Текст книги "Тень"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ten-146046.jpg)
Автор книги: Александр Волков
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц)
Я спустился вниз, застыв перед танцполом. Танцующих уже давно не было, и в проход сочились тени, одна за другой. Вскоре они заполнили танцпол. Они привычно покачивались, и глядели на меня, строя свои планы. Надо же было мне так попасть, а? Планировка помещения мне неизвестна, откуда они ещё могут приползти, узнать тоже не получится. Их тут и так без одного штук за сто.
– Бежим! Бежим! – раздались сверху мужские голоса. Охранники и Говард помчались оттуда, спотыкаясь, и оставляя меня наедине с маленькой армией теней.
Мне не верилось в то, что я смогу осилить такое количество противников, точно не прямо и не поодиночке. Хотя, было одно положение, в котором была возможность дать отпор. Стало страшно, спина вспотела, но осознанный контроль над страхом позволял мне делать то, чего не могут другие. В Центре Энергитического Контроля я тренировался так же прилежно, как и в фехтовании. Больше чем остальные, и глубже, что давало мне качественное преимущество.
Тени моментально ринулись в разные стороны, в поисках своих жертв, и издавая утробный, жуткий вой. Основной целью, конечно, стал я. Тени моментально заполонили ВИП ложе, они на бегу сталкивали осветительное оборудование и врезались во всё, что занимало не устойчивое положение.
Быстро вынув мечи, от клинков которых отразился свет клубных ламп, я ощутил, как в груди словно разгорелся огонь. Это был мой страх, смешавшийся с гневом, и направившийся в чакру света. Активация чакры, в боевых условиях, у меня проходила несколько иначе. Если обычный мечник держал свои эмоции под контролем, пользуясь чакрой, то мне напротив, нужно было использовать их.
В спокойном состоянии я не мог раскрыть свой энергетический потенциал, но зато, когда мной овладевали эмоции, происходили невероятные вещи.
Тени обступили меня, и нападать не спешили, видимо стремясь оценить мои возможности, но это длились недолго. Одна тень выполнила проверочную атаку, замахнувшись когтистой рукой, и бросившись на меня, на что я среагировал моментальным выпадом. Пропитанный жгучим белым сиянием клинок чем-то напоминал световой, и он прошёл сквозь тень с той-же легкостью, с которой раскаленный нож пронзал масло. Черная вода хлынула из тени, пульсируя, и залила пол. Она схватилась за клинок, и пыталась соскочить с него, мучительно взвыв.
Настала пора атаковать, но сделать это надо было с умом. Враг понял, что я настроен серьёзно, и способен дать отпор, потому промедление для него было смертельной роскошью. Мне нельзя было дать им опомниться. Я наполнился жгучим теплом, и чувствовал, как энергия пропитывает каждую частичку моего тела, вбирая мощь из клинка, который, в свою очередь, тоже стал сиять ярче.
«Имея один предмет, поднимай десять тысяч» – вспомнилось мне то, что писал Миямото Мусаси в Книге пяти колец. Умение применить этот принцип было необходимостью. Теней много, но большинство из них внизу. Меньшинство было увлечено погоней за танцующими, которые сбежали вместе с Говардом, значит нужно было переживать о тех, кто на танцполе.
Позиция на лестнице обеспечит мне преимущество в высоте, узость коридора не даст окружить, а вход сзади позволит, в случае чего, совершить тактическое отступление. «Сражаясь, – возник в подсознании голос Рю. – Всегда стремись занять удобную позицию, и загоняй врага в неудобную». В данной ситуации неудобно находиться внизу, особенно когда сверху по голове прилетает мечом.
Я отскочил назад, балансируя на ступеньках, и тени ринулись за мной. Они были похожи на темную воду, готовую затопить меня, что усилило страх и злобу. Подобное положение только придавало мне сил. Хотелось взять эмоции под контроль, но делать этого было нельзя, иначе бы я ослаб.
Взмах. Первый световой веер рассекает пятерых подряд, но на их место тут же становятся другие. Взмах. Снова появились тени со скамейки запасных, спеша заменить павших, и желая до меня дотянуться. «Десять из ста, – отсчитал я про себя. – Ещё сотня, и всё».
