Текст книги "Подарок к Рождеству"
![](/books_files/covers/thumbs_240/podarok-k-rozhdestvu-21365.jpg)
Автор книги: Бетти Нилс
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Половина девочек разъехались, когда стоявшая рядом с ней Нелл восторженно завизжала.
– Вон мама и дядя Хасо! – Она толкнула Оливию, чтобы убедиться, что та слышит. – Мы поедем в Голландию!
– Это чудесно, – сказала Оливия и – открыла рот от удивления. К ней шел мистер ван дер Эйслер с элегантно одетой светловолосой женщиной, по-мальчишески коротко стриженной.
Оливия была так потрясена, что не нашлась, что сказать, а мистер ван дер Эйслер, превосходно разыграв изумление, дружелюбно кивнул.
– Оливия, вот уж не ожидал вас здесь встретить!
Он вытерпел крепкое объятие Нелл и повернулся к спутнице:
– Рита, эта юная леди работала у Джерома. Мама Нелл, Оливия, – обратился он к девушке, – миссис Бреннон.
– Очень мило, – сказала миссис Бреннон, и это могло означать что угодно. Она не подала руку, а наклонилась поцеловать дочку и сказала: – Может быть, поедем, Хасо? Леди Бреннон ждет… Она коротко улыбнулась Оливии. – До свидания. Я надеюсь, Нелл ведет себя хорошо.
Она не стала ждать ответа, а взяла Нелл за руку и пошла к машине.
Мистер ван дер Эйслер долго молчал, потом спросил у Оливии, довольна ли она.
– Спасибо, очень. – И на случай, если он не расслышал, добавила: – Я еще никогда не была так счастлива.
Он с отсутствующим видом пробормотал: «Превосходно» – и простился.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
– Ну а чего ты ожидала? – спросила Оливия свое отражение в зеркале ванной комнаты. – Можешь быть уверена, он тебя едва вспомнил. А она очень привлекательна… И Нелл он обожает…
Оливия стала рассеянно укладывать вещи, чтобы занять себя, пока мисс Кросс не объявила, что готова ехать в Бат. Там Оливии было велено припарковать машину на два часа – это означало, что она могла походить по магазинам и выпить чашку чая. На обратном пути мисс Кросс всю дорогу молчала, потом сказала:
– Перед ужином зайдите ко мне в кабинет, Оливия. Вы поедете домой завтра?
– Да, мисс Кросс. – Ей хотелось спросить, увольняют ее или нет, но она не решилась. Не стоило искушать судьбу…
Оливия почти закончила сборы, когда пришла горничная мисс Кросс и пригласила ее в кабинет. Хуже, чем к зубному врачу, подумала Оливия, стучась в дверь, и, когда ей ответили, вошла.
– Садитесь, Оливия. – Мисс Кросс выглядела, как всегда, приветливой, но это ничего не значило. – Вам здесь нравится? – спросила она.
– Да, мисс Кросс.
– Хорошо. Вы нас вполне устраиваете: с работой справляетесь, дети вас любят. Я готова принять вас на следующую четверть на тех же условиях. Вы играете в теннис или крокет?
– Да, мисс Кросс.
– Хорошо. Вернитесь, пожалуйста, на два дня раньше детей, – она заглянула в календарь, – это будет пятнадцатое апреля. Дайте знать, когда приезжаете, вас встретят на станции. – Она улыбнулась. – Вы согласны занять ту же квартиру?
– Да, мисс Кросс. Я буду счастлива вернуться на следующую четверть.
– Значит, договорились. Сейчас я с вами прощаюсь, потому что вы уедете утром, а я до обеда буду занята.
Оливия шла к себе, танцуя в пустых коридорах и радостно напевая. Может, я старая дева, думала она, но я счастлива.
Когда Оливия появилась на Силвестер-Кресент, шел дождь, ряд чопорных домов неприветливо хмурился, но мама ждала ее, стоя у окна, и Оливия мигом забыла острую тоску по школе. Они говорили и смеялись от радости, что видели друг друга, пока не вошла миссис Фицгиббон.
Она подставила щеку для поцелуя.
– Я отдыхала, а вы раскричались и мне помешали. Ты вернулась насовсем?
