Текст книги "Фобия"
![](/books_files/covers/thumbs_240/fobiya-245765.jpg)
Автор книги: Елена Тихонова
Жанр: Триллеры, Боевики
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)
– Не вижу смысла повторяться. Поднимите свои отчеты, бумажки, видео допросов. Прошло четыре с лишним года, и я бы предпочла забыть обо всем.
– Я так и сделала. Вы знали, что его осудили на пять лет?
– Не хочу знать! – Вика подскочила на месте, сжав кулаки. – Зачем вы пришли? Если действительно хотите найти грабителя, вломившегося в дом, то ищите его, а не копайтесь в прошлом, которое не имеет к этому никакого отношения.
– Грабитель? Но ведь ничего не украдено.
– Ваша работа – выяснять, кто он есть, а не моя.
– Хорошо, скажу прямо. Той ночью, как и сейчас, как мне поведал мой коллега, вы были под действием алкоголя. Учитывая, какой кошмар вам пришлось пережить в прошлом и препараты, которые вы принимаете, довольно серьезные лекарства, могу предположить, что переезд, незнакомая обстановка могли сказаться на вашем душевном равновесии. И ваш врач согласилась со мной.
– Я выпила бокал вина на ночь, это помогает мне уснуть, и с моим душевным равновесием все в порядке.
– У вас руки дрожат, – Дарья приподняла одну черную бровь.
Вика убрала руки за спину и вызывающе посмотрела на обоих.
– У вас еще какие-либо вопросы, которые касаются проникновения в этот дом? – спросила она, сделав ударение на последней фразе.
– Большинство людей принимают таблетки в случае бессонницы, вы же заменяете их алкоголем. Может, причина этому – ваши кошмары?
Вика разжала кулаки, чувствуя, что на внутренней стороне ладоней остались следы от ногтей. О кошмарах она рассказывала только Наташе, но не могла поверить, что она стала бы рассказывать об этом полиции.
– Мне это не приснилось, в дом кто-то влез, я слышала его, и я не спала.
– Значит, кошмары все же бывают? – удивился Власов, но Дарья перебила его:
– Если это так, то это не ваша вина. С вами играет лишь ваше воображение, подстегнутое алкоголем. Я хочу понять, был ли вызов полиции ночью ложным или нет.
– Разговор окончен. Если хотите, я заплачу штраф за ложный вызов.
– Если не хотите говорить сейчас, я вызову вас повесткой.
Вика замерла на пороге гостиной. Дарья прекрасно знала, что приехать в полицию для допроса Вика не сможет, так к чему эти угрозы.
– С какой стати? По старому делу, которое закрыто?
– Нам пора, – выступил вперед Власов. – Если появятся вопросы, мы позвоним вам. И да, – он сунул руку в карман пиджака и протянул ей белый квадратик плотного картона. – Это мой номер, на случай, если вы что-то еще вспомните.
С одной стороны, Вика понимала, что явных следов чужого не было, комнаты в порядке, ничего не перевернуто и обыска, с целью завладения Аниным добром, нет. С другой стороны, она слышала шаги, и была уверена, что ей все не приснилось. Но не эти двое пережили те минуты ужаса, когда над ее головой раздавался скрип половиц, когда в доме была лишь она и испуганный кот.
– Я провожу вас.
Дарья подняла глаза на Власова и встала с дивана вслед за ним. В молчании они вышли на улицу, а когда обернулись, чтобы попрощаться, Вика захлопнула перед ними дверь. Из окна она наблюдала, как они выходят через калитку и садятся в неприметную серебристую машину, затем пошла наверх.
Думать ни о чем не хотелось, мысли о работе напрочь пропали. Ее надежды, что к концу лета роман будет готов, пока казались призрачными. Уверенная в том, что больше они не придут, как и в том, что отныне она точно в безопасности, потому, что знала о странной двери, она вернулась в мансарду, где нашла Скотча, спящего в горшке с фикусом. Закрывать шторы она не стала, как и включать свет. Белый экран ноутбука подсвечивал ее, бросая тень на стену за ее спиной. Несколько холодных кусков пиццы и кофе, которые она прихватила с собой, закончились, едва она досмотрела фильм до середины. На небе поднялась луна. В соседнем доме загорелся свет. Верная себе, Женя, не закрывая штор, переодевалась у кровати. В ванной мелькнул силуэт ее мужа. Заметив, что Женя смотрит на нее, Вика махнула ей рукой, та ответила тем же и покружилась в нижнем белье, доказывая, что вовсе не смущается, когда посторонние видят ее в подобном виде.
