Текст книги "Испанский театр. Пьесы (сборник)"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ispanskiy-teatr-pesy-sbornik-63416.jpg)
Автор книги: Лопе де Вега
Жанр: Зарубежная классика, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)
Диана, Полилья.
[Диана. Как изящны и как важны!
Полилья. На кого они похожи,
Знаете ли?
Диана. На кого же?
Полилья. На процессию монахов
И монахинь богомольных.]
Диана. Он уходит вместе с ними.
[Лишь его пренебреженье
Причиняет мне досаду,]
Но теперь пора настала
Ревность в Карлосе зажечь.
Позови его скорее…
Полилья. Кабальеро! Кабальеро!
Карлос. Кто зовет?
Полилья. Appropinquation
Ad parlandum.
Карлос. С кем же?
Полилья. Mecum[37]37
Снова испорченная латынь Полильи, означает: «Приближение для разговора. – Со мной».
[Закрыть].
Карлос. Как ты смеешь звать меня?
Ты же видишь, что внимаю
Звукам песни, как влюбленный.
Диана. Вы – влюбленный?
Это новость! Но в кого ж вы влюблены?
Карлос. У меня здесь дама сердца.
Диана. Кто ж она?
Карлос. Моя свобода.
Ей одной я поклоняюсь.
Диана (в сторону). Я-то испугалась.
Полилья (в сторону). Браво!
Он совсем уж близко к цели!
Диана. Так Свобода – ваша дама?
О, у вас прекрасный вкус!
Карлос. Вкус – лишь этого довольно,
Чтоб прекрасным счесть его:
Не нуждаются желанья
В оправдании рассудка.
Диана. Тут, однако, страсти нет.
Карлос. Есть.
Диана. Иль я не понимаю,
Иль тут страсти нет. Не может
Быть желанья без предмета.
Карлос. Нежелание любить —
Вот предмет, желанье в этом.
Раз я не хочу хотеть,
То хочу того, чего я
Не хочу.
Диана. Но отрицанье
Не дает ведь бытия;
Всем явлениям познанье
Придает одну лишь форму
Ложного существованья,
Так же точно, как и страсти:
Без причин – и следствий нет.
Карлос. Вы не знаете, сеньора,
Что такое страсть любви.
Тут предмет сужденья самый
Незнаком вам совершенно.
Диана. Но отлично мне известно,
Что познанию не нужно
Вовсе углубляться в факты,
Чтоб исследовать причины;
Философии не нужен
Опыт, чтобы их постигнуть,
Ей довольно умозренья, —
Я ж познать успела это
И на опыте сегодня.
Карлос. Как! Вы любите, сеньора?
Диана. Я хочу любить.
Полилья (тихо Карлосу). Смотрите,
Осторожней, вам готовит
Ревность западню. Намажьте
Руки маслом хорошенько,
Чтоб не влипнуть в птичий клей.
Диана (тихо Полилье). Если только есть в нем разум,
Должен он воспламениться,
Или это не мужчина.
Полилья (в сторону). Да, попался б он, наверно,
Если б не был начеку.
Карлос. Я, сеньора, весь вниманье.
Диана. Я, дон Карлос, осознала,
Что все было заблужденьем,
Что мои былые взгляды
Не согласны с здравым смыслом
И противны интересам
Государства моего,
Счастию моих вассалов
И правленью моему.
Я решила покориться
Всем бесспорным силлогизмам,
Продиктованным рассудком,
Превозмочь себя, – и вот
Я решилась выйти замуж.
Но едва лишь ум мой острый,
Позабыв свои софизмы,
Силе правды покорился,
Как тотчас же я прозрела,
И рассеялся туман,
Мне мешавший ясно видеть.
Принц Беарнский был доселе
Безразличен для меня…
Полилья (тихо Карлосу). Превращайтесь в лед скорее…
Смажьте руки хорошенько,
Вот он, вот он – птичий клей!
