Текст книги "Жизнь замечательных детей"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zhizn-zamechatelnyh-detey-32328.jpg)
Автор книги: Люся Лютикова
Жанр: Иронические детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 7
Нет, вы только посмотрите на нее! Все, как нормальные люди, похожи на уродин, а она вырядилась, будто на конкурс красоты!
А ведь я чувствовала, что произойдет нечто подобное. Вредная Аидка заявилась в ресторан в элегантном черном брючном костюме, при макияже и с волосами, уложенными красивыми волнами. Я даже не подозревала, что Макеева может быть такой хорошенькой.
– Ты чего расфуфырилась? – зашипела я ей в самое ухо. – Хочешь провалить всю операцию? Нам же ничего не заплатят!
Но бывшая одноклассница сделала вид, будто меня не слышит, и отвернулась. Честно говоря, я уже жалела, что вообще пригласила ее на подработку.
Зато Таня, третье «чудовище», не подвела. Она оказалась рыжеволосой девушкой лет тридцати с хвостиком. Таня была худенькая и такая маленькая, что едва доставала мне до плеча. Наверное, ее синие глаза и милый курносый нос понравились бы многим мужчинам, если бы не веснушки. Они покрывали все лицо девушки и даже шею. Приглядевшись, я заметила, что веснушки были даже на мочке уха. Бедная Танюша смахивала на перепелиное яйцо. И она очень неудачно была одета в длинное розовое платье, на фоне которого веснушки сливались в одно сплошное рыжее пятно. В общем, Татьяна идеально подходила на роль дурнушки.
Мы с Таней составляли потрясающе забавную пару. Алексей Невский нас похвалил, а на Аиду уставился долгим критическим взглядом. Потом он недовольно поинтересовался:
– Ну хоть дурой-то сможешь прикинуться?
– Конечно, смогу! – фыркнула Макеева.
– Тогда установка такая: за столом неси всякий вздор, хохочи, как идиотка, говори противным капризным голоском. Еще можешь чавкать.
Аида скривилась, но молча кивнула. Невский указал на мужчин, вместе с которыми подошел к ресторану:
– Знакомьтесь, девушки. Это Михаил.
Вперед выступил парень потрясающей красоты. Изящная фигура, белокурые кудри до плеч, бархатный взгляд карих глаз. Идеальный кандидат на исполнение партии Владимира Ленского в опере «Евгений Онегин» (если, конечно, «фанерой» пустить голос Лемешева).
– А это Юлий.
Нам всем кивнул молодой мужчина, внешность которого совершенно не вязалась с его «женским» именем. Это был атлет с перебитым носом – настоящий «мачо». На его широких плечах костюм едва не трещал по швам. Актер с подобным типажом в американских фильмах обычно спасает Землю от инопланетян – и выходит из битвы без единой царапины.
– А я Олег, – сам представился третий кавалер.
На фоне своих великолепных коллег он не производил особого впечатления. Под сорок, среднего роста, среднего телосложения и средней привлекательности. В общем, довольно невыразительная внешность. Однако, если бы мне предложили выбрать кандидата в спутники жизни, из всей троицы я бы предпочла Олега. Было в нем нечто, позволявшее без колебаний причислить его к уже редкому классу мужчин. Тип «тихий московский интеллигент»: адекватный, предсказуемый, ручной. Особых достижений от него не ждите, но и на изощренную подлость он тоже не способен. В общем, идеальный партнер для того, чтобы спокойно встретить старость.
Алексей коротко представил дам, а потом принялся нас напутствовать:
– Не забывайте, что вы – одна команда. Импровизируйте, но в меру. Помните, главное – чтобы клиентка осталась довольна. В принципе, вы все люди опытные, только Люся с Аидой впервые участвуют в подобном представлении. Ну что, вперед?
Тут встрял Юлий:
– Шеф, можно сразу получить гонорар? А то после прошлого раза я тебя неделю вызвонить не мог. – Его тонкий голос на удивление не подходил к могучему телосложению.
Невский достал кошелек и вручил каждому по зеленой купюре.
– Теперь – начали! Сначала девушки заходят группой, потом мужчины по одному.
От страха у меня подкосились ноги и закружилась голова. Татьяна заметила мой мандраж и шепнула:
– Не бойся, будет весело, вот увидишь.
Аидка тоже нервничала: у нее блестели глаза, а на щеках выступил лихорадочный румянец. Однако она первая переступила порог ресторана.
