Читать книгу "Истории фейри. Железные земли"

– Да так, поблизости, – прошептала Кайя. – В Нью-Йорке все пошло не так.

– Иди сюда, присядь. Я переживала. Что ты там стоишь, я тебя не вижу.

Кайя отступила еще на шаг, в гущу теней.

– Мне и тут хорошо.

– Представляешь, за все эти годы она ни разу не рассказывала мне о Кейт? Ни слова! Как можно было? Кейт – вылитая ты в этом возрасте. Такая милая девочка, а выросла совсем одна. Как можно было лишить ее любящей семьи. Мне даже думать об этом больно.

Кайя кивнула оцепенело. Лишить любящей семьи. А ведь это Кайя лишила ее, своровала у девочки детство.

– Эллен говорила, почему Кейт теперь здесь?

– Разве она тебе не сказала? Отец Кейт на реабилитации. Он обещал не беспокоить Эллен, не сваливать на нее ребенка, но я рада, что он не исполнил обещание. Кейт – странный ребенок, она явно росла в ужасных условиях. Ты знаешь, что она ест только соевые бобы и лепестки цветов? Разве это подходящая еда для растущего организма?

Кайе хотелось закричать. Казалось, пропасть между обыденными вещами, о которых говорила бабушка, и правдой была непреодолима. Почему мама рассказала бабушке эту историю? Кто-то заколдовал ее? Заставил поверить, что это правда? Магия душила Кайю, горло резали невысказанные слова, которые бы шокировали бабушку. Но она удержалась, проглотив их, потому что так же сильно, как желала прекратить это, Кайя хотела, чтобы бабушка продолжала говорить, чтобы хоть на минуту сохранить видимость нормальной жизни.

– Эллен счастлива? – тихонько спросила она. – Что есть… Кейт?

Бабушка фыркнула.

– Она никогда не была готова стать матерью. Как она будет растить ребенка в своей нью-йоркской комнатушке? Конечно, она рада, что у нее есть Кейт – какая мать не порадуется, что ее ребенок рядом? Но она забыла, что заботиться о ребенке – огромная работа. Уверена, скоро им придется бросить город и переехать ко мне.

С нарастающим страхом Кайя вдруг осознала, что Корни с самого начала был прав. Вернуть маме ребенка-перевертыша было ужасной идеей. Эллен только удалось устроиться на приличную работу и вступить в хорошую группу, а ребенок сводил все это на нет. Кайя опять ошиблась, так сильно ошиблась, что понятия не имела, как это можно исправить.

– Кейт будет копировать твое поведение, – заявила бабушка. – Так что больше не пропадай где попало, упуская важные семейные моменты. Нам не нужны два диких ребенка.

– Стоп! – сказала Кайя. Но она не вкладывала ни капли магии в эти слова, просто закрыла уши руками. – Просто остановись. Кейт не будет ничего за мной повторять…

– Кайя? – раздался с лестницы голос Эллен.

В панике Кайя кинулась к задней двери, ведущей из кухни на улицу. Распахнула ее, радуясь холодному воздуху, коснувшемуся горячего лица. Сейчас она ненавидела весь мир: все знающего Корни, Ройбена, которого не было с ней рядом, ненавидела мать и бабушку, так легко променявших ее на другую. Но больше всего она ненавидела себя за то, что стала причиной всего этого.

– Кайя Фирч! – крикнула Эллен своим редко используемым голосом «суровой мамочки». – Вернись немедленно.

Кайя замерла.

– Прости меня, – попросила Эллен. Обернувшись, Кайя увидела выражение боли на ее лице. – Признаю, я плохо справляюсь с проблемами. Но прошу, не уходи. Не хочу, чтобы ты уходила.

– Почему нет? – тихо спросила Кайя. В горле стоял ком.

Эллен вышла во двор:

– Я хочу услышать твои объяснения. Скажи, что ты собиралась рассказать в тот раз, в квартире.

– Хорошо, – согласилась Кайя. – В детстве меня поменяли местами со смертной девочкой. И вы воспитали меня… вместо нее. Я не знала этого, пока недавно не вернулась сюда и не встретила других фейри.

– Фейри, – эхом отозвалась Эллен. – Уверена? Ты фейри? Как можно знать это наверняка?

– А кем еще я могу быть? – Кайя вытянула зеленую руку и покрутила, рассматривая со всех сторон. – Чужой? Инопланетянкой? Зеленым человечком с Марса?

