![](/books_files/covers/thumbs_240/pokryshkinskiy-aviapolk-nelakirovannye-boevye-hroniki-16-y-gvardeyskiy-istrebitelskiy-aviacionnyy-polk-v-boyah-s-lyuftvaffe-1943-1945-80784.jpg)
Автор книги: Александр Табаченко
Жанр: Военное дело; спецслужбы, Публицистика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 22 (всего у книги 57 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]
В составе пары в воздушном бою с противником на большой высоте сбил один самолет противника Не-111. За это старший сержант Петухов был представлен командиром авиаполка к награждению орденом Красной Звезды, но в итоге получил только медаль «За отвагу» (приказ ЗКФ от 02.02.43 г. № 06/н).
Владимир Петрович Кирилов (1921 г. р., беспартийный, в РККА с 1940 года) в Закавказье служил в должности старшего летчика. За боевые отличия был награжден орденом Красной Звезды (приказ войскам Бакинской армии ПВО от 06.11.43 г. № 05/н).
Командир 481-го иап майор Евдокименко отмечал, что его подчиненный младший лейтенант Кирилов «отлично летает на боевом самолете «Киттихоук», днем и ночью на всех высотах, хорошо владеет радиосвязью и стрельбой по наземным и воздушным целям.
Много летал по перегонке самолетов «Харрикейн», хорошо отработал полеты на перехват противника, хорошо и быстро усваивает местность, штурманскую службу знает хорошо и любит ее. Имеет общий налет 272 часа, из них ночью – 36 часов. Имеет налет на самолете «Киттихоук» 119 часов, из них ночью – 30 часов».
17 марта из 25-го зап на должность заместителя командира резервной авиаэскадрильи прибыл гвардии капитан Копейка Петр Алексеевич (1914 г. р., уроженец с. Ямное Сумской области, член ВКП(б) с 1939 года, в РККА с 1935 года). С 25 августа 1941 года он в должности старшего летчика 11-й отдельной иаэ Закфронта, принимал участие в Иранской кампании, потом с ноября 1941 года воевал на Крымском, Северо-Кавказском, Калининском, Волховском и Степном фронтах (269-й иап, 397-я оиаэ связи и 1-й гиап 7-й гиад 2-го иак). При этом освоил многие типы отечественных самолетов: И-5, И-15 бис, И-153, Як-7, Ла-5. В 1943 году он закончил трехмесячные курсы при Харьковском военном авиационном училище штабных командиров ВВС КА.
Как покажет дальше время, в 16-м гиап Петр Алексеевич задержится ненадолго. В должности замкомандира авиаэскадрильи после Ясской операции, выполнив на самолете «Аэрокобра» 18 успешных боевых вылетов (на разведку – 9, прикрытия наземных войск – 5, на перехват – 2, облет района боевых действий – 2) с налетом 19 часов 18 минут, он был направлен на Курсы совершенствования штабных офицеров при военном авиационом училище разведки ВВС. Дальнейшие следы боевой службы капитана Копейки пройдут во 2-й гв. оаэ связи 2-го гв. шак 2-й ВА.
В этот же день возвратились с командировки летчики Еремин, Примаченко, братья Онищенко (Иван и Василий), Ершов, Белозеров, Дударев и гвардии старший сержант Куличев.
22 марта гвардии майор Покрышкин убыл в служебную командировку. Временно исполняющим обязанности командира авиаполка он оставил гвардии капитана Речкалова.
Вместе с командиром 16-го гиап улетел и его ведомый гвардии лейтенант Георгий Голубев.
25 марта Александр Иванович возвратился с командировки и приступил к выполнению своих обязанностей.
Как записано в отчетных документах 16-го гиап, 25 марта летный эшелон авиаполка прибыл с Кировабада на аэродром Черниговка. Авиационная часть гвардии подполковника Покрышкина была полностью укомплектована летным составом и материальной частью и перешла со штата № 15/234 на штат № 15/354 (40 самолетов).
Только уже весной 1944 года, когда улучшились метеоусловия на Украине, земля просохла, летные упражнения по 2-му разделу курса боевой подготовки ИА-1943 г. молодые летчики части выполняли на аэродроме Черниговка.
27 марта 1944 года гвардии лейтенант Трофимов за успешно проведенные 93 самолето-вылета за период с 20 октября 1943 года и лично сбитые 3 самолета противника (28.10.43 г. – 1 ФВ-189, 01.11.43 г. – 2 Ме-109) был награжден приказом командующего 8-й ВА № 17/н орденом Красного Знамени.
