Текст книги "Гонщица"
![](/books_files/covers/thumbs_240/gonschica-219810.jpg)
Автор книги: Анна Кимова
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)
Глава десятая
Миля
*Декабрь 2018. Москва.
Над Гангстером колдовали механики. Это была копия автомобиля, но уже в другом цвете – черном с двумя огненно-рыжими полосками и белыми логотипами команды. Рядом с машиной стояли Стелла и Глеб.
Советник вздохнул:
– Эх, проводка, проводка… Ну это мы учтем. Замена мотора – дело нехитрое. Времени у нас было достаточно, так что резервный теперь будет всегда при нас.
– А сколько по времени занимает замена мотора?
– Недолго. Можно очень быстро сладить. Главное – наличие запасного.
Подошел конструктор, Стелла обратилась к нему:
– Когда будут готовы еще две машины?
– Месяца два осталось. В принципе там уже пойдут испытания по паспорту. Мы на втором экземпляре еще раз все протестировали, так что, возможно, это будет и быстрее. А вообще-то, вопрос не ко мне. Свою работу я выполнил.
Стелла кивнула:
– Хорошо. Я хочу до открытия следующей серии исключить всякие неожиданности и… Глеб, готовься к Байкальской миле.
– Ох, Стелла! Очередная суперидея… Ты представляешь себе, что такое ездить по льду? Нет!
– Уверен? Я в ледовом спидвее участвовала. – У Глеба отвисла челюсть. – Закрой рот, кишки простудишь! – беззлобно сказала девушка.
Они вышли из производственного ангара и стали подниматься на второй этаж.
– Скажи мне, были за последние три года экстремальные виды спорта, в которых ты не пробовалась? Так, для информации, чтобы больше не задавать глупых вопросов…
– Ты никогда не задаешь глупых вопросов. Поэтому я до сих пор держусь и не посылаю тебя куда подальше.
– Ага… Только поэтому?
Стелла посмотрела ему прямо в глаза:
– Ты профессионал. И не лезешь ко мне. И терпишь. Хотя вижу, как тебе иногда это трудно. Мне даже кажется, что я испытываю к тебе что-то похожее на уважение.
Глеб застыл на ее лице. В его глазах проскользнуло негодование:
– В этом ты права, трудно. Ты, даже делая человеку комплимент, умудряешься его оскорбить. Давно придушил бы тебя. Или ушел.
– Так что же не уходишь?
– Талант твой держит. Кто тебя еще терпеть будет? Пропадешь без меня.
Стелла и Глеб зашли в кабинет.
– Я и так пропаду. Что с тобой, что без тебя. В любой игре количество жизней ограничено.
– Когда я тебя слушаю, то иногда просто не верю своим ушам. Мы, конечно, все под Богом ходим и понимаем, что жизнь – штука хрупкая. Но твое отношение к этому делу находится за пределами даже моего понимания. Неужели с твоим-то характером ты не можешь овладеть собой?
– Штирлиц овладел собой и вскоре уснул…
– Прекрати своими прибаутками сыпать, заколебала! Я же серьезно с тобой говорю! С твоими способностями и деньгами ты можешь многое сделать. Я думал, что у тебя появилась цель, и это поможет. Ведь главное – обретение цели!
– Как громко звучит, цель… Мой отец очень любил это слово. А сейчас его больше нет. И что оно теперь значит? Ничего. Я думала, что если буду воплощать в жизнь цель отца, то это даст мне нить, которая протянется от него ко мне. Но нет. Я как ничего не чувствовала, так и не чувствую. А его как не было, так и нет. И не будет. – Стелла внимательно посмотрела на Глеба. – Какая-то мышиная возня. Ты вот говоришь способности? К чему? К трате денег? Если бы я хоть ощущала, что это классно, здорово, важно для кого-то… Если бы верила в то, что всё это кому-нибудь нужно. Как верил он. Отец знал, для чего это делал, а я вот не знаю. Для него? Я так думала, это правда. А теперь не думаю. И прошло-то всего несколько месяцев, полгода от силы. А я уже не верю. Как вспышкой мелькнуло и обратно угасло. – На ее лице отразилось опустошение. – Так что, Глеб, не мешай мне развлекаться. И не боись. Тот, кто уже мертв, не может умереть снова.