Диана. Кабальеро он учтивый
И вполне любви достоин,
Я ценю его высоко.
Нет его знатней по крови:
Самый знатный, смелый рыцарь
Превзойти его не мог бы.
Кто так ловок в обхожденье,
Кто изящен так в манерах,
Так в пирах великодушен,
Так в ухаживанье нежен, —
Где ж еще найти таких?
Я собою возмущаюсь,
Как, ослеплена ошибкой,
Я того не замечала,
Что теперь так ясно вижу.
Карлос (тихо Полилье). О, Полилья! Пусть все это
И притворство, – но умру я!
Полилья (тихо ему). Масла, масла – умоляю, —
Хоть и вымажетесь вы!
Диана. И решилась я, дон Карлос,
Выйти замуж. Но хочу
Посоветоваться с вами,
Зная вашу осторожность.
Как вам кажется, Беарнский
Будет мне достойным мужем?
Даст он блеск моей короне?
Я его считаю лучшим
Из поклонников моих.
Что вы скажете на это?
Вы как будто побледнели?..
Иль вас это поразило? (В сторону.)
Нанесла я рану больно,
По его лицу я вижу:
Кровь отхлынула от щек…
Вот чего я добивалась!
Полилья (тихо Карлосу). Э, сеньор!
Карлос (тихо ему). Нет больше сил!
Полилья (тихо Карлосу). Да встряхнитесь же, несчастный,
Иль завязнете в силках.
Диана. Вы молчите? Что же с вами?
Вы взволнованы как будто?
Карлос. Удивлен, по крайней мере.
Диана. Чем?
Карлос. Тем, что могла природа
Две таких создать натуры
Одинаковых и равных
В свойствах, в чувствах, как мы с вами.
В вас я вижу свой портрет.
Но давно ли вы, сеньора,
Возымели эту мысль?
Диана. О, давно уже борьба
У меня в душе творилась, —
И вчера я покорилась.
Карлос. Удивительно! Вчера
Полюбить и я решился, —
Совпаденье-то какое!
Слепота и мне мешала
Видеть красоту любимой,
То есть той, кого намерен
Я любить и кто достоин
Самой пламенной любви.
Диана (в сторону). Без сомнения, победа.
(Ему.) Так откройтесь мне, ведь я
Ничего от вас не скрыла.
Кто она?
Карлос. Могу гордиться
Выбором своим, сеньора:
Синтия – моя любовь.
Диана. Как?.. Кто?.. Синтия?
Полилья (тихо Карлосу). Чудесно!
Молодец, сынок! Врага
Тем же поразить кинжалом,
Что направлен на тебя, —
Это способ хитрецов.
Карлос. Да, не правда ли, сеньора,
Вы одобрите мой выбор?
В жизни не встречал красивей
И умней ее, поверьте.
Что за прелесть, и учтивость,
И изящество, – не правда ль,
Счастье полюбить такую?
Что вы скажете на это?
Вы как будто недовольны?
Диана (в сторону). Все во мне похолодело.
Карлос. Вы молчите?
Диана. Не могу я
Слов найти от удивленья.
Можно ль быть таким слепым?
В Синтии не замечала
Этих свойств я до сих пор.
Ни ума, ни красоты,
Ни любезности… Вас просто
Ослепляет страсть.
Карлос. Ужели?
Так и в этом мы похожи?
Диана. В чем же?
Карлос. Как от ваших глаз
Скрыта Синтии вся прелесть,
Так и я понять не в силах,
Чем Беарнский принц пленил вас?
В этом наше с вами сходство:
Говорим мы оба дурно —
Я о том, кто дорог вам,
Вы о той, кого люблю я…
Диана. Что же? Раз таков наш вкус, —
Каждый своему и следуй.
Карлос (в сторону). Плохо дело.
Полилья. Не смущайтесь,
Козыряйте: взятка ваша.