Всего за март 1944 года было перегнано летным эшелоном 6 самолетов «Аэрокобра». 21 марта в боевой состав авиаполка включены самолеты «Аэрокобра» Q-15 № 42597, 42589, 42553, 42529 с моторами «Аллисон» Е-19 № 034749, 100811, 100661, 100850 и «Аэрокобры» Q-5 № 219058, 220335 с моторами «Аллисон» Е-19 № 97099, 98665.
За 4 летных дня марта 1944 года летным составом было выполнено 99 посадок с налетом 35 часов 25 минут. В воздух поднимались самолеты У-2 (8 чел.), УТИ-4 (8 чел.) и Р-39 (16 чел.).
1 апреля командир 16-го гиап предоставил командиру 1-й аэ гвардии капитану Олефиренко краткосрочный отпуск сроком на 20 суток.
6 апреля прибыли из 25-го зап (Кировабад) штурман авиаполка Федоров, заместитель командира авиаэскадрильи Жердев, командиры звеньев Ивашко и Чистов, старший летчик Сухов, летчики Березкин, Душанин и Руденко. Они перегнали в Черниговку новые самолеты «Аэрокобра» Н-1 № 23215, 29437, НО № 2-755, Q-15 – 42548 с моторами «Аллисон» Е-19 № 20554/160254, 20935/160335, 13547/25540, 035866.
9 апреля возвратился из дома отдыха заместитель командира авиаэскадрильи гвардии старший лейтенант Труд.
В этот же день был исключен из списков авиаполка летчик гвардии младший лейтенант Дударев, погибший при выполнении служебных обязанностей.
12 апреля прибыли из командировки с Закавказья следующая группа летчиков 16-го гиап – Иванов, Карпов, Стаценко, Новиков, Барышев, Иванков и Жигалов. Они перегнали в Черниговку самолеты «Аэрокобра» Q-15 № 42674, 42775 с моторами «Аллисон» Е-19 № 037432, 037505, «Аэрокобра» Q-15 № 42264, 42655, 42716, 42782, 42778 с моторами «Аллисон» Е-19 № 100408-31240, 035133, 100402-31234, 100374-31895, 037512.
В этот же день прибыли из краткосрочного отпуска ведомый Покрышкина Георгий Голубев и механик его самолета Григорий Чувашкин.
На 13 апреля командир 16-го гиап дважды Герой Советского Союза гвардии подполковник Покрышкин, он же старший авиационный начальник авиагарнизона 9-й гиад в Черниговке, назначил две смены полетов.
В первую смену в период 7.00–13.00 учебно-тренировочные полеты проводили командиры подразделений его части. Во вторую смену полеты проводились под руководством командира 104-го гиап Героя Советского Союза гвардии подполковника Крюкова. Дежурным по аэродрому был назначен гвардии лейтенант Сухов Константин.
Для тылового обеспечения полетов командование 427-го бао выделило 2 бензозаправщика с авиагорючим Б-100, 1 водомаслозаправщик, санитарную машину, радиостанцию РСБ, пожарный пост, две полуторки – одну для перевозки летного состава, другую – в распоряжение старшего инженера авиаполка.
За первую половину апреля 16-й гиап провел 8 летных смен. На учебно-тренировочных полетах отрабатывались упражнения № 12 1-го раздела и № 15, 19, 20, 22, 26, 34, 43, 46 2-го раздела КБПИА-1943 г.
21 апреля в госпиталь на медицинскую комиссию убыл гвардии младший лейтенант Табаченко. В этот же день убыла в долгосрочный отпуск по беременности стрелок авиавооружения гвардии красноармеец Фролова Н.И.
22 апреля возвратился в родную часть после лечения бывший замкомэска Герой Советского Союза гвардии старший лейтенант Искрин и приступил к исполнению должности помощника командира авиаполка по ВСС.
23 апреля убыли в командировку в Москву (за получением самолетов) летчики 16-го гиап Труд, Жердев и Цветков.
28 апреля возвратился из командировки в Москву гвардии подполковник Покрышкин, и временно исполняющий обязанности командира части гвардии капитан Речкалов приступил к исполнению своих обязанностей.