Стелла резко вскинула голову:
– Готовься к Миле.
*Март 2019. Самое глубокое в мире озеро
… Она вышла на лед. Перед девушкой раскинулась необыкновенная картина: светило пронзительное белое солнце, и небо над Байкалом стало каким-то нереально голубым. Стелла закрыла глаза. В ее голове вдруг зазвучал двадцатый ноктюрн Шопена.
*Видение Стеллы
Сквозь музыку пробился голос ее отца:
– Стелла, детка! Ты слышишь меня?
Горло сковал предательский спазм. Девушка попыталась ответить, но у нее вышло совсем тихо:
– Да, папочка. Я всегда тебя слышу.
Она открыла глаза. На поверхности голубого, словно мечта, неба проступило полупрозрачное лицо Германа.
– Ну что ты, держись. Ты же знаешь, я всегда с тобой.
– Не знаю.
– А я к тебе не один. Смотри, кого я привел!
Из-за полупрозрачного силуэта Германа вдруг показалась такая же едва различимая фигура. Это была Катерина. Она сказала:
– Ну, здравствуй, девочка моя! – этот голос пронесся ангелом в голове Стеллы.
– Мама? – задрожали звуки в ее горле. Голос отказывался подчиняться.
– Ну, конечно, счастье мое.
– А я думала, что больше никогда тебя не увижу!
– Ну что ты, радость моя? Я и папа – мы всегда будем рядом. Мы с тобой, не сомневайся. И мы тебя очень любим.
– Неужели есть кто-то, кто меня любит? Разве меня можно любить?
– Ну конечно, девочка моя! Мы всегда будем тебя любить.
Стелла сняла солнцезащитные очки, из ее глаз текли слезы. Она закричала:
– Не-ет!! Не за что меня любить! И некому! Вас нет, и вы никогда не вернетесь!
Она сползла на колени, упала лицом в снег и зарыдала.
*Байкальская миля
В кольце из гор среди снегов заледенела огромная поверхность озера Байкал. С высоты птичьего полета на ней просматривалось скопление техники и людей. Это были всевозможные виды авто и мототехники, спортсмены, сопровождающие, журналисты и корреспонденты. И над всеми этими людьми парила хищная птица.
*Беркут
– Стоило блестящей влаге превратиться в твердыню, как вы добрались и до нее, о странные существа! Вы все никак не найдете себе гнезда, бесприютные… Суета. Все всуе. Но поймете ли вы это когда-нибудь? – подумал Беркут, пролетая вдоль берега и осматривая свои владения.
Сердце его наполнилось сожалением. Но он продолжил свой полет в известном одному ему направлении. У хозяина неба были дела поважнее, чем думать о существах, что ходят на двух ногах.
*Журналист
Человек не видел беркута, он был объят чувствами возбуждения и нетерпения. Он посмотрел в объектив камеры, откашлялся и произнес поставленным голосом:
– Привет всем! Мы находимся в уникальном месте – месте гармонии, силы, и скорости, потому что здесь, на поверхности самого глубокого озера в мире, пройдет фестиваль – Байкальская Миля! Это десять стран участников, более ста претендентов на рекорды и тысячи зрителей! Это любители скорости не только на авто и мототехнике, но и на багах, картах, санках и даже велосипедах! Также мы увидим участников на нереальных олдскульных авто-конструкциях, ну и, наоборот, суперсовременных – как, например, обалденный по своей красоте гоночный болид отечественной сборки Гангстер БиБиДи. Давайте посмотрим на участников поближе!
Журналист подошел к первой группе людей.
– Ребята, расскажите подробнее, что это у вас…
– Это аэролодка, – ответил один из участников.
– Аэролодка? Вот это да! Я здесь ничего подобного больше ни у кого не видел. Вы тут один такой?
– Да, я единственный представляю аэролодку на Байкальской Миле. Поэтому и приехал. Захотелось внести элемент новизны. Ну и потом, на ней не так опасно будет ставить рекорды скорости, ведь даже если уйдем под воду, то будет возможность отличиться и на воде!