Карлос. Разрешите ж удалиться,
Я пойду теперь спокойно
На призыв моей любви.
Я боялся вам открыться,
Но теперь, когда я знаю,
Что всецело совпадают
Наши мысли и желанья,
Я смущение забыл.
Диана. Вы идете к ней?
Карлос. Сейчас же.
Диана (в сторону). Ах, я вне себя! Что делать?
Полилья (тихо Карлосу). У бедняжки карта бита.
Карлос. Честь имею.
Диана. Погодите…
Вы же умный человек.
Можно ль в слепоте позволить
Чувству разум обмануть?
Разве Синтия красива?
Из каких речей иль мыслей
Стал вам ясен ум ее?
В чем ее очарованье?
Полилья (Карлосу). Пять и шесть, теперь ходите,
Козыри у вас: Диана
Проигралась в пух и прах.
Карлос. Что сказали вы, сеньора?
Диана. Что у вас ужасный вкус.
Карлос. Вкус мой плох? О нет, сеньора…
Там вон Синтия проходит,
Полюбуйтесь на нее.
Даже издали нельзя вам
Красоты не разглядеть.
[Эти кудри золотые,
Тесно их схватила сетка:
Можно ль быть мне на свободе,
Если кудри те в плену?
На чело ее взгляните,
Лик венчающее дивно,
И на очи, от которых
Солнце, и луна, и звезды
Свет заимствовали свой.
Что за очи, вы взгляните!
Хоть и черные они,
Но мои глаза им служат,
Словно черные рабы.
А уста – красней кораллов:
Цвет их будто бы окрашен
Кровью сердца моего.
Беломраморная шея,
Точно шейка серой цапли,
Гордо к небесам вздымает
Красоты своей полет.
Этот тонкий стан прелестный, —
Описать его нет силы:
Он нежней и деликатней
Всех моих глубоких дум.]
Нет, я был слепым, сеньора,
Лишь теперь ее я вижу.
Впрочем, раньше был слепым я,
А теперь я стал безумцем,
Что при вас себе позволил
Восхвалять другую даму.
О, простите!.. Но дозвольте
Мне у вашего отца
Испросить ее в супруги,
И Беарнского я кстати
С вашим выбором поздравлю. (Уходит.)
Сцена VIДиана, Полилья.
Диана. Где ты, мужество мое?
О, вулкан в груди бушует!
Что за пламя жжет мне душу?
Я пылаю, я сгораю!
Полилья (в сторону). Вот, теперь свалилась фига
И попала прямо в рот!
Диана. Лоскуток!
Полилья. Моя сеньора?
Вот наглец! И как могли вы
Не наброситься на дурня,
И его не исцарапать,
И не выщипать бородки —
Волосок по волоску?
Диана. Не владею я собою.
Полилья. И своими ноготками
Не владеете, я вижу.
Диана. Лоскуток! Во мне пожар!
Полилья. Нет, скорей гроза, сеньора.
Диана. Я унижена надменным?
Я побеждена презреньем?
Я – не я?
Полилья. Тс-тс, сеньора, —
Это, кажется, любовь…
Диана. Что та-ко-е?..
Полилья. Ну, так шкварки!
Диана. Что ты смел сказать?
Полилья. Любовь,
Я сказал…
Диана. Как?..
Полилья. Не любовь,
Так… яичница!
Диана. Что ж это?
Я… люблю?.. Нет, невозможно!
Полилья. Что же чувствуете вы?
Диана. О, безумные мученья!
Что же это за болезнь?
Полилья. Дайте пульс, – и все узнаем.
Диана. Прочь, не раздражай меня!
Я в таком безумном гневе,
Что себя убить готова!
Полилья. Как у вас надулись жилки —
То болезни острый приступ.
Диана. Что ты у меня находишь?
Полилья. Страшной ревности припадок.
Диана. Что ты смел сказать, презренный,
Сумасшедший, негодяй?
