Читать книгу "Лесной гамбит"

– Ловко он к тебе пристроился, ваше благородие, – вздохнул Петька, проводив Васятку взглядом.

– Я его сам подобрал, – фыркнул в ответ Руслан. – Маленький он еще, чтобы на улице выжить.

Появившийся с миской и хлебом Мишка прервал этот странный разговор. Кивком поблагодарив денщика, Руслан отправился обратно в дом. Часа через два вернувшийся Серьга доложил, что указанный ему человек и вправду является тем самым хлыщом, и, смущаясь, добавил, что весь остаток денег отдал Саньке.

– Правильно и сделал, – чуть усмехнувшись, одобрил Руслан. – Этих ребят, Петьку с Санькой, прикормить не мешает. Глядишь, сами нам помогать станут. Где этот хлыщ ужинает? В гостинице, или в ресторан ходит?

– В ресторан. Он и в прошлый раз туда ходил, и теперь, – быстро кивнул казак.

– Добре. Тогда завтра с утра съездишь в мастерскую, караульщиков предупредишь, что вечером с полоном приедем, – хищно усмехнулся Шатун.

– Живьем взять хочешь, княже? – озадачился Серьга.

– Так побеседовать с ним надо. По душам, – хмыкнул Руслан, демонстрируя ему свой пудовый кулак.

– Нешто сам пойдешь?

– У тебя мешочек мой с дробью сохранился? – подумав, уточнил Шатун.

– А как же! В ранце лежит, – обрадованно закивал казак.

– Тогда возьмешь братов и коляску мою. Сам его упакуешь. Куда везти, знаешь. А я со стороны посмотрю, как науку мою выучили, – ехидно усмехнулся Руслан, решив дать казакам почувствовать, что такое ответственность за операцию.

– Не изволь беспокоиться, княже. Все исполним, – сверкнув белозубой улыбкой, ответил Серьга и выскочил из кабинета.

Как оказалось, это была не пустая бравада. Казаки отработали не хуже самого Руслана. Важно шествовавшего по вечерней улице хлыща догнала троица пеших казаков. Одновременно с ними хлыща догнала коляска с поднятым верхом, отсекая его от взглядов других гуляющих. Двое казаков подхватили хлыща под руки, а третий ловко отоварил его мешочком по голове. В следующую секунду казаки сунули неизвестного в коляску и, запрыгнув следом, притихли.

Возница щелкнул бичом, и каурая пара легко поволокла коляску к выезду из города. Руслан догнал их у заставы. Окликнув дежурного прапорщика, он представился и попросил пропустить транспорт без досмотра. Удивленно хмыкнув, прапорщик не удержался и, покосившись на коляску, ехидно спросил:

– Девиц на пикник везете, сударь?

– Ах, если бы, прапорщик, – усмехнулся Руслан. – Возможного государственного преступника.

– Пропустить! – тут же прозвучала команда, и деревянный шлагбаум моментально поднялся.

* * *

– Ну, и как прикажешь это понимать? – мрачно поинтересовался Рязанов, бросая перо и откидываясь на спинку кресла.

– Ты это про что? – сделал Руслан невинные глаза.

– Какого черта ты хватаешь людей на улицах? – зарычал майор в ответ.

– И что, так много схватил? – продолжал ерничать Шатун.

– Руслан!

– Их бин и азм есмь, – вскочив, вытянулся в струнку парень. – Миша, ты объясни толком, о ком именно речь идет. А то если на слухи опираться, так я уже кровь девственниц пью, младенцами закусываю и стариками в зубах ковыряюсь. А еще башню развалил.

– Какую башню? – сбился с мысли граф.

– А я знаю, – развел Руслан руками, прибавив в речь одесского колорита. – Это ты на меня, словно дроги груженые, наехал.

– Тьфу, паяц, – не выдержав, фыркнул Рязанов. – Я про того чиновника, что твои ухорезы посреди улицы выкрали, а после с твоей помощью из города вывезли. К слову, где он?

– Ну, если ты такой знающий, ты и скажи, – пожал Руслан плечами, уходя в глухой отказ.

– Понятно. Значит, теперь и концов не найдешь, – удрученно вздохнул граф. – А подумать ума не хватило, что он может быть нам интересен по линии нашего ведомства?

– Он не местный был, – вздохнул Руслан.

– Значит, все-таки твоя работа, – ехидно усмехнулся майор.

