Читать книгу "Жажда доверия. Часть 2. Любовь бессмертного бессмертна"

Глава 28

Рей Брэдбери всерьез никогда не интересовал Германа. Когда-то давно ему на глаза попалась всего одна вещь этого автора, но даже название забылось с годами. Алекс подсунул брату рассказ, узнав о предстоящем дне рождения его таинственной девушки. «Апрельская ведьма» или что-то подобное – так, кажется, называлось недлинное и скучноватое произведение о неком эфемерном существе, парящем над миром и по своему желанию вселяющемся в тела случайных людей, если ему хотелось обрести какой-нибудь чувственный опыт.

«Фантазия интересная, но образ неприятный. К тому же скучно. Какое-то воздушное безе, а не текст».

Зато теперь Герман удобно устроился за чтением совершенно другой книги прославленного гения фантастики. На провисшей кровати с тощей застиранной полушкой в наволочке, покрытой желто-бурыми разводами, ему это удалось не сразу. И все же страницы книги сменяли одна другую. Бессмертный читал со скоростью, близкой к человеческой, не торопясь, смакуя, детально вырисовывая в воображении происходящее до последней мелочи. Уже скоро «451 градус по Фаренгейту» должен был подойти к своей развязке. Дом Монтега полыхал, поджигаемый собственным хозяином. Внутреннему взору Германа открывалось здание из стекла и бетона, сжираемое огнем. Рыжие языки лизали стены, разбегаясь от огнемета клубком змей, заползали между страниц драгоценных книг. Бессмертный точно стоял где-то в дальнем углу комнаты и наблюдал за происходящим. Пальцы замерли, не решаясь перевернуть страницу, пока их хозяин не насытился чудесным видением.

Вампир так реалистично представлял себе происходящее в книге, что, когда его обоняние уловило запах дыма, поначалу даже не придал этому значения. Вдохнув его и решив, что хватит наслаждаться картиной пожара, Герман перевернул листок и стал читать дальше.

Монтег спасался бегством, зарево от огромного костра осталось далеко позади, вот только запах гари все также висел в воздухе небольшой камеры, где был заключен бессмертный.

Герман опустил книгу себе на живот, и его взгляд скользнул по двери. В узкую щелку сверху просачивался серовато-белый дым. Затем раздались взволнованные возгласы и крики в дальних концах здания тюрьмы. Вампир отложил раскрытый том по линялое одеяло, встал и подошел к двери, прислушиваясь. Сначала он не заметил ничего необычного, в коридоре стояла тишина, затем снова чей-то далекий возглас и уже нарастающий шум. Пожар. Здание тюрьмы горело.

Под потолком крепилась небольшая белая коробочка из пластика. Противопожарная сигнализация. Глаза бессмертного отыскали ее в скапливающемся сверху дыму. Красная лампочка, привычно мигающая, теперь не горела. Не было и визжащего, разрывающего барабанные перепонки, звука пожарной тревоги.

Вампир отошел обратно к своей койке и опустился на нее, раздумывая.

– Огонь, вода, множественные увечья, от которых самостоятельно уже не сможешь оправиться – вот, пожалуй, и все, чего тебе стоит опасаться, – так говорил когда-то Влад еще маленькому сыну. – Если тебя охватит пламя, и останется только кучка пепла – это конец. Если тебя скуют по рукам и ногам и с камнем бросят в реку, то без воздуха через пару часов ты впадешь в анабиоз, а затем, спустя несколько дней, умрешь. Если тебе отсекут голову или, к примеру, прострелят ее так, что на месте лица останется огромная дырка насквозь, и некому будет собрать тебя обратно и помочь регенерировать, то ты, конечно же, труп, мой мальчик.

Дым медленно наполнял небольшое помещение. Герман уже чувствовал жжение в горле и слышал, как в других камерах раздается кашель и нарастают крики с призывами о помощи.

– Дело плохо, – нервно произнес вампир.

