Текст книги "Детектив аль денте. Истории с итальянской страстью. 19 рассказов слушателей курса Юлии Евдокимовой"

Мои действия вышли случайными, необдуманными. Он отвернулся к сейфу, я спонтанно набросил пояс на шею и закричал: «Это не твоя собственность!» Всё произошло быстро: он дёргался, царапался, пытался освободиться. Но я моложе и сильнее. Нужно было спешить. В открытом сейфе я увидел пачку денег. Вы не подумайте, деньги сразу ушли на пожертвование для церкви.

Картина стояла за портьерой, но забрать её я не успел. Вошли вы, комиссар, и мне пришлось выбежать через черный ход. Я всего лишь хотел сохранить честь семьи, церкви; оставить тайну, спрятать картину от глаз. Если история говорит о бесчестии женщины, то сейчас я спасал репутацию всей Церкви. А Лукреция тогда могла уйти в монастырь…

Священник промокнул глаза и вытер лицо от пота.

– Падре, можно ли убийство оправдать именем Бога или идеалами Церкви? Не стали ли вы жертвой собственного морального падения? Это всего лишь ваши личные амбиции. Вы никогда не сможете освободиться от этого бремени, – подытожил комиссар, закрывая папку с делом.

Равели вышел на улицу. Он уже предвкушал радость от каникул, которые проведёт вдвоём с дочерью Евой.

Мари Анатоль.
ПРАВДА О СНЕЖНОМ ДУШИТЕЛЕ

В аэропорту Венеции меня никто не встретил. Телефоны Дианы и Микеле не отвечали. Недоумевая, что могло случиться, и оглядываясь по сторонам, я отбивалась от назойливых таксистов, наперебой предлагающих свои услуги. Они явно учуяли во мне туристку-американку, которой я, собственно, и была.

Это Рождество я решила провести на горнолыжном курорте Доломитовых Альп и полностью отключиться от забот моего издательства «Миллер, Хоуп и партнёры». Меня вновь тянуло в Италию. В её самой северной части, провинции Трентино-Альто Адидже, которую также называют Южным Тиролем, я ещё не бывала. А у моего близкого друга – инспектора криминальной полиции Майка Роджерса – там обнаружились связи.

Его бывший коллега, Микеле Томази, много лет назад вернулся из Калифорнии на историческую родину, где теперь служил начальником полиции курортного посёлка Сан-Николо́. Его жена Диана владела небольшим отелем, в котором нам с Майком и предложили остановиться. Но, как обычно, у Роджерса в последний момент возникли срочные дела, и в результате я отправилась на отдых одна.

Наконец, телефон Дианы отозвался высоким срывающимся голосом с сильным итальянским акцентом:

– Хэлен, вы уже прилетели? Господи Иисусе, простите меня! Тут такое стряслось… Я сейчас же вышлю за вами такси!

– Не стоит волноваться, Диана! – я поспешила успокоить мою новую знакомую. – Такси здесь в изобилии, я прекрасно доберусь сама…

– Ни в коем случае! – нервно взвизгнула Диана. – Нельзя садиться к кому попало! Я сейчас закажу вам машину. Подождите буквально пять минут.

Минут через двадцать пять за мной, наконец, приехал хмурый пожилой водитель на забрызганном грязью внедорожнике, и мы отправились в горы.

 
* * *
 

С пассажирского сиденья открывался невероятный, захватывающий дух вид! Вдали сверкали на солнце ослепительные горные вершины. А под ними, на заснеженных холмах, то тут, то там ютились нарядные альпийские деревушки, уже готовые к Рождеству. Мы проезжали мимо пряничных, почти сказочных домиков, украшенных новогодними шарами ёлок, рождественских ярмарок на площадях и католических храмов, тоже искрящихся гирляндами.

Всё это выглядело так уютно, красиво и умиротворяюще, что я невольно задумалась: «Неужели в этих краях вообще возможны преступления? Надеюсь, у меня будет шанс задать этот вопрос комиссару полиции».