Вика улыбнулась про себя. Возмущения девушки о том, что за ней подглядывают, были лишь поводом для того, чтобы познакомиться с новой соседкой. На самом деле, ей было все равно, что ее видят. Вопрос о том, кто же из семьи Ани до этих пор подглядывал, оставался актуальным. Можно было спросить саму Женю, ведь она заметила интерес Вики, значит и раньше замечала слежку. Но Вика решила, что это было бы уже слишком. Фильм закончился, но Вика не поняла, понравился он ей или нет. Углубляясь в свои собственные мысли, она пропустила почти половину, даже не пытаясь вникнуть в сюжет. Она закрыла ноутбук и спустилась на второй этаж, дождалась пока кот войдет следом за ней, несколько мгновений помялась у двери, потом заперла ее и придвинула кресло плотнее, подперев мягкой спинкой ручку двери. Так было не идеально, но относительно надежно. Решив, что стоило бы для этих целей притащить стул с кухни, она со спокойной душой легла спать.
Глава 8.
Утро встретило ее хмурым небом и монотонным гудением пылесоса. Немного раздраженная, Вика накинула кимоно и спустилась вниз. В коридоре возилась Геля. Пылесос ревел оглушительно, но домработница предусмотрительно воткнула наушники и что-то припевала. Вика позвала ее пару раз, затем просто подошла и коснулась плеча. Девушка вскрикнула и выдернула наушники. Вид у нее был напуганный. Она надавила кнопку на пылесосе босой ногой и выпрямилась.
– Разве можно так подкрадываться?!
Вика развела руки в стороны, как бы говоря, а чего та ожидала, если в доме она не одна.
– Я тут, как бы, живу. Ты бы хоть позвонила и предупредила.
– Утром звонила, но кто ж знал, что ты просыпаешься к обеду, – она указала на часы на стене. – Пришлось ехать без предупреждения.
– Из-за работы у меня сбились день и ночь. – Вика с ужасом отметила, что на часах было почти два часа дня, удивляясь, как она могла проспать так долго.
Из-за пасмурного неба ей показалось, что лишь раннее утро. И Скотч дрых, не решаясь будить хозяйку. Он спустился вместе с ней, ожидая завтрака. Не зная, как правильно назвать трапезу, то ли поздним завтраком, то ли обедом, Вика направилась на кухню, чтобы приготовить, наконец, что-то съедобное. Яичница, бутерброды и пицца были худшим ее решением, когда холодильник был забит до отказа.
Пока кот хрустел своими мясными подушечками, Вика занялась обедом. Ни о какой работе не могло быть и речи, когда рядом шаталась Геля со своими тряпками и пылесосом. Спустя час уставшая домработница ввалилась на кухню и почти упала на стул, заставив его скрипнуть под ее пухлым телом.
– Ты говорила, что будешь убираться, но ведь не через день же, – не удержалась от колкости Вика.
– Да, но когда начала прибираться сегодня, то поняла, что ты стоишь трех Никит и пяти таких, как Настя. Везде мусор, следы ног. Ты тут, что, вечеринки устраиваешь?
– Ты дозвонилась Ане? – спросила Вика, проигнорировав тираду Гели.
Та покачала головой, поведя носом в сторону плиты.
– Решила приготовить что-нибудь более полезное, чем яйца. Может, останешься со мной на обед?
– Спасибо, но мне надо бежать, – в ее голосе чувствовалось сомнение, а глаза не отрывались от плиты с готовящейся едой. – Я в твоей комнате тоже прибралась, спасибо мне скажи. Накинулась, не спросив, – Геля обиженно поджала губы. – По дому, будто табун коней пробежался, – снова заметила она.
– Не надо было, – отозвалась Вика, понимая, что найдет шторы во всех комнатах распахнутыми. – Я проветриваю ее и могу сама пройтись пылесосом.