Он улыбнулся журналисту.
– А вы как-то подготовили ее специально для Мили?
– Ага! Заправил сотым бензином! – участник подмигнул ведущему.
Все вокруг рассмеялись.
– Что же, удачи вам! – пожелал журналист и повернулся лицом к камере. – А мы с вами пока пройдемся дальше!
Он подошел к следующей группе:
– Так, а здесь что у нас? Неужто мотовездеход? – протянул он, заглядывая в камеру.
– Здравствуйте! – ответил еще один участник. – Да, это зашипованный мотовездеход. Раздадим сегодня на этом красавце заповедную милю. Думаю, будет красиво!
Они рассмеялись. Журналист задал следующий вопрос:
– Вы приехали для того, чтобы поставить рекорд скорости?
– Мы приехали, чтобы в первую очередь победить себя, а потом уже поставить рекорд скорости. Добраться сюда, за несколько тысяч километров от дома, быть здесь – уже победа! В этом месте каждый русский человек должен побывать хотя бы один раз в жизни. А мы еще и рекорд попробуем поставить!
– Что же, подход заслуживает уважения! Какую скорость удалось показать?
– На двухстах метрах мы показали сто километров в час, но планируем сто пятьдесят – сто семьдесят.
– Была какая-то спецподготовка?
– Да. Мы установили гусеничный комплект, который производят у нас, в России, что очень патриотично. Тюменская компания изготавливает. В данном случае, – участник указал рукой в сторону гусениц, – это самый длинный комплект для того, чтобы было задействовано наибольшее количество шипов. Устанавливал я его самолично.
– Да вы что?? Покажите нам эти руки!
Участник протянул кисти рук в перчатках по направлению к камере.
– Желаю удачи! – заключил журналист.
Он подошел к команде Стеллы. На этот раз в объектив попал БиБиДи черного цвета с огненными полосками, рассекающими корпус. Возле машины стояли Стелла и Глеб. Едва увидев камеру, девушка зашла за машину, присоединившись к техникам из своей команды. Журналиста встретил Глеб.
– Добрый день! Какой же он у вас красавец!
– Добрый! Он не только красавец, а еще и в деле – настоящий зверь!
– Какое настроение царит в команде BadBadDrift?
– Боевое. Ведь дрифтовать приехали! Какое может быть настроение?
– Стелла собирается пилотировать болид самостоятельно?
– Безусловно, участие в Байкальской Миле – это идея Стелс и воплощать она, конечно, ее тоже будет самостоятельно.
– Какие планы у Стелс БиБиДи?
– Байкальская миля – это фестиваль, на котором все будут ставить классические рекорды скорости – ехать милю по прямой кто быстрее. Но Стелс не фанатка езды по прямой, слишком это однообразно и тоскливо, отсюда ее выбор и пал на дрифт. Тем более, что на Байкальской Миле скука может плохо кончиться – не хотелось бы, чтобы лидер нашей команды уснула за рулем на льду на максимальной скорости. Я как менеджер BadBadDrift обязан предотвратить подобное развитие событий. Уж очень не хотелось бы остаться без работы. Вы меня понимаете?
Все засмеялись.
– Поэтому мы в команде решили, что Милю, конечно, проехать можно, но только уж точно не по прямой. Поэтому БиБиДи попробует установить рекорд России в парном дрифте на льду.
– В парном? Стелс собирается раздвоиться?
– Нет, она у нас такая одна. Но к ее услугам ваш покорный слуга. Напарником Стеллы согласился быть я.
– Значит, мы увидим и второго Гангстера?
– Увидите. Он уже здесь. Я недавно закончил на нем один из тестовых заездов.
– Как прошли первые заезды? Каковы ваши прогнозы?
– У нас автомобиль, которому пока нет равных среди участников. Под капотом мощнейший мотор. Так что Стелс настроена решительно. А о предзаездах, что о них говорить? Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать!
– Все мы знаем основательный подход команды конструкторов бюро Ильиных, так что вы можете предвосхитить следующий вопрос: готовили ли авто специально для данного соревнования?