На въезде в Сан-Николо́ нас встретил полицейский патруль. Проверяли документы всех проезжающих. На плохом итальянском я попыталась выяснить, что случилось, но молоденький полицейский с улыбкой ответил мне на немецком: «Всё в порядке, фрау! Добро пожаловать в Санкт-Никлас!» Я и забыла, что в этих краях два официальных языка, ведь мы были почти на границе с Австрией.

Вскоре мы остановились у красивого трёхэтажного здания с башенкой, красной черепичной крышей и зелёными ставнями на окнах. «Отель Валле Верде» – гласила витиеватая надпись в обрамлении таких же зелёных еловых веток. В холле отеля было очень уютно: пахло деревом, в центре потрескивал огромный камин, украшенный рождественскими гирляндами, деревянными сердечками и еловыми лапами, вокруг расположились низкие резные столики и кресла с пухлыми узорчатыми подушками в тирольском стиле.

На ресепшн меня встретила хозяйка отеля – подтянутая, ухоженная итальянка лет сорока пяти, моя новая знакомая Диана. В её выразительных карих глазах читалась тревога.

– Как вы доехали, Хэлен? Извините меня ещё раз! Хотите кофе?

– Не стоит извиняться, Диана! Доехала отлично. У вас очень красиво! Но что же случилось? – с любопытством поинтересовалась я.

– Случилось ужасное… – Диана усадила меня в кресло, принесла две крохотные чашечки ароматного маккьято с капелькой молока и присела напротив, словно собираясь с духом.

– Сегодня утром на одном из подъёмников обнаружили труп девушки… Её задушили! Точно как двадцать пять лет назад, как в моей книге…

Перед поездкой Роджерс рассказывал мне, что Диана закончила работу над романом тру-крайм о давних событиях, когда в этих краях действовал маньяк по прозвищу Снежный Душитель. Диана собиралась обсудить со мной издание в Калифорнии.

– Вы хотите сказать, что кто-то стал копировать Снежного Душителя?

– Выходит, так! – выдохнула Диана и потёрла виски. – Микеле с утра на выезде, и мне больше ничего не известно. Ох, простите, вы наверное устали с дороги? Давайте я провожу вас в номер и закажу еды?

– Не стоит! Я прекрасно выспалась в самолёте, и кормили нас тоже нормально. Если хотите искупить свою вину, – улыбнулась я, – проводите меня на место преступления, можете?

Диана тут же согласилась выполнить мою просьбу. Похоже, ей и самой не терпелось узнать подробности.

 
* * *
 

– А почему вы решили написать книгу о Снежном Душителе? – спросила я у Дианы по пути на подъёмник.

– Понимаете, Хэлен, те события зимой 99-го оттолкнули туристов, особенно женщин. И ещё долго потом курортный бизнес в посёлке терпел огромные убытки. Как раз в это время мы и переехали сюда из Штатов. Скончался мой дядя и оставил в наследство этот отель. Мы сомневались, конечно, но Микеле предложили должность начальника полиции, и мы решились, – Диана вздохнула и помолчала. – Слава богу, с тех пор ситуация изменилась, горнолыжный бизнес наладился, у нас много отдыхающих. А упоминание о маньяке теперь только привлекает туристов. Вы знаете, что местные гиды даже проложили экскурсионный маршрут «По следам Снежного Душителя», и он пользуется огромной популярностью!

– Любопытно, – отозвалась я. – Выходит, сюда съезжаются любители тру-крайм?

– Да! Вот мы и решили, что пора рассказать миру о подробностях того дела. Майк очень помог мне с материалами. Моя книга уже готовится к печати в одном миланском издательстве, а на послезавтра у нас запланирована презентация. И вдруг – такое жуткое событие! Что теперь будет?

– Не переживайте, Диана! Я думаю, что внимания к вашей книге станет только больше.

– Вы серьёзно? – Диана пристально на меня посмотрела. В её глазах я заметила азартный блеск.

 
* * *
 

Это был один из старейших кресельных подъёмников на курорте. Похоже, его не модернизировали последние лет двадцать пять, как раз со времён тех страшных событий. Сейчас он почти не использовался, но в пиковый сезон поддерживался в рабочем состоянии, на всякий случай.

