Текст книги "АПЧХИ! Повести и рассказы"

На следующий день в полуподвале «КоРАБиТа» собрались все и спозаранку. Никогда ещё в десять утра офис такой явки не наблюдал. Ждали возвращения Шери с вестями от заказчика. Тревожность ватным одеялом висела в воздухе, и потому все без лишних слов предпочитали заниматься своими делами при этом постоянно поглядывая на часы. Ближе к четырём пополудни входная дверь хлопнула, и в офис ввалилась абсолютно вымученная Оксана.

– Всё… – даже не переведя дыхания, с порога заявила она собравшимся. – Отмучились…

– Что «всё»? Пакуем чемоданы? – встревоженно спросил её всё это время не находивший себе места и меривший шагами квадратуру офисного круга ШерLock. Остальные также направили вопросительные, готовые уже к любому развитию ситуации, взгляды в сторону Оксаны.

– «Всё», в смысле, сдались! Заказчик принял результаты работы и завтра должен перечислить деньги. «КоРАБиТ» продолжает свою деятельность. Ура! – выдержав для приличия драматическую паузу, восторженным тоном огласила своды полуподвала Ксю.

– Ура!!! – во всю глотку рявкнул коллективный разум, – Ура! Ура!! Ура!!!

– Но… как? – как только стихло громогласное эхо спросил у Шери Славик, – Заказчик согласился оплатить нам работу, приняв её результаты по формальному признаку?

– Всё так, и не так, Вячеслав. На самом деле заказчик был таким, каким он был, он был гораздо красивее, – постаралась напустить тумана загадочности на своё уставшее лицо Шери. Вчера он позвонил мне уже ночером в плохом настроении и потребовал срочно предоставить промежуточные результаты нашего расследования. Мне пришлось срочно дать ему доступ в «облако» ко всем имеющимся у нас материалам и, так как на связь он больше не выходил, тихонечко молиться. Надо ли говорить, что всю ночь я так и не смогла сомкнуть глаз?

С утра, выпив литр кофе с сиропом, я, заранее готовая к любому развитию ситуации, поехала к нему в офис. Пока ждала его битых четыре часа под дверью приёмной, успела попередумать себе всё и уже мысленно простилась «КоРАБиТом». А оказалось, он – проспал! Представляете, проспал! Как потом сам признался, первый раз за последние десять лет! Говорит, всю ночь читал наши отчёты и ржал. Ржал, как конь. Сначала в одиночку. Потом от его гогота проснулась жена, и..

– Что, как в анекдоте? «А потом пришёл лесник и всех разогнал?» – вклинился в монолог Шери молчавший до той поры МегаБод.

– Нет, хуже, Олег! Они вместе смотрели наш видеограб вчерашнего чата Странника…

– И?

– И представляете, он смог.

– Что смог? Где смог? – не врубился с колёс МегаБод, – По данным мониторинга, экологическая обстановка в городе сегодня нормальная. Никакого смога и в помине нет…

– Не на улице смог, а он смог. В первый раз за последние годы смог. С женой. Нормально отдать ей супружеский долг смог. Ещё и погасить накапавшие проценты, говорит, хватило! А посему сегодня он проспал и заявился в офис только в обед, весь цветущий и довольный, сразу и без лишних вопросов подписал акт сдачи-приёмки, подписал и запустил в оплату счета и…

– Оксик, ну! Не томи! – чуть ли не в один голос закричала мужская часть коллектива «КоРАБиТа».

– …и предложил заключить с ним абонентский договор на отслеживание новых возможных сетевых активностей Ночного Странника на год. С помесячной оплатой. Так что, будем считать, что он взял нас на оклад! Но при этом он выдвинул одно условие – все уже собранные материалы по Страннику остаются в его исключительной собственности, а новые – предоставляются чуть ли не в онлайн-режиме. Ребята, я так рада!

– За кого рада? За нас, что «КоРАБиТ» избежал самоликвидации в связи с отсутствием финансирования, или за заказчика, что тот смог исполнить супружеский долг? – с ноткой неприкрытой ревности спросил ШерLock у Оксаны.