Люди в коридорах задыхались от дыма, слышалось лязганье замков и топот ног. Бессмертный пока свободно мог дышать, хотя и чувствовал гарь, проникающую в легкие. Он имел неоспоримое преимущество перед всеми, бывшими в здании. И все же Герману пришлось натянуть ворот футболки на переносицу, чтобы поглощать меньше дыма. Затем он замер в ожидании. Рано или поздно за ним должны были придти. Слух бессмертного безошибочно вычленял в какофонии звуков щелчки и скрип отпирающихся дверей. Они раздавались все ближе. Ждать оставалось считанные минуты.

Внезапно прогремел взрыв. Стены дрогнули, Германа отбросило на пол, он упал на четвереньки. Сверху посыпалась побелка, а по стенам побежали тонкие паутинки трещин. Где-то в глубине что-то рушилось, должно быть, обвалились лестничные марши. Коридоры полнились криками, но шагов больше слышно не было. Только нарастающий треск и гул пламени.

– Hey! Is anybody there? Open the door!22
  Эй! Есть там кто-нибудь? Откройте дверь! (англ.)


[Закрыть] – Герман с силой постучал по двери.

Обитая металлом, под ладонью бессмертного она издавала звук, похожий на гул большого гонга. Вампир прислушался. Только далекие крики и шум огня. Холодный металл уже начала нагреваться, дым все полз и полз из-за щелей внутрь. Заключенный впервые кашлянул и быстро снова надвинул на лицо сползший ворот футболки.

– Hey! Help me! I’m here! Open the fucking door!33
  Эй! Помогите мне! Я здесь! Откройте чертову дверь! (англ.)


[Закрыть] – он снова замолотил руками по обшивке, а затем с досады пнул ее ногой.

«Даже вмятины не осталось. Сделали на совесть, сукины дети! Чтоб вас!»

Дверь была прочная, с усиленным проемом, которую если и выбьешь, то только вместе с кусками стены и арматуры. Однако выбора не оставалось, и Герман с усилием приложился об нее плечом, затем еще и еще раз, отходя все дальше к противоположной стене, беря разбег. Он снова закашлялся, но не останавливался. Крики на той стороне стихли.

«Там, должно быть, сейчас настоящий ад».

Удар плечом снова и снова. С потолка опять посыпалось, стена с единственным выходом вздрагивала всякий раз под ударами вампира, но пока не поддавалась.

Внезапно с той стороны постучали. Послышался приглушенный крик.

– Stop! I’m opening! Now!44
  Стой! Я открываю! Сейчас! (англ.)


[Закрыть]

Затем в замок вставили ключ, и время замерло. Герман молился, чтобы механизм не был поврежден его же усилиями. Секунды тянулись, отмеряемые ударами сердца. Поворот ключа, второй, затвор подался, и дверь открылась. За ней стена дыма и отсветы пламени. Не раздумывая, Герман сделал шаг вперед, в похожее на раскаленную духовку пространство коридора, как вдруг ему в затылок что-то уперлось, раздался характерный щелчок, и все тот же глухой голос произнес:

– Повернись, – с акцентом, но по-русски сказали за спиной.

Бессмертный выпрямился, расправляя плечи. Ворот футболки сполз с лица, давай дыму беспрепятственный проход в легкие. Затем Герман медленно обернулся.

Позади него стоял человек в форме работника тюрьмы. Его лицо скрывал черный армейский противогаз. Только темные глаза виднелись за стеклами. Дыхание неизвестного производило характерный шум в двух пазухах по бокам защитной маски. Ремни, держащие ее, пролегали через густые каштановые волосы, такие же, как и у самого Германа, только подстриженные короче.

Дуло пистолета уперлось бессмертному под левый глаз. Даже оно уже не было прохладным, начав нагреваться в этой дымной преисподней. Вампир силился не кашлянуть, чтобы не спровоцировать выстрел.

– Ну, вот мы и встретились. Я много слышал про тебя, – искаженный противогазом, голос все же звучал очень молодо. – Так далеко забрел малыш от дома.

Последние слова были произнесены незнакомцем нараспев, на исковерканном старом наречии, явно бывшем ему чужим. Строчки из колыбельной, которую когда-то перед сном пела маленькому Герману его мать.

Вампир молчал, продолжая всматриваться сквозь прозрачные стекла в ту часть лица неизвестного, которую мог разглядеть. Внезапно тот свободной рукой сдернул с головы противогаз.