– Так ты про такого высокого, худощавого, лощеного хлыща, что в гостинице у цветника жил, речь ведешь? – сделал вид, что понял, Руслан.

– Ага, про него, – кивнул Рязанов, уже явно закипая от бешенства.

– Не, не видел, – нахально усмехнулся Шатун.

– Руслан, ты доиграешься, – зашипел майор, пристукнув кулаком по столу.

– Ладно. В общем так. На Митрича пытались давить, чтобы получить образцы моего оружия. Я провел кое-какое расследование и выяснил, что тот же человек ищет исполнителей для нападения на мастерскую. Пришлось действовать быстро и жестко. Вот, тут все, что получилось из него выбить, – закончил Шатун, выкладывая на стол несколько исписанных листов.

– И кто его нанял? – моментально ухватив бумаги, спросил Рязанов.

– Ты не поверишь. Бельгийцы, – иронично усмехнулся Руслан.

– Господи! Этим-то чего не хватает? – чуть не взвыл майор.

– Это называется промышленный шпионаж. К слову сказать, оружейные мануфактуры у них не самые плохие, вот и заинтересовались новинками.

– Интересно. И как узнали?

– А все через тех же турок, – пожал Руслан плечами. – Мы тут вовсю воюем, и слухи о добром оружии уже по всем аулам разнеслись. А оттуда и до перевалов недалеко. К тому же мы еще и каторжников из города погнали. А эти точно молчать не станут.

– Не вяжется, – вдруг качнул Рязанов головой. – Оружием мы давно уже пользуемся, а каторжных мы отсюда недавно погнали.

– А до этого мы тут чего, пряниками их угощали? – фыркнул Шатун.

– То есть у этого господина тут вообще никаких контактов не было? – задумчиво уточнил Рязанов, бегло просматривая записи.

– Нет. Действовал на свой страх и риск.

– Угу, и дорисковался. А ежели его искать станут?

– А мы тут при чем? – удивился Руслан. – Сам приехал, сам гулял, сам пропал. Мы такими делами не занимаемся.

– Вас точно никто не видел? – помолчав, тихо спросил граф.

– Обидеть хочешь? Я даже отвечать на этот вопрос не буду, – фыркнул Шатун.

– А вещи его?

– Какие вещи? В гостинице даже портянки грязной не осталось, – отмахнулся Руслан, про себя гордясь работой своих подчиненных.

В ночь похищения хлыща трое казаков пробрались в его гостиничный номер и вынесли все, что ему принадлежало, до последней нитки. Вся обслуга клянется и божится, что гость ушел в ресторан, ужинать и не возвращался. А самое главное, уходил без вещей. В общем, очередная загадка предгорий. Полиция начала было суетиться и что-то там расследовать, но очень скоро поняла, что дело это абсолютно глухое. На самом же деле, после жесткого допроса хлыща вывезли в лес и, тихо пристукнув, сбросили в глубокий овраг. В общем, как говорится, концы в воду.

Руслан отлично понимал, что переступил черту, применяя подобные способы решения возникшей проблемы, но и действовать официально не мог. Ведь те же воры никогда не станут свидетельствовать в суде или как-то афишировать свое участие в этом деле. А ждать, когда кто-то соблазнится на деньги и отправится грабить подворье лучшего в городе кузнеца, было откровенной глупостью. Более того, это было бы подлостью по отношению к самому мастеру. Да и реноме абсолютно отмороженного вояки тоже надо было поддерживать.

– Послезавтра маменька приезжают, – вздохнув, тихо сказал Рязанов.

– Наконец-то. Я уж, грешным делом, думал, не случилось ли чего в дороге, – качнул Руслан головой.

– Слава богу, обошлось, – вздохнул граф. – Только теперь ума не приложу, как дальше быть.

– А чего тут думать? Первым делом к доктору ее, пусть осмотрит как следует, лечение назначит. От этого и плясать станем. Рядом с лечебницей дом искать будем. А до этого у нас поживет. Я Матвеевну предупредил, она комнаты приготовит.

– Тут вот еще что, – смущенно вздохнул майор. – Я тебя предупредить должен. Маменька у меня человек непростой. С характером. Так что, ежели она тебе вдруг скажет чего, ты уж не бери в голову.