– За всех! И за нас, и за него. Очень, очень рада! – казалось бы без камня за пазухой ответила Шери, – А если, Женечка, ты будешь и дальше продолжать в том же духе, я всерьёз задумаюсь, чтобы на базе «КоРАБиТа» открыть горячую линию скорой сексолого-психологической помощи и назначить тебя ответственным за это новое направление нашего бизнеса на общественных началах. Ладно, вы тут сидите, переваривайте, а мне надо заказчику рыбу нового договора до завтра подготовить и выслать, так что…

– Так! «Так что» будет «как-нибудь». Например, завтра… – осадил спорщиков традиционно вселявший в окружающих всеми доступными ему способами спокойствие Славик, – Я один считаю, что такое знаменательное событие, какое принесла нам сегодня на своём хвостике блистательная Шери, необходимо отметить? К тому же, мы все с утра голодные и «переваривать» сейчас нам всем просто жизненно необходимо.

Все «карбидовцы» согласно закивали головами.

– Тогда я самодурно беру всю полноту инициативы на себя. Так, ШерLock, ты – заказываешь пиццу и что-нибудь попить. МегаБод, с тебя порядок в офисе. А то гиподинамия – прямой путь к ожирению…

– А я? – осторожно поинтересовалась Шери.

– А ты, дорогая, сиди и отдыхай. Покой гонца, приносящего хорошие новости, требуется строго охранять, чем я, собственно, сейчас и займусь.

То ли это был прирождённый дар убеждения Славика, то ли его выражение лица, но спорить с ним никто не рискнул. Границы рая и ада подвижны, но всегда проходят через нас…

«Хочу любви большой, такой, чтоб ночью слышали соседи…» – Космос дописал одностишие на сайте свободных публикаций, нажал на кнопку «Опубликовать» и отодвинулся от ноутбука. «Жизнь – это долгий путь от мечты о том, чтобы у тебя всё было, к констатации факта того, что у тебя было всё. Любые отношения начинаются с мечты заниматься сексом до потери рассудка и заканчиваются, когда мечта становится клиническим диагнозом. «Молодой Человек! Молодо-ой… Можно вас на пару… раз?»

Чтобы сделать что-то с неподдельным удовольствием, в первую очередь, нужно убедить себя, что этого делать нельзя. Если женщина говорит, что вы не умеете делать куни, попросите её сделать вам римминг и показать, как надо. Но если она удовлетворит вашу просьбу, будьте готовы к тому, что и она, в свою очередь, попросит вас продемонстрировать идеальный, с вашей точки зрения, минет. Хотя можно, конечно, попросить её сделать вам докинг и посмотреть, как она будет выкручиваться.

Обе брачующиеся стороны называются «достойными». Они делают таковыми друг друга. Достойными друг друга в первую очередь. А, следовательно, и равнообязанными. Потому и несут тяжкую ношу брака впополаме. И виноваты, если в какой-то момент эта ноша сваливается с их плеч, подобно осколочной гранате, решетя поражающими элементами былого счастья всех и вся, тоже оба.

В глубине души все люди хорошие, только глубина у всех разная. Любовь вечна, только партнёры меняются. Не клизма ставит человека, но человек клизму. Кто крайний? В жизни всегда есть место сказке и смазке! Мы такие разные, но мы взаимны и, может быть, именно поэтому, мы вместе? Так что, хочешь счастья? Куй там! И куй сам…»

«…сам!… сам!....сам! …сам!..» – по обыкновению подхватило и понесло клочки по закоулочкам Эхо.

Космос хоткеем открыл терминал и споро вбил команду:

– Ko$mos@Ko$mos-UX616E:~$ sudo echo off

– [sudo] пароль для Ko$mos:» – немедленно запросила Система.

Космос на автомате ввёл пароль суперюзера, который оставался неизменным с момента установки Системы, «off» и Эхо немедленно стихло.

– Ko$mos@Ko$mos-UX616E:~$ sudo reboot

В Засторонье начинался новый старый день…

Вместо эпилога: Посидели «карбидовцы» на радостях очень душевно! Похохотали, вволю постебались над всем произошедшим… Но праздники проходят, а квадратные коробки от порезанной треугольными кусками круглой пиццы остаются. Нужно было готовить офис к вероломно надвигающемуся рабочему дню и расползаться по домам. В этом деле каждый давно знал круг своих обязанностей. Это обсуждалось единожды при посвящении. Шери моет посуду, ШерLock расставляет по местам мебель, Славик выносит мусор… Проходя мимо своего ноутбука МегаБод машинально бросил взгляд на экран. Программа чата до сих пор не была закрыта. В контакт-листе напротив аватарки Avtor-Zhgun зелёным кружком светился статус – «В сети»… Олег остановился и повнимательнее всмотрелся в дисплей. В окне приватного чат-кабинета появилась надпись: «Пользователь Avtor-Zhgun печатает…»

МегаБод сглотнул, издал слабый всхлип и мешком осел в кресло.

Avtor-Zhgun (25:79): «Модератор» Chelovek, кто бы ты там не был. Может быть, в твоей реальности всё делится на то, что на фиг не нужно и то, что фиг подарят, но вскрывая порталы в иные миры нужно уметь и грамотно заметать за собой следы. У тебя есть ещё время всё изменить. Зависимость у каждого своя. И уход от «одной из» отнюдь не означает свободу. Другая реальность – другие очки. А мои никто не находил??…

«Пользователь Smy$l присоединился к беседе».

«Пользователь Vechn0st [paXnet_neftju] присоединился к беседе»…

Однопомётные. Спойлер
Вроде, как и не совсем часть квадрафонического спектакля. Но тем не менее автором написанная, а следовательно, имеющая своё место быть. В стерео.

– …А ещё я анекдоты пишу!.. – внезапно молвила появившаяся в дверном проёме недопереспатая физиономия Автора-жгуна. – Вот, послушай, к примеру этот: «Ночь, улица, фонарь, жена тащит домой в стельку пьяного мужа. Завидев неподалёку продуктовый магазинчик, подводит его к входу и прислоняет к стеночке:

– Так, стой здесь! Я мигом. Хлеба только куплю!

– Ну, милая! Можно мне я тобой? Плохо мне, я там себе бутылочку пивка ку…

– Так! Стой, где поставила! Тебе туда нельзя! Вон, видишь про тебя здесь даже объявление повесили: «С животными вход запрещён!»

– Хи-хи-хи… – уставившись прямо в душу непризнанному гению современной литературы, заехидничила Совесть. – Уж не с себя ли часом писал, болезный?

– Ты мне здесь литературного героя с живым автором не интерполируй! – то ли от гнева, но скорее от стыда залился краской Жгун. – Иных уж нет, а те далече!..

– Это вот это ты к чему сейчас сказал? – с ноткой озабоченности в голосе постаралась максимально конкретизировать Совесть.

Но её вопросу так и суждено было остаться висеть в воздухе, так как в диалог решил вклинился внезапно проснувшийся от разгоревшихся кухонных дебатов Старый Казак.

– Господа хорошие, это что ж на белом свете-то творится! – неожиданно прогремел из межпотолочного шва станичник. – Бабы мужикам похмеляться запрещают! Це не любо мне, ой, це не любо! Ещё мой дед говорил, что непринятый опохмел – прямой путь к могиле!

– Любезный, вы в слове «непринятый» целых пять ошибок сделали. Правильно говорить «неправильный». А неправильный опохмел – прямая дорога к длительному запою, это даже ребёнку сегодня известно! – на вероломный выпад Казака немедленно нашлась Совесть. – Автор, ты когда уже на кухне натяжной потолок сделаешь? Нет у меня больше сил терпеть выходки этого самограйщика!

– Ну, ладно. Хватит уже с вас. Кстати, у меня анекдот по этому поводу имеется: «Приходит муж домой с родительского собрания. В дверях встречает жена:

– Ну теперь-то ты понял, что ребенком надо заниматься, а не с друзьями горькую бухать? С ребенком учить уроки нужно, дурья твоя башка! Он у нас совсем без отцовского внимания от рук отбился!

