Текст книги "Если бы у меня были крылья"

Вика же при виде Василия терялась и скромничала – своим видом он ее попросту пугал. Двое парней в пиджаках, сопровождавшие Василия, были представлены как телохранители и поверенные, которыми Вика могла распоряжаться. Они должны были ей во всем помогать и оберегать от обилия любопытствующих. Парни напоминали роботов или ну очень специально обученных людей. Ни лишних слов, ни лишних вопросов, но вместе с тем и действовали вполне самостоятельно. В общем, не деревянные. Именно они решили вопрос, отогнав налетевших журналистов, не позволяя снимать и брать интервью у чуда света по имени Вика. Пообщавшись с Василием, отец попросил его только об одном:

– Не дай им сломать и испортить Вику.

– В каком смысле? – осторожно спросил тот.

– Во всех! – твердо ответил Григорий.

– Я сделаю для этого всё! – сказал Василий.

Они переглянулись и, кажется, друг друга поняли. Отец встал со скамейки и, подойдя к дочери, обнял ее, поцеловал в щеку и на ухо прошептал:

– Не пропадай, дочка. Только не пропадай! Удачи тебе! Я верю в тот путь что ты выбрала и не прощаюсь с тобой. Мы с мамой тебя очень любим и будем ждать!

– Да, папа! – сказала Вика пытаясь подавить комок в горле и опять едва сдерживая слезы, – Спасибо тебе! Люблю тебя и маму! Очень! Передай ей, ладно?

– Обязательно!

«Какой же у меня клёвый папка!» – пронеслось у нее тогда в голове.

Отец еще раз ее обнял, похлопал по плечу и улыбнулся. Он умел сдерживаться. Уезжая, он не подал вида, насколько на самом деле ему было тяжело.

[1] Европейский суд по правам человека

Глава 12. Московский бомонд, или Пьедестал одиночества

В сопровождении суровой охраны в комфортабельном СВ-вагоне Вика отправилась в столицу всея Российской Федерации – Москву.

Поезд был скорый, остановок было мало.

Вике было в диковинку ездить на поездах, оттого она чувствовала некоторое волнение. Если б она выбирала, то предпочла бы полететь самолётом. Но поезд был выбран не случайно – в общественных самолетах тесно, а при проверках на посадку лишнего внимания не избежать.

В пути предстояло пробыть двое суток. Выходить из поезда нельзя. Впрочем, Вика не особенно и хотела. Выходила только по нужде или немного прогуляться. Пару раз за все время заглядывала проводница, и в коридоре ее видели другие пассажиры, но, с учетом присутствия Василия, никто не решился даже заговорить с ней.

Первую ночь Вика не могла уснуть. Нервничала из-за непривычной обстановки, шума, постоянной качки. Но на вторую ночь сил не хватило, и она провалилась в глубокий сон. Впереди ее ждал настоящий современный мегаполис и яркий стремительный взлет на вершину светского олимпа, о котором она грезила в своих всё ещё детских мечтах.

Но, черт возьми, как же Вика волновалась! Множество незнакомых людей, возможный обман, страх опозориться – все это и многое другое очень беспокоило Вику. Кроме того, раз уж Барнаул ее шокировал, то что же ее ждет в городе с миллионным населением? Не сотрут ли ее там в порошок? А может, освежуют заживо?! Стремительность перемен была сравнима с первым полетом – также захватывало дух. Но, несмотря на все страхи, Вика не жалела о своем решении.

Стоит ли говорить, что в Москве ее ждали? О, да!

Максим Петрович оказался маркетологом, работающим на руководство крупного холдинга. Узнав о существовании настоящей крылатой девушки, он, ни секунды не сомневаясь, предложил ее начальству как лицо и модель нового направления деятельности. Мэтры бизнеса, разумеется, ознакомившись с хитрым бизнес-планом, велели незамедлительно брать девушку в оборот всеми силами и средствами.