– Спецом для Байкальской мили нами были изготовлены карбоновые диски. Таким образом мы сняли по пять килограмм с колеса. За счет снижения веса мы планируем получить хороший результат по скорости.
– Кажется, что Стелла Германовна стала достойным продолжателем дела своего отца. Желаю вашей команде удачи в заездах!
– Спасибо!
Глеб тоже отошел за машину. Продолжая движение вперед, журналист сказал:
– Длина одной из трасс за моей спиной – чуть больше реальной мили и составляет тысяча шестьсот сорок два метра. Эта цифра равна глубине самого глубокого озера в мире – Байкал. Прямо за мной две трассы… – он указал на пространство позади себя, – …две мили, одна для автомобилей, другая – для мотоциклов. На этих трассах и ставятся рекорды скорости. Но при этом, как мы только что выяснили, сегодня нас ждет еще и бонус-приз в виде дрифта! Вот это новость! С нетерпением ждем начала заездов!
*Стелла
Она сидела за рулем одного из гиперов уже знакомой дрифт-болельщикам пары, ярко-красного с черно-белой символикой Гангстер. Второй болид – черный с огненно-рыжим – пилотировал Глеб. Машины разогнались и устремились вперед. Над Байкалом стояло солнце. Из-под колес автомобилей вылетали потоки снега и мелкого льда.
Стрелка спидометра поднималась все выше: сто шестьдесят, сто восемьдесят, двести. Двести десять, двести тридцать, двести пятьдесят. В точке постановки к машине Стеллы вплотную прижался второй Гангстер, пилотируемый Глебом. Два болида летели в управляемом заносе почти вплотную друг к другу. Машины подбросило на невысоком трамплине, и Глеб немного отстал. На спидометре авто Стеллы замерла цифра двести пятьдесят восемь километров в час.
… Позже в пресс-зоне Байкальской Мили тот же журналист брал интервью у Глеба. Чуть на отдалении стояла Стелла.
– Итак, дамы и господа, это Глеб Куртаухов, глава команды БэдБэдДрифт и с сегодняшнего дня рекордсмен России. Расскажите о ваших впечатлениях от заезда.
– Ох, как тут расскажешь… Хорошо, попробую. Располагая такими автомобилями, как у нас, мы, конечно, могли наращивать рекорды постепенно. Помните, как это делал величайший прыгун с шестом Сергей Бубка? На каждом новом соревновании ставил новые и новые рекорды, коих в общей сложности ему удалось установить за свою двадцатилетнюю умопомрачительную карьеру тридцать пять штук. Но дрифт нельзя сравнивать ни с ездой по прямой, ни с прыжками в высоту, длину, ширину или глубину. Дрифт – это голый азарт, неконтролируемая страсть, это жажда выйти за пределы всех существующих трафаретов. Поэтому описанный выше подход сильно противоречит духу нашей команды. Задача стояла – установить рекорд России на максимально возможной скорости. Здесь и сейчас. А завтра? Что ж, завтра будет завтра, и не факт, что там будет место для нас. Изначальной нашей целью было перейти порог трёхсот километров в час. Но одно дело поставить планку, как в прыжках с шестом, а другое дело выехать на лед, имея под капотом табун из восьмисот пар яиц, уделать эту планку и при этом не обделаться самому. Сразу после тестового заезда на двести, ко мне пришло полное понимание того, что отработать в паре даже двести плюс будет акцией на грани фантастики. Потому что когда тебя несет по льду шут знает куда, и ты при всем при этом являешься почти лишь только наблюдателем, поверьте, это вызывает определенную… Скажем так, тревогу. Но Стелс была настроена решительно. Стояла задача в двести пятьдесят. А поскольку она у нас главная, мне пришлось просушить штаны.
Они засмеялись.
– Поверхность Байкала неровная, попадаются уступы, пороги, фрагменты намерзшей тверди, – продолжал Глеб. – После двухсот километров машина начинает вести себя очень капризно, уже далеко не все зависит от мастерства пилота. В гонку вступает Его Величество Случай. При такой нестабильности льда можно ждать всего, чего угодно, вплоть до вылета на двадцатисантиметровый по высоте порог. При тестовых заездах мне лично какие только мыслишки не лезли в голову. Вроде «а что мы будем делать, если подломим подвеску»? В парном дрифте, почти при контакте… Сами понимаете, какой может быть развязка при таких раскладах. Но как только поехали, все мысли сразу стали историей. Штаны просохли самопроизвольно. Так всегда бывает в дрифте. Оттого все мы так и болеем этим видом спорта.