– Нет, только на пасхальные каникулы. Ты хорошо выглядишь, бабуля.
– Я никогда не забочусь о том, как выгляжу. Свои страдания я ношу при себе.
Оливия подмигнула матери и пошла ставить чай. Старуху нельзя принимать всерьез – только так ее можно переносить.
Мать сразу же зашла на кухню.
– Это все потому, что мы ее разбудили… – Миссис Хардинг с беспокойством смотрела на дочь. – Я уверена, она рада тебя видеть, девочка.
– Да, мама. Как ты отнесешься к идее в учебное время пожить у меня недельку-другую? Я, конечно, буду занята, но в Бат регулярно ходит автобус, и по вечерам, когда нет дежурства, я буду с тобой.
– Я бы с радостью, дорогая моя. Я не помешаю?
– Ну что ты! Поживешь на природе, деревня там очень красивая – хоть совсем близко от Бата, но все же настоящая деревня.
После школьной суматохи жизнь в доме бабушки казалась ей скучноватой, но Оливия, почти не потратившая свою зарплату, теперь возила мать на разнообразные экскурсии.
– Чудесно, – проговорила миссис Хардинг, устроившись на верху экскурсионного автобуса, объезжающего знаменитые места. – Сверху все смотрится совсем по-другому. – Она обернулась к Оливии. – Я думаю, бабушка рада остаться дома одна. Она так долго жила сама по себе, что ей утомительно мое постоянное присутствие.
Оливия кивнула.
– Я понимаю, мама. Я надеюсь, что после этой четверти мисс Кросс примет меня на постоянную работу, и тогда ты сможешь переехать ко мне. Флигель хоть и маленький, но на двоих. Ты могла бы снова заниматься делами женского комитета, украшать церковь перед службами, ездить за покупками – как в прежние времена.
За два дня до конца ее отпуска миссис Фицгиббон, отвечая на телефонный звонок, позвала Оливию.
– Это тебя. Мужчина, но не Родни. Возьми-ка трубку.
Оливия взяла, а миссис Фицгиббон бесстыдно уселась в кресло подслушивать.
– Да? – резко произнесла в трубку Оливия.
– Голос как клинок, – сказал ей в ухо мистер ван дер Эйслер. – Вы думали, это Родни?
Она повернулась спиной к бабушке, чтобы та не видела, как ее лицо осветила счастливая улыбка.
– Нет. Какой сюрприз!
– Я повезу Нелл в школу, мы захватим вас по пути.
– Да, но я…
– Едете на два дня раньше, я знаю от Нелл. Она поживет у бабушки до начала занятий.
– Ну… хорошо.
– Оливия, умоляю вас, перестаньте мычать и слушайте, что я скажу. Мы заедем за вами через два дня. В десять утра.
Он положил трубку, даже не попрощавшись, и она тоже положила трубку на рычажки.
– Кто это был? – потребовала ответа бабушка. – Не очень-то ты о себе рассказываешь.
– Нечего было рассказывать, – сказала Оливия и пошла искать маму.
Когда два дня спустя они его поджидали, мать поинтересовалась:
– Я сварила кофе, как ты думаешь, Оливия, он выпьет?
– Не знаю, мама. По телефону он был такой строгий. Может, торопится передать Нелл бабушке.
– Ну, если он пожелает, кофе готов, – проговорила миссис Хардинг. – Я надеюсь, он задержится хоть на несколько минут: наша бабушка очень хочет на него посмотреть.
– Этого я и боюсь, – сказала Оливия. Мистер ван дер Эйслер был точен, в десять стоял перед дверью – красивый, уверенный, в элегантном твидовом костюме. Из окна машины выглядывала Нелл, и Оливия тут же предложила:
– Заходите, пожалуйста, наверное, Нелл хочет пить, а у нас только сварили кофе. Или вы страшно спешите?
– Кофе – это замечательно, и Нелл, я знаю, обрадуется, если наконец увидит, где вы живете.
Он открыл девочке дверцу машины, малышка подскочила к Оливии и подняла личико для поцелуя.
