Текст книги "Инверсия Фикуса"
![](/books_files/covers/thumbs_240/inversiya-fikusa-220752.jpg)
Автор книги: Алекс Зотов
Жанр: Триллеры, Боевики
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 16
Утром неожиданно позвонила Нина, она слезно принялась умолять Федора дождаться ее, так как ей срочно необходимо забрать кое-какие личные вещи, а свой ключ от квартиры она куда-то сунула и второй день не может его найти. В итоге, Федор вынужден был согласиться ее подождать. Нина клятвенно пообещала, что будет не позднее чем через два часа, но появилась только через три с половиной. Торопливо извиняясь и что-то быстро, запыхавшись, рассказывая, она покидала в сумку какие-то вещи и быстро убежала к поджидавшему ее в машине Виталику. Федор прошел по квартире, внимательно оглядываясь, не забыла ли чего, когда опять раздался звонок в дверь. Решив, что это за чем-то вернулась Нина, Федор открыл дверь. Перед ним стояли два человека. Один в возрасте, солидный, в дорогом пальто и массивных очках. Второй молодой, в коже и джинсах.
– Ты Федя Савченко? – спросил молодой с улыбкой. Федор молча, не сводя глаз с непрошеных гостей, кивнул головой. В тот же миг молодой резко крутанулся на месте, и его пятка, как распрямленная мощная пружина, врезалась Федору в грудь. От неожиданности и силы отлично отработанного удара Федор пулей отлетел вглубь прихожей, впечатавшись спиной в стену коридора. Гость тут же подлетел к нему, и второй мощный удар кулаком в челюсть на несколько секунд погасил свет в сознании Федора. Савченко сполз по стене и безвольно растянулся на полу.
Через несколько секунд он начал медленно приходить в себя, непонимающе и с удивлением разглядывая линолеум пола, на котором лежал. Неожиданно, словно в какой-то дымке, перед ним возникло печальное лицо Нины, и она грустно тихо проговорила: «Вот видишь, Федя, я же тебе говорила, что ты не умеешь держать удар, а тем более не в силах подняться после того, как упал».
«Ну, это мы еще посмотрим», – упрямо беззвучно прошептал Федор. Откуда-то, словно издалека, до него донесся разговор незваных гостей, вернувший его в страшную реальность.
– Петруха, ты полный придурок! Мягче надо с людьми, мягче…
– Вацек, но ты же сам сказал гасить с порога для дезориентации и эффекта неожиданности.
– Но не до такой же степени! А если он кони двинул от твоего пинка или в себя не придет, то что тогда? В больницу его повезешь? Тебе башка зачем дана? Точно, сила есть – ума не надо!
– Да что ты, Вацек, цепляешься из-за всякой мелкой фигни! В первый раз, что ли? Дай минуту, и он у меня запоет соловьем.
Федор, застонав, начал медленно подниматься. Чьи-то сильные руки подхватили его и поставили на ноги, прижав к стене. Федор замотал головой, разгоняя пелену перед глазами.
– Тащи его в комнату, – послышался начальственный голос того, что был постарше.
Через полминуты, еще до конца, не придя в себя, Федор сидел в комнате на стуле, медленно раскачиваясь из стороны в сторону. «За что?» – наконец тихо прохрипел он, потирая челюсть.
Посетители по-хозяйски расположились на стульях перед ним. Тот, что постарше, молча достал из кармана короткоствольный револьвер, положил его на стол и стал внимательно рассматривать Федора. Потом спокойно, почти дружески проговорил: «Ну что, Федя, где бабки? Только не надо отвечать мне встречным вопросом, мол, какие бабки, ладно?»
Несмотря на боль в груди и челюсти, в голове Федора начало проясняться, и он принялся методично продумывать возможные варианты своего спасения. Одно было для него абсолютно очевидным: оставаясь в квартире, он находится в полной власти бандитов и в случае расхождения с ними во взглядах на исчезновение Слона гарантированно обречен на дальнейший мордобой, а возможно, и на смерть. Единственный шанс на спасение – это любым образом выбраться из квартиры. Не сводя испуганных глаз с револьвера, Федор затараторил: «Я так и знал, что добром это не кончится! Я так и знал. Не знаю, кто вы, я в ваши дела не лезу. Но я их честно заработал. Понимаю, что это приличные деньги, но я его не просил, он сам мне их предложил! Тем более доллары. Ну кто бы отказался?! За такие деньжищи я его бы и на руках до «Искры» донес, если бы потребовалось!»