– Глеб, выходит, что вашим флагманом является Стелла?
– Безусловно. Я давно не выступаю в регулярном чемпионате и решился на такой шаг только благодаря тому, что передо мной пример такой несравненной храбрости. Это – кайф. И ему нельзя сопротивляться.
– А могу я задать Стелле пару вопросов? Нашим зрителям было бы очень интересно услышать ответы от такой необычной девушки.
– Стелс у нас не очень любит публичность, но сегодня, я думаю, она согласится сделать исключение.
Глеб подозвал Стеллу, та подошла. Журналист обратился к ней.
– Стелла, какие у вас впечатления от заезда?
– В жизни случаются моменты, которые нельзя забыть. Они остаются с нами навсегда. Для меня сегодня настал один из подобных моментов. Двести пятьдесят восемь километров в час над поверхностью старейшего озера на Земле, которому более тридцати миллионов лет. Скорость звука и сила места. А в голове у меня сейчас пульсирует только одна мысль: мой отец был бы счастлив быть здесь сейчас. Он всегда был не только ультрасовременным человеком, лидером инновационного мышления, но еще и истинным ценителем природы. Знаю, что он сказал бы сейчас, поэтому сделаю это от его лица: наш долг – относиться с уважением к этому удивительному месту, объекту нашего национального достояния, сохранять красоту и жизнь уникальной природы. Это ценность, которая подчас ускользает от нас. В ежедневной суете так просто забыть о главном. Так не будем забывать. Сегодня в наивысшей точке риска я как никогда почувствовала себя песчинкой и ощутила все величие этого уникального места.
– Что тут скажешь? Ура!
Глава одиннадцатая
Российская дрифт серия
Стелла занималась на автосимуляторе, который теперь стоял в спортзале в здании конструкторского бюро Ильиных среди других спортивных снарядов. Вошел Марк. Он приблизился к девушке, но та была так сосредоточена на гонке, что не заметила его появления. Какое-то время Марк так и стоял в ожидании, пока Стелла закончит свой заезд. Увидев его, на миг на лице девушки возникло смятение, но она быстро взяла себя в руки.
– Здравствуйте, Марк Анатольевич.
– Ну здравствуй! Как же я давно тебя не видел… Настолько давно, что за это время успел стать для тебя Марком Анатольевичем.
Стелла поднялась из кресла и встала напротив мужчины. Теперь они стояли вплотную друг к другу. Он провел Стелле по волосам и проникновенно заглянул ей в глаза:
– Как ты живешь?
– Живу как жила, – безэмоционально ответила она. – Нет у меня новостей, чтобы вас порадовать.
– Как нет? А рекорд?
Девушка опустила глаза:
– Ах, это… Совсем забыла. Это – новость, да.
Стелла собралась уходить, но Марк удержал ее за плечо:
– Стелс, ну подожди… Дай хоть посмотреть на тебя немного.
Она замерла, посмотрела в глаза:
– Зачем? Ничего ведь все равно нового не разглядите.
– Зачем ты так? Что случилось? Почему ты перестала приезжать? Избегаешь меня?
– В этот раз в догадливости вам не откажешь.
– В этот раз?
– Марк, что вы хотите?
– Объясни в чем дело? Что между нами стало не так? Ты теперь как струна натягиваешься в моем присутствии. Раньше так не было.
– Раньше я дурой была. Наивной простушкой-малолеткой.
– Я не понимаю…
– Куда вам! Дважды в одну воронку снаряд не попадает.
– То есть?
– На сегодня вы уже израсходовали свой запас догадливости.
Она снова собралась уходить, но Марк ее не отпускал.
– Да что случилось, Стелла?
– Вы что серьезно? – громко спросила Стелла. – Не понимаете? Или только делаете вид?