Железобетонные, местами сильно проржавевшие, опоры уходили вверх – к вершине ближайшего холма и там терялись из виду. Металлические сиденья, заиндевевшие на морозе, хранили остатки бордовой краски, похожей на пятна запёкшейся крови. Покачиваясь, кресла тошнотворно медленно ползли вниз и издавали скрипящий звук, похожий на жалобный стон.

Вся эта некогда мощная и надёжная конструкция показалась мне мёртвой, в обрамлении высоких, тёмных скал, торчащих как могильные камни на фоне тревожного серого неба. Это были уже совсем другие горы – чужие, враждебные, опасные.

Именно здесь был обнаружен труп первой жертвы «снежного маньяка» зимой 99-го. И вот, спустя столько лет, события повторялись с леденящей душу точностью.

– Знакомьтесь – мой муж, комиссар Микеле Томази. Хэлен Хоуп, издатель из Сан-Франциско! – звонко произнесла Диана, подводя меня к высокому, статному полицейскому лет пятидесяти, с орлиным профилем и седеющими висками. За нарочитой бодростью жены комиссара чувствовалось нервное напряжение.

Микеле на секунду отвлёкся от дел, сухо поздоровался с нами, но за ограждение не пустил, попросив не мешать работе криминалистов.

– Тело жертвы уже увезли, – сообщил он скороговоркой, – но нам нужно успеть всё осмотреть, пока снова не начался снегопад. Я уезжаю на экстренное совещание, здесь остаётся мой зам. Ханс, подойди-ка сюда!

Я поёжилась от неожиданного порыва студёного ветра и с опаской взглянула на небо. Действительно, погода менялась. Успеет ли полиция закончить работу, прежде чем всё засыплет снегом?

Заместителя Микеле звали Ханс Грубер. Выглядел он противоположностью поджарому и строгому комиссару: круглолицый, тучный и краснощёкий, словно сошедший с рекламы немецкого пива.

– Приветствую, синьоры! – Грубер расплылся в улыбке, тяжело дыша после короткого подъёма по снежному склону. – Чем могу помочь?

– Ханс, – Диана по-свойски взяла полицейского под локоть. – Пожалуйста, расскажи нам, что тут случилось. Микеле, как всегда, слишком занят!

– С удовольствием! – Грубер опять заулыбался, но заметив мой недоумённый взгляд, откашлялся и отрапортовал как старый служака. – Труп был обнаружен на рассвете работниками склонов, девушка сидела на подъёмнике в одном нижнем белье, она была задушена. Убийство произошло накануне вечером, и тело привезли сюда ещё до ночного снегопада, который скрыл все следы. Свидетелей нет. Личность жертвы пока не установлена, предположительно, туристка из Милана…

– Да погоди ты! Не начальству отчитываешься, – оборвала его Диана. – Ты хочешь сказать, что всё обставлено точь-в-точь как двадцать пять лет назад? Ты же участвовал тогда в расследовании, должен помнить детали!

– Так точно, синьора Томази! Я хорошо помню те события, будто это было вчера. Всё точь-в-точь… – Грубер задумался. – Правда, есть одно отличие. Снежный Душитель не оставлял вообще никаких следов. А здесь на теле жертвы, прямо на груди, обнаружена надпись: «Уничтожь рукопись!»

 
* * *
 

– Хэлен, как вы думаете, речь идёт о моей рукописи? Кому адресовано это послание? – Диана наливала тёмно-рубиновое вино в высокий пузатый бокал, и я заметила, что её рука немного дрожит. Она пригласила меня на ужин в свой дом, углом примыкающий к зданию отеля и образующий с ним единый комплекс. Мы сидели в отделанной тёплым деревом гостиной, не менее уютной, чем холл отеля. Микеле до сих пор не вернулся со службы, и мы решили, что в таких обстоятельствах ждать комиссара бесполезно. Хотя нам обеим не терпелось расспросить его о ходе расследования. Мы не могли ни говорить, ни думать ни о чём другом.

– Возможно, вашему мужу? – предположила я. – Преступник рассчитывал, что комиссар полиции прибудет на место и увидит послание. Либо оно адресовано автору рукописи, то есть вам.

Щёки Дианы вспыхнули, она прикрыла глаза.