Немного подумав, Вика решила не упоминать о приезде полиции, и причине их вызова.
– Думала, писатели ничего не умеют, а ты, смотрю, и по борщам мастер, и по уборке. Мне не трудно, на самом деле, а Аня все равно заплатила мне уже за эти три месяца. Вроде как отпускные.
– Сегодня позвоню ее матери, узнаю, дозвонилась ли она. Очень странно, что не отвечает на телефон который день.
– Пожалуй, от твоего салата и вина я не откажусь, – неожиданно согласилась она. – А что касается Ани, не вижу ничего странного. Она на отдыхе, пока муж вкалывает. Дом под охраной, поселок такой, что любого чужака сразу задержат. Тебе нечего бояться. Ни за себя, ни за нее.
– Почему я должна бояться за себя? Я ведь под охраной.
– Ты держишься на расстоянии, людей к себе не подпускаешь, думаешь, я слепая?
Вика пожала плечами.
– Я не избегаю общества, если ты об этом.
Геля ковырялась в тарелке с салатом, легко сжимая пальцами бокал с вином.
– Тогда почему ты на улицу не выходишь? Ведешь себя точно, как социофоб. Прогулялась бы, – продолжила она. – Сидишь в четырех стенах, будто тебя наказали. – Она вдруг прищурилась и спросила, – может, ты под домашним арестом?
Вика отставила пустую тарелку, затем продемонстрировала обе лодыжки. Геля криво усмехнулась.
– Это еще не показатель. Либо ты сторонишься людей, либо под домашним арестом.
– Ерунду говоришь, – после короткого молчания сказала она, удивившись тому, от кого исходили эти слова. До этого только Наталья говорила ей о чем-то подобном. – У меня все есть, и у меня работа, при которой нет необходимости выходить из дома. Меня все устраивает. А общения мне хватает и по телефону.
– Живое общение еще никто не отменял, – с сомнением сказала Геля.
– Когда я работала в школе, живого общения получила на три жизни наперед. Чем ты сама занималась до того, как стала здесь работать?
Геля что-то невнятно пробурчала. Говорить о своем прошлом она явно не собиралась, как и о себе.
– Ты же не получила диплом домработницы?
– Я повар. Когда приехала сюда, работала по ресторанам и кафе младшим поваром, потом нанялась в частный дом, так и пошло.
– Но здесь ты не готовишь?
– Алексей предпочитает заказывать еду на дом, – фыркнула она, – мои борщи его не устраивают, и я осталась в качестве домработницы. Раньше я жила в доме, в четыре вставала и готовила, и была далека от швабр, – в голосе Гели прозвучала обида.
– Ты не знаешь, чей это телескоп в мансарде? – решила сменить тему Вика.
– Кажется, Никиты. Он увлекается звездами.
Вика вспомнила, что Нику, как его коротко звала Аня, в этом году исполнилось пятнадцать, и едва сдержала улыбку. Звездами, как же.
– Видела там твой компьютер, значит, ты там и работаешь?
Вика кивнула, уткнувшись глазами в тарелку.
– Пишешь детективы?
– Я пишу любовные романы.
– Не читаю. Мне по душе детективы. Но, может, я читала что-то из того, что ты написала?
Вика сказала ей пару названий, но Ангелина лишь покачала головой. Она снова вспомнила о подруге, та хоть и была молчуньей, но не могла не беспокоится за свой дом. Хотя бы раз должна была позвонить.
– Мне кажется, ты слишком нагнетаешь, – возразила Геля. – Просто подумай, как будешь выглядеть, если обнаружится, что Ане было некогда звонить. Мало того, что поднимешь всех «на уши», и введешь в заблуждение, так еще и подруга разозлиться.
– Может, позвонить няне детей? Ты знаешь ее номер?