Дистанция между нами сокращалась. Порой тени делали выпады, которые мне с трудом удавалось парировать. Одновременно мне нужно было думать о том, чтобы сохранить равновесие на ступенях, и не споткнуться. Это было очень сложно, требовало много физических и энергетических затрат. Со временем я стал чувствовать, как затекают руки.
Орудуя двумя мечами, я косил теней, как сено, надеясь, что сзади ко мне никто не подступит. Мне стоило оглянуться, но в тот момент это было очень опасной затеей, и приходилось смотреть только вперёд. Тени слишком активно наседали, не давая мне расслабиться, и от напряжения пальцы на рукояти покрылись потом.
После уклонения от очередного реза, мне удалось отсечь голову ещё одной тени, немного сократив количество противников, и казалось, что их не становится меньше. Я был на последней ступеньке. Боковым зрением удавалось уловить элементы ВИП ложа, что явно не радовало. Отступление в глубь второго этажа лишило бы меня доминирующей позиции, и, приняв решение держаться перед лестницей до последнего, я замер.
Отсекая теням когти, которые хрустели при надрезе словно кости, я затем рубил их хрупкие тела. Летели черные головы, на пол падали отсеченные половинки туловищ, и нередко мне удавалось лишать теней конечностей, которые валились следом за телами. Шумела музыка, в клубе неустанно менялись цвета, но тени были неизменны, оставаясь в пространстве зловещим черным пятном.
Всё, включая меня, было забрызгано черной водой. Будь это человеческая кровь, меня, может быть, даже вырвало бы. Людей до этого мне рубить никогда не приходилось, хотя формой тень мало чем отличалась от обычного человека. Исключение составляли огромные, нечеловеческой длинны когти, служившие теням как оружие.
Всё-таки случилось то, чего я боялся больше всего. С соседней лестницы, и с запасного выхода, который оказался замаскированной в стене дверью, с ураганной скоростью помчались тени.
Взмах мечом вокруг своей оси, и распространённое им световое кольцо, дали мне нужные для отступления доли секунды. Но куда было отступать? Попав в окружение, я осознал свою ошибку, и понял, что лучше мне было отступать к выходу из клуба. Хотя, вполне возможно, что тени уже заполонили улицы.
Никогда мне не приходилось видеть такое огромное количество теней в одном месте, и было даже страшно представить, каких размеров трещина образовалась в Куполе.
Оглянувшись, я не увидел выхода. Меня окружила черная живая стена, намеревавшаяся разрубить меня на мелкие кусочки, как рыбку к столу. Руки занемели, тело покрылось потом, стремящимся залить глаза, и я тяжело дышал. Легкие будто закипели, мне казалось, что я пробежал марафон со спринтерской скоростью.
Мечи стало невыносимо тяжело держать. Бросив один, я вцепился в длинную катану. Иначе мне бы просто не удалось сражаться. Меч было трудно даже держать, не то, что махать им.
Сколько я их перерубил? Сорок или пятьдесят, значит, пройдено было лишь пол пути. Хватит меня ещё настолько же врагов? Хватит. Душу надо продать подороже. Но был ли в этом смысл?
Тени бросились на меня, и сил отбиваться почти не было, что значило официальный конец моего жизненного пути. В конце мне вспомнилось то, чего я вспомнить не ожидал, и не хотел совсем. Это вызвало во мне неприятные чувства, и к страху с гневом примешалось презрение.
Ради чего мне предстояло умереть? Ради толстой свиньи Говарда, и Всесильных? Зачем я вообще стал самураем и мечником? Чтобы в своём жизненном итоге иметь лишь то, что мне удалось порадовать Всесильного Говарда доставив ему коньяк?
Под страхом смерти мне стало окончательно ясно – я хочу защищать людей и владеть мечом. Только защищать людей от теней, тренироваться фехтованию, и ничего больше. Мне не хочется быть при дворе, не хочется иметь почетный титул, ловить на себе трепещущие взгляды девушек, для которых важен социальный статус. У меня возникло ощущение отвращения к богатству и жалованью которое я имел, ведь выходило так, что самураями становились именно ради этих преимуществ. Но в них ли счастье? Мне стало понятно, что нет.