Я – ревнива? Как ты смеешь?
Прочь сейчас же! Вон отсюда!
Полилья. Но, сеньора…
Диана. Убирайся,
Или выбросить сейчас же
Из окна тебя велю! (Плачет.)
Полилья (в сторону). Вот и полилась водица.
Ну, иду, иду, сеньора!..
Разве жизнь мне не мила? (В сторону.)
Матерь Божия, что с нею!
Ну, когда платочек мокнет,
Лоскутку не сдобровать. (Уходит.)
Сцена VIIДиана, одна.
Диана. Как, в сердце у меня пожар горит тревожно?
Не верю! Разве может что-нибудь
Зажечь вот эту мраморную грудь?
Мне лжет мой страх… Но нет, сомненье невозможно!
Увы! Хотела я создать себе трофей
И победить его надменное презренье, —
И что ж? Огонь любви зажег во мне влеченье, —
Дверь сердца моего пришлось открыть скорей.
Увы, не знала я, что это так опасно!
Хотела я поджечь соседа дом —
И вместо этого зажгла пожар в своем.
Тут удивляться было бы напрасно, —
Ведь поджигатель должен знать,
Что первой жертвою всегда он может стать.
Сцена VIIIВходит принц Беарнский.
Принц Беарнский (в сторону). Какое счастие, мой бог,
Лишь только б не было обмана!
Но здесь она, моя Диана, —
Сеньора, я у ваших ног!
Простите мне, я ждать не мог.
Быть может, это слишком смело…
Но… то, что слышал я сейчас…
Молвы уже разнесся глас…
С ума свести меня успела
Возможность милости от вас!
Диана. То говорите вы со мною?
Я не пойму вас: глас молвы?..
Какая милость? Что такое?
Принц Беарнский. Граф Карлос мне сказал, что вы
Согласны стать моей женою.
Диана. О! Глупо было вам сказать
О том, чего не мог он знать,
Еще глупей – поверить было.
Принц Беарнский. Ум знал, что счастью не бывать,
Меж тем надежда сердцу льстила.
Но ведь от вас я чуда ждал,
Как ждем чудес мы от святыни.
Когда б я сомневаться стал,
То этим я бы отрицал
Все ваши качества богини.
Я верил – вера лишь виной
Моей любви и поклоненья.
Молю мне это заблужденье
Простить во имя веры той,
Что так давно владеет мной.
Диана. Себя вы дерзко возомнили
Достойным стать любви моей!
Принц Беарнский. Но если б вы меня любили,
Меня б вы этим озарили.
Я думал тут о вас скорей,
Никак не о себе, ничтожном…
Диана. Граф Карлос с этим слухом ложным
Явился к вам?
Принц Беарнский. Сеньора, да.
Диана (в сторону). Я умираю от стыда!
Как мог он быть таким безбожным!
Когда бы он меня любил,
Так никогда б не поступил.
Какое сердцу оскорбленье!
Любовь, сдержи свой гневный пыл:
Так вот – «презренье за презренье»?!
Принц Беарнский. Плохой я, видно, выбрал путь,
Чтоб благосклонности добиться.
Хочу к отцу я обратиться,
Чтоб вашу милость мне вернуть.
Иду к нему – пусть ваш отец
Свое произнесет решенье
И вымолит у вас прощенье.
Пусть заслужу я, наконец,
Желаний всех моих венец. (Уходит.)
Сцена IXДиана, одна.
Диана. Что со мной? Не понимаю,
Я пылаю, я сгораю.
Если это месть любви,
Так за что ж такая кара?
Я люблю! Презренье графа
Мне всю душу разрывает.
Этот лед меня зажег…
Бог любви, чтоб доказать
Власть божественной десницы,
Наказуя гордость сердца,
Превратил снега в пожар.
Что мне делать? Горе, горе!
Сердце пробует напрасно
Победить свои мученья.