– Да ладно тебе, – отмахнулся Руслан. – Все одно меня дома целыми днями не бывает. Сам знаешь, я туда только ночевать прихожу.

– Много сделать успел? – оживился майор.

– Пять десятков гранат и три десятка мин к мортире. Ты кислоту заказал?

– Везут уже.

– Вот это славно. В общем так. Теперь у нашего отряда еще и два своих миномета имеется, при трех десятках снарядов к ним. В общем, если что, любую банду серьезно потрепать можем.

– Кто еще о том ведает? – подобрался Рязанов.

– Ты, я и казаки наши. Все.

– Вот и славно. Такое оружие в тайне держать надо. Это может стать нашим последним козырем.

– Ого! Это как понимать прикажешь? – тут же вскинулся Руслан.

– Турки на армянской границе давить начали. И в Грузии тоже. Людей режут почем зря. Одно спасение – веру их принять. Тогда отправляют к мулле и заставляют обряд обрезания пройти. А нет, так под нож сразу.

– А женщин? – мрачно уточнил Руслан.

– Тех на базар сразу, – отмахнулся граф.

– Средневековье какое-то, – тихо проворчал Шатун. – А войска чего?

– Пытаются пограничье перекрывать, но там, сам знаешь, горы. А в горах воевать линейные части не приучены. Да и проводников мало.

– А нас это каким боком касается? – задумчиво уточнил Руслан. – Нам вроде свою делянку нарезали.

– Угу. Да только после наших победных реляций и кучи жалоб из городской управы там, – Рязанов ткнул пальцем куда-то в потолок, – уже подумывают, как бы и то направление на нас повесить.

– Здрасьте, приехали! Армения с Грузией это ни разу не соседний уезд. Это ж всем отрядом сниматься надо и уходить отсюда. А кто тогда в лавке останется?

На хозяйстве? Да и мало нас для таких дел. Всего-то два десятка.

– А то я не знаю, – фыркнул Рязанов. – Но идея такая уже бродит. Похоже, кто-то из тех, кому мы на мозолях потоптались, решил таким образом нас под монастырь подвести.

– Это уже не образом, а канделябром, – буркнул Руслан, припомнив старый анекдот. – Неужели Татищев на такое согласится? В конце концов, мы не линейная часть, а отдел контрразведки.

– На то и надежда, – вздохнул Рязанов.

– Странно это все, – помолчав, вздохнул Шатун.

– Что именно тебе странно?

– Что контрразведка занимается подобными делами. Да, я понимаю, что на данный момент в округе не хватает линейных частей, но это не значит, что на нас можно вешать всех собак. Надорвемся.

– Руслан, перестань повторять мне прописные истины, – вяло огрызнулся майор. – И так уже голова от всех этих дел пухнет. К слову, тут еще завтра придется в лес ехать.

– Это еще зачем? – насторожился Шатун.

– Нам землемера выделили. Будет под имения землю нарезать, согласно указу.

– Вот еще головная боль, – скривился Руслан. – А потом чего?

– А потом изволь на той земле дом ставить и решить, с чего доход получать станешь, – ехидно усмехнулся Рязанов.

– Дом, это хорошо, – задумчиво кивнул Руслан. – Знать бы еще, кто его построить может.

– Ну, артелей всяких тут хватает, – пожал граф плечами. – Вот только на какие деньги ты его строить станешь?

– Ну, кое-что я собрать смог, – вздохнул Руслан. – К тому же нам еще по пять тысяч на обустройство обещано. Дом построить этих денег хватит?

– Ну, смотря какой дом, – развел Рязанов руками.

– А вот тут как следует подумать надо, – понимающе кивнул Руслан. – Во всяком случае, итальянским мрамором я его точно отделывать не стану.

– Тут в горах и свой имеется, не хуже, – хмыкнул граф.

– В общем, думать надо. Архитектора толкового искать придется, – подвел Шатун итог.

– Имеется тут один, – усмехнулся Рязанов. – Недавно университет закончил. Да только так и сидит теперь без заказов. Молод больно, вот и не верят в его умения.

– А нам-то какая разница, молод он или стар? – не понял Шатун. – По мне, так главное, что он знает, что делает. А договор на работу можно по-всякому составить. Да и наша с тобой зловещая репутация много стоит, – ехидно поддел он приятеля.

– Да уж. За не полных три года заработать прозвище Лютый, это уметь надо, – вернул ему подначку майор.