Вацек изумленно переглянулся с Петрухой.
– Не многовато ли ты получил за извоз, дружище? – проговорил Вацек, с нескрываемым интересом разглядывая Федора.
– Подождите, а как вы меня нашли? – неожиданно воскликнул Федор.
– Твой шеф Русланчик дал твои координаты, он сначала не хотел, но мы его смогли убедить. Говорит, что ты его лучший работник, а на линию не вышел. Вроде приболел после дождя, – добродушно проговорил солидный. – Что случилось? Поделишься?
– Да не заболел я! Просто в тот чертов вечер я тачку свою расхреначил и не хотел об этом Руслану говорить, пока она в ремонте, чтобы не попасть в его черный список. У него не забалуешь.
– Ну, давай вернемся к деньгам. По порядку, кто предложил, за что и где они сейчас? – душевно произнес солидный, погладив револьвер и многозначительно переглянувшись с Петрухой.
– Ну, я сидел в тачке на площади, дождь был жуткий. Клиентов нет. Я уже уезжать собрался, когда подвалил маленький мужичок с двумя чемоданами. Довольно борзой тип. Скомандовал, мол, гони в «Искру». Я ему говорю, что там дорогу, возможно, размыло и поздно уже. Хочешь, я тебя в гостиницу отвезу? А он свое гнет, мол, вези и не нервируй меня. В обиде не будешь. Я плюнул на все, за день ни шиша не заработал, жена от меня ушла, дома никто не ждет. Ну и поехал. Как я и думал, возле Ветрянки дорогу размыло. В темноте я кое-как проехал, но картер пробил. Его довез, перед входом около траншеи выгрузил, пока чемоданы доставал, смотрю, а под капотом пятно масляное. Я ему показываю на масляную лужу, мол, из-за тебя машину угробил. А он тогда мне и вручает полторы штуки баксов. Я, конечно, обалдел немного. Как чувствовал, что еще аукнутся мне эти денежки. Кое-как назад поехал. Хорошо, что у меня с собой масло было. Периодически подливал. Короче, на полпути машину бросил, чтобы двигатель окончательно не угробить, и пешком пошел под дождем. Меня какие-то мужики на хлеборезке подвезли. Думал, простыну, но вроде обошлось. Машину на следующий день в автосервис сдал. Знакомый автокраном дотралил. В сервисе тоже волки: плати пятьсот баксов – и за четыре дня сделаем. Ну, кое-как на четыре сотни их уломал. Теперь я без машины и без работы. Руслан, если узнает, что я, как придурок, поехал в «Искру» среди ночи и еще тачку угробил, может меня вообще надолго отстранить от нормальных заказов. А я считаю, что все было по справедливости. Деньги хоть и огромные, но он мне сам их дал, я даже не просил ничего. А кроме того, я все-таки из-за него машину угробил.
– И доллары сейчас где? – спросил солидный.
– В куртке на вешалке. Там, правда, уже меньше осталось. Я еще новые амортизаторы одному чуваку заказал, он мне обещал через неделю их подогнать. Ну, еще малость потратил на то на се. В общем, у меня осталось восемьсот.
Молодой принес куртку, выложил из нее на стол документы, связку ключей, газовый баллончик, доллары и немного рублей. Солидный все внимательно осмотрел, хмыкнул, повертев в руках баллончик, и, глядя на Федора тяжелым немигающим взглядом, негромко проговорил:
– И это все? Ты больше ничего не хочешь добавить к своему рассказу? Может, что-то про чемоданы упустил? Подумай хорошо, прежде чем мне ответить. Сейчас самое время вспомнить. Зачтется. Если потом что-то не срастется в твоей истории – очень пожалеешь. Итак, – медленно проговорил Вацек, впившись в Савченко прищуренным взглядом.