«Если чудеса и существуют, то они должны раньше всех начать работать на нас!» -сказал на финальном совещании с дирекцией Максим Петрович. Такая решительность была встречена аплодисментами.

Дело завертелось, за Вику плотно взялись. Целая бригада интернет-деятелей обрабатывала ее посты, они создавали группы, устраивали полемику и всю эту невероятную активность.

Вика и догадаться не могла, что за бешеной популярностью в социальных сетях и интернете стояла именно команда Максима Петровича. Без этой работы она со своими минутными видео на мобильник в топе просмотров не очутилась бы, даже учитывая такое чудо, как настоящие крылья за спиной. По сравнению с этим миром она была мелковата.

Сам он планомерно окучивал ее сознание и старался не пропадать из виду, притворяясь давним другом. Общался, рассказывал что-то. Иногда это делали его помощники, так как у него самого часто не хватало на это времени. Тем не менее, он был в курсе всего, что её касалось. Вика была его перспективой, самородком, который надо было обработать. Но аккуратно, а не внаглую.

Когда Вика, наконец, дала согласие на работу и переезд, все уже было готово. В холдинге уже перестроили линии производств под стратегию рекламы, подготовили базы и договора под пиар-кампанию, а также наняли людей в сопровождение. Сделку считали уже совершенной, оставалось только получить подпись и взять Вику в оборот. Подпись было велено получить любой ценой, или каждому не сносить головы.

Понятно, что к Вике еще в поезде было королевское отношение. Что хочешь, принесут, как хочешь делают. Ей это льстило. Казалось, что жизнь уже удалась. Омрачало только то, что она еще никак не могла привыкнуть к чужим людям. Поэтому к любой отзывчивости относилась насторожено.

Василию Вика с первого взгляда очень понравилась. Это, в общем-то, не мудрено… Но кроме чувства долга и необходимости выполнять свои обязанности, он почувствовал к ней что-то еще. Восторженную симпатию. Он с трепетом осознавал, что в нём пробудились давно забытые чувства. Последний раз он ощущал нечто подобное, когда случилась первая любовь и он добивался расположения полюбившейся девушки. Тут же было словно наваждение. Поэтому он постоянно был рядом, общался с ней, развлекал девушку. Шутил, рассказывал анекдоты и веселые истории из жизни, всячески пытался разговорить саму Вику. Особенно когда видел ее растерянность и скованность.

Но у Вики все было иначе. Василий ей казался чересчур брутальным и даже опасным. Шутил он, конечно, смешно, но иногда она все же улыбалась через силу. Пугала ее и разница в возрасте. Как выяснилось, Васе было сорок два. И хоть он и пытался всеми силами быть «своим человеком», таковым он воспринимался с огромным трудом. В сознании Вики он выглядел как наставник, или дядя, но никак не человек под стать ей, и уж тем более не ниже нее по статусу. Ну и в довершении всего – его фигура. Фигура бывшего бодибилдера к сорока двум годам стала зрелищем на любителя.

Вася рассказал, что, когда вернулся из армии, был самым обыкновенным, стройным, немного смазливым юношей. С девушками была настоящая беда. Ни с кем не получалось завести отношения, которые бы продлились дольше месяца. Он вообще-то был скромным, но, несмотря на внешнюю привлекательность, казался недостаточно надежным. В довершение всего не складывалась взаимность: те, кому он нравился – не нравились ему, и наоборот, кто нравился ему – смотрели на него несерьезно.

По молодости и буйству гормонов он хотел «топ-модель». Но таким не нужен был Василий со своей смазливой, заурядной внешностью, да ещё без миллиона долларов на повседневные расходы. Продолжать учиться ему было не на что, а зарабатывать и искать приемлемую даму сердца было необходимо. В итоге начал качаться, чтобы привлекать подобный класс девушек эффектной фигурой. С помощью правильного питания, тренировок и стероидов накачал нехилую мускулатуру, даже участвовал в соревнованиях. Поступали предложения сниматься в журналах. Было несколько романов с девушками, пока он не встретил свою будущую жену.