Геля покачала головой. Она не касалась ни детей, ни их няньки, ее дело было прибрать в доме. Вике показалось странным, что работая в доме, она знала лишь телефон хозяйки дома. Но на вопрос Вики та лишь буркнула что-то неразборчивое. Молчание затянулось, Геля изучала углы на кухне, Вика уставилась в тарелку, жуя салат. Говорить было явно не о чем, и Геля засобиралась. Вика попробовала сгладить неловкость, но ответы Ангелины были резкими и короткими, словно она на что-то обиделась. Задумываться об этом Вика не стала, проблемы с настроением домработницы были лишь ее собственными, и Вики не касались. Она заперла парадную дверь, поймав на себе тревожный взгляд Гели, которая обернулась напоследок. От него по спине Вики поползли мурашки. Она вернулась на кухню, чтобы прибраться и выкинуть все лишнее из головы, в том числе приход домработницы. Домывая посуду, она вспомнила, что не спросила у Гели о задней двери дома.
Решив прихватить ужин наверх, чтобы не спускаться через пару часов, Вика нашла широкую разделочную доску, поставила на нее тарелку с гренками и чашку кофе. Позвав кота, она постояла на пороге кухни, но тот не откликался. Наверняка, спал где-то на теплом полу или в комнате на кровати. Не став тормошить его попусту, Вика поднялась на второй этаж, держа поднос перед собой. Забыв о ночном госте, она ступала перед собой, а когда оказалась между пролетами второго и третьего этажа, ей вспомнился ночной скрип, разбудивший кота и ее саму. Мурашки пробежали по спине. Но сейчас половицы не заскрипели, это привело ее в замешательство. Может, ей все привиделось, почудилось? Но она помнила, что когда на третью ступеньку сверху наступил Власов, она застонала. Вика поставила импровизированный поднос на ступеньку последнего пролета, затем сделала несколько шагов вниз, нарочно ступая на скрипучую ступень. Но под ней она не скрипела. Вика спустилась ниже, вновь прошлась по лестнице наверх. И снова тишина. Она стала ногами на «скрипушку» и попыталась попрыгать. Ступень жалобно «запела» под ней.
– Это был кто-то тяжелее меня, – вслух сказала она, обращаясь в пустоту лестничного пролета. – Кто-то, вроде Власова.
Она подавила желание побежать наверх и запереть дверь мансарды у себя за спиной. Спокойно взяла со ступени свой ужин и постаралась как можно медленней подняться, чтобы унять вдруг нахлынувшую панику. Если Аня обнаружит кофейное пятно на обоях, у нее будут вопросы.
Она поставила доску на стол и принялась за кофе, пока не остыл. Шторы были раскрыты на всю катушку – результат уборки Гели. Телескоп стоял в углу, но его «глаз» все так же смотрел на соседский дом. Вика подошла к окну, чтобы узнать, есть ли кто в доме напротив, но с такого расстояния при свете дня мало что можно было увидеть. Воспользоваться телескопом она побоялась: быть уличенной в подглядывании вновь ей не хотелось. Она села за стол и открыла ноутбук. На заставке была она сама и Скотч. Фотография была сделана несколько лет назад, когда кот был еще крохой. Ее мысли вновь вернулись к скрипящей ступени. Кто бы ни приходил в ее дом ночью, это был мужчина. Или грузная женщина. Вроде Гели или соседской домработницы. Вика едва не рассмеялась, представив Ольгу крадущейся по дому. Решив завершить начатое, Вика начала исследовать пол мансарды. Ей хотелось удостовериться, в своей теории о весе чужака. Так же, ходя по комнате и слегка подпрыгивая, она обнаружила скрипящее место у дальней части мансарды, той самой, что еще не была доведена до ума хозяевами дома. Вика заглянула за перегородку. В самом углу стояла новенькая душевая кабинка, рядом целой ротой выстроились пластиковые трубы, старый матрас, который уже попадался ей на глаза, да пара садовых инструментов, прислоненных к стене. Окно было заклеено куском обоев в веселый сине-голубой цветочек. Ничего подозрительного, если не считать, что половина мансарды уже была обклеена и покрашена. Неужели, Аня хотела устроить в этой комнате душ? В комнате, где вся парадная сторона была застеклена?
Закончив осмотр, Вика вернулась к столу и засела за роман. Проработав до поздней ночи, она забрала пустую посуду и спустилась вниз, немного удивляясь, что Скотч не просил ужин. Включив на кухне свет, она поняла – почему. Остатки пиццы, что Вика выкинула в мусорное ведро, были вытащены вперемешку с бумагой из-под нее же. Довольный кот спал под столом на пустой коробке.
