У нас все получится.

29 глава

Стояла перед огромным зеркалом в холле отеля, придирчиво оценивая свой внешний вид. Брючный костюм, привезённый по заказу Саши, сидел на мне безупречно. В моем стиле, и даже его цвет, нежно-бежевый, – один из моих любимых. Волосы вымыты, просушены феном и тщательно уложены в высокий хвост. Макияжа нет, но он и не требуется. Лицо и без того выглядит румяным и свежим.

И вообще в целом я смотрелась довольно неплохо, если не придавать значения распухшим от поцелуев губам и красным пятнам на раздраженной коже подбородка от трения о жёсткую мужскую щетину.

Сделала глубокий вдох. И чего я так разволновалась? В конце концов, не меня же сегодня ждут смотрины, а моего мужчину, который как раз выглядит идеально. Новая рубашка темно-синего цвета сидела на нем ещё роскошнее, чем предыдущая. Вот только на головореза он меньше походить от этого не стал. Разве что теперь при одном взгляде на него становилось понятно – услуги этого человека наверняка простым смертным не по карману.

Боже мой, о чем я вообще думаю? Это все нервы.

Саша подошел сзади, обнял за талию и коснулся губами виска. Я продолжала смотреть в зеркало, наблюдая теперь уже за его отражением. Мы с ним были настолько разные. Он – огромный, мужественный, с тяжелым суровым взглядом, а я на его фоне – маленький хрупкий стебелёк с ангельским личиком. Но все же каким-то невероятным образом мы сочетались друг с другом и смотрелись рядом очень гармонично.

– Волнуешься? – тихо спросил Саша, обжигая ухо горячим дыханием.

– Да, если честно, – нервно усмехнулась в ответ.

– Я и сам волнуюсь, – глядя на меня сквозь стекло, признался он. – Ещё ни разу в жизни не приходилось просить руки девушки у её родителей.

Я на миг потеряла дар речи и пристально посмотрела в глаза мужчины так же, через зеркальную поверхность.

– Ты собираешься просить у них моей руки? – Казалось, он так шутит надо мной, но его лицо оставалось абсолютно серьезным.

– А на каком ещё основании я могу забрать тебя у них?

Я несколько раз растерянно моргнула, потом резко обернулась и посмотрела ему в глаза уже без помощи стекла.

– Саш…

– Ты ведь не думала, что это временно? – с нажимом спросил он, приподняв брови.

– Нет, не думала. – Губы сами собой расползлись в совершенно глупой улыбке. – То есть, ещё вчера я вообще не думала, что когда-нибудь еще тебя увижу.

Он ничего на это не ответил, только притянул меня за талию огромной рукой и на секунду крепко прижал к себе.

– Пора ехать, Лена. Машина уже ждёт.

* * *

Возле отеля нас ожидал уже знакомый чёрный внедорожник и улыбчивый парень в кожаной куртке, которого, как оказалось, зовут Кирилл.

Он был двоюродным братом моего Саши и по совместительству владельцем одного из самых крутых охранных агентств в нашей стране. По дороге к моему дому Кирилл рассказал, что услуги его агентства пользуются высоким спросом, заказы поступают даже из стран Европы и Соединенных Штатов, от звезд шоу-бизнеса, политиков и бизнесменов. Они доверяли ему свои жизни, полагаясь на распространенное мнение о том, что в преступном мире русской мафии нет равных. Значит, и безопасность эти ребята могут обеспечить лучше, чем кто-либо другой.

Я не могла не поразиться вслух, как этому парню удалось в столь юном возрасте достичь такого успеха и заработать блестящую репутацию. Сколько ему лет я, конечно же, не знала, но на вид можно было дать максимум тридцать. Да и то разве что с натяжкой.

– Многие мои знакомые говорят, что я продал душу дьяволу, – посмеялся в ответ на мое искреннее удивление Кирилл, но очень быстро вновь стал серьезным, глядя в зеркало заднего вида на Сашу. – Но на самом деле, все куда прозаичнее.

Слушая его рассказы о своем любимом деле, я на время забыла о волнении перед предстоящим событием. Просто наслаждалась поездкой на заднем сидении автомобиля рядом с любимым мужчиной, утопая в его объятиях.

– А ещё у тебя есть родственники, помимо Кирилла? – шёпотом спросила у Саши, когда его брат отвлекся на поступивший звонок.

– Ещё есть тётка – мать Кирилла. И двоюродная сестра.

– Ты познакомишь нас? – воодушевленно взглянула на него, но он явно не разделил моего восторга.

– Нет.

– Почему? – разочарованно протянула я.

– Они считают, что я мертв, – невозмутимо заявил Палач, словно в этом факте не было ровным счетом ничего особенного.