Молодой смертный, почти мальчишка, не старше двадцати. Он ехидно осклабился, точно его вид должен был что-то сообщить Герману, напугать его. Однако дым заставил его закашляться, от чего дуло пистолета дрогнуло, а затем вжалось в щеку вампира еще плотнее.

– Что же ты не бежишь? – с вызовом спросил парень. Его глаза начинали слезиться от гари, но он вопреки всему выглядел счастливым, точно вытащил выигрышный билет в лотерее.

– Не успею, – честно ответил Герман.

– Верно. Твои мозги разлетятся по всему коридору. И я не дам тебе их собрать.

Парень кивнул на черную спортивную сумку у стены. О ее содержимом бессмертный мог только догадываться.

– Это твой конец, молодой дракон. Тебя, как и весь твой род, ждет смерть. Сегодня ты встретишь в аду свою грешницу-мать, и очень скоро твой осквернитель-отец последует за тобой!

Герман молчал, чувствуя, как между лопатками от страха и подступающего жара выступает пот. Почти как у человека.

Парню с пистолетом было тяжело дышать. Он на несколько вздохов приложил к лицу маску, не сводя торжествующих глаз со своей жертвы. Затем снова отнял ее и улыбнулся:

– Жаль, что у нас с тобой мало времени. Хочешь сказать что-то напоследок?

– Да, – голос вампира звучал хрипло из-за дыма и подступившего страха. – Сколько вас таких смелых?

– О-о-о! Достаточно, чтобы… – парень закашлялся особенно сильно, чуть согнувшись. Дуло пистолета снова сместилось по щеке.

Бессмертный среагировал молниеносно. Левой рукой он перехватил пистолет. Грянул выстрел, скулу и ухо Германа обожгло, точно пламенем, горячей пулей. Вампир ловко отскочил вправо и, ухватив парня рукой за шею сзади, точно куклу, приложил лбом о стену. Еще один выстрел прозвучал перед ударом, затем тонкий слух бессмертного уловил только, как треснул череп его противника. Тот безвольно повалился на пол, стоило только разжать руку.

Кровь из раны на ухе и скуле тонкой струйкой потекла по шее. Герман ладонью отер ее и слизал все до капли. Время, проведенное здесь взаперти без пищи, вдруг дало о себе знать. Он был страшно голоден. У его ног корчился молодой смертный. Кровь из раны на лбу хлестала и заливала его широко распахнутые, удивленные глаза.

Вампир ногой оттолкнул валяющийся рядом пистолет и присел на колени. Он взял умирающего за плечи и привлек к себе, всмотрелся в его лицо. Едва уловимое сходство было между ними. Секунду Герман медлил, затем припал губами к ране на лбу своего неудавшегося убийцы, точно целуя его перед отходом в последний путь.

«Такая кровь не должна пропадать».

Он пил, пока жизнь не оставила парня, затем осторожно положил его на пол и встал. Жар и дым не позволяли разогнуться до конца, и бессмертный заспешил вперед, туда, где должен был быть выход.

«Разбирая завалы, они найдут труп с проломленной головой. Решат, что в дыму и панике он просто дезориентировался и наскочил на стену».

Стоило ему так подумать, как за спиной раздался треск и гул. Часть перекрытия обрушилась, погребая под завалами неизвестного парня и других людей, задохнувшихся в дыму.

Полуденная залитая солнцем улица была перекрыта и оглушена сиренами. Пожарные расчеты подъезжали один за другим, спасатели разматывали рукава брандспойтов и тянули их к горящему зданию, но все понимали, что этим уже никого не спасти.

Территорию оцепили по периметру. Тем, кто успел выбраться, оказывали помощь прямо на газоне, на противоположной стороне улицы. Невредимых заключенных полиция сковывала наручниками и запирала в патрульных машинах. Раненных забирали экипажи скорой помощи. На траве рядом друг с другом сидели преступники и работники тюрьмы. Врач вводил в вену женщины в форме иглу, а за плечи ее поддерживал бритый наголо татуированный мужчина, ее «подопечный». Она плакала, и слезы оставляли светлые полосы на перемазанном гарью лице.

