Текст книги "Темная адептка. Диплом по контракту"

Глава 19

Долина чёрных драконов носила название в честь самых сильных драконов этого мира. Чёрные драконы определяли внешнюю политику и защищали долину и окружающие её горы от врагов. Это были отважные крылатые воины и сильные маги, перед которыми склоняли головы другие драконьи стаи. Так вот, мой отец объявился у чёрных драконов сравнительно недавно. До этого он успел погостить у синих, красных и зелёных, где после его ухода начали пропадать… Нет, не драконы, а полукровки. И этот факт очень тревожил Шайнорана Мстительного. В Талингаре пока всё было спокойно, чёрный дракон желал, чтобы так оставалось и впредь, но не мог выслать близкого друга своего брата. Правящий дракон дал Эдриану Сатору убежище, ещё когда тот инсценировал свою смерть и умер для всего Тёмного Альянса.

Папа меня бросил.

Эта мысль упорно крутилась в голове и порождала невиданный приступ активности. Для начала я очень бодро прогулялась по Верхнему Талингару. Выменяла у смотрителя местной библиотеки неприметную книженцию, в которой были собраны сведения о ночных фуриях. Драконы не особо интересовались жизнью созданий, чьи земли находились на другом конце империи Нордшар.

Потом я так же активно побродила по артефакторской лавке и выяснила, что у чёрных драконов был прямо-таки провал в этом искусстве. Добывать камни и металл они умели, но толком их обрабатывать и наделять магией не научились. По моим скромным подсчетам, отставание технологий составляло не меньше сотни лет. Столичные артефакторы давно поставили на поток производство самоподзаряжающихся амулетов, а в драконьей лавке продавались исключительно одноразовые.

Так! Надо бы нам поднять цену.

Лавку я покидала под прицелом хмурых глаз торговца. А я виновата, что он сам захотел поболтать за жизнь и опрометчиво затронул честь всех артефакторов Тёмного Альянса?

Не расплатись я заранее, мне бы ещё фиг что продали!

Потом состоялось наше активное и познавательное посещение храма. Мне было очень интересно, отчего в главном зале полыхает такой крошечный магический источник. В имперских храмах бога Мрака зловещее зелёное пламя чуть ли не потолок лизало. Солидный такой столб огня, а тут костерок затухающий. С огненным источником силы творилось нечто неладное. Я бы обязательно постаралась это выяснить, но Элмар с Икаром не позволили. Из храма меня вынесли, как невесту, на руках, а потом тем же способом тащили к подъёмнику. Нёс Элмар, Икар шагал рядом, вытирал мое лицо платочком и утверждал, что я слишком перевозбудилась.

Лавку в этот день мы так и не открыли. Элмар отправился на поиски Шайнорана, оставив Икара присматривать за мной.

А вечером меня украли.

Я примерно сидела в своей комнате, изучала приобретённые в лавке артефакты и размышляла о причинах, которые могли бы привести к угасанию природного огненного источника силы, когда почувствовала непреодолимое желание подышать свежим воздухом. Ощущение было странным, потребность глотнуть ночного воздуха Талингара стала такой острой, что у меня запершило в горле, а воздух в комнате казался удушающим.

Ментальная магия! Нет, я знала, что все чешуйчатые в той или иной степени владели этим искусством, но наивно считала, что они дальше считывания эмоций и воспоминаний не продвинулись. Хотела позвать Икара, но горло сжал болезненный спазм. Я в панике бросилась на балкон, а потом долго стояла, вцепившись в поручни, и дышала так, словно от этого зависела моя жизнь, хватала воздух ртом, словно каждый вдох мог стать последним.

Всплеск чёрной магии заставил меня вздрогнуть, но всё-таки я не обернулась. Ведь чилден-гномочки не чувствовали Тьму. Они совсем не владели магией и использовали лишь готовые артефакты.

– Ах! Что-то мне плохо! – Я вытащила из кармана платья крошечный шарик памяти, активировала и бросила на пол. В это же мгновение моё лицо облепила тонкая сеть сонного аркана.