Эллен сделала глубокий вдох и шумно выдохнула:

– Не знаю. Я вообще ничего не понимаю.

– Я не человек, – сказала Кайя, и слова эти, казалось, пронзали насквозь, касаясь самого сокровенного и непостижимого.

– Но ты кажешься… – Эллен замолчала. – Конечно, ты кажешься собой. Ты – это ты.

– Да, я знаю, – согласилась Кайя. – Но я не та, кем ты меня считала.

Эллен покачала головой:

– Я так испугалась, когда увидела Кейт. Решила, что ты сотворила какую-нибудь глупость, чтобы вернуть ее, где бы она ни была. Ведь сотворила, да? Вот видишь, я знаю тебя. Тебя!

– Она не Кейт, а Кайя. Настоящая Ка…

Эллен вскинула руку, останавливая ее:

– Ты не ответила на мой вопрос.

– Да, – выдохнула Кайя. – Да, я совершила ужасную глупость.

– Видишь, ты именно та, кем я тебя считаю. – Эллен обняла Кайю за плечи и рассмеялась своим хриплым прокуренным голосом. – Моя девочка!

Глава 11

 
И пусть я закрылся от всех, сомкнувшись,
                        как пальцы в кулак,
Ты все разомкнешь лепестки, меня проведешь
                        сквозь мрак.
 

Э. Э. Каммингс. «Там, где никогда не бывал»

Лужайку перед трейлером Корни украшал гигантский надувной пингвин в зеленом шарфе, шляпе и красной футболке с эмблемой «Звездного пути» на груди, на левой стороне. Беспорядочно мерцая, он стоял на пожухлом газоне. Когда Луис выехал на гравийную дорогу, на крыше и двери соседнего трейлера вспыхнули разноцветные огни, превращая трейлерный парк в дискотеку.

– И что, не скажешь, какой у меня шикарный дом? – усмехнулся Корни. Неудачная, вымученная шутка.

Этин подалась вперед, кладя руку на пластиковую спинку сиденья. Луис заглушил мотор.

– Это что, пингвин, одетый как… – начал он.

– Как верхушка айсберга, – закончил Корни.

Луис подождал, пока Корни откроет входную дверь трейлера и, потянув за наручник, завел Этин внутрь. Радужные огоньки, сияющие за окном, осветили груду грязной посуды, наваленной на столе. На стене рядом с фотографиями с автографами капитана Кирка[13]13
  Капитан Кирк – персонаж научно-фантастического сериала «Звездный путь».


[Закрыть] и мистера Спока в рамочках висели вышитые картины. Со стола с грохотом спрыгнула кошка, принимаясь громко мяукать.

– Моя комната в конце коридора, – прошептал Корни. – Дом, милый дом.

Луис прошел вперед по протертому ковру, ведя за собой Этин. Воняло плесенью. Раньше Корни не ощущал этот запах, но теперь почувствовал. Неужели, живя здесь, он так к нему привык, что не замечал?

В крошечный коридорчик выглянула мать Корни. Было что-то печальное во всем ее виде: тонкая ночная рубашка, спутанные после сна волосы и босые ноги. Она молча обняла Корни.

– Мам, познакомься, это Луис и… Эйлин, – выдавил Корни, когда она отпустила его.

– Как ты можешь вот так просто заваливаться домой, когда гулял где-то все Рождество? – возмутилась она, отступая на шаг и оглядывая его. – Первое Рождество после смерти твоей сестры. Мы думали, что и ты погиб. Твой отчим так плакал. Никогда не видела его таким несчастным.

Корни прищурился, словно хотел разглядеть что-то важное. То, что могло бы объяснить слова матери.

– Пропустил Рождество? А какое сегодня число?

– Двадцать шестое, – ответила она. – И вообще, во что ты одет? Волосы выкрасил. Где ты пропадал?

Пять дней прошло! Корни застонал. Ну конечно. В Фейриленде время течет по-другому. Казалось, прошло всего двое суток, а на самом деле вдвое больше. Сплавать на остров было все равно что пересечь часовой пояс. Как слетать в Австралию, например, только, в отличие от Австралии, здесь, пока возвращаешься назад, потерянного времени не вернуть.

– Да что с тобой такое? Чем ты занимался, что даже не знаешь, как долго пропадал?

Корни поправил тунику затянутой в желтую перчатку рукой.