– Я старался, – отозвался Руслан, скромно потупившись.

– Да ну тебя, скоморох, – не удержавшись, рассмеялся Рязанов.

Сунувшийся в дверь кабинета вестовой, найдя взглядом Руслана, откашлялся и, кое-как приняв подобие уставной стойки, доложил:

– Там это, ваше благородие, на крыльце вас девица какая-то дожидается.

– Меня? – удивленно переспросил Руслан.

– Так точно. Лютого спрашивала, осмелюсь доложить, – пролепетал вестовой, явно дурея от собственной смелости.

– Вот и слава пришла, – не удержавшись, расхохотался Рязанов.

Отсмеявшись, Руслан не спеша поднялся и, оправив черкеску, не спеша спустился на крыльцо. Оглядевшись, он увидел скромно стоящую в сторонке Саньку Губу. Удивленно хмыкнув, Шатун легко сбежал по ступеням и, подойдя к девушке, едва заметно поклонился:

– День добрый, сударыня. Вот уж никак не чаял вас снова увидеть.

– С чего бы, ваше благородие? – мило улыбнулась девица в ответ.

– Ну, при вашей профессии подобные знакомства афишировать не принято, – пожал Руслан плечами.

– А то воры не знают, что мы знакомы. Сами меня к вам и посылали, – фыркнула Санька.

– Так что у вас за дело ко мне? – сменил Руслан тему.

– А поговорить с вами решила. Не по делам каким, а так просто. По душам, – чуть покраснев, решительно заявила Санька.

– По душам? – удивленно переспросил Шатун.

– А что? Раз воровка, так со мной и говорить нельзя? – с вызовом спросила девчонка.

– Можно, – спокойно кивнул Руслан. – Я просто думаю, где это будет удобнее сделать. Место нужно такое, чтоб и вам и мне спокойно было. Не хочется на всяких глупцов отвлекаться. А заведения такие я в городе плохо знаю. Не до них мне.

– А не надо заведений, – вдруг заявила Санька. – У меня в купеческом квартале с краю домик свой имеется. От родителей остался. Вот я и хочу вас в гости пригласить. Пойдете?

– С удовольствием, – чуть подумав, решительно кивнул Шатун.

* * *

Широко, от души потянувшись, Руслан сел в кровати и, оглядевшись, с интересом покосился на брошенные на стул вещи. Он ни на секунду не забывал, с кем проводит время, и потому желание проверить карманы было весьма усиленным. Но помня, что почти все время Санька находилась у него на глазах, решил воздержаться. Дверь открылась, и девушка в одной нижней рубашке внесла широкий поднос, на котором стоял настоящий завтрак. Свежие булочки, масло, мед, чай.

Глядя на это изобилие, Руслан невольно сглотнул набежавшую слюну. Так его еще не баловали. Ни в прошлой жизни, ни в этой. Аккуратно поставив поднос ему на колени, Санька уселась рядом и, глядя на него сияющими глазами, тихо попросила:

– Ешь.

– А сама? – не понял Руслан.

– Я после. Чаю попила, и ладно, – отмахнулась девушка.

– Не, я так не могу. Я есть буду, а ты смотреть? Так не годится, – уперся вдруг Шатун, которому и вправду было неловко в такой ситуации.

– Я тогда вон булочки кусочек пожую, – согласилась Санька и, ловко отщипнув краешек, прикусила его ровными мелкими зубами.

– Ну, хоть так, – не стал настаивать Руслан. – А как получилось, что ты вдруг с блатными связалась? – осторожно спросил он, намазывая булочку маслом. – Ты прости, ежели в душу лезу, но уж больно странно у нас все получилось.

– Да чего там, – понимающе вздохнула Санька. – Дом этот и вправду от родителей остался. Они из разночинцев были. Папаша, чтоб ему ни дна ни покрышки, мелким чиновником служил, но пил при этом, как та лошадь. Домой лежа приходил. Мать бил смертным боем. Уж не знаю, с чего он так, но помню только, что вечно жалился, мол, начальство не ценит. Мне десять было, когда мать в очередной раз понесла, да после его побоев ребеночка скинула, а вскорости и сама померла. После того он вроде как угомонился малость. А спустя год примерно снова запил. Мне тогда четырнадцать исполнилось, папаша в очередной раз зенки залил, да и снасильничал меня. Я из дому и сбежала, как в себя пришла. А куда идти-то? Вроде и город знакомый, а родичей и нет никого. Я по улицам побродила, побродила, да на глаза ворам и попалась. А те, как узнали, кто я да с чего сбежала, так быстренько меня к делу и пристроили. Я тогда мужиков люто ненавидела. Всех. Это после я уж поняла, что другие мужики в моей беде и не виноваты вовсе. А тогда убить готова была. Любого. Да и поздно уже было. Я ж в воровских делах уже по уши замазана была. Так и тянулось, пока тебя не увидела, – неожиданно улыбнулась Санька.