– Ах ты, проходимец! – Вика убрала все обратно в ведро и на этот раз плотно закрыла крышкой. – Скотч, ты – помойный кот! Не пущу тебя в кровать сегодня, будешь спать на полу.
Кота эта новость ничуть не испугала. Он равнодушно следил за Викой, пока она мыла посуду, потом позволил взять себя на руки и отнести в комнату. Вспомнив на пороге спальни о стуле, который она собиралась взять из кухни, Вика поленилась спускаться вновь. Она придвинула к запертой двери кресло, переложила на него кота. С некоторым раздражением закрыла шторы, вспомнив Гелю нехорошими словами. Затем скинула одежду и направилась в душ, чтобы смыть прошедший день.
Глава 9.
Вика завтракала с котом, когда в прихожей затарахтел радиотелефон. Решив, что это Аня, она опрометью понеслась через коридор и схватила трубку.
– Привет, писательница!
Это была Ангелина. Вика присела на стул рядом со столиком, где стоял телефон.
– Хотела тебе доложить, что я дозвонилась до Ани. У нее все хорошо, но там, где они остановились, мобильник почти не ловит сигнал, – хриплый голос Гели немного удивил Вику. – У них там горы вокруг, какой-то санаторий или дом отдыха. Аня попросила меня успокоить тебя, спросила как твои дела, я взяла на себя смелость сказать, что все хорошо и тебе все нравится.
– Что у тебя с голосом?
Послышался вздох то ли усталости, то ли раздражения.
– Я простыла, горло болит. В ближайшую неделю не жди меня, по возможности не мусори сильно, а то приду и не разгребу, – теперь в голосе явно слышалось раздражение.
Вика пожелала ей скорейшего выздоровления, но Геля уж бросила трубку.
– Сама вежливость, – фыркнула Вика и поплелась обратно в кухню.
Едва она принялась за кофе, как затрезвонил мобильник. В надежде, что это все же Аня, Вика схватила трубку, но услышала знакомый мужской голос. Это был Власов. Он предупредил, что заедет с парой вопросов ближе к вечеру. Вика согласилась, заранее догадываясь, что вопросы будут те же, и снова затронут больную для нее тему. Поднимаясь в мансарду, чтобы немного поработать до его прихода, она удивлялась, отчего все стремились вытащить историю наружу, переслушать ее в сотый раз, будто не замечали, как это отражается на ней самой. Может, ее психотерапевт и следователь получали удовольствие от чужих страданий?
Приехал он намного раньше, чем обещал. Вика открыла ему калитку и пропустила внутрь. Вернула по привычке пульт на столик рядом с телефоном и пригласила Власова пройти в гостиную.
– Почему у вас всегда так темно? – спросил он, присаживаясь на одно из кресел.
– Мне комфортно. И пока тут живу я, все так и останется.
Он пригладил рукой светло-каштановые волосы и осмотрел темную комнату. Шторы там открывала Геля в последний раз, когда прибиралась, но Вика закрыла их обратно, не оставив и щели для дневного света. Огромные окна, выходившие в сад перед домом, создавали ощущение, что стен не существует, и это нервировало девушку.
Эта комната была единственной, куда Вика заходила только для того, что закрыть шторы. Подумывая, стоит ли превращать кабинет Леши в свое временное рабочее место, она все же решила остаться в мансарде. Та была ближе к двери ее комнаты. Был еще подвал с уморительно узким приоткрытым окном, чтобы проветривать немного сырое помещение со стиральными машинами, ее спальня и мансарда с кухней. В другие комнаты она не ступала даже ногой. По ее предположению, комната рядом с ее, принадлежала кому-то из детей, как и та, что была напротив нее и справа от выхода на лестницу. И в самой глубине темнела дверь в спальню супругов. Ни в одну из комнат Вика заглядывать не стала бы, даже появись у нее причина.