Еще один пожарный рукав протянули спасатели к главному входу. Изнутри валили серо-черные клубы гари, в глубине полыхало пламя. Уже собирались включить, как вдруг кто-то выкрикнул:

– Look!55
  Смотрите! (англ.)


[Закрыть]

Внутри, в отсветах пожара показался силуэт, и через пару мгновений наружу вышел парень. Обнаженный торс вымазан гарью, футболка плотно прижата рукой к лицу, чтобы защититься от дыма. Невредимый, только светло-голубые джинсы замазаны в чьей-то крови. Каштановые волосы до плеч скрывали слезящиеся глаза.

Сквозь толпу пожарных пробился полицейский. Завидя его, длинноволосый парень поднял вверх обе руки. Сотрудник полиции снял с пояса рацию и передал, что у них есть еще один выживший. Судя по всему, последний.

Глава 29

Спустя пару дней после разговора с Алексом произошло нечто странное.

Несмотря на то, что девушке с трудом представлялся ее новый учебный год и возможность жить обычной жизнью, она все же заказала через интернет несколько книг из программы первого семестра. Курьер доставил их вечером того же дня. Распаковав полученный пакет, Кристина на автомате открыла первое попавшееся издание и пробежала глазами по оглавлению. В это время с ней случилось кое-что, плохо поддающееся словесному описанию. Раскрытая книга оставалась на месте в то время, как остальной мир будто бы сделал оборот, подобно барабану в каком-нибудь телешоу. И такой же оборот совершился в сознании самой Кристины.

Она от неожиданности схватила ртом воздух, отпрянула и осмотрела комнату. Гостиная замерла и затаилась, точно ничего не происходило. Тогда девушка прислушалась к самой себе.

Тишина, ни голода, ни головокружения.

Книга в ее руках выглядела вполне обычной. Кристина поднесла издание к носу, но не почувствовала ничего, кроме запаха картона, полиэтилена и типографской краски. Яркость букета ее не смутила. Какое-то время назад уже стало понятно, что слух и обоняние обострились до предельно возможных.

Не найдя ничего особенного, она просто открыла книгу на середине и начала читать. Но вместо понимания привычных слов будто бы упала в воду. Ни букв, ни строк перед глазами, только безбрежный поток чистой информации. Не владея собой, Кристина листала страницы со скоростью, недоступной людям. Пара мгновений, и рука автоматически вместо очередного тонкого листка хлопнула твердой обложкой. Девушка «вынырнула», судорожно вдохнула полную грудь воздуха, затем покачнулась и осела на пол. В испуге отбросила книгу прочь, как что-то мерзкое, и та проскользила глянцевой обложкой по паркету до самой стены. Сердце билось часто, заполняя эхом ударов легкие, в голове шумело.

Сначала на коленках, потом на неверных ногах, стараясь держаться за стены, Кристина дошла до кухонного стола, где оставила мобильный. Руки сами нашли нужный номер.

– Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети.

Алекс оказался недоступен, а больше задать вопрос о том, что с ней происходит, было некому. Она оперлась ладонями на столешницу и опустила голову, размышляя, но мысли путались. Появилось стойкое чувство, будто черепную коробку заполнили чем-то новым, но отстояться не дали, и несвязные обрывки фраз носятся кругами, точно размешанные невидимой ложкой песчинки сахара.

– Мне нужно на воздух, – вслух проговорила Кристина и двинулась в прихожую.

Гостиную она миновала почти бегом, стараясь не смотреть на распакованные книги и одно издание, валяющееся на полу. Надев джинсовку и простые тканевые тапочки, девушка выскочила в подъезд. Она пролетела лестничные марши на одном дыхании, намеренно затормозив себя только перед холлом, где за своей стойкой привычно подремывал консьерж. Миновав его, снова прибавила темп, распахнула дверь, ведущую из подъезда, и буквально врезалась в того, кто находился за ней.

– Ох! Извините! Пожалуйста, простите! – она подняла глаза от рубашки на его груди. Сверху вниз на нее, улыбаясь, смотрел Алекс.

– Куда-то спешишь?

На улице было облачно, как будто собирался дождь, низкие облака почти задевали крыши. Ранние сумерки выдавали приближение осени. Бессмертный в этот раз не надел темные очки, и его глаза перекликались цветом с пасмурным небом.