– А я-то тут каким боком? – охнул Руслан, чуть не подавившись от удивления.

– А я как тебя увидела, так и пропала. Все ходила, думала, каково это, с таким богатырем в постели, – покраснев, тихо призналась девушка. – Все боялась, что ты случаем и задавить можешь, – хихикнула она, отворачиваясь и прикрывая лицо ладошкой.

– Обошлось, как видишь, – хмыкнул Шатун, быстро пряча нос в кружке с чаем. – Слушай, а воры на тебя не разозлятся? – спросил он, вспомнив, что из подобных сообществ просто так не уходят.

– Теперь уж нет. Я теперь сама по себе, – отмахнулась Санька. – Это по юности, пока в банде была, да. Так просто бы не отстали.

– Ты ведь на доверии. Выходит, в ресторанах с пьяными купцами знакомилась, а после кошельки тянула. Верно?

– Ага, – грустно кивнула Санька.

– А как же обслуга ресторанная? Не гоняли?

– А им-то какая разница, коли счет оплачен? – пожала она плечами. – В ресторанах не работала. Уводила клиента на улицу, а там уж…

– Понятно. Ладно, хоть без крови, – вздохнул Руслан, только сейчас сообразив, что все это может вылиться в некоторые неприятности. Для кого именно, не особо понятно, но возможны варианты.

– Нет. Крови на мне нету, – решительно мотнула Санька головой. – А ты не журись. Мне ничего не нужно, – улыбнулась она, забирая у него поднос с пустой посудой. – Ты вон ночью со мной ласков был, словно с ладой, а больше и не нужно. Хоть одна ночка, да моя. Для меня только. А там, будь как будет. Коль понравилось, так еще придешь. А нет, то и ладно.

Она отставила поднос на туалетный столик и, обернувшись, озорно улыбнулась. В следующую секунду девушка гибкой змейкой скользнула под одеяло и, прижавшись к нему всем телом, еле слышно выдохнула:

– Обними меня, любый. Покрепче. Чтоб аж косточки хрустнули.

– Не сломать бы, – усмехнулся Руслан, прижимая ее к себе.

Счастливо охнув, Санька припала губами к его шее, царапая кожу на плечах острыми коготками. Очнулись они примерно через час. Отдышавшись, Руслан бросил взгляд в окно и, вздохнув, проворчал:

– Не хочется, а служба не ждет.

– Придешь еще? – прижимаясь к нему, жарко спросила девушка.

– Где тебя в городе искать? А то буду в запертые двери ломиться, а ты на деле, – хмыкнул Шатун.

– Никуда не пойду, – решительно мотнула Санька головой. – Тебя ждать буду.

– Ты мне вот что скажи, – подтягивая к себе стул с одеждой, поинтересовался Руслан. – Тебе, кроме нынешнего дела твоего, еще что-то интересно?

– Есть у меня мечта, – помолчав, улыбнулась Санька. – Всегда хотела кондитерскую свою завести. Чтоб выпечкой свежей пахло, ванилью, и калачи горячие на прилавке, с пряниками вперемешку. Я уж даже лавку подходящую присмотрела. Там и печка добрая имеется. Да только хозяин той лавки дорого ее ценит. Словно та собака на сене. Сам не гам и другим не дам.

– А что там раньше было? – заинтересовался Руслан.

– А кондитерская и была. Да только тот хозяин глуп, как пробка. Цены задрал так, что никто и ходить туда не хотел. Ну, сам посуди, за калач десять копеек, когда такой же у базара две стоит. Кто ж его купит?

– Он совсем дурак? – удивленно оглянулся Руслан.

– Говорю же, глуп, как пробка, – фыркнула Санька.

– И сколько он за ту лавку хочет?