Власов скользнул взглядом по черному фортепиано у дальней стены, с двух сторон от него к стене были привинчены светильники. В углах стояли широкие вазы с комнатными цветами, Вика уже видела такие в мансарде. Диван, мягкий и длинный, сделанный углом, стоял посреди комнаты, «обнимая» низкий журнальный столик, на котором в прошлый раз помощница Власова намеревалась разложить бумаги, но так и не открыла папку, и два мягких кресла, в одно из которых устроился гость.
– Вы сегодня без вашей спутницы? – спросила Вика, присаживаясь на диван, по другую сторону от Власова.
– Она не в курсе, что я к вам решил заглянуть. Хочу поговорить без протокола, если позволите. Не откажусь от чашки чая или кофе.
Спустя несколько минут Вика вернулась в гостиную, неся на дощечке для разделки овощей две чашки кофе и вазу с конфетами.
– Не знаю, где у Ани подносы, и есть ли они вообще в доме, – немного смущенно сказала она, ставя на журнальный столик кофе для себя и полицейского. – Да и гостей у меня не бывает почти.
– А домработница? Как ее имя?.. Ангелина, да. Она приходила?
– Да, она была вчера утром, прибиралась в доме. Но она не гость здесь. Еще была Женя, соседка, но о ней я вам уже рассказывала.
– Да, припоминаю, именно она показала вам странности задней двери. А что же ваша подруга? Вам удалось дозвониться до нее?
– Нет, к сожалению, и на мое сообщение она пока молчит, как будто и не получила его вовсе, – Вика достала из кармана телефон и продемонстрировала текст Власову. – Зато сегодня звонила Геля, из дома, сказала, что говорила с Аней.
– Странно, у меня ведь тоже не вышло.
– Кажется, местные условия мешают, сигнал там слабый.
– Они в горы пошли?
– Они на Бали, – напомнила она ему, – и я не знаю, есть ли там горы. Ее муж, Алексей, поехал туда по работе. Аня уцепилась следом, решила отдохнуть, пока Леша работает.
– В вашей ситуации… Наверное, тяжело, когда другие могут путешествовать, а вы даже из дома не можете выйти?
– Завидую ли я тем, у кого все в порядке с головой и нервами? Вы об этом пришли поговорить?
– Ваш психотерапевт считает, что, по большей части, ваша болезнь надуманная. Ведь вы приехали сюда. Путь от вашего дома до этого поселка неблизкий. Я проехался сегодня от порога вашего дома. Это заняло у меня ровно час и сорок минут.
– Мне кажется, или мои проблемы со здоровьем вас с коллегой волнует больше, чем грабитель?
– Мы пока не уверены, был ли грабитель. Ничего, что лежало из ценностей на виду, не украдено, все вещи в том же порядке, иначе вы или домработница обнаружили бы пропажу. Кто он и зачем приходил – загадка для меня.
– Знай я, что меня ждет здесь, я бы отказала Ане, – тихо сказала Вика, чувствуя ком, который зашевелился где-то в горле.
– Эта ночь прошла спокойно?
– Дверь я заперла, у него теперь нет пути в дом, разве что я сама ему открою. К тому же, на ночь я запираю дверь своей спальни.
– Это правильное решение. И держите под рукой телефон.
– Вы полагаете, он снова попытается проникнуть?
– Сложно сказать. Зависит от того, что-то ему было здесь нужно, – Власов откинулся на спинку и закинул ногу за ногу. – Если он не нашел то, что искал в тот раз, то да, я думаю, он может снова попытаться. Я не пугаю вас, – быстро сказал он, – лишь призываю быть осторожной. Вы ведь не видели его лица, значит, он не боится быть узнанным и может бродить где-то неподалеку. Кстати, вы уверены, что это мужчина? Он что-нибудь говорил? Голос его вы слышали?
Вика покачала головой. Ночь страха, которую ей пришлось пережить в чужом доме, еще не до конца отпустила ее.
– О двери знала соседка, знала и прислуга. Мог ли кто-то из них бродить тут ночью? Что вы знаете об этой Жене?
– Она замужем, муж намного старше, маленький ребенок, плюс у них домработница. Муж, Иван, каждое утро отправляется на работу, Женя сидит дома с ребенком, хотя не думаю, что много им занимается.
– Это она сама вам рассказала?