Путь. Я был доволен Путем, который проделал. Полсотни теней разом ещё никто в истории мечников одолеть не мог, и выпускать такое большое количество энергии, используя чакру, тоже. Мне удалось стать лучшим, но ничего нового ощутить не получилось.
У меня впереди была тёмная вечность, и когда мне думалось, что в этой тёмной вечности не будет меча, тренировок, и жизни, то стало очень грустно. Но почему было грустно, если цель, к которой стремится каждый мечник, – стать лучшим, – была достигнута?
Мне же ещё рано умирать.
Толком даже не удалось насладиться жизнью, не удалось насладиться тем, чем я занимался. Теперь мне хотелось этого безмерно. Я был готов на всё, лишь бы всё это кончилось чудом, и мне был бы дан шанс снова тренироваться, и идти по Пути воина.
Меня вдруг переполнила тоска. Уши заполнил непонятный звон, и перед глазами всё засияло, словно поблизости вспыхнул маленький ядерный взрыв. Тепло, ранее наполнявшее моё тело, превратилось в жар, начиная обжигать всё изнутри. Было невыносимо больно, и я выронил из-за этого меч, закричав.
Звон нарастал, глаза тоже начинало жечь, и вскоре мне совсем ничего не было видно. Мне показалось, что тени, попавшие в свет, разлетались на части, и испарялись, моментально обращаясь залой.
Звук резко оборвался, картинка перед глазами пропала, а моя связь с действительностью была разорвана.
Я потерял сознание.
Глава 5
Я услышал журчание ручья. Просыпаться не хотелось, и было желание отоспаться, как следует. Глаза я не открывал, хотя сознание уже бодрствовало. Тело ломило ещё хуже, чем после того избиения в детские годы, и моё состояние можно было описать одним словом – паршиво. Но вдруг пришло осознание того, что произошло со мной.
Меня действительно спасло чудо? Или кто-то вовремя успел прийти на помощь? «Жив», – подумал я, и испытал такое сильное облегчение, что лишились важности любые мирские заборы.
– Рэн? Очнулся? – раздался голос Рю.
Как он это понял?
– Да, мастер. – произнес я, но сил было мало, потому говорить не очень хотелось. Меня как никогда обрадовал его приход.
У меня получилось открыть глаза, собравшись с силами. Я лежал в больничной палате, а рядом со мной сидели Хеля, Рю, и Ичинару. Ичинару дрых на кресле, посапывая и запрокинув голову. Он выглядел забавно и глупо. Хеля облокотилась прямо на мою койку, положив голову на руки. Видимо, не спал только Рю. На душе стало намного лучше от того, что я очнулся не в одиночестве.
– Рад, что ты остался жив, – спокойно, но искреннее произнес Рю. – Ребята, просыпайтесь. Рэн очнулся.
Хеля первая вскочила, показывая образовавшийся на лице пролежень, и красные от бессонницы глаза. Возникло ощущение, что ей только-только удалось уснуть. Мне стало даже немного неловко от того, что потревожил её своим пробуждением. С какого момента, интересно, они тут сидели?
Рю обернулся к Ичинару, который так и не проснулся, и отвесил ему звонкую затрещину.
– А?! Что?! Кого убить?! – Вскрикнул Ичинару, аж подпрыгнув на месте, и потянулся к рукоятке воображаемого меча. – За что?! – возмутился он, с обидой глядя на Рю, и потирая голову.
– За нечуткий сон, – наставительно произнёс Рю. – Твой друг очнулся, поприветствуй его.
– Рэн, живой! – Ичинару искренне улыбнулся, и от его улыбки в груди стало тепло, как и от обеспокоенного взгляда Хели. – Ты теперь крут, Рэн, в курсе?
– Я за тебя волновалась, – Хеля смущённо сжала мою ладонь. Яркие эмоции у неё были, но выражала она их скромно. – Ты как себя чувствуешь?
– Хорошо, – ответил я, немного приврав. Голова раскалывалась, тело болело, но меня переполняло счастье. – Всё хорошо.
