Читать книгу "Камиль. Залог"

Глава 22
Ясна

Когда смотришь ролик или читаешь в книге, все кажется так просто, а на деле у меня получилось почистить одну морковку, на картошке я порезала палец и довела Самиру до смеха со слезами.

– Я совсем безнадежна, да? – тяну в рот снова начавшую кровить фалангу.

– Девочка моя, – очень тепло улыбается Самира, – для той, кто даже кусок хлеба себе ни разу в жизни самостоятельно не отрезал, все не так страшно. Продолжим или все на сегодня?

– Конечно продолжим! – радостно хватаюсь за ножик и очередную картофелину.

Самира все забирает, обрабатывает мне палец, заклеивает его пластырем и только после разрешает замучить еще один несчастный овощ.

Руки все грязные, ранка все еще пульсирует, но настроение все равно на максимуме. Наверное, впервые за последние дни мне действительно хорошо.

Варить овощи, оказывается, гораздо легче, чем чистить. Две картофелины превращаются в пюре с добавлением кусочка сливочного масла, а морковку мы оставляем повару на завтра.

– Вкусно, – с удовольствием закладываю в рот очередную вилку с пюре.

– А когда сама, оно всегда вкусно, – подмигивает Самира. – Доедай и я провожу тебя в комнату, пока ты опять не решила с кем-нибудь поговорить.

Да все! Мне уже стыдно за разговор с Аязом! Я это показываю всем своим видом и когда мы двигаемся по коридорам особняка в сторону моей спальни. Зеваю, прикрывая рот ладошкой. Поздно уже. Сейчас бы не уснуть прямо в ванн…

– Ой! – вздрагиваю, увидев Камиля у своих дверей.

– Ты свободна, дальше я сам, – он отпускает Самиру и открывает для меня дверь. – Почему в такое время еще не в постели? – заходит следом и ловит меня, подцепив за ткань платья на спине. Тянет на себя, обнимает обеими руками и зарывается носом в волосы.

– Я училась готовить, – признаюсь ему и даже демонстрирую заклеенный пластырем пальчик.

Камиль разворачивает меня к себе лицом, берет за запястье и неотрывно глядя в глаза разматывает раненую конечность. Наклоняется, обхватывает губами и целиком втягивает в рот. Приоткрыв свой, завороженно смотрю, как черный зрачок расползается по радужке, делая ее темнее. Горячий язык медленно ласкает место пореза. Легкий укус в подушечку пальца и Камиль выпускает его из своего рта.

– Тебе не нравится, как готовит наш повар? – он отпускает меня и начинает расстегивать пуговицу за пуговицей на своей рубашке.

– Нравится, – помогаю ему справиться с последними. – Сама хотела попробовать, – и в данных обстоятельствах это звучит довольно двусмысленно.

– Пробуй, – Камиль переворачивает мои слова именно так, как ему сейчас нужно. – Если я не буду помогать, справишься со мной сама? Разрешаю делать все, что тебе хочется. Есть только одно условие: нам обоим в итоге должно быть хорошо.

Брюки и белье с себя он снимает сам. Сам откидывает покрывало с моей постели и ложится на спину, предоставляя мне доступ к своему телу.

– Можно я сначала спрошу? – подхожу ближе к кровати, стараясь сильно не разглядывать обнаженного мужчину.

– Если при этом ты будешь раздеваться, – улыбается он.

Немного повозившись с застежками, роняю платье на пол, распускаю волосы, часть из них перекидываю вперед и снимаю кружевной бюстгальтер.

– Не прячься от меня, я все уже видел. Что за вопрос, кукла?

– Что ты сделал с моим братом? – спрашиваю и на всякий случай жмурюсь.

– Все, что тебе нужно было знать, я передал в записке. Или ты за него беспокоишься? – он начинает злиться.

– Нет! Я хотела… Наверное отблагодарить за такую заботу, – кусая губы, снимаю с себя трусики.

– Иди сюда, – он хлопает ладонью рядом с собой. – Самой лучшей благодарностью будет, если ты расслабишься и поможешь мне переключить голову хотя бы на эту ночь. Я чертовски устал за последние дни, девочка.

Под его глазами и правда залегли темные тени. Взгляд полыхающий, но не такой дикий, как я привыкла. Все еще страшно смущаясь, забираюсь верхом на его ноги, упираюсь ладошками в каменную грудь, за которой грохочет мощное сердце. Прикрываю веки, пытаясь поймать его ритм и перестать сгорать в огне собственных противоречивых чувств к этому мужчине.

Сначала просто глажу его торс пальчиками, повторяя себе, что больше не боюсь. У него приятная на ощупь кожа. Смуглая, упругая, теплая. Отдаюсь этому ощущению. Прислушиваюсь к своим и задаю мысленный вопрос: а чего бы мне хотелось сделать прямо сейчас? Раньше моими желаниями никто не интересовался и мне приходится разбираться с этим самостоятельно.

А хочу я прикоснуться к этой коже губами. Попробовать ее на вкус там, где еще не прикасалась.

Наклоняюсь, прижимаясь грудью к его телу и мажу губами по смуглому бархату. Камиль не ругает за это, и я продолжаю свой путь, по-новому изучая своего хозяина. Его запах просачивается в ноздри и легкие прямо как в нашу первую встречу. Он проходится теплой волной по моему телу, и я чувствую, как горит между моих бедер в месте соприкосновения с Камилем.

Он кладет ладонь мне на спину и медленно поглаживает, спускаясь до ягодиц. Сминает их, массирует, поднимает руку вверх, а я решаюсь на следующий шаг и веду вокруг его соска языком. Он хрипло выдыхает и поощрительно проводит по моим волосам. Значит нравится.

Ласкаю мужской сосок, пытаясь повторить то, что он делал с моим. Осторожно прикусываю его зубками и сильное тело дергается, вдавившись низом живота мне в промежность.

– Какая у меня любопытная кукла, – тихо посмеивается Камиль.

Мне нравится, что он не заставляет. Нравится чувствовать его реакции на свои прикосновения. Я начинаю понимать, что ему нравится, на что откликается это переполненное мощью тело.

– Знаешь, почему меня так тянет сюда, девочка? – спрашивает он, пока я спускаюсь губами от его груди по кубикам к низу живота, где уже лежит большой, тяжелый и готовый ко всему член.

– Нет, – признаюсь, глядя на набухшего монстра.

Делаю выдох, высовываю язычок и провожу по темной головке. Камиль выдыхает вместо меня и сжимает пальцами простыню, очевидно гася в себе порыв привычно перехватить инициативу.

– Потому что ты пробуждаешь во мне давно забытые эмоции. Не отвлекайся, ты хорошо начала, – смеется он. – Я, как и обещал, не мешаю. Хотя ты не представляешь, маленькая, как хочется переиграть!

Ну почему же? Представляю. Я это вижу и чувствую даже в его постоянно меняющемся дыхании. Мнимая власть куклы над хозяином и, если он захочет, конечно же все поменяет, и снова будет брать грубо, как любит именно Камиль Садер. Но я хочу использовать эту возможность и может у меня получится не дать ему сорваться.

С монстром я стараюсь не играть. Сразу беру в рот, насколько мне удается вместить его туда самостоятельно. Дышу носом, как учил Камиль. Сдавливаю губами и ласкаю языком все самые чувствительные местечки. Он подается бедрами вперед, желая протолкнуть свой орган глубже. Давлю ладонями на сильные бедра, не позволяя мужчине сделать это. Он хмыкает, но принимает правила игры, которые установил сам.

Выпускаю его член изо рта. Беру в руку, размазывая слюну, вожу по толстому стволу вверх-вниз, все время накрывая ладошкой головку.

– Мой игривый котенок, – неожиданно ласково называет меня Камиль.

Это звучит гораздо приятнее, чем «кукла». Снова наклоняюсь и делаю ему минет, стараясь брать член как можно глубже. Камиль все же срывается пару раз на резкие, жадные движения. Останавливаюсь, чтобы отдышаться, и оказываюсь поднята выше. Он усаживает меня сначала на живот. Смотрит в глаза будто что-то для себя решая. Крепче сжимает мои бедра и рывком поднимает на грудь.

– Держись за спинку, – командует он.

– Ты же хотел, чтобы сегодня я…

– Я хотел, чтобы нам обоим было хорошо. Мне хорошо. Сейчас будет хорошо тебе. Держись, – напоминает, и смяв ягодицы пальцами, толкает меня еще немного вперед. Я чувствую его дыхание у себя между бедер и это настолько интимно, что мне снова становится неловко.

Его борода щекочет нежную кожу, а горячий язык проходится прямо по складочкам.

– Мамочка, – я и без его «держись» впиваюсь пальцами в спинку дивана, не смея пошевелиться.

Он совершенно по-хозяйски давит на горячую плоть, толкаясь глубже, и пошло причмокивая посасывает безумно чувствительный узелок, стучит по нему языком, перекатывает между зубов, заставляя дрожать мои бедра. Камиль держит их крепче, вытворяя нечто безумное. Он приподнимает меня, вводит язык прямо туда, где обычно бывает его член или пальцы. Закатываю глаза от удовольствия. Откидываю назад голову, роняя кончики своих волос ему на грудь. Всхлипываю от волн удовольствия, накрывающих меня одна сильнее другой. Я стараюсь сдержать надвигающийся оргазм. Мне и так стыдно от всего происходящего, а тут… я же фактически сижу на его лице!

– Ахх… – только и могу выдавить из себя в момент, когда свет вдруг гаснет и я растворяюсь в этой темноте, теряя связь с реальностью и собственным телом.

Есть ощущение, что я куда-то лечу. Чувствую прохладу простыни спиной и поцелуй, очень нежный, с моим собственным вкусом и запахом моего мужчины.

Опасная мысль, он хозяин… Но сейчас… Черт, пусть сейчас, на эти несколько секунд, пока я полностью не пришла в себя, он будет моим мужчиной.

Камиль вторгается в мое тело членом и плавно, практически без боли продолжает сводить с ума. Я никак не выберусь из того марева, в которое он меня погрузил. Это нечто новое и очень приятное. То, чему хочется подчиниться, отдаться целиком и на время забыться.

– Какая же ты… – он хрипит мне в губы. – Что-то делаешь со мной, девочка. Я теряю голову.

Болезненный укус в нижнюю губу. Его горячий язык, зализывающий ранку, и сперма, попадающая на мой живот крупными, густыми каплями. Все, что я могу уловить, лежа под ним и глупо улыбаясь.

– Ты такая умница сегодня, – он ложится сверху и шепчет на ухо. – Спи, кукла. Я буду с тобой до утра.

Он не солгал. Слышала, как ушел на рассвете, заботливо укрыв меня одеялом. Я обняла его подушку и снова провалилась в сон. А когда проснулась во второй раз, обнаружила на подушке очередной подарок от Камиля. В этот раз браслет все с теми же черными бриллиантами. Он как-то резко спустил меня на землю.

Я все еще всего лишь его кукла, которую благодарят за хороший секс украшениями. Ненормальная, по уши в него влюбленная кукла…

Глава 23
Камиль

Странно никуда не спешить с утра. Последние дни, впрочем, как и большинство предыдущих, выдались очень насыщенные. Я был у отца Ясны и убедил его в том, что Скиф свалил из страны по моему поручению. Мы же партнеры и в своих делах, как один из лидеров, я использую все доступные мне ресурсы. Вопросов не возникло.

Сегодня я решил притормозить и уделить время семье. Нам накрыли завтрак в большой столовой. Адиль присоединился практически сразу, а вот за Аязом пришлось отправлять прислугу. Мальчишка провел ночь в клубе, много пил, притащил в наш дом шлюху. Протестует против моего решение касаемо Расула.

– Семейный завтрак? – зло ухмыляется все же решивший явиться Аяз.

Растрепанный, сонный, не до конца протрезвевший.

– Рубашку застегни и садись, – киваю ему на свободный стул.

– А чего ты всех не позвал? – продолжает скалиться брат. – Надо было еще баб сюда притащить. Я могу позвать телку, с которой ты меня снял, между прочим!

– Эй! Тормози! – осаживает его Адиль.

– А то что? Меня тоже, как Расула, в больничке закроете? Какого хера меня к нему не пускают?! – бесится малой.

– Ты на него плохо влияешь, – напоминаю брату. – Я тебе уже говорил. Угомонись и сядь уже! Не маячь! Хочешь говорить, говори спокойно. А пока ты ведешь себя как капризный ребенок. Снова! – бью кулаком по столу. Приборы со звоном подпрыгивают.

Аяз шумно вдыхает, раздувая побелевшие ноздри, убивает меня пьяным мутным взглядом, но все же садится и даже жрать себе в тарелку накладывает, сваливая в одну кучу мясо, свежие овощи, хлеб. Мы с Адилем переглядывается. Средний братишка прячет улыбку в чашке кофе. Я стараюсь не заржать. Ну точно Чип и Дейл. Бешеные бурундуки, мать их!

Едим в тишине. Настроение, поганец, испортил, но я с ним еще не закончил. Семья – это ведь не только про совместный завтрак. Семья – это еще и про воспитание некоторых долбоебов, которые никак не угомонятся. А мне вчера доложили, что Аяз говорил с Ясной. Кукла не рассказала, хотя, когда я шел к ней, уже знал. Мне позвонили сначала парни из той охраны, которая работает не массово на весь дом, а лично на меня. Потом набрала Самира и очень аккуратно, защищая свою подопечную, рассказала, что мой брат имел наглость не только нарушить запрет о появлении в крыле Залога, так еще и говорил с ней.

Но начинаю я с другого:

– Я что говорил про шлюх в доме, Аяз? – постукиваю пальцами по столешнице. – Здесь моя жена, здесь Ясна, а ты тащишь в дом всякую грязь. Хочешь привести в дом женщину? Приведи невесту и семья примет ее. А для одноразового секса есть множество других мест.

– Невесту? – хмыкает брат, немного успокоившись. – Кому я нужен, если всеми моими бабками распоряжается старший брат? Кто отдаст мне свою дочь, если я не принимаю решений? Я тоже Садер! И отец с этим считался. А ты… – замолкает, глядя на меня злым волчонком.

– А я другой, да. Я пытаюсь вытащить вас из того дерьма, в котором вы погрязли. Я хочу другой жизни для своих братьев! И я считаюсь с тобой, Аяз. Я предложил тебе стать полноценной частью бизнеса.

– Стать офисной крысой, пока вы занимаетесь самым интересным? Это пиздец какая честь для меня, Камиль! Знать, что все, что может доверить мне глава семьи, это перебирать бумажки!

– Ты еще помогаешь Адилю, – напоминаю ему. – Тебе мало? А чего ты хочешь? Вести переговоры с лидерами группировок? Сможешь? Или может ты хочешь снова взяться за ствол и пойти мочить всех без разбора? Отцу же нравилось вести бизнес именно так! И где он? Где, вашу мать, отец?! А, да! Ты хочешь бесславно сдохнуть от наркоты и утащить за собой Расула! Ты же за этим вчера приходил к Ясне? Просил девочку повлиять на меня.

– Я не употребляю. И я не сажал Раса на иглу! – под моим скептическим взглядом брат затухает. – Откуда я знал, что ему хватит одной дозы, чтобы не слезть? – меняет показания. – Я не хотел, чтобы с ним было так. Выпусти его оттуда, Камиль. Ему там хреново. Я клянусь, буду смотреть за ним сам.

– Нет. Рас выйдет из больницы только тогда, когда врачи подтвердят, что он к этому готов. Если ты действительно любишь брата, Аяз, наберись терпения и поддержи его. И не смей больше соваться в крыло Залога! Не впутывай в это девочку. Понял? – кивает. – Поедешь со мной к Расу сегодня? – снова кивает. – Тогда через два часа чтобы был готов, а от шлюхи даже запаха в этом доме не осталось.

Мы доедаем и расходимся. Адиль поедет с нами к младшему брату, но ему надо решить еще какие-то вопросы по своим девочкам. Я же иду к жене. Индира встречает меня в спальне в красивом светлом платье.

– Прогуляемся?

В ее карих глазах загораются искорки. Мы выходим в парковую часть просторного двора. Я увожу жену как можно дальше, в противоположную сторону от крыла Ясны. Не хочу, чтобы девочка даже случайно нас увидела. Опять будет плакать, а это точно не те слезы, которые я хотел бы наблюдать. В прошлый раз я совершенно растерялся. Самира объяснила их причину. Кукла все же начала ревновать. В ней просыпаются ее первые чувства к мужчине. Ночью в постели я это отлично почувствовал. Это хорошо. Если девочка будет любить меня, мое общество перестанет ее пугать. Она будет желать его, а я буду брать максимум того, что эта малышка способна мне подарить.

Любить ее мне нельзя. Но я все равно стал часто задумываться об этом, пытаясь определить природу своего влечения к совершенно неопытной девчонке. Красота, искренность, чистые эмоции – все это привлечет любого здорового, зрелого мужчину, но даже этим можно нажраться так, что больше не полезет. У меня к ней другое. Интерес. И его становится все больше. Вчера я дал ей то, что не делал даже с женой. Вылизал складки куклы, глотал ее сок, пока она кончала. И это нихера не влечение, это все же что-то другое…

Индира тихо щебечет, поглаживая меня пальцами по руке. Я все упустил, вновь пытаясь разобраться в себе, пока есть такая редкая возможность – спокойно подумать.

Оказывается, жена говорила про ребенка. Мои слова были донесены до ее отца и теперь они с мамой выбирают детские вещи, смотрят коляски, кроватки, считая, что это как-то поможет лучше настроиться организму Индиры и она сможет быстрее забеременеть. Я раньше думал, чтобы залететь, надо чаще и вовремя трахаться.

– Можно мне купить пинетки? – жена заглядывает мне в глаза. – Они очень милые, вязаные с помпонами. Для нашего сына.

– Мне кажется, ты торопишься. Сначала подтвержденная беременность, потом скупай хоть весь детский магазин. Что там говорит твой календарь о следующей возможности зачатия?

– Я посчитаю и скажу тебе, когда мое тело будет готово. Но это ведь не значит, что до этих дней ты не будешь приходить ко мне? Я знаю, сегодня ты вновь ночевал у Залога. Только не ругайся, что я завела эту тему вновь. Я готова унять эго и просить тебя, расскажи, что такого эта девочка делает с тобой, что тебя тянет к ней. Я научусь, обещаю. Я хочу, чтобы ты желал меня чаще, а не только в дни для благоприятного зачатия. Я все же твоя жена, Камиль.

– Твой отец недавно встречался с одним человеком из Америки, – решаю игнорировать ее просьбу. Обсуждать свой секс с Ясной я не намерен ни с кем и ни в каком ключе. – Знаешь что-нибудь об этом?

– Немного. Мы с мамой обсуждали те самые пинетки, – аккуратно пытается манипулировать, – она немного рассказала, что приехал какой-то старый друг отца и они долго сидели в ресторане, а потом всю ночь пили вино у нас дома в его кабинете.

– И все? – разворачиваюсь в конце дорожки, меняю руку, за которую держалась Индира, на другую, и также медленно веду жену обратно. – Такой старый друг, что твоя мать совсем его не знает?

– Я могу узнать, если тебе нужно. Я… – она опускает ресницы в пол, – усвоила твой урок. Теперь ты моя семья и я принадлежу тебе. А еще люблю тебя. И если моему мужу это поможет для его важных дел, я спрошу.

Я аж спотыкаюсь от такой покорности! Что-то мне не верится, что жесткий минет так вправил ей мозги.

– Ничего специально узнавать не надо, но, когда в следующий раз надумаешь обсудить с матерью детские вещи, помни, что я и правда твой муж, и все, о чем мы говорим в стенах моего дома, должно оставаться здесь, иначе мне снова придется объяснять так, как до тебя точно доходит. Если что-то вдруг услышишь о госте в вашем доме, расскажи мне. Не важно, что это будет. Я просто хочу быть в курсе.

Глава 24
Камиль

Проводив жену до ее спальни, позволяю ей себя поцеловать. Отправляюсь к себе в комнату, переодеваюсь и внизу встречаюсь с братьями. Аяз привел себя в более-менее адекватный вид. Адиль все еще на телефоне. Пока идем, он тихо матерится в трубку, яростно сжимая ее пальцами.

– Помощь нужна? – интересуюсь, когда брат заканчивает разговор.

– Нет. Одна их наших девочек с последнего аукциона с собой покончила. Демонстративно. В гостиной хозяйского дома, – рассказывает он.

– И чего хозяин дома хочет от нас? Компенсации за испорченный ковер? – достаю из кармана сигареты, Адиль протягивает мне зажигалку.

– Говорит, мы ему подсунули бракованный товар. Хочет свои бабки обратно с возмещением морального ущерба. Там вроде жена его еще видела. Он так орал, что я толком ни хуя не понял.

– То, что он довел девчонку до самоубийства, не наша проблема. Ад, отправь к клиенту наших парней, пусть доходчиво объяснят, что братья Садер своих клиентов не кидают. Не надо гадить нам в репутацию собственной нестабильной психикой. И еще! Пусть обязательно передадут, что данное тело теперь в нашем черном списке.

Пока брат решает вопрос, добираемся до клиники. В палату Расула я захожу первым и в меня тут же летит кружка. Успеваю дернуть дверь на себя и уклониться. Кружка отскакивает от деревянной поверхности и расплескав чай, в том числе и мне на рубашку, падает на пол.

– Я тоже очень рад тебя видеть, братишка, – с улыбкой толкаю дверь, впуская в палату Адиля и Аяза.

Парни перешагивают коричневую лужу на полу, идут обнимать малого и жать ему руки. Враг народа в его глазах только я. Мне насрать, потому что выглядит он гораздо лучше. Только это сейчас имеет значение. Аяз, садится рядом с Расом на кровать, начинает что-то бурно ему рассказывать. Адиль отходит ко мне. Наблюдаем со стороны.

– Ну чего ты хочешь? – посмеивается Ад. – Они как близнецы, несмотря на два года разницы. На горшках рядом сидели, кашу одну ели…

– Дерьмо всякое по венам гоняли и дичь по барам творили. Я помню, не переживай. И про то, что спины друг другу прикрывали, когда бойня была, тоже помню. Ад, ты тоже считаешь, что я не прав? Ну он же, блядь, угробит себя!

– Прав, Кэм. Я на твоей стороне в этом вопросе.

Да, на моей. Просто смотрю сейчас на пацанов и человеческое внутри жрет так основательно. Сам знаю, что все правильно. Но между ними такая связь, какой больше ни у кого из нас друг с другом нет.

Рас слушает брата, смеется. Карие глаза его ожили.

– Чип и Дейл, гулять пойдем? – решаю забрать Расула на пару часов, чтобы развеялся и вне стен больничной палаты пообщался с нами.

– Домой хочу, – обиженно смотрит на меня малой.

– Домой тебе пока нельзя, хоть десяток кружек в меня кинь, а прогулку могу устроить. Пойдешь?

Брат соглашается. Пока Адиль присматривает за пацанами, я договариваюсь с врачом. Забираю Расула из клиники под свою ответственность. Два часа младшие разговаривают почти не умолкая. С нами двигается охрана на случай, если черти задумают что-то выкинуть, но они на удивление радуют. Какие-то все сегодня послушные, если не считать утреннего инцидента с Аязом.

– Задницей чую, грядет пиздец, – докуриваю я и бросаю бычок себе под ноги. – Наведаюсь ка я завтра к нашему другу, что скучает в камере. Пора использовать его по назначению.

– Думаешь, нас подставляют? – Адиль снова понимает, в какую сторону я думаю. Может и не прав я про связь. Как-то мы с ним тоже друг друга всегда с полуслова понимаем.

– Практически уверен. Из Штатов под хорошо сделанными документами в гости к моему тестю прилетел «старый друг». Алиев до сих пор не нагадил в ответ. Сабир понимает, что война нам ни к чему, но он обязательно должен был ответить на ситуацию. Мелочная, мстительная сволочь. Девочка эта еще. Такие случаи всегда решались тихо и без скандала. Никому не нужна публичная огласка. Здесь же все наоборот. Где-то мы что-то упускаем, брат. Пора это исправить.

– Уже есть план? – Адиль тоже бросает докуренную сигарету под ноги.

– У нас в камере сидит малость покоцанный спец. И это очень хороший спец, Ад. Я его вычислил только потому, что знаю, чью школу он прошел. Отправим его поработать по специальности. И ранения от меня ему будут только в плюс. Девочек наших тоже проинструктируй. Пусть поработают не только тем, что у них между ног. И ту подключи обязательно, которая Скифа развела. Умница.

– Я надеялся, второй бойни не будет, – вздыхает брат, меньше всего любящий кровь.

– Я тоже, потому оттягивал реализацию своих планов, стараясь максимально закрепиться, но походу нет у меня еще одного года, Ад. Надо действовать сейчас. А для этого мне понадобятся еще союзники, как бы я не хотел втягивать в свою ситуацию друзей.

Возвращаемся в клинику. Рас смотрит на нас с щенячьей тоской. Жмем ему руку, выходим с Адилем из палаты, но дверь не закрываем, наблюдая, как Аяз, наклонившись к уху брата, что-то ему быстро разъясняет.

– В оба смотрите, – говорю охранникам.

Забираем Аяза и едем ужинать. Он повеселел после визита к Расулу. Улыбается, шутит, задает вопросы по офисной работе. Брат же ни хера от нее не отказался. Он просто выебывается и выносит мне мозг!

Но в целом семейный день удался. Я доволен. И обсудили важное, и время провели с братьями. Планов на приближающуюся ночь пока никаких. По-хорошему, надо провести ее у жены. Это будет правильно и не даст Индире повода снова пожаловаться отцу, что я время ей не уделяю.

Заезжаем во двор. Сжав зубы, смотрю, как Ясна с Самирой поднимаются по ступенькам. Тоже гуляли. Кукла оглядывается, улыбается мне. Увидев вышедших из тачки братьев, прячет взгляд и быстро уходит в дом. А у меня встает от очередного воспоминания прошлой ночи. И я едва не меняю план в желании повторить то, что мы творили с этой девчонкой вчера.

«Нельзя!» – одергиваю себя.

Индира нужна на моей стороне, раз ее отец решил рискнуть и сыграть в свою игру.

Я догадываюсь, что стало поводом. Он надеялся, что его дочь быстро забеременеет и он полноценно войдет в мою семью вместе с наследником. А я тянул и избегал этого всеми силами по своим причинам.

Это значит, что моя сегодняшняя ночь точно пройдет в постели Индиры, хоть мыслями я уже снова трахаю Ясну.

Приняв душ, прошу принести легкий перекус и немного вина в спальню жены. Оставив на себе только брюки, иду к ней, накачивая себя желанием. Физика, слава Аллаху, не отказывает. Стоит войти, Индира восторженно любуется моим стояком, выпирающим из штанов.

– Я обещаю сделать эту ночь незабываемой для тебя, любимый муж, – мурлыкает она.

Подходит ближе, прикасается прохладными ладонями к торсу. В дверь стучат. Прислуга принесла вино, фрукты и немного разных закусок, красиво выложенных на больших белых тарелках. Забираю поднос, ставлю на кровать и снова позволяю жене к себе прикасаться.

Она толкает меня в грудь, чтобы лег. Включает музыку и начинает танцевать, медленно снимая с себя одежду. Ясна тоже танцевала для меня…

Бля, стоп! Жена! Я сегодня с женой!

Сосредотачиваюсь на этой мысли и любуюсь красотой женского тела, стараясь абстрагироваться от всего остального. Член продолжает давить на ширинку. Индира приближается, роняя по дороге последнюю деталь своего гардероба – полупрозрачные трусики. Темные волосы шелком лежат по плечам, укутывают руки, несколько прядей игриво прикрывают твердые, темные соски.

Мне достались две поистине красивые женщины и наверное, я никогда не пойму, почему к одной тянется только член, а с другой неровно бьется сердце.

Индира забирается сверху и покрывает мое тело поцелуями. Закрыв глаза, просто получаю все, что она дает. Ее пальцы ловко расстегивают мне штаны и… в кармане начинает вибрировать телефон!

Я вообще про него забыл. Даже чувствовать перестал.

Жена недовольно куксится секунду, но решает поиграть со мной. Я подношу к уху мобильник, приняв звонок от охраны из клиники, а Индира в этот же момент берет в рот мой стояк и медленно проводит языком по головке.

Втянув ноздрями воздух, выдыхаю в трубку:

– Слушаю.

– Расул сбежал, – сообщают мне. – Все обыскали. Его нигде нет.