![](i_028.png)
В первой половине апреля 1944 года, когда улучшились метеоусловия на Украине, земля просохла, авиаполк Покрышкина заканчивал выполнять план учебно-боевой и летной подготовки на аэродроме Черниговка. Летный состав 16-го гиап за 8 летных дней в плановых полетах выполнял упражнения № 15, 17, 19, 20, 22, 26, 46 1-го раздела Курса боевой подготовки ИА-1943 г., кроме того, проводились плановые занятия с личным составом по учебно-боевой подготовке.
Кроме учебно-тренировочных полетов проводилась и поверка техники пилотирования. В апреле ее прошли 30 человек летного состава покрышкинского авиаполка, при этом они выполнили 35 полетов с налетом 11 часов 40 минут. Общая оценка проверяемых летчиков – 4,5.
Однако и при переучивании на новую авиационную технику были потери летчиков и самолетов. В авиакатастрофах при выполнении учебно-тренировочных полетов было разбито три самолета, один летчик 16-го гиап погиб и один пилот получил серьезные ранения.
7 апреля летчик гвардии лейтенант Чертов при взлете с тылового аэродрома Черниговка в конце пробега в момент отрыва самолета ударился колесами шасси о земляной бугор. Одной из причин создания предпосылки к летному происшестию послужило плохое состояние аэродрома – прочность грунта, ввиду его размокания, была низкой, к тому же летная полоса была неровной. В результате столкновения с препятствием от самолета отлетела левая основная стойка шасси. Но летчик все же взлетел без одной стойки шасси. Правильно разобравшись в сложной полетной ситуации, Николай Чертов принял решение выполнить посадку на фюзеляж. Притом самолет получил множественные повреждения: были деформированы фермы каркаса редуктора, нижний капот центроплана, рама центроплана, погнуты винты, вырвана с узлов крепления левая амартстойка шасси, порвана резина переднего колеса шасси. Однако что хорошо – летчик отделался мелкими ушибами и травмами.
Этот самолет налетал с начала эксплуатации 126 часов, что довольно много для данного типа авиационной техники, поэтому усталость металла проявила себя при этом чрезвычайном происшествии.
9 апреля на «Аэрокобре» разбился в тренировочном вылете гвардии младший лейтенант Дударев Виктор Васильевич (1923 г. р., уроженец д. Ходаево Лопасненского района Московской области). Около 10 часов 50 минут он, при выполнении фигур высшего пилотажа, создал большую перегрузку на рули высоты на выходе из пике. В результате экстремальных нагрузок на органы управления самолетом заклепки крепления кронштейнов руля высоты самопроизвольно срезались. В воздухе они просто, как сказано в отчете об этой катастрофе, «отлетели», и самолет перешел в неуправляемый плоский штопор. Летчик поздно принял решение покинуть «Аэрокобру» и погиб.
Причиной данной катастрофы члены комиссии признали конструктивные недостатки в процессе изготовления самолета. После осмотра всех самолетов американские заклепки в «проблемных местах» полковыми механиками были заменены надежными болтами советского производства.
Похоронен младший лейтенант Дударев был в парке возле церкви с. Низяны Черниговского района Запорожской области. Похоронка ушла в г. Куйбышев (п/о 2, сад-совхоз, 4-я Высоковольтная улица, д. 28) в адрес его отца – Василия Васильевича Дударева.
11 апреля летчик младший лейтенант Кирилов в учебно-тренировочном вылете взлетал ведомым справа от ведущего пары. Не выдержав направление взлета, в момент отрыва создал «левый снос», при этом снизу наскочил на самолет ведущего. Фонарем своей пилотской кабины он ударился на высоте 5–8 м о колесо «Аэрокобры» своего товарища. Стремясь избежать столкновения, Владимир Кирилов резко отдал ручку от себя, но ввиду малой высоты полета спикировал под углом 25–30 градусов и ударился одним колесом шасси своего самолета о землю. «Аэрок обра» скапотировала и была полностью разбита. При падении самолета Владимир Петрович получил тяжелое ранение и надолго выбыл из строя.
Всего за период с 1 января по 1 мая 1944 года в районе Черниговки было 35 летных дней, 20 – ограниченно летных и 65 – не летных.
Учебно-тренировочные полеты, выполненные 16-м гиап весной 1944 г.
![](i_029.png)
29 апреля 1944 года дважды Герой Советского Союза гвардии подполковник Покрышкин сдал, а майор Чавчанидзе Аркадий Серапионович вступил в командование 16-м гиап.
Подготовка летных экипажей 16-го гиап зимой – весной 1944 г.