– Нет. Просто решила немного проветриться. И кстати, я звонила, а ты был недоступен.

– Я видел твой непринятый вызов. Решил не перезванивать, так как все равно шел к тебе. Что-нибудь случилось?

– Да, видимо, случилось, – Кристина внимательно посмотрела на него.

Алекс выглядел не таким, как при их последней встрече. Улыбающийся, без тени напряжения, будто радующийся чему-то и одетый почти по-парадному. Золотисто-бежевая узкая рубашка с подвернутыми рукавами оттеняла легкий загар и делала акцент на худом и подтянутом торсе. Черные брюки, ремень и изящные туфли. Образ дополнял кейс серебристого цвета. Возле рукоятки Кристина сразу заметила кодовый замок.

– Что это у тебя? – поинтересовалась она.

– Да так, полезная мелочь. Если ты не против, может, поднимемся в дом?

Молодые люди молча вошли в подъезд и миновали консьержа. Казалось, задремавший старик даже не заметил их присутствия. По лестнице они поднялись так же молча и, только войдя в квартиру и заперев дверь, вампир подал голос.

– Ну, так что у тебя стряслось? Надеюсь, это что-нибудь важное.

– Я никогда не позвонила бы просто так, – отрезала девушка, но затем ее тон смягчился. – Произошло кое-что странное. Я сейчас открыла книгу и, кажется, попала в «матрицу». Не знаю, как объяснить. Меня как будто башкой макнули в унитаз. Унитаз из чистого знания и информации.

Алекс, между тем, разулся и прошел в гостиную, заметив там книгу, валяющуюся у стены. Он подобрал ее и положил на журнальный столик к остальным. Кристине бросилось в глаза то, что серебристый дипломат вампир по-прежнему держал при себе, а не оставил в прихожей.

– Так что у тебя там все-таки?

Она глазами указала на его ношу, но вместо ответа послышалось:

– А холодильник работает?

– Да.

Гость двинулся на кухню, говоря:

– А ты, значит, заново осваиваешь чтение? Мне говорили, что такое бывает. Правда, описывали все немного иначе. Никто еще не рассказывал про унитаз.

– Кто говорил тебе об этом? – Кристина шла следом.

– Люди, обращенные в вампиров. У тех, кто родился таким, подобного не бывает.

– Знаешь, ты меня прости, конечно, но почему нельзя было меня заранее предупредить? Я то бросаюсь на людей, то мой мозг взрывается, стоит мне раскрыть книгу. Чего еще мне ждать?

Алекс только улыбнулся:

– По правде говоря, я не знаю. Все индивидуально. Я не так часто в своей жизни встречал обращенных, чтобы знать процесс во всех тонкостях. Что же касается твоих претензий, – он смерил девушку насмешливым взглядом, – ты уверена, что они по адресу?

Кристина помолчала немного, затем спросила:

– Это теперь все время так будет?

Вампир положил дипломат прямо на кухонный стол.

– Нет, пройдет со временем. Представь, что катаешься на американских горках. Раз страшно, два, три, пять, а потом привыкаешь, и ощущения уже не те. Так что наслаждайся, пока можешь.

Она поежилась от последних слов и ответила:

– Я не понимаю, как можно этим наслаждаться.

– Ну-у-у… Ты прочла книгу за сколько? Секунд за пять?

– Не знаю. Я не поняла, сколько прошло времени. И ничего не запомнила из того, что там было.

– Так перечитай, – засмеялся Алекс.

– Шутишь? Я чуть не умерла! – в это время Кристина не сводила глаз с кейса на столе. – Что там у тебя наконец?

– Прощальный подарок или набор для выживания. Понимай, как хочешь, – вампир, не торопясь, набирал комбинацию на замке.

– Ты что, куда-то уезжаешь? Вовремя, ничего не скажешь. Тебе же поручено присматривать за мной. Забыл?

Алекс отвлекся от дипломата, достал из заднего кармана брюк свой мобильный, нашел в нем что-то и протянул телефон девушке со словами:

– Прости, но, кажется, у меня теперь есть дела поважнее, чем быть нянькой для новообращенного вампира. Просто посмотри вот это.