Средство есть одно: признанье…
Что сказала я? Признаться
Мне самой в своей ошибке?
Мне – сказать, что я люблю?..
Ах, вот Синтия! Не надо
Честь свою мне забывать.
И любовь меня терзает,
И молчать о ней мне трудно.
Сцена XВходят Синтия и Лаура.
Синтия. О, Лаура! Не могу я
Счастью своему поверить.
Лаура. Раз оно в твоих руках,
Верь не верь, а будь довольна.
Синтия. Повинуясь узам крови,
Также долгу уваженья,
Я сюда пришла просить вас,
Чтоб к тому, кто избран мною,
Были благосклонны вы.
Карлос, граф Урхельский, просит,
Чтоб женой его я стала.
Это – верх моих желаний;
Брак такой – венец лавровый
Родовитости моей.
Любит он меня, сеньора,
Просит он руки моей.
Мне для счастья не хватает
Только твоего согласья.
Диана (в сторону). Вот он, строгий суд амура!
За обидою обида…
Не побеждена ль я разве?
Так чего ж еще ты хочешь,
Бог жестокий, бог-тиран?
Синтия. Что же ты молчишь, Диана?
Диана. Я задумалась невольно
Над превратностью судьбы.
[Сердце бедное – в мученьях,
В колебаньях и надеждах,
Для мечты неуловимой,
Ускользающей живет.
Потому что ты стремишься
К ней, бежит она проворно
От тебя и вероломно
Отдается в руки тем,
Что ее и не искали.]
Ранена презреньем гордым,
Карлоса хотела я
Победить – кокетством, лаской,
Тонкой лестью… Все напрасно!
Отвечал он равнодушьем…
Ты его не соблазняла,
Он же от меня бежал,
Чтоб попасть в твои объятья.
Я ослепла от обиды.
У меня пришла согласья
Ты просить на этот брак, —
Я же милости прошу
У тебя – отмсти обиду,
Откажи ему. Пусть Карлос
Сам рыдает, молит, плачет
От презренья твоего.
Пусть сжигает то же пламя
И его, что жжет меня.
Отомсти ему за гордость,
Будь с ним мрамором холодным,
Пусть он мучится, тоскует
От любви неразделенной…
Синтия. Что ты говоришь, сеньора?
Он меня не оскорблял,
Так за что ж его я буду
За любовь ко мне карать?
В том меня ты убеждаешь,
Что сама ты осуждаешь?
Если в нем презренье плохо —
И во мне не лучше будет.
Я любить его готова,
Если любит он меня.
Диана. Ты – любить его готова?
Ты любима им, а я —
А меня он презирает?
Ты его женою будешь, —
У меня ж пускай хоть сердце
Разобьется на куски!
Ты его узнаешь ласки, —
Мне ж презренье ледяное,
Нарушая все законы,
Будет душу жечь огнем?
Раньше – Богом я клянусь —
Обе ваши жизни станут
Пламенной добычей мести,
Раньше собственной рукою
Из груди я вырву сердце,
Где навек он поселился
Мне на муку и на горе, —
И умру я вместе с ним,
Чтоб его изображенье
Уничтожить в бедном сердце!
[Он тебе супругом будет,
А меж тем горю я страстью,
Обожаю отвращенье
И презрение ко мне!] (В сторону.)
Боже… что я говорю!..
Честь свою я унижаю!..
[Лгут уста мои, да, лгут,
Но они не виноваты:
Ведь безумным сердце стало—
Как устам разумным быть?
Но я покоряюсь горю:
Пусть из одного несчастья
Две беды произойдут.]
Так умри ж, любовь! Ты, сердце
Неразумное, умри!
И восстань, былая гордость! —
Друг мой, Синтия… Граф Карлос
Хочет быть твоим супругом,
[И беспечности твоей
Отдает амур все то,
В чем моей безумной страсти
Отказал он, – пусть так будет,
Выходи же за него,
Наслаждайся чистым счастьем
В сладостном плену любви.