– Я рада, – сказала Хеля, прислонившись щекой к моей ладони.
Всё-таки она меня любила, в этом я теперь удостоверился точно. Хотя это ещё предстояло проверить, ведь у меня было ощущение, что впереди большие перемены. Стало ясно, кто мне друг, кто нет. А какие могли быть сомнения? Люди, называвшие меня другом, сейчас явно в другом, более уютном месте. В беде сразу видно, как и кто к тебе относится в действительности, и этот момент стал для меня очередным уроком в том, что судить нужно только по поступкам.
На миг мне даже показалось, что Рю улыбнулся. Но только показалось. Эмоций в этом человеке было минимум, но оно и неважно. Самый значительный показатель в присутствии Рю. Если он тут, значит, моя судьба важна для него.
– Долго меня будут тут держать? Вы не знаете? – обратился я к Рю.
Рю покачал головой.
Врач вошёл в палату, смотря в планшет, и затем, глянул на меня полным доброты взглядом.
– Здравствуй, Рэн, – сказал врач. – Как самочувствие?
– Здравствуйте, – вежливо ответил я. – Вроде порядок.
– Понятно. Ну, впрочем, для профилактики полежать всё равно придется.
Вдруг мне вспомнилось, что я должен отчитаться Всесильному Нагихато, и было хотел встать, но дикая боль в рёбрах заставила меня лечь обратно.
– Не двигайся лучше! – строго сказал врач. – Хорошо он себя чувствует! Где болит?
– Везде, – отозвался я. – Сколько мне ещё тут лежать?
– До полного выздоровления, – сказал врач, делая акцент на слове «полного». – Энергитические каналы в твоём теле целы, но находятся в состоянии сильного стресса, потому пока, как мечник, ты бессилен. Недели две, не меньше. Пока не заживут раны.
«Блеск», – расстроился я. Странно, но в гуще битвы было совсем незаметно, что меня кто-то повредил.
Вдруг в палату забежала медсестра, торопливо объяснив причину своего появления тем, что внизу стоят автомобили палаты Всесильных. Врач, услышав это, побелел, и поспешил меня оставить, жестом попросив меня подождать, и удалившись за медсестрой.
– За тобой, что ли? – Ичинару, перегнувшись через ручку кресла, наблюдал за уходящим врачом, затем посмотрев на меня. – Чего с тобой случилось? Ты что натворил там?
– Спас Говарду жизнь, и посетителям клуба тоже, – Хеля крепче сжала мою ладонь. Мне хотелось добавить: «Толстая мразь даже спасибо не сказала», но я сдержался. Рю этого не одобрил бы. Рю хотел что-то добавить, но сдержался, видимо посчитав это неуместным.
Визит из палаты Всесильных меня крайне удивил. Кто мог ко мне приехать? Либо Говард, либо Нагихато, но вариант Говарда отсёкся тут же, ведь благодарность этот человек выражать не умел.
Говард вошёл в палату, держа в руках большую подарочку коробку, и следом за ним Нагихато, посмотревший на меня довольным взглядом. Нагихато был в кимоно, а Говард в броском деловом костюме. Ладно Нагихато, но Говард? Я не мог поверить своим глазам. Этот человек не производил впечатление того, кто имел представление о благодарности. Ещё и подарок принёс. Мне даже было непонятно, приятно ли я удивился, или был просто шокирован.
Все, встав, отвесили низкие поклоны вошедшим Всесильным, но я, ввиду физического состояния, лишь кратко кивнул, не отрывая глаз от гостей. Для Говарда, похоже, такое приветствие было в диковинку, пусть он и видел, как я кратко кланялся ему в клубе. Всё же, при его виде у меня возникали не совсем приятные чувства, хотя то, что он пришел, да ещё и с подарком, немного изменило моё мнение о нём. «Наверное, что-то ему надо».
– Мастер Рю, – приветливо сказал Нагихато. – Рад вас видеть.
Рю кивнул.