– Мам…

– Не знаю, смогу ли я когда-нибудь простить тебя, – покачала головой она. – Уже за полночь, и я слишком устала, чтобы выслушивать твои оправдания. Устала от беспокойства за тебя. – Она повернулась к Луису и Этин: – Если замерзнете, в шкафу есть еще несколько одеял. Напомните Корни, чтобы включил обогреватель.

Фейри хотела что-то сказать, но Луис опередил ее.

– Спасибо, что разрешили остаться, – скромно поблагодарил он. – Мы постараемся не доставлять вам хлопот.

Мама Корни рассеянно кивнула, потом покосилась на Этин.

– Ее уши… Они… – Она повернулась к Корни. – Так где ты пропадал?

– На фестивале научной фантастики. Прости, мам. – Открыв дверь в свою спальню, Корни включил свет и пригласил Луиса и Этин войти. – Не представляю, как мог потерять счет времени.

– Фестиваль? В Рождество? Надеюсь, утром ты расскажешь мне более убедительную историю, – заявила она и скрылась в своей комнате.

На столе в комнате Корни гудел компьютер, на экране сменяли друг друга сцены из «На краю вселенной»[14]14
  «На краю вселенной» – фантастический телесериал.


[Закрыть]. Над кроватью висел плакат с изображением двух ангелов. У одного крылья были черными, у другого – белыми, а руки их были связаны вместе терновым побегом. Единственными яркими деталями на большом глянцевом плакате были капли текущей из ран крови. На полу, там, где Корни оставлял их перед сном, в беспорядке громоздились стопки книг и комиксов. Поверх графических романов и книг с фантастикой в мягких обложках лежали тома манги. Корни в смущении запихнул несколько под кровать.

Он всегда считал комнату отражением своей личности и интересов. Теперь же, оглядевшись, понял вдруг, что это место выглядит так же нелепо, как мерцающий перед их трейлером пингвин.

– Можешь спать здесь, – предложил он Этин, кивнув в сторону своей кровати. – Постельное белье еще чистое.

– О, вы так галантны, – съязвила она.

– Да, я такой.

Корни подошел к комоду, на котором стояли рядом черный и белый шахматные короли. До смерти Дженет ему нравилось сообщать окружающим о своем настроении, выдвигая вперед одного или другого. Но он совсем забыл об этом, ведь больше не существовало раздражающей сестры, ради которой это делалось. Да и шахматы… они заставляли Корни вспоминать, как сильно он по ней скучает.

Открыв ящик, он вытащил футболку и шорты и бросил их на кровать.

– Если хочешь, можешь надеть это вместо пижамы.

– Можно мне принять душ? – спросил Луис, расшнуровывая ботинки.

Корни, кивнув, принялся искать футболку, надпись на которой не вызывала бы жалости к нему. Наконец, удалось отыскать подходящую, темно-синюю, выцветшую. «Я могу выпить больше кофе, чем ты», – было написано на ней.

Корни поднял глаза, чтобы отдать футболку Луису, и замер на месте. Этин сняла платье и стояла обнаженная, со скучающим видом, ничуть не смущаясь их. На ее спине виднелись розоватые на фоне батистовой белоснежной кожи полосы, указывающие на место, где раньше были крылья. Натягивая шорты на стройные ноги, она окинула Корни и Луиса холодным, пустым взглядом.

– Спасибо, – громко поблагодарил Луис, вынимая из рук Корни футболку. – Если не возражаешь, я еще попрошу джинсы.

Корни указал головой на корзину с чистой одеждой.

– Бери что хочешь.

Когда Луис вышел из комнаты, Этин сидела на краю кровати, погрузив неестественно длинные пальцы на ногах в ворс ковра.

– Я ведь могу зачаровать тебя, – сказала она Корни.

Он отступил на несколько шагов, отводя взгляд от ее лица.

– У тебя на это не хватит времени. В любой момент могут вернуться Луис или Кайя. При них ты ничего не сможешь со мной сделать.

Но Корни прекрасно понимал, что Кайя сейчас в доме бабушки, а Луис – в душе. Бросив быстрый взгляд на Этин, он заметил, что забыл пристегнуть наручники. У Этин хватит времени.

– Даже звуком своего голоса я могу заставить тебя исполнять приказы, – продолжала она.

– Если бы ты действительно собиралась это сделать, то не стала бы меня предупреждать.

Он вспомнил того малыша-фейри, которого поймал в ночь коронации, и потянулся за комод, где лежала железная кочерга.