– Как же хорошо, что вы возвращаетесь в школу! – воскликнула она. – Я хочу, чтобы вы остались у нас навсегда.
Оливия грациозно склонилась к девочке.
– Спасибо за добрые слова, Нелл. Заходи, выпьешь лимонаду.
В прихожую вышла мать. Мистер ван дер Эйслер пожал ей руку, улыбнулся с высоты своего роста и приятным голосом сказал все, что положено при знакомстве, а потом представил Нелл.
– Кофе готов. – У миссис Хардинг перехватило дыхание. С каким роскошным мужчиной знакома Оливия! В мыслях миссис Хардинг уже видела дочь в свадебной вуали и флердоранже. – Заходите, познакомьтесь с моей матерью.
Миссис Фицгиббон восседала в любимом кресле – том самом, – и одного взгляда на нее мистеру ван дер Эйслеру было достаточно, чтобы превратиться во врача у постели больного. Мистер ван дер Эйслер заговорил сдержанно, но почтительно – олицетворение преуспевающего человека, который знает себе цену.
За кофе Оливия наблюдала, как ее чопорная бабушка сделалась сама любезность. Нелл между тем бродила по комнате, разглядывала фотографии и безделушки. Оливия поднялась, чтобы показать Нелл музыкальную шкатулку, стоявшую на боковом столике, когда миссис Фицгиббон заметила:
– Оливия ничего не умеет. Ей никогда не приходилось работать, и теперь, подчинившись печальной необходимости, она обнаруживает свою полную неприспособленность. Впрочем, я – старая женщина и должна мириться с разочарованиями, которые преподносит жизнь.
Оливия догадалась, что она и есть одно из этих разочарований, и была сердечно тронута словами мистера ван дер Эйслера:
– Хочу вас поправить, миссис Фицгиббон. В своей школе Оливия выполняет очень нужную работу, а забота о детях требует терпения, доброты, понимания. Директриса говорила мне, что Оливия у них на вес золота. – Потом он повернулся к миссис Хардинг. – Для вас, должно быть, большая радость услышать об успехах дочери. Это хорошая школа, и окрестности там очень красивые. Наверное, вы могли бы навещать Оливию?
– Да, она уже пригласила меня пожить с ней в учебное время. Я знаю, что мне там понравится.
Миссис Фицгиббон громко вздохнула:
– Хорошо тебе, ты еще молодая, можешь ездить, наслаждаться жизнью. А я, увы, останусь здесь одна.
Мистер ван дер Эйслер непринужденно заметил:
– Я думаю, вам будет нетрудно найти компаньонку, миссис Фицгиббон. – Он поднялся. – Вы должны меня извинить, но нам пора ехать. Бабушка Нелл ее ждет.
Они несколько задержались, пока Оливия водила Нелл наверх – после того, как девочка объявила звонким голоском:
– На всякий случай… А то вдруг в дороге будет невтерпеж. Дядя Хасо спешит.
– Совсем позабыли о скромности, – проскрипела миссис Фицгиббон.
– Вам хватит одного сиденья на двоих, – проговорил мистер ван дер Эйслер, пристегивая Оливию и Нелл ремнем безопасности. Он поставил вещи в багажник, потом уселся рядом и плавно тронул с места.
– Мне не нравится ваша бабушка, – объявила Оливии Нелл. Ее крестный отец постарался кашлем скрыть смешок.
– Она старенькая, – вступилась за миссис Фицгиббон Оливия. И добавила: – Наверное, когда ты состаришься, то тоже будешь говорить вслух то, что другие думают про себя.
– Она сказала, что вы – одно из ее разочарований.
– Ну что же, наверное, так и есть, с ее точки зрения. Видишь ли, она хотела, чтобы я была маленького роста, изящная, чтобы замуж вышла, когда была совсем молодая.
– А разве вы не молодая?
– Боюсь, не очень…
– Зато вы очень красивая. Я постараюсь подыскать вам мужа, – важно сказала Нелл.
Мистер ван дер Эйслер деловито заметил:
– Женщины, в большинстве, предпочитают сами выбирать мужей.
Оливия, покраснев, осторожно проговорила:
– Я всегда думала, что выбирают мужчины.