– Рэн, – Нагихато перешёл на деловой тон. – То, что ты уцелел после вторжения в Западный район, меня очень обрадовало. Даже не смотря на опасность задание выполнено блестяще. Пришёл сказать, что в награду готов выделить тебе собственный дом, и выдвинуть твою кандидатуру на должность даймё. Ты достойно послужил благу Купола и помог делу Всесильных сделать жизнь в нём лучше.
– Даймё? – удивился я, но затем меня одолела тоска. Мне даже обычным командиром не хотелось быть, что уж говорить о том, чтобы руководить самураями и землями. Дом. Как раз в тот момент возникла у меня одна мысль. – Но я ведь…
– Без командирских обязанностей, – сказал Нагихато, поняв причину моего беспокойства. – Ты интересен для меня как мечник скорее, чем как командир. Но эти интересы не удовлетворить, если ты не станешь даймё.
– Чем?
– Они выполняют самые опасные задания, и прикрытие в виде тебя им очень даже пригодится.
– Вот как, – сказал я. – Господин Нагихато. Вы говорите, что готовы выделить мне собственный дом. Могу ли я, отказавшись от него, просить просьбу?
– Если она будет в моей власти, – сказал Нагихато. – И если это не противоречит нашим законам.
– Не противоречит. Я выскажу её, как только поправлюсь.
Даймё. Невероятно. Каждый самурай мечтал стать даймё. Даймё – элита среди элиты. Элитные господа, которые управляют самураями, и живут как сыр в масле. Мне были готовы дать эту должность, да ещё и без командирских обязанностей, но мне этого совсем не хотелось. Дело даже не в командирских обязанностях, и не только в тренировках, и не в доме, который можно получить совершенно бесплатно, не в огромном жаловании.
Дело в другом.
После этой бутылочки с коньяком я стал о Всесильных несколько иного, более плохого мнения, хотя их жест с приходом ко мне в гости как-бы сглаживал негативный эффект. Нагихато, конечно, наверняка не подозревал, что я видел посылку, но это и не важно. Попытка исправить моё испорченное впечатление явно не причина тому, зачем он пришёл.
Мне представилось, как моя жизнь изменится, если я стану даймё. Как я буду богат, получая лишь жалованье, и это не считая того, что мне будут начислять за истребление теней. Это возможность сделать то, чего никто никогда не делал – родившись вне знатного рода стать знатью. Но было ли это целью моей жизни? Нет. Сколько помню своё детство, ни разу мне не хотелось карьерных взлётов, и прочих прелестей, о которых мечтают все под Куполом. Я видел себя человеком, который владеет мечом, и гордо ходит с ним по улице, а такими были только самураи. Но потом я вспомнил ещё кое-какое сословие мечников, которое больше мне подходило, и вот к нему, как раз, у меня появилось желание приобщиться. Правда люди из этого сословия были редкостью, и появлялись при особых обстоятельствах, как правило, занимая последнее место в рейтингах, но это меня не сильно волновало.
Говард поставил коробку к углу, и торопливо подошел ко мне, пожав руку.
– Спасибо тебе, – благодарно произнёс Говард, продолжая поражать меня своим поведением, которое стало непредсказуемым. Он выглядел кротко, скромно, совсем не пытаясь показать своё превосходство в социальном положении, как делал это обычно. – Если бы не ты, меня бы давно не было. Спасибо.
Не в силах проронить и слова, я лишь учтиво кивнул, реагируя на благодарность.
– Рад, что вы подружились, – искренне произнес Нагихато. – Рэн, сколько тебе осталось до выздоровления?
– Пару недель, – пожал я плечами.
– Хорошо, – кивнул Нагихато. – Тогда поставлю тебя в известность, что тебе предстоит церемония публичного награждения на Главной площади Центрального района.
– Я буду помнить это всю жизнь, – ответил я благодарно, но уже не автомате, даже не расслышав, что он сказал. Стало неловко, и я на миг расширил глаза.
Нагихато это заметил, вскинув бровь.
– В чём дело?
– За что меня хотят наградить? – осторожно уточнил я.