* * *

В пробуждении в металлической клетке приятного мало, но я всё равно старалась найти плюсы. Раз я смогла проснуться – значит, всё ещё была жива, а знакомый истеричный голос одарил меня приличным запасом бодрости.

Обожаю бесить людей и нелюдей!

– Зачем я её притащил? Да потому, что это самая мерзкая чилден-гномка из всех, что я когда-либо видел! – возмущался владелец артефакторской лавки.

Я не мерзкая, а с обострённым чувством справедливости. Вот нечего ему было первому фыркать в сторону умельцев Тёмного Альянса, не услышал бы, что драконьи артефакторы отсталые.

– Слишком мелкая, а неприятности от неё могут быть огромные.

Сердце остановилось, а потом бешено заколотилось в груди. Этот голос я тоже узнала, бесконечно родной, тот, который я уже и не чаяла услышать. Перекатившись на бок, с трудом смогла сдержать тихий всхлип. В нескольких шагах от меня стоял отец. Узнавание прошибло тело не хуже аркана парализации, несколько секунд я только и могла, что лежать и смотреть. Не пошевелилась я, и когда отец подошёл поближе и холодно улыбнулся:

– С пробуждением, малявка.

И снова горло сжал болезненный спазм. Разочарование стало таким острым, что я уже не таясь завыла в голос. Стоящий перед моей клеткой мужчина выглядел, как Эдриан Сатор, говорил, как он, и даже обладал той же мимикой, но это был не он.

Я была просто обязана выяснить, что за хмырь использовал личину папы! Чёрные драконы доверяли Эдриану Сатору, и это доверие нагло использовали.

Хм! Знакомая клетка.

Только сейчас я заметила, что темница, в которой я очнулась, была похожа на те, что мы видели в доме чёрной ведьмы. И я была не единственной пленницей. В соседней клетке ютилась человеческая семья: мать, отец и трое детей. Они выглядели испуганными, тихо переговаривались и старались не привлекать внимания мага. А дальше, вдоль стены, тянулся длинный ряд клеток. И кого в них только не напихали! И людей, и орков, и гоблинов, и даже троллей. Полудраконов тоже хватало, их держали особняком, все как один находились в полудрёме, большинство сидели на полу и смотрели в одну точку.

Любоваться здесь особо было нечем. Мы пребывали в пещере, которая, судя по тяжёлому спёртому воздуху, располагалась глубоко под землёй и…

Вот Тьма!

Ощущение чёрной магии было едва уловимым, сперва я приняла его за отголосок силы притворявшегося Эдрианом Сатором, а потом осознала: маг он так себе, а чувство присутствия Тьмы давало нечто иное, и находилось оно под землей. Я пристально всмотрелась в стену пещеры, и камень дрогнул, расступился, явив мне подземную штольню, уходящую в глубь горы. Там находилась пещера, где в небольшом бассейне плескалось нечто тёмное, маслянистое и так напоминавшее дрянь, едва не утопившую Икара во время одного из кошмаров.

Икар! Ему сюда нельзя приходить!

Сунула руку в карман, чтобы проверить амулет связи, и обнаружила лишь пустоту. Во втором также не было и следа милейшей парализующей броши. К этой поездке мы основательно подготовились и приобрели не только товар, которым можно было заинтересовать драконов. Конечно, тащить мощные боевые артефакты в драконий город было бы верхом идиотизма – на входе нас и наш товар проверили с особой тщательностью – но амулеты, позволяющие переговариваться на небольшом расстоянии и отслеживать перемещения друг друга, у нас имелись.

Теперь вся надежда на сферу памяти. Ребята её отыщут и увидят, что меня похитили. Но раз уж я прибыла на место, причём не по своей воле, то надо оправдывать репутацию!

– Не нужно бояться, малышка. Тьма милосердна. Она не причинит боли, лишь раскроет свои объятия.

