Текст книги "Гадский гаджет"
![](/books_files/covers/thumbs_240/gadskiy-gadzhet-204940.jpg)
Автор книги: Антон Березин
Жанр: Ужасы и Мистика
Возрастные ограничения: +6
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
Глава 3
Странное место
![](i_009.jpg)
Если выйти из дома и повернуть налево, потом пройти немного вперед, затем повернуть направо, а потом снова налево, то можно дойти до кондитерской, в которой продаются очень вкусные пирожные.
До Англии добраться немного сложнее. Если выйти из России и повернуть налево… нет, лучше направо, потом пройти через Финляндию до Швеции, после нее повернуть налево, через Германию дойти до Франции и переплыть через Ла-Манш, то можно добраться до Англии. Правда, ничего интересного вы там из-за тумана не увидите. К тому же еще и промокнете из-за постоянного дождя. Да и пирожные там далеко не такие вкусные, как в описанной выше кондитерской.
А вот если вы стоите в комнате, обсуждаете очень важные вещи, и вдруг вас поднимает какая-то неведомая сила, несет прямо через потолок вверх, потом через какие-то разноцветные завихрения налево, резко сворачивает направо в самую темную темноту, которую вы когда-нибудь видели, затем швыряет куда-то вниз, да так, что захватывает дух, а потом резко подбрасывает вверх, то вы окажетесь… А где вы, собственно, окажетесь?
Наши герои, например, оказались в очень необычном месте. На самом деле, очень странно в мгновение ока перенестись из московской квартиры в какую-то полутемную средневековую комнатушку, сверху донизу заставленную странными и непонятными предметами. Конечно же, в первую очередь привлекали внимание причудливо изогнутые колбы, реторты и змеевики.
– Это же совсем как у верховного придворного мага Асгопариуса, про которого рассказывала бабушка Агафья! – воскликнула Катя.
Правда, на этом сходство и заканчивалось. Потому что на закопченной стене висела…
– Что это там висит на стене?! – дрожащим голосом воскликнул Тим.
– Что, что… Голова дракона, конечно, – машинально ответил Кузьмич, думая о чем-то своем.
– Что-о-о?!!! – в один голос переспросили все.
– Хм… – прокашлялся Кузьмич и пригляделся к висящей на стене голове дракона повнимательней. – Ну да, она самая и есть. Голова дракона. Только откуда она здесь взялась, ума не приложу. Ведь всех драконов подчистую изничтожили уже лет этак пятьсот назад.
– А ты откуда знаешь? – подозрительно спросила у него Катя.
– Ну дык, при мне же все это было, – тяжело вздохнул Кузьмич. – Правда, сам-то я, конечно, этого не видал. Потому как эти самые драконы в основном в Европах водились. Но был у меня один знакомый дракон. Отличный парень! Джоном его звали.
– А почему Джоном? – заинтересовался Кот.
– А он к нам по обмену опытом из Англии прилетел. Он, значит, в Россию, а Змей Горыныч в Англию, – объяснил Кузьмич. – Он-то мне и рассказал, что у них там чуть ли не охоту на драконов объявили. Кто-то убедил всех в том, что драконы – это очень злобные создания, которые пожирают людей. И драконов, очень мирных и безобидных созданий, просто начали истреблять.
– Какой кошмар! – всплеснула руками Катя. – Но Джон-то остался в живых?
– Думаю, что нет, – грустно покачал головой Кузьмич. – Узнав о том, что драконов осталось совсем мало, он полетел спасать свою невесту. Но так и не вернулся.
– И что, совсем ни одного дракона не осталось? – тихо спросил Тим.
– Говорят, что один остался. Самый старый и мудрый дракон Янь из Китая. Но обидевшись на людей, он где-то скрылся далеко от всех. И с тех пор его никто не видел. Вот такая грустная история, – развел руками Кузьмич.[1]1
Об истории драконов и о том, что дальше случилось с драконом Янем (а с ним случилось много чего интересного), вы можете узнать из сказочного детектива Антона Березина «Криминальные сказки».
[Закрыть]
– Ну, хватит тут всякие дурацкие сказки рассказывать! – неожиданно раздался голос. – Теперь вы в моей власти и должны исполнять все мои желания. Во-первых, я хочу…
– Стоп, стоп, стоп! – прервала его Катя. – А чего это ты тут раскомандовался?! И кто ты, собственно, такой?
– Я ваш хозяин! – завизжал голос. – Слушаться меня и бояться!
– Ща я тебе покажу, кто здесь хозяин! – зашипел Кот. – И кто тут кого должен бояться!
Затем, грозно встопорщив шерсть и подняв хвост трубой, решительно двинулся в направлении голоса. Но далеко пройти ему не удалось. Воздух перед ним вспыхнул, а самого кота отбросило, как после хорошего хука или апперкота (это такие удары в боксе).
– Что это было? – пробормотал Кот, приходя в себя.
– Думаю, что колдовство, – задумчиво почесал Кузьмич в бороде. – И очень сильное.
– А вы как думали, бесы? – захохотал голос. – Я вызвал вас, и теперь вы обязаны исполнять мои желания! Ибо вам не выбраться из магического круга, который я создал силою своего колдовства!
– Что-то слышится родное, – пробормотал Тим. – Типа «Вия» Гоголя.
– Скорее уж тогда «Фауста» Гете, – не согласилась с ним Катя.
– А что же нам тогда делать? – упавшим голосом произнес Гоша. – Значит, мне никогда не увидеть моего мира?
– Спокойствие, только спокойствие, – решительно сказала Катя. – Будем рассуждать логически. Тим, что там говорилось в этих твоих фэнтези про магические круги? Ты же у нас главный специалист.
– Сейчас, сейчас, – наморщил лоб Тим. – Магические круги вообще-то должны удерживать внутри себя все попавшие туда магические существа.
– Но мы-то с тобой никакие не магические существа, а совершенно обычные человеческие. Логично? – продолжила свои рассуждения Катя.
– Логично, – кивнул Тим.
– А, значит, вы можете свободно вый-ти из него! – радостно воскликнул Кот.
– Ну, Кать, ты – голова! – показал большой палец Кузьмич. – Помнится знавал я в Средневековье одного ученого. Так вот он тоже…
Но заметив осуждающий взгляд Кота, спохватился:
– Ладно, потом расскажу… А сейчас – вперед, гвардейцы!
И Катя с Тимом смело двинулись туда, где недавно был повержен Кот. Кот даже прикрыл глаза, вспомнив яркую вспышку и последовавший за ней оглушительный удар. Но ничего подобного не произошло. Лишь легкое сияние окутало фигуры Кати и Тима, и они спокойно проследовали дальше. Где увидели прятавшуюся в углу комнаты щуплую мальчишескую фигурку, закутанную в потертый черный плащ, украшенный давно потерявшими свой блеск звездами. Голову мальчишки венчала остроконечная шляпа, похоже, видавшая гораздо лучшие времена.
– Та-ак… – протянула Катя не предвещавшим ничего хорошего тоном. – И кто же это здесь у нас такой мальчик-хулиганчик? Кто это у нас такой непослушайчик? А вот мы его за ушко да на солнышко!
С этими словами она крепко ухватила несостоявшегося волшебника за ухо и вытащила его из плаща. Шляпа при этом слетела сама. Мальчишка взвыл, пытаясь рукой начертить в воздухе какой-то замысловатый знак:
– Изыдьте, бесы! Заклинаю вас: изыдьте!
– Ага, сейчас все бросим и изыдем, – кивнул в ответ Тим. – Размечтался!
– Всыпать бы тебе по первое число за такие проделки, да ты ведь сразу рассыпаться от этого можешь, – добавил он, оглядев щуплую фигурку мальчишки. – Ты кого хоть вызывал-то, а?
– Беса! Беса я вызывал, чтобы он мои желания выполнял, – шмыгнул носом мальчишка. – Но почему-то вы появились. Совсем неправильные бесы. Может, я в заклинании что-то напутал?
– Тьфу ты! И здесь двоечники! Никуда от вас не денешься, – вздохнула Катя. – Ладно, давай быстро расколдовывай все обратно.
– Хотя, нет, – покачала она головой. – С такими способностями ты так все расколдуешь, что только еще хуже сделаешь.
– Я расколдую. Простым земным способом, – сказал Тим и, взяв тряпку, просто стер часть начерченного на полу магического круга.
Воздух вспыхнул и осыпался на пол яркими искрами. И в комнате появились те, кто совсем еще недавно находились в «магическом заточении».
– Вы, наверное, великий маг и волшебник, – в страхе попятился от Тима мальчишка.
– Да? – удивился Тим. – С чего бы это?
На всякий случай мальчишка еще подальше отошел от «великого мага и волшебника»:
– Вы же за одно мгновение всего лишь мановением руки смогли стереть заклинание, над которым я трудился много-много часов.
– Да? – еще больше удивился Тим, но потом приосанился и гордо расправил плечи. – А, ну да. Я такой.
– Ага. Он такой, – хихикнула Катя. – Великий маг по несделанным урокам и непревзойденный волшебник по увиливанию от домашней работы.
– Я бы попросил!.. – возмутился Тим.
Но почему-то при этом густо покраснел. Видимо, от возмущения. Не иначе. Не от смущения же. Но тут в эту весьма содержательную беседу ворвался Кот.
– Где этот волшебник недоделанный?! Чародей фигов?! Сейчас я ему покажу, где сосиски зимуют и мыши ночуют! – бушевал он. – Будет знать как котов обижать! И их вместо бесов вызывать! Порву как Тузик грелку!
Наверное, если бы на нем была тельняшка, то он бы после этих слов порвал ее у себя на груди. Ну, по крайней мере, так обычно показывают в фильмах.
– Остынь, Котофеич, – попытался успокоить его Кузьмич. – Ну, ошибся парнишка маленько. Погорячился. Вместо беса кота вызвал. Зато какого кота! Сильного, умного, наконец, просто красавца!
Кот гордо расправил усы и огляделся в поисках зеркала, чтобы полюбоваться на такого замечательного кота. А тем временем Кузьмич продолжал свои сладкие речи:
– А бесы… Что бесы? Да по сравнению с таким котом любой бес ничто, ноль без палочки. Да что там бес! Бери выше! Мефистофель, Люцифер и Вельзевул вместе взятые – это же просто мелочь пузатая. Даже и не пузатая. Тьфу на них! Плюнуть и растереть.
– А вот чего плевать-то? А уж тем более растирать, – раздался обиженный тоненький голосок.
Все начали оглядываться в поисках обладателя голоса. Им оказалось появившееся из магического круга очень странного вида существо. Мохнатое, хвостатое, с рожками и хвостиком, оно обиженно сопело и сердито моргало глазками.
– Эй, а ты кто? – осторожно спросила Катя.
– Демон тридцать третьего разряда! – гордо сообщило существо, стукнув себя кулачком в грудь.
Но тут же закашлялось и смущенно добавило:
– Правда, вчера меня разжаловали в бесы.
– А за что, если не секрет? – заинтересовался Кот.
– Ну-у… Мелочь. Пустяк, в общем, – еще больше засмущался совсем недавно «демон тридцать третьего разряда», а теперь просто бес. – Перепутал документы по доставке, и в результате начальника отдела по внедрению смертных грехов в человеческую среду с помощью средств массовой информации сбросили в котел вместо какого-то грешника. Где он минут десять и варился.
– А ты мне нравишься, парень! – хлопнул его по спине Кузьмич. – Наш человек!
– Точнее, бес, – тут же поправился он.
– Если бы вы меня сюда не вызвали, то совсем бы мне плохо пришлось, – вздохнул бес и добавил: – Спасибо, кстати.
– Это ты не нас, а вон его благодари, – указал на мальчишку Кузьмич.
– Между прочим, оказывается, ты не такой уж плохой волшебник. Беса ты все-таки вызвал. Молодец, – кивнул он мальчишке. – Кстати, как тебя звать-то? А то как-то неудобно без имен общаться.
– Бартоломео, – покраснел от похвалы мальчишка.
– А тебя? – посмотрел Кузьмич на беса.
Но тот вместо ответа почему-то замялся и тоже покраснел. Но от смущения:
– Вы смеяться будете.
– Не будем. Обещаем, – подбодрила его Катя.
– Давай, говори уже. Не томи, – поддержал ее Тим.
– Мартын, – прошептал бес и густо покраснел.
– А что, хорошее имя. Красивое. Главное – редкое, – улыбнулась Катя.
– Это сейчас оно редкое, – не согласился с ней Кузьмич. – А вот помню году этак в 1786 работал я избовым в деревне Мартыновка, так в ней всех мужиков Мартынами звали.
– Правда? – робко улыбнулся Мартын.
– Вот те крест… – начал было Кузьмич, но тут же спохватился. – Извини. Ты же, вроде как, нечистая сила…
– Да что вы, что вы! – замахал ручками Мартын. – Я – неправильная нечистая сила. Меня так с детства все обзывали. Потому что я зло не умею творить. И не хочу.
– Точно наш человек! – удовлетворенно кивнул Кот.
– Катюх, а куда это ты смотришь? – спросил Катю Тим.
– На Гошу, – тихо ответила Катя. – Он уже давно так стоит. И ни слова не говорит.
![](i_010.jpg)
Действительно, Гоша стоял у окна и смотрел на улицу, не говоря ни слова. Наверное, поэтому он даже не принимал участие во всех разговорах, которые велись в комнате. Похоже, он их просто не слышал. Катя подошла к нему и положила руку на плечо.
– Гоша, что с тобой случилось? – спросила она его.
– Со мной ничего, – ответил тот, не оборачиваясь. – А вот здесь случилось. Что-то очень и очень плохое. Давным-давно. Но это плохое происходит и сейчас. И с каждым днем здесь становится все хуже и хуже. Но самое страшное, что это происходит в моем мире. Ведь это действительно мой мир. Я это точно знаю…
![](i_011.jpg)
Глава 4
Ученик чародея
![](i_012.jpg)
Зло бывает разное. Бывает зло случайное. Которое и злом-то назвать трудно. Ну, наступил кто-то кому-то на ногу. Или опрокинул и разбил что-нибудь. С кем не бывает. Однако случается и более серьезное зло. Это когда оно делается специально. С целью кому-нибудь навредить. Например, подложить товарищу кнопку на стул. Добрая такая шутка. Главное, очень смешная. И злая, конечно. Не то, чтобы слишком, но все-таки… Но ведь на самом деле зло, сделанное специально, может причинить и гораздо больше вреда. Даже не хочется говорить какого…
Однако к миру Гоши все это не имело никакого отношения. Потому что в нем Зло царило безраздельно. Оно стало в нем основным законом и правилом жизни. Может быть, именно это каким-то образом и почувствовал Гоша.
– Гош, а что конкретно плохого здесь происходит? – осторожно спросила Катя.
– Не знаю, – вздохнул Гоша. – Я просто чувствую, что происходит что-то очень плохое, но не могу понять что.
– Ты бы присел пока. А то что-то ты плохо выглядишь, – заботливо пододвинула Катя к Гоше стул с затейливой резьбой.
– Не надо, не надо! – отчаянно замахал руками Бартоломео.
Но было поздно. В самый последний момент, когда Гоша уже почти сел, стул заржал и, словно норовистая лошадь, громко цокая ножками по полу, галопом умчался в самый дальний угол комнаты. А Гоша со всего маха уселся на пол.
– Что это было? – растерянно огляделся он по сторонам.
– Я же предупреждал, – развел руками Бартоломео и виновато вздохнул. – Но опоздал.
– Опять колдовство? – понимающе кивнул Кузьмич.
– Угу, – кивнул Бартоломео. – Но это не я. Это мой учитель, чародей Фаргус. Он специально заколдовал стул для нежелательных посетителей и неплательщиков.
– А что? Мне нравится. Оригинально, – улыбнулся Кузьмич. – И что, работает?
– Еще как! – улыбнулся в ответ Бартоломео, но тут же помрачнел.
– Кстати, а где твой учитель? – поинтересовался Кот. – Хотелось бы с ним познакомиться.
– Так вот поэтому я беса и вызывал, – тихо проговорил Бартоломео.
– Почему «поэтому»? – не поняла Катя.
– Только тише, – попросил Бартоломео.
– Почему тише? – еще больше не поняла Катя.
– Потому что говорят, что и у стен есть уши, – шепотом объяснил Бартоломео.
Словно в подтверждение его слов, из дальней стены выросло весьма приличных размеров ухо. По всему его виду было ясно, что оно внимательно прислушивается к разговору в комнате. Все тут же замолкли, завороженно следя за подслушивающим их ухом.
– Тсс… – приложил палец к губам Кузьмич и прошептал. – Есть у меня одно средство против таких любителей подслушивать. Я сейчас…
С этими словами он на цыпочках подкрался к ничего не подозревающему уху и фальшиво, не попадая ни в одну ноту, запел. Точнее, даже не запел, а заорал в самое ухо выросшему из стены уху известную народную песню:
Когда б имел златые горы…
Результат был просто ошеломляющий! Ухо сначала задрожало, потом задергалось и начало сворачиваться, пытаясь прикрыться от потрясающе фальшивого пения Кузьмича. Но было уже поздно. Через несколько мгновений, словно поняв бесплодность своих попыток, ухо сдалось и просто завяло, свиснув со стены, как завядший лист.
– Ну, ты даешь, Кузьмич! – восхищенно воскликнул Тим. – Класс!
– Ага, – кивнула Катя. – Так фальшиво даже Тим не смог бы спеть.
Тим исподтишка показал ей кулак. Но Катя сделала вид, что ничего не заметила.
– Мне еще в детстве мама говорила, что от моего пения не только цветы, но даже уши вянут, – гордо заметил Кузьмич.
– И была сто раз права, – проговорил Кот, вынимая лапы из ушей.
Потом подумал и помотал головой:
– Нет, не сто раз. Тысячу.
– А давайте все-таки послушаем, почему Бартоломео пытался вызвать беса. И при чем здесь его учитель? – подал голос молчавший до того Гоша.
Бартоломео тяжело вздохнул и опустил глаза, словно собираясь с силами. Наконец, он поднял полные слез глаза и начал свой рассказ…
Оказывается, чародей Фаргус был недавно по чьему-то доносу схвачен и посажен в темницу. Жить ему оставалось совсем недолго. И помочь ему могло только чудо. Вот тогда-то Бартоломео и решился на отчаянный шаг: вызвать беса, чтобы тот сотворил это чудо и освободил его учителя.
– Эй, ты что?! – на этом месте рассказа внезапно прервал его Мартын. – Ты что, разве не знаешь, чем бы тебе за это пришлось потом заплатить?
– Знаю. Своей душой. А чем еще я мог помочь своему учителю? – пожал плечами Бартоломео.
– Отважно. Очень отважно, но очень глупо, – пробормотал Мартын.
– Наверное, ты очень любил своего учителя? – тихо спросила Катя у Бартоломео.
– Очень. Он был такой… такой… – попытался подобрать подходящие слова Бартоломео, но потом махнул рукой. – Просто он один решился идти против закона…
– Так, значит, он на самом деле был преступником? – решил уточнить Кот.
– Да, был, – с вызовом ответил Бартоломео. – И втайне творил доброе волшебство, строго-настрого запрещенное законом. Но кто-то из других чародеев, видимо, пронюхал об этом и донес на него.
– Постой, постой, – остановил его Гоша. – То есть ты хочешь сказать, что все доброе здесь запрещено законом?
– Я не хочу сказать. Это так и есть на самом деле, – хмуро кивнул Бартоломео.
– А вот с этого места, пожалуйста, поподробнее, – оживился Гоша. – А ко-гда все это началось? Ведь не всегда же так было?
– Об этом никто не знает, – покачал головой Бартоломео и тут же пояснил: – Точнее, все делают вид, что не знают. Потому что знание об этом карается смертной казнью. Но мой учитель рассказал мне то, что знал…
А знал чародей Фаргус на самом деле очень много. Например, то, что ставший королем после старшего брата его младший брат скорее всего и был его настоящим убийцей. Хотя на всех углах королевские глашатаи объявляли о том, что короля убили пробравшиеся во дворец мятежники. Правда, какие мятежники, никто не знал. Потому что никогда и нигде до той поры никаких мятежников в королевстве не наблюдалось. Но спрашивать или говорить об этом вслух стало небезопасно буквально на следующий день. Люди, даже слегка заикавшиеся об этом, исчезали бесследно. «Намек» народом был понят, и разговоры об убийстве короля своим братом прекратились раз и навсегда. А дальше становилось все хуже и хуже. Откуда-то стали появляться разговоры об очистительной силе зла и крайнем вреде добра. Сначала все просто смеялись над этим, но постепенно стали привыкать к тому, что зло – это хорошо, а добро – это плохо. Конечно, звучит странно, но…
– Ничего не странно! – возбужденно прервала Катя рассказ Бартоломео. – Я где-то читала, что если человеку все время говорить, что он свинья, то скоро он и сам захрюкает.
– Точно! Мой учитель именно так и говорил, – кивнул Бартоломео.
Именно это, в конце концов, и произошло. Черное стало белым, а белое черным. И зло воцарилось во всем королевстве. А добро стало считаться государственным преступлением и преследоваться по закону. Но учитель Бартоломео, чародей Фаргус, не поддался этому влиянию и сумел остаться самим собой. За что и поплатился.
– А может, и не только за это, – задумчиво добавил Бартоломео. – Потому что он говорил мне, что в последнее время начало происходить что-то еще гораздо более плохое. И очень скоро будет еще хуже. Может быть, он узнал что-то, что знать никому не следовало.
– А что, что именно он узнал?! – заволновался Гоша.
Но если, по точному выражению Кузьмича, не так давно у них был «день дружного поворачивания голов», то сегодня, по всей видимости был «день дружного прерывания бесед». Потому что на этом месте раздался дикий крик:
– Не надо! Не надо! Не бейте! Только не по голове! Знаете, каких трудов мне стоило ее приладить на шею, после того, как мне ее отрубили?!
Из стены выскочил призрак бородатого детины явно разбойничьего вида с огромным ножом в одной руке и чем-то вроде палицы в другой (сейчас их скромно называют битами, но суть от этого не меняется). Он явно от кого-то удирал, потому что постоянно испуганно оглядывался, издавая при этом глухие, жалобные вопли.
Все замерли, ожидая появления того, кто же так напугал такого самого по себе очень и очень жуткого призрака. И дождались…
Из стены вслед за призраком степенно выплыла бабушка Агафья. Она грозила детине сухоньким кулачком, приговаривая при этом:
– Я тебе покажу, охальник! Распустились совсем, пымаешь! Ничо, ничо! Бабушка Агафья научит вас уму-разуму! Будете знать, как фюлюганить!
Все, затаив дыхание, наблюдали за ходом этой потусторонней погони. И, наверное, призраку детины удалось бы благополучно улизнуть в открытое окно, но на свою беду в самый последний момент он споткнулся и упал. И бабушка Агафья враз настигла его.
– Говоришь, по голове не бить? Ладноть. Бабушка Агафья она ведь не изверг какой. И по самому слабому месту бить не будет.
– А может, вообще бить не надо, а? – жалобно проблеял призрак детины.
– А как же воспитательный процесс? – в свою очередь поинтересовалась бабушка Агафья. – Нет, без ентого никуда. Таких невоспитанных, как ты, надо бить! Надо!
И изо всей силы нанесла ему удар клюкой пониже спины. В то самое место, о котором обычно в приличном обществе говорить не принято. Удар получился отменным. Призрак детины с воем стартовавшей ракеты вылетел в окно и тут же исчез в ночном небе.
– Пятая секунда – полет нормальный… Четвертая секунда – полет нормальный… Третья секунда – полет нормальный… Вторая секунда – полет нормальный… Запуск прошел успешно! – прокомментировал эту захватывающую картину Тим.
– Бабушка Агафья, это вы! – радостно воскликнула Катя.
И чуть было не бросилась обниматься. Но вовремя вспомнила, что бабушка Агафья – это все-таки призрак.
– Где это ты пропадала все это время? – строго спросил Кузьмич бабушку Агафью. – Нехорошо в твои-то годы за мужиками гоняться.
– А чо он? – насупилась бабушка Агафья. – Да и ваще все призраки здесь какие-то неправильные.
– Здесь все неправильно, бабушка Агафья, – вздохнул Гоша. – Мы вам попозже объясним.
– А сейчас лучше объясните, где вы так классно научились клюкой бить? – поинтересовался Тим. – Прямо, как в хоккее.
– Так в ем и научилась, милок, – улыбнулась бабушка Агафья. – Вся ж страна смотрела по телевизору енти самые легендарные игры 1972-го года между нашими ребятами и ихними профессионалами. И я, конечно. Куды ж им без меня-то? И увлеклася. Ох, как я увлеклася!
– Ну, наши орлы дали им жару! – мечтательно протянула она. – Все хороши были, но особенно Валерик Харламов. Я все евойные приемчики изучила. Конечно, обводка у меня не та и скорость хромает, но вот удар, вроде как, еще получается.
– Да еще как получается! – усмехнулся Кот, вспомнив улетающего, как ракета, детину.
Бартоломео и Мартын, впервые увидевшие бабушку Агафью, открыв рты, смотрели на нее.
– А это что, наше пополнение? – окинула их взглядом бабушка Агафья. – Ничо так. Даже бывшим демоном тридцать третьего разряда из канцелярского отдела разжились. Енто хорошо. Енто нам потом очень даже может пригодиться.
– А откуда вы это узнали? – робко поинтересовался Мартын.
– Я, душа моя, много чего знаю, сама не знаю откудова, – доходчиво объяснила бабушка Агафья. – Понял?
– Понял, – на всякий случай кивнул Мартын, хотя на самом деле ничего не понял.
– Отстань! Отстань, я тебе говорю! – неожиданно раздался сердитый голос Кати.
Все повернулись в ее сторону и увидели удивительную картину. Стул, который так резво ускакал из-под Гоши, теперь пытался приласкаться к Кате. Словно кот, требующий себя погладить, он упорно старался подлезть под ее руку. Разве что не мурчал при этом. Хотя при некоторой доле воображения издаваемый им при этом скрип вполне можно было принять за мурчание. Катя же всячески пыталась уклониться от этих его попыток, но особого успеха ей это пока не приносило.
– Ничего себе! – даже присвистнул от удивления Тим. – Ну, Катька, ты даешь!
– А я-то тут при чем?! – возмутилась Катя. – Это все он!
И она сердито ткнула в стул, который тут же подлез под ее руку и начал довольно скрипеть.
– Вы, похоже, великая чародейка и волшебница! – воскликнул пораженный Бартоломео. – Если вам удалось преодолеть чары и заклятья великого чародея Фаргоса!
– Да? – удивленно посмотрела на него Катя. – Ну, тогда ладно.
И осторожно погладила стул. Тот довольно заскрипел.
Но эта идиллия длилась недолго. Потому что в дверь забарабанили изо всех сил.
– Дворцовая стража! Ученик чародея Фаргоса, ты арестован! – раздался грубый голос. – Выходи!
– Упс! – пробормотал Кот. – Сюрприз!
– У вас есть здесь черный ход? – озабоченно спросил Кузьмич у Бартоломео.
– Есть. И даже лучше, чем черный ход. Тайный ход чародея Фаргуса в пространстве. Но чтобы его сотворить и открыть, нужно время, – сказал Бартоломео и упавшим голосом добавил: – Которого у нас нет.
– А может, и будет, – задумчиво проговорила Катя, глядя на стул. – Ты нам поможешь?
Стул закивал спинкой.
– Тогда попробуй задержать стражников, – сказала Катя и добавила: – Но только береги себя. И постарайся уцелеть. Ты очень хороший.
Катя погладила спинку стула. Тот забил ножками об пол и понесся к двери.
– Выхожу! – крикнул Бартоломео и открыл дверь.
Послышались удивленные крики и какой-то шум, очень напоминающий шум кабацкой драки с криками, ругательствами и звуками увесистых ударов. А тем временем Бартоломео, быстро сотворив какое-то заклятье, посыпал порошком висевшую на стене картину с пейзажем. Деревья на картине слегка качнулись, и в комнату ворвался свежий ветер.
– Нам надо спешить, – сказал Бартоломео и сделал приглашающий жест в сторону картины. – Прошу!
И все, один за другим, вошли в картину, после чего картина приобрела свой первоначальный вид. А на улице не утихали, а наоборот все усиливались звуки драки, похоже, перешедшей уже чуть ли не в маленькую битву местного значения. Как будто на помощь стулу пришли еще, как минимум, стол и пара табуреток…
![](i_013.jpg)
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?