Мистер ван дер Эйслер усмехнулся.
– Это не так. Они могут воображать, что выбирают, но все решает женщина.
– Я выйду замуж за принца, – объявила Нелл, и Оливия похвалила ее намерение. Обсуждение этой темы затянулось – уже скрылись из виду последние пригороды, и они мчались по шоссе.
Возле Бата, к удивлению Оливии, они свернули в Чиппенем, и она удивилась еще больше, когда машина въехала на узкую деревенскую дорогу.
Мистер ван дер Эйслер взглянул на часы.
– Вовремя, – заметил он. – Бабушка ждет.
– А в школу… – начала Оливия.
– После ленча. Леди Бреннон просила сначала привезти вас к ней.
– Но я же с ней незнакома.
– Да, вы пока незнакомы, – проговорил он таким безапелляционным тоном, что она не нашла, что сказать в ответ.
Увидев леди Бреннон, Оливия пожалела, что у нее нет такой бабушки – она лучилась улыбкой от удовольствия, что всех их принимает у себя, обнимала внучку, втягивала в разговор Оливию. Они сидели в старомодной столовой, и их потчевали бараниной, молодой картошкой и овощами, выращенными, по уверению леди Бреннон, в ее саду.
– Вы любите деревню? – спросила она. Оливия ответила, что да, любит, что в юности жила неподалеку от Эрли-Гилфорда. Правда, Оливия не стала вдаваться в подробности, а хозяйка дальше не расспрашивала. После прогулки по саду мистер ван дер Эйслер предложил отправиться в путь.
Оливия проворно собралась и пошла к машине вместе с уцепившейся за нее Нелл. Перед тем как сесть в салон, она попрощалась с леди Бреннон и поблагодарила ее так мило, что хозяйка дома заметила мистеру ван дер Эйслеру:
– Очаровательная девушка. Мисс Кросс получила просто сокровище. Хорошо, что вы оказали ей покровительство, Хасо. Она не догадывается, что это были вы?
– Нет, пусть и дальше ничего не знает. Я рад, что она нашла достойную работу.
– Вы заглянете ко мне на чай перед возвращением в город? Мы еще не поговорили о Рите.
В школе он взял ключ от флигеля, открыл дверь, занес багаж Оливии и стал изучать помещение; медленно прохаживаясь вдоль стен, он разглядывал веселенькие дешевые эстампы, книжные полки. Перед камином остановился и взял лежавшую на каминной полке открытку.
– Ну-ну, значит, Родни приглашает вас на свадьбу? Не очень-то добрый жест. Все равно что повернуть нож в ране, да?
– Чепуха, – сказала Оливия. – Нет никакой раны. Если хотите знать, он пригласил меня, потому что мы давным-давно знаем друг друга.
Мистер ван дер Эйслер щелкнул по открытке ногтем.
– «С другом…» – Он перевернул открытку и прочел вслух: – «Я не знаю, как зовут твоего жениха, но мы надеемся, что он придет с тобой».
Оливия покраснела.
– Это вас не касается…
– Касается, Оливия. Может быть, я всего лишь случайный знакомый, но я не хочу, чтобы вас унижали. Вы пойдете?
Она услышала, как говорит ему, что пойдет.
– Это в каникулы, когда я свободна… И потом, свадьба состоится в Брэдфорде-он-Эйвон, наверное, невеста там живет.
– Я буду вас сопровождать. На вас будет очаровательное платье и такая шляпка, какую женщины надевают на свадьбу. И я вас не посрамлю – я буду в визитке. Вы останетесь в памяти Родни нарядная, беззаботная, уверенная в своем будущем.
– Вы шутите? – спросила Оливия.
– Вовсе нет. Свадьба – нешуточное дело.
Она резко сказала:
– Откуда вам знать? Ведь вы не женаты. – И тут же пожалела о своих словах. – Ох, извините меня, – пробормотала Оливия.
Мистер ван дер Эйслер мягко сказал:
– Ничего. Я пойду с вами на свадьбу, это самое меньшее, что я могу для вас сделать. – Он положил открытку на место и направился к двери. – Судьба все время неожиданно сводит нас, верно?
Она кивнула.