– Ерунда это всё, мелочи. Я главное для себя понял!

– Что, ну что ты там такое в очередной раз для себя «понял»?

– Бросать нужно пить, курить. С кофе ограничиться. В порядок себя привести, питаться нормально, записаться на фитнес, подумать о новой работе наконец! Представляешь, сегодня на собрании родители поначалу приняли меня за школьного трудовика!»

– Тааак! А вот такой ход твоей мысли мне уже нравится! – тотчас же приободрилась Совесть. – Успешный писатель должен выглядеть гламурненько, а не как тут у нас некоторые по утру! Я, опять же, похудеть смогу. Думаешь мне в удовольствие жрать спозаранку ещё как следует даже не проснувшись? Ты же разжирел здесь в своей добровольной самоизоляции.

– Совсем ты меня не жалеешь! – внезапно возмутился классик нечитабельной литературы. – Помнится, кто-то из великих сказал, что гламур есть посмертная маска красоты. Смерти моей хочешь?!

– Кто? Я? А я-то что? Я же ничего…

– Тем более, что из радостей жизни мне доступными остались лишь сигареты и крепкий кофе. Цистерну свою я уже выпил.

– И то только после того, как одним прекрасным утром я написала кое-кому записку: «Я тебя не люблю», положила в бутылку, запечатала и дала ей тебе по голове!

– А с учётом сегодняшнего зожничества, – сделал вид, что не услышал этих инсинуаций Жгун, – на спортинвентаре и эко-пище скоро впору будет писать: «Минздрав предупреждает!» Вот тебе, кстати, ещё в тему: «Под вечер супружеская пара выходит из прикладбищенского храма. За церковной оградой, жена снимает косынку и начинает теребить мужа:

– Ну что, дорогой, как проведем остаток дня? Готичненько или гламурненько?

– В смысле?

– Ну, по кладбищу погуляем или в ресторан пойдём?!»

– Ха! Ха! И ещё раз: «Ха»! Хочешь, я отвечу тебе твоим же текстом? «Та же семейная пара, но уже после ресторана легла спать. Муж заснул сразу, а жена как не устроится – все одно – бессонница. Помучавшись пару часов, она толкает мужа в бок:

– Дорогая, ты во сне меня ударила локтем!

– А я и не спала! Скотина!

– В чем дело, третий час ночи?!

– А дело в том, что ты – скотина! Скотобаза! Сволочь распоследняя! Ты же ведь даже когда спишь, мне в душу гадишь!»

– А вот здесь позволь уже мне уточнить, ты точно ничего не перепутала? Это я тебе гажу?

– А ты думаешь, я тебе ангел-хранитель что ли, чтобы по долгу службы бессонницей наслаждаться? Я – Совесть, психический, когнитивный процесс, вызывающий эмоции и рациональные ассоциации, основанные на моральной философии или системе ценностей личности. Я – причина появления чувства вины, а не всё то, что ты сейчас обо мне подумал. Хотя, какие у тебя моральные ценности? Так, аморальная бижутерия одна!..

– Эй, служивый! Врубай «Дом Детского Творчества» на полную. Кажется, самое время сейчас.

– Эту? «Он топил свою советь в дешёвом вине»?

– Да, в самый раз, мне кажется!

– Послушайте, молодые! Хочу заметить, что грызётесь вы точно, как супруги с многолетним опытом, – крякнув, попытался остудить пыл не на шутку разошедшегося Жгуна отставной кобылы есаул. – Писюлькин, неужели ты все мои пожелания иметь совесть, когда не поровну разливал, протрезвев воспринял-таки за чистую монету? То-то я погляжу, в женском обществе у тебя потребность как-то не того этого…

– Старый, хочешь вопрос на миллион?

– На миллион, говоришь? Ну, давай, погадаю…

– Почему во время секса девушки любят целовать мне руки?

– Это они тебе так «Спасибо за работу!» говорят? Угадал?

– И этот человек ещё пытается такими руками что-то написать – зашлась в истерическом смехе Совесть. – Ты вообще, можешь вспомнить, когда у тебя последний раз секс-то был?