– Сто пятьдесят рубликов на ассигнации, да еще и без торга, – возмущенно объявила девушка цену. – А у меня только семьдесят. А еще муку, сахар, специи всякие покупать надо. Вот и сижу, локти кусаю, – вздохнула она.

– Так он еще не продал ее? – удивленный суммой, уточнил Руслан.

– Так потому и не продал. Цена-то несуразная.

– И давно он ее продает? – не унимался Руслан.

– Так с полгода уже, – задумчиво протянула девушка.

– Ладно, – застегивая пояс, вздохнул Руслан. – Дел много, так что, когда приду, не знаю. Обещать точно не стану. Но голодный буду точно. Так что вот. Держи. Продуктов купишь, ну или готового чего, – закончил парень, выкладывая на стол ассигнацию в десять рублей.

– Куда столько-то? – ахнула Санька, разглядев номинал.

– А ты на меня глянь, – иронично усмехнулся Шатун. – Такую раму прокормить, проще пристрелить.

– Тьфу, дурень, – всплеснула Санька руками. – Чего несешь-то такое?! – возмутилась она, выскакивая из постели.

– За ужином сама увидишь, – усмехнулся Руслан, прижимая ее к себе и крепко целуя.

Легко сбежав с крыльца, он внимательно осмотрелся, отмечая про себя и ухоженный палисад, и чисто выметенный двор, и старый, но еще крепкий забор. Похоже, кто-то тут за всем этим хозяйством присматривал. И делал это на совесть. Выйдя на улицу, Шатун поправил папаху и решительно зашагал к штабу.

Выбор был не большой. Забежать домой, чтобы переодеться и привести себя в порядок, или отправиться на службу, чтобы убедиться, что ничего экстренного не произошло. Руслан выбрал второе.

Встретивший его в кабинете Рязанов иронично усмехнулся и, качнув головой, проворчал:

– Ох, и рисковый ты, Руслан. Давил, давил каторжных, а после из них же себе полюбовницу завел. Не боишься, что она на тебя их и наведет?

– Не боюсь, – отмахнулся Шатун. – К тому же она и сама от них уйти хочет. Ты лучше скажи, что у нас новенького?

– Тихо все, слава богу, – мелко перекрестился майор.

– А от начальства что?

– Тоже ничего.

– Ну, я тогда в мастерскую. Работать.

– А вечером куда? Домой, или опять к ней побежишь? – ехидно уточнил граф.

– К ней, – чуть смутившись, признался парень. – Дорвался, называется.

– Неужто так в постели хороша? – не удержался граф.

– Вулкан, – коротко обрисовал Руслан темперамент своей новой подружки.

– Не ходил бы ты один, – кивнув, посоветовал Рязанов. – Пусть казаки хоть до подворья сопроводят.

– Не стоит, – отмахнулся Шатун. – Мишка с Васяткой знают, где меня искать. Васятка даже лучше. Так что, если что, его и отправляй.

– Добре. Ты сейчас в мастерскую? – поинтересовался Рязанов.

– Сначала домой заскочу, – ответил Руслан, проведя ладонью по щетине на подбородке.

Дома, убедившись, что все в порядке, Шатун попросил Мишку нагреть воды и отправился в баню. Приведя себя в порядок и переодевшись, он приказал седлать коня и, прыгнув в седло, направился в мастерскую. Как ни хорошо ему было с новоявленной любовницей, но дело не ждало. Митрич отлил болванок под снаряды и гранаты с запасом, поэтому Руслан тратил все свое свободное время на изготовление боеприпасов. В сложившейся ситуации это было актуально. Да и возникшее затишье его никак не успокаивало.

Шатун отлично помнил, что затишье бывает обычно перед бурей, так что предпочитал быть к ней готовым. Тюк хлопка он уже успел переработать в бездымный порох, но патроны к ним он собирался использовать как снайперские. Для этой цели он и новый карабин заказал. Точнее, уже полноразмерную винтовку, на которую по его чертежам Митрич делал глушитель. Мысль изготовить что-то вроде «Вала» или «Винтореза» он вынужден был отбросить, ввиду слабой технологической базы.