– Но… – в недоумении посмотрела на своего мужчину, безуспешно пытаясь подобрать слова, чтобы сформулировать нужный вопрос.

Он мягко улыбнулся, наблюдая за моими жалкими попытками, ласково взял рукой за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза, и убедительно пообещал:

– Я все расскажу тебе, Лена. Позже. Когда придет время.

* * *

Когда машина подъехала к пропускному пункту моего посёлка, я уже собралась опустить тонированное стекло и попросить охрану пропустить нас, но это не потребовалось. Нас и так пропустили без досмотра и каких-либо вопросов, словно номерные знаки этого автомобиля принадлежали списку транспортных средств жильцов нашего поселка.

– Как так? – задала я изумленный вопрос Кириллу.

– Эта машина уже внесена в местную базу данных, – безмятежно ответил он и широко улыбнулся. – Как будто мы тоже здесь живем.

– У Кирилла в штате и хакеры имеются, – с ухмылкой пояснил Саша в ответ на мой удивлённый взгляд.

– То есть, получается, наша охрана, по сути, бесполезна? – искренне возмутилась я. – И при желании, злоумышленникам не составит труда проникнуть на территорию?

– Ну почему же, – лениво отозвался Кирилл. – От разной шпаны и наркоманов ваша охрана вполне способна вас защитить. Но если за дело возьмётся кто посерьезнее…

– Но что же делать тогда? – с досадой воскликнула я. – Как защитить себя и свой дом от тех, кто посерьезнее?!

– Самый верный способ – не наживать врагов, – резонно заметил Кирилл, повернувшись к нам всем корпусом. – И не привлекать внимание воров слишком расточительным образом жизни. Ну а если уж случилось… Тогда ничего не остается, как только нанимать для охраны настоящих профессионалов. И параллельно страховать свое имущество.

За имущество я переживала в последнюю очередь, а вот жизнь свою – никак не застрахуешь. Точнее, застраховать-то можно, только вот толку от этого никакого.

Еще крепче прижалась к Саше. Как же хорошо, что он теперь рядом. С ним ничего не страшно.

Вскоре наш автомобиль затормозил у моего дома, чему я уже даже не удивилась. Похоже, этот Кирилл знает обо мне все и не нуждается в подсказках.

Сначала на улицу вышел Кирилл, вслед за ним – Саша. Мужчины осмотрелись, после чего Саша помог выбраться и мне, подав руку.

– Идем, – позвал он меня, увлекая за собой в сторону ворот.

– Удачи, брат! – крикнул нам вдогонку Кирилл и спустя секунду добавил: – Надеюсь, не прощаемся, Лена.

– Конечно, не прощаемся! – улыбнулась ему, порывисто обернувшись, и перехватила покрепче Сашину руку.

Теперь, когда час икс был уже близок, волнение вернулось и накрыло меня с новой силой.

30 глава

Открыла дверь своим ключом, и мы с Сашей вошли в дом, по-прежнему держась за руки. Внутри было тихо, но уже спустя несколько секунд сверху раздался мамин голос, а следом появилась и она сама, торопливо спускаясь по ступенькам.

– Леночка, я уже звонить тебе собиралась! Ты чего так долго?! Как прошел экзамен?

Кажется, мама хотела спросить о чем-то еще, но заметила моего спутника и осеклась.

– З..здравствуйте… – негромко поздоровалась она, застыв на месте.

Я едва сдержалась, чтобы не улыбнуться. Не помню, когда в последний раз видела её такой растерянной.

– Добрый вечер, – ответил ей Саша своим пробирающим до мурашек хрипловатым голосом, и мне показалось даже, будто мама в этот момент побледнела.

Меня и саму немного потряхивало от происходящего, но сейчас было не время смущаться. Крепче сжала ладонь своего любимого мужчины и потянула за собой, увлекая вглубь комнаты.

– Мама, прости, что не предупредила заранее о госте, но обстоятельства сложились так, что нам пришлось изменить свои планы совершенно неожиданным образом… – с бодрой улыбкой на губах понесла я какую-то околесицу, но, к счастью, вовремя остановилась и вспомнила, что должна их представить. – Познакомься, пожалуйста, это Александр. Мой любимый мужчина. А это – моя мама, Анна Алексеевна.

Несмотря на мамины безупречные манеры, фраз вроде «Очень приятно» или «Рада знакомству» она так и не произнесла. Вместо этого еще несколько секунд поизучала Сашу напряженным взглядом, после чего обернулась назад и встревожено позвала отца:

– Паша!

Но он и без того уже показался на ступенях наверху.

– Что здесь происходит? – раздался строгий вопрос, и в следующую секунду на нас устремились два его сканера.