Кристина поморщилась от слов «новообращенный вампир», но смартфон взяла. На экране была какая-то видеозапись. Она нажала на play.

Незнакомый телеканал, бегущая строка на английском. Похоже на репортаж.

Горящее здание, огромное, снятое то с улицы, то с вертолета. Черный дым тянулся далеко над городом. Люди на носилках спасателей, пожарные расчеты. Из речи диктора она поняла, что при пожаре произошел взрыв. Причины пока не установлены. В середине сюжета в объектив оператора попала сцена спасения из огня молодого мужчины. Он снял футболку, чтобы зажать рот и нос от дыма, а при виде полицейского поднял руки, точно сдаваясь.

Кристина вскрикнула и чуть было не уронила телефон на пол.

– Герман!

Вышедшего из огня сотрудник полиции увел в сторону машин скорой помощи, затем последовали кадры с другими пострадавшими и съемка с места пожара уже после тушения, с разбора завалов. На этом видео заканчивалось.

– Господи, Алекс! Что это такое?!

– А ты что, английского не знаешь?

Тем временем кодовый замок был открыт, щелкнул запирающий механизм, дипломат открылся. Кристина заглянула внутрь, попутно возвращая телефон, и снова не смогла сдержаться от шокированного возгласа:

– Господи, а это еще что?!

Внутри кейса, на поверку оказавшегося термическим контейнером, лежало несколько пакетов с темно-бордовой густой жидкостью.

– Алекс, это что, кровь?

– И-и-и у нашей телевикторины есть победитель! – наигранно, будто ведущий шоу, ответил вампир. – Да, это кровь. А на что еще похоже?

– Зачем ты приволок сюда эту дрянь?

– Я же сказал, что уезжаю. Некому может быть оперативно доставить тебе эти пакетики счастья, когда случится беда – твой очередной приступ голода. Я улетаю в Майами, через пару часов мой самолет.

Затем он с деловым видом открыл холодильник и собрался переложить туда свой драгоценный груз, но девушка ухватила его за руку.

– Подожди. Объясни мне, что происходит.

– Хотел бы я знать, – однако он замер, так и не положив пакет на полку, и перевел взгляд на Кристину. – В тюрьме, где до суда находился Герман, произошел пожар. Думаю, это ты и так поняла. Я воспользовался случаем и последовал твоему совету, поговорив с отцом. И вот! – он лучезарно улыбнулся. – Моя ссылка здесь окончена! Я снова в деле, улетаю к семье и постараюсь там быть полезным. А здесь мне делать нечего.

– А я? – растерянно спросила Кристина.

– А ты большая девочка. И с таким запасом провианта сможешь легко сама о себе позаботиться и не наломать дров. К тому же я буду всегда на связи, так что можешь звонить мне в любое время.

Он снова принялся перекладывать в холодильник темно-красные мешочки.

– Да уж, всегда на связи. Как сегодня, – проворчала Кристина и вдруг спохватилась. —Стой! Погоди. А если я все же не хочу, чтобы это происходило? Если я хочу остаться собой?

Взгляд Алекса стал слегка скучающим, он ответил не без некоторой иронии:

– Тогда терпи. Но если вдруг станет плохо, у тебя под рукой будет все необходимое.

– Погоди! – не унималась его подопечная. – Ты никуда не уйдешь, пока не расскажешь мне, что именно произошло в Майами. Как Герман? Как вообще такое могло случиться? Ведь тюрьма – это же охраняемый объект!

– Успокойся, Герман цел. С ним все в порядке или почти в порядке, если можно так сказать о вампире на диете, сидящем в клетке. Про пожар я сам пока толком ничего не знаю, кроме того, что здание сгорело целиком. Был взрыв или даже несколько взрывов, это сейчас устанавливается точно. Причины пока тоже не известны. Вопросов больше, чем ответов, как видишь.

– А это не может быть связано с… ну, с самим Германом? Какая-то месть за смерть того актера? Просто не странное ли это совпадение…

– Бинго! Это я и хочу выяснить. И поэтому не отвлекай меня, мне нужно скорее в аэропорт, пока отец не передумал и не изменил своего решения. Я и так слишком засиделся здесь, занимаясь отнюдь не первостепенными делами.