– Мне страшно! Конечно, я жена полицейского и повидала разное, но никогда ещё убийца не обращался лично ко мне! Не понимаю, кому могла помешать моя рукопись, ведь Снежного Душителя поймали тогда, в 99-м. Точнее, он погиб при задержании.

– Какая любопытная деталь! – оживилась я, услышав новость. – Выходит, кто-то копирует давнее преступление, чтобы остановить выход вашей книги?

– Это ужасно! Я столько лет работала над рукописью. Она очень важна для меня! Знаете, когда у вас трое детей, гостиничный бизнес и муж-полицейский, нужно очень стараться, чтобы находить время на творчество! И сейчас, когда дети выросли, бизнес налажен и я дописала, наконец, эту книгу, вот так взять и от неё отказаться? Люди должны узнать всю правду о Снежном Душителе!

– Видимо, кому-то эта идея не по душе… Диана, а давайте я почитаю вашу рукопись, – это дело увлекало меня всё больше. – Вы ведь хотели перевести её на английский?

– О, Хэлен, спасибо! Перевод уже сделан, сейчас скину на флешку! – она тут же убежала в кабинет и принесла флеш-карту так быстро, что я поняла: у Дианы всё было подготовлено заранее.

 
* * *
 

Микеле мы не дождались. Я вернулась в свой номер и решила не откладывать чтение рукописи. Из-за джетлага мне совсем не хотелось спать, ведь в Калифорнии уже начинался новый день. Меня интересовал не столько сюжет или стиль автора, сколько факты – подробности дела о Снежном Душителе.

Итак, всё происходило с декабря 1998 по февраль 1999 года. Было найдено пять жертв. Тела убитых появлялись на подъёмниках в предрассветные часы, когда весь курорт мирно спал. Причём после сильных снегопадов, скрывающих все следы. Никто не понимал, каким образом убийце удаётся оставаться незамеченным. Жертвами были туристки – девушки и женщины разного возраста, без какой-либо связи друг с другом, кроме того, что все они приехали на курорт кататься на лыжах. Женщины были задушены и раздеты, а затем усажены на подъёмники так, чтобы их обнаружили с рассветом.

Для тихого посёлка в горах это стало чудовищным происшествием, взбудоражившим округу. Расследование возглавил начальник полиции курорта – комиссар Балдессари, поскольку был старейшим и опытнейшим следователем долины. Из центра провинции прислали «сквадру мобиле» – подразделение быстрого реагирования, однако правой рукой комиссара стал местный полицейский Ханс Грубер.

Балдессари полагал, что убийца кто-то из жителей курорта – турист не смог бы так хорошо ориентироваться на местности и ловко заметать следы. Под подозрение попали служащие всех семи подъёмников, сотрудники близлежащих отелей и ресторанов, жители окрестных домов, а также сезонные работники. Но никаких зацепок не находилось.

Изначальная версия о сексуальном насилии не подтвердилась, хотя молва всё равно разнесла её по округе, ведь женщины были раздеты, и в прессе появилось несколько статеек на эту тему. Примечательно, что убийца не оставлял на жертвах никаких следов ДНК.

Вторая версия, выдвинутая командой Балдессари и со рвением поддержанная прессой, была связана с национальной почвой. Дело в том, что эти территории до Первой мировой войны принадлежали Австрии, и их переход к Италии был встречен немалым сопротивлением местных жителей. Австрийцы отказывались учить итальянский язык, саботировали занятия в итальянских школах и даже создавали подпольные классы, где обучали своих детей немецкому.

Конечно, с тех пор утекло много воды, и оба языка, обе культуры сегодня равноправно сосуществуют в этих краях. Но когда оказалось, что первые четыре жертвы прибыли из южных провинций Италии, и эта информация просочилась к радикально настроенным журналистам, родилась версия «исторической мести». Однако и она отпала, когда появилась новая жертва – туристка из Австрии. Убийца как будто смеялся над полицией.

К концу февраля 99-го выяснилось, что маньяком мог быть один из работников склона – местный житель с психическим заболеванием, Бруно Пихлер, тридцати четырёх лет. Он жил один и не имел алиби на время убийств. Балдессари выдал ордер на его арест, команда Грубера выехала на задержание, но Пихлер неожиданно бросился в пропасть. После его гибели убийства прекратились, и вся долина вздохнула с облегчением. Балдессари с почётом проводили на пенсию, а на его место назначили вновь прибывшего Микеле Томази.