– Вы… Вы хотите меня убить?! – старательно клацая зубами, вопросила я.

– Тебе предстоит увидеть нечто удивительное. То, что пока скрыто от глаз этого мира. – Дверца моей клетки распахнулась, и я инстинктивно дёрнулась к задней стенке.

Да, в этот раз играть не пришлось. Мне действительно стало жутко. Слегка обнадёживало, что тип, укравший личину папы, не видел сквозь мою иллюзию. Он даже не догадывался о её существовании. Получалось, что этим талантом чёрный маг был обделён.

Ему же хуже!

Итак, под землёй в драконьей долине скрывалось нечто, напоминающее свободную Тьму. Она не искала нового хозяина, не требовала её выпить, а вместо этого с огромным удовольствием поглощала жизненную силу других.

Наличие пленников и намёки черного мага складывались в единую зловещую картину. Неясно было лишь одно: а как эта Тьма ведёт себя в присутствии других тёмных? И, кажется, у меня вот-вот появится возможность это проверить.

– Не упрямься, девочка, у меня не так много времени. Достань её! – Приказ предназначался дракону-артефактору.

Это был невысокий мужчина крепкого телосложения и с характерной формой бровей вразлет. И всё-таки для дракона он был мелковат. Артефактор гордо приблизился к клетке, прямо герой-охотник, созерцающий дичь.

– Артефакт внушения – ваша разработка, или кто подарил?

– Я его купил! – с ненавистью в голосе прошипел дракон.

– А-а-а… Сапожник без сапог. Бывает и такое.

– Да что ты понимаешь!

Мужчина сунул руку в клетку с явным желанием меня достать и выволочь наружу. Наивный! Он ещё не понял, что наши желания совпадали. Посмотрим, кто кого достанет.

Иллюзорный укус – никогда не думала, что буду радоваться тому, что в детстве меня цапнула лошадь – я сопроводила демонстрацией янтарного браслета на запястье. Ещё и камни на нём красиво иллюзией подсветила.

– Господин, она меня ударила магией!

– Идиот! Я же просил её обыскать и всё забрать! Девочка, советую отдать побрякушку. Ты же понимаешь, что она тебя не спасёт. Не усугубляй свою и без того незавидную участь.

Ага. Объятия Тьмы мне больше не обещали. Обидно!

Я только разминалась, а у некоторых уже нервы сдали.

С видом великомученицы я протянула браслет дракону, не забыв укусить его посильнее, как только наши пальцы соприкоснулись. Артефактор взвыл, потом сцапал браслет и принялся его рассматривать.

– Что там? – требовательно вопросил чёрный маг.

– Ничего не понимаю… – Артефактор с несчастным видом крутил браслет у носа.

– Теперь понятно, почему в долине артефакторское искусство так отстало. Учиться надо было лучше! – мстительно ввернула я.

А что поделать, если дракон в упор не видел, что моя побрякушка вообще на артефакт не тянула?

– Да я тебя!..

Внезапно воздух в пещере сделался тяжелее, а мои ноги стали ватными.

– Господин чёрный маг, он на меня влияет. Я сейчас в обморок грохнусь, а вы меня ещё в жертву приносить не начали… – Всю фразу я прохрипела на едином выдохе и всё-таки упала на колени.

Ничего! Дайте мне только выбраться, и я озабочусь поисками артефакта, защищающего от ментальной магии.

Словно издалека я расслышала приказ мага, и удушающее воздействие прекратилось.

– Спасибо, – вполне искренне поблагодарила я.

– Мечтаешь, чтобы тебя принесли в жертву? – Усмешка на лице фальшивого Эдриана Сатора была такой знакомой, что сердце заныло в груди.

– Хочу посмотреть, что вы тут наворотили. Тайное логово, да ещё и под носом у драконов. И вряд ли от этого недоучки был хоть какой-то прок.

– Что? Да я…

– Гарэт, заткнись. Дай побеседовать с профессионалом. – Чёрный маг галантно подал мне руку.

Я выбралась из клетки, чётко осознавая, что тёмное маслянистое нечто мне всё-таки покажут, но лучше, если я дотопаю до него сама, а не буду притащена как жертва ритуала.

Демонстративно ощупала прутья клетки и уважительно присвистнула:

– Ого! Зачарованный металл. Такой даже магу смерти не расплавить.

– Индивидуальная разработка, – с гордостью объявил маг.

– Его? – Я пренебрежительно махнула в сторону артефактора.

Бедняга сделался уже пунцовым от злости и мысленно прикидывал способы убийства одной зарвавшейся чилден-гномки.

– Моя, – скупо объявил маг.

Артефактор из этого тёмного был примерно такой же никчёмный, как и иллюзионист. Иначе стал бы он терпеть при себе этого Гарэта? Тёмный осознавал, что его прихвостень не самый сильный и надёжный союзник, но не мог привлечь другого. То, что эти двое прятали, было очень важным.

Я мрачно переводила взгляд с дракона на копию моего отца и чётко понимала: в крайнем случае придётся идти на жертву. То есть соглашаться на роль жертвы, иных способов для вызова лорда Льена у меня просто не оставалось.

Ну а пока я не жертва, а уважаемый специалист, с которым не прочь посоветоваться, а при случае и перетянуть на свою сторону. Нет, чилдены не продажные, просто эта раса ценит деловой подход.

– Сыро тут у вас. Плащиком не поделитесь? – Я не сводила алчного взгляда с чёрного мага.

У него точно был какой-то артефакт, позволяющий удерживать иллюзию, и находился он под одеждой.

Плащик мне не отдали, зато предложили прогуляться недалеко и недолго. Артефактор так вообще зловеще прошипел, что замерзнуть я не успею. Бедняга ещё не понял, что я выросла в глазах его работодателя, чёрный маг нас сравнивал, и это сравнение было не в пользу дракона.

В потайной пещере находилась Тьма, с каждым шагом её ощущение становилось острее, а в моей голове раздавался лёгкий нетерпеливый шепот:

– Тёмная. Наш-ш-ша…

Где-то я уже это слышала.

Я шла по узкому тоннелю, чей мрак едва разгонял крошечный светлячок, и изо всех сил старалась замаскировать ауру.

Чёрный маг до сих пор не почувствовал мою Тьму. Какая бы доля крови демонов ни текла в его венах, её было слишком мало, чтобы распознать маскирующуюся ночную фурию. Или же его сбивала с толку моя иллюзия.

Да, я чилден-гномочка. Милая, местами хорошая, предприимчивая и…

– Простите, а вы уверены, что чёрные драконы не отыщут ваше тайное логово?

– Это не логово. Это храм! – внезапно рявкнул артефактор.

– Мм-м… На месте вашего бога, я бы обиделась.

Чёрный маг хотел что-то возразить, но против суровой правды не попрёшь.

– Наступит время, и к этому месту станут стекаться все истинные тёмные этого мира. Здесь, в Талингаре, будет самый большой жертвенный алтарь, а я стану верховным жрецом.

Ага. Кого-то участь захудалого чёрного мага не устраивала. Вот так всегда: сам ничего не добился, а страдают другие. И всё-таки, как он удержался, чтобы не поглотить свободную Тьму? Как избежал соблазна?

Секрет оказался прост: соблазна не было.

Плескавшееся в подземной чаше не имело никакого отношения к свободной Тьме, высвобождающейся после гибели порождений Бездны. Эта маслянистая субстанция оказалась живой и, судя по тому, что шёпот в моей голове сделался настойчивее, в какой-то степени разумной. Она чувствовала мою кровь, а раз так, то и от каменной чаши мне следовало держаться подальше. Впрочем, это прекрасно вписывалось в роль испуганной жертвы тёмного ритуала.

– А-а-а! Что это?! – Во всю мощь чилдоновской глотки заорала я и поморщилась. Эхо тут было нехилым.

– Спокойнее, Лютик. Не стоит бояться. Это…

– Нечто жуткое и зловещее. Это порождение Мрака!

Я вцепилась в мага, судорожно ища следы амулета иллюзий среди колец на его правой руке. Не то… Не то… Не то. Вот Тьма!

Меня бесцеремонно стряхнули, ещё и ладонь брезгливо вытерли. Пришлось снова обратить взор на каменную чашу.

– Это точно порождение… – Мой голос опустился до зловещего шёпота. Уловила отеческую гордость во взгляде мага и тут же добавила: – Только какое-то… недоработанное. Обычно наш творец более изобретателен. Но ничего… С бодуна всякое выродиться может. Да простит меня Мрак милосердный!

Ага! Тварюшка из бассейна меня понимала. И ей не нравилось, что я её считала водянистым отстоем. Лишь бы доказывать обратное не бросилась.

А вот артефактора проняло, покраснев от возмущения, он взвился:

– Господин, да сколько можно выслушивать оскорбления этой мелкой?!

На что господин одарил его таким взглядом, что на месте дракона я бы уже продумывала план экстренной эвакуации.

– Эта мелкая с первых секунд определила Тьму как живую, а ты месяц считал её никчемным протухшим болотцем.

Болотце это тоже услышало и заволновалось. Маг это заметил. Его глаза недобро сузились, и в тишине пещеры прозвучал приказ:

– Подойди.

– А-а-а! Не хочу! – Я повисла уже на другой руке тёмного.

И совсем он не похож на моего отца. Эдриан Сатор всегда был в отличной форме, а этого ведёт в сторону, как паралитика. В этот раз вообще чуть вдвоём на пол не грохнулись.

Но левую руку я всё же исследовала. И без толку! Орать-истерить! Как же я замучилась имитировать дуру! Хана образу солидного артефактора, ещё мой похититель сочтёт, что специалист я так себе, и решит сотрудничать с драконом, который не то чтобы артефактор… Барыга, и тот бестолковый!

– Лютик, это было не тебе, а Гарэту. Пусть взглянет в лицо нашей госпоже, чтобы помнил, кому служит.

Служит? Неужели в каменной чаше кто-то живёт? И к этому существу обращаются как к женщине.

Вот Тьма-а-а… Тьма! Сама Тьма! Не чистая сила, а нечто более древнее, зловещее и принадлежащее другому миру. Это была Тьма из самой Бездны! Какая-то часть…

Артефактор шёл к цели медленно, словно каждый шаг давался ему с трудом. Я пристально следила за чёрным магом, чтобы не пропустить всплеск его личной Тьмы, поэтому не сразу заметила два чёрных извивающихся щупальца, которые вынырнули из бассейна. Они оплели ноги дракона, и тот замер:

– Госпожа, молю, пощадите. Я готов служить вам и дальше.

– Послужиш-ш-шь… – прошипела Тьма, а потом щупальца резко дернули дракона и опрокинули в каменную чашу.

И маслянистая дрянь вспенилась, образуя огромный пузырь, внутри которого бабочкой, угодившей в лапы паука, бился драконий артефактор.

– Прекратите, оно ему делает больно! – Я вцепилась в мужской жилет и лишь тогда уловила отклик артефакта иллюзий.

Цепочка… Подвеска… Брошь!

Моя Тьма отреагировала на мысленный приказ, осторожно срезала артефакт, а дальше мне пришлось заделывать прореху в одежде магией. Сохранившаяся иллюзия Эдриана Сатора меня не смущала – без подпитки артефакта сама развеется. Намного сильнее волновала неведомая тварь из бассейна.

Орать-истерить! Я была в ужасе и на этот раз не притворялась. Лицо горело, тело сотрясала крупная дрожь, а всё из-за мерзкого ощущения узнавания. Я чувствовала себя падальщиком, которого притягивал кусок тухлого мяса.

Стальные пальцы ухватили меня за плечо, а возле уха раздался полубезумный шёпот:

– Так и знал, что я в тебе не ошибся. Тёмная чилден-гномочка, кто бы мог подумать.

А вот и дальше не думайте! А чтобы не думать было проще. Вот!

Я пнула мага по коленной чашечке, а потом ниже пояса. Да, Элмар мог бы мной гордиться! Тренировки прошли не зря!

Простонав нечто невежливое, мужчина рухнул на пол, я же побежала к бассейну.

Вот дрянь! Да чтобы ты подавилась!

Моя Тьма приняла форму гарпуна и ударила в пузыреобразный купол. Думала, что придётся создать ещё парочку, но купол лопнул с тихим пшиком, словно пробитый рыбий пузырь, и из него вывалился старик. Еле успела его подхватить и не дать упасть обратно.

Нет, я догадывалась, что в бассейне происходило нечто ужасное, ведь я видела, чем обернулся приход Тьмы в Золотой город саламандр, но к подобному оказалась просто не готова!

Я не сразу узнала в измученном седом мужчине драконьего артефактора, а осознав, кто же это, кое-как оттащила от бассейна и замерла, услышав обиженное:

– Зач-чем? Ты же наш-ш-ша…

Тёплое извивающееся щупальце мазнуло меня по щеке и ухватило за руку, разворачивая лицом к бассейну. В нём сидело жуткое существо, лишь отдалённо напоминающее женщину: тощая плоская грудная клетка, длинные, покрытые чешуёй руки и клубок щупалец вместо ног, но самой жуткой была морда. Назвать обтянутый кожей череп женским лицом у меня язык не поворачивался.

– Не нравлюсь? – уже совершенно иным голосом вопросила Тьма и превратилась в юную девушку.

Её тонким чертам могли позавидовать светлые эльфы, а тело было совершенным, но взгляд остался прежним: жёстким, расчётливым и очень голодным.

– Всё играешь, девочка?

Эти щупальца я не увидела и не поняла, что же такое произошло, пока не потеряла опору под ногами. Извивающиеся жгуты спеленали меня по рукам и ногам и подвесили в воздухе, а потом по моему телу прокатилась обжигающая волна, она беспощадно сдирала с меня многослойную иллюзию чилден-гномки, на мгновение мне даже показалось, что вместе с кожей.

– Раб, ты привёл ко мне ночную фурию… – ласково промурлыкала Тьма и мягко опустила меня на пол.

Чёрный маг, уже оклемавшийся после моего удара, такого болезненного для его достоинства, заметно побледнел. Он в ужасе всматривался в моё лицо и… узнавал!

– Да. На папу вы не тянете, – жёстко усмехнулась я, а потом сделала то, о чём уже давно мечтала.

Я выпустила Тьму, позволив ей чёрным огнём устремиться к магу. Тот выставил на его пути щит, но огонь его даже не заметил, лишь на долю секунды я уловила сопротивление, но уже спустя мгновение пламя сжигало иллюзорный образ Эдриана Сатора. Мне нужно было это сделать, чтобы убедиться до конца, чтобы поверить окончательно…

Чёрный маг сопротивлялся, пытался атаковать в ответ, но его снаряды не достигали цели, перехваченные щупальцами твари из бассейна.

– Госпожа, за что? Я же служил вам…

Захрипев, маг упал на колени, и его иллюзорная маска начала трескаться, словно старая штукатурка. Всё-таки принудительный срыв иллюзии – штука не самая приятная. Не прошло и минуты, как я увидела худощавого брюнета средних лет, использовавшего личину моего отца.

– Что вы с ним сделали? Что?!

– Я не понимаю…

– Хватит заговаривать мне зубы! Что вы сделали с Эдрианом Сатором?!

Ярость, помноженная на безысходность, разрывала мою грудь, казалось, в ней пробудился горячий источник, и он сжигал меня изнутри.