Расположения жены добился на удивление быстро. Но жизнь с ней не ладилась из-за того, что кроме своей и его внешности, секса и развлечений, она мало чем интересовалась. Да и вообще мало что умела, даже по дому. Зато как ловко накинула на мужа хомут! Хозяйство Васе приходилось вести самому. Играя на его доверчивости, супруга заставляла покупать много ценного имущества и недвижимость, что в случае развода можно было бы ловко отсудить себе. Со стороны всем было ясно: девочка хорошо устроилась. Василий это понял далеко не сразу и долго не хотел в это верить.

В отсутствии мотивации, будучи человеком семейным, как и многие его друзья, качаться он бросил, как и принимать протеиновые коктейли. И тут же стал полнеть. Мышцы сдувались, выглянул неприятный животик. Еще по непонятной причине испортилось зрение, стал носить очки. Жену это перестало устраивать, и она «веником» и угрозами уйти погнала его обратно в спортзал. Снова взялся за себя. Но необратимые изменения в организме и внешности уже произошли. И даже при наличии тренировок, внешность сексуального парня никак не возвращалась, все больше превращая его в несуразного, но грозного дядьку, с которым чревато спорить. Впрочем, для начальника службы безопасности – самое то.

Вообще брутальные и сильные самцы заводят многих девушек, но Вике такие отношения были не нужны. Милая детская наивность в ней, выросшей в глуши на детских сказках, искала принца, а не орка. Однако общение делало свое дело, и к концу поездки Вика была уже чуть более спокойна, а в Васе видела все больше коллегу, союзника и друга.

И вот двое суток путешествия через пол страны позади.

По приезду Вика думала, что ее будет встречать толпа народу, что нужно будет улыбаться и махать рукой, ну, или крылом. Но все оказалось прозаичнее.

Вначале Василий велел дожидаться в купе, пока все выйдут из вагона и уйдут с перрона. Ее выводили последней. На платформе около вагона ждали около десяти человек сопровождения.

– Вик, смотри, сделаем так. Ребята будут идти впереди и позади тебя. Тебе придется одеть вот эту накидку. Идем быстро и не останавливаемся. На выходе с вокзала нас будет ждать в автобус. Все поняла?

– Эм… да… – смущенно ответила Вика.

«Накидку? Быстро и не останавливаясь? Я что, от международного преследования удираю? Какая-то фигня!» – бурлило в голове крылатой красотки, но в слух она ничего не сказала, учитывая то как суетились Вася и его помощники.

На Вику нацепили темный балахон, скрывающий фигуру и крылья, затем спешно препроводили к стоявшему у вокзала автобусу. Со стороны могло показаться, что ведут преступницу.

Пока шли, Вика заметила окружающих прохожих, они были в легком шоке от фигуры в балахоне, окруженной группой специально обученных людей, освобождающих для нее проход. Шли быстро, а в автобус и вовсе вбежали. Дверь сразу же закрылась. Автобус почти сразу тронулся.

В недоумении от произошедшего, Вика задалась свойственным для ситуации вопросом «Какого черта это было?!» и решила спросить об этом Васю:

– Василий, простите… – скромно начала Вика.

– Вик, ну мы же договорились общаться на «ты»! – иронично сказал Василий и состроил огорченное лицо, которое выглядело одновременно и страшно, и смешно. Вика уже начала привыкать к нему понемногу. Она хихикнула, но тут же вернулась к серьезности:

– О’кей! Вась, поясни, зачем мне прятаться? Я ведь, кажись, уже раскрыла себя!

– В том-то и дело! – вздохнул Вася.

– Не поняла?! – озадачилась Вика.