Но совсем отказываться от этой идеи Руслан не стал. Хоть один такой ствол, но Митрич сделать сможет. Пусть долго и дорого, но все-таки. Это будет хоть что-то, что способно выручить в сложной ситуации. А пока приходилось надеяться на сборную солянку и золотые руки мастера. А пока Шатун медленно и печально обрабатывал кислотой говяжий жир, купленный на базаре. К вечеру, аккуратно убрав в тайник очередной горшок с нитроглицерином, Руслан испустил облегченный вздох и, переведя дух, тихо проворчал:

– Блин, так и поседеть не долго.

Наведя порядок, Шатун запер мастерскую и, попрощавшись с охраной, сел в седло. Спустя час он постучал в дверь дома Саньки. Коня парень оставил дома. Дверь распахнулась, и Санька, тихо взвизгнув, повисла у него на шее. Внеся девушку в дом, Руслан поставил ее на пол и, осторожно поглаживая по спине, тихо проворчал:

– Ты чего?

– Думала, не придешь, – еле слышно всхлипнула девушка.

– Я же обещал, – пожал Руслан плечами. – А кто-то обещал меня накормить, – поддел он подругу.

– Ой, сейчас, – спохватилась Санька и, оторвавшись от него, метнулась на кухню.

Сняв папаху и помыв руки под новомодным рукомойником, из которого вода выливалась едва не быстрее, чем попадала в него, Шатун прошел в небольшую, но уютную столовую и присел к уже накрытому столу. Санька внесла фарфоровую супницу и, поставив ее на стол, сняла крышку.

Принюхавшись, Руслан хмыкнул и, заглянув в тару, удивленно спросил:

– Это ты готовила?

– Ага. Ты сказал, что местную кухню любишь, вот я и решила, – улыбнулась девушка.

Кавказский суп боз-баш, с крупным турецким горохом и бараниной, пах так, что Руслан на минуту забыл, где находится. Хлебая прозрачный, пряный бульон, он щурился от удовольствия, даже не пытаясь скрывать своего наслаждения. За супом последовал аджаб сандал. Рагу из баклажанов, картофеля и мяса. Наевшись до одури, Руслан откинулся на спинку стула и, удивленно глядя на подругу, проворчал:

– Саня, ты просто богиня на кухне. Так вкусно я даже в ресторане не ел.

– Что, правда понравилось? – с жадным любопытством уточнила Санька.

– Слово чести, – решительно кивнул Шатун.

– Вот и слава богу, – улыбнулась девушка, быстро собирая посуду.

* * *

– Как дела? – весело поинтересовался Руслан, вваливаясь в кабинет начальства.

– Еще не понял, – ответил граф с некоторой растерянностью.

– Чего это вдруг? – моментально насторожился Шатун.

– Маменька приехали, – вздохнул Рязанов. – Вчера весь вечер бегал, словно ужаленный, пытаясь их устроить поудобнее. А сегодня с утра пришлось везти в лечебницу. Благо с доктором заранее сговорился. В общем, четыре месяца придется ее на ванны возить и водой минеральной поить.

– Дом уже присмотрел? – быстро уточнил Руслан.

– Нашел один, но уж больно дорого, – смутился майор.

– Миша, ну не начинай, а, – скривился Руслан. – Оговорено уже все двадцать раз. Цифру назови, и уймись на том.

– Тридцать рублей в месяц просят. И это без прислуги, – вздохнул Рязанов.

– Сейчас домой съезжу, привезу, – решительно кивнул Руслан. – А с прислугой что делать станешь?

– Да попросил уже Матвеевну присмотреть кого, – в очередной раз вздохнул граф.

– Ладно. Она тут и без нас разберется, – одобрил Шатун. – И еще. Коляску мою можешь пока маменьке отдать. Все одно я или пешком или верхом. Только коня купить придется. Ладно. По делам нашим скорбным есть чего? – сменил он тему.

– Нападения мелких банд участились. Но, слава богу, не на нашем участке, – задумчиво протянул майор.

– А у нас что?

– Тишина. И меня это настораживает, – тихо признался Рязанов.

– Меня тоже, – помолчав, кивнул Руслан. – И есть у меня мысль, что все это делается не просто так.

– Объясни, – тут же потребовал майор.

– Глядя на карту местности, невольно приходишь к выводу, что кто-то очень хочет раздергать наши наличные силы и, выбрав момент, ударить. Куда, не спрашивай. Даже не представляю. Но вот не покидает меня это ощущение, – присев к столу, тихо признался Руслан. – Карта нам нужна. Подробная. Тогда можно будет хоть что-то понять.