«Не сдерживай себя, Элена. – Ласковый женский голос проник в мои мысли. – Из-за него ты осиротела, лишилась дома. Будущее стало таким неопределённым. Из-за него ты плакала по ночам и чувствовала себя одинокой. Отец не успел тебя обучить, и теперь твоя собственная Тьма пугает тебя. Ты заслуживаешь компенсации…»

Вот на слове «компенсация» я и пришла в себя и с трудом сдержала крик ужаса. Глаза пекло, как во время пробуждения крови ночной фурии. Но это было не самое страшное. Теперь я не просто чувствовала Тьму чёрного мага, стоящего передо мной на коленях, я видела её, точно заключённую в живой сосуд.

Сосуд! Чёрный маг казался мне всего лишь оболочкой. Живое существо воспринималось как источник силы, и мне было так просто её забрать. Стоило лишь пожелать…

Нет! Ни за что! Чужая сила мне не нужна.

– Вот видишь. Ты ей не интересен… – холодно произнесла Тьма.

Моё сердце сжалось в груди, и то, что я уже подспудно ожидала, свершилось.

Тьма атаковала. Её щупальца устремились к магу, но вместо того, чтобы спеленать или подвесить в воздухе, они пробили ему грудь. Тёмный купол поглотил все звуки, но я-то видела агонию мага, находящегося под ним. Купол дрожал, становился более глянцевым, лоснящимся, и тогда до меня дошло: Тьма создала его не для того, чтобы скрыть крики своих жертв, она их собирала и впитывала, как поглощала жизненную силу. Расправившись с магом, она небрежно отшвырнула его тело в дальний угол, словно мусор выбросила.

– Прибери здесь!

Сперва я сочла, что приказ предназначен мне, а потом услышала шаркающие шаги. Тьма пощадила драконьего артефактора, потому что знала, он ей ещё пригодится.

Когда мужчина возник в поле моего зрения, я присмотрелась к нему повнимательнее. Тьмы в нём никогда не было, но дракон потерял нечто более важное – годы своей жизни.

А вот чёрный маг умирал…

Он лежал сломанной куклой на полу пещеры и тихонечко стонал. Наверное, именно в этот момент я и осознала саму суть Тьмы. Хищник убивает, чтобы жить, нежить – потому что не в силах унять вечный голод, но Тьма… Тьма убивала, потому что ей это нравилось, потому что в какой-то момент могла счесть, что ты ей больше не нужен или не интересен. И сейчас внимание этой твари было сосредоточено на мне.

– Посмотри на меня, Элена. Ты – моё отражение. Моя копия. Моё подобие.

Да меня сейчас стошнит!

Меня спасла лишь отработанная до совершенства маска невозмутимости, которой я прикрыла свое настоящее лицо. Тьма не должна была увидеть, насколько она мне противна.

Эльфийка исчезла. Когда я отважилась взглянуть в сторону бассейна, то узнала в сидящей в воде девушке саму себя.

Воде ли?

То, что я сперва приняла за странную маслянистую жидкость, было осквернённой жизненной силой, отобранной у других существ.

Моя копия протянула мне руку.

– Попробуй, Элена. Ты должна знать, от чего отказываешься.

Я смотрела в лицо Тьмы, словно в отражение, но в холодных глазах видела приговор. Если Тьма сочтёт, что меня невозможно перетянуть на свою сторону, то уничтожит так же быстро и безжалостно, как и чёрного мага. Значит, нужно выиграть время…

Надо рискнуть.

Лишь бы не стошнило.

Когда я всё-таки заставила себя опустить руку в бассейн, у меня перед глазами стояло изображение коленопреклонённого лорда Льена. Главнокомандующий знал, как противостоять этой напасти. Однажды ему уже удалось оставить Тьму в дураках, и сейчас я отчаянно жалела, что не смогла набраться храбрости и обсудить с ним произошедшее в Золотом городе.

И всё-таки в доме ведьмы лорд Льен показал мне нечто очень важное. Там я увидела, что этой силой можно управлять. Теперь я знала, что, какие бы желания ни терзали меня изнутри, всё определял внутренний выбор.