– Вик, если ты сейчас будешь расхаживать напропалую, махая всем ручкой, очумевший народ очень быстро превратиться в толпу, которую только спецназом разгонять, а не мальчишками, что тебя встречали. Мы даже с вокзала уйти не смогли бы. Кроме того, Максим Петрович готовит целую программу по представлению тебя общественности. А до этого мы не должны отсвечивать, иначе сюрприза не получится!

– Хах! Теперь ясно. Сюрпризы – это святое! – усмехнулась Вика.

– Это точно! Так что пока соблюдаем режим секретности. Потом всё будет. Зуб даю!

– Не стоит, – усмехнулась Вика, – Зубы беречь надо!

– О, уже шутить начала? Другое дело! – радостно произнес Вася.

Вика даже вздрогнула.

– Что ж… Ладно, пусть так… – улыбнувшись и нацепив наушники, она стала слушать плеер и смотреть в окно, за которым был большой город.

Автобус был специально предназначен для киносъемок, так что внутри было просторно, тут был целый бар, удобные места, туалет. Чтобы путешествовать с удобством – самое то. Ну, а для молодой девчонки, только что вышедшей из леса, это и вовсе был шик. Вида она не подала, но внутренне ликовала.

Впрочем, автобус впечатлил ее куда меньше, чем город, в который она приехала. Москва на самом деле красивый город. От огромных зданий с лепниной, широких асфальтированных дорог, обилия совершенно разных людей на тротуарах просто рябило в глазах и «сносило крышу вместе с верхним этажом». Город вызывал у Вики неподдельный восторг. Видя её интерес, Василий попросил водителя прокатиться таким маршрутом, чтобы показать Вике основные достопримечательности и улицы столицы. Ехали не спеша, так что Вике все удавалось рассмотреть сквозь широкие окна.

«Какая красота! Это лучший город на планете!» – думала про себя она.

Прибыли в гостиницу Хилтон. И без того впечатлённой Вике еще предстояла встреча с роскошным номером. Ее новой обителью. Комната на втором этаже в алтайском домике была не больше шкафа для вещей в этом номере. Хотя и та Вике казалась просторной. Высокие потолки с лепниной, гарнитур с фигурной резьбой по красному дереву, широченная кровать с нежным ослепительно белым бельем и обилием подушек, люстры и светильники – как во дворце. Ванная и душ вообще поражали белизной и помпезностью. А еще, к её огромной радости, для того, чтобы получить горячую воду, не нужно было топить печь. Земля и небо по сравнению с алтайским заповедником. Впрочем, с ходу нашлись и минусы. Вика сразу заметила, что воздух в городе неприятно пахнет. Сразу вспомнилась старенькая песня: «Глотая воздух простуд и сквозняков с запахом бензина и дорогих духов»[1]. То же самое было и с водой, которая воняла хлором.

«Где же они питьевую воду берут? Надеюсь, не пьют эту отраву?!» – подумала Вика, когда попробовала на вкус водопроводную воду, готовясь к вечернему ужину.

Приняв душ, она почувствовала сухость кожи. Такого на Алтае точно не было. Крылья она решила почистить только щеткой, так как для полноценной сухой чистки условий пока не было.

Еще не очень приятными моментами жизни в городе были обилие машин, хамоватые водители и пробки. Постоянный городской шум тоже доставлял дискомфорт. Не сравнить с тишиной алтайского леса.

«В Москве спят либо глухие, либо смертельно уставшие! Как можно спать в таком грохоте?!» – в недоумении думала Вика, которую раздражал постоянный монотонный гул.

Она думала пойти в ресторан, но и туда ей было нельзя. Все по заказу привезли в номер под чутким присмотром Василия. Это было вершиной дискомфорта для Вики. Запрет куда-либо выходить без охраны для человека, привыкшего жить свободно, словно птица в небесах, воспринималось как вызов, не иначе. Вика злилась про себя, но терпела. Учитывая новую незнакомую обстановку, это было разумно. Но бунтарские мысли уже бродили.