В зале царил приятный полумрак, в глубине на небольшой сцене оркестр негромко исполнял что-то романтическое. Метрдотель проводил нас к столику, накрытому на пять персон. Там уже сидели двое: блондинка и брюнет.
– А вот и мои подруги! – сказала девушка, вставая.
Брюнет поднялся вслед за ней.
Первое, что бросилось мне в глаза, – какая Жанна была красивая. Тонкие аристократические черты лица, точеный профиль, очень хорошая кожа. Девушка была похожа на фарфоровую куклу. Просто даже удивительно, зачем такой красавице нужна помощь в обольщении мужчин. Да они наверняка сами падают ей под ноги, словно переспелые груши!
Впрочем, в жизни бывает по-всякому. Иные симпатичные девушки убеждены, что они уродины, а настоящие бабки-ежки уверены, что весь мир должен лежать у их ног. И ведь, что самое интересное, лежит! Никакой объективной реальности не существует, есть только наши субъективные представления, которые мы и передаем окружающим. Чтобы казаться красавицей, достаточно просто вести себя, как будто ты мисс мира этого года. А у этой Жанны, наверное, слишком низкая самооценка, раз она не верит собственному отражению в зеркале.
Несколько секунд мы стояли и пялились друг на друга. Положение спасла Таня.
– Ой, Жанка, привет! – затараторила она. – Ты не представляешь, как долго мы добирались! Таксист увез нас на другой конец города. Там тоже, оказывается, есть «Гаргантюа», только кафе. Ну, не смешно ли! Привет, я Таня. – И она протянула мужчине руку для рукопожатия.
– Л-лев, – отозвался тот, заикаясь.
– Люся, – представилась я.
– Оч-чень приятно.
Я ждала, когда Аида назовет свое имя. Ведь должна же Жанна знать, как к ней обращаться! Но Макеева лишь продолжала молча таращиться на Котика. Наверное, от страха у нее отнялся язык. Я решила прийти ей на помощь.
– А это Аида, – сказала я и сделала широкий жест в сторону одноклассницы.
– Будем знакомы, – подхватила Макеева своим хриплым голосом.
Ну, слава богу, девушка ожила. Мы уселись за стол, и официант начал подносить блюда.
– Девочки, я уже всё заказала, но, если у вас есть особые пожелания, говорите, – пропела Жанна.
Аидка вяло ковырялась в тарелке, у Жанны со Львом тоже не было особого аппетита. А мы с Танюшей набросились на угощение. Поинтересоваться, как называются эти блюда, мне не хватило духу, но они были просто божественны. Я уже даже забыла, зачем мы сюда пришли.
Тут Таня попросила Котика налить ей шампанского:
– Я хочу сказать тост за именинницу.
«У кого-то день рождения?» – чуть было не ляпнула я, но вовремя прикусила язык.
Котик галантно налил дамам шампанского, и мы подняли бокалы.
Танюша произнесла небольшую, но убедительную речь. Она, мол, знает Жанночку уже тысячу лет, и всё это время подруга была просто обворожительна. Так что давайте выпьем за ее красоту.
Я подхватила эстафету, и следующий тост был посвящен великолепным душевным качествам именинницы. Мир, дескать, еще не видывал такой доброй и отзывчивой девушки, всегда готовой протянуть руку помощи сирым и убогим.
Котик слушал наши речи с несколько озабоченным выражением лица. У меня мелькнуло подозрение, что всё это мероприятие для него в тягость. Хм, возможно, мужчина и так уже по уши влюблен в Жанну. Наверняка он мечтает оказаться наедине с возлюбленной, а тут ему подсовывают каких-то страшненьких подруг, с которыми надо поддерживать беседу.
Вообще Лев Котик производил приятное впечатление. На «льва» он, конечно, не тянул – уж слишком был субтилен и заикался, но зато фамилия Котик ему очень подходила. Я не смогла определить, сколько ему лет: иногда он казался просто двадцатипятилетним парнем, а в другом ракурсе выглядел так, словно уже справил сорокалетие. Но в одном сомневаться не приходилось: Лев был при деньгах. Я не очень-то разбираюсь в мужской одежде, по понятной причине никогда не заглядываю в мужские отделы магазинов, но тут я сразу поняла, что костюм Котика стоит целое состояние. И рубашку с галстуком он наверняка приобрел не на вещевом рынке. Я уже не говорю про часы, запонки и зажим для галстука – они просто вопиют, что принадлежат обеспеченному человеку.