– Так же и я могу пригрозить, что одним прикосновением сделаю твою кожу сморщенной, как у той старухи-официантки в закусочной. Как ты можешь быть уверена, что я этого не планирую?

– А как насчет твоей милой матери? Ее я тоже могу с легкостью заколдовать.

Корни резко повернулся. Кочерга просвистела в воздухе, замерев у горла Этин.

– Пристегни наручник к кровати. Живо!

Она рассмеялась, звонко и весело:

– Я только имела в виду, что не стоит забывать: приведя меня в свой дом, ты подвергаешь опасности тех, кого любишь.

– Просто защелкни наручник.

Она наклонилась, пристегивая себя наручниками к спинке кровати, и легла на живот. Серые глаза вспыхнули в темноте, отразив свет ночника на прикроватной тумбочке. Нечеловеческие глаза, как у куклы.

Корни подошел к окну, достал ключ из кармана и швырнул его на улицу, в кучу листьев.

– Вот теперь можешь колдовать. Под чарами или без мне понадобится уйма времени, чтобы отыскать этот чертов ключ.

Корни не сводил глаз с Этин, сжимая в руке кочергу, пока не вернулся Луис. Он был одет в джинсы Корни и вытирал плотно заплетенные в косички волосы старым выцветшим полотенцем. Темная кожа на груди краснела после жаркого душа.

Корни торопливо опустил взгляд на свои руки, на тонкий слой резины, защищающий все вокруг от их разрушающей силы. Лучше рассматривать руки, не поднимая глаз, и не позволять себе пялиться на разгоряченную кожу Луиса.

Луис, вытерев волосы, снял полотенце с головы, и только тогда заметил кочергу в руке Корни.

– Что произошло?

– Ничего особенного, – отозвался Корни. – Просто мы с Этин немного не сошлись во мнениях.

Отложив кочергу, он встал и вышел в коридор. На мгновение прислонился к стене, закрыв глаза и тяжело дыша. Где же Кайя? Прошло почти полчаса. Она заскочила к бабушке за вещами и, возможно, будет здесь в любую минуту. Вот бы она вернулась пораньше! Кайя всегда могла помочь, спасала его, даже когда сам Корни думал, что все потеряно.

Но теперь все иначе: у них в заложниках жуткая фейри, и неизвестно, что случится дальше. Что предпримет королева? Когда? И сможет ли Кайя спасти их на этот раз?

Возможно, она сейчас в опасности.

Кайя слишком расстроена и не может мыслить здраво. А он отпустил ее, позволил выйти из машины. И даже не подумал отдать ей свой мобильник.

Оторвавшись от стены, Корни направился к шкафу в коридоре, откуда с полки над водонагревателем достал одеяла и старые подушки. Все уладится, все будет хорошо. Кайя вернется и придумает хитроумный план. Они обменяют Этин взамен на гарантии безопасности для себя и своих близких. Да, что-то вроде, только план Кайи будет гораздо умнее. Кайя не хотела никому открывать истинное имя Ройбена. Если Силариэль его так и не узнает, у Ройбена будут все шансы выиграть поединок с лучшим рыцарем Благого двора. А потом он извинится перед Кайей, и все встанет на свои места.

И Корни омоет руки в океане, который погубил его сестру, и проклятие спадет. И тогда Луис пригласит его на свидание. Ведь Корни крут и неотразим.

Вернувшись в спальню, он бросил подушки и одеяла на кровать.

– Кайя, когда придет, будет спать на кровати вместе с Этин. А мы можем расстелить на полу парочку одеял. Вроде бы должно быть терпимо.

Луис, одетый в позаимствованную футболку, сидел на полу, листая потрепанную книжку правил Swordpoint.[15]15
  Swordpoint – сложная настольная игра, в которой игроку предстоит взять на себя роль командующего войск определенной страны древности или Средневековья и выиграть войну. Необходимо наличие «гейм-мастера», который знает все правила, следит за ходом игры и направляет ее.


[Закрыть] Подняв голову, он спокойно сказал:

– Мне доводилось спать и в худших условиях.

Корни развернул шерстяное одеяло с желто-зеленым зигзагообразным рисунком и расстелил его на полу, поверх разложил застиранное голубое одеяльце.

– Это тебе, – пояснил он и принялся готовить по соседству постель для себя.