– Э-э-э-э-э-э…

– А как называется низкая социальная ответственность, когда всю ответственность с тебя уже сняли, но ты всё ещё ответственнее остальных? А когда сам с себя всё снял? А когда ещё даже не надевал?

– Карма?

– Соберись, тряпка! И не плачь! Знаешь, в чём твоя беда? Ты своих женщин после минета в губы целуешь?

– Западло ведь…

– Вот в том и дело. Опослед себя тебе западло, зато после других только в путь. «Интересно, догадается ли он, что я изменила ему с Васей?» «Интересно, почему её губы на вкус, как Васин член?» Клуб любителей индейского поцелуя, честное слово!

– Так! Мне кажется или здесь кто-то очень много фантазирует, забывая, что от избытка воображения у неё мигрень начинается. Как в анекдоте: «Вечер. Супружеская пара ложится в кровать. Муж начинает домогаться жену. Она:

– Отстань, голова болит!

– Тогда поворачивался ко мне попкой… Поближе… Дай я к тебе прижмусь… Иди ко мне в охапку… Ах ты, моя маленькая… А теперь мы наконец-то займёмся с тобой анальным сексом…

– Ты чего, совсем офигел? Я тебе сказала «нет»? Значит «нет» и забудь!

– Ничего, дорогая, ничего… Как гласит народная мудрость: «Голова болит – жопе легче»!»

Эй, Старче! А может быть ты был и не так уж и не прав? Пойду-ка я душ приму, что ли… А тебе, Совесть, зубы почистить действительно не мешало, а то правда как-то «не алё»…

– Но-но-но! Только без угроз! Лишишь меня девственности – сам же потом со мной жить не сможешь. Я у тебя – девушка чистая, а нечистого и в тебе самом достаточно. На контрасте же живём-поживаем, да страниц наживаем! Выполнишь угрозу – как писать потом будешь! Хотя, на, терзай мою плоть, насильник! Всё равно тебя никто не читает, да и я – суть субстанция бесплотная.

– Знаешь, ты мне сейчас жену напомнила из моего анекдота про тёщин ужин. «Вернувшись домой, муж говорит жене:

– А ты никогда не говорила, что у тебя есть сестра!

– Окстись! Никакой сестры у меня в помине нет! С чего ты взял?

– Да? А о ком же тогда твоя мама весь вечер говорила «моя красавица», да «моя красавица»?»

Из межпотолочного шва донёсся сдавленный смешок.

– Автор, это не про тебя ли говорят, когда мужчина думает, у него работает только одно полушарие?

– Ну да, Совесть! Конечно! Когда думает женщина, полушария у неё работают оба. А еще она на них сидит! Кстати, про то, что меня никто не читает – это сейчас обидно было. У меня читателей в социальных сетях более, чем достаточно!

– Ага-ага! Нашёл, чем гордиться. Знаешь, ты сейчас выглядишь, как мужа, который раз в год деньги домой принёс: «Жена! Иди сюда! Держи! Вспомнила? А теперь давай назад! И чтобы больше не говорила, что забыла, когда в последний раз держала в руках мою зарплату!»

– Удалось бздуну пёрнуть, намекаешь? Да я сейчас…

«Она так классно делает консалтинг, а он не знает слова аудит», – в комнате подзабыто напахнуло голландским табачком контрабандного развеса. – «Портер в доме есть?»

– Космос, ты ли это, бродяга? – удивлению Автора-жгуна, казалось, не было предела. – Вот уж кого не ждал, того… Что же не позвонил, не предупредил? Я бы в мини-маркет заранее сгонял, чего-ничего да купил…

– Да не волнуйся ты так, Жгуша. Я не в гости. Я дома поел.

– Жгуша? Это вот это уже что-то новенькое!

– «Такой вот шоу-бизнес, едрёный мазефака!», – нарочито фальшиво пропел Его Бесконечность. – Ты же туда со своими книгами стремишься?

