Текст книги "Не играйте с некромантом"

– Вот и отлично, – невозмутимо кивнул король и потянул меня к выходу из Зеркальной галереи.

Пока шли, я ловила косые взгляды придворных и отчаянно краснела, злясь на себя, на могущественного альва без стыда и совести, заботящегося только о своем «я» и своих желаниях, шагавшего рядом, на тех, кто тут же навесит на меня ярлык новой фаворитки Наарэми… Кстати, а как его нынешняя пассия отнесется к тому, что король уходит с другой? Я нашла взглядом графиню де Монтени, как раз стоявшую неподалеку рядом с братом, и… слегка оторопела, заметив на ее лице удовлетворенную улыбку. Она смотрела на нас с королем, лениво обмахиваясь роскошным веером из перьев, и выглядела ничуть не расстроенной. Брат наклонился к изящному ушку эльфийки и что-то шепнул, на что она весело рассмеялась и вовсе отвернулась, потеряв интерес к венценосному любовнику. Я окончательно перестала понимать, что за порядки царят при дворе. Хотя если все замешано исключительно на постели, то понятно, почему леди не нервничает особо: она-то всегда под рукой у короля, а я так, однодневка. Страшно захотелось оглянуться и проверить, где Гастон, но я не смела, занятая тем, чтобы успокоить мечущееся в груди сердце и справиться с дыханием. Паника то и дело норовила захлестнуть с головой, но я сопротивлялась, веря, что мой некромант что-нибудь придумает, да и сама не собиралась безропотно терпеть приставания короля. Может, он и всемогущий маг, альв, правитель Франции и все такое, но это не значит, что можно без моего согласия делать со мной что захочется.

– Ален, мне надо с тобой поговорить, когда вернусь, не уходи никуда. – Голос Наарэми вырвал из задумчивости, и я заметила, что мы поравнялись с Анжуйским.

– Да, ваше величество, – ровно ответил герцог, метнув на меня взгляд, горящий неприкрытой злостью.

Злись на своего братца, любезный, и нечего так зыркать на меня. Не по своей воле пошла, знаешь ли. Раздражение на необоснованные эмоции герцога помогло частично справиться с собственными страхами, я выпрямилась и поджала губы, посмотрела прямо. Анжуйский же перевел глаза на моего спутника, и на мгновение показалось, что из них вылетят молнии. В темно-синей глубине притаилась такая ненависть, что я едва не передернула плечами. Вот так так, какие интересные отношения между братьями, я и не думала, что все так запущено. Значит… В случае чего, можно попробовать договориться с Наарэми, вряд ли он не знает о чувствах Анжуйского. И вдруг король все же не настолько эгоистичен, отпустит, если поймет, что я совершенно не горю желанием занять место графини де Монтени даже на короткое время? Хотелось бы надеяться…

Между тем мы миновали галерею, спустились по лестнице на первый этаж и вышли прямо в парк через другие двери. Покосившись на профиль короля, я отважилась на вопрос:

– Ваше величество, вас не смущает, что я – чужой якорь? – Надеюсь, мой голос звучал достаточно ровно, без всяких лишних эмоций типа негодования или, тем паче, страха.

Еще не хватало, чтобы его величество знал, что творится у меня в душе.

– Нет, – последовал спокойный ответ венценосного зазнайки. – Мне без разницы, чей вы якорь, Полин, я же не некромант. – Я заметила усмешку на его лице. – Не волнуйтесь, вашей связи с Гастоном ничего не грозит, я умею усмирять светлую магию.

Мне отчетливо послышался не слишком приличный подтекст в этих словах, и страх еще уменьшился, а раздражение усилилось.

– Вам не приходит в голову, что надо хотя бы меня спросить, ваше величество? – Похоже, первый шок прошел и сознание очистилось от паники, раз включились защитные механизмы и я не побоялась возражать королю.

Ну а что он сделает? Убьет? Нет. Засадит в темницу? Так тогда Гастон работать не сможет. Насильно задержит во дворце? Смотри выше. Изнасилует?.. Вот это хуже, конечно. Не хочу, черт! Лоран, надеюсь, ты идешь за нами?! Потому что его величество повел меня боковой дорожкой к видневшейся впереди темной стене живой изгороди, за которой, подозреваю, прятался какой-нибудь укромный уголок.

– О, Полин! – Наарэми мягко рассмеялся, и меня мурашки продрали до самых печенок от этого звука. – Мы же взрослые люди. У тебя никогда не было альва? – Он повернул голову и заинтересованно посмотрел на меня, перейдя на неформальное общение. – Ты опытная женщина, я знаю, неужели неинтересно попробовать… что-нибудь новенькое?

Что происходит? От беспредельной наглости и прямолинейности короля я опешила настолько, что остановилась и выдернула руку, уставившись на невозмутимое лицо спутника.

– Вы даже не будете отрицать, что хотите просто затащить меня в постель? – резко спросила я, злясь все больше, значит, его гадкое величество знает, что я в борделе работала?! – Независимо от того, хочу ли я там оказаться?!

И снова альв мягко рассмеялся, разноцветные глаза замерцали в сгущающихся сумерках, и мне стало не по себе. Мы уже отошли довольно далеко от дворца, впереди журчал большой фонтан в пруду, совсем рядом виднелся темный проход вглубь каких-то зарослей, слабо освещенных гирляндами разноцветных фонариков. Надо возвращаться обратно и Гастона найти, он, по крайней мере, в отличие от некоторых, не тащит меня силком в постель и не давит обстоятельствами. Даже цветы подарил и в магазинах расплачивался за меня. И… вчера не воспользовался ситуацией, хотя мог бы, ведь я смирилась бы с этим, пусть и обижалась бы потом…

– Хм, пока что женщины не жаловались на меня как на любовника. – Наарэми шагнул ко мне и оказался вплотную, его пальцы коснулись моего подбородка, приподняв голову.

Наши лица разделяли считаные сантиметры, пальцы короля были неожиданно горячими. Я хотела отстраниться – не нужно мне таких интимностей! – но… ноги словно приросли к земле. А вот теперь, кажется, пора что-то придумывать. Где мой некромант?!

– Ну же, Полин, пока что я хочу всего лишь поцеловать тебя … – В голосе его величества послышались низкие, переливчатые нотки, я же…

Разозлилась и испугалась одновременно. Если Наарэми не погнушается воспользоваться магией, чтобы смирить мою непокорность, я ничего не сделаю, тем более что мы каким-то интересным образом переместились вглубь зарослей, куда вел проход. Там тоже имелся красивый фонтан, скамеечки в зеленых нишах высокой живой изгороди при полном отсутствии придворных – не сомневаюсь, это его величество что-то сделал, чтобы гости обходили стороной это место, – и все те же разноцветные фонарики. Ну уж нет, я и в борделе сама выбирала мужчин, и сейчас не позволю всяким тянуть ко мне лапы без моего ведома! Пусть даже они носят корону и считают, что им все можно. Как-то так получилось, что, пока Наарэми медленно наклонялся ко мне, я мысленно отправила отчаянный зов, надеясь на чудо: «Гасто-о-он!!!» Не знаю, зачем это сделала, доверившись интуиции, но… отклик пришел, к моему безмерному удивлению и радости, только не совсем такой, как я ожидала.

Моя магия, до того скрывавшаяся в глубине сознания и особо не вмешивавшаяся в мои ощущения, вдруг поднялась бурной волной, впервые отозвавшись не на интерес к мужчине, а на мою злость на оного. Татуировку на плече слегка защипало, я резко выдохнула и дернула головой, поспешно отступив на шаг: ура, кажется, или король все же ничего не применил ко мне и я просто перенервничала, или его магия каким-то образом не подействовала на меня. Светлая сила не унималась, плескаясь в крови горячим сиропом, но подогревая не желание, а злость и возмущение, не давая страху снова взять надо мной верх. Я сжала кулаки и уставилась на Наарэми, сдвинув брови.

– Простите, но ваше внимание мне не нужно, – сухо отрезала я, одновременно напряженно решая, что делать дальше. – У вас полно красивых женщин при дворе…

– Меня привлекает не столько красота, сколько необычность, Полин, и ты именно такая. Необычная, – склонив голову к плечу, изрек его величество и снова усмехнулся. – А твоя строптивость, знаешь, мне тоже нравится. Это будет очень интересно, завоевать тебя…

– Я не крепость, ваше величество! – нарушив все правила приличия при обращении к монарху, оборвала я его и вздернула подбородок. – И завоевывать меня нет никакого смысла, у вас все равно не получится! Всего хорошего. – Не желая дальше оставаться с ним наедине и надеясь, что меня не будут задерживать насильно, я развернулась и быстрым шагом направилась ко второму проходу из этого укромного местечка.

С Гастоном бы здесь оказаться, да… С ним бы я точно не стала лишний раз разговаривать, и вообще, как так получилось, что сила откликнулась совсем не на те эмоции, на которые должна была?! Мои губы тронула задумчивая улыбка: неужели каким-то образом помог Лоран? Спрошу у него, как только найду.

– Нет, Полин, во дворец ты не вернешься, – послышался уверенный голос короля, ближе, чем мне бы хотелось.

И вот эта его уверенность снова всколыхнула тревогу, перемешавшуюся с раздражением. Не оглядываясь, я подхватила юбки и почти бегом направилась вперед по дорожке. Да, в парке не ориентировалась, к сожалению, а оглянуться боялась, чтобы посмотреть, где дворец, – вдруг увижу, что Наарэми слишком близко?! Черт, вот чего-чего, а игры в догонялки по версальскому парку с его хозяином я предполагала меньше всего этим вечером! И ведь где-то еще есть Анжуйский, сомневаюсь, что он станет спокойно дожидаться брата во дворце, как ему было приказано. Мне срочно нужен Гастон, а еще надо вернуться во дворец – там много народу и при всех Наарэми вряд ли будет столь открыто приставать ко мне.

Я хотела свернуть – только что дорожка вроде вела в сторону дворца, но… Теперь там находилась высокая живая изгородь, и прохода в ней не виднелось. Мне оставалось бежать вперед, сердце билось все быстрее, и страх мешался со злостью и раздражением. Позади раздался тихий, довольный смех:

– Поли-и-и-ин, все равно не убежишь!

От этого насмешливого, довольного голоса я чуть не выругалась вслух, затолкав отчаяние поглубже.

Гастон, найди меня, пожалуйста! Я знаю, ты сможешь… Пока меня не поймал король.

Глава 10

 
Сигнальная интриги нить
Звенит от обстоятельств напряжения,
Чтоб в паутину мести угодить,
Достаточно неосторожного движения…
 

В это же время, Версальский дворец

Сказать, что Анжуйский был зол, значило ничего не сказать. Подумать только, Наарэми посмел столь нагло увести его Полин, его будущий якорь! Понятно теперь, почему он не дал разрешения на посещение борделя, наверняка сразу решил, что познакомится с Птичкой ближе. О да, старший братец любил необычных женщин, а Полли, несомненно, именно такая. Яркая, с характером, да еще и полукровка-альва, немудрено, что короля к ней потянуло с первой же встречи. Но Анжуйский не собирался так оставлять это и спокойно дожидаться брата, пока он там… с Полин наедине.

Анжуйский развернулся, скользнув взглядом по графине де Монтени, о чем-то переговаривавшейся с Таллинором. Похоже, ее не задело поведение короля, ни капли. Впрочем, немудрено, герцог знал, как она на самом деле относится к своему положению официальной фаворитки. Тут Алена осенила еще одна мысль: может, Наарэми таким образом мстит ему за шашни с его любовницей?

– Низко, братец, ой низко, – едва слышно пробормотал Дерош с кривой улыбкой, стремительно направляясь к выходу из Зеркальной галереи.

Да и какие шашни, собственно, – эльфийка стала официальной фавориткой всего нескольких месяцев назад, а у Алена в последние полтора года была Аделина, которой он при всем желании изменить не мог. Все, что у них с Аллиарис было, случилось еще до того, как она прибыла ко двору и обратила на себя внимание короля. Значит, это не месть. Но Анжуйский знал, как отвлечь короля от Полин. Темно-синие глаза прищурились, герцог сжал губы.

– Ты ее не получишь, Нари! – прошипел он, стремительно сбегая по лестнице.

Даже Гастон сейчас отошел для Алена на второй план, его волновало только то, насколько далеко успеет зайти король с Полин. Выскочив на улицу, герцог оглянулся и махнул рукой одному из лакеев, стоявших у дверей в парк.

– Приведи мне коня, – повелительно бросил он подошедшему слуге, в нетерпении постукивая ногой и невольно оглядывая придворных, неторопливо прогуливавшихся перед фонтанами и по дорожкам.

Конечно, его величество наверняка отправился в один из уединенных уголков парка, но вдруг… Полин удалось сбежать от него каким-то образом и она ищет защиты? Дыхание участилось, Анжуйский невольно облизал губы, на несколько мгновений уплыв в мечты. О, он бы с удовольствием защитил Птичку от наглых приставаний брата, перехватив инициативу у Лорана! Но Полин среди гуляющих не было, к досаде герцога. Вскоре к нему подвели коня, его светлость легко вскочил в седло и галопом направился к оранжерее – оттуда можно сразу попасть в нижний парк, и народу там меньше, нет опасности лишних свидетелей. Они Анжуйскому сейчас совсем не нужны.

Проскакав между кадками с апельсиновыми деревьями, брат короля выскочил через ворота на дорожку и углубился в дальнюю часть парка, всем существом ощущая, как утекают сквозь пальцы мгновения. Он промчался мимо Сада королевы, фонтана и дальше, к Саду короля. За ним начинался собственно парк, где легко можно затеряться и где почти нет людей, – придворные предпочитали не отходить далеко от дворца, особенно вечером. Да, вся территория Версаля защищена от проникновения нежити, но опасения все же оставались.

– И правильно, – пробормотал герцог, резко натянув поводья и остановив лошадь, улыбка на его лице больше походила на оскал.

Где-то недалеко пересекались Большой и Малый каналы, по которым кавалеры днем возили на лодках дам, сейчас же здесь царила тишина и темнота. Последней Анжуйский уже давно не боялся, в отличие от остальных жителей Парижа. Спешившись, он опустился на корточки и достал кинжал – некромантам дозволялось его носить почти везде, а вот посох и меч пришлось оставить дома. Впрочем, Алену достаточно и кинжала для задуманного, тем более что графиня провела все подготовительные работы. Вот и решит две проблемы разом. А Гастона оставит на сладкое…

Сжав губы, Анжуйский начал чертить на песке небольшую, но сложную фигуру, линии засветились в темноте рубиновым, бросая отблески на сосредоточенное лицо герцога. Он работал быстро, уверенно, точно нанося штрихи там, где нужно, ни разу не сбившись. Воздух вокруг Алена сгустился, стал таким плотным, что его можно было резать ломтями. Закончив, его светлость уколол палец и уронил в центр фигуры каплю крови, она мгновенно впиталась в песок, а линии засветились ярче, их цвет стал насыщеннее. Выдохнув, Анжуйский снял перстень и осторожно положил его в самую середину паутины линий, после чего выпрямился и раскинул руки, беззвучно прошептав несколько слов. В лицо ему ударил порыв ветра, фигура вспыхнула и погасла, бесследно исчезнув. А вместе с ней исчез и перстень. В шелесте кустов вокруг Анжуйскому послышался призрачный довольный смех, и все стихло, как будто ничего и не было. Усмехнувшись, Ален еще раз посмотрел на дорожку, проверяя, не осталось ли следов его деятельности, и, убедившись, что песок чист, сел обратно на лошадь. Теперь можно не торопиться, в ближайшие полчаса короля вряд ли будет интересовать сиюминутное удовольствие с Полин.

Прохода, открывшегося всего на несколько мгновений, нежити с той стороны хватило, чтобы проскользнуть сюда, а для отведения глаз рисунок в момент активации породил еще штук десять ложных вспышек, тоже давших отклик, который Наарэми не мог не почувствовать. И сейчас он будет занят вычислением, кто же и что сделал в его Версале, что отозвалась защитная система вокруг. Анжуйский едва не потер руки, представляя, как король бегает по парку, лично проверяя ложные точки. В то время как он, герцог, будет утешать Полин, пока Гастона где-то черти носят.

В это же время, версальский парк

Гастон клял себя на чем свет стоит за то, что поддался просьбе Полин и оставил ее одну, пусть даже на несколько минут. Ведь обещал не отходить ни на шаг! Провожая взглядом уходившую пару, он едва не смял бокал в руках, как бумажный, но вовремя остановился и аккуратно поставил недопитое вино на поднос проходившего мимо слуги. Права была сонхау: на Полин открыта настоящая охота. Едва его якорь вместе с королем вышли из Зеркальной галереи, Гастон стремительно направился за ними, ловко обходя гостей и не сводя напряженного взгляда с дверного проема. Гастону было плевать, что король захотел уединиться с его женщиной, как и на то, что Наарэми – сильнейший маг королевства и наверняка засечет слежку. Собственно, на то, что его величество может воспользоваться магией, чтобы не дать Гастону возможности найти их с Полин, некроманту тоже было начхать. Птичку он в беде не оставит. Словно в ответ на его эмоции, темная сила внутри поднялась волной, и Лорану стоило больших трудов взять себя в руки. Жаль, посоха с собой нет, через ту сторону он бы легко преодолел любую магию.

Выйдя на улицу, Гастон прищурился, осмотрелся и… едва подумал о Полин, как в сознании загорелась теплая желтая звездочка, четко показывая, где его якорь. Будто невидимая нить потянула за собой, и Гастон уверенно направился к видневшейся впереди темной изгороди. Обойдя ее, он не нашел никакого входа внутрь, хотя чутье подсказывало, что Полин там, и некромант разозлился и встревожился еще больше. Он остановился, засунул руки в карманы и окинул зеленую стену перед собой внимательным взглядом, уверенный, что это дело рук короля – чтобы им не помешали.

– Да черта с два, – негромко произнес Гастон и прикрыл глаза.

«Полин, Полин, хорошая моя, я рядом…» – пронеслась у него мысль, и снова темная сила отозвалась, потянулась к той, с которой теперь была связана сильнее, чем через игру в кош. Лоран отчаянно хотел сейчас оказаться с Полин рядом, найти, забрать и уже не отпускать от себя. Реальность вдруг на несколько мгновений поплыла, заколыхалась, а потом… В сознании некроманта раздался крик: «Гасто-о-он!!!» Глава стражи дернулся, широко раскрыв глаза, и прежде, чем успел понять, что делает, сорвался с места, помчавшись куда-то вперед, – куда вело его чутье. От голоса Полин темная сила взбурлила в крови, накрыла туманным крылом, на время отключив способность здраво мыслить, и осталось только одно желание: спасти свою Птичку. Гастон не знал, куда бежал, почти не разбирая дороги, лишь отметил, что гуляющих здесь нет, – или опять же магия короля, или они сюда просто не заходили. Гастон не так хорошо ориентировался в версальском парке, как хотелось бы, он ведь до сих пор бывал лишь во дворце, но ноги сами несли куда нужно. Он чувствовал, что с каждым шагом приближается к Полин, и ощущал, как она напугана и одновременно раздражена. Это радовало: значит, король ничего не успел ей сделать.

Гастон мельком отметил, что дорожка парка привела его в какой-то зеленый лабиринт, но знал, что не заблудится, – внутренний компас уверенно вел вперед. О том, что он будет делать, если встретится с королем, Лоран сейчас не думал – все его мысли занимала лишь Полин. А темная сила заполнила сознание, контролируя его действия, и Гастон не сопротивлялся, понимая, что только благодаря ей найдет Птичку. С королем разберется позже…

В это же время, версальский парк

Не знаю, в какой момент поняла, что погони нет, – просто вдруг разом накатило такое облегчение, что я споткнулась и чуть не рухнула на колени, а с губ сорвался едва слышный всхлип. И почти сразу пришла стойкая уверенность, что Гастон где-то рядом и мы вот-вот встретимся. У меня как второе дыхание открылось, я с удвоенной силой припустила по зеленому коридору, почти ничего не видя из-за выступивших на глазах слез облегчения. Не знаю, по какой причине Наарэми оставил меня в покое, но больше я не хотела задерживаться в Версале ни одной лишней минуты. Не стоило забывать и о бродившем где-то Анжуйском, тоже жаждавшем добраться до меня. Хоть из дома не выходи, честное слово! Я свернула еще пару раз, окончательно потерявшись в зеленом лабиринте, и с размаху влетела в чьи-то объятия. С перепугу забарахталась, пытаясь вырваться, но потом нос учуял знакомый запах полыни, лимонника и корицы, и я уткнулась в плечо Гастона, крепко обняв его за шею и позорно разревевшись.

– Ш-ш-ш, все хорошо, я рядом, – раздался шепот у самого уха, ладонь некроманта погладила по спине, прижимая ближе. – Прости, родная, мне не стоило уходить…

Сил что-то ответить не было. Я зажмурилась, подняла голову, потянувшись к Гастону, и он без слов понял. Губы запечатал поцелуй, нежный и страстный, на который я с готовностью ответила. Напряжение последних часов покидало, растворялось в нахлынувших ощущениях, и не хотелось, чтобы этот миг заканчивался. Реальность отстранилась, существовали только мы, и пришла твердая уверенность, что дальше сомневаться нет смысла. Магия сейчас молчала, остались только мои чувства, не прикрытые ничем. Мне нужен этот мужчина, во всех смыслах нужен, и не хочу больше тянуть. Целую вечность спустя, когда дыхание закончилось, я отстранилась и посмотрела на Гастона, утопая в бархатной черноте его взгляда.

– Поехали домой? – тихо предложила я, перебирая мягкие пряди на затылке и наслаждаясь этим моментом.

– Поехали, – с готовностью согласился Гастон и улыбнулся.

Его ладонь коснулась моего лица, он аккуратно стер слезинку с щеки, и меня пронзил такой приступ нежности от этого простого жеста, что горло перехватило и глаза опять защипало.

– Ну что ты, Полли, – ласково произнес мой некромант и легко коснулся моих губ. – Все, больше никто к тебе не притронется.

Я прерывисто вздохнула, отстранилась, и мы пошли обратно. Рука Гастона лежала на моей талии, я прижималась к нему без всякого стеснения, прислонившись к плечу, и спокойствие потихоньку проникало в каждую клеточку, унося тревогу. Вернулась способность мыслить, и я невольно задумалась о поведении короля.

– Гастон, почему он так поступил? – Я нахмурилась. – Ты ведь служишь ему, неужели…

– Я служу Франции, – немного резко оборвал меня Лоран. – А не Наарэми. Что же до его поступка… – Он помолчал. – Король – альв, Полли, и ему плевать на желания простых людей, даже тех, которые ему служат. Он привык получать то, что хочет.

Я не нашлась что ответить. Мы некоторое время шли в тишине, неторопливо шагая по дорожке к дворцу, сиявшему впереди огнями. Он оказался не так далеко, как я думала, – наверное, во мне говорил страх, пока бегала от Наарэми по зачарованным тропинкам парка.

– И что дальше? – спросила я. – Он ведь не отстанет просто так, Гастон.

Пальцы на моей талии сжались.

– Что-нибудь придумаю, – отрывисто сказал мой некромант, глядя прямо перед собой. – Но одну тебя в его обществе не оставлю, даже если потребует.

Сразу стало так хорошо от его слов, что я не сдержала улыбки. Приятно осознавать, что мой мужчина готов пойти даже против его величества, защищая меня. И почему-то уверена, что у Гастона получится. До дворца мы шли молча, и было очень уютно идти в тишине вдвоем, даже появившиеся придворные уже не смущали. Наоборот, я порадовалась, что мы наконец добрались до людных мест и можно не опасаться внезапного появления короля. Надеюсь, и во дворце мы с ним не встретимся, а спокойно уедем домой. Хватит с меня приключений, я хотела поскорее остаться с Гастоном вдвоем и довести уже до конца то, что он начал прошлой ночью. И магия в моих желаниях играла последнюю роль. Она притаилась в глубине, не мешая, и я была благодарна своей силе за это.

– Приедем, кое-что расскажу, – заговорил вдруг Гастон, когда мы уже подходили к распахнутым дверям. – Мне отец сообщил любопытные новости. – Некромант покосился на меня, и я уловила в его взгляде смесь легкого опасения и радости.

Сердце екнуло и забилось быстрее от этих слов, я отчего-то разволновалась. Может, что-то о моем отце?..

– Х-хорошо, – чуть запнувшись, ответила я.

Мы вошли во дворец, и нас опять окружило море гостей. Шум разговоров и смех после тишины парка слегка оглушили, я невольно крепче вцепилась в руку Гастона – он перестал обнимать и просто взял мою ладонь в свою. Поплутав немного по коридорам первого этажа, мы наконец вышли к главному входу и направились к стоявшему у дверей лакею, просить, чтобы подали наш экипаж, но… Слуга, увидев нас, выпрямился и уже не сводил взгляда, и мне это не понравилось.

– Гастон, – позвала я и кивнула на лакея. – Почему он так смотрит?..

– Не знаю. – Некромант нахмурился и остановился рядом с ним. – Послушайте, любезнейший…

– Мессир Лоран, полагаю? – весьма невежливо перебил его слуга и, дождавшись подтверждающего кивка, продолжил: – Его величество ждет в своем кабинете, мне поручено проводить вас.

У меня внутри все упало, а сердце превратилось в кусок льда. Зачем король хочет видеть Гастона?! Я не останусь без него!..

– И вас тоже, госпожа де Анор, – добавил лакей, переведя взгляд на меня.

Как жаль, что во двор можно выйти только через дворец! Наарэми наверняка знал, что мы захотим уехать, вот и поставил своего человека так, что незаметно нам ускользнуть не удалось бы. Я посмотрела на хмурого Гастона, понимая, что отказаться нельзя никак, придется идти к королю. Боже, я надеюсь, его величество не опустится до того, что напрямую предложит Гастону уступить меня на некоторое время… Боюсь представить, что тогда произойдет. Лоран ни за что не согласится.

– Хорошо, – кратко отозвался некромант, крепче сжав мою руку. – Ведите.

До внутренних королевских покоев шли молча, и моя тревога с каждой минутой возрастала. Успокаивали только присутствие Гастона и уверенность, что он не даст меня в обиду ни при каких обстоятельствах. Подумать только, всего несколько дней назад я спокойно жила себе в «Золотых колибри» и даже не представляла, какие перемены меня ждут! Задаться вопросом, изменила бы я решение, знай, что мне предстоит, не успела – мы прошли караульную, где толпились дежурные стражники, и попали во внутренние покои, там находились личные апартаменты их величеств короля и королевы Франции. Еще несколько почти пустых гостиных – сюда гости, конечно, не допускались, только особо приближенные и свита, – и лакей остановился в небольшой угловой приемной.

– Ждите здесь, – с поклоном произнес он и подошел к большой двери из темного дерева, украшенной позолотой и накладками из перламутра. – Я узнаю, готов ли его величество принять вас.

Слуга негромко постучался, получил дозволение войти, – услышав знакомый голос, я не сдержала дрожи и невольно прижалась к Гастону, – и исчез в кабинете.

– Как думаешь, зачем он позвал? – шепотом спросила я, то и дело косясь на дверь.

– Понятия не имею, – буркнул мрачный Гастон, обняв меня и притянув к себе. – Но не думаю, что нас ждут приятные известия.

Мы замолчали, и мне казалось, что время тянется ужасающе медленно, – из-за двери не доносилось ни звука. Когда слуга снова появился в приемной, я даже почувствовала некоторое облегчение.

– У его величества посетитель, как только он уйдет, вас ждут, – доложил лакей, снова поклонившись, и бесшумно исчез за другой дверью, оставив нас одних.

Я вздохнула, прикрыв глаза, и опять потянулись минуты ожидания. Слушая размеренный стук сердца Гастона, пыталась успокоиться и настроиться на хорошее, но получалось откровенно плохо. Настойчивость короля пугала, я не понимала, почему ему не хватает эльфийки, – уж не потому, что она не испытывала к Наарэми никаких чувств. Да и он вряд ли был влюблен в красавицу-графиню, иначе не искал бы приключений на стороне. Поступки венценосного альва оставались за гранью моего понимания, и это пугало еще больше – я не знала, чего ожидать.

– Я не отдам тебя, Полли, – шепнул Гастон, легко коснувшись губами моего виска, и именно в этот момент дверь в кабинет распахнулась.

Вздрогнув, я отстранилась и… встретилась взглядом с герцогом Анжуйским. Он стремительно вышел из комнаты, явно недовольный разговором, а увидев меня, резко остановился и прищурился. Я застыла как парализованная, не в силах пошевелиться – взгляд герцога метал молнии, не предвещая мне ничего хорошего. Не сказав ни слова, его светлость с силой выдохнул и почти бегом покинул приемную, я же беззвучно всхлипнула и прислонилась к Гастону, чувствуя, как по телу разливается слабость. Да что тут происходит, хотела бы я знать?! На пороге гостиной появился Наарэми собственной персоной – признаться, после всплеска эмоций только что на короля я отреагировала уже спокойнее. По сравнению с Анжуйским он все же казался мне более вменяемым.

– Прошу, мессир Лоран, – своим ровным, завораживающим голосом произнес его величество, скользнув по мне мимолетным взглядом и ничем не показав, что испытывает какой-то интерес.

Как любопытно. Может, я зря беспокоилась и у короля к Гастону исключительно деловой разговор? Но тогда почему он и меня позвал? Совсем непонятно, но через несколько мгновений я наконец узнаю причину вызова. Коротко поклонившись, Лоран вошел, не выпуская моей руки. Наарэми посторонился, и я вдруг отметила, что от альва совсем ничем не пахнет. Вообще. Даже туалетной водой. Интересно почему? Он не любит посторонние запахи? Мысль мелькнула и растворилась, не задержавшись в сознании, а дверь кабинета захлопнулась, заставив вздрогнуть.

– Присаживайтесь. – Хозяин махнул рукой в сторону двух кресел у массивного стола, покрытого бордовым сукном.

Бумаги на нем лежали ровными стопками, рядом раскрытая папка, письменный прибор из хрусталя в золоте, лампа под абажуром – все это мой взгляд ухватил, пока я усаживалась, стараясь затолкать эмоции поглубже. Смелости прямо посмотреть на короля не хватило, поэтому я опустила глаза, рассматривая узоры на ковре и молча дожидаясь начала беседы.

– Я не задержу вас надолго, хотел всего лишь сказать, что завтра двор едет в Венсен, на охоту, и я хочу видеть там вас обоих, – выдал Наарэми, и я чуть истерично не рассмеялась.

Сначала бал в Версале, теперь еще и охота. Мало того что у меня нет подходящей амазонки – я как-то не рассчитывала на приемы да балы, когда выбирала себе новый гардероб! – так еще и верхом ездить не умею. Однако возразить я не успела – оказывается, король не закончил.

– Ну а поскольку мы выезжаем утром, то я распорядился выделить вам спальню в Версале, управляющий покажет, где вам разместиться. – При этом смотрел Наарэми исключительно на Гастона, не на меня.

Он считает, что ни я, ни мой некромант не поймем, ради чего все затеяно? Недоумение во мне росло вместе с тревогой, и я чуть нервно не заезрала, искоса глянув на Гастона.

– Ваше величество, благодарю за честь, но мне через два дня на дежурство, а Полин надо еще потренироваться, – хоть и с долей почтения, но твердо ответил Лоран, глядя его величеству в глаза. – Нам лучше вернуться в Париж. Да и подходящих вещей у нас тоже нет.