Текст книги "Танатонавты (пер. А. Григорьев)"
![](/books_files/covers/thumbs_240/tanatonavty-per-a-grigorev-31889.jpg)
Автор книги: Бернар Вербер
Жанр: Современная проза
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
61. Мифология индейцев чиппева
Индейцы чиппева, живущие в штате Висконсин вблизи озера Верхнее, считают, что после смерти жизнь продолжается как прежде, без всякого конца и никаких изменений в ту или иную сторону. Один и тот же фильм, который повторяется без всякой цели, без всякой морали, без всякого смысла.
Из диссертации Франсиса Разорбака «Эта незнакомка Смерть»
62. Полицейский архив
Службе надзора. Донесение
Рауль Разорбак с помощью бригады ученых приступил к опытам в области смерти. Жертвами их стали более сотни человек. Требуется ли срочное вмешательство?
Ответ службы надзора Нет. Пока рано.
63. Новая попытка
Рауль, Амандина и я приготовились к посткоматозному пробуждению. Хотя особо в него не верили. Только Рауль внимательно следил за телом, превратившимся в объект, и повторял как молитву: «Проснись, прошу тебя, проснись».
Мы провели реанимационные действия, рассеянно поглядывая на электрокардиограмму и электроэнцефалограмму.
– Просыпайся, просыпайся! – бубнил Рауль.
Я машинально делал все, что делал обычно.
Из оцепенения меня вывел внезапный крик.
– Он шевельнул пальцем! – заорал Рауль. – Отойдите, отойдите все! Он шевельнулся!
Я не строил иллюзий, но все же отошел.
И вдруг электрокардиограф запищал. Сначала послышалось робкое пим. Потом более уверенное пим, пим. И, наконец, решительное пим, пим, пим. Вновь шевельнулся палец. Потом зашевелились все пальцы.
Задвигалась кисть, рука, плечо. Только бы обойтись без буйнопомешанного. На этот случай я держал в кармане небольшую резиновую дубинку.
Задрожали ресницы. Открылись глаза. Рот скривился в гримасе, превратившейся в улыбку. Пим, пим, пим – сердце и мозг вернулись к нормальной деятельности.
Подопытная свинка не выглядела ни растением, ни сумасшедшим.
Он был цел и невредим. Танатонавт вернулся на танатодром в целости и сохранности!
– Яяяяяяууууууу! У-да-лось! – завопил Рауль.
Подвал звенел от радостных криков. Амандина, Рауль и я сцепились в объятиях.
Рауль пришел в себя первым.
– Ну и как? – спросил он, наклоняясь над Феликсом.
Мы жадно ждали первого слова, которое сорвется с уст нашего необычного путешественника. Любое произнесенное им слово войдет в учебники истории, первое слово человека, совершившего путешествие в потусторонний мир и обратно.
Вдруг в подвале воцарилась мертвая тишина. Мы так давно ждали этого мгновения. До сих пор нас преследовали неудачи, и этот тип, похожий на питекантропа, знал ответы на вопросы, которые с незапамятных времен задавали себе все.
Он открыл рот. Он вот-вот заговорит. Нет, он сжал губы. Потом его рот открылся в новой попытке что-то произнести. Он моргнул. Хриплый голос с трудом выговорил:
– Ядрена вошь.
Мы с удивлением смотрели на него. Он потер лоб.
– Ну и ну, ядрена вошь!
Потом поглядел на нас, словно удивлялся, каким вниманием мы его окружили.
– Значит, я получил свои восемьдесят лет скидки!
Мы бы с удовольствием потрясли нашего пациента и поздравили бы его, но понимали, что ему надо дать время опомниться. Рауль настаивал:
– Как было?
Феликс потер запястья, поморгал.
– Как вам сказать? Я вылез из тела и вначале страшно перепугался. Словно в птичку превратился. Ядрена вошь! Я летал без тела... Поднялся вверх вместе со свеженькими покойничками. Ну и рожи у них были! Полетали так, а потом подлетели к огромному кольцу света. Оно походило на горящие обручи, через которые сигают тигры в цирке Пиндера по ящику.
Он перевел дыхание. Мы жадно вслушивались в каждое слово, слетавшее с его уст. Польщенный нашим вниманием, он продолжил:
– Не поверишь. В середине был словно карманный фонарик. Неоновый круг со светом внутри, а этот свет как бы со мной разговаривал. Приглашал прийти, приблизиться. Я подлетел, залез в огненный круг, как тигр в цирке. Подошел к лампе из карманного фонарика...
Рауль не сдержался и перебил его:
– Значит, огненный круг и свет в центре?
– Ага. Как мишень. Не помню, говорил ли вам, что кто-то разговаривал прямо с моими мозгами. И приглашал подойти поближе. Говорил, что все будет хорошо.
– И вы приблизились? – страстно спросила Амандина.
– Еще бы! И увидел какой-то конус или воронку, где всё крутилось.
– Что всё?
– Всякие штуки! Звезды, туман, какие-то дурацкие вещи, которые вихрем крутились, а из них получалась воронка размером с сотню домов.
Рауль ударил кулаком по левой ладони.
– Континент Мертвых! – воскликнул он. – Он видел Континент Мертвых!
– Прошу вас, продолжайте, – умоляюще выговорил я.
– Ну, я еще приблизился. И чем больше приближался, тем больше свет меня подзуживал. Я даже испугался, что не смогу повернуть назад. Хорош бы я был со снижением тюремного срока! А свет говорил, что все это уже не имеет значения, что внизу все тщета и глупость... Ой, как он уговаривал. Казалось, впереди пещера Али Бабы, полная сокровищ. Нет, не золото и не серебро, а приятные ощущения. Было хорошо и тепло, сладко и нежно. Словно я опять встретился с мамочкой. Водички не найдется? А то во рту пересохло.
Амандина принесла стакан. Он залпом осушил его и продолжил:
– Я ничего не мог сделать, только продвигаться дальше, ядрена вошь! Но тут увидел что-то вроде прозрачной стены. Не из кирпичей, а как бы из кожи с задницы. Как из желатина. Я даже подумал: вот те на, залез в прозрачную задницу. И понял, что пора с этим завязывать. Если бы я пересек эту стену, то не смог бы вернуться, и тогда прощай мои восемьдесят лет. Я притормозил.
Этот тип сумел решить проблему «выбора». Он нашел причину оставаться в живых. Я не мог опомниться.
А он вздыхал:
– Это было нелегко. Мне пришлось взять себя в руки, чтобы душа повернула обратно. А потом, через какое-то мгновение, длинная серебряная веревка затянула меня сюда, и я открыл зенки.
Нам троим – Амандине, Раулю и мне – казалось, что мы посетили седьмое небо. Значит, жертвы не были напрасными. Наши усилия принесли свои плоды. Человек пересек барьер смерти и вернулся, чтобы описать потусторонний мир. А что располагалось еще дальше, после этого нематериального мира света?
После стакана холодной воды Феликс потребовал глоток рома. Амандина бросилась за ромом.
Я был возбужден:
– Надо организовать пресс-конференцию. Люди должны знать...
Рауль поспешно успокоил меня.
– Слишком рано, – сказал он. – Пока проект останется таким же, как и был, а именно: совершенно секретным.
64. Люсендер
Президент Люсендер потрепал Версенжеторикса по загривку. Он сиял.
– Итак, им удалось, Меркассье?
– Да. Я видел, собственными глазами видел, видеокассета показывала запуск и возвращение этого... танатонавта.
– Танатонавта?
– Они изобрели новое слово для обозначения своих подопытных. Оно означает по-гречески «путешественник смерти» или что-то в этом роде.
Президент прищурился и улыбнулся.
– Очень красиво и весьма поэтично. Мне нравится это слово. Есть технический оттенок, но лишняя серьезность делу не помеха.
Люсендер ликовал. Его восхитил бы любой термин: трупофилы, пилоты смерти, посетители Рая... Радости это бы не уменьшило.
Меркассье поспешил привлечь его внимание. В конце концов организатором эксперимента был он, и вполне законно, что министр гордится успехом. Придерживаясь линии поведения, начертанной его супругой, он рискнул:
– В общем, они схожи с пионерами, которые исследуют «Новую Австралию».
– Да, Меркассье. Вы наконец поняли мою мысль.
Министр пытался приписать себе заслугу в этом открытии, но именно он, президент с его грандиозным видением, войдет в учебники истории. Люсендер полагал, что добился бессмертия. Его статуи будут стоять в скверах, его именем будут названы улицы... Он пошел на риск. И заплатил свою цену: десятки умерших, похоже, целая сотня... Но он преуспел!
Меркассье прервал его мечты о славе:
– А что будем делать теперь, господин президент?
65. Учебник истории
С самых первых запусков танатонавтов результаты превзошли все ожидания. Первый доброволец, Феликс Кеброз, сумел уйти и вернуться. Пионеры были поражены тем, что так быстро добились успеха.
Учебник истории, 2-й класс начальной школы
66. Кельтская мифология
В кельтской мифологии потусторонний мир – таинственная область, где нет ни смерти, ни работы, ни зимы. Там живут боги, духи и вечно молодые люди. Галлы называли эту страну Аннвн. Там стоят котел воскрешения и котел изобилия. Котел воскрешения возвращает жизнь погибшим воинам, а котел изобилия снабжает их пищей, которая дарит вечную жизнь тем, кто ею питается.
Для галлов и ирландцев Аннвн, потусторонний мир, столь же реален, как и мир материальный. И некоторые магические обряды позволяют переходить из одного мира в другой.
Из диссертации Франсиса Разорбака «Эта незнакомка Смерть»
67. После празднества
– Мне хотелось бы быть Феликсом.
Обычно крайне сдержанная Амандина не скрывала приподнятого настроения. Я провожал ее после каждого сеанса. В тот вечер мы чуть-чуть перебрали. В танатодроме из-за отсутствия денег мы смогли отметить наш тайный триумф только шипучкой. Пластмассовые стаканчики взлетели к потолку.
– Какой фантастический миг мы пережили! Как мне хотелось бы быть первым человеком, первым танатонавтом, ступившим на этот недоступный континент и вернувшимся оттуда! Да, мне хотелось бы быть Феликсом!
Я попытался вернуть ее на землю.
– Все не так просто. У него была причина вернуться. Вы сами слышали, как он говорил, что его тянул к себе свет. Он колебался, не знал, что делать. И повернул назад только потому, что запрограммировал себя на снижение тюремного срока на бренной земле.
Я нажал на газ. Мрачные пригороды, тонувшие в полумраке, неслись мимо окон машины. Я искоса глянул на Амандину, которая тщательно пудрила носик, несмотря на выбоины на дороге.
Я уже хорошо знал ее. Рауль много рассказывал о ней. Эта красивая женщина была очень добросовестной медсестрой, которая не могла смириться с тем, что умирают ее подопечные. Еще в школе ее расстраивали плохие отметки. А в больнице каждая смерть пациента была для нее равнозначна нулю с минусом. Когда ее больной умирал на операционном столе, она ощущала себя ответственной за его кончину.
Коллеги убеждали ее, что она ни в чем не виновата, но она не верила. Она считала, что каждый летальный исход свидетельствовал о ее некомпетентности.
Амандине казалось, что люди умирают из-за недостатка любви. Она верила, что в заключительной стадии рака с множеством метастаз пациент сам выбирал смерть. А делал выбор потому, что окружение было неспособно доказать, насколько ценна жизнь. Она старалась полюбить каждого из своих пациентов, но те по-прежнему умирали, а она упрекала себя, что не проявила к ним достаточно любви.
Казалось, лучшим выходом для Амандины Баллюс была бы смена профессии. Но неудачи заставляли ее, как и Рауля, начинать все сначала в попытке достичь идеала или уничтожить саму себя. Когда она случайно прочла коротенькое объявление о проекте, связанном с сопровождением умирающих, где требовалась медсестра, она тут же ответила. И едва Рауль Разорбак заговорил с ней о проекте «Рай», как она решила посвятить тело и душу замыслу возвращать мертвых в мир живых.
Как ни удивительно, но огромное количество жертв на начальной стадии ее вовсе не смутило. У Амандины была странная логика: она была готова согласиться на смерть нескольких человек в надежде спасти больше людей в неопределенно далеком будущем.
– Мне хотелось бы быть Феликсом! – повторяла она. – Он храбр и даже красив.
Я скривился. Не стоило преувеличивать. Этот питекантроп, быть может, и храбр – но красив?
– Он там, наверное, столкнулся с ужасными испытаниями.
Как она сияла, когда говорила о Феликсе.
– Что будем делать теперь? – спросил я, пытаясь сменить тему разговора.
– Увеличим количество пусков. Рауль уже доложил об успехе министру Меркассье. Президент собирается лично поздравить нас. Он уже поручил директору пенитенциарного заведения отобрать сотню новых кандидатов в танатонавты.
Она радовалась, словно речь шла об организации увеселительных вечеров.
– Мы победили, – пробормотала она, едва сдерживая ликование.
68. Полицейская картотека
Запрос основных данных
Фамилия: Кербоз
Имя: Феликс
Волосы: Светлые и редкие
Рост: 1 м 96 см
Особые приметы: Высокий рост, лицо с множеством шрамов
Комментарий: Первый танатонавт, которому удалось вернуться в мир живых.
Слабое место: Низкий коэффициент интеллекта
69. Из прессы
СКАНДАЛ: ПРЕЗИДЕНТ ЛЮСЕНДЕР ЖЕРТВУЕТ УГОЛОВНИКАМИ В ТАК НАЗЫВАЕМЫХ НАУЧНЫХ ЭКСПЕРИМЕНТАХ.
Нам потребовалось провести серьезное расследование, чтобы убедиться в том, что президент Люсендер является одним из величайших преступников в мире. Более изощренный, чем Ландрю или Петио, президент Люсендер, наш глава Государства, избранный большинством французов, хладнокровно убивает людей, с которыми даже незнаком.
Его жертвы – уголовники, которые мечтают отбыть свой срок в спокойном состоянии духа. Предлог или причина, считайте как хотите: изучение смерти! Ибо наш президент Республики обзавелся особым хобби: это не гольф, не кулинария на сливочном масле, не нумизматика, а смерть!
С помощью нескольких сообщников, а именно министра научных исследований Меркассье, профессора Рауля Разорбака, безумного биолога доктора Мишеля Пэнсона, нечистоплотного врача-анестезиолога, и Амандины Баллюс, медсестры-карьеристки, президент убивает невинных.
Мы подсчитали, что с помощью «коммандос запрограммированной смерти» в мир иной уже переселились сто двадцать три заключенных только ради удовлетворения преступного любопытства деспотичного главы Государства.
Мы вернулись во времена варварства, когда римские императоры распоряжались жизнью и смертью беспомощных рабов. Некоторые из них убивали плененных бедолаг, чтобы посмотреть, оживит ли их плащаница Иисуса Христа.
Однако в наши дни больше нет императоров, хотя Люсендер считает себя Цезарем, нет и рабов. Вернее, мы так думали до сегодняшнего дня. Мы были убеждены, что нами управляет демократически выбранный президент, за которого проголосовало большинство наших сограждан. Президент, чей первый долг обеспечивать доброе здоровье своих подданных, убивает их!
Едва директор тюрьмы Флери-Мерожи, возмущенный горами трупов, каждый день наполнявших подвалы тюремного заведения, открыл ужасающую правду именно нашей редакции, как оппозиция потребовала снятия президентского иммунитета. Парламент немедленно назначил следственную комиссию для изучения фактов.
Большинство опрошенных министров отказываются верить очевидному, но некоторые из них заявляют, что, если комиссия докажет массовые убийства, они тут же подадут прошения об отставке.
Министр Меркассье не стал ожидать появления новой информации и сбежал вместе с супругой в Австралию, чтобы избежать судебного преследования.
70. Встреча со сворой
За эйфорией последовало горькое разочарование. Мы взмыли в небо на крыльях успеха Кербоза и упали на землю под градом оскорблений. Нас подвергли публичному остракизму.
Директор тюрьмы умело распорядился эффектом неожиданности. Скандал с каждым днем приобретал все больший размах. Газеты перешли в наступление. Авторы передовиц предлагали подвергнуть нас тем же опытам. Опросы показали, что 78% населения желало посадить нас за решетку, чтобы поскорее лишить возможности наносить урон обществу.
Некий расторопный следователь открыл уголовное дело. Нас вызывали к нему по очереди. Мне он обещал смягчение участи, если я переложу вину на своих сообщников. Полагаю, другим он предлагал сделать то же самое. Испытывая сомнения, я промолчал.
Следователь назначил обыск, и полицейские перерыли мою квартиру, содрав с пола все паркетины в надежде обнаружить спрятанные трупы!
Собрание совладельцев дома посоветовало мне смыться из квартиры до конца триместра. А консьержка разъяснила, что из-за меня в доме резко снизилась стоимость квадратного метра.
Я едва осмеливался выходить из дома. Дети на улице бежали вслед за мной с криками: «Палач Флери-Мерожи, палач Флери-Мерожи!» Чтобы избежать нападок, мы с Амандиной регулярно ночевали у Рауля. А он воспринимал происходящее с полным равнодушием, считая, что временные неудобства не замедлят хода истории.
Его безмятежность не знала границ. Его уволили с работы. Его «Рено-20» с откидным верхом сгорел при взрыве, организованном доселе неизвестным «Комитетом выживших зэков». На двери дома, где он жил, красовалась надпись, выполненная огромными красными буквами: «Здесь живет убийца 123 жертв».
Как-то, когда мы подбадривали друг друга, вспоминая о взлете Кербоза, в дверь позвонил человек в надвинутой на глаза шляпе. Сам президент Люсендер явился к нам. Я впервые видел его. Быстро представившись, он сообщил последние новости. И бодрости нам не добавил. Встав перед столом, словно на митинге, он заявил:
– Друзья мои, надо готовиться, что мы столкнемся с бурей. То, что мы пережили сейчас, не идет ни в какое сравнение с тем, что нас ждет в ближайшем будущем. Политические друзья и недруги объединились, чтобы свести со мной счеты. Им плевать, что нескольких зэков отправили к праотцам, но многие мечтают стать халифами, свергнув законно избранного халифа. Больше всего меня беспокоят друзья, которые знают, чем достать меня. Сожалею, что вовлек вас в эти чудовищные неприятности, но мы знали, на какой риск идем. Не предай нас неблагодарный Меркассье и этот дурак-директор Флери-Мерожи!
Президент опустил руки. Я находился на грани паники. Рауль, верный себе, не моргнул даже в момент, когда булыжник разбил окно в гостиной.
Он налил всем виски.
– Вы все ошибаетесь. Никогда еще обстоятельства не складывались для нас столь удачно, – заявил он. – Без этой непредвиденной утечки информации мы до сих пор занимались бы ремесленничеством в подвалах тюрьмы. Отныне мы приступим к работе в открытую. Президент, весь мир склонит голову перед вашим мужеством и вашим гением.
Люсендер скептически поморщился:
– Ладно-ладно, я здесь ни при чем. Не стоит льстить моему самолюбию.
– Еще как стоит, – настаивал мой друг. – Мишель был прав, требуя, чтобы мы поскорее сообщили о наших достижениях прессе. Феликс – герой. И заслуживает известности и признания.
Президент не понимал, куда клонит Разорбак. Но я уже сообразил. И воскликнул:
– Надо переходить в наступление, а не обороняться. Все вместе против дураков!
Вначале нам казалось, что мы были группой заговорщиков, загнанных в тупик. Потом мы переглянулись. Нас было мало, но решимости – хоть отбавляй. Мы не блистали талантами, но совместно попытались изменить лицо мира. Отказываться от борьбы было рано. Амандина, Рауль, Феликс, Люсендер. Я еще никогда не чувствовал такого единения со своими друзьями.
71. Греческая мифология
Павший на поле боя Аир из Памфилии попал в помещение с четырьмя огромными окнами: два выходило в небеса, два – на Землю. Добродетельные души взмывали вверх. Грешные тенями падали вниз. Аир увидел, какие наказания грозили преступникам. Он оказался в легендарном месте, через которое проходила колонна, ось мира. Отсюда души отправляются в загробный мир, где течет река забвения Лето.
И тут Аир вдруг очнулся на погребальном костре, вызвав великое разочарование собравшихся на церемонию. Он рассказал, что увидел в мире мертвых. В его историю никто не поверил. И все с презрением отвернулись от него.
Из диссертации Франсиса Разорбака «Эта незнакомка Смерть»
72. Вперед на всех парусах
Скандал разросся до неимоверных масштабов. Снимки, сделанные в так называемой «лаборатории запрограммированной смерти», красовались на первых страницах газет. В беспощадном свете вспышек помещение походило на мрачный зал пыток. Недобросовестные репортеры даже украсили передний план окровавленными скальпелями и зажимами с прилипшими к ним волосами.
Затем состоялся показ «президентской бойни». На самом деле снимали тюремный крематорий. Поскольку тел погибших танатонавтов не было, журналисты нагромоздили горы вымазанных красной краской манекенов.
Фотографии были намеренно размытыми, чтобы придать зрелищу большую драматичность и реализм. Словно их сделали скрытой камерой во время нашей работы. Одному из репортеров даже повезло снять настоящего самоубийцу Флери-Мерожи. Тип повесился, когда ему отказали в доступе на танатодром. Ну и что? Его раздувшееся лицо с торчащим языком и выпученными глазами обошло все журналы. «Они его поимели!» – вещала скромная подпись под фотографией несчастного, которого мы даже в глаза не видели. А ниже красовались убийцы. Мы подали в суд за клевету, но дело проиграли.
Как крысы, бегущие с тонущего корабля, министры один за другим подали в отставку. Было образовано кризисное правительство. Президента Люсендера отстранили от должности главы Государства до окончания расследования.
Меркассье из Австралии обвинял Люсендера в том, что тот заставил его действовать, невзирая на решительный отказ. Но даже не намекнул на успех нашего опыта.
Люсендер воздерживался от комментариев, игнорируя все обвинения, ограничившись лишь одним выступлением по телевидению в популярном ток-шоу, где заявил, что всех первопроходцев вначале всегда подвергали остракизму. Он говорил о невероятном прогрессе, о завоевании потустороннего мира, о неизведанном континенте.
Журналистка, задававшая ему вопросы, была холоднее льда. Она напомнила, что пионеры-уголовники были людьми, а не подопытными свинками, и что президент нарушал их права, разрешив проведение опытов со смертельным исходом.
Жан Люсендер пропустил ее замечания мимо ушей. А в конце передачи встал перед камерой и заявил:
– Дорогие телезрители, дорогие сограждане, я вынужден признать, что мы убивали ради познания, стремясь вырваться за пределы нашего человеческого состояния. И мы преуспели в своем начинании! Один из наших добровольцев побывал в потустороннем мире и вернулся оттуда целым и невредимым. Его зовут Феликс Кербоз. Он стал первым путешественником в страну смерти. Мы называем его танатонавтом. И готовы повторить наш опыт в прямом эфире. Если опыт окажется неудачным, я согласен пойти под суд и приму любой приговор. Завтра – уже завтра! – я предлагаю вам повторить вместе с моей командой попытку запуска человека в потусторонний мир. На опыте могут присутствовать все телевизионные компании Франции и всего мира. Событие состоится во Дворце Конгрессов в шестнадцать часов.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?