Краем глаза я увидела, что в ресторан вошел Михаил. Олег и Юлий уже сидели в разных концах барной стойки и неторопливо потягивали выпивку.
– Я бы тоже хотела сказать тост, – раздался хриплый голос.
Я с опаской посмотрела на Макееву. Как бы от страха она не ляпнула чего-нибудь.
Аида зачем-то поднялась и стала сбивчиво говорить про то, как важно доверять друг другу, хранить верность и соблюдать клятвы, данные в минуту страсти.
Подобные слова были бы уместнее на свадьбе. Если Аида хотела таким образом показать себя полной дурой, то у нее это великолепно получилось. Но я заволновалась: как бы сама мысль о браке не спугнула Котика. Известно ведь, с какой радостью мужчины стремятся под венец, просто за уши от ЗАГСа не оттащишь.
Впрочем, казалось, речь Аиды ни на кого не произвела особого впечатления. Лев сидел с равнодушным лицом, Жанна меланхолично попивала шампанское, а Таня продолжала наворачивать нежнейшую отбивную.
Зато после этой небольшой оплошности всё у нас пошло как по маслу. Татьяна одну за другой подбрасывала новые темы для разговора, я радостно их подхватывала и развивала, а все остальные, даже Лев, вставляли словечко.
– Люсь, а ты, кажется, похудела, – неожиданно сказала Жанна елейным голоском.
«Вот стерва!» – подумала я.
– Нет, правда, – настойчиво продолжала Жанна, – ты теперь просто худышка! Сколько удалось сбросить: пять, десять кило?
Мне очень хотелось запустить в нее тарелкой с салатом.
– Если точно, то двадцать килограммов триста грамм, – сказала я.
– Подумать только! – вскинула брови Жанна. Взгляд у нее был холодный, как у лягушки.
В общем, девушку можно понять. Собственно, этой цели и служит данное мероприятие: подчеркнуть разницу между ней, красавицей, и нами, чудовищами. Но нельзя же так по-свински. Может быть, она еще собирается сказать Татьяне, что та растет не по дням, а по часам?
Тут, к счастью, к нашему столику подошел Юлий и пригласил Жанну танцевать. Едва они успели отойти, как Аида томным голоском обратилась к Котику:
– А вы, Лев, не хотите пригласить меня на танец?
Мужчина заметно испугался и поспешно сказал:
– С-сожалею, но я уже п-пригласил Т-таню.
Мы с Татьяной обменялись недоуменными взглядами. Девушке ничего не оставалось, как вместе со Львом присоединиться к нескольким парочкам, танцующим около оркестрика. А я напустилась на Аидку:
– Немедленно прекрати свои штучки! Если не знаешь, что сказать, то просто сиди молча!
– Ты ничего не понимаешь, – отрезала Макеева и надулась.
Пока наш единственный зритель отсутствовал, я решила позвонить. Меня терзало беспокойство: как там дети? Оставив Аиду одну за столом, я отправилась на поиски телефона.
Автомат обнаружился на улице у самого входа в ресторан. Я вставила телефонную карточку и набрала номер. Трубку долго не брали, затем ответил звонкий Олин голосок.
– Как вы там? Всё нормально? – спросила я.
– Тетя Люся, ты только не волнуйся… – начала Оля, и мое сердце ухнуло вниз.
– Что случилось?! – завопила я. – С близнецами всё в порядке?
– Ничего не случилось, со всеми всё в порядке, – ответила девочка. – Так, небольшое происшествие. Но мы уже убираем следы.
– Какие следы? Говори толком! – потребовала я.
Выяснилось, что неугомонные дети решили выманить Черныша из-за плиты. Они налили в блюдечко валерьянку и поставили ее коту прямо перед носом. Естественно, он не удержался от такого искушения. Мгновенно вылакав пахучую жидкость, Черныш обезумел и стал кругами носиться по квартире. Игорек открыл крышку стиральной машины – и кот запрыгнул внутрь. Ребенок случайно нажал какую-то кнопку, и кота несколько раз прокрутило – до тех пор, пока Оля не остановила автомат. Когда Черныша выпустили из стиральной машины, его начало тошнить. Содержимым своего желудка он умудрился загадить всю ванную комнату и коридор. Непонятно, откуда столько могло взяться, если учесть, что уже сутки животное ничего не ело. И вот теперь дети совместными усилиями принялись отмывать квартиру.