– Ты спас Говарда, и смог уничтожить больше сотни теней за бой. Это похвально, пусть и далось тебе очень тяжело. Потому отдыхай, набирайся сил. Говард, – Нагихато взглянул на Говарада, и взгляд был вопросительным. Они будто говорили о чём-то прежде, чем войти, и Нагихато взглядом решил уточнить, помнит ли об этом собеседник.
– Да, я помню, – ответил Говард.
Сотня? Каким образом мне удалось уложить сотню теней? Из воспоминаний у меня складывалось впечатление, что теней было убито не больше полусотни, ну максимум, шестьдесят. Может, кто-то действительно пришёл на помощь, доделав работу за меня? Так это было, или нет, но Нагихато с Говардом верили, что сотня теней – дело моих рук. Но вот мне самому, почему-то, не верилось. Как можно было, находясь в истощённом состоянии, проделать столько же работы, сколько ты проделал будучи бодрым? Это казалось невероятным.
Пол сотни теней за раз для меня значило только одно – я номер один в рейтинге мечников, как минимум мечников Восточного района точно.
Нагихато вышел, а Говард остался в палате, даже не стремясь согнать кого-то со своего места, что бы сесть. Я был уверен, что на своей родине он именно так бы и поступил. Что заставляло его быть таким кротким и вежливым – даже в голову не приходило. Возможно то, что он находился на чужой территории, не желая проявлять высокомерие.
– Рэн, да? – спросил Говард.
– Да, господин. Моё имя – Рэн.
– Рад узнать его, – сказал Говард. – Я, собственно, по какому поводу к тебе пришёл. Ты ведь в курсе, какое место в рейтинге теперь занимаешь?
Догадки были, но на всякий случай я покачал головой, чтобы точно в них удостовериться. Может, в тот же день, или неделей ранее, кто-то сделал новый рекорд. Рейтинги меня особо не интересовали, и занимался я лишь тем, что защищал район. Судя по лицу Говарда, он собирался сообщить приятную новость. Для него, по крайней мере, она была точно приятной.
– Первое, – подтвердил Говард мою догадку. – Во всём Куполе.
От удивления у меня челюсть так отвисла, что мне показалось, будто она отваливается. Вот это было действительно неожиданностью. Я думал лишь о рейтинге мечников Восточного района. Остальные можно было посмотреть, но, на мой взгляд, они не играли никакой роли. Какая мне разница, кто какое место занимает в рейтинге междурайонном? Я был жителем Восточного района, и на моём благосостоянии сказывался только рейтинг Восточного района.
– Не верю, – искренне сказал я, медленно качая головой, в ответ на что Говард улыбнулся.
– Так оно и есть, сам посмотри, – сказал Говард, доставая планшет из внутреннего кармана пиджака, и повернув его экраном ко мне. Там была таблица с именами, цифрами, и новостями. Так же, прямо напротив таблицы, был чат, в котором что-то активно обсуждали.
После сильнейших мечников Купола я действительно был на первом месте. Мне захотелось протереть глаза, чтобы убедиться в правдоподобности происходящего, но никто вокруг, похоже, не сомневался. Первое место – моё.
В чате писали, в основном, недовольства, вроде: «Да быть не может, что бы ускоглазый обошёл Запад! Лучшие мечники там, и только там! Подтасовка!», «Это расовая дискриминация!» и прочий бред, который не был и близок к правде.
– Это честь для меня, – автоматом ответил я.
– Знаю, потому, есть у меня к тебе одно предложение, – Говард оттянул кромку пиджака, и спрятал планшет обратно. – Тянуть не буду, и перейду сразу к сути. Присоединяйся к западным мечникам и будешь обеспечен до конца жизни. Это будет хорошим дружеским жестом с моей стороны.
Так вот почему он был так вежлив. Я усмехнулся про себя. Мне не очень хотелось возражать, но желания присоединяться к Западным мечникам у меня не было никакого. Обязанностей в несколько раз больше, а условия жизни – хуже. Зачем мне это было нужно? И главное, зачем это было нужно Говарду?
– Я не знаю. Мне надо подумать над этим, – замялся я. Конечно, скорее всего ответом будет нет, но поразмыслить, всё же, стоило. Вдруг в этом действительно были какие-то преимущества, которых тут не видать. – Вам срочно ответ нужен?