Луис устроился поудобнее и, натянув одеяло по самую шею, с наслаждением потянулся. Корни улегся рядом на подобие кровати, устроенное для себя. Отсюда его комната выглядела иначе, подобно чужому, инопланетному пейзажу, полному комков старой бумаги и компакт-дисков. Откинув голову назад, он уставился на водяные пятна на потолке, расходящиеся от темного центра, как кольца на стволе старого дерева.

– Выключу-ка я свет, – сказал Луис, вставая.

– Мы же еще ждем Кайю. И твоего брата. Разве нет?

– Я пытался дозвониться до него еще раз, но так и не смог. В итоге оставил твой адрес Вэл. Вдруг он объявится или хотя бы позвонит ей? Надеюсь, он не соврал и действительно сел на поезд. – Луис немного помолчал и продолжил: – Знаешь, Вэл сказала кое-что еще. В городе у нее есть друг, один из изгнанников. Пару дней назад ему оказал честь своим визитом сам лорд Ройбен. И это было до встречи с Силариэль.

Корни нахмурился. Усталый мозг не мог найти смысл в словах Луиса.

– Хм… Странно. И все же, думаю, нам остается только ждать. Может, твой брат знает что-нибудь об этом визите Ройбена к изгнанникам? А пока стоит немного поспать. Кайя знает, как войти.

Луис выключил свет. Корни моргнул, позволяя глазам привыкнуть к темноте. Огни соседних трейлеров, мигающие снаружи, осветили фигуру Луиса. Он остановился у одеял и опустился на колени.

– Так ты гей? – шепотом спросил он.

Корни кивнул, хотя в темноте Луис вряд ли мог это увидеть.

– Мне казалось, ты уже понял. Ты вел себя так, словно знал. Целовал меня так, словно знал.

– Это было не важно.

– М-да, супер, – пробормотал Корни.

– Да я не то имел в виду, – Луис тихонько рассмеялся и поворочался, высовывая ногу из-под теплого шерстяного одеяла. – Просто ты тогда был околдован. Девочки, мальчики – не имело значения. Ты поцеловал бы любого, кто попадется.

– И попался ты, – сказал Корни.

Он ощущал близость их тел, каждое малейшее движение и влажность своих рук под перчатками. Сердце билось так громко, что он боялся, как бы Луис не услышал.

– Что ж, ты быстро среагировал. Умно.

– Спасибо, – Луис говорил медленно, словно с трудом мог дышать. – Я не был уверен, что это сработает.

Корни хотелось податься ближе к нему и попробовать эти слова на вкус.

Хотелось сказать, что его поцелуй сработал бы, даже если бы он, Корни, не был околдован.

Даже сейчас.

Но вместо этого Корни отвернулся, пряча от Луиса лицо.

– Спокойной ночи, – пожелал он, с сожалением закрывая глаза.

Корни резко проснулся. Ему снился странный кошмар, в котором он плыл, по-собачьи перебирая руками, в океане крови. Ноги устали, и каждый раз, на миг замирая, Корни шел ко дну и там, среди алых волн, видел город, полный демонов, манящих его к себе.

Он дернулся, во сне ударяя ногой по одеялу, и очнулся. В окне он заметил фигуру и на мгновение решил, что это Кайя. Вернулась от бабушки и незаметно пробирается в комнату, чтобы не потревожить его мать и отчима.

– Он привел нас прямо к вашему убежищу, – прошипел незнакомый голос. – И все ради жалкой секунды наслаждения.

В распахнутое окно скользнул поток морозного воздуха. Корни вздрогнул.

– Я понял. Понял, – услышал он шепот Луиса. Именно его силуэт и виднелся в окне, а вот его собеседника Корни не знал. – По рукам. Я отдам Этин в обмен на брата. Сейчас приведу ее к входной двери.

Корни напрягся.

В лунном свете блеснул металл, когда существо, с которым Луис разговаривал, передало ему ключ от наручников через открытое окно. Корни ощутил себя круглым идиотом. Сам же бросил ключ прямо им в руки!

Корни затаился, поджидая, пока Луис подойдет к кровати, а затем быстро схватил его за ногу. Парень упал, а Корни перекатился, придавливая его своим весом. Он сорвал зубами перчатку и, растопырив пальцы, занес ладонь над лицом Луиса, останавливая ее у самой кожи.

– Предатель! – прошипел Корни.

Луис откинул голову назад, стараясь как можно дальше отодвинуться от смертоносных пальцев. Сглотнул, широко распахивая глаза:

– Черт. Нел, пожалуйста…

– Пожалуйста что? Сделай так еще? Не смотри, как я пытаюсь вас обдурить?

– У них Дэвид. Мой брат. Он не сел в поезд, а отправился прямиком к фейри. Они убьют его!

– Этин – единственный гарант нашей безопасности, – сказал Корни. – Ты не можешь отдать фейри наш последний шанс на спасение.

– Я не могу отдать им его, – выпалил Луис. – Он же мой брат. Я решил, ты поймешь. Ты же сам говорил, что безопасности не существует.

– Неужели? Решил, что я пойму? Так вот почему ты тайно пытался провернуть? Уверенней просто не бывает. – Он сжал руку в кулак в нескольких дюймах от горла Луиса. – Ладно тебе, я прекрасно все понял. Понял, что ты продал нас.

– Да нет же… – выдавил Луис. – Пожалуйста.

Корни ощущал дрожь его тела под собой.

– Дэйв, конечно, тот еще говнюк, но я не могу бросить его умирать. Он мой брат.

В памяти неожиданно всплыли слова Ройбена: «Чем сильнее ты становишься, тем больше враги находят способов подчинить тебя. Они будут использовать тех, кого ты любишь, и тех, кого ненавидишь».

Корни охватили сомнения, рука его дрогнула. Он вспомнил о Дженет. Она утонула, последовав на пирс за симпатичным парнем. И пока сестра его захлебывалась в соленых водах океана, сам он стоял на коленях у ног лорда-фейри. Над его головой в тот день тоже словно смыкалась вода.

Что бы мы ни любили, любовь – наша самая большая слабость.

Корни раскаивался, что он не смог спасти сестру. Он представил, как она все глубже и глубже погружается в воду, мысленно протянул ей руку… и пальцы Дженет истлели в его руках.

Если бы у него был шанс, Корни сделал бы все возможное, чтобы спасти ее. А у Луиса этот шанс был. Корни посмотрел вниз, на парня, все еще лежащего под ним, на его шрамы и пирсинги, на растрепавшиеся косички. Луис всегда поступал правильно, особенно в ситуациях, в которых сам Корни терялся. Ему не нужно было заставлять себя принимать правильные решения. Он просто был таким. И все.

Корни рывком поднялся, отпуская Луиса; проклятая рука коснулась ковра, испепеляя ворс. Парень похолодел, осознавая, что едва не сделал. В какого монстра он превратился.

– Вперед. Забирай ее. Заключай свою сделку.

Луис смотрел на него широко раскрытыми глазами. Смотрел и тяжело дышал. А затем торопливо поднялся.

– Прости, – пробормотал он.

– Ты делаешь то, что должен, – ответил Корни.

В лунном свете ключ, скользнув в замке, блеснул подобно стальным колечкам, пронзающим кожу Луиса. Фейри ахнула, вставая на кровати на колени и вскидывая руки, точно готовилась к бою.

– За тобой пришли, – бросил ей Луис.

Этин промолчала, потирая запястья. В полумраке ее лицо казалось совсем юным, но Корни прекрасно знал, что это не так. Одетой в перчатку рукой он собрал с пола ее одежду.

– Прости. Правда, прости, – шепотом повторил Луис.

Корни кивнул. Он чувствовал себя сейчас столетним стариком, смертельно усталым и побежденным.

Они прокрались по коридору к входной двери. Она со скрипом отворилась – на грязном снегу у крыльца стояли три фейри с мрачными лицами. У ближайшего к ним была лисья морда и длинные когтистые пальцы.

– Где Дэйв? – требовательно спросил Луис.

– Отдайте нам леди Этин и получите его.

– Если мы отдадим ее, вы нас не тронете? – спросил Корни. – Дэйва, Луиса, Кайю, меня и наши семьи? Уйдете и оставите нас в покое?

– Да, так и будет, – равнодушно подтвердил фейри-лис.

Луис кивнул, отпуская руку Этин. Босая, в футболке и мужских шортах, она бросилась к фейри. Один из них снял с себя плащ и накинул ей на плечи.

– Теперь верните нам Дэйва, – потребовал Луис.

– Он вряд ли стоил таких жертв, – ответил фейри-лис. – Знаете, как мы нашли вас? Этот мальчишка привел нас сюда за мешочек волшебного порошка.

– Просто отдайте его мне!

– Как пожелаешь, – согласился другой фейри. Он кивнул кому-то, и из-за трейлера вышли еще двое, таща под руки тело с мешком на голове.

Они опустили его на порог. Тело шлепнулось на землю, свесив голову.

Луис попятился.

– Что вы с ним сделали?

– Убили, – ответил фейри с чешуйками на скулах.

Луис замер. Корни слышал, как лихорадочно стучит в груди сердце. Казалось, звуки вокруг стали намного громче. Машины на дороге с ревом проносились мимо, ветер шелестел листьями.

Корни присел на корточки и снял с головы Дэйва матерчатый мешок. Его посеревшее лицо было словно отлито из воска. Темные круги оттеняли запавшие глаза, а одежда была мятой и грязной. Дэйв был без ботинок, пальцы на ногах побледнели, словно от мороза.

– Моя королева велела напомнить: она обещала, что сохранит жизнь твоего брата, пока ты служишь ей верой и правдой, – сказал фейри-лис. – Как видите, она сдержала обещание.

Яростный порыв ветра вырвал мешок из рук Корни, раздул плащи чужаков. Парень зажмурился, защищаясь от снега и грязи, а когда открыл глаза, фейри исчезли.

Луис закричал, бросаясь туда, где только что стояли фейри. Дикий, ужасный крик разрезал воздух. Руки сжались в кулаки, но бить было некого.

В окнах соседних трейлеров зажегся свет. Корни протянул руку в перчатке и коснулся холодной щеки Дэйва. Он не мог поверить, что, даже отдав все, они не смогли спасти Дэйва. Он был мертв. Совсем как Дженет.

В дверях появилась мать Корни. В руках она сжимала телефонную трубку.

– Вы перебудили половину… – А в следующую секунду она увидела тело. – О господи!

– Это его брат, – пояснил Корни. – Дэйв.

Почему-то ему важно было сказать это. Из двери с противоположной стороны улицы выглядывала миссис Хендерсон.

– Что, черт возьми, происходит? – рявкнул отчим Корни, выходя на крыльцо.

Мать принялась бить по кнопкам телефона, набирая номер.

– Не трогайте его. Я звоню в скорую помощь.

Луис обернулся. Лицо его ничего не выражало, а голос был тих и хрипл:

– Не нужно скорой помощи. Он мертв. Умер.

Корни выпрямился и шагнул к Луису. Он понятия не имел, что сказать, как поступить. Словами ничего не изменить. Хотелось просто обнять его, утешить, напомнить, что он не одинок. Корни протянул обнаженную ладонь к его плечу и замер, в ужасе уставившись на свою руку.

Хотел было отдернуть ее, но Луис успел перехватить его за запястье. Глаза парня блестели. Одинокая слезинка сорвалась вниз, скользнув по щеке.

– Правильно, – проговорил он. – Коснись меня. Какая теперь, на хрен, разница, правда?

– Что? – ахнул Корни. Он вскинул вторую, одетую в перчатку руку, но Луис перехватил и ее. Он уцепился пальцами за край перчатки, стремясь стянуть ее.

– Хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне.

– Прекрати, – крикнул Корни, пытаясь вырваться, но хватка Луиса была непреклонна.

Он прижал ладонь Корни к своей щеке. Слезы намочили пальцы.

– На самом деле я с самого начала хотел, чтобы ты ко мне прикоснулся, – тихо произнес он, и прозвучавшее в его голосе желание поразило Корни. – Хотел тебя самого, но никак не мог сказать. И теперь получу то, чего желал, пусть даже это и убьет меня.

– Прекрати! Не надо! – Корни вновь попытался вырваться, перебороть его.

Но пальцы Луиса были сильнее, удерживая его руку у своей щеки.

– Но я хочу, – выдохнул он. – Все равно я теперь никому больше не нужен.

– Хватит! Чтоб тебя… Ты мне нужен! – рявкнул Корни, а потом вдруг замер, перестав вырываться.

Смуглая кожа не потемнела, не сморщилась от прикосновения его руки. Луис всхлипнул и разжал пальцы, освобождая его.

Корни осторожно провел влажным от слез пальцем по скуле Луиса, обрисовывая плавный изгиб.

– Бегущая вода, – пробормотал он. – И соль.

Взгляды их встретились. Где-то вдалеке выла сирена, приближаясь с каждой секундой, а они просто стояли и смотрели друг другу в глаза.