– А что про чемоданы? – удивленно ответил Федор. – Я довез его до дома отдыха, достал из багажника чемоданы, он мне отвалил денег и ушел. Дальше вы уже все знаете. Если не верите, можем хоть сейчас съездить и все сами на месте выясните. Может, он еще там. Я могу с нашими мужиками договориться, чтобы свозили туда и обратно.
– Что ж, пожалуй, ты прав. Давай прямо сейчас, съездим. – произнес Вацек.
Федор смущенно прокашлялся и робко спросил:
– У меня вопрос есть. Можно? Если я вас отвезу, вы мне мои доллары вернете? Все-таки я по вине вашего друга без колес и без работы остался.
Вацек и Петруха изумленно переглянулись.
– А ты, парень, как я погляжу, больно жадный, – удивленно проговорил Вацек. – Ну да ладно, считай, что договорились.
Федор заметил, как при этих словах ухмыльнулся Петруха. Было очевидным, что значила его кривая ухмылка: «Как же! Получишь ты свои бабки, дурашка! Сумку только побольше приготовь». «Интересно, – подумал Федор, – как эти два добрых молодца поступят со мной, когда сочтут, что добились от меня всего, чего хотели? Отпустят? А вдруг я начну болтать на всех углах о сегодняшнем приключении или побегу в милицию? Для них это опасно или им все по барабану? А если это все же представляет угрозу, то как они решат мою участь? Не отпустят же под честное слово, что я не буду болтать? Еще интереснее, как они поступят, если вдруг поймут, что я их вожу за нос?» – холодея от страха, подумал Федор, потирая припухшую челюсть.
– Мужики, только учтите, на Ветрянке вода, возможно, еще не сошла. Она там иногда до недели стоит, так что ехать надо будет очень осторожно, но я вам покажу, как проехать, – заискивающе заглядывая в глаза своих непрошеных гостей, проговорил Федор.
– Вот поедем и посмотрим, – с наглой усмешкой заметил Петруха. – Кстати, Вацек, а ты не хочешь Климу брякнуть и доложить ситуацию? Да и пацанам заодно в гостиницу? Узнать, как они там?
– Будет конкретный результат – доложим. Что касается Боба и Краба – это твои проблемы. Ты за них подписался, с тебя и спрос, – раздраженно отозвался тот. – А ты, Федя, расслабься, – повернулся он к Федору. – Машина у нас есть.
Глава 17
У подъезда стоял видавший виды БМВ десятилетней давности с глуховецкими номерами. На этом автомобиле, не очень деликатно запихнув Федора в салон, троица двинулась в путь. Вацек сел за руль, Федор с Петрухой разместились на заднем сиденье.
– Может, по-быстрому обучишь меня каким-нибудь приемчикам рукопашного боя? – спросил Леху, смущаясь, Федор.
– Дурень ты, Фикус, приемы по-настоящему эффективны только тогда, когда они доведены до автоматизма, а у нас на это нет времени. Запомни, самое главное оружие – это башка на плечах и умение ею пользоваться. В любой сложной ситуации не позволяй эмоциям брать верх. Всплеск эмоций – это как взрыв световой гранаты. Вспышка, и на время ты ничего не видишь и не понимаешь, куда идти и что делать. Приучай себя в любой ситуации смотреть на происходящее холодно и как бы отстраненно. Этот навык будет помощнее, чем хорошо поставленный удар или выстрел из пистолета, – в очередной раз всплыли в голове Федора наставления Лехи.
«Ну да, конечно», – с горькой иронией подумал обреченно Савченко, с опаской покосившись на развалившегося рядом Петруху. Федор отчетливо вспомнил боль от удара его ноги в грудь.
Половину пути Федор, не переставая нудно бубнил о том, как тяжела жизнь в провинции. Дороговизна, убитые дороги, дефицит запчастей, отсутствие клиентов и так далее. Наконец Петруха не выдержал и зло рявкнул: «Да заткнись ты уже! Достало твое нытье!» Федор, сделав обиженное лицо, замолчал, продолжив мысленно искать выход из сложившейся ситуации. Местом бегства может быть либо дорога в «Искру», если будет шанс выскочить из машины перед вышедшей из берегов Ветрянкой, либо возле территории дома отдыха. Но второй вариант был опасен тем, что нельзя было исключать случайную встречу с бдительным вахтером.
«Если это случится, и дед меня узнает, то дальше не выпутаться. На вранье этот лысый меня точно легко подловит, чувствуется, что мужик он очень опытный. А вот тогда…» – додумывать дальнейшее Федору даже не хотелось.
Вскоре показалась Ветрянка. Как только стало видно подтопленную часть дороги, машина остановилась.
– Сейчас бери левее, а потом метров через пять вправо и тихохонько ползи около сгоревшей сосны, но не сбавляя обороты. Как сосна окажется позади, сразу правее, а то двигатель зальешь или пузом на булыжник сядешь. Тогда капец, не доедем! – затараторил Федор.
– Ты говори яснее, не строчи как из пулемета!.. – раздраженно прорычал Вацек.
– Слушай, давай я за руль, я тут каждый ухаб знаю. Тогда в темноте и при дожде влетел, но сейчас точно проскачу нормально! – возбужденно воскликнул Федор.
– О’,кей. Только имей в виду, если тачку угробишь – отдашь квартиру! – последовал ответ Вацека.
– Не-е, на это я не подпишусь! – заныл Федор.
– Да ладно. Я шучу, но твои восемьсот долларов уйдут на ремонт. Согласен?
– Согласен. Но тогда, если я вас нормально провезу, вы мне еще пару соток накинете. Для вас же это точно ерунда, а мне – плата за риск и доставленное неудобство. Годится?
– Вот же хитрый, сука! – возмущенно воскликнул Петруха.
– Так. Стоп! Если вывезешь туда и обратно – к восьмистам еще две сотки добавим. Если застрянешь – ты нам должен штуку. Идет? – теряя терпение, тоном, не терпящим возражений, проговорил Вацек.
– Лады! – тут же согласился Савченко, с иронией сознавая, что весь этот торг с обеих сторон – лишь спектакль, задача которого усыпить бдительность противной стороны. И похоже, что сыграть ему свою роль удалось более натурально.
Федор сел за руль и пристегнулся. Вацек вальяжно устроился впереди на пассажирском кресле, проигнорировав ремень безопасности. Федор так вжился в роль хапуги-водилы, что и сам не усомнился бы в собственном образе. Но теперь, когда он добился исполнения первой части своего плана, его начали одолевать страх и сомнения. Все должно решиться в ближайшие пятьсот метров.
– Парень, ты бы сел на правый бок, чтобы нагрузку увеличить для проходимости. Я сейчас буду по краю ползти. Лучше, если левый будет полегче, – проговорил Федор как можно естественнее.
Петруха что-то недовольно пробурчал себе под нос, но все же пододвинулся вправо за Вацека. Федор плавно придавил педаль газа, и машина медленно двинулась вперед. Иногда ее противно потряхивало, но все же автомобиль благополучно прошел разлив. Преодолев водную преграду, машина спокойно, не спеша осилила подъем.
– Все, тормози и садись на место, – буркнул Вацек.
– Сейчас, сейчас, я только вот эту кочку объеду, – в ответ залепетал Федор. Дальше начинался спуск. Савченко уверенно нажал на педаль газа, и автомобиль, набирая обороты, понесся вниз.
– Э, ты не так резво гони! – прикрикнул Петруха.
– А ну-ка тормози! Я кому сказал, гаденыш! – заорал Вацек, выхватив револьвер и направив его на Федора.
«И что вы, придурки, теперь со мной сделаете на скорости сто двадцать километров? Выстрелить и со свистом слететь с дороги в канаву вам вряд ли захочется», – со злорадством подумал Федор, прибавляя газу, но на всякий случай он все же громко испуганно прокричал: «Тормоза отказали, не тормозит!»
Стрелка спидометра быстро приблизилась к ста тридцати километрам. Пассажиры в два голоса что-то заорали, но Федор их уже не слышал. Машина стремительно неслась на бетонный столб.
«Я умею держать удар, Нинок! И вставать после падения я тоже умею. Ты просто не дала мне шанса это тебе доказать», – не к месту подумал Федор, в очередной раз вспомнив обидный разговор с бывшей женой.
В последний момент он чуть приоткрыл дверь со своей стороны, чтобы при ударе ее не заклинило. Дальше все произошло точно так, как Федор и рассчитывал. Правая сторона машины с грохотом и противным треском врезалась в столб. От удара Федор почувствовал острую боль в шее и в правой ноге, но он тут же повернулся к Вацеку. Понять, что с ним происходит, было невозможно. Непристегнутое тело словно вросло в нутро машины, ворвавшееся из-под капота в салон. Револьвер тускло поблескивал на полу между башмаками Вацека. Сзади раздался отборный мат и громкий стон Петрухи. Похоже, что от удара его ноги зажало. Федор перегнулся к Вацеку и с трудом, стараясь не испачкаться в крови, поднял револьвер. Затем он, хромая и пошатываясь, вылез из машины, несколько секунд постоял, приходя в себя. Оглядевшись по сторонам, подошел к заднему боковому стеклу автомобиля посмотреть, что происходит с помощником Вацека. Петруха, продолжая что-то злобно орать, направил на него дрожащей рукой пистолет. Федор автоматически без раздумий вскинул револьвер Вацека и, взведя курок, дважды выстрелил, метя в голову бандита, после чего тут же, задыхаясь, быстро отвернулся. Чуть успокоившись, «глядя на ситуацию словно со стороны, холодно и отстраненно», как учил Леха, Федор попытался осмыслить происходящее: «Машин на дороге из-за разлива Ветрянки не видно. Если действовать быстро, то через минуту все будет кончено». Оглядевшись по сторонам, Федор с удовлетворением отметил, что трасса по-прежнему все еще пуста.
«Слава богу, что пока большинство местных предпочитают из-за разлива Ветрянки лишний раз этой дорогой не пользоваться», – с удовлетворением отметил Савченко.
Сполоснув лицо и руки в какой-то луже, Федор снова сел на водительское кресло, стараясь не смотреть на тело на соседнем сиденье и брызги крови на стенках салона. Приказывая себе не спешить и не суетиться, он тщательно протер рукавом все места, где только мог прикоснуться. Затем обыскал карманы Вацека, вытащил все, что в них было, и не глядя засунул все в свою куртку. Потом отрегулировал зеркала и водительское кресло так, чтобы создавалось впечатление, что за рулем был человек очень маленького роста.
«Если кто-то из этих бультерьеров вычухается, то мне конец, поэтому не стоит упрощать врагу задачу», – быстро прикинул Федор. Секунду он задумчиво смотрел на машину, затем, приняв окончательное решение и подняв трясущуюся руку с револьвером, он направил его в голову Вацека. Раздался еще один выстрел. Осмотрев себя насколько было возможным и проверив свою одежду, он протер револьвер, швырнул его в кусты и быстрым шагом двинулся вперед по ходу движения от раскуроченной машины.
Глава 18
В течение двух последующих часов ему навстречу проехали лишь четыре автомобиля. При звуке шума моторов Федор быстро сходил с дороги и прятался в придорожной канаве. Наконец, решив, что ушел уже достаточно далеко от места происшествия, он перешел на противоположную сторону дороги рядом с поворотом на птицефабрику и приготовился голосовать. Первая же машина, появившаяся на горизонте, притормозила, как только Федор поднял руку. Это был старый жигуленок-«копейка». За рулем сидел дедок в больших очка с толстыми линзами.
– Мне бы до Глуховецка, – просительно проговорил Федор.
– Ну, если только Ветрянку проедем. Вроде, говорят, вода малость спала. Давай запрыгивай, парень. С птицефабрики? – спросил дед. Федор утвердительно кивнул и приготовился отвлечь старика каким-нибудь разговором, но дед не дал ему и слово сказать.
– Ты посмотри, что в стране творится, парень! Ельцин вроде говорил, что… – Савченко как будто отключился. Старик начал пересказ последних политических новостей, и Федору оставалось лишь только кивать головой и хмыкать в знак согласия.
Через несколько минут на противоположной стороне трассы показался раскуроченный автомобиль бандитов, рядом с которым стоял милицейский уазик и непонятно откуда взявшаяся толпа зевак. Дед медленно проехал мимо, горестно охнув:
– Это как же надо было нестись, чтобы в столб среди бела дня въехать! Не иначе как бухие были.
– Точно! – с чувством поддакнул Федор.
Через минуту дедок, несмотря на явно плохое зрение, умело, со знанием дела ловко преодолел вышедшую из берегов Ветрянку. Через час они были в Глуховецке. Федор сердечно поблагодарил деда и протянул деньги, тот для приличия замахал руками, но Федор, не слушая возражений, положил несколько купюр на сиденье и решительно зашагал по дороге в сторону своего дома.
«Вроде, когда мы выходили из дома, кроме тех, что вломились в квартиру, других не наблюдалось. Мало вероятно, что случай на Ветрянке уже широко известен в Глуховецке, а значит, вероятность засады минимальная», – успокаивал себя Федор, подходя к своей квартире.
Однако, подойдя к двери, он с колотящимся сердцем замер, прислушиваясь. Постояв так с минуту, он наконец решительно повернул ключ в замке и тихо вошел. В квартире никого не было. Оглядевшись, он вышел из квартиры и поднялся на чердак. Забрав пластиковый пакет с долларами и пистолет Слона, Савченко вернулся к себе, уложил все в рюкзак, засунув туда же кусок колбасы, полуторалитровую бутылку воды, полбулки хлеба, спички и перочинный ножик. Затем переобулся в старые растоптанные грубые ботинки, надел теплый свитер и выцветшую стройотрядовскую брезентовую куртку. После этого он внимательно изучил вещи Вацека. Среди бумажника, ключей и пачки жевательной резинки был старый блокнот. Больше всего Федора заинтересовала запись на последней странице, что-то вроде плана на день, судя по дате, составленного, видимо, сегодня утром:
«1). Подполковник Неменялин – передать гостинец от Клима, получить колеса. 2). Найти Руслана. Выяснить, кто такой таксист Федор Савченко, подвозивший Слона. 3). Сема Седой: что ему известно о местном бизнесе Слона? Кто еще знал о сделке Клима? Связь между таксистом, Семой, Слоном и местным партнером Слона? 4) «Прима-банк», найти дочь Седова – Григорьеву Марию Ивановну. Не исключено, что она в курсе дел Седова! Устроить встречу с Седовым в присутствии дочери.
5). Доклад Боба и Краба насчет таксиста, поставить оперативную задачу по ситуации. 6) Вечером созвон с полканом. Что нарыли менты?»
Перечитав несколько раз пункт четыре в записках Вацека, Федор схватил телефон и дрожащей рукой набрал номер рабочего телефона Марьиванны, но на работе сообщили, что она сегодня, видимо, дома, так как вечером уезжает в командировку в Москву.
«Раз так подробно ответили мне, то где гарантия, что так же не выложат все и бандитам? Сколько их приехало? По разговору Вацека с Петрухой можно предположить, что есть еще как минимум двое. И что они будут через час или два, когда по городу поползут слухи о трагедии на Ветрянке. Вдруг по приказу очкастого Вацека кто-то из них уже ищет Марьиванну? Вдруг время идет уже на минуты, и они уже близко от нее?» – замелькали в голове Федора панические мысли.
Дрожащими руками он набрал домашний номер Марьиванны. После первого же гудка девушка сняла трубку. Федор, облегченно вздохнув, сбивчиво объяснил ситуацию и попросил срочно покинуть квартиру. Они договорились встретиться у входа на рынок рядом с телефонным автоматом через сорок минут. Маша была явно недовольна таким поворотом дела, но по тону и голосу Федора поняла, что происходит что-то серьезное и, возможно, ситуация действительно опасная.
Федор прошел в ванную комнату, ополоснул холодной водой пылающее лицо и уставился в зеркало. Ему почему-то вспомнился музыкальный клип, который за последнее время довольно часто показывали по телевизору. В нем добродушный симпатяга Майкл Джексон быстро превращался в какое-то жуткое кладбищенское чудище. Федор с некоторой опаской покосился на свое отражение в зеркале.
– Тьфу ты! Так и умом недолго двинуться, – нервно буркнул он и, погасив свет, решительно вышел из ванной комнаты.
Когда появилась девушка, Федор молча взял ее за руку и быстро отвел к машине. Через минуту они отъезжали от рынка. Судорожно вцепившись в руль и внимательно оглядываясь по сторонам, Савченко протянул Маше блокнот Вацека, открыв на последней странице. Марьиванна быстро пробежала записи глазами и удивленно уставилась на Федора.
– Что это и откуда? – охрипшим от волнения голосом спросила она.
Федор кратко изложил все, что с ним случилось, стараясь обойтись без кровавых подробностей. Маша, побледнев, схватилась за голову: «Это какая-то дичь! Ты что, вот так просто их убил?»
– Не просто, – пересохшими губами произнес Федор. – Возможно, тебя уже тоже ищут. Тебе нельзя на вокзал. Судя по тому, как они быстро нашли меня, то действуют очень профессионально. Скорее всего, местная милиция им помогает.
– Остановись! – воскликнула девушка. Федор включил поворотник и прижался к бровке дороги, выключив двигатель – Куда мы сейчас? – встревоженно спросила Маша.
– Если у этих бандитов есть связь с милицией, то меня в ближайшее время все равно будут искать из-за пропажи Слона. Вацек уже откуда-то знал, что этот маленький гад сел в мою машину в ту ночь. Возможно, об этому уже известно кому-то и из ментов. Как я понял из записи Вацека, они уже считают, что твой отец может быть как-то причастен к пропаже денег и исчезновению Слона. Но официально со стороны властей к тебе точно пока нет никаких вопросов. Поэтому задача сводится лишь к тому, чтобы тебе избежать встречи с милыми ребятами Клима. Я знаю, что есть еще как минимум двое. Сколько их тут на самом деле, неизвестно. Я думаю, нам стоит вместе выбираться из города, а потом я посажу тебя на какой-нибудь рейсовый транспорт, и ты спокойно доберешься до Новороссийска. А я прибуду чуть позже, петляя огородами.
– Звучит вроде логично, – задумчиво проговорила девушка, – но есть кое-что, что меня беспокоит. Что будет с отцом?
– Без тебя у него шансов выкрутиться будет намного больше, – тут же решительно ответил Федор, который уже и сам многократно задавал себе этот же вопрос.
– И еще кое-что, о чем никто из вас, умников, кажется, не подумал. Если тебя будет искать милиция, то доллары ты спрятал… где? На даче, да? – проговорила Марьиванна, пристально уставившись на Федора прищуренными глазами. Тот сначала непонимающе заморгал, недоуменно глядя на девушку, а потом, тихо присвистнув, пробормотал: – Черт возьми! Если менты меня будут искать серьезно, то могут и на даче все переворошить!
– Эх, мужики, мужики… Все до мелочей продумали, все предусмотрели, да? – язвительно проговорила девушка. – Надо срочно их перепрятать, и я, кажется, знаю куда. Но для этого мне надо заехать домой кое-что взять, да и переодеться не мешает.
– Может, ну их к черту! Не будем рисковать, у меня с собой сто тысяч. Хватит, как-нибудь, на жизнь. – произнес Савченко, задумчиво глядя на дорогу.
– Федя, как-нибудь я не хочу. Если мы уже ввязались в эту историю, так давай доведем ее до конца. А иначе зачем было огород городить? – твердо проговорила Марьиванна.
Федор кивнул головой: «Я только за тебя переживал». Он решительно завел двигатель, и машина тронулась с места.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?