– Да, но знайте, вы не обязаны идти со мной на свадьбу. У вас могут быть дела…
– Лучше я своими глазами увижу, что Родни благополучно женился.
Он собрался уходить и открыл дверь, Оливия протянула ему руку.
– Большое спасибо, что подвезли меня, я вам очень благодарна. – Она добавила: – Нелл повезло – у нее такая добрая бабушка.
Он взял протянутую руку и сердечно улыбнулся.
– Чего не скажешь о вас, Оливия.
Оливия хрипло проговорила:
– Ну, она уже старая, а я не оправдала ее надежд.
Он наклонился и коснулся ее щеки губами.
– До свидания, Оливия.
Она стояла в дверях и смотрела, как он уезжает. Поцелуй потряс ее, но она не позволила себе об этом думать. Вернувшись в гостиную, Оливия взяла свадебное приглашение.
– Ненавижу, когда меня жалеют, – с горечью сказала она. – Вот уже два укола… и поэтому я не пойду на свадьбу к Родни.
Времени на раздумья не было. Устроившись в своем маленьком домике, Оливия присоединилась к остальным сотрудникам, обсуждавшим учебные планы, вместе с сестрой-хозяйкой тщательно проверяла спальни, потом, когда появились дети, помогала им разобрать и разложить вещи – несколько часов напряженной работы… А потом некоторые девочки плакали, просились домой, и надо было их утешать.
Недели поначалу тянулись медленно, потом замелькали. Оливия любила свою работу, несмотря на то что была всецело в распоряжении любого учителя. Она разрисовывала декорации для предстоящего в конце четверти праздника, показывала малышкам, как держать ракетку, и подавала улетевшие мячи, играла с девочками в лапту на лужайке, а в дождливые дни занимала их играми в спортивном зале. Время от времени замещала отлучавшихся по необходимости учителей и вела уроки чтения. Не последним ее делом было следить за одеждой детей, а также помогать сестре-хозяйке мыть им головы, возить к врачу, а однажды, когда заболела повариха, Оливия приготовила обед на всю школу.
Незаметно пролетела половина четверти, подошло время коротких каникул и – свадьбы Родни. Мистер ван дер Эйслер не давал о себе знать, и Оливия испытала разочарование. Но она решила, что поедет на свадьбу. Мисс Кросс никогда не отказывала ей в машине, даст и на этот раз, все равно в школе никого не останется.
В следующий выходной она поехала в Бат, чтобы приобрести соответствующий наряд. Свои летние платья она носила уже несколько лет, и Родни любое сразу узнает. Лучше всего подобрать что-нибудь дешевое и простое в серебристо-зеленых тонах, что оттеняло бы ее волосы и фиалкового цвета глаза.
После долгих поисков она нашла, что хотела. Гладкое нежно-зеленое узкое платье с коротким рукавом и скромным вырезом. Ткань выглядела, как настоящий лен, хотя, конечно, была синтетической. В магазине этими платьями был увешан целый ряд, но Оливия подозревала, что гости Родни едва ли заходят в подобные магазины, и никто не узнает, откуда ее наряд. От лучших времен у нее сохранились итальянские босоножки и хорошие перчатки темно-серого цвета. Оставалось решить вопрос со шляпой.
Кое-что ей понравилось, но цена была не по карману. Усталая и раздраженная, Оливия наконец увидела в универмаге совсем простую соломенную шляпку с широкими полями. В галантерейном отделе подобрала к ней ленту. Лента оказалась дорогой, но просто преображала шляпку и отлично подходила к платью. Остаток дня она провозилась, прилаживая ленту. Сзади на шляпке Оливия сделала большой бант. Может быть, это не модельная шляпка, но очень похоже…
Наступили каникулы, и на четыре дня школа опустела. Оливия уже заканчивала причесывать Нелл, когда девочка сказала:
– Я хочу, чтобы и вы поехали со мной к бабушке.
Оливия растрогалась.
– Дорогая моя, это было бы замечательно, но ты чудесно проведешь время с бабушкой. Я думаю, поджидая тебя, она приготовила много развлечений.
Нелл кивнула. И захотела узнать:
– А у вас когда-нибудь бывают развлечения?