В голосе Марка прозвучала неуверенность:
– Стелла, я никогда не хотел этого объяснения. Боялся его. Но сейчас понимаю, что так больше нельзя. Мы должны объясниться. Ты мне очень дорога…
Лицо Стеллы скривилось в гримасе:
– Марк, я вас умоляю! Давайте без этой гнилой ботвы.
– Это правда. Я очень люблю тебя и мне больно оттого, что между нами теперь такая пропасть непонимания.
– Наоборот, Марк. Между нами, наконец-то, все стало предельно ясно. Вы всегда любили мою мать. А я всегда думала, что вы любили меня. Но ошибалась. Вы мне это доходчиво объяснили.
– Стелла, ну что такое ты говоришь?
– Говорю, как есть. Я вас, как выяснилось, никогда не понимала… Поэтому и липла к вам все время… А вы мне это снисходительно прощали. Как ребенку.
– Стелла…
Девушка яростно сверкнула глазами:
– Что??? Зачем вы пришли?
– Все это не может быть у тебя серьезно. Я ведь в два раза старше тебя. Старо как мир. Выдумки все.
– Помните мою привычку всем кликухи раздавать? Я ее в последнее время подзабыла. А вот сейчас очень захотелось вспомнить. Пришло время и для вас попасть под раздачу. Вы, Марк, – «Ясновидец». Вангуйте дальше, только от меня подальше.
Стелла дернулась, желая уйти. Марк обхватил ее за плечи. Она стала вырываться:
– Я сказала от меня подальше, что в этом предложении вам не ясно? – Стелла снова несколько раз дернулась, продолжая делать попытки вырваться. – Я не хочу вас видеть. Просто не могу вас видеть. Уйдите.
– Стелла, я не могу уйти вот так. Ну что ты со мной творишь?
– Ничего не творю. Только пытаюсь заставить себя вас не ненавидеть. Но не могу. – девушка ударила Марка в корпус. – Теперь каждый раз, когда вижу вас, понимаю, что ненавижу. За то, что все это время обманывала себя. Уйдите, пожалуйста.
Мужчина выпустил Стеллу из своих рук:
– Стелс, у тебя это пройдет. И ты мне тогда спасибо скажешь.
Она ухмыльнулась:
– Вам? Спасибо? Никогда!!! Каждый раз, когда вы подходили ко мне вот так близко, я думала: ну когда же он, наконец, решится, когда сделает шаг? Всегда считала, что вы об этом только и думали, когда смотрели на меня. Уходила к себе в комнату, закрывалась там и часами разглядывала себя в зеркале. Думала, какая же я красивая. – Стелла отвернулась и подошла к окну. – Дура! Мне всегда все говорили, что я красивая. Но это с вас у меня пошла привычка думать, что это, и правда, так. Будто я настолько хороша, что все меня хотят. Именно вы запустили этот процесс.
– Никогда не знал никого красивее, – тихо сказал Марк.
– Знали, не врите. И мы оба понимаем, о ком я.
– Ты красивее ее.
– Возможно. Но не это главное. – Она снова обернулась – С вами вот не сработало. Я теперь эту красоту еще сильнее ненавижу. Даже сильнее, чем вас. Зачем она мне? Только чтобы себя обманывать.
– Стелла, ну зачем ты так? Это в тебе просто уязвленное самолюбие молодости сейчас говорит. Ты привыкла всю жизнь получать, что хочешь, так что подобной и должна была быть твоя реакция на реальную жизнь. А она такая: мы не получаем того, что хотим. И есть даже люди, которые никогда не получают, представь себе. А тут… Взрослый дядька, в отцы тебе гожусь, на кой ляд я тебе сдался? По-отечески пытаюсь тебе объяснить, что не надо оно тебе.
– Вы правильно однажды сказали. Мне вообще ничего не надо. Потому что мне не для чего жить.
