Электронная библиотека » Денис Денисов » » онлайн чтение - страница 6


  • Текст добавлен: 26 мая 2015, 23:52


Автор книги: Денис Денисов


Жанр: История, Наука и Образование


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Наиболее яркий пример успешной адаптации к новым экономическим условиям демонстрирует история купеческой династии Яушевых. По своему происхождению они были служилыми мурзами из рода арских князей Яушевых. Князь Яуш в 1552 г. предположительно участвовал в обороне Казани от войск Ивана IV Грозного. Его сын князь Багиш имел обширные земельные владения по Алатской и Ногайской дорогам Казанского уезда в деревнях Кошар, Старый Менгер, Тамгачи, Шигач[187]187
  Первушкин В.В, Думин С.В., Гребельский П.Х. Князья Яушевы // Дворянские роды Российской империи. Т. 3. Князья. М., 1996. С. 201; Мустафина Д. Служилые мурзы Яушевы в XVI–XVII вв. // Гасырлар авазы Эхо веков. 2004. № 1. С. 32.


[Закрыть]
.


Фото 26. Магазин Яушевых в Кустанае. Начало XX в.


Потомок князя Яуша в 8-м поколении Гайса Юсупович Яушев (Гайса бин Юсуф бин Бикбау бин Муртаз бин Мурадым бин Абдулла бин Достмухаммед бин Багиш бин Яуш) (?-1870) приехал в город Троицк из деревни Старый Менгер Казанского уезда и губернии (ныне Атнинского района Республики Татарстан). Ходил с чужими караванами в Бухару, работал погрузчиком вьюков, потом завел в Троицке собственные лавки и начал торговлю мануфактурными товарами, в 1852–1859 гг. открыл кожевенный и мыловаренный заводы, разбогател и стал троицким купцом 1-й гильдии[188]188
  Баттал Г. Абдулвали Яушев. Оренбург: Типография «Вакыт», 1912.


[Закрыть]
. В 50-е годы XIX в. он избирался ратманом местной городовой ратуши.


Фото 27. Мечеть, построенная Яушевыми в Кустанае в 1893 г.


Семейный бизнес продолжили его сыновья Ахмеджан (1818-05.02.1875), Мухаммеджан (1823-?), Хакимжан (1825–1871), Шакиржан (1831–1871), Исмагилжан (?-?), Мухаммедзакир (Закиржан) (?-?) и Мухаметлатиф (1847–1885) Гайсичи Яушевы. Особенно преуспели на предпринимательской ниве М-Л.Г. Яушев, ставший троицким купцом 1-й гильдии, и А.Г. Яушев, который отделился от отца еще при его жизни. Он одним из первых оценил экономические возможности, открывшиеся после присоединения Средней Азии к России, и записался в ташкентские купцы 1-й гильдии.


Фото 28. Пассаж Яушевых в Ташкенте. Начало XX в.


Наибольшую известность получили его сыновья, братья Абдулвали (12.03.1840-13.09.1906), Муллагали (1864–1926), Мухаметсадык (1845–1899?) и Мухаметшариф (?—1906) Ахмеджановичи Яушевы – ташкентские купцы 1-й гильдии, потомственные почетные граждане, общественные деятели. Они продолжили активное освоение среднеазиатских рынков, наладив каналы поставки и сбыта, модернизировав производство, создав крупную торгово-промышленную группу, которая вошла в число признанных лидеров татарского национального капитала. В 1887 г. купцы выступили учредителями Торгового дома «А.-В.А. Яушев с братьями», который имел главную контору в Троицке, конторы в Москве и Варшаве, отделения в Челябинске и поселке Кочкарском Оренбургской губернии, Кустанае Тургайской области, Ташкенте и Аулие-ата (Таразе) Сырдарьинской области, Токмаке Семиреченской области, на семи прилинейных и внутренних степных ярмарках: Звериноголовской, Карачельской, Николаевской, Тукманской, Тургайской, Усть-Уйской и Чумлякской, а также в китайском городе Кульдже. Здесь велась крупная торговля шерстью, салом, кожами, зерном, мукой, чаем и сахаром.


Фото 29. Интерьер магазина Яушевых в Ташкенте. Начало XX в.


Через разветвленную сеть, включавшую более 20 собственных оптово-розничных магазинов, реализовывались мануфактурные, галантерейные, кожевенные, железоскобяные, парфюмерные, табачные, москательные, бакалейные и колониальные товары, ювелирные изделия, обувь и галоши, лекарства и др.; на двух крупнейших ярмарках Российской империи – Нижегородской и Ирбитской – также сбывалась разнообразная мануфактура и меха. В 1895 г. оборот «Торгового дома братьев Яушевых» только по продаже тканей составлял уже 3,6 млн руб.[189]189
  Всероссийский адрес-указатель мануфактурно-галантерейных торговых домов. М.: Типо-литография О. Лашкевич и Ко, 1896. С. 97, 194, 201, 219.