Говард кивнул.
– В течении ближайшего времени, пожалуйста, прими решение. Двух недель в больнице, на размышления, думаю, тебе хватит. Да? Вот, – он протянул мне пластиковую карточку с номером, – если решишь раньше – звони. Я пришлю людей забрать тебя. Они всегда будут рядом с больницей.
– Вполне, – сказал я, улыбнувшись, и взял визитку. – Спасибо за предложение, господин Говард.
Он кивнул, улыбнувшись. Когда он вышел, я вздохнул с облегчением. У меня всё никак не стыковались в голове две личности Говарда, одна из которых говорила мне в клубе «Проваливай», и была надменна, а другая говорила о дружбе и обеспечении до конца жизни. Что так изменило его отношение ко мне? Может, он благодарен за то, что мне удалось спасти ему жизнь? Это вряд ли. Он бежал в самом начале, потому спасся первым делом. Наверное, была в этом какая-то выгода.
Ах да, точно же! Мне вспомнилось, как устроена система распределения наград в рейтингах. Отчисления клану от Всесильных за убитых теней. Похоже, у Говарда в Западном районе был собственный клан, которому я буду очень даже полезен. Это мне на руку. Если Нагихато откажет мне в моей просьбе, то можно обратиться к Говарду, чтобы добиться своего. Это воодушевило меня, что окружающим удалось заметить.
– Ты чего такой радостный? – добродушно спросил Ичинару. – Вот бы мне быть таким довольным после того, как получу по голове.
– Шутки шутишь, – улыбнулся я. – Смешные шутки шутишь.
– Как ты отнесешься к его предложению? – спокойно спросил Рю. Ему, в принципе, и не было из-за чего беситься. Ученики после окончания учебы вполне могли выбрать другой клан, не нужно было обязательно оставаться в Шести Клинках.
– Ну, не знаю. Я одного не хочу, – признался я, – переезжать в Западный район. Что там случилось, кстати? Ничего больше не помню, только клуб.
– Клуб сгорел, – сказал Рю. – Почти дотла. Спасатели удивились, что здание вообще устояло. Рвануло внутри так, что черный след из входа в клуб тянулся до противоположной стороны улицы.
– Откуда столько теней взялось? – спросил я, понимая, что никому неизвестно, как я выжил. Рю вполне мог что-то знать, но наверное, не хотел рассказывать. Не при всех. Мне вдруг вспомнилось, как он вырубил меня в переулке, мотивируя это тем, что я «Сиял как утренняя звезда». Может, сейчас было то же самое? Только рядом не было Рю, чтобы остановить меня. Стало не по себе.
– В куполе появилась очень большая трещина. Через неё под купол проникло около тысячи теней.
– Тысячи?! – удивился я, да так, что от напряжения мышц сильно заболели рёбра. – М-м-м, – промычал я болезненно, но сдержанно.
– Да, пострадавших немало, – в глазах Рю мелькнула тоска. – Западный район сильно пострадал.
Это относилось к существу, о котором мне рассказывали мечники в замке Говарда. Сомнений не было, трещина – дело рук, или лап этой твари.
– Зачинщика поймали?
Рю покачал головой. Хеля оторвалась от моей ладони, и прислонилась к спинке стула.
– Появился внезапно, и скрылся так же.
– Охренеть, – удивился Ичинару. – А если он к нам придет?
– Да, это не исключено. Но пока его нет – можно не волноваться, – сказал Рю.
– Но готовыми надо быть, – вмешалась Хеля. – Самураев, конечно, на мясо пустят, как и пехоту, но…
– Прекрати, Хеля, – сдержанно попросил Рю. – Если бы не мечники Западного района, которые сдержали вторжение, ты бы могла быть мертва.
– Да с тенями даже не пробовали общаться, – возмутилась Хеля. – Может, они безобидные! Мечники же с самого начала первые на них нападали, потому что боялись, и только потом тени сами стали проявлять агрессию! А как иначе? Стоит тебе прийти, так сразу меч в ребра!
– Хель, не надо, – попросил я.