– Извините меня, мужчины, если вмешиваюсь, – оклемалась от незваного вторжения вселенского разума Совесть. – Но в шоу-бизнес попадают через постель, а от нас через постель уходят. У нашего непризнанного гения в последнее время постоянный час сурка – полшестого – время окончания любого рабочего дня, тем более творческого.

– А вот здесь сейчас не понял, – мгновенно напрягся Космос, в прокуренном воздухе кухни ощутимо запахло озоном.

– А что здесь понимать? Злые вы, уйду я от вас! – Автор в один глоток допил давно остывший кофе и полез в пакет для пакетов.

– Ты куда, Моисей?! – чуть ли не в один голос возмутились Космос и Совесть. – С темы разговора спрыгнуть хочешь?

– Отгадайте загадку: единственный, кто не выкобенивается, когда его раздражают? Шесть букв. Последние тэ, о, рэ.

– Тэ, о, рэ, говоришь? Дай подумать… – деланно насупилась Совесть. – Автор – не подходит, букв мало. Неужели… клитор? Я угадала? Да? Но тебе-то откуда про него знать? У тебя же, касаемо географии женского тела, топографический кретинизм!

– Послушайте, ну почему же для вас двоих, я словно жена в шведской семье? – окончательно раздавленный Жгун по стеночке осел на четвереньки.

– С чего это вдруг такие… космополитские выводы? – постарался, как можно более аккуратно, поинтересоваться Космос.

– Ну сами посудите. Если я был бы для вас проституткой, то не только бы вы меня, но и я бы с этого что-то имел. У проститутки же как? Сначала жоппинг, потом шоппинг. На любовницу вашу я тоже не тяну. У любовницы наоборот: сначала шоппинг, потом жоппинг. А для жены шоппинг связанного с ним жоппинга не подразумевает. Фонетика – мать перцепции…

– Ладно-ладно, иди себе, куда шёл. Тоже мне, мастер рваного синтаксиса с возбуждающими эвфемистическими парафразами нашелся! – недовольно пробурчал Неразгаданный, раскуривая очередную «козью ножку».

– О, боже! – истомленно вздохнула и враз разомлела Совесть… – Шапочку надеть не забудь… Мы пока с товарищем Глубинным-Бесконечным особенности протекания пунктуационного, орфографического и фразеологического оргазмов на примере твоего творчества разбирать будем. Как же я люблю мужчин, которые умеют правильно использовать «тся» и «ться»!..

– Хм, в вот это уже действительно что-то новенькое, – только и пробурчал себе под нос уходящий проторенной дорогой за «Портером» мастер генитальной словесности, и положив в карман потрёпанную временем хозяйственную сумку, оставленную когда-то в его доме Зинаидой, поспешил в сторону ближайшего мини-маркета.

– Бутылочку «Муската» тоже бы прихватить не мешало, а то мало ли что?… – напутствовала его вслед Совесть, в очередной раз покусывая кончик шариковой авторучки, занесенный над финальным вариантом за ночь отредактированной и скорректированной ею рукописи. – «Теперь я больше не поэт, поэт с утра не может быть „пожрамши“…»

…

– Ты что наисточал, первоисточник!? – то ли съёрничала, то ли на полном серьёзе, едва заслышав скрип открывающейся двери, в момент срезонировала Совесть. – Вот здесь ты пишешь: «занималась заря»! А я хочу спросить: чем это там она у тебя занималась? В глаза смотреть!

От неожиданности Жгун вздрогнул, выпустил из рук «челночницу» и заикал. Бутылочное стекло жалобно звякнуло, по квартире поплыл аромат свежерозлитого «Портера» вперемешку с цветочными нотками кипрского «Лоеля».

– Ох ты ж ё, – только и донеслось в ответ сдавленно из прихожей.

– Ладно, проходи, раз уж пришёл, – сменила редакторский гнев на милость Та, которой нет.

Автор обессиленно упал за кухонный стол и, немного погодя, выдавил охрипшим голосом:

– А у нас есть выпить что-нибудь?

– Есть. Черный чай…

– А что-нибудь покрепче?

– Ну, на, возьми себе новый пакетик…