![](i_030.png)
За период времени с 9 января по 7 мая 1944 года на боевую подготовку личного состава управления авиадивизии и подчиненных частей затрачено 316 часов.
![](i_031.png)
Занятия проводились по основным и вспомогательным предметам методом лекций, практических работ на материальной части, групповых упражнений, проведением военных игр. После проработки отдельных разделов принимались зачеты.
Командиром 9-й гиад гвардии полковником Дзусовым была проведена военная игра с руководящим составом штабов по теме: «Боевые действия истребительного авиаполка в составе дивизии в наступательной операции армии».
Начальник штаба соединения гвардии подполковник Абрамович провел групповое упражнение со штабными офицерами управления дивизии и полков: «Организация боевых действий истребительного авиаполка по прикрытию наземных войск».
Ведомость небоевых самолето-вылетов 16-го гиап за январь – май 1944 г.
![](i_032.png)
Май 1944 года
29 апреля 1944 года Генеральным штабом Красной армии 9-я гвардейская Мариупольская иад была выведена из состава 8-й ВА 4-го Украинского фронта и получила боевую задачу (приказ НКО СССР от 28.04.44 г. № 9/93 и приказ командующего 8-й ВА от 29.04.44 г. № 00143) – не позднее 2 мая 1944 года перебазироваться в район Раздельной Одесской области (расстояние 550 км), где поступить в оперативное подчинение командующего 17-й ВА генерал-майора авиации Судца. 30 апреля срок начала перебазирования, из-за отсутствия средств переброски передовых команд и наземных эшелонов авиачастей, был увеличен на 5 дней.
Усугубили ситуацию и кадровые изменения в руководстве авиасоединения, произошедшие в этот критический момент. 1 мая командир 9-й гиад гвардии полковник Дзусов Ибрагим Магомедович был отозван в распоряжение начальника Управления кадров ВВС КА (шифротелеграмма начальника Управления кадров ВВС КА № 40/76 от 27.04.44 г.) для получения дальнейшего назначения по службе. Хотя, по воспоминаниям маршала авиации Покрышкина, прием-передача дел и должности командира 9-й гиад продолжалась весной 1944 года до окончания перебазирования авиадивизии в новый аэродромный узел.
В этой же шифровке новым командиром 9-й гиад назначался командир 16-го гиап дважды Герой Советского Союза гвардии подполковник Покрышкин Александр Иванович. Командующий 8-й ВА своим приказом от 28 апреля 1944 года № 038 довел указание командующего ВВС КА непосредственно до командования 16-го гиап.
Здесь уместно напомнить события месячной давности, когда 25 марта 1944 года летный эшелон 16-го гиап перелетел из Кировабада, где получал новые самолеты, на аэродром Черниговка. Здесь, на украинской земле, авиационная часть Николая Исаева полностью укомплектовалась летным составом и новой материальной частью и перешла со штата № 15/234 на штат № 15/354 (40 самолетов).
Это был последний день командования 16-м гиап гвардии подполковником Николаем Васильевичем Исаевым. По приказу командира 9-й гиад на следующий день, то есть 26 марта, он убыл в управление авиасоединения Ибрагима Дзусова на должность заместителя командира дивизии, которая была вакантной после убытия еще 29 января 1944 года Героя Советского Союза гвардии подполковника Рыкачева Юрия Борисовича в распоряжение начальника Управления истребительной авиации ВВС КА. Рыкачев был знаковой фигурой для многих летчиков 9-й гиад, в том числе и для Александра Покрышкина. Именно его подпись стоит на наградном материале на представление Александра Ивановича на первое звание Героя Советского Союза. Гвардии подполковник Рыкачев, будучи врид командира 216-й сад, 23 апреля 1943 года дал тогда «зеленый свет» его документам на получение первой Золотой Звезды Героя Советского Союза.
Однако официальный приказ командующего ВВС КА за номером 084 по перемещению гвардии подполковника Исаева на вышестоящую должность состоялся только 3 марта 1944 года. Этим же приказом из Москвы дважды Герой Советского Союза гвардии подполковник Покрышкин официально назначался полноправным командиром 16-го гиап. Однако он и так уже с 25 марта 1944 года начинает де-факто руководить 16-м гиап. Как покажет время, на этой полковой командирской должности Александр Иванович прослужит всего 35 дней! – но, несмотря на такой короткий срок, 16-й гиап навсегда для последующей советской военной истории получит негласную приставку – «покрышкинский»! А как же тогда с «командирством» Виктора Петровича Иванова, стоявшего у руля авиационного полка больше года с начала войны и выведшего его в гвардейский; и сменившего его на этом посту Николая Васильевича Исаева, руководившего частью в не менее сложный период (отступление 1942 года, перевооружение на новую материальную часть, Кубанская воздушная мясорубка) около одного года восьми месяцев?