Я смотрела на Тьму, плещущуюся в бассейне, среди оскверненных потоков жизненной силы, и упрямая непокорность трансформировалась в нечто более осознанное, наполненное спокойной уверенностью.

Тьма видела другое. Перед ней стояла жалкая, сломленная ночная фурия. Одинокая, лишённая родителей и поддержки клана. Девушка, которая потеряла всё. Именно такой я и должна была прийти к ней. Внезапно я осознала, что всё, что со мной происходило до этого, было лишь цепочкой событий, которые должны были привести меня в эту пещеру.

Чистая сила прошила кончики моих пальцев приятным холодком. Я словно опустила руку в игристое вино, захотелось выдернуть ладонь, прижать её к щеке, облизать, а потом нырнуть в этот поток, чтобы ощутить его бодрящую свежесть всей кожей.

Тьма была силой, достойной сильнейших, но Жизнь являлась такой желанной и притягательной. Сейчас я могла впитать её, чтобы… поступить правильно. Тьма ждала, что я не устою против этого соблазна, поэтому, когда маслянистая жижа заскользила вверх по моей руке, из её горла вырвался одобрительный смешок.

– Я знала, что ты не сможешь отказаться.

Да. Не смогу. Потому что знаю, что поставлено на кон. Теперь я чувствовала не только умирающего черного мага и одряхлевшего драконьего артефактора, но и других пленников, запертых в клетки, а над моей головой сквозь толщу земли улавливались сотни других жизней – потайная пещера находилась под Талингаром.

Передача силы совершилась мгновенно, стоило только пожелать, и облачко белоснежного пара, расщепившись надвое, укутало пострадавших и…

Дальше я ничего не увидела, потому что Тьма взвыла и атаковала. Осознав, что я не стала послушной марионеткой, она ударила щупальцами, но они лишь скользнули по стенке защитного купола. Я создала совершенную защиту, ведь сейчас у меня под рукой находился практически бездонный источник силы.

– Решила поиграть, девочка? Всё равно ты сдохнешь и тогда сильно пожалеешь, что дерзнула… Обокрасть! Саму! Тьму!

Богиня взвыла диким зверем, теперь она возвышалась надо мной гигантским исполином, её ноги были в обхват моего туловища, а голова подпирала потолок, но мне было плевать, я не реагировала на очередную фальшивку. Я сама могла создавать не хуже, а ещё теперь я знала, на что направить поглощённую силу. Она устремилась туда, где подвывали от ужаса пленники в клетках. Тварь из Бездны вывела их из транса в надежде использовать страх несчастных и… сильно просчиталась.

Безграничная сила даёт безграничные возможности, и я использовала их для открытия порталов. Я выкачивала силу из бассейна, уже не обращая внимания на беснующуюся богиню. В конце концов, если ей что-то не нравилось, могла проваливать обратно в Бездну. Здесь её никто насильно не держал!

Момент перехода пленников сквозь порталы промелькнул перед глазами смазанной картинкой, зато опустевшую более чем наполовину каменную чашу я теперь рассматривала в деталях. Я слышала вопли Тьмы и понимала, что теперь не оставлю ей ни капли собранной силы.

– Да чтоб ты лопнула, жадная тварь!

Тёмные щупальца взметнулись вверх, но ударили не в мой защитный купол, а пробили стены пещеры. Каменный свод загудел, сверху посыпались камни…

– Ненавижу-у-у!

Ну раз меня уже и так не любят…

Я, не особо церемонясь, плюхнулась в чашу и в тот же миг взвыла от боли. Сила… Её было слишком много для одной зарвавшейся ночной фурии, и пусть я научилась поглощать её и использовать, моё тело корчилось в агонии. Из последних сил я направила свою Тьму вверх в попытке остановить обвал. Но вместо этого увидела голубое небо в конце тоннеля. Солнечный свет ударил по глазам, следом накатила слабость.

Н-да… Халява закончилась.

С этой мыслью я и отключилась.