– Убирать ничего не надо, немедленно ложитесь спать, – приказала я.
– Но…
– Никаких но! – отрезала я. – Всем спать!
Как говорил папа Павлика Морозова: с этими детьми нужно иметь железные нервы.
Когда я вернулась в зал, то обнаружила, что наша теплая компания увеличилась на одного человека. За столиком сидел Юлий. Богатырь явно чувствовал себя не в своей тарелке. Зато Лев, напротив, приободрился: подозвал официанта, заказал еще несколько бутылок вина, парочку новых блюд, а потом принялся громко травить анекдоты «с бородой» и первым же над ними смеяться.
Улучив момент, я шепотом поинтересовалась у Юлия:
– Что происходит?
– Ничего не понимаю, – зашептал он в ответ. – Сначала я танцевал с Жанной, довел ее до столика, а Лев стал настойчиво предлагать мне к вам присоединиться. Чуть ли не силком тащил. Ну, я и согласился. Желание клиента – закон.
Что за чушь! Наш клиент – вовсе не Котик, а Жанна. Но девушка, казалось, была совсем не против присутствия за столом еще одного мужчины. Она тоже оживилась и беззаботно хихикала над незамысловатыми шутками Котика. Хм, надеюсь, что она больше не будет приставать ко мне с похудением, иначе мои нервы могут не выдержать…
Вообще сегодняшнее представление «Красавицы и чудовищ» отошло от привычного сценария. То ли план был рассчитан неверно, то ли реакция Льва оказалась специфической, но ожидаемую ревность он так и не продемонстрировал. Мужчина встречал соперников радостно, словно дальних, но горячо любимых родственников. И настоятельно приглашал всех присоединиться к торжеству. Вскоре за нашим столом оказались и Олег с Михаилом.
По мере того как росло количество выпитых горячительных напитков, участники мероприятия раскрепощались. Первоначальная натянутость в разговоре исчезла, мигом нашлись десятки животрепещущих тем, которые все принялись с увлечением обсуждать. Определились и новые симпатии: Михаил с интересом поглядывал на Танюшу, а Юлий, как мне показалось, явно был не прочь продолжить отношения с Жанной в более интимной обстановке.
Подвыпившая Аида напропалую кокетничала со Львом. Внезапно до меня дошел ее коварный замысел: еще до прихода в ресторан однокурсница решила соблазнить богатенького Котика. Она прикинула, что на фоне двух «чудовищ» – меня и Татьяны – будет смотреться выигрышно. Вот только глупышка не ожидала, что Жанна окажется в сто раз привлекательнее ее. Естественно, что Котик уделял всё внимание блондинке и никак не реагировал на призывные взгляды и намеки Макеевой.
Наверное, я одна из нашей компании не могла до конца расслабиться: мысль о детях точила меня, словно червяк антоновку. Когда в очередной раз парочки отправились танцевать, я снова улизнула из-за стола.
Но позвонить мне не удалось. Когда я вставила телефонную карточку в автомат, выяснилось, что ее лимит исчерпан.
Рядом какая-то девица в мини-юбке трепалась по сотовому:
– Ой, ты не представляешь, какие роскошные сапоги я сегодня купила! Да, с пряжкой, на высоких каблуках. Точно такие, как мы видели в последнем номере журнала, помнишь? Нет, не те коричневые, а такие больше малиновые. Фирма – «Идиотти», самая крутая в Италии. Кожа – обалденная! И они очень подходят к моей сумочке. Нет, не к черной, а к новой, ну, той, что я отхватила на распродаже в Париже…
Когда через десять минут девица закончила разговор, я просительно обратилась к ней:
– Простите, не одолжите телефон? Мне буквально на минуту, узнать, всё ли в порядке с детьми. Я вам заплачу!
– Еще чего! – фыркнула девица, демонстративно набрала номер и опять принялась болтать.
В унынии я вернулась в зал. Лев в одиночестве сидел за столом. Он бросил на меня быстрый взгляд и поинтересовался:
– Чего такая грустная?
– Хотела позвонить, а карточка закончилась. А дома дети одни, вот я и волнуюсь…
Котик тут же достал из кармана пиджака мобильник:
– На, держи.
– Ой, спасибо! Ничего, если я выйду с телефоном из зала, а то здесь шумно? Не волнуйтесь, я вам заплачу за разговор.
– Да не надо мне никаких денег, – махнул рукой мужчина. – Главное, чтобы с детьми всё было нормально.