 
* * *
 

Меня разбудил настойчивый телефонный звонок. Я с трудом открыла глаза и не сразу сообразила, где нахожусь. Уснула я только под утро и понятия не имела, который был час.

– Хэлен, ты в порядке? Уже полдень! – высокий голос Дианы прогнал остатки сна. – У меня очень важные новости! Спускайся в бар.

Через несколько минут, проходя через холл отеля, я с удивлением заметила, что на входе дежурят двое полицейских. На парковке перед зданием виднелась полицейская машина.

Диана ждала меня за стойкой пустынного бара, свет был приглушён – в полуденный час здесь посетителей не наблюдалось.

– Ужасные новости, Хэлен! – тихо проговорила она, ставя передо мной большую фарфоровую чашку с пенным капучино и ароматный ванильный круассан. – Полиция установила личность жертвы. Это оказалась сотрудница из моего издательства в Милане! Она должна была приехать на презентацию книги, но в отеле не появилась. Честно говоря, со всеми этими событиями я абсолютно про неё забыла. А утром мне позвонили из издательства, девушка не выходила на связь – и тут всё вскрылось!

– Так вот почему в отеле полиция! – воскликнула я. – Они подозревают кого-нибудь?

– Нет у них никаких подозреваемых… Микеле считает, что это убийство – прямая угроза мне. Да и тебе может грозить опасность! Муж велел отменить презентацию книги и приставил Грубера с командой нас охранять. А вот и он, лёгок на помине! – Диана сверкнула глазами в сторону грузно спускающегося по лестнице полицейского. – Всё утро вынимал из меня душу… Пойду я, заболталась с тобой, а дел невпроворот!

И с этими словами хозяйка отеля исчезла в глубине бара.

– Синьора Хоуп, добрый день! – обратился ко мне Грубер как к старой знакомой. Даже здесь, в полумраке бара, был отчётливо виден яркий румянец и ямочки на его упитанных щеках. – Можно составить вам компанию?

Он по-свойски заглянул за стойку и прихватил круассан побольше. Оценил взглядом высокий барный стул, но остался стоять.

– Как продвигается следствие, синьор полицейский? – поинтересовалась я.

– Мы проверяем всех постояльцев отеля. Оказывается, убитая девушка проживала здесь. Вы уже в курсе? – Грубер снова широко улыбался.

– Что вы говорите! – я решила не выдавать Диану. – И кто она?

– Сотрудница одного миланского издательства. Как раз того, где должна была выйти книга синьоры Томази. Интересное совпадение, правда?

– Что вы хотите сказать?

– А вы знаете, что комиссар Томази был против издания этой книги? Да-да! – Грубер улыбался ещё шире, и это начинало меня раздражать. – Конечно, он помогал жене, но как начальник полиции беспокоился, что такая реклама привлечёт на курорт не тех туристов. Не мирных любителей лыж и горного воздуха, а ненормальных поклонников тру-крайм. И оказался прав. Книга ещё не вышла, а кто-то уже начал подражать Снежному Душителю.

– И что теперь – отменить презентацию или вообще не издавать книгу? – спросила я.

– Именно так! Но синьора Томази просто одержима этой книгой, грезит о мировой славе, разве её остановишь? Я не удивился бы, узнав, что она сама организовала это убийство с целью рекламы, так сказать. Полиции стало известно, что девушка звонила сюда накануне вечером, а в отеле не появилась. Диана не могла об этом не знать. А может, и вас она пригласила с той же целью, принести в жертву книге? – широкая улыбка медленно сползала с лица полицейского, и мне вдруг стало не по себе.

 
* * *
 

«Неужели и мне грозит опасность?» – размышляла я, на всякий случай запираясь в своём номере. После разговора с Грубером я никак не могла прийти в себя. Со стороны Дианы?! Полицейский просил ничего не рассказывать и не доверять ей. Они оцепили отель и следили за хозяйкой. У неё мог быть сообщник, сказал Грубер. Он просил меня не выходить из номера и не покидать отель без сопровождения.