Вика потупила взор и немного смущенно призналась, что первое время следила за их домом.
– Незнакомая обстановка, – попыталась оправдаться она, – наверное, я хотела отвлечься и понять, где я оказалась. А соседи не закрывают окон.
– И ничего странного не заметили?
Вика солгала, что нет. Рассказывать о частной жизни девушки из дома напротив, она посчитала чем-то порочным. Достаточно было и того, что Власов узнал о ее слежке за посторонними людьми.
– Женя – девушка хрупкая. Она и весит меньше меня, пусть и выше на целую голову. Я провела эксперимент накануне, – она подняла голову на следователя, тот заинтересованно подался вперед, прищурив глаза. – Под моим весом половицы не скрипят. Значит, и под весом Жени не скрипели бы.
– А ее муж?
– Никогда бы не стала подозревать в чем-то подобном человека в возрасте и с серьезной работой.
– Считаете, что у него именно такая работа?
Вика передернула плечами.
– Он ходит с чемоданчиком, у него дорогущая машина, и он сумел купить дом в элитном поселке. Я не думаю, что он простой сантехник.
– Он юрист. В этом поселке я не впервые. Многих из тех, кто живет здесь, я ранее уже допрашивал, но по другому делу.
– Вы говорите о том убийстве семьи?
– Вы слышали об этом? – удивился он.
Вика кивнула.
– Прошло много времени, но ваши соседи уже тогда жили тут. И вы правы, я бы тоже не стал подозревать адвоката в желании проникнуть в чужой дом. А как насчет вашей домработницы?
– Она приезжая. С виду довольно милая, может, немного заносчивая. Возможно, заносчивая она только со мной.
– Я поговорю с ней, как и с вашей соседкой. И по поводу двери тоже.
Вика предупредила его, что о ночном вторжении в дом Геле пока неизвестно.
– Сошлюсь на то, что вы немного обеспокоены молчанием подруги, – пообещал он. – А, кстати, почему не рассказали?
– Не знаю, не тот она человек, с которым бы я делилась переживаниями.
– И о вашем недуге она тоже не знает? О том школьном деле?
Вика отрицательно покачала головой.
– Она решила, что я социофоб. Аня, конечно, могла ей рассказать, либо она что-то могла слышать с чужого разговора, но мне она никак не дала этого понять. Нет, – Вика снова покачала головой, – она ничего не знает.
Несомненно, ей показалось странным, что Вика торчит в доме безвылазно, но какое ее было дело, в конце концов?
– Значит, по ступеням спускался кто-то, кто весит больше вас? Вроде меня?
– Килограммов семьдесят пять и более.
– Например, Ангелина?
– Например, она, – согласилась Вика. – И еще несколько десятков тысяч человек, которые живут в городе и за ним. Миллионы из тех, кто живет в стране.
– Не будем заходить так далеко. Ваш поселок охраняется, а доступ в дом имеет не так много людей.
– Так и есть. Женя тоже предположила, что это кто-то из местных.
– И тот, кто знает о задней двери, ее маленький секрет. Я думаю, этот человек был ранее вхож в дом. Спасибо за кофе, прогуляюсь в гости к вашим соседям. А после заеду к домработнице. Вы ее адрес или телефон не подскажете?
Но Вика не знала ни того, ни другого.
– Хорошо, найдем.
Она проводила следователя до двери и вновь открыла для него калитку.
– На ночь вы ее запираете?
– Нет. Аня мне сказала, что она запирается автоматически, и без этого, – она подняла вверх руку, в которой был зажат пульт – небольшая серая коробочка с парой кнопок, – ее не открыть. Он же отпирает ворота.
– А как же ваша соседка и домработница проникли во двор?
– У Гели наверняка есть такая же, – сказала Вика, имея в виду пульт. – А Женя протиснулась между воротами и забором, там есть небольшая лазейка.
Вика попыталась найти тот проем, в который прокралась худенькая, как спичка, Женя, но с этого ракурса дырки словно бы и не было. Она показала Власову примерное место, и тот пошел к забору, чтобы поискать ее. Он обернулся к ней и указал на место за кустами роз у дальней части ворот.