На этот раз трубку взял Игорек.
– Почему ты не в кровати? Зачем подходишь к телефону? – напустилась я на него.
– Так ведь он же звонил, – резонно удивился ребенок.
Я поняла, что сморозила глупость.
– Ладно, а где Оля?
– Она ушла искать Черныша.
– Господи, ну что еще у вас там произошло? – простонала я.
Игорек принялся сбивчиво объяснять. История про кота имела продолжение. Очухавшись после стиральной машины, Черныш решил подышать свежим воздухом и запрыгнул на открытую форточку. То ли его ослабевший организм не выдержал нагрузки, то ли это был сознательный шаг, но животное сигануло вниз. Квартира находится на девятом этаже. Оля побежала на улицу смотреть, жив ли кот.
– Никуда не ходите, ничего не трогайте, ложитесь спать! – страшным голосом приказала я. – Я скоро приеду. Если кого-нибудь из вас не будет в постели, накажу всех. Выпорю ремнем! Понятно?
Ребенок охнул и бросил трубку. Надеюсь, он со всех ног побежал в кровать.
Всё, я немедленно отправляюсь домой! С «Красавицей и чудовищами» пора заканчивать. Не думаю, что в данных обстоятельствах мое присутствие очень помогает Жанне обольстить Льва. Представление покатилось по каким-то странным рельсам, наверное, Алексей Невский будет недоволен. Но сам виноват: говорила же я ему, что лучше привлекать профессиональных актеров, а он уперся. Вот и пусть теперь расхлебывает эту кашу. А с меня хватит. У меня, в конце концов, дети! Я временная мать-героиня!
Накручивая себя подобным образом, я вошла в зал. И сразу же увидела Льва. Он поднялся со стула, одновременно пытаясь ослабить узел галстука. Физиономия у Котика была багровая, взгляд бессмысленно блуждал по сторонам. «И когда он только успел надраться?» – недоуменно подумала я. Нетвердой походкой Лев сделал несколько шагов, наткнулся на соседний столик и рухнул вниз, увлекая за собой скатерть. На пол с грохотом повалилась посуда. Раздался женский визг. Какой-то мужчина бросился поднимать Котика – с явным намерением набить ему морду – и тут же в ужасе отпрянул.
Внезапно оркестр перестал играть, разговоры замолкли, повисла зловещая тишина. Я осторожно приблизилась и, взглянув в лицо Льву, едва удержалась на ногах. Не оставалось никаких сомнений: Котик был мертв.
Глава 8
Весть о том, что в зале труп, мгновенно разнеслась по ресторану. Посетители, побросав ножи и вилки, потоком хлынули к выходу. Но не тут-то было: дорогу преградили два шкафообразных охранника.
– Всем оставаться на своих местах! – Громовой голос администратора перекрыл возмущенный ропот толпы. – Сейчас приедет милиция!
Посетители с недовольными лицами повернули обратно. Я заметила, как какой-то лысый толстячок настойчиво пытался всучить охраннику стодолларовую бумажку, но страж был неумолим. Отпуская ругательства, толстяк угрюмо потащился за своей длинноногой спутницей в глубь зала.
Тело Льва Котика накрыли белой скатертью в веселенький цветочек. Скатерть оказалась короткой, из-под нее выглядывали ноги в носках и дорогих кожаных ботинках. Носки были серые, под цвет костюма, а ботинки – черные. При взгляде на них у меня заныло сердце, а глаза наполнились слезами. До меня окончательно дошло, что это не представление: бедняга Котик умер на самом деле.
Мы продолжали сидеть нашей маленькой компанией. Жанна рыдала в голос, Аида с Татьяной тихонько утирали глаза, а на лицах мужчин застыло хмурое выражение.
Я наклонилась к Олегу и прошептала:
– Зачем они вызвали милицию? Ведь Лев умер естественной смертью, наверное, сердце подвело…
Мужчина пожал плечами:
– Должно быть, так положено.
Милиция прибыла на удивление быстро. Не прошло и десяти минут, как в зал вошли трое мужчин в штатском и женщина в белом халате. К мужчинам тут же кинулся администратор и принялся что-то говорить, кивая на наш столик. А женщина направилась прямиком к Котику. Откинув скатерть с покойника, она склонилась над телом, но вскоре вновь присоединилась к коллегам.
Один милиционер направился к нам, и при взгляде на его лицо мое сердце радостно забилось. Это был следователь