[Закрыть]
. В 1910–1913 гг. они развернули широкомасштабное строительство новых типов торговых структур – универсальных пассажей, оборудованных по последнему слову тогдашней техники с телефонной связью, автономными системами электрического освещения, паровым отоплением и подъемными машинами – прообразами современных лифтов. Такие пассажи появились в Троицке на Нижней Базарной пл. (ныне ул. братьев Малышевых), в Челябинске на Сибирской ул. (ныне ул. Труда), в Кустанае на Николаевской ул. (ныне ул. Алтынсарина), в Ташкенте на Ирджарской ул. и др. Сооружение только одного 4-этажного здания Пассажа в г. Троицке обошлось Яушевым в 300 тыс. руб., а численность его персонала доходила до 125 человек[190]190
  Мусульмане города Троицка // Мир ислама. Издание Императорского Общества Востоковедения. Под ред. Д. Позднеева. Том II. Вып. IX. СПб.: Типография И.В. Леонтьева, 1913. С. 632.


[Закрыть]
.


Фото 30. Абдулвали Ахмеджанович Яушев


Часть реализуемых товаров производилась ими на собственных промышленных предприятиях. От отца к ним перешли кожевенный и мыловаренный заводы в г. Троицке, где в 1895 г. 78 работников выпускали юфти, конины, выростка, подошвенных кож и мыла на 216 019 руб., а в 1908 г. 104 рабочих – на 388 143 руб.[191]191
  Перечень фабрик и заводов. СПб.: Типография И.А. Ефрона, 1897. С. 530–531; Список фабрик и заводов Российской империи. СПб.: Типография В.Ф. Киршбаума, 1912. С. 23.


[Закрыть]
Братья Яушевы приобрели в родном городе небольшую бойню и салотопню, чаеразвесочную фабрику (в 1905 г. – 13 работников, продукции на 160 000 руб.), завели в Троицке и Токмаке Семиреченской области шерстомойные заведения. В 1891 г. они открыли в Троицке крупную паровую мельницу с двигателем в 33 лошадиные силы, на которой в 1895 г. 32 человека выработали мукикрупчатки, манной крупы и отрубей на 115 737 руб.[192]192
  Перечень фабрик и заводов. СПб.: Типография И.А. Ефрона, 1897. С. 800801.


[Закрыть]
Техническое перевооружение предприятия, установка более мощного двигателя в 250 л.с. позволили наладить выпуск пшеничной муки более тонкого помола и резко увеличить производительность до 800 414 руб. в 1908 г. при 68 рабочих[193]193
  Список фабрик и заводов Российской империи. СПб.: Типография В.Ф. Киршбаума, 1912. С. 84.


[Закрыть]
. В 1893 г. купцы Яушевы устроили еще одну мукомольно-корьемольную мельницу на участке Подовином вблизи станицы Ключевской Троицкого уезда, которая обеспечивала кожевенный завод дубильными веществами и выполняла частные заказы на помолку зерна (в 1895 г. – 17 работников, продукции на 15 750 руб.)[194]194
  Перечень фабрик и заводов. СПб.: Типография И.А. Ефрона, 1897. С. 802803.


[Закрыть]
. Участок включал обширные сельскохозяйственные угодья с посевами пшеницы, молочным стадом и конным заводом, на котором производился кумыс. В 1910 г. М.-Г.А. Яушев владел уже 1131 десятиной земли в Троицком уезде[195]195
  Оренбургские губернские ведомости. 1910. 30 января. № 9.


[Закрыть]
. Предприниматели развивали переработку сельскохозяйственного сырья и в Средней Азии. В окрестностях Ташкента они разбили хлопковые плантации, а в 1888 г. построили завод по очистке сырца в местечке Алинкент Ташкентского уезда Сырдарьинской области, который первоначально работал на водяной силе (в 1895 г. – 20 рабочих, производство очищенного и прессованного хлопка на 25 203 руб.). Установка двигателя на 60 л. с. обеспечила рост производительности к 1910 г. до 70 тыс. пудов хлопка на 170 тыс. руб. при 30 рабочих. По соседству, в местечке Кинсай, при железнодорожной станции Келес Яушевы организовали второй завод (в 1908 г. – 34 рабочих, производство очищенного хлопка на 126 400 руб.)[196]196
  Перечень фабрик и заводов. СПб.: Типография И.А. Ефрона, 1897. С. 42–43; Список фабрик и заводов России 1910 г. М.-СПб. – Варшава: Торговый дом «Л.Э. Метцль и Ко», 1910. С. 5; Список фабрик и заводов Российской империи. Спб.: Типография В.Ф. Киршбаума, 1912. С. 30.


[Закрыть]
. В 1915 г. М.-Г.А. Яушев был удостоен звания коммерции советника[197]197
  Оренбургская газета. 1915. 20 января. № 15.


[Закрыть]
. На 1 мая 1916 г. Торговому дому братьев Яушевых принадлежала недвижимость на общую сумму 1 652 150 руб. 70 коп., в том числе в Европейской России – на 864 233 руб. 69 коп., в Туркестанском крае – на сумму 775 350 руб. 1 коп., в Семиречье – на сумму 12 567 руб. Его чистая прибыль за предыдущий год составила 2 360 149 руб. 20 коп.

Таким образом, наиболее крупным, энергичным представителям мусульманской буржуазии удалось не только адаптироваться к изменившимся условиям конкурентной борьбы, но и выйти на качественно иной уровень за счет освоения новых, перспективных рынков, форм предпринимательской деятельности.


Фото 31. Пассаж Яушевых в Троицке


Развитию торгово-экономических связей Троицка способствовали прокладка в 1911 г. первой железнодорожной ветки длиной 103 версты до станции Полежаево, которая соединила город с Самаро-Златоустовской дорогой, а через нее – с Центральной Россией и Сибирью, а также сооружение в 1913 г. линии до Кустаная протяженностью 165 верст.

В целом, данные Первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 г. по г. Троицку показывают высокую концентрацию мусульман в сферах торговли и производства. Их основными занятиями были: наемные и поденные работы (25,5 %), торговля (21 %), промышленное и ремесленное производство (16,7 %), средства от казны, общественных учреждений и частных лиц (16,3 %), сельское хозяйство (4,3 %), сфера общественного питания и услуг (3,4 %), строительство (3,2 %), извозный промысел (2,3 %), доходы от капиталов и недвижимости (1,9 %), учебная и воспитательная работа (1,4 %), военная служба (0,7 %), отбывание наказаний (0,7 %), богослужение (0,6 %), другие виды деятельности (2 %). По сословной принадлежности 51,3 % троицких мусульман были мещанами, 37,5 % – крестьянами, 5,7 % – «инородцами», 3,1 % – купцами, 1 % – казаками, 0,5 % – иностранными подданными, 0,5 % относились к неизвестным сословиям, а 0,4 % – к привилегированным группам (дворяне, почетные граждане, чиновники)[198]198
  Первая всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. Т. XXVIII. Оренбургская губерния. СПб., 1904. С. 144–147, 166–167.


[Закрыть]
.

Возвращаясь к лидерам деловых кругов и в целом мусульманской общины Троицка, крупным благотворителям и общественным деятелям Яушевым, нельзя не сказать о судьбе их семьи после Октябрьской революции 1917 г.

У старшего брата Абдулвали Ахмеджановича было 8 детей: от первой жены Магдуды Хасановой – Абдрахман, Магибадар, Фатиха (1866–1944), Хакимжан, от второй жены Гайши – Мухаметгали (1877-?), от третьей жены Ашраф Хакимжановны Яушевой – Абдулгазиз, Мулламухаммед и Хадича. Спасаясь от Гражданской войны, Абдулгазиз Абдулвалиевич Яушев перебрался в Омск, но при советской власти все равно был репрессирован. Его жену Уммугульсум, дочь московского купца 1-й гильдии, крупного благотворителя, построившего Московскую соборную мечеть, Салиха Юсуповича Ерзина (1833–1911), сослали в Ухту Коми АССР, где она умерла. Пострадали и внуки Абдулвали Яушева от дочери Фатихи и казанского купца 1-й гильдии, совладельца крупного мыловаренного и глицеринового завода Сулеймана Мухамметзяновича Аитова (01.02.1862–1922). Ибрагим Сулейманович Аитов (1892-?) в 1932 г. был приговорен к 3, а в 1941 г. – еще к 10 годам лишения свободы. Его младший брат Юсуф (1894-?) безвинно осужден в 1936 г. к 5 годам лагерей в Коми АССР.

Трое детей Мухаметсадыка Ахмеджановича и Биби-Магиры Багаутдиновны Яушевых – Магарува, Мастура (1892–1970) и Шакир – поселились в Ташкенте, а некоторые их потомки по-прежнему являются жителями Узбекистана. Внучка Гульсум Шакировна Яушева (1901–1988) вместе со своим мужем, заведующим Троицким русско-татарском женским училищем Абдуллой Калимулловичем Абдулгазизовым (1885–1939?) в 1919 г. попыталась через Дальний Восток эмигрировать в США. Но американское консульство в Харбине отказало им во въездных визах. Поэтому семья осталась в Маньчжурии. В 1919–1926 гг. Абдулла Газизов работал директором смешанной татарской школы «Гиният» в Харбине, а его жена Гульсум Яушева была секретарем татарского Женского союза и Кружка молодежи тюрко-татар. Затем они переехали на станцию Пограничная Китайско-восточной железной дороги (КВЖД) (ныне город Суйфэньхэ, провинция Хэйлунцзян, КНР). По приглашению местной татарской общины Абдулла Газизов возглавил школу № 9 для детей советских служащих КВЖД, где преподавал английский язык и географию. Там же работала учительницей и его жена Гульсум. В 1933 г. семья решила вернуться на Родину и переехала во Владивосток, но это оказалось трагической ошибкой. В 1934 г. глава семьи был арестован и осужден к 5 годам лишения свободы, которые отбывал на строительстве каналов им. Москвы и Беломорско-Балтийского. В 1939 г. Абдулла Газизов получил еще 5 лет и погиб в заключении. Его жена Гульсум Шакировна Яушева в 1938 г. также была необоснованно респрессирована, а после отбытия 10-летнего срока поселилась у родственников в Узбекистане.

У Мухаметшарифа Ахмеджановича и Гайнижамал Багаутдиновны Яушевых было всего 2 детей: дочь Мунавара и сын Мухаметлатиф (08.03.1873-07.1922). Спасаясь от революции и Гражданской войны, Латиф Шарифович со своей женой Камилей (1874–1963), дочерью троицкого купца Галиуллы Фаткулловича Уразаева, перебрался в китайскую Маньчжурию, где и умер в городе Мукдене (ныне Шэньян, провинция Ляонин, КНР). Его супруга, сын Абдуллажан Латифович Яушев (07.12.1900-21.05.1989) и невестка Зухра Хисматуллина (17.03.1901-06.12.1984) жили в Тяньцзине, Циндао, а в мае 1942 г. поселились в Шанхае. Но обострение гражданской войны, теперь в Китае, заставило их эмигрировать в США, куда они прибыли на пароходе в Сан-Франциско 11 марта 1949 г. Два с половиной месяца спустя после отъезда Яушевых, 27 мая 1949 г., китайская красная армия захватила Шанхай. Конец их тревогам и скитаниям пришел с обустройством семьи в небольшом городе Сан-Матео (округ Сан-Матео, штат Калифорния, США), где Абдуллажан Яушев и его жена спокойно дожили до глубокой старости. В Соединенных Штатах живут потомки их дочери – Суинни и МакФарланды.

Муллагали Ахмеджанович Яушев от первой супруги детей не имел, а вторым браком был женат на Мафтухе Ахметьяновне Басимовой (1882–1941), дочери председателя Златоустовской уездной земской управы, врача Ахметьяна Басимовича Басимова (1846 —?) из деревни Душанбековой ныне Кигинского района Республики Башкортостан. В этом союзе родились 8 детей: Хасан (1900–1938), Искандер (1903–1945?), Зайнаб (1905–1999), Розия (1905 —?), Рабига (1907–1982), Розия (1909 —?), Магира (19112006), Сара (1912? —?) и Марьям (17.04.1914-28.01.1964).

Летом 1919 г., отступая с армией Колчака, семья перебралась по железной дороге во Владивосток, а когда там начались бои, эмигрировала сначала в Харбин (Китай), а затем в Иокогаму (Япония). В 1922 г. Яушевы получили визу для переезда на постоянное жительство в США. Однако тогда же Советское правительство обратилось к эмигрантам с призывом вернуться на Родину. За исключением второго сына, Искандера, вся семья переехала в Ташкент, где ей помогли устроиться благодарные узбекские рабочие с бывшего хлопкоочистительного завода братьев Яушевых. Муллагали Ахмеджанович скончался в Ташкенте в 1926 г. от крупозного воспаления легких, а его жена Мафтуха Ахметьяновна преподавала дисциплину «художественное воспитание» в узбекской общеобразовательной школе до своей смерти в 1941 г. Их дети в 30-е гг. постепенно перебрались из Ташкента в Москву. Несмотря на гарантии безопасности, данные советской властью при возвращении из эмиграции, на Родине они подверглись политическим репрессиям. Хасан Муллагалиевич Яушев в 1937 г. был осужден по 58-й статье к 5 годам лишения свободы и через год погиб в заключении. Его жена, учительница Марьям (1892—?) из семьи генерал-майора царской армии Сахиб-Гирея Мухамед-Гиреевича Еникеева (15.08.1856-11.07.1929) и дочери посла кокандского хана в России, директора Женского института народного просвещения в Ташкенте Сагадат Хакимовны Умидовой, в 1937 г. была сослана на 10 лет без права переписки и не вернулась. В том же году Зайнаб Муллагалиевну Яушеву приговорили к 10 годам лишения свободы. Муж Рабиги Бадретдин Камалетдинович Сейфуль-Мулюков (1886–1936) в 1929 г. был осужден к 5 годам заключения, которые отбывал на Соловках, после освобождения работал врачом на строительстве Беломорско-Балтийского канала, затем – вторично арестован, практически сразу родные получили урну с его прахом без каких-либо объяснений. Его брат и муж Розии Яушевой Мустафа Камалетдинович Сейфуль-Мулюков (1887–1938) в августе 1938 г. также был арестован и умер в лагере Ялангач («Голое место») под Ташкентом, заразившись кишечной инфекцией, потому что заключенным, страдавшим от жажды, приходилось пить воду прямо из ближайшего арыка. Двое детей Муллагали Яушева закончили жизнь в эмиграции. Его младший сын Искандер был единственным из всей семьи, кто решил не возвращаться в СССР. Из Японии он переехал в Германию и, по неподтвержденным данным, в 1945 г. был схвачен советскими органами госбезопасности и расстрелян. Дочь Сара Муллагалиевна Яушева вышла замуж за племянника последнего короля Афганистана Амануллы-хана, после свержения которого в 1929 г., предположительно, бежала в Турцию.


Фото 32. Латиф Шарифович Яушев и его жена Камиля Галиулловна Уразаева


Фото 33. В верхнем ряду слева – Муллагали Яушев, в среднем слева – Мафтуха, далее – Ахметьян Басимовы


Репрессии коснулись и других ветвей многочисленного рода Яушевых. Так, у двоюродного брата знаменитых предпринимателей и крупного торговца мануфактурой Абдуллы Хакимжановича Яушева от жены Мафтухи было 9 детей: Гульсум, Магишараф, Мурат (?—1937), Нажип, Рабига (02.12.1900—?), Фархизат (1895-l8.02.1943), Фуат, Хамит и Хасан (?—1937). Из них Мурат и Хасан расстреляны по приговорам внесудебных органов, а Фуат смог выйти из мест заключения, только пройдя через штрафной батальон в годы Великой Отечественной войны.

Вопреки всем испытаниям, ограничениям на получение высшего образования многие потомки Яушевых упорным трудом на благо своей страны добились достойного места в жизни и реализовали свои таланты в науке, искусстве, журналистике, бизнесе и дипломатии.

1.3. Трансформация традиционной культуры и общественно-политические процессы в среде троицких мусульман

Имевший ключевое значение в экономических отношениях России с народами Востока Троицк закономерно стал одним из крупнейших центров мусульманской религии и культуры на Южном Урале. Утверждение капиталистических отношений в российской экономике, изменения в характере и объемах торговли, транспортных потоках, обусловленные присоединением Средней Азии, не только заставили мусульман совершенствовать формы предпринимательской деятельности, но и поставили вопросы о модернизации всего исламского сообщества России, преодолении его относительной замкнутости, интеграции в экономические и социальнополитические структуры государства, вовлечении в межкультурный диалог, от адаптации традиционных исламских институтов к меняющимся условиям общественной жизни для обеспечения всестороннего развития уммы.

Именно поэтому в конце XIX столетия мусульманская буржуазия выступила основным заказчиком и спонсором создания новых национальных школ, которые при сохранении значительного конфессионального компонента были ориентированы в большей степени на усиление светской направленности образования, получение практических знаний, востребованных в новых социально-экономических условиях. По инициативе и при финансовой поддержке торгово-купеческих кругов Троицка уже в 1893 г. было принято решение о согласованном переходе всех мусульманских учебных заведений города на преподавание национальных языков по прогрессивному звуковому методу. Определяющую роль в этом сыграла поддержка авторитетных улемов – ахуна Троицкого уезда Ахметхази Рахманкулова и суфийского шейха Зайнуллы Расули, формального и неформального духовных лидеров. О широком охвате начальным образованием свидетельствует достаточно высокий уровень грамотности мусульманского населения города. По данным Первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 г., он составлял 34,7 %, в том числе 41,2 % у мужчин и 27,4 % у женщин[199]199
  Первая всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. Т. XXVIII. Оренбургская губерния. СПб., 1904. С. 68–71.


[Закрыть]
. На рубеже XIX–XX вв. система обучения в троицких медресе и мектебе была полностью реформирована на основе разработки учебных планов и программ, внедрения общеобразовательных светских дисциплин, введения классно-урочной системы, вступительных, переводных и выпускных экзаменов, использования в образовательном процессе учебников на национальных языках с учетом современных научно-методических подходов, учебного и лабораторного оборудования, наглядных пособий. Это привело к раннему превращению Троицка в один из двух крупнейших учебно-методических центров по подготовке педагогических кадров для мусульманских школ губернии, наряду с оренбургско-каргалинским. В конце XIX – начале XX в. выпускники троицких медресе преподавали по всему Уральскому региону, открыв большинство новометодных школ в Троицком, Верхнеуральском, Челябинском и Орском уездах Оренбургской губернии, а также в Пермской губернии, включавшей тогда большую часть современных Свердловской области и Пермского края. Троицк оказывал большое влияние на развитие просвещения среди казахского населения в Тургайской, Акмолинской и других областях[200]200
  ГАОО. Ф. 73. Оп. 1. Д. 179. Л. 1–2 об.


[Закрыть]
. Воспитанники местных медресе преподавали в новометодных учебных заведениях Верного (Алматы), Омска, Петропавловска, Уфы[201]201
  Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 821. Оп. 133. Д. 466. Л. 288–289, 585 об.; Д. 626. Л. 24, 31–32, 40 об. – 41.


[Закрыть]
и т. д. Одним из лучших мусульманских учебных заведений Российской империи по уровню и содержанию учебной программы, подбору преподавательского состава, развитию материально-технической базы стало медресе «Расулия» в 5-м городском приходе, куда устремлялись ученики со всего Волго-Уральского региона, Казахстана, Сибири и даже Северного Кавказа.

Из недр конфессиональных школ постепенно вырастали общеобразовательные и профессиональные учебные заведения для мусульман. Еще 27 марта 1873 г. по требованию инспектора татарских, башкирских и киргизских школ Оренбургской губернии Троицкая городская дума приняла решение о ежегодном выделении 200 руб. на содержание русского класса при городских медресе[202]202
  Оренбургские губернские ведомости. 1873. 22 сентября. № 38.


[Закрыть]
. Однако реально он был открыт лишь с 1 августа 1877 г. Его первым заведующим стал выпускник Уфимской татарской учительской школы Батыргарей Кудашев (отец основоположника национального театра Ильяса Кудашева-Ашказарского), а помогал ему в этой работе учитель Иллюминарский. Сначала мусульмане осторожно отнеслись к идее обучения их детей русскому языку, а число воспитанников было невелико. Но правительственное образовательное учреждение быстро доказало на практике свою результативность и приобрело популярность. Во многом это было заслугой первого заведующего. По свидетельству инспектора народных училищ Г. Рыбакова, он владел «редким искусством легко и скоро выучивать татарских мальчиков русской грамоте: в месяц они у него читают и пишут». Если в первый год работы русский класс при троицких медресе насчитывал всего 2–3 учеников, то в 1878–1879 гг. – 10, в 1879–1880 гг. – 15, в 1880–1881 гг. -20, а в 1881–1882 гг. – уже 35 воспитанников. По журнальному постановлению Троицкой городской думы от 29 декабря 1893 г. учитель Кудашев был поощрен дополнительным пособием[203]203
  Там же. 1894. 26 марта. № 13.


[Закрыть]
. В период своего становления учебное заведение испытывало большие финансовые сложности, а в январе-сентябре 1880 г. накопило долгов и даже находилось под угрозой закрытия. Однако руководству удалось выправить ситуацию и добиться выделения дополнительного пособия в 300 руб. ежегодно из государственного бюджета. Это позволило расширить фонд учебных пособий, закупить географические карты России в санкт-петербургском издательстве Ильина. К 1882 г. собственная библиотека русского класса насчитывала 64 наименования книг в 388 томах на общую сумму 133 руб., в том числе: фундаментальная библиотека – 23 наименования в 50 томах на 29 руб. 60 коп, ученическая библиотека – 29 наименований книг в 317 томах на 78 руб. 90 коп., 12 наименований учебных пособий и руководств в 21 томе ценой 24 руб. 50 коп. В русском классе шакирды троицких медресе по желанию дополнительно изучали русский язык, арифметику, географию и основы ислама. На итоговые экзамены приезжал лично инспектор народных училищ Г. Рыбаков, приглашался мулла 3-й соборной мечети г. Троицка Мухамеджан Рахманкулов, «сочувственно относящийся к интересам русского класса». По окончании учебного заведения выпускникам выдавались свидетельства на льготу по отбыванию воинской повинности, что также стимулировало приток абитуриентов[204]204
  Отчет о состоянии училищ г. Троицка за 1881/82 уч. г. // Оренбургские губернские ведомости. 1882. 21 августа. № 34. С. 6.


[Закрыть]
.

В 1890-е гг. содержание Троицкого русского класса ежегодно обходилось уже в 1100 руб.: 700 руб. выделялось по линии Министерства народного просвещения, а местный бюджет увеличил свое пособие с 200 до 400 руб. по журнальному постановлению Троицкой городской думы от 14 марта 1896 г. Эти средства шли на оплату труда двух учителей и одного помощника, преподавателя мусульманского вероучения, сторожа, наем помещения, отопление, освещение, учебные пособия. В конце XIX в. число желающих обучаться в русском классе стало стремительно расти. Если в 1897 г. здесь насчитывалось 50 воспитанников, то в 1898 г. – 68, в 1899 г. – 120, а в 1900 г. – 132[205]205
  ГАО О. Ф. 73. Оп. 1. Д. 179. Л. 3, 8–9 об.


[Закрыть]
. Теперь наемное здание из-за тесноты не вмещало всех желающих, так что многим приходилось отказывать в приеме. Другой проблемой стало то, что содержание учебной программы уже не отвечало культурным и образовательным запросам мусульманской молодежи. Поэтому в 1897 г. почетный блюститель Троицкого русского класса А.-В.А. Яушев и его братья М.-Г. А. и М.-Ш.А. Яушевы подняли вопрос о преобразовании этого учебного заведения в 2-классное русско-татарское училище. Попечитель Оренбургского учебного округа выдвинул условие о постройке или приобретении более просторного здания. В 1899 г. «Троицкое мусульманское благотворительное общество» купило за 7000 руб. у Лобовой 2-этажный полукаменный дом с флигелем и надворными службами по Соборному пер., а А.-В.А. Яушев сделал к нему пристрой за 4000 руб. (ныне ул. Володарского, 21). Благотворительная организация была готова принять на себя содержание мусульманского вероучителя и 12 бедных учеников, преимущественно из числа сирот, для которых было устроено общежитие[206]206
  ГАОО. Ф. 73. Оп. 1. Д. 179. Л. 6–7 об., 21–22; Оренбургская газета. 1899. 14 мая. № 649.


[Закрыть]
. Троицкая городская дума журнальным постановлением от 18 апреля 1900 г. согласилась увеличить ежегодное пособие училищу с 400 до 700 руб. Наконец, 27 июня 1901 г. попечитель Оренбургского учебного округа принял решение о преобразовании с 1 июля русского класса при медресе города Троицка в 2-классное русско-татарское училище[207]207
  ГАОО. Ф. 73. Оп. 1. Д. 179. Л. 18–18 об.


[Закрыть]
. Курс его был рассчитан на 5 лет и включал: основы ислама, русский язык с чистописанием, арифметику, историю, географию, естествоведение. В 1901–1902 гг. исполняющим обязанности заведующего был И. Резяпов, в 1902–1913 гг. образовательное учреждение возглавлял известный татарский педагог и просветитель Лутфулла Калимуллович Абдулгазизов (1866–1913), а после его смерти – Мухаррам Халильрахманович Кальметев (18621923). Здесь работали преподавателями: А. Валитов, И. Еникеев, Киникеев, Корепанов, Х. Терегулов, Ш.А. Туймакаев, М. Чинаев и др. 15 октября 1904 г. Троицкая городская дума постановила ввести должность 4-го штатного учителя с ежегодным пособием от города в размере 460 руб. Общие расходы на содержание училища составляли 2470 руб., в т. ч. 1310 руб. из государственного и 1160 руб. из местного бюджетов. В 1901–1902 гг. здесь обучались 128 человек, в 1904–1905 гг. – 115, а в 1912–1913 гг. – 158 мальчиков. При училище были организованы специальные бухгалтерские курсы под руководством того же Л.К. Абдулгазизова. По решению городской думы жалование ему выплачивалось за счет местного бюджета, потому что на курсах занимались также ученики городских образовательных учреждений[208]208
  Мусульмане города Троицка // Мир ислама. Издание Императорского Общества Востоковедения / Под ред. Д. Позднеева. Том II. Вып. IX. СПб.: Типография И.В. Леонтьева, 1913. С. 631–634.


[Закрыть]
.

Беднейшая часть мусульманского населения Троицка проживала в удаленной от центра города Заречной слободе Амур. Для обеспечения равного доступа к образованию в 1907 г. здесь было открыто 1-классное русско-татарское училище под руководством Шарафутдина Еникеева, которое финансировалось уже целиком из городского бюджета[209]209
  ГАОО. Ф. 73. Оп. 1. Д. 288. Л. 16.


[Закрыть]
.


Фото 34. Лутфулла Калимуллович Абдулгазизов


До открытия русско-татарских училищ мусульмане Троицка очень редко отдавали своих детей в русские учебные заведения, либо забирали их уже через полгода, т. к. усвоению сложной программы препятствовало слабое знание государственного языка[210]210
  Там же. Д. 179. Л. 1–2 об.


[Закрыть]
. Однако с появлением этих заведений ситуация радикально изменилась. Русско-татарские училища помогали детям мусульман адаптироваться к требованиям российской образовательной системы, поскольку давали хорошие навыки чтения, письма и разговорной речи на русском языке, базовую подготовку по основным общеобразовательным предметам. Это открывало возможности для поступления в правительственные и частные средние учебные заведения, успешной карьеры в административных и коммерческих структурах. Так, в 1912–1913 уч. г. в Троицкой мужской гимназии обучались уже 25 мусульманских мальчиков, в женской – 12 девочек, а во всех русских образовательных учреждениях города – до 250 мусульман. Выпускников бухгалтерских курсов также охотно принимали на службу в торговые фирмы и конторы[211]211
  Мусульмане города Троицка // Мир ислама. Издание Императорского Общества Востоковедения / Под ред. Д. Позднеева. Том II. Вып. IX. СПб.: Типография И.В. Леонтьева, 1913. С. 631–634.


[Закрыть]
.

Финансовое благополучие мусульманских образовательных учреждений напрямую зависело от помощи отдельных предпринимателей и семей – Яушевых, Бакировых, Валеева и др., что вело к распылению материальных и людских ресурсов. Поэтому 10 февраля 1913 г. на общем собрании мусульман города Троицка, посвященном предстоящему празднованию 300-летия Дома Романовых, был впервые поставлен вопрос об открытии педагогического училища, которое объединило бы материально-техническую базу и лучшие преподавательские кадры трех ведущих медресе. Его целью провозглашалось «приучать современных русских мусульман добросовестно исполнять свои обязанности по отношению к Богу, Царю и Отечеству и быть рассадником специально подготовленных для этого учителей – “мугаллимов”, долженствующих рассеивать господствующую ныне в мусульманских медрессах схоластику, которая, будучи поставлена вне всякой связи с общим делом русского просвещения, является непроницаемой преградой против восприятия культурных воззрений и принципов русской цивилизации и государственнности»[212]212
  ГАОО. Ф. 10. Оп. 1. Д. 344. Л. 49.


[Закрыть]
. На общегородском собрании мусульман для ходатайства по этому делу были избраны ташкентский мещанин Латиф Ахмеджанович Бакиров, троицкий мещанин Файзрахман Фазылжанович Валеев, потомственный почетный гражданин Мухаметгали Абдулвалиевич Яушев, городские имамы Габдрахман Зайнуллович Расулев и Мухаметвали Ахметхазиевич Рахманкулов. 28 марта 1913 г. в качестве официальных учредителей они направили оренбургскому губернатору проект устава «Комитета по учреждению в городе Троицке Оренбургской губернии Мусульманской духовной семинарии в ознаменование 300-летия царствования Дома Романовых». Он должен был взять на себя всю организационную работу по созданию педагогического училища: подбор персонала, приобретение необходимого имущества и др. Помимо названных лиц, в состав Комитета планировалось включить и других представителей мусульманской интеллигенции, духовенства и буржуазии: заведующего 2-классным русско-татарским училищем Лутфуллу Калимулловича Абдулгазизова, педагогов Габдулбари Баттала и Агмалетдина Валеева, заведующего медресе при 4-й соборной мечети Габдулахада Яруллина, члена городской управы Зарифа Хусаиновича Рахманкулова, врача Абубакира Бермухамедовича Алдиярова, фельдшера Давлетшу Мухамедшина, троицких купцов Камалетдина Багаутдиновича Абдрашитова, Шакиржана Гарифовича Учарова, Сафиуллу Тухватулловича Файзуллина, купеческого сына Закиржана Галиулловича Уразаева, ташкентского купца Латифа Шарифовича Яушева[213]213
  РГИА. Ф. 821. Оп. 133. Д. 467. Л. 18–25.


[Закрыть]
. Понимая правила бюрократической игры, троицкие мусульмане предложили назвать новое училище Романовским, постоянно подчеркивали свои верноподданнические чувства и устремления. Однако первоначально царская администрация отклонила их проект.

Лишь 19 мая 1915 г. попечитель Оренбургского учебного округа утвердил устав мусульманского мужского среднего педагогического училища в г. Троицке, которое начало работу в сентябре 1915 г. под названием «Вазифа» («Долг», «Обязанность»). Оно получило также неофициальное наименование «Дар аль-му-галлимин» (буквально «Дом учителей», или «Мужская учительская семинария»). Формально его учредителем выступил хальфа (преподаватель) медресе «Мухаммадия» при 2-й соборной мечети города Ниязкул Мухаметхазиевич Максудов (Вильданов), но фактически оно содержалось на средства ташкентского купца 1-й гильдии Муллагали Ахмеджановича Яушева. Целью образовательного учреждения была подготовка учителей для мусульманских начальных школ. Оно состояло из подготовительного и 5 основных классов, где преподавались: основы ислама, татарский, арабский и русский языки, арифметика, алгебра, геометрия, всеобщая, русская и татарская история, география, естествоведение, анатомия и гигиена, физика (с основами химии), космография, педагогика, элементарные сведения по сельскому хозяйству, рисование, чистописание, гимнастика и ручной труд. В училище принимались мальчики не моложе 14 лет по результатам сдачи вступительных экзаменов. С них взималась ежегодная плата в размере 30 руб., но в зависимости от материального положения и успехов учащихся она могла быть снижена или вообще отменена. Управление учебным заведением осуществлял заведующий, который опирался на два совещания: по хозяйственной части и учебно-воспитательное[214]214
  РГИА. Ф. 821. Оп. 133. Д. 467. Л. 107–112 об.


[Закрыть]
. В 1916–1917 гг. директором «Вазифы» работал будущий первый профессор-историк из татар, доктор наук, писатель, публицист, общественный деятель Газиз Салихович Губайдуллин (1887–1937), а в 1917–1919 гг. ее, по-видимому, возглавлял выдающийся татарский педагог Рахимзян Атнабаев (1885 – не ранее 1922). В образовательном учреждении были сформированы преподавательская и ученическая библиотеки, открыт пансион для иногородних воспитанников, имелся штатный врач. Среди его выпускников были: актер театра и кино, режиссер, один из основоположников казахского театрального искусства Серке (Серали) Кожамкулов (1876–1979), казахский писатель Беимбет Жармагамбетович Майлин (1894–1938), тюрколог, языковед, автор трудов по фонетике, морфологии и лексике хакасского и тувинского языков, первых учебников для национальных школ, организатор отделения хакасского языка и литературы при Абаканском государственном учительском институте, Хакасского научно-исследовательского института языка, литературы и истории Фазыл Гарифович Исхаков (19011959). Объединение ресурсов городских медресе для создания мусульманского педагогического училища в Троицке стало уникальным примером кооперации образовательных учреждений, которая сохранила актуальность и в современных условиях.

Внимание! Это не конец книги.

Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю


Рекомендации