Мама с обескураженным видом отошла в сторону, пропуская вперед отца, и нервно обхватила себя руками. А я так и застыла на месте как вкопанная, с замершей на губах идиотской улыбкой, только крепче сжала Сашину ладонь.

– Познакомься, папа. Это Александр, мой любимый человек. Прошу прощения, что не предупредила вас с мамой заранее об этой встрече. А это мой папа, Павел Андреевич.

Папа остановился в паре метров от нас, и его вид мне совсем не понравился. Губы плотно сжаты, глаза сужены, взгляд бегает от наших сплетенных пальцев к моему лицу, потом скользит сверху вниз по моему мужчине и возвращается обратно к нашим рукам.

Саша силой высвободил свою ладонь из моего смертельного захвата, сделал два шага навстречу к отцу и в дружелюбном жесте протянул тому руку для рукопожатия.

– Добрый вечер, Павел Андреевич.

Отец уставился на его ладонь так, будто тот навел на него дуло пистолета. Прошло мгновение, потом другое, третье, но папа так и не торопился отвечать на рукопожатие. Спустя еще пару мгновений всем стало ясно, что этого не произойдет вообще. Тогда Сашина рука медленно опустилась вниз, а я подскочила к нему сзади и тут же схватила её, сжимая в своей ладони еще крепче, чем прежде.

Отец посмотрел на меня так, словно я только что совершила какое-то очень страшное преступление, и ледяным голосом поинтересовался:

– Это что, тот самый Палач?!

Я не видела смысла обманывать отца. Да и потом, после моего рассказа в тот вечер уже вряд ли получится солгать, ведь я не поленилась даже в общих чертах описать внешность своего любимого человека.

– Да, папа. Это он.

Робко посмотрела на Сашу, поймав на себе его полный недоумения взгляд.

– Я рассказывала им о тебе, – с неловкой улыбкой пояснила ему.

– То есть, они знают все?! – обескуражено уточнил он.

– Все, – сконфуженно подтвердила я. – Прости, я забыла тебя предупредить…

– Иди сюда, Лена! – вдруг громко и непреклонно потребовал отец, протянув ко мне руку.

Я вздрогнула и лишь отступила назад, испытывая непреодолимое желание спрятаться за Сашину спину.

– Зачем? – настороженно поинтересовалась.

– Я сказал, иди сюда! – процедил отец сквозь зубы, шагнул вперед и схватил меня за свободную руку, резко дернул на себя, причиняя боль.

– Ай! Папа, нет! Что ты делаешь?! – заверещала я, другой рукой намертво вцепившись в Сашу, не желая его отпускать.

Саша тут же вклинился между нами, схватил отца и силой заставил того разжать ладонь. Мой мужчина был почти в два раза шире и почти на голову выше, поэтому ему не составило труда оттеснить папу назад, все же закрыв меня своей спиной.

– Спокойно, – опасно понизив голос, предупредил он. – Давайте без резких движений, Павел Андреевич.

– Убери руки от моей дочери! – угрожающе прорычал в ответ отец.

Меня всю трясло, сердце колотилось как бешеное. Впервые я видела отца в такой ярости. Казалось, еще секунда, и он кинется на Сашу с кулаками.

– Папа, успокойся, пожалуйста!

– Леночка, иди сюда, – подала голос мама, которая все это время стояла на лестнице ни жива ни мертва. – Иди ко мне, доченька!

Черт, да что же такое происходит!

– Мама, да вы что?! – отчаянно закричала я. – Вы не забыли случайно, что он защищал меня и спас мне жизнь?! Как вы себя ведете?!

– Тише, Лен. – Саша потянул меня за руку, вынуждая выйти из-за его спины. – Не нужно кричать на родителей. Иди к маме.

– Нет! – яростно замотала головой, двумя руками вцепившись в его предплечье.

– Так надо, Лен. Иди к маме. – Мягко, но настойчиво Саша отцеплял от себя мои руки и уговаривал, как несмышленого ребенка. – Побудь пока с ней, а я поговорю с твоим отцом. Я никуда без тебя не уйду, обещаю.

Нехотя я заставила себя отпустить его и на звенящих от напряжения ногах зашагала к маме, которая призывно протягивала ко мне руки. Как только я приблизилась к ней, она схватила меня и прижала к себе так, будто только что спасла от смертельной опасности. Я лишь закатила глаза и с раздражением оттолкнула мать, не веря, что все это происходит со мной на самом деле.

– Очень опрометчивое обещание, – услышала ледяной голос отца позади себя и обернулась.

Мужчины все еще стояли на том же месте с довольно враждебным видом по отношению друг к другу.

– Я пришел поговорить, – требовательным тоном ответил ему Саша.