Я накинула куртку и вышла на балкон. Как назло, день был ослепительно солнечный, воздух морозный и звонкий! Пахло дымком из каминных труб. Лыжники дружно хрустели снегом по пути на склоны. А мне оставалось лишь любоваться из номера отеля на белоснежные вершины гор и убегающие вдаль подъёмники. «Опять ты вляпалась в расследование!» – сказал бы сейчас мой друг Майк Роджерс.

Вернувшись в номер, я включила воду в ванной-джакузи, занимавшей угол просторной комнаты напротив кровати. Вчера этот «аксессуар» показался мне излишним в интерьере, а сегодня я с удовольствием скинула одежду и погрузилась в пузырящуюся горячую воду. Я даже добавила несколько капель эфирных масел, которые нашла на бортике. Комнату наполнил успокаивающий аромат хвои и каких-то душистых альпийских трав.

Мне надо было хорошенько всё обдумать. Версия с убийцей Дианой казалась мне абсурдной. Эта энергичная и целеустремлённая женщина была мне симпатична, мы могли бы стать подругами. Может быть, кто-то пытается её подставить? И помешать выходу книги. Но кому это выгодно? Этот простой вопрос заставил меня сесть в ванной. Что, если нынешний убийца – не подражатель, а тот самый маньяк? Он жив, а двадцать пять лет назад погиб невиновный? Только убийца может опасаться, что книга о нём увидит свет.

Я тут же вылезла из джакузи, накинула халат и схватила ноутбук. Если подозреваемый Бруно Пихлер был не виновен, то почему он бросился в пропасть? Что вообще о нём известно, кроме того, что он был психически болен и не имел алиби на даты убийств? Во дворе его дома были обнаружены закопанные личные вещи жертв. Но нет никаких доказательств, что закопал их сам Пихлер. Его могли подставить! Мне нужно было узнать больше о Бруно Пихлере, и я полезла в интернет. Через пару часов я решилась позвонить комиссару Томази.

 
* * *
 

День клонился к закату, и солнце уже окрасило вершины гор в невероятные оранжево-розовые тона, когда я вышла из номера и спустилась в холл. Дианы на ресепшн видно не было, зато в креслах расположился толстяк Грубер, лениво листая какой-то журнал.

– Синьора Хоуп! – громко приветствовал он меня. – Вы на ужин? Проголодались?

Я действительно ужасно хотела есть, но сначала нужно было кое-что сделать.

– Синьор Грубер, – обратилась я к полицейскому. – Мне необходимо срочно увидеть тот подъёмник, на котором задержали Бруно Пихлера двадцать пять лет назад. Это важно для проверки фактов рукописи. Похоже, автор что-то напутала… Вы можете меня проводить? Это далеко?

– Это на другом конце посёлка, – отозвался Грубер, кряхтя поднимаясь из кресел. – Но я отвезу вас, синьора! С большим удовольствием.

В кабине машины Грубера пахло картошкой и потом.

– Скажите, пожалуйста, Ханс, – спросила я по-дружески, – вы ведь участвовали в том задержании Пихлера, верно?

– Вообще-то, я им руководил, – с гордостью сообщил полицейский, опять улыбаясь.

– Тогда вы должны знать все подробности. В рукописи говорится, – я достала свой блокнот и стала читать выдержку из текста, – что полицейский наряд прибыл к подъёмнику, где работал подозреваемый, вечером 28 февраля 1999 года. Вы приказали своим людям окружить подъёмник таким образом, чтобы отрезать Пихлеру пути к побегу. Вы взяли предполагаемого маньяка в кольцо и стали медленно к нему подступать, предлагая сдаться. Единственным открытым местом оставался обрыв. Никто не мог предположить, что Пихлер покончит с собой, бросившись в пропасть…

– Да, именно так всё и было.

– А разве вы не знали, – продолжала я, – что психическое расстройство Пихлера началось после того, как в детстве ровно таким же способом был доведён до гибели его лучший друг? Старшие парни издевались над малолетками, пугали, загоняя на край пропасти, и его друг сорвался в бездну на его глазах. После этого мальчик долго лечился у психиатра, прежде чем смог снова вернуться к нормальной жизни.