– И как ты по карте хочешь понять, где будет нападение? – не понял Рязанов.

– Миша, ну ты словно кадет-первокурсник, – фыркнул Руслан. – Забыл, что у нас тут вокруг горы?

– Забудешь тут, – хмыкнул граф.

– Миша, турки с какой стороны гор? – вздохнув, спросил Руслан.

– С той, и что?

– Так. Похоже, приезд маменьки тебя окончательно пришиб, – не удержавшись, поддел приятеля Руслан. – Горы – это перевалы. А перевалы, это возможность перевести войска на нашу сторону. И имея подробную карту, мы сможем хотя бы приблизительно представить, где можно быстро перевести достаточное количество войск, чтобы устроить тут местный филиал театра военных действий. Теперь понял?

– Угу, – мрачно кивнул майор.

– А теперь скажи, у кого имеется подробная карта этих мест?

– Ну, если только запрос в императорское географическое общество отправлять, – задумчиво протянул Рязанов. – Если где и есть такая карта, то только там.

– И кого пристрелить надо, чтоб такую карту получить? – не сдавался Руслан.

– В генштаб запрос посылать надо, – снова скривился майор.

– Пиши генералу, – решительно потребовал Шатун. – Подобные запросы только через него пропихнуть можно. А лучше Татищеву и Тарханову сразу. Первый все это правильно оформит, а второй генерал-губернатору на подпись подсунет, чтобы в генштабе под сукно не положили.

– Попробую, – нехотя согласился майор.

– Ты чего вздыхаешь? – не понял Руслан его реакции.

– Да не хочется начальству о себе лишний раз напоминать, – вдруг признался Рязанов. – Думаешь, о том, чтобы нас в другие места перекинуть, там уже забыли? Нет, брат. Шалишь. Такие дела так просто не забываются. Тем более что в городе уже который месяц тихо. А в округе никаких нападений нет. Вот вылезем, и повесят на нас еще кучу всего.

– М-да, не хотелось бы, – понимающе кивнул Руслан. – Но ведь тут как все это подать.

– В каком смысле? – насторожился майор.

– В прямом. Ты, когда писать станешь, как бы между строк намекни, что карта нам не просто так нужна, а для определения места нападения противника. Мол, имеются оперативные сведения, которые еще предстоит долго и нудно проверять.

– Какие сведения? – быстро переспросил граф.

– Тьфу ты. Вечно забываю, что вы некоторыми словами еще и не пользуетесь, – удрученно буркнул Руслан. – Скажи, сведения имеются. Но не проверенные.

– Предлагаешь начальство обмануть? – снова помрачнел Рязанов.

– А в чем обман? – развел Руслан руками. – До возможного перехода противника мы додумались? Додумались. Проверить это как-то надо? Надо. А как это сделать? В нашем случае только по карте. Подробной, – закончил он, подняв указательный палец. – Не будем забывать, что почти все перевалы перекрыты кланами непримиримых. И вообще. Наша работа в чем заключается?

– И в чем же?

– В предотвращении всяческих происков иностранных лазутчиков против устоев империи. В предотвращении. Услышал? А предотвращать по-разному можно. В том числе и при помощи перекрытия перевалов и разрушения караванных троп.

– Предлагаешь снова твоими гранатами воспользоваться? – прямо спросил майор.

– Пока не знаю. Вот когда пойму, откуда турки полезть могут, тогда и предложу, – честно признался Шатун.

– Ладно. Напишу, – вздохнув, сдался Рязанов.

– Заодно и Лизочке Тархановой письмецо отправь, – тут же поддел его парень. – И не смотри на меня так. Тебе князь свое благословение дал, а ты все кобенишься.

– Отстань, – смутившись, фыркнул Рязанов. – Писал я ей. И даже ответы получал. В общем, тут все в порядке.

– Ну, хоть где-то, – улыбнулся Руслан, махнув рукой. – А вообще, Миша, у вас кто-то занимается сбором общей информации по всему краю?

– Зачем? – не понял Рязанов.

– Понятно, – помрачнев, кивнул Шатун. – Затем, друг ситный, что подобные сведения дают общую картину нападений и вообще действий противника. Не будем забывать, что непримиримые на данном этапе это тоже противник. Их используют против нас. Одно дело, когда молодые абреки ради удали дурной десятком нападают. И совсем другое, когда они по кланам сотню бойцов собирают. Как это уже было.