– Это здесь! – крикнул он, внимательно осмотрев проем. Некоторое время он изучал кусты роз и ограду с обеих сторон, но, кажется, искомого не нашел и разочарованно потер подбородок.
Он вернулся к калитке и махнул ей рукой. Она дождалась, когда калитка закроется за ним, заперла дверь и включила сигнализацию. Несколько минут простояла у окна, затем вернулась в мансарду.
Глава 10.
– Он меня допрашивал, как преступницу! Что такого ты рассказала ему, что он взялся за мою семью?
– Ничего особенного.
Девушки сидели наверху. За окном начинало темнеть, а Женя и не торопилась домой. Гостей в этот день она больше не ждала, но спустя два часа после ухода Власова, к ней постучала соседка. Щеки ее раскраснелись, будто она бежала стометровку на время, а глаза горели. Едва успев войти в дом, она сообщила, что полицейский допрашивал ее и домработницу.
– Ольга, понятное дело, в отказ по всем статьям, а я что могла ему сказать?
– О двери он узнал от меня, как и о тебе.
– Да, я ему тоже все объяснила. Ведь не втихомолку же я ходила к Ане. Но вот загвоздка! Как именно можно войти через заднюю дверь я узнала от Ани, а та словно на необитаемом острове без телефона. Почему она не отвечает?!
Этот вопрос Женя повторила не в первый раз, но Вике казалось, что этот вопрос ей непрестанно задают третий день подряд, а ответить на него она была не в состоянии. Пока Вика запирала на все запоры парадную дверь, Женя выложила весь свой разговор с Власовым, не скрывая возмущения.
– Понятия не имею. Геля сказала, что у Ани проблемы со связью.
Женя поморщилась при упоминании имени домработницы.
Она потянула ее в мансарду, где Вика работала после ухода следователя. Женя сидела на полу и гладила кота, держа в руке опустевшую кружку из-под кофе. Вика надеялась, что соседка скоро начнет собираться домой, к сыну и давно вернувшемуся с работы мужу. Женя сидела у окна, задернутого занавеской, и смотрела на свой дом через «глаз» телескопа. Вика включила светильник на столе, где она работала. Тени плясали по стенам, дальняя часть мансарды тонула в сумраке.
– Этот твой следователь допрашивал Гелю?
– Сказал, что заедет после и к ней. Но он не мой, как ты выразилась, и не отчитывается, допросил или нет. А что?
– Я могу понять, если Аня забыла запереть изнутри заднюю дверь, но в доме почти всем занимается Ангелина, могла и она забыть закрыть цепочку на двери, перед их отъездом. Эта их домработница абсолютно безголовая, да еще крутит задницей перед Лешей.
– Думаю, ты ошибаешься.
Женя хмыкнула.
– Сама видела. Или думаешь, только ты подсматриваешь за жизнью соседей? Ходит в коротких юбчонках, моет полы, отклячивая зад, я видела. К тому же провожает его на работу почти каждый день. Несет следом за ним его сумку, как собачонка. А Анька в это время кормит ребенка на кухне и только из окна машет рукой. Эта девчонка не так проста, как кажется. Приехала сюда несколько лет назад, все пытается устроиться на теплое место. Аня говорила, что Геля постоянно нахваливает какой Леша умница. И работа хорошая, и семья в достатке, а то, что у него руки из одного места, когда дело доходит до ремонта, это, конечно же, она опускает.
– Леша не тот человек, который позволил бы собою манипулировать.
Женя хмыкнула.
– Знаю я эту нахалку и то, как она умеет манипулировать мужиками. Застала ее раз, когда она Ивану завтрак готовила и лебезила перед ним.
Вика удивленно уставилась на Женю. Нехотя она призналась, что Геля до Ани работала у нее.
– Я выгнала Гелю, за ее хамство по отношению ко мне. Иван не верил до конца, ведь при нем она вела себя идеально. Этакая викторианская горничная: «да, сэр», «спасибо, сэр». Не в таких выражениях, конечно, но что-то такое в ней было. Противно было слушать. Иван пожалел ее и пристроил работать к Ане.
– А Ольга?
– Ее Иван нашел по объявлению, после Гели.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.