Он снова принялся заполнять холодильник жутким содержимым кейса. Его движения были торопливыми и возбужденными. Кристина понимала, что время на исходе.

– Подожди, Алекс.

– Ну что еще?

Она глубоко вдохнула и выпалила:

– Я хочу полететь с тобой.

Бессмертный замер и посмотрел на девушку так, будто прежде ее никогда не видел.

– Зачем? Я думал, ты мечтаешь быть подальше от таких, как мы. Сидеть и морить себя голодом, ждать, когда все само рассосется, помириться со своим покусанным смертным бывшим, быть может. Потом продать эту квартиру, разделить с ним деньги, а про это все забыть, как про страшный сон. Разве нет?

Звонкая пощечина была слышна, кажется, во всех уголках огромной квартиры. Рука девушки сама сделала все, не рассчитав силу удара. Меняющееся тело оказалось сильнее, чем можно было ожидать. Алекс покачнулся, от неожиданности он не успел среагировать. Его левая щека залилась румянцем, и он прикрыл ее ладонью.

– Ау! Зачем так грубо?! Мне казалось, мы друзья или что-то вроде. Не боишься, что я могу ответить на такое?

Он сделал шаг вперед. Кристина была слишком рассержена, чтобы бояться его угроз. Поэтому просто повторила:

– Возьми меня с собой.

При виде ее решительного настроя Алекс смягчился. Он молча достал мобильный и залез в одну из многочисленных вкладок. Спустя минуту ответил:

– Не выйдет. Видишь? Билетов нет, – вампир показал ей экран телефона.

– Посмотри на другой рейс, – не отставала девушка.

Парень колебался. В это время ему позвонили. Посмотрев на экран смартфона и увидев, кто именно ему звонит, бессмертный нажал «ответить», вышел из кухни и закрыл за собой дверь. Но даже так Кристина могла слышать каждое произнесенное им слово.

– Да, слушаю. Нет, еще не в аэропорту. Образовалась одна проблема, требующая решения.

Девушка замерла, стараясь не пропустить ни слова.

– Есть персона, желающая сопровождать меня. Да, отец, ты ее знаешь, – затем пауза. – Без понятия. Хочешь, я передам трубку, и ты сам спросишь у нее, что заставило ее принять такое решение?

Кристина слышала, как Алекс сделал пару шагов по гостиной к двери, за которой она притаилась. Девушка отошла, чтобы он не застал ее подслушивающей. Однако до входа на кухню бессмертный не дошел, проговорив:

– Хорошо, я все устрою. До скорой встречи.

Затем дверь открылась.

– Поздравляю. На твою сумасбродную идею мне дали добро. Так что иди, собирай вещи. Надеюсь, у тебя есть загранпаспорт?

Она кивнула, но продолжила стоять в легкой растерянности.

– Что-то не так? – поинтересовался Алекс.

– Паспорт есть, только вот денег нет.

– Об этом не переживай. Расходы, визу и все, что нужно, я беру на себя.

Александр по-хозяйски устроился на большом диване в гостиной, ища для них билеты на другой рейс, пока Кристина наспех собиралась в дорогу. Она достала из гардеробной свой дорожный чемодан на колесиках и побросала в него несколько летних вещей вперемешку с шампунем и прочей мелочевкой. Все время, пока девушка металась по дому, ее лысая кошка Брида неотступно следовала за своей хозяйкой. Посовещавшись, молодые люди решили оставить консьержу ключ и поручить кормить животное до возвращения девушки.

На улице стемнело, но Алекс, увлеченный поиском билетов в своем смартфоне, свет не зажигал и сидел в темноте. По счастью, для брони открылась пара мест на рейсе с одной пересадкой вместо двух. Парень быстро их забронировал и удовлетворенно отметил, что время их прибытия от такой рокировки почти не пострадало.

Чемодан стоял собранный в прихожей, а до открытия регистрации на рейс было еще несколько часов. Чтобы как-то занять время до выезда, Кристина включила телевизор, где по одному из каналов шел популярный молодежный сериал. Алекс полулежа устроился на диване и коротал время за чтением книги в своем телефоне.

– Есть хочешь? – вдруг поинтересовалась девушка.

Вампир перевел взгляд с экрана на нее.

– Это вопрос с подвохом?

– Нет, почему вдруг? – смутилась она. – Просто у меня там курица с овощами осталась. Я думаю доесть. И невежливо не предложить гостю.

– А-а, – он слегка улыбнулся. – Нет, спасибо. Я сыт, во всех смыслах. И кстати, тебе рекомендую вместо курицы употребить то, что я привез. Впереди перелет, потом тоже может быть не до этого. Не боишься, что тебя скрючит прямо в самолете?

– Не скрючит, – уверенно ответила она.

Затем встала и проследовала на кухню, вернувшись через пару минут с парящей тарелкой рагу.

Время шло. Двое, сидящие в полумраке огромной гостиной, почти не говорили друг с другом. Девушка не могла этого видеть, но бессмертный изредка отрывался от чтения и тайком на нее поглядывал.

Телеэкран мигал картинками, но мысли Кристины были далеко. Она думала о том, что видела в репортаже. Существу вроде Германа ничто не могло угрожать всерьез, и все равно внутри, где-то в легких, будто дрожал воздух. Липкое и слабое, но все же паническое чувство, как если бы девушка состояла целиком из желе, и к нему бы прикоснулись электрической зубной щеткой.

Напряженную атмосферу нарушил новый звонок телефона. Алекс посмотрел на дисплей и чуть вскинул брови:

– Да? Слушаю.

На том конце послышался молодой мужской голос, говорящий с акцентом. Кристина отключила звук телевизора, чтобы он не мешал разговору.

– Нет, Ник, мой вылет задерживается. Я буду чуть позже, чем обещал и, разумеется, готов встретиться с вами. Так вам удалось попасть к нему? Где его разместили после пожара?

Мужчина на том конце пустился в объяснения, слушая которые, Алекс удовлетворенно кивал время от времени.

– Кто это? – шепотом спросила Кристина.

Бессмертный прикрыл рукой микрофон и тихо произнес:

– Адвокат Германа, – затем убрал ладонь. – И что, есть надежда? Ник, это было бы прекрасно. Если вы можете посодействовать, мы готовы на все, чтобы это устроить. И… – он снова посмотрел на Кристину, которая со своими длинными вьющимися волосами была похожа на рыжего спаниеля, принявшего стойку под ружьем и возбужденно ждущего выстрела, – я мог бы с ним поговорить?

На том конце послышался утвердительный ответ и просьба подождать. Глаза девушки расширились, она нервно сцепила пальцы. И вот на том конце раздался знакомый голос:

– Привет, Алекс.

Младший брат расплылся в улыбке:

– Привет. Ну как ты? Адвокат говорит, тебя после пожара устроили вполне сносно и, вроде бы, есть возможность ускорить суд.

Герман что-то ответил, но Кристина не расслышала. Приступ внезапного волнения точно оглушил ее. Ладони вспотели, пальцы рук крепко сплелись, став непослушными и похожими на холодных мокрых червей, парализованных судорогой. Сердце билось часто, гоня к голове горячую кровь, заставляя лицо пылать. Неожиданно Алекс протянул ей свой телефон.

– Вот. Он хочет поговорить с тобой. Конечно, если ты сама не против.

Девушка смотрела на мобильный, не в силах совладать с собой и взять его в руки.

– Ну же. Ты ведь сама хотела с ним поговорить, разве нет?

Кристина сделала над собой усилие и приняла из ладони бессмертного смартфон. Алекс встал и направился куда-то вглубь квартиры, чтобы не мешать разговору.

Девушка поднесла трубку к уху, но не смогла выдавить из себя ни слова. Спустя пару секунд, на том конце послышалось знакомое:

– Здравствуй, моя радость.

Она слегка вздрогнула и крепче сжала мобильный.

– Здравствуй. Герман.

Бессмертный улыбнулся, вслушиваясь в далекий голос. Скованные наручниками запястья снова мешали нормально поднести мобильный к уху. Адвокат стоял тут же, но его клиент сделал знак глазами на выход из комнаты, прося оставить его одного. Когда дверь за Ником закрылась, Герман спросил: