Текст книги "23"
![](/books_files/covers/thumbs_240/23-61090.jpg)
Автор книги: Игорь Лесев
Жанр: Ужасы и Мистика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 15 (всего у книги 29 страниц)
Глава 31
РАЗГОВОР С БЕСПЕЧНОЙ ОБЕЗЬЯНКОЙ
17 апреля. Понедельник
Я из лесу вышел. Я из лесу вышел. Мороза не было. Просто был дурдом. Такого оборванца в костюме Столица еще никогда не видела. Я опять оказался на уже осточертевшей мне Контрактовой площади. Несмотря на понедельник, кругом было полно народу. Люди возвращались с работы и учебы, останавливались возле киосков, пили пиво, встречались возле памятников, улыбались и хамили друг другу. В общем, жили своей размеренной, иногда скучной, но все же жизнью. Именно жизнью, а не как я – выживанием.
– Добрый день. Покажите ваши документы, – передо мной как из-под земли появились два милиционера.
Впрочем, меня это нисколько не удивило. Мой внешний вид привлекал внимание абсолютно всех прохожих. Я устало полез во внутренний карман и протянул сержанту промокшее удостоверение помощника народного депутата С. Даже в этом состоянии я не преминул с удовольствием отметить, как изменилась физиономия мусора. Он сразу стал как-то выше и стройнее, еще раз взглянул меня, на удостоверение, опять на меня и, наконец, выпалил:
– А как зовут депутата С.?
– Петр Николаевич. Там вообще-то написано, если вы читать умеете.
Сержант начал тупо моргать.
– С вами все в порядке?
– А вы как думаете?! – Меня этот балбес стал выводить из себя. – Если бы со мной было все в порядке, вы бы у меня спрашивали документы?
Два вопроса подряд для украинского милиционера уже перебор. Сержант стал озираться на своего, видимо, такого же тупого напарника и натужно соображать, что ему сказать дальше.
– Может, стоит вызвать. Ага, милицию, идиот, вызови.
– Не стоит никого вызывать. Благодарю за помощь, – я забрал удостоверение и быстрым шагом побрел в переулок к почтовому отделению.
Людей становилось, к моей радости, все меньше, по правде, их изумленные взгляды стали меня порядком раздражать.
Зайдя на почту, находящуюся на первом этаже жилого дома, я отдал кассиру 10 гривен и заказал кабинку для переговоров. Первым делом я набрал домашний номер мамы в Г.: 80433429822, – но трубку никто не взял. Я автоматически проанализировал цифры маминого домашнего (странно, что я этого еще раньше не сделал). С облегчением отметив, что числа 23 нигде нет, я начал набирать номер ее мобильного, но тут же вернулся к предыдущему номеру. Так. Первые пять цифр можно отбросить. Восьмерка – это межгород, остальные – код Г. Получается, городской номер состоит из пяти цифр – 29822.
И если. Сука! Если сложить их по порядку: 2+9+8+2+2, – то получится как раз 23!
Впрочем, на этот раз у меня не наворачивались слезы на глаза, не выпадала трубка из рук. Похоже, еще немного, и если я хотя бы раз в полчаса не встречу где-то число 23, то буду себя чувствовать неуютно. Я стал набирать мамин мобильный. 8067, спокойно, это только оператор, он у многих одинаковый. 4262531. Женский голос сообщил, что абонент находится вне зоны доступа. Я вернулся к цифрам маминого мобильного номера. К моему удивлению, сумма цифр опять получилась 23. Но чтобы окончательно добить настроение, мой внутренний параноик продолжил свою депрессивную нумерологию. 4 – число детей, которых необходимых умертвить, чтобы гулу ожил; 2 – число людей, которых необходимых умертвить, чтобы гулу умер; 6 – число дней до Пасхи. Последние четыре цифры я почему-то рассмотрел попарно. Получилось следующее: 25 – мой возраст. А 31. Я долго не мог никуда впихнуть число 31. Оно никуда не вписывалось. Еще неделю назад я бы с радостью и облегчением плюнул бы на это, но только не теперь.
Мои раздумья прервала толстая тетка, постучавшая в кабинку:
– Извините, вы разговариваете?
– А вы что, не видите?
– Я как раз вижу, что вы не разговариваете. Здесь люди в очереди стоят, им тоже надо позвонить.
Я посмотрел в сторону кассы. «Людьми» оказались два человека: какой-то мужик с усами и дипломатом в руке, а также женщина явно пенсионного возраста, одетая в черную юбку и безобразного вида бордовый пиджак. Что самое удивительное, по периметру всего зала было полно свободных кабинок.
– А ваши люди с других кабинок позвонить никак не могут?
– У нас включены только две кабинки. Так включи, гадина, остальные!
– Понятно. Это все меняет. Я постараюсь побыстрее.
– Постарайтесь. А то такое впечатление, будто вы здесь своего дня рождения решили дождаться, – и толстуха пошла обратно за свою перегородку у кассы.
Да катись ты в жопу, сука целлюлитная! День рождения… Стоп. День рождения. Если 25 – это мой возраст, тогда 31… 31 – это перевернутое 13, а именно тринадцатого я и родился! Пожалуй, это уже было перебором. Если я так и дальше буду притягивать цифры за уши непонятно к чему, то мне грозит дурка.
Я еще три раза попытался дозвониться маме на мобильный и городской, но все попытки оказались безуспешными. Наконец, выйдя из кабинки и забрав свою десятку обратно, я очутился на улице.
Небо опять затянуло, стало холодней. Намечался дождь. Я стоял на крыльце почты и не знал, что теперь делать дальше. В общагу возвращаться нельзя. Там непонятно что. До мамы так и не дозвонился. На работу. Я улыбнулся. Впервые чуть ли не за неделю вспомнилось, что я еще работаю. На работу, впрочем, тоже идти нельзя. Если меня ищет милиция, то там она появится в первую очередь. Самое досадное, что я разбил свой мобильный, в котором было куча контактных телефонов людей, у кого можно было бы переночевать или просто встретиться и поговорить. А я, как назло, знал наизусть только два телефона. И по каждому только что уже безрезультатно позвонил.
Поднялся ветер. В мокрой одежде стало еще холодней. Наконец, я надумал. Купив в переходе у бабушки три булочки с мясом, я направился на ночь в компьютерный клуб «Орки». По крайней мере, там тепло, можно получить информацию, чего-то горячего перекусить, а на худой конец – поспать сидя. Меня стало знобить. Похоже, я простыл.
Несмотря на понедельник, в «Орках» было полно народу. В основном малолетки 12–16 лет. Сам компьютерный клуб находился в подвале жилого дома и делился на три зала, в зависимости от скорости связи и, соответственно, цен за час пользования Интернетом. Я сел в самом большом, втором зале, заплатив за ночь 14 гривен и выбрав угловой компьютер в конце зала. Администратор мне сказала, что именно у этого компьютера барахлит мышь, но мне это было не столь важно. Я хотел уединиться и, по возможности, немного поспать.
Взяв две бутылки пива и чипсы, я включил компьютер и первым делом прошелся по новостным сайтам. Что творилось в мире и стране за последнюю неделю, я совсем не знал. Что удивительно – ничего толком и не произошло. Президент, бесхребетный чмырь, до сих пор не определился, кого назначить премьером, в Индии затонул паром, а в России готовятся к саммиту «большой восьмерки». Отхлебнув пива, я зашел на информационно-криминальный сайт Столицы www.magnolia-tv.com. Пропустив зарисовки о незаконных застройках, я нажал рубрику «Криминал, терроризм» и стал читать новостную ленту. «Задержаны несовершеннолетние, положившие дерево на железную дорогу». «51-летний львовянин развратил 4-летнюю падчерицу». «Две девочки убили подружку, чтобы узнать, что чувствует убийца». Ничего о происшествии в общежитии не было сказано. Я вздохнул с облегчением и махом выпил полбутылки пива. Итак, прошли почти сутки со времени кошмара в комнате общежития. Может, все само собой утряслось? Тут же я назвал себя откровенным бараном. Что, на хрен, само собой утряслось? Ну ладно, Шест, может, и остался каким-то невероятным образом жив, я ведь не проверял, дышит он или нет. И Обухова там причитала что-то насчет того, что «<еще есть время». Хотя я ведь сам видел все те внутренности, которые он вываливал из себя! Потом – соседка с дочерью. Я только слышал, как ее душили, а затем, видел как она лежала, не двигаясь. Это вовсе не значит, что ее убили. Ладно. Дальше. Ее дочка. Когда я оттуда удирал, она вроде бы оставалась жива. Здесь единственное, на что можно надеяться, – так это на сострадание со стороны этих отморозков. Но как быть с моими соседями? Да, второго – Сэрожу – я не видел. Но Мыкола лежал трупом рядом со мной в шкафу! Я допил бутылку и начал вторую. А то, что никто ничего еще не знает (и это подтверждает моя сегодняшняя встреча с ментами, будь я в розыске, они бы задержали меня, я ведь показал им удостоверение со своей фамилией), так это лишь потому, что совершенно не обязательно, что Обуховы, уйдя из комнаты, оставили все нараспашку. Им важнее найти меня раньше, чем это сделает милиция.
Я заметил, что непонятно как очутился на незнакомом порносайте. По крайней мере, есть и хорошая новость: пока что я не в розыске. Я кликнул раздел «Групповуха». Значит, что, ехать в Г. и держать совет с мамой? На экране появилась мигающая надпись «Жми сюда». Я нажал. И все же нужно было еще раз дозвониться до мамы. На меня смотрел маленький фотоквадратик, внизу мигала надпись «Увеличить». Я нажал, и фотография раздвинулась на весь экран. От неожиданности я отпрянул от монитора. На меня смотрела Она! Сомнений не было, это была та самая девушка в красном платье. Черная челка закрывала ее глаза, но я знал, что там были пустые глазницы. Я инстинктивно нажал мышкой на крестик, чтобы закрыть окно, но рука дернулась, и я еще раз нажал на фото, – оно тут же увеличилось в два раза. Теперь во весь экран на меня смотрело ее лицо. Именно смотрело, пусть и через закрытые челкой глазницы, но я чувствовал, что оно меня видит. Я нажал еще раз на крестик, но фотография не исчезла, а вместо этого внизу появилась надпись «Я ЖДУ ТЕБЯ». Я стал истерически нажимать мышкой на крестик «Закрыть», но фотография никуда не исчезала. И вдруг лицо девушки стало медленно двигаться в мою сторону, увеличиваясь в мониторе, затем резко дернуло головой вбок и оголило пустые глазницы.
– А-а-а-а-а!!! – я дико закричал и свалился со стула, ударившись спиной о ряд задних столов.
На какое-то время в клубе прекратился весь шум, замолчали даже те, кто сидел в наушниках. Все взоры были обращены в мою сторону. И тут же раздался всеобщий смех.
– Пацан испугался программки!
– Ха-ха-ха!
– Идиот, ха-ха-ха!
Ржал даже прибежавший системный администратор:
– Это программка такая специальная, ха-ха-ха! Пацаны дурачились и установили, ха-ха-ха! Подождите, я сейчас ее закрою, ха-ха-ха!
Я, как полный придурок, сидел на полу и смотрел на гогочущие морды малолеток и системного администратора. Через пять минут все уже забыли об инциденте и погрузились в свои «кваки» и «стратегии». Завтра с сонного бодуна будут рассказывать про истеричного чудика в компьютерном клубе и ржать на переменках. По порносайтам шастать мне расхотелось, я зашел в чат. Похоже, у меня поднялась температура, стало знобить и клонить в сон.
В чат я вошел под своим постоянным ником Akatos и стал натужно соображать, что же делать дальше. Ни с кем (то есть с девчонками) особо болтать не хотелось, внизу, в разделе «Приват», остались последние сообщения от переписки с чатистками. Последний раз я был в чате две недели назад, а казалось, что это было в какой-то другой – беспечной – жизни.
DIVA: Я БУДУ СЧАСТЛИВА.
Эхо: хочешь обменяться фото с начинающим политиком?
DIVA: ОК!!!! ПИШИ АДРЕС Эхо: [email protected]
Самая_красивая_девоч: а сколько тебе лет? Эхо: 25, а тебе?
DIVA: ЛОВИ! ЖДУ ТВОЕ!:)
Самая_красивая_девоч: 28 Эхо: фото обменяться хочешь?
НА ВСЕ 100: привет!
Самая_красивая_девоч: давай
DIVA: ПОСМОТРЕЛ?
На этом записи обрывались. Я мечтательно заулыбался. Как же я хотел сейчас все вернуть назад, вот так же кадрить девчонок, пить с ребятами пиво, мечтать о лучшей работе. И никаких гулу, цифр, тварей. Спокойная, пусть и с проблемами, жизнь.
Кстати, а фото этой самой Дивы я так и не посмотрел. Я собрался зайти на свою почту, но в этот момент мне написали в привате.
БЕСПЕЧНАЯ ОБЕЗЬЯНКА: привет! Чего не спишь?
Я не поверил глазам. Мне в приват написала моя бывшая девушка Вера. Я ее не видел уже больше трех лет, да и назвать ее своей девушкой я мог лишь с большой натяжкой. Я все время пытался с ней переспать, а она говорила, что мне нужен только секс и что я спешу. Мне действительно нужен был только секс, так как меня категорически не устраивала ее полнота. В общем, мы так и расстались, а я не получил того, чего хотел.
Я ей тут же ответил:
Эхо: привет! рад тебя видеть. как ты?
БЕСПЕЧНАЯ ОБЕЗЬЯНКА: ничего. готовлюсь к госам. а ты как, что у тебя нового?
Эхо: да много чего. с удовольствием тебе расскажу при встрече
БЕСПЕЧНАЯ ОБЕЗЬЯНКА: «при встрече»? ты встретиться со мной хочешь?
Эхо: лап. я всегда к тебе был неравнордушен
БЕСПЕЧНАЯ ОБЕЗЬЯНКА: по моему ты был неравнодушен только к моей груди
Эхо: лап, твоя грудь самая прекрасная в мире
БЕСПЕЧНАЯ ОБЕЗЬЯНКА: Лесков, подхалимаж со мной больше не пройдет
Эхо: давай завтра встретимся. с меня сюрприз
БЕСПЕЧНАЯ ОБЕЗЬЯНКА: какой сюрприз?
В общем, вопрос о завтрашней встрече на 90 % был решен. Девушки, какими бы умными они ни были, постоянно попадаются на дешевые трюки в виде вызывающих комплементов и меркантильных штучек с названием «сюрприз».
Эхо: подробности при встрече, иначе это будет уже не сюрприз. Обещаю, тебе очень понравится
БЕСПЕЧНАЯ ОБЕЗЬЯНКА: ладно, поверю тебе еще раз, Лесков. Только до обеда я не могу, у меня начитка Эхо: ок. давай в три у входа в голосиевский парк
БЕСПЕЧНАЯ ОБЕЗЬЯНКА: хорошо
Эхо: тогда завтра, вернее уже сегодня в три. до встречи! цем! не забудь!
И я поскорее вышел из чата, чтобы дальнейшим разговором не перебить завтрашнюю встречу, так как говорить, собственно, было уже не о чем. Да к тому же ужасно хотелось спать, веки стали слипаться сами собой. Сквозь дремоту я отметил, что обязательно надо будет подумать над сюрпризом для Веры. И не забыть позвонить маме.
Глава 32
КОМПЬЮТЕРНЫЕ ИСТЕРИКИ
18 апреля. Вторник
– Мама! Мамочка! Она меня душит! Мне плохо, мамочка!
– Это ты! Это ты все подстроил! Ты убил меня! Толстая девочка кричала теперь на меня. Она стала еще полнее, и мне ее совсем не было жалко. Только стыдно. Ведь все скажут, что я убил ребенка. А она некрасивый ребенок. Толстая некрасивая девочка. Ее не жалко. Но все скажут, что это я.
«Сына, ты сделал все что мог! – это был голос моей матери. – Не бери в голову. Нам еще недолго».
– Суки! Вы убили моего ребенка! Су-уки! – теперь орала уже моя соседка по общежитию из комнаты напротив. – Лесков, ты ублюдок! Безродный трусливый ублюдок! Моя девочка, а-а-а… Сашенька-а-а-а!!!
– Не надо! Не называйте ее имени! Нельзя! Не делайте этого! – я тоже стал плакать. – Мы не скажем, что ее зовут Сашенька, и они ее не смогут убить.
– А я все слышал, чувак, – соседка вдруг заговорила голосом Димы Обухова. – Я все слышал, я все слышал. – Соседка стала безобразно кривляться, растопырив пальцы и приседая.
– А где твоя мама, Витенька? – сзади мне на плечо положила руку Анилегна. Она вновь была в облике пожилой женщины.
– А где Алиса?
– А где твоя мама?
– А где Алиса?!
Ко мне подбежала соседка и стала прыгать вокруг меня:
– А ее больше нет, а ее больше нет!
Я стал плакать – теперь уже навзрыд, – ухватившись за руку Анилегны и все время спрашивая: «Где моя мама?»
– Фу, Витенька. Такой большой мальчик и так часто плачет.
– Где. Где моя мама?
– А ее больше нет, а ее больше нет! – соседка стала крутиться вокруг меня еще быстрее.
– Ты врешь! Ты все врешь! Ты врешь!..
– Прекрати, Витенька, ты громко кричишь, – Анилегна начала меня трясти, и голос ее стал испуганным. – Прекрати сейчас же, прекрати.
– Прекратите немедленно кричать! Вы совсем с ума сошли! – Мне в лицо светило что-то яркое, а в ухо кричала девушка. – Вы сегодня без концертов не можете?!
Я проснулся окончательно. Увидев в погасшем мониторе свое зареванное лицо, я почувствовал стыд перед девушкой (это была кассирша компьютерного клуба) и вытер глаза рукавом белой рубашки. Получилось еще хуже. Перед ее глазами предстал такой жалкий оборванец (я только сейчас вспомнил, в каком виде я сюда пришел), что она тут же забыла о том, что я только что кричал на весь зал (а то, что я кричал именно на весь зал, не было никаких сомнений – кругом стали раздаваться сдержанные смешки малолеток).
– Что-то страшное приснилось? Возьмите платок, – она протянула мне носовой платок.
– Спасибо, у меня есть свой, – я полез в карман и достал узловатую грязную тряпку, которая некогда была тремя ситцевыми платками. Я поспешно стал прятать их в карман, но платки, как назло, не лезили обратно. От смущения мне захотелось выбежать из клуба прямо сейчас.
– Возьмите, возьмите мой.
Чтобы она отвязалась, я поспешно взял ее платок и стал вытирать глаза. Но девушка никуда не уходила.
– Вам принести воды?
– Нет, спасибо, – я попытался улыбнуться и выдавить из себя какую-нибудь шутку (что-то вроде: «Вспомнил, что в Сомали детки голодают, вот и расстроился»), но вместо улыбки и слов вновь полились слезы.
– Ну что вы… Успокойтесь… У вас какие-то неприятности?
Девушка оказалась настолько мила и добра ко мне, что от ее слов я еще сильнее стал плакать. Это уже был просто позор. Слезы лились из глаз настолько обильным потоком, что платок девушки вымок практически сразу, и я снова стал вытирать лицо грязным манжетом некогда белой рубашки.
– Здесь все в порядке? – из-за плеча девушки показалась голова системного администратора.
Этого еще только тут не хватало.
– Все хорошо, Витя, мальчику страшный сон приснился.
Услышав слово «Витя», я безобразно всхлипнул и, чтобы просто никого не видеть, отвернулся к стенке.
– Да ладно, пошли. Парню одному побыть надо, – Витя оказался не совсем тупым, по крайней мере, его предложение девушке я мысленно одобрил.
– Если вам что-то понадобится, скажите, не стесняйтесь, – девушка коснулась моего плеча и наконец-то удалилась вместе с администратором Витей.
Я, как полный придурок, остался сидеть, повернувшись к стенке, даже не сказав ей спасибо. Как ни странно, смешков я больше не слышал. Кто-то уже все забыл и опять весь ушел в игры, остальные являли собой некую видимость деликатности.
Наконец, немного успокоившись, я даже повернулся к монитору (в правую сторону я пытался не смотреть, чтобы вообще никого не видеть) и стал бездумно играть в «Червы». Мне не мешало бы пройти в туалет и умыться, но об одной только мысли, что мне надо будет сначала пройти один ряд, а потом повернуть обратно и пройти второй ряд столов, желание умыться тут же пропадало. О сне я пытался не думать. Хотя в голову все время лезла одна и та же мысль: «Где моя мама?» Теперь я думал только об этом.
А может, пойти в милицию и все рассказать? Не обязательно со снов начинать. Я могу показать, где находится дом Обуховых, чердак с повешенной.
И тут меня пробило на смех. Чердак с повешенной! Ха-ха-ха! А потом я буду рассказывать майору или капитану, как она (повешенная) сама себя снимала со шнурка и бежала за мной по огороду! Ха-ха-ха! А шофер, которому я поджег машину, подтвердит, что за мной гнались не парень с девушкой, а два гулу, и в руках у меня была не их сумочка, а погибшей Алисы, которая (уже погибшая) гналась за мной! Ха-ха-ха! Меня начало трясти от смеха. А труп в моей комнате – это вовсе не Игорь Шест, а Димка Обухов (которыйумер год назад), и Обухов (умерший год назад!) убил моих соседей-селюков (которых я не любил), а затем соседку (которую я тоже не любил!) и ее дочку (я и ее не любил), ха-ха-ха! Теперь я просто трясся от смеха, на меня вновь стали озираться из-за соседних компьютеров. Ах да, не забыть еще про парня, убитого на Замковой горе. Его убила сестра Анилегны, которая родилась в XIX веке и которая потом тоже умерла, ха-ха-ха! Я стал закрывать лицо, и особенно губы, руками, но сдержаться все равно не мог. От смеха меня сводили судороги. Похоже, такого идиота в этом клубе еще не видели. Я резко встал со стула и пошел через ряды к туалету. На себе я ловил недоуменные взгляды посетителей, от чего меня распирало еще больше. Наконец, я не выдержал и побежал, спотыкаясь о стулья и чьи-то вещи, попадающиеся на полу, и громко смеясь на весь зал.
Забежав в туалет, я закрылся на защелку и включил в раковине холодную воду. Взглянув на себя в треснутое зеркальце, висящее над раковиной, я стал ржать еще сильнее: лицо совершенно чумазое, мятый, с комками грязи костюм, из-под которого высовывалась грязная белая рубашка в черных разводах. Взглянув вниз, я уперся спиной в дверь – веселье продолжилось. Моя левая штанина было разорвана почти до колена, и теперь брюки по форме напоминали какой-то необычный карнавальный костюм. Я умылся и как-то вдруг сразу успокоился. Смех прошел сам собою, и душу вновь заполнила пустота. Уже не хотелось ни плакать, ни смеяться. Я вдруг понял, как же я устал за последние дни. Боже, как же я мало хочу – вкусно поесть, лечь в теплую чистую кровать (и чтобы простыня обязательно хрустела и пахла свежестью!) и отоспаться без постоянного чувства страха. А рядом чтобы сидела мама, гладила меня по голове и оберегала мой сон. А утром медленно проснуться и никуда не спешить.
Утро должно быть праздным. Включить телевизор и смотреть что-то веселое. Можно даже концерт слушать. Даже Киркорова. А в окно светит яркое весеннее солнце, но встать и задернуть штору лень. Лучше прикрывать ладонью глаза и продолжать дальше лежать на расстеленном диване.
– А можно мне тоже? – Я вздрогнул. – Извините, что беспокою, но очень хочется в туалет, – это был голос за дверью.
Я вышел из кабинки. Под дверью стояли четыре парня.
– Спасибо, – один из них тут же прошмыгнул в уборную.
Я хотел что-то сказать оставшимся, уже открыл рот, но, ничего путного не придумав, лишь пожал плечами и пошел за свой компьютер.
Когда я шел вдоль рядов, ребята дружно подвигали стулья к столам, уступая мне проход. Кто-то улыбался, кто-то с опаской выжидающе смотрел на меня. Даже спиной я чувствовал на себе их взгляды. Похоже, всем присутствующим я подарил незабываемую ночь в компьютерном клубе.
Усевшись перед компьютером, я взглянул на время. Часы на мониторе компьютера показывали 6.17.6+17=23. Я сидел и пялился на циферблат. Время изменилось, стало 6.18. Ну да, а теперь получается 24. М-да. Полный придурок. У меня пересохло во рту, захотелось пить. Но идти к стойке купить воды (хотя очень хотелось еще раз увидеть симпатичную и такую добрую кассиршу) желания не было. За одну ночь, ни с кем не познакомившись, я сумел сделать так, чтобы меня тут все знали. Притом не с лучшей стороны. Хотя, где она у меня, эта лучшая сторона?
Малолетки понемногу стали расходиться по домам, многие уже спали, положив головы на столы. Все стали вялые, и, даже если бы я опять что-то вытворил, думаю, реакция была бы не такой бурной. Компьютер показал «Осталось 40 минут». Не зная чем заняться эти 40 оставшихся минут, я вновь вспомнил, что собирался на своей почте посмотреть присланное Дивой фото из чата. Я зашел на почту и увидел сообщение: «3 непрочитанных письма». Кликнув раздел «Входящие», я увидел названия писем. Фото Дивы было в письме «Без темы», я определил его по объему памяти. Другое письмо называлось «Счастье», третье: «Металлопластиковые окна: мы знаем, что вам нужно». Последнее письмо я удалил не открывая, металлопластиковые окна мне нужны были сейчас меньше всего на свете. То же самое я решил сделать и со «Счастьем», но в последний момент открыл его. «Вы получили письмо-счастье…» Я мельком пробежал по нему глазами. Все было как всегда: нужно 12 раз разослать его другим адресатам, и тогда будет мне счастье (тут же приводился дурацкий пример, как какая-то девушка была больная-дурная, и тут – раз – разослала это письмо, и стало ей счастье в виде выздоровления и в образе любимого). В случае нерассылки письма все будет наоборот (второй пример был про клерка, которого уволили с работы, а потом ко всему же у него еще и дом сгорел). Учитывая, что ни дома, ни работы у меня практически нет, я тут же стер это письмо и кликнул последнее – «Без темы». На мониторе в верхней части электронного письма высветился адресат: «Кому – Виктору Лескову [email protected]», – чуть ниже: «От кого – отправитель неизвестен». Я нажал функцию «Назад», там значился адресат [email protected] и название письма: «Без темы», – но, когда я кликнул обратно, компьютер вновь странным образом выдал: «Отправитель неизвестен». Бред какой-то. Я стал ждать загрузки фотографии, которая появлялась безумно медленно, буквально по миллиметру. А на хрена мне эта Дива вообще сдалась? Толку на нее втыкать через такую уйму времени? Но я все равно упрямо сидел и ждал, когда фотография откроется.
На секунду компьютер погас и высветилась надпись: «Ваше время истекает. Осталось 15 минут», – и тут же вернулся обратно к почте. Фотография показалась уже почти на треть. Как ни странно, она оказалась черно-белой, даже чуть желтоватой, как будто была сделана лет тридцать назад. В верхней ее части виднелись деревья. Фотография стала грузиться быстрее. Показалась голова оленя, затем еще одного. Это была скульптура. Я ее уже где-то видел. Фотография стала грузиться еще быстрее и, наконец, открылась полностью. Перед оленями стояла и улыбалась девочка в светлом сарафане лет 10–12 с длинной косой. Боже, как все знакомо! Весенний парк на черно-белой фотографии, чистая аллея, ухоженные лавочки, олени и эта девочка. Где я все это видел? Я смотрел на девочку и во мне что-то затрепетало. Эта длинная коса, эти выразительные большие глаза, эта… Я неоднократно уже видел эту фотографию! Это была моя мама! Я смотрел на ее фото и не верил глазам. Но это была она! Эта фотография сделана в парке Г., в шестьдесят каком-то году, когда моя мама была еще школьницей. Откуда эта фотография взялась у какой-то Дивы, почему она вообще оказалась в Интернете? Я рассеянно смотрел на фото еще какое-то время (сомнений быть не могло, это действительно моя мама) и уже собрался было закрыть почту, как вдруг заметил на фотографии, левее от оленей, на заднем плане, какое-то светлое пятно. Я увеличил фотографию. Пятно приняло четкие контуры. Это. Это была еще одна девочка! И, боже, она была в одной ночной рубашке! Девочка выглядывала украдкой из-за деревьев и смотрела в сторону моей мамы. И хотя ее лица практически не было видно, вся она, немного сгорбленная, выглядела зловеще. Присутствие этой второй девочки сразу портило все на фотографии: весну, оленей, улыбающуюся маму. Эта маленькая сгорбленная фигурка несла с собой некую необъяснимую беду, что-то страшное. Я вспомнил рассказ Обуховой о том, как она дружила с моей мамой, пока в их школе не появилась девочка Ангелина. Я почти был убежден, что из-за деревьев выглядывала именно она.
Компьютер вновь на секунду погас и высветил: «Ваше время истекает. Осталось 5 минут. Закройте все несохраненные файлы или доплатите немедленно за дополнительное время работы». Я закрыл почту и стал подниматься со стула, но тут же плюхнулся обратно. Я оказался на ранее открытом сайте Магнолии, где неожиданно высветился подзаголовок: «Жуткое групповое убийство в семейном общежитии». Мои ладони стали липкими. Я кликнул на статью и стал читать. «По улице Коцюбинского, 3, в одном из семейных корпусов общежития Верховной Рады было совершено жуткое групповое убийство. Трагедия произошла на пятом этаже в ночь с 16 на 17 апреля. В комнате были обнаружены убитыми 4 человека, среди которых десятилетняя девочка и трое молодых людей от 21 до 25 лет. Двое из них были найдены в шкафах задушенными. Третий молодой человек, предположительно друг одного из жильцов комнаты, в которой произошло убийство, скончался вследствие множества черепно-мозговых травм, нанесенных, как утверждают оперативники, утюгом. Девочка была задушена шарфом. В розыск объявлен третий жилец комнаты, Лесков Виктор Николаевич, 1981 года рождения, работающий помощником одного из известнейших депутатов страны. Также оперативники ищут отсутствующую на данный момент мать убитой девочки. Соседи утверждают, что слышали ночью ее плач и сдавленные крики. Магнолия сообщает приметы разыскиваемого: высокого роста, 183 см, шатен, глаза зеленого цвета. Предположительно, одет в черный костюм и белую рубашку.»
– Ну вы и страсти читаете! – От неожиданности я дернулся, и тут же погас компьютер – время закончилось. – Не удивительно, что вы по ночам кричите, – это была та самая девушка-кассир. – Я пришла сказать, чтобы вы не смущались и обязательно приходили к нам еще.
Я вздохнул с облегчением. Приметы разыскиваемого она точно не прочитала.
– Обязательно. Именно ради вас я приду еще, – я улыбнулся девушке, поднялся со стула и, натянув нечто, похожее на пиджак, вышел из компьютерного клуба.
На улице светило солнце, было еще сыровато, но уже вовсю отдавало приближающимся теплом. Избегая широких проспектов, я все время петлял без разбора по узким переулкам. Наконец-то у меня появился пусть и дохлый, но все же план, состоящий из трех пунктов: по возможности, дозвониться маме; по возможности, сменить одежду; по возможности, встретиться с Беспечной обезьянкой. Приставка к каждому пункту плана «по возможности» говорила только об одном – теперь я был в розыске.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.