Я сломить его хотела,
Но усилья тщетны были;
Вижу я, безумьем было
Мне пытаться это сделать:
Тут судьбы решенье было.
Так мы видим постоянно,
Что счастливый получает
То, о чем мечтал несчастный,
И для женщины – не слава,
Не победа быть любимой,
А влиянье тайных звезд.
Если я им не любима,
Это ведь не умаляет
Красоты моей нисколько,
Это просто означает,
Что судьба решила так.
Не сбылись мои желанья…]
Будь счастливой – за меня.
Дай ему свое согласье;
Пусть твое ликует сердце
От любви его и ласки…
Обними его… (В сторону.) О боже,
Я себе пронзила сердце!
Нет, противиться не в силах
Я смятенью чувств моих!
Вся душа моя пылает…
И к чему стараться скрыть
Пожирающее пламя?
По глазам моим все видно.
Больше не могу таиться.
Тщетно лгут мои уста —
Разве скрыть возможно пламя,
Если ясно виден дым? —
Синтия, я умираю!
Ах, меня мое безумье
Привело к ужасной бездне,
И амур, как божество,
Покарал мою гордыню.
В шалостях амур – ребенок,
Оскорбленный – грозный бог.
Я люблю, – о, наконец-то
Я сказала это слово!
Я тебе во всем призналась,
Не боясь себя унизить,
И в своих руках ты держишь
Столь желанную победу, —
Так скажи: достойно ль будет
После этого признанья
Надо мной торжествовать?.. (Уходит.)
Сцена XIСинтия, Лаура.
Лаура. Ну, не бред ли настоящий!
Точка в точку все случилось!
Синтия. Что ты говоришь, Лаура?
Лаура. Как плодом запретным стало
Это кушанье, Диана
Исцелилась от презренья
И любовью заболела.
Синтия. Ах, Лаура, что ж мне делать?
Лаура. Осмотрительною быть
И держаться хорошенько
За Беарнского, покамест
Не распутается все.
Синтия. Тише… вот идет граф Карлос.
Сцена XIIВходят Карлос и Полилья; те же.
Полилья. Ну… горячая припарка
И презрения Диану
Быстро возвратила к жизни.
Славный случай излеченья!
Карлос. Если только это правда,
То победа велика.
Полилья. Да, она совсем здорова,
Так как вся кипит от злости.
Карлос. Неужли ею я любим?
Полилья. Как еще! Клянусь святыми,
От нее я убежал,
Потому что испугался,
Как бы всех других она
Не прикончила и вовсе,
В том числе меня.
Синтия. Граф Карлос!
Карлос. Синтия, краса красот?
Синтия. Ваше счастье принесло вам
Торжества гораздо больше,
Чем согласие мое…
Над презрением Дианы
Равнодушием своим
Вы добилися победы:
Сделало презренье ваше
То, чего не в силах были
Сделать все старанья принцев, —
И Диана любит вас.
Ради вас я отказаться
От своих надежд готова,
Чтоб доставить вам победу.
Карлос. Что сказали вы, сеньора?
Синтия. Мне сама она призналась,
Что безумно любит вас.
Полилья. Вот так славное лекарство!
Право, ни в одной аптеке
Не найдется лучше средства
Для таких капризных женщин,
Чем такой хороший пластырь,
Жгучий пластырь из презренья.
Вот идет отец Дианы,
С ним и принцы; хоть победа
И за вами, все же будьте
С побежденной начеку.
Сцена XIIIВходят граф Барселонский, принц Беарнский, дон Гастон.
Граф Барселонский. Принц, этой новостью я счастлив бесконечно,
И вас я за нее благодарю сердечно…
В ответ – охотно отдаю
Вам мой венец и дочь мою.