Марк снова подошел к ней вплотную:
– Ну как тебе может быть не для чего жить? Когда вокруг тебя все кипит, столько людей и занятий, столько шансов? Когда ты строишь автомобили, ставишь рекорды, когда все вокруг так же, как и ты молоды, полны энергии и таких же целей? У тебя есть все: красота, деньги, молодость…
Стелла горько улыбнулась:
– Зачем они мне? Разве только, чтобы заставить вас всех терпеть меня. Чтобы у вас больше мотивации было и тошнило меньше! Вы, Марк, – первый, кто объяснил мне, что ничего из вышеперечисленного не помогает в жизни. Молодость пройдет, деньги кончатся, а красота увянет. И что тогда останется? Только вся моя злость.
– Неправда. Это твоя злость пройдет. Иначе и быть не может. Жизнь всегда побеждает. Тем более в таком сильном теле, как твое.
Марк попытался обнять Стеллу, но девушка пришла в ярость:
– Не приближайтесь, а то я за себя не ручаюсь!
Стелла снова несколько раз ударила Марка в корпус в попытке не дать себя обнять, но он был настойчив. Тогда в воздухе раздался звук пощечины. Мужчина замер на месте. Стелла с ненавистью посмотрела на него и вышла.
Марк проводил ее взглядом:
– Если бы ты знала, как мне стало трудно за себя ручаться… – пробормотал он себе под нос.
…
*Май 2019. Москва. Серия РДС Джи Пи. Первый этап
Под навесами с фирменными логотипами каждой из команд стояли автомобили. Шли предварительные заезды. Аркадий Емельянов и Артем Граф уже откатали тренировки. Они стояли вдвоем, когда к ним подошел Борис Радковец, только что закончивший заезд со Стеллой.
– Да, Бора, второй раз она тебя чуть не сделала. Что-то ты, парень, поплыл… – сказал Артем.
Аркадий был тут как тут:
– Не поплыл, а приплыл. Втюрился чемп, пиши пропало! Так что и на нашей с тобой улице настал праздник! Чую, освободится местечко на пьедестале, а свято место пусто не бывает, да, Артист Хренов?
– Я – Граф!
– Ага, а я – Римский Папа.
Двое рассмеялись. Борис оставался серьезным. Артем спросил:
– Бора, правда, как же это ты так ложать стал на трассе?
Борис стоял молча и следил за Стеллой, приближавшейся к ним со стороны. Он смотрел снизу вверх, его подбородок был слегка приспущен. Девушка шла по направлению к своим боксам как раз мимо гонщиков.
– Зырьте, зырьте на него! – продолжал Артем, – Ну прям влюбленный Гораций! Аркаша, по ходу ты прав… Земля вызывает Бору! Бора, ты слышишь меня?
– Шабаш! Он не слышит, – добавил Аркадий.
Как раз в этот момент с ними поравнялась Стелла. Она повернулась в сторону гонщиков и сказала Борису:
– Что уставился, барсук? Скоро уж тебе каюк! – Девушка ему подмигнула.
Вступил Аркадий:
– Глянь под ноги, дочка, не споткнись о кочку!
– А-а-а, Емельян Петрович, это ты? Шаркай мимо, куда шел.
Настал выход Артема:
– Смазливая мордашка, копнешь – а там какашка…
Стелла остановилась и уставилась на Артема:
– Я смотрю, тут подобрались одни поэты! Когда только время для гонок находите?.. Долго сочинял?
Граф кивнул:
– Всю ночь трудился.
– Молодец! Возьми с полки пирожок.
Она ушла к себе в боксы. После небольшой паузы Аркадий и Артем рассмеялись. Борис продолжал молча смотреть в сторону Стеллы.
– Какая приятная девушка, – заметил Аркадий.
– Ага. Само очарование ада! – согласился Артем.
– Бора, ты себе похуже не мог кандидатуры на пост дамы сердца подобрать? – спросил пилот АйсФайр.
Но за Бориса ответил Граф:
– Шутишь? Богатая красивая самовлюбленная хамка. Куда уж хуже.
Наконец, послышались первые слова Бориса:
– Богатая красивая самовлюбленная хамка-чемпионка. Рано вы места на пьедестале делить стали. Не видать вам их как своих ушей.
Аркадий удивился:
– Ты серьезно?
– Вполне. Это какая-нибудь сотая гонка в ее жизни, а она меня почти сделала. Вот это девчонка!
Аркадий и Артем переглянулись и первый сказал:
– Бора, ты меня пугаешь!..