4 мая 1944 года, согласно последнему распоряжению Генштаба КА (шифротелеграмма штаба 8-й ВА от 05.05.44 г. № 3849/ш), боевая задача 9-й гиад была изменена. Авиационному соединению Дзусова – Покрышкина было приказано перебазироваться в район Ямполя Винницкой области (расстояние 650 км) и войти в боевой состав 5-й ВА 2-го Украинского фронта.
Приказом командующего 5-й ВА (генерал-майор авиации Горюнов) от 6 мая 1944 года № 0059 9-я гиад в составе трех гвардейских истребительных авиаполков, вооруженных самолетами «Аэрокобра» (16-й гиап – 43 самолета, 100-й гиап – 47 самолетов, 104-й гиап – 41 самолет), была включена в состав 7-го иак резерва Главного командования генерал-майора авиации Утина.
К моменту перебазирования воздушная обстановка перед войсками 2-го УФ обуславливалась стабильным положением войск обеих противоборствующих сторон. На стороне Германии действовали части 4-го воздушного флота (штаб Перемышль – командующий генерал-полковник Деслох) в составе: частично 1-го (SG2, SG10, JG52) и 8-го ак, а также 1-го ак Румынской армии (штаб – Текуче), а кроме того, части 3-й истребительной флотилии (штаб – Галац), 2-й бомбардировочной флотилии (штаб – Текуче) и 3-й разведывательной флотилии (штаб – Бакэу). Всего перед войсками 2-го УФ по состоянию, например, на 22 мая 1944 года было выявлено до 870 самолетов противника, из них бомбардировщиков – 450, истребителей – 220, штурмовиков – 100 и 100 самолетов разных типов.
На аэродроме Роман дислоцировалась 45-я эскадра истребительной авиации Румынии, эскадрилья пикирующих бомбардировщиков, истребительная эскадрилья, разведывательная группа н/н (номер неизвестный), всего до 150 самолетов (Ю-88, Ме-109, ФВ-190, ИАР-80, Хш-126, ФВ-189 и Хш-129).
На аэродроме Бакэу – 55-я бомбардировочная эскадрилья, группы истребительной эскадрильи н/н, 124-я разведывательная группа, 15-я эскадрилья, 3-я разведывательная флотилия (Румынии), всего 150 самолетов (Ю-87, Ю-88, Ме-110, Ме-109, ФВ-190, ИАР-80 и ИАР-39).
На аэродроме Хуши – эскадрилья пикирующих бомбардировщиков, группа истребительной эскадрильи н/н, всего 90 самолетов (Ю-88, Ме-109).
На аэродроме Фокшаны – до 100 самолетов бомбардировочной эскадрильи н/н, Хе-111, в Кишеневе – до 30 самолетов, н/н на полевых площадках южнее Тыргу-Фрумос до 100 самолетов, из них Хэндрешти – двадцать ФВ-190, Сэбэбани – тридцать Ю-87, Мунчель – двадцать Ме-109, Феркешени – тридцать Ю-87.
Исходя из сложившейся обстановки, основные усилия авиации 5-й ВА до 30 мая 1944 года были направлены на ведение разведки поля боя, объектов армейского и фронтового тыла немецко-румынской группировки войск. Вражеские бомбардировщики отдельными группами от шести до пятнадцати Ю-87, под прикрытием четырех – шести Ме-109 периодически наносили удары по боевым порядкам наших войск в районе Кристештий – Пашкани. Одновременно с этим истребители противника группами от 4 до 6 Ме-109 и ФВ-190 патрулированием на высотах 3000–5000 м прикрывали свои войска на поле боя и тыловые объекты его инфраструктуры.
С 19 мая, в целях борьбы с нашими самолетами-разведчиками, противник начал создавать на передовых посадочных площадках засады от 6 до 12 истребителей Ме-109 и ФВ-190, которые безуспешно, по мнению советского командования, пытались не допустить наших воздушных разведчиков в районы: Пятра-Няму, Роман, Бакэу, Васлуй и Яссы.
С утра 30 мая авиация противника, поддерживая наступление своих войск, базируясь в основном на аэродромах – Роман, Бакэу, Хуши, Кишинев, в течение всего этого дня и 31 мая массированными ударами групп бомбардировщиков от 6 до 60 самолетов Ю-87 и Ю-88, под прикрытием от 8 до 20 истребителей Ме-109 и ФВ-190, с высот 2000–4500 м подвергали бомбардировке боевые порядки наших войск в районе Вултуру – Кырпиций – КотулИван.
Основными объектами действий бомбардировщиков противника в эти дни были: артиллерия на огневых позициях, боевые порядки пехоты, места скопления живой силы и техники на глубину от 8 до 10 км от переднего края линии фронта. Всего по разным объектам поля боя в течение 30 мая авиация противника произвела около 1500 с/в, из общего числа 1644 с/в, зафиксированных нашими постами ВНОС.
Истребители противника Ме-109 и ФВ-190 в течение 30 и 31 мая 1944 года группами от 8 до 20 самолетов сопровождали свои бомбардировщики группами от 12 до 30 ФВ-190 и Ме-109. На разных высотах, путем расчистки воздушного пространства, они обеспечивали им свободу действий и прикрытие своих войск на поле боя. За 30 мая истребительная авиация противника произвела 337 самолето-вылетов. Такое массированное применение истребителей на узком участке фронта характеризовало стремление противника завоевать господство в воздухе на данном участке фронта, дав возможность свободно действовать в первую очередь своей бомбардировочной авиации.
В районе базирования 9-й гиад с 12 по 31 мая было отмечено до 25 пролетов разведчиков противника, на высотах от 4000 до 6000 м, из них по типам: шесть Ю-88, три Хе-111, шесть Ме-109 и десять самолетов неустановленного типа.
На 1 мая 1944 года согласно штатной численности, кроме резервных эскадрилий, 9-я гиад личным составом и материальной частью была укомплектована полностью. В наличии имелось 132 самолета «Аэрокобра», один самолет «Киттихоук» и 9 учебно-тренировочных самолетов: два УЛа-5, пять У-2 и два УТ-2.
Из числящихся по списку 142 летчиков, включая руководящий состав дивизии (командир, заместители командира), 3 летчиков звена управления 9-й гиад, летающих на самолетах связи, и из остальных пилотов, летающих на самолете «Аэрокобра», имел боевой опыт только 71 летчик. Молодого летного состава, прибывшего из запасных авиаполков, не закончивших полностью программу обучения было 66 человек, по болезни и не допущенные к полетам только на самолетах связи – 2 человека.
В 16-м гиап, по состоянию на 1 мая 1944 года, на аэродроме Черниговка было 32 боеготовых экипажа, хотя по списку в части находилось 50 летчиков, но из них 19 – молодые пилоты.
В братских авиаполках авиадивизии положение с «молодежью» было еще напряженнее: в 104-м гиап из 42 летчиков 20 были «необстрелянными», в 100-м гиап – на 18 «стариков» части приходилось 27 молодых летчиков.
В течение месяца дислокация частей авиадивизии Покрышкина менялась три раза, причем два перебазирования были на расстояние 310–350 км, а одно – на расстояние 95 км. Общий путь наземных эшелонов авиационных частей при перебазировании составил 755 км, произведено тремя авиаполками дивизии 457 маршрутных полетов, с налетом 430 часов, включая учебные самолеты и самолеты связи.
С получением задачи на перебазирование командир и начальник штаба 9-й гиад вылетели самолетом УТ-2 к командующему 17-й ВА генерал-майору авиации Судцу, где получили лично от него указания на проведение перебазирования: сроки перебазирования, промежуточные аэродромы, какой вид транспорта использовать, кто и когда должен был лидировать летные эшелоны авиаполков покрышкинского авиасоединения и т. д.
2 мая 1944 года начался непосредственно процесс перебазирования 9-й гиад в новый аэродромный узел. Подготовку к нему летного и наземного состава проверил главный штурман 8-й ВА Герой Советского Союза генерал-майор авиации Селиванов Иван Павлович.
С рассветом 2 мая на самолете УТ-2 в штаб 17-й ВА, а затем к месту нового базирования авиадивизии (Раздельная) для организации управления убыл заместитель начальника штаба 9-й гиад. На боевых самолетах для организации посадки на новых самолетах улетели также заместитель командира авиадивизии и инспектор соединения по технике пилотирования.