Дон Гастон. Хоть счастье выпало, сеньор, не мне на долю,
Но на судьбу роптать себе я не позволю.
Мне принц Беарнский – друг и брат,
И я его победе рад.
Я позабыть готов былые все стремленья
И приношу ему от сердца поздравленья.
Кapлос. Я также искренно вам это говорю.
Принц Беарнский. Граф Карлос, от души я вас благодарю,
И тем же вам могу ответить смело:
Вас небо Синтией вознаградить хотело,
Такую вы нашли владычицу себе,
Что вашей стал бы я завидовать судьбе,
И только потому завидовать не стану,
Что небеса послали мне Диану.
Диана выходит, но стоит так, что ее не видно за драпировкой.
Диана (в сторону). Куда влечет меня моя слепая страсть?
Ужели я могла так низко пасть?
От ревности, от гнева умираю,
В волнении, как поступить, не знаю.
Вот мой отец, и принцы вместе с ним…
Да, если будет рок неумолим
И разобьет мою надежду беспощадно,
Я вместе с ней умру…
Граф Барселонский. Граф Карлос, мне отрадно
Узнать, что вам мила племянница моя.
Свое согласие даю охотно я,
И для меня такое утешенье
Благоразумное Дианино решенье, —
Не стану медлить я, мне дорог каждый час,
И обе свадьбы мы отпразднуем зараз.
Диана (в сторону). О боже! Я умру!..
Полилья (тихо Карлосу). Диана слушает: смотрите ж,
будьте ловки.
Немало нужно вам сноровки,
Чтоб выиграть в конце концов игру.
Карлос (графу Барселонскому). Граф, я прибыл в
Барселону,
Чтоб должное воздать
Гордой прелести и чарам
Вашей дочери Дианы.
И хоть Синтии прекрасной
Прелесть нежная успела
Заронить мне в сердце нежность,
Но Дианы гордый дух,
Что с моим так странно сходен,
Надо мной такую силу
Взял, что сделать не решусь я
Ничего, что было б ей
Неприятно, неугодно:
Дивное ее величье
Понуждает волю сердца
Для нее одной лишь жить.
Если б Синтии руки
И просил я, – только воле
И желаниям Дианы
Подчиняясь, как своим.
Граф Барселонский. Кто же может сомневаться
В том, что этот брак вполне
Дочери моей угоден?
Полилья. Пусть графиня вам на это
Даст сама ответ, сеньор.
Я прошу ее об этом.
Диана (выходя). Да! Я все скажу! Отец мой,
Вы одобрите мой выбор,
За кого бы я ни вышла
Из поклонников моих?
Граф Барселонский. Все они равно достойны.
Диана. Вы же, рыцари, скажите:
Вас не оскорбит мой выбор?
Принц Беарнский. Нам закон – желанье ваше.
Дон Гастон. Повинуемся ему.
Диана. Принц Беарнский! Так супругой
Будет вам моя кузина;
Я ж тому вручаю руку,
Кто презрением сумел
Победить во мне презренье.
Карлос. Кто же это?..
Диана. Ты один.
Кapлос. Так приди в мои объятья!
Полилья. Я же вас благословляю
Во веки веков, аминь.
Принц Беарнский. Синтия, я ваш отныне.
Синтия. Я другого не желаю.
Лаура. Лоскуток, ты будешь мой!
Полилья. Хлопайте же нам, сеньоры,
Я свою кончаю роль.
Хоть всего я только моль,
Поцелуй вам шлю воздушный.
Так не будьте ж равнодушны —
«Витор!»[38]38
Витор – победитель. Когда зрители одобряли пьесу, они кричали «витор». Драматурги в последних сценах обращались к аудитории с просьбой наградить их одобрительными криками «витор».
[Закрыть] крикните нам всем.
Если ж виноват он чем,
Очень просит снисхожденья
Автор пьесы и творец:
Здесь – комедии конец.
«За презрение – презренье».
Занавес
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.