Второй добавил:
– И не говори. Нагнал страху почище Бабайки.
– Шутите дальше. Еще попомните мои слова.
… В боксах теперь стояли гонщики, закончившие свои заезды. Вместе с Аркадием, Артемом и Борисом в оживленной беседе принимали участие Александр Покрышкин – напарник Аркадия, и экс-чемпион серии Запад Никита Смелых. Из боксов команды Стеллы вышел Глеб и присоединился к группе гонщиков. К нему обратился Артем:
– Глеб, прощелыга, из какой огненной геенны ты эту фурию вынул?
– Не злись так, Граф. Меньше ошибаться надо было. Тогда, возможно, она бы тебя и не сделала.
– Какая-то странная закономерность на трассе возникла вместе с ее появлением. Все резко ошибаться стали. Может, все проще и это на самом деле она на нас порчу навела?
– Ага. На всех разом.
– Вот я и говорю – фурия.
– Откуда ты такие слова умные знаешь?
– В словарь заглянул после гонки. Ознакомился.
– Тогда ясно. Ты в этом словаре лучше другое слово поищи. Лузер. Может, оно окажется для тебя более полезным.
Раздался всеобщий смех. Артем так же, как и все, смеясь, продолжал:
– Не хами, батенька! Понимаю, конечно, что ты от подопечной своей набрался, но коллектив лучше не обижать. А то обратка может прилететь.
Гонщики снова рассмеялись.
– А я-то что? – Глеб продолжал улыбаться. – Мне ваша обратка, что рыбке зонтик. Я человек наемный. Сегодня я, завтра кто другой на моем месте. А вот Стелла Германовна как была, так и останется.
– О-о-о, Глебушка, как она тебя в оборот-то взяла, что ты ее уже по имени отчеству величаешь!
– Говорю же – я наемный человек! Мне так положено начальство называть. Деньги за это плотют.
Аркадий сыронизировал:
– Так, оказывается, за это?
Вся группа продолжала веселиться. Смеясь, Глеб ответил:
– Ага. А ты думал за что?
– Я лучше промолчу, о чем я думал, – протянул Аркадий.
Глеб резко стал серьезным:
– Да нет, ты уж говори!
Вдруг за спинами гонщиков раздался женский голос:
– Глеб!
Мужчины обернулись и увидели, что Стелла вышла из боксов, остановилась почти возле них и замерла в ожидании ответа.
Артем сделал жест головой в ее сторону:
– Иди скорей, мамуля зовет!
– Мне бы такую мамулю! – поделился Никита наболевшим.
Мужчины рассмеялись.
– Губы закатай, верблюд! – жестко бросила Стелла. – Глеб, есть разговор.
Менеджер повернулся лицом к гонщикам и протянул с довольным видом:
– Извините, мальчики, дела!
Он ушел в боксы вслед за Стеллой. Аркадий поцокал языком:
– Понял, верблюд! Как она тебя… – обратился он к Никите.
Посмеявшись вволю все, наконец, умолкли. Тогда Артем сказал:
– У меня впечатление, что я вдруг в зоопарке оказался. Один – барсук, другой – верблюд. Раньше я и не замечал. Кто следующий?
– Ты, Артист Хренов! – предположил Аркадий.
– Я – граф!
Александр Покрышкин не согласился:
– Ага! А я – Золотая Рыбка!
Граф продолжал:
– Барсуки, верблюды, рыба… В один момент погоняться не с кем стало, животные одни в окружении остались!
На этот раз он был единственным, кто рассмеялся.
Александр спросил:
– Зачем тебе? Ты уже сегодня отгонял свое.
– Не он. Это она его отгоняла, – объяснил Никита. – Бора, а что это ты сегодня такой молчаливый? – обратился он к чемпиону.
– Шути́те дальше, братва, – сказал Борис. – Один вот сегодня уже дошутился. Правда, Граф? Интересно, кто следующий.
Никита ткнул пальцем в Бориса и спросил шутки ради:
– Он это серьезно?
Но Аркадий ответил ему без тени иронии:
– Знакомься, новый Бора. Теперь он у нас такой. Привыкай.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.