Грубер молча вёл машину. За окном совсем стемнело, и я вдруг заметила, что едем мы куда-то в лес.

– А может быть, вы специально воссоздали ту ситуацию, чтобы спровоцировать Пихлера и заставить спрыгнуть? Зачем вам это было нужно, Ханс?

Грубер продолжал молчать, не глядя на меня. Он больше не улыбался.

– Значит, Пихлер был ни при чём, верно? Тогда я знаю, кто настоящий маньяк. И если вы немедленно не повернёте назад, то об этом узнает и комиссар Томази.

Машина набирала скорость на крутом серпантине. Я попыталась открыть дверцу, но она не поддалась. Губы полицейского вдруг расплылись в улыбке, и он резко надавил на педаль тормоза. Я ударилась виском о приборную панель и отключилась.

 
* * *
 

Когда я очнулась, перед глазами всё плыло, взгляд не фокусировался. Вскоре я услышала негромкие голоса и, наконец, начала различать очертания предметов.

Я была в больничной палате. Болела голова и почему-то саднило горло.

– Ну слава богу! Пришла в себя! – воскликнул знакомый высокий голос. Надо мной склонилась Диана. – Напугала ты нас!

– Но теперь всё позади, Хэлен, – к ней присоединился Микеле. – Мы взяли его с поличным. Поспели как раз вовремя, а то бы он вас задушил! Мы следовали за вами на расстоянии, как договаривались, чтобы Грубер ничего не заподозрил. И в какой-то момент чуть не упустили. Вместо дороги на подъёмник он свернул в лес на развилке.

– Хэлен, ты такая отважная женщина! – воскликнула Диана, схватив меня за руку. – Я бы никогда в жизни не согласилась быть приманкой для маньяка!

– Грубер вовсе не маньяк, – поправил её Микеле. – Он имитировал действия маньяка. А мотив его убийств в 99-м был вполне меркантильным – занять место начальника полиции. Балдессари тогда собирался на пенсию, громких дел в тихом посёлке не было, и чтобы отличиться, молодой полицейский Грубер решил создать такое громкое дело и с блеском его раскрыть.

– Господи, я как подумаю, что доверяла этому монстру, а он убил столько женщин! Но Хэлен, как ты догадалась об этом?

– Все ответы я нашла в твоей книге, Диана, – произнесла я осипшим голосом. – Оставалось лишь посмотреть свежим взглядом и сопоставить факты.

– Фантастика! Не зря, выходит, Грубер боялся издания книги? – спросила Диана, победоносно глядя на мужа.

– Да, он во всём признался. Бруно Пихлер оказался очень удобной кандидатурой, чтобы свалить на него всю вину и вовремя убрать, – продолжил рассказ Микеле. – Несмотря на панику в посёлке, полицейский мог беспрепятственно подойти к любой женщине, не вызвав подозрения. Никто и не думал на офицера полиции, ведущего расследование, тем более такого улыбчивого, как Грубер. Он точно всё рассчитал. Но не ожидал, что после завершения дела все лавры достанутся Балдессари, а на место начальника пришлют чужака – то есть меня.

– Но как ты мог столько лет прослужить рядом с убийцей и даже не догадаться?

– Грубер ничем себя не выдал. Я бы даже сказал, что все эти годы он был неплохим полицейским. Когда Хэлен позвонила мне со своей версией, я решил было, что она спятила. Но рад, что согласился на её план! Ханс занервничал и прокололся.

– Он прокололся, когда убил девушку из издательства и решил подставить меня. А Хэлен его раскусила! – с чувством подытожила Диана.

 
* * *
 

– Майк, привет! Как там Калифорния? – спустя пару дней я ехала на подъёмнике, чтобы совершить очередной спуск на лыжах. Свежий ветер обдувал разгорячённое лицо и развевал волосы. – Здесь просто волшебно: много солнца, снега и свежего альпийского воздуха! А горы! Ты таких гор никогда не видел! В следующий раз обязательно поедешь со мной, без отговорок. Обещаю, маньяков ловить не будем.