В остальном, ей думалось, что жизнь одарила ее сполна и выбор она сделала правильный. С этим заключением она и отходила ко сну в первую ночь на новом месте.

На следующий день ее повезли в офис подписывать контракт. Там ее встречал на тот момент начальник по маркетингу – Максим Петрович. Хорошо одетый солидный мужчина с круглым лицом, мило улыбающийся и всячески подчеркивающий свое к ней расположение. Он держался так, что к нему моментально возникало уважение и симпатия.

«Приветствую Виктория! Меня зовут Максим. Добро пожаловать в Москву! Искренне рад наконец лично познакомиться! Прошу вас за мной. Вас уже ожидают!» – добродушно и уважительно поприветствовал Вику Максим Петрович.

Вика очень нервничала, хотя этого старалась не показывать. Она отлично понимала, что это важный день в ее жизни.

«Сколько обходительности. Всё серьезно! Косячить нельзя, а то еще вытурят!» – думала она, идя по офису компании, пестрящему хорошей мебелью, аккуратными сотрудниками в пиджаках и множеством систем наблюдения и безопасности.

Впрочем, Максим Петрович, заметив напряжение, постарался его разрядить:

– Как думаешь – почему цапля стоит на одной лапе?

Вика задумалась, пытаясь вспомнить биологию и ответить умнее.

– Сурово задумалась! – усмехнулся Максим Петрович, – …Потому что если она поднимет вторую, то она упадет!

Вика не удержалась и хохотнула. Шутка была бородатая, но сразу не вспомнилась и на эмоциях вызвала смех, который теперь было трудно сдерживать. Атмосфера разрядилась. Пока шли и ехали в лифте Максим открыто и непринужденно общался, никакого формализма и нагнетающих фраз не допускал. На любые вопросы отвечал подробно и вежливо.

Они вошли в просторную переговорную, где за огромным столом сидел совет директоров. Это были люди разных возрастов. Одеты были по-разному, некоторые совсем не официально, но поскольку сидели в одном ряду, как про себя отметила Вика, значит, скорее всего, имеют равный уровень значимости в компании.

Ее представили коллегии. Надо сказать, все были поражены. Даже попросили помахать крыльями, так как до последнего не верили в такое чудо. Формальное общение было недолгим и весьма поверхностным. Вскоре поступило предложение «отметить такое событие», и все вместе они проследовали в ресторан в том же здании, где был организован фуршет в честь Вики.

Вика этому была удивлена, поскольку она еще ни на что не согласилась.

«Я же еще ничего не подписала и не на что не согласилась, а мне уже стол накрывают?! Это „жжж“ не спроста!» – впрочем, вида она не подала и, улыбаясь, прошла за ними.

На мероприятии общение шло более активно. Вике постоянно наливали разные напитки (явно не всегда лимонад), она чувствовала легкость и какую-то развязность. Напряжение как рукой сняло. По окончанию фуршета ей предложили подписать договор-контракт, для начала на пять лет, а потом уже, в случае успеха, «пролонгировать».

Договор был увесистый, и только читать его нужно было несколько часов, осмысливать же – и того дольше. Но создавалось впечатление, что все только и ждали, чтобы Вика подписала его, даже не читая.

Вот только дочь двух родителей-ученых никогда не была тупой. Внутри у неё всё взбунтовалось, заставив моментом протрезветь. Еще до поездки она читала про договорные отношения и обилие в этом мошенничества. Поэтому, несмотря на все уговоры и сладкие обещания, она твердо сказала:

«Я ничего подписывать не буду, пока не прочту и не пойму под чем подписываюсь! Прошу дать мне время в несколько дней и юриста!» – твердо и четко выдала Вика.

От «птички-простушки, вылетевшей из леса» этого явно никто не ждал. Мысли типа «В каком дупле ее этому научили?!» или «А курицы оказывается еще и думать могут!» отчетливо читались у некоторых на лицах. Но не у Максима Петровича. Тот без лишних разглагольствований улыбнулся и согласился на её условия. Несмотря на шальные мысли, никто другой и не вздумал сопротивляться. Дали ей неделю и своего юриста.

«Нас так просто не возьмешь!» – мысленно хорохорилась тогда Вика, – «Спасибо папа и мама! Пригодилось!» – ведь именно они заставляли изучать эту на тот момент, казалось бы, ненужную науку – юриспруденцию.

Засев за договор, Вика сразу увидела, что ничего не понимает. Он был так написан, что читать его было тяжело, а слов таких в лексиконе Вики и в помине не было. Вернее, она что-то подобное читала, но это было так давно, что уже и не вспомнишь. Приходилось постоянно лазить в интернет и буквально расшифровать написанное.

Юрист, которого предоставил холдинг, добросовестно помогал. Вот только доверия у Вики не вызвал с самого начала. Он был молодой, симпатичный, но слишком активный и представлял все в радужном свете. Не нужно быть гением, чтобы раскусить в таком субъекте «засланного казачка». В идеале нужен был другой юрист, непредвзятый. Но поскольку у самой Вики денег на стороннего юриста не было, пришлось как-то разбираться самой. Спустя пару дней она стала задавать вопросы не по пунктам договора, а по значению отдельных фраз и предложений и сверяться с интернет-статьями. Так и разобралась.

К тому же Вику аккуратно предупредил Василий. Периодически посещая и навещая ее за работой, он знал, о чем юрист и Вика говорят. А еще о том, что юрист сообщает за ее спиной в компанию подробности их с Викой работы, и оттуда получает указания, как действовать. Благодаря этой информации Вика поняла, что нужна этим людям намного больше, чем они ей. Отпустить ее – они не отпустят. И пойдут на все, чтобы получить её подпись.

Ложь и заговоры были для Вики чем-то угрожающим и страшным. Поначалу она думала вообще отказаться. Но посидев в роскошном номере с чудным видом из окна, поев вкусной еды и хорошенько всё обдумав, решила рискнуть. Энтузиазм в осуществлении мечты был в ней ещё не растрачен. Зная всю подноготную, можно было из этих удалых бизнесменов веревки вить, но малышка Вика была еще «наивной пташкой» и не стала пользоваться таким подарком судьбы в полной мере. Взыграли совесть и честность. Потому она попросила исключить только то, что считала неуместным, и получить то, что считала необходимым.

Она решила, что так будет честно.

Итогом недельной работы было внесение в договор изменений по пятнадцати пунктам. А восемь пунктов и вовсе исключили. Так была исключена любая работа обнаженной, даже за дополнительные гонорары, работа более восьми часов в день без перерыва и выходных, работа в любых религиозных учреждениях (Вика не забыла наказ отца), и еще множество совсем неадекватных требований. Оплату компанией образования, проживания, питания, страховки и услуг врачей, отдыха, транспорта и прочих условий, как рабочих, так и досуговых (вроде полностью организованного и оплаченного отпуска класса «ультра-всё-включено») Вика попросила включить в договор. До этого формулировки по этим вопросам были расплывчаты и буквально списывали всё это на саму Вику и её зарплату.

Вопрос о зарплате, кстати, для Вики был довольно сложным. Она не знала, сколько стоит работа, на которую она по договору соглашалась. Оттого зарплату размером в пару миллионов рублей в месяц сочла сказочным предложением. Проконсультироваться было не с кем. Знакомых, что добились успеха в этой сфере, у Вики не было. В сети тоже только расплывчатая информация. Да и кто в здравом уме честно ей бы ответил, сколько получает? Тем более в компании, в которую она попала… А между тем, такие деньги в крупной компании даже копейками не считаются.

Наконец, договор был подписан. На следующий же день Вике предстояло включиться в работу и стать лицом и телом рекламной кампании.

[1] Песня «Город-сказка» группы «Танцы минус»