Утром этого же дня, на самолете Ли-2 с посадкой на аэродроме Водопой, убыла для обеспечения управления оперативная группа управления 9-й гиад в составе трех офицеров оперативно-разведывательного отдела штаба соединения, машинистки с пишущей машинкой и минимально необходимыми канцелярскими принадлежностями, авиадиспетчера, начальника связи, начальника химической службы, метеоролога АМБ авиадивизии, заместителя начальника политотдела дивизии, инженера и представителя отдела КР Смерш с передовой командой роты связи (6 чел.).
Метеоролог каждые 15 минут полета по радио передавал фактическую погоду на маршруте. Радиотелеграфная связь самолетов метеобюро была налажена еще до начала перелета. Слышимость до самой точки посадки была хорошая.
2 мая летный день на аэродроме Черниговка в 7.30 утра начали с облета трех самолетов «Аэрокобра» летчики 16-го гиап Ершов, Клубов и Трофимов. Крайний самолет из этой тройки, выполнив 15-минутную полетную программу, в 8.45 благополучно приземлился.
В 14.30 11 самолетов «Аэрокобра» (летчики: Речкалов, Олефиренко, Вахненко, Березкин, Голубев, Иванков, Чистов, Руденко, Ивашко, Жигалов, Сухов), получив боевую задачу на перебазирование, первыми взлетели с аэродрома Черниговка в направлении аэродрома Водопой (г. Николаев). Ведущим группы летел заместитель командира 16-го гиап Герой Советского Союза гвардии капитан Речкалов. Посадка советских истребителей в 15.40 прошла благополучно. В воздухе было спокойно, группа Речкалова противника по маршруту перелета не встретила.
Через 5 минут после посадки последнего самолета на аэродроме Водопой с аэродрома Черниговка вылетела вторая группа «Аэрокобр» под руководством Героя Советского Союза гвардии капитана Федорова: Федоров, Старчиков, Пищальников, Иванов, Белозеров, Шашков, Примаченко и Соловьев. Семь самолетов без происшествий приземлились на аэродроме Водопой, однако гвардии младший лейтенант Соловьев, через 40 минут полета, произвел вынужденную посадку на аэродроме Дудчино. Авиационный мотор его «Аэрокобры» подвел – из-за перегрева в воздухе он «погнал стружку» и заклинил. Кроме того, уже при посадке случилась еще одна беда – подломилась левая основная стойка шасси его самолета.
Осмотревшие мотор «Аллисон» авиамеханики обнаружили причину происшествия – произошло разрушение серебряного слоя вкладышей коренных подшипников коленчатого вала. Это могло произойти в том числе и из-за того, что американский мотор был капризен по отношению к применяемым на нем ГСМ: высокооктановый бензин Б-100 нельзя было заменять, например, советским Б-78; качество моторного масла должно быть очень высоким, и ни в каком случае в нем не должно быть никаких механических примесей. Достаточно хорошая техническая грамотность и пилотажная подготовка требовалась и от летчика; он должен был четко знать, где, как и на каких режимах летать (форсировать мотор), чтобы эксплуатационные характеристики его самолета и мотора были максимальные, без ущерба для материальной части.
Еще одной капризной деталью моторного оборудования «Аллисона» были, как их называли советские авиамеханики, «побегушки» распределителей тока высокого напряжения. Трещины на них должны были появляться приблизительно на 70-м часу работы авиационного мотора, как гласили «фирменные» документы американских заводов-изготовителей, однако в условиях суровой фронтовой действительности это происходило заметно раньше и принимало иногда массовый характер. Благо русские авиационные «Кулибины» и с этой заморской бедой вскорости научились бороться.
3 мая перебазирование летного эшелона 16-го гиап продолжилось. В 10.40 с аэродрома Черниговка в воздух поднялись 9 «Аэрокобр», пилотируемых летчиками: Клубовым, Чертовым, Петуховым, Барышевым, Трофимовым, Кетовым, Карповым, Копейкой и Ершовым. Ведущий – Герой Советского Союза гвардии капитан Клубов.
После них, практически без перерыва, в 10.50 взлетела еще одна девятка «Аэрокобр» (Чавчанидзе, Никитин, Еремин, Новиков, Торбеев, Стаценко, Василий Онищенко, Иван Онищенко, Коряев) под руководством командира 16-го гиап гвардии майора Чавчанидзе.