Повисла напряженная пауза. Отец буквально испепелял его взглядом; даже находясь на лестнице, я чувствовала исходящую от него тяжелую энергетику.

– Что ж, давай поговорим, – в итоге процедил он. – У меня в кабинете.

– Папа, прошу тебя!.. – воскликнула было я в отчаянном желании заставить отца смягчиться, но так и замолкла на полуслове, поймав на себе его строгий взгляд.

– Иди в свою комнату, – безапелляционно приказал он и зашагал к арке, ведущей из холла в западную часть дома, где находился его кабинет.

Саша двинулся вслед за ним.

Дурное предчувствие душило горло, сердце, казалось, вот-вот выскочит из груди от переизбытка адреналина в перекачиваемой им крови.

– Папа! – кинулась я следом, не желая оставлять их сейчас наедине.

Но мама не позволила мне броситься в погоню. Стальной хваткой впилась в локоть так, что я даже удивилась, откуда в ее тонких ручках могло взяться столько силы?

– Лена, стой! Слышала, что тебе велел отец?! Идем в твою комнату!

– Да что происходит, мама?! – простонала я, яростно вырывая свою руку из ее захвата. – Вы что тут, с ума все посходили?!

– Успокойся, доченька. – Мама попыталась снова обнять, но я не позволила, с раздражением оттолкнув от себя ее руки.

– Не трогай меня!

– Да что с тобой такое, дочь?! – отчаянно воскликнула она, прикрыв ладонью сильно задрожавшие губы.

– Да это с вами что?! – закричала я на нее. – Я привела мужчину, которого люблю, который спас мне жизнь! А вы как его встретили?!

– Успокойся, милая. – Кажется, маме удалось ненадолго взять себя в руки, на её губах возникла слабая улыбка, но уже в следующее мгновение глаза начали заполняться слезами.

– Мама, пожалуйста, не надо, – умоляюще посмотрела я на нее, чувствуя, как у самой к горлу подкатывает предательский ком.

– Деточка, сердечко мое, послушай, – быстро заговорила она, вытирая тыльной стороной ладони побежавшие по щекам слезы. – То, что тебе пришлось пережить – это ужасно. Это кошмар наяву, это огромная психологическая травма, а этот человек… Я счастлива, что с его помощью все обошлось, и ты осталась жива и невредима. Поверь мне, доченька, я каждый день молюсь за спасение его души!

– Тогда в чем дело, мама? – Горячие слезы все же покатились по моему лицу, в горле невыносимо болело, но я уже не обращала на это никакого внимания.

– После того, как ты рассказала о нем нам с папой, мы не раз обсуждали это. И оба пришли к одному и тому же выводу. Если этот мужчина и сохранил тебе жизнь, это еще не значит, что он сделал это из благих побуждений. В преступном мире свои правила и роли, там нет места сочувствию и добрым намерениям. Жалость там приравнивается к слабости, и выживает только сильнейший. Люди с добрым сердцем, способные на сострадание, там просто не задерживаются! – Мама судорожно выпустила воздух из легких, переводя дыхание, после чего продолжила уже более спокойным тоном. – Скорее всего, этот человек просто вел какую-то свою игру, правила которой оказались нам на руку. Нам повезло, очень повезло! Но мы не знаем, какой интерес на самом деле у него связан с тобой. И то, что он сейчас здесь, только лишний раз подтверждает эту теорию!

Я уже не ревела. Слезы высохли сами собой, а в груди скрутился тугой болезненный ком из неверия и отвращения к словам матери.

– Что за бред ты несешь?! – гневно прошипела я, пристально глядя ей в глаза.

– Лен, ты же всегда была у меня умной девочкой? – словно не замечая моего гнева, продолжала мама. – В самом деле, ну не думаешь же ты, что такой человек, как он, мог так просто взять и влюбиться?!

В груди нестерпимо болело от ее слов. Сердце упорно требовало проигнорировать заложенный в них смысл, страшась того, что ядовитые шипы недоверия отравят мое светлое чувство к Саше.

Завертела головой, как сумасшедшая, желая сейчас же прекратить неконтролируемый поток мыслей, допускающих правдоподобность маминого предположения.

Она говорит так, просто потому что не знает его! Он не способен на такой подлый обман. Он совершенно не тот человек. Я знаю это, чувствую!

Я верю ему. Просто верю и все.

Сделала глубокий вдох и выдох, стараясь успокоиться и взять себя в руки. Спустя еще несколько секунд, когда это мне, наконец, удалось, пристально посмотрела в мамины припухшие от слез глаза и строго произнесла:

– Мама, послушай теперь ты меня…

Но закончить эту фразу я так и не успела, потому что в этот момент по дому прокатился оглушительный звук выстрела.