– Они враги, – беззлобно произнес Рю. – С врагами переговоров не ведут.
Хеля фыркнула, но возражать не решила. Меня в принципе удивляло то, что она пытается перечить Рю, и тот оставляет это практически без внимания. Возражение тому, кто старше и опытнее, считалось неуважением. Впрочем, Хеля мало кого уважала, и лишь к Рю изредка прислушивалась.
– Да, все кто не выгодно себя ведёт, всегда враги, – пробормотала Хеля, начав краснеть от злости.
Это было нередким явлением. Мне даже стало немного страшно от ожидания того, что может дальше случиться. Было обидно, ведь я тоже был мечником, и понимал, зачем они нужны. Я каждый день рисковал жизнью, что бы защитить Хелю и Восточный район, и было неприятно то, что она вовсе этого не ценит. – Тени может такие же люди, только другие!
– Хеля, выйди пожалуйста, и вернись, когда твой дух будет спокоен, – попросил Рю, не проявив и капли злости. Я бы на его месте вышел из себя.
– Не войду, – буркнула Хеля, и, поцеловав меня в щёку, сказала. – Извини, мы с тобой лучше отдельно поговорим.
Она торопливо вышла, явно не вынося появившейся атмосферы, и мне снова стало одиноко. Её мне хотелось видеть рядом больше всех. Ичинару, взглянув на меня и Рю, встал, коротко поклнился Рю, и вышел вслед за Хелей, окликнув её. Во мне даже пробудилась ревность. Сначала это было забавным, и даже удобным, но когда я заметил, что Ичинару слишком часто ищет повода увидеться с Хелей, стало неспокойно. Мне удавалось доверять ему, пока что, да и поводов для волнения не было, но что-то внутри начинало возмущаться, когда они оставались наедине.
Это было мне на руку. Появилась возможность спросить у Рю о том, что произошло на самом деле.
– Мастер, – начал я, сомневаясь, стоит ли спрашивать. Говорить об этом не хотелось. Я был на вершине, но не чувствовал, что получил это своими силами. Было ощущение, что заслуга не моя, а чуда. – Вы знаете, что со мной произошло?
– Догадываюсь, – кивнул Рю.
– Это связано с тем, что произошло в переулке тогда? Где на меня напала тень? Расскажите.
Мне было очень важно это знать. Когда в тебе сокрыто что-то, не знать об этом крайне неприятно, и в особенности, если это что-то способно уничтожать теней за тебя. Начинало казаться, что я не человек, а ядерная бомба замедленно действия. Вдруг случиться так, что вред будет нанесён обычным людям?
Рю, услышав мою просьбу, отвёл глаза на миг. Ему, очевидно, не очень хотелось посвящать в меня подробности, от чего стало ещё любопытнее. Он пристально посмотрел мне в глаза, и чувствовалось в этом взгляде что-то, что позволяет ему видеть меня насквозь. С каждой секундой напряжение нарастало, и молчание Рю начинало выводить меня из себя.
– С кем ты был в клубе? – поинтересовался Рю.
– Один, вроде, – ответил я, пытаясь припомнить, не попадались ли мне на глаза другие мечники. – Кроме охраны клуба и Говарда не было никого.
Охрана клуба такого вытворить точно не могла. «Бескрылая бабочка» охранялась обычными пехотинцами, у которых был кое-какой контроль над светлыми энергиями, но при этом его было недостаточно, чтобы стать мечником. Потому, они становились пехотой, и охраняли предприятия не стратегического назначения, вроде клубов. Они даже при равном количестве, скорее всего, проиграли бы.
– Ты уверен? – Рю спросил, и выглядел так, будто не хотел слышать положительного ответа, слегка приподняв брови. – Точно никого?
– Точно, мастер.
– Этого я и боялся, – вздохнул Рю, прислонившись к спинке кресла, и сцепив ладони в замок. – Ты слышал о том, что происходило в Западном районе за последние дни?
– Да, – кивнул я. – Неизвестный источник огромного выброса энергии. Мне говорили о нём Западные мечники.
– Значит, ты в курсе. Хорошо. Тогда знай, что в тот день таких выбросов была два.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.