Группа Клубова и группа Чавчанидзе приземлились на аэродроме Водопой с интервалом в 10 минут: в 10.50 и 11.00.
4 мая с аэродрома Водопой первым взлетел гвардии лейтенант Карпов. С 6.00 в течение 45 минут он облетывал одну из «Аэрокобр» авиаполка. После него с аналогичной задачей взлетел гвардии младший лейтенант Петухов. Его пилотажная программа была рассчитана на 35 минут. Завершил программу облета самолетов 16-го гиап гвардии лейтенант Руденко. Он также, в период 8.05– 8.40, проверял в воздухе свою «Аэрокобру».
В это время на аэродроме Черниговка готовилась к вылету крайняя восьмерка «Аэрокобр» 16-го гиап. В 9.30 последними покинули гостеприимную Черниговку летчики Еремин, Петухов, Копейка, Стаценко, Барышев, Карпов, Руденко и Онищенко Василий. Посадка на аэродроме Водопой прошла благополучно.
Всего с аэродрома Черниговка на аэродром Водопой в период с 1 по 5 мая из состава 9-й гиад перебазировалось 134 самолета «Аэрокобра», один самолет «Киттихоук» и два учебно-тренировочных самолета УЛа-5.
За эти дни 7 рейсами Ли-2 было также перебазировано 152 человека техсостава и оперативные группы штабов авиаполков с необходимым имуществом. Недостаточное количество транспортных самолетов вынудило командование покрышкинской авиадивизии использовать для перебазирования самолеты-лидеры «Бостон» Б-3, которые помимо экипажа брали на борт до 5 человек с личными вещами. Таким образом, за этот срок было перевезено еще 29 человек.
5, 6 и 7 мая полетов 16-й гиап не проводил. Только 7 мая гвардии капитаны Федоров и Клубов вылетели с аэродрома Водопой на аэродром Сарабуз за получением в штабе авиакорпуса (воздушной армии) Золотых Звезд Героев Советского Союза, которыми они были награждены 13 апреля 1944 года. Непонятно пока, почему не был вызван по этому поводу гвардии старший лейтенант Труд, который также этим же указом был награжден Золотой Звездой Героя?
Зима 1944 года была особенно счастливой во фронтовой жизни Аркадия Федорова, Александра Клубова и Павла Еремина. 2 февраля 1944 года командующий 8-й ВА 4-го Украинского фронта генерал-лейтенант авиации Хрюкин наградил трех командиров авиаэскадрилий 16-го гиап орденами Александра Невского. Эпизод практически, наверное, единственный в истории ВВС КА! Как бы то ни было, но командарм не забыл отличной боевой работы этих командиров авиационных подразделений и всего 16-го гиап в прошедшем году. Николай Исаев в самый канун Нового 1944 года (31 декабря 1943 г.), сделав своеобразный подарок своим подчиненным, подписал представления на награждение трех комэсков орденами Красного Знамени. Четвертого командира авиаэскадрильи – Ивана Олефиренко гвардии подполковник Исаев предложил вышестоящему командованию наградить орденом Александра Невского. Мнение врид командира 9-й гиад Героя Советского Союза гвардии подполковника Юрия Рыкачева было аналогичное. Однако Тимофей Тимофеевич Хрюкин не поддержал решение командиров 16-го гиап и 9-й гиад, все перекроил на свой лад, что и закрепил письменно в армейском приказе № 4/н: гвардии капитанов Еремина, Клубова и Федорова наградил орденами Александра Невского, а гвардии старшего лейтенанта Олефиренко – орденом Отечественной войны II степени. Причины сего неизвестны. Но, учитывая то, что статус ордена Отечественной войны, к тому же II степени, был значительно ниже по рангу статуса ордена Александра Невского, можно предположить, что суровый и принципиальный командарм не до конца поверил в проявленную 29 декабря 1943 года «скорострельность» Ивана Олефиренко, сбившего в одном вылете 3 самолета противника, из них 2 транспортных Ю-52. К тому же «иконостас» из трех орденов Красного Знамени, красующихся на гимнастерке этого комэска к началу 1944 года, да теперь еще и орден Отечественной войны II степени говорили о том, что армейское начальство и так очень благосклонно и уважительно относилось к Ивану Константиновичу, памятуя о его 15 личных и 3 групповых воздушных победах, одержанных им за 5 месяцев пребывания в составе 16-го гиап в 1943 году.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?