– Послезавтра я иду на свадьбу, и у меня новая шляпка.
– Не на свою свадьбу? – забеспокоилась Нелл.
– Нет, моя дорогая. А теперь ступай, мисс Кросс ждет вас всех в холле к десяти часам.
И вот школа опустела. После того как забрали последних детей, остаток дня прошел в уборке и подготовке к их возвращению. На следующий день в школе оставалось всего несколько человек. Оливия, предоставленная самой себе, сначала долго гуляла, потом тщательно вымыла голову и обработала ногти. Мисс Кросс разрешила ей взять машину, так что все устраивалось. С еще влажными волосами, распущенными по плечам, Оливия вышла в сад позади флигеля, но ей тут же пришлось вернуться – в доме звонил телефон.
Мистер ван дер Эйслер с обычным спокойствием произнес:
– Хэлло, Оливия.
– О, это вы…
– Да, я. Разве я не говорил, что позвоню?
– Говорили. Только ведь свадьба завтра… Я думала, что вы забыли.
– Конечно, нет. Послушайте, мы должны быть в церкви минут за пятнадцать до невесты, так? Пятнадцать минут на дорогу, полчаса на то, чтобы поболтать и выпить кофе у вас. Свадьба в двенадцать, верно? Я буду у вас в одиннадцать.
– Очень хорошо, я к этому времени приготовлю кофе. Где вы находитесь? Я слышу плеск воды.
– Я закончил операцию, и сейчас тут идет уборка.
Она подумала, что бы сказать такое умное. И спросила:
– Вы не слишком устали? Я имею в виду, что завтра вам придется вести машину. Вы будете осторожны?
Мистер ван дер Эйслер подавил смешок.
– Я буду осторожен, Оливия.
– Вы, наверное, заняты. До свидания, спасибо, что позвонили.
Оливия вернулась в комнату, высушила волосы, строго приказывая себе не слишком волноваться: он просто сделал то, что обещал. Очень любезно с его стороны. Он решил, что для нее будет унизительно прийти одной на свадьбу к Родни, а отказаться – еще хуже, она представляла, какие поползли бы сплетни…
Мистер ван дер Эйслер съездил домой пообедать, потом вернулся в больницу проверить состояние прооперированного и поговорить с ассистентом. К тому времени, как мистер ван дер Эйслер добрался до постели, было уже совсем поздно, и все же он не мог заснуть, думая об Оливии.
С ней было то же самое, но сонные мысли путались и вскоре перешли в глубокий сон, а в свете утра она их отбросила – слишком много дел предстояло.
Оливия позавтракала, прибрала крохотную гостиную, накрыла поднос для кофе и приготовила все, что потребуется для сандвичей, потом пошла одеться. Она неплохо выглядит, решила Оливия, разглядывая себя в пятнистом зеркале на двери душевой. Платье будет смотреться вполне прилично благодаря дорогим туфлям, перчаткам и сумочке, остаткам прежней роскоши. Шляпка тоже удачная. Оливия положила ее на кровать и спустилась вниз поставить чайник и сделать сандвичи.
Как раз вовремя… Машина подъехала и бесшумно затормозила перед узкой входной дверью, из машины вышел мистер ван дер Эйслер, великолепный в своей визитке.
Оливия распахнула дверь.
– Хэлло, какой вы элегантный…
Он взял ее за руку.
– Вы украли мои слова, Оливия. – Он неторопливо изучал ее. – Вы выглядите элегантно… прекрасно – вы появитесь и затмите невесту.
Оливия порозовела.
– Надеюсь, вы шутите. Этот день – для невесты. Мы сядем где-нибудь сзади… – Она повела его в гостиную, беспокойно добавив на ходу: – И вовсе я не элегантна, это платье – из универсального магазина. – Разливая кофе, она сказала: – Мы сможем улизнуть сразу, как только закончится прием гостей. Наверное, вы хотите вернуться в больницу.
– Я оставил дела в надежных руках ассистента. Вам хорошо здесь, Оливия?
– Да. На следующей неделе приедет мама. Это чудо, что старая подруга бабушки решила ей написать!
– Действительно. Судьба не всегда бывает зла, Оливия.
– Верно. Вы недавно ездили в Голландию?
– Я вернулся несколько дней назад. Я видел Дебби, она обручилась с каким-то парнем по имени Фред. А ее отец теперь работает дежурным в больнице Джерома. Так что судьба милостива и к ней.
– О, я так рада! Если увидите ее еще раз, расскажите ей, как я счастлива. Когда школа снова откроется, я ей напишу. – Оливия заметила, что он взглянул на часы. – Нам пора ехать? Пойду надену шляпу.
Потребовалось несколько минут, чтобы водрузить ее на пышные волосы, и хотя результат удовлетворил Оливию, она чувствовала большое смущение, спускаясь по лестнице.
Он глядел в окно, но обернулся, когда она вошла в комнату.
– Очаровательно! Свадебная шляпка par excellence[2]2
Здесь: настоящая (франц.).
[Закрыть].
Однако Оливия умница, отметил он. Платье дешевое, но элегантное, шляпа – не модельная, но имеет стиль, а перчатки и туфли безупречны. Мистер ван дер Эйслер сопровождал бы Оливию, даже будь на ней мешок и кепка грузчика на голове, а в данном случае она выглядела просто сногсшибательно.
Когда они добрались до церкви, там уже было полно народу. Они уселись сзади и могли разглядывать общество, не привлекая внимания к себе. Тем не менее два-три человека оглянулись на них, узнали Оливию, с величайшим интересом оглядели мистера ван дер Эйслера и зашептались с соседями.
Родни стоял рядом с шафером и не смотрел по сторонам, даже когда суета в дверях церкви возвестила о прибытии невесты.
У Оливии было великодушное сердце, и оно затрепетало от жалости, как только она увидела невесту. Невысокая, коренастая, разряженная в немыслимое количество кружев и белый атлас! Еще у нее был тонкий длинный нос, и хотя глаза были большие и голубые, рот ее недовольно кривился. Это в день-то свадьбы? – подумала Оливия. Наверное, ей туфли жмут!
Даже когда они с Родни позже шли по проходу в центре, новобрачная все еще хмурилась, но Родни, казалось, был доволен собой, улыбался, кивал друзьям. При виде Оливии он слегка смутился, но быстро нашелся, подмигнул ей и повел новобрачную на церковный двор фотографироваться.
Прием происходил в доме невесты, на газоне позади массивного здания из красного кирпича стоял шатер. Родни хорошо устроился, решила Оливия.
Гости все прибывали; рядом остановилась машина, откуда высунулась женщина одних лет с Оливией.
– Оливия, дорогая! Мне говорили, что ты была в церкви. Какая неожиданность, мы все думали, что вы с Родни… – Она осеклась, когда мистер ван дер Эйслер подошел и встал рядом с Оливией.
Сара Даулинг была не подругой Оливии, а просто знакомой, они жили в нескольких милях друг от друга и встречались только на танцах в чужих домах.
– Привет, Сара, – улыбнулась Оливия из-под широких полей своей шляпы. – Какой сегодня чудесный день для свадьбы, не правда ли? Конечно, мы должны были прийти на свадьбу Родни, ведь я и Родни – мы с ним старые друзья.
Сара уставилась на мистера ван дер Эйслера.
– А это… а вы…
Он обворожительно улыбнулся.
– Хасо ван дер Эйслер, и вы, конечно же, угадали.
Оливия почувствовала, что краснеет.
– Может быть, зайдем в дом? – Она не смотрела на него, пока они шли в толпе гостей поздравлять новобрачных.
Оливия пожала руку отцу и матери Родни, представила мистера ван дер Эйслера и оказалась лицом к лицу с Родни.
– Оливия, старушка, я так рад, что ты пришла и привела…
– Хасо ван дер Эйслер, – спокойно назвала своего спутника Оливия и отвернулась, чтобы пожать руку новобрачной. Высказывая все, что положено, она слышала голос Родни, обратившегося к Хасо.
– Следующим мужчиной, попавшим в сети, будете вы. Мы надеемся прийти на вашу свадьбу, так и знайте, – напыщенно говорил он.
Оливия удивлялась, как много людей ее узнают. Друзей не было, в основном случайные знакомые, которых она встречала, пока жила у бабушки. Они все останавливались поглядеть на мистера ван дер Эйслера и посудачить, а он сносил их испытующие взгляды с иронической вежливостью. Оливия была уверена, что он находит все это скучным и утомительным, и с облегчением вздохнула, когда Родни и новобрачная пошли переодеваться – их провожали, осыпая лепестками роз и конфетти.
– Теперь можно уходить, – сказала Оливия и стала прощаться с напускной безмятежностью, прислушиваясь, как мистер ван дер Эйслер в безукоризненной манере все за ней повторяет. До машины они добрались не скоро, их то и дело останавливали, знакомых разбирало любопытство – все хотели побольше разузнать об Оливии и ее спутнике, а она дурачила их, отвечая вежливо и туманно, он же молча стоял рядом.
К тому времени, когда они оказались у машины, Оливия уже была взвинченна. Он усадил ее вперед, сел рядом, и они уехали.
– Ой, наконец-то все кончилось, – нервно проговорила Оливия. – Надеюсь, вы не слишком устали. Терпеть не могу свадьбы…
– Вам нужна хорошая чашка чая, – сказал он, будто успокаивал расстроенного ребенка. – Я знаю неподалеку одно местечко, но, боюсь, у других гостей появится такая же мысль, как у нас. Поедем-ка в Манктен, там есть чайный домик. Что за нелепая идея – устраивать свадьбу в полдень! В такой час надо бы подкрепиться чем-то более основательным, нежели легкая закуска и неважное шампанское.
– Выпьем чаю, станет лучше. – Оливия взглянула на него украдкой и заметила спокойное, дружелюбное выражение на его лице. – Спасибо, вы были так милы – выслушивать всю эту чепуху…
– Насчет вас и Родни? Ну, теперь у них есть о чем поразмыслить, верно?
– Я не старалась создать впечатление, что мы… что вы…
– Вы держались великолепно, и должен заметить, ваша шляпка произвела фурор.
– В самом деле? – Все раздражение Оливии улетучилось. – Я купила ее в универмаге и обвязала подходящей лентой.
Он засмеялся, и она тут же засмеялась вместе с ним.
– Не знаю, почему я это вам говорю.
– Одни люди располагают к откровенности, другие – нет, – вот и все, что он ответил. Потом добавил: – Ага, сейчас свернем на Манктен.
Чайная комната находилась в передней части небольшого коттеджа. Потолок оказался таким низким, что мистеру ван дер Эйслеру пришлось наклонить свою красивую голову, а столики стояли слишком близко, чтобы можно было вести приватную беседу. Но поскольку мистер ван дер Эйслер, похоже, не имел желания говорить о чем-то личном, это не имело значения. Они уничтожали булочки с джемом и с кремом, бисквитные пирожные с клубничным вареньем, съели не один кусок фруктового пирога и пили крепкий чай из внушительных размеров чайника.
– Чудесно, – проговорила Оливия, сбрасывая под столом туфли и откусывая от булочки. – Праздник!
Она слизнула с пальчика джем и улыбнулась мистеру ван дер Эйслеру из-под шляпы.
Только недолго длился этот праздник. Вскоре они уже снова сидели в машине и ехали в школу.
– Не хотите зайти? – нерешительно спросила она.
– Хочу, но не могу: сегодня вечером у меня в городе деловая встреча.
Его слова тут же заставили Оливию занять оборонительную позицию.
– Ох, я же не знала, если б вы сказали, я бы сразу же поехала сюда.
Он вышел из машины, чтобы открыть Оливии дверцу, и постоял рядом с девушкой у открытой двери дома.
– День был превосходный, Оливия, и теперь вы можете сдать Родни в архив.
– Я уже давно это сделала…
– А у вас есть планы на будущее?
Она покачала головой:
– Я вполне довольна настоящим.
Он снял с нее шляпу и, наклонившись, осторожно поцеловал в щеку.
– Передайте привет Нелл, когда увидите ее. До свидания, Оливия.
Она стояла, глядя, как он уезжает, и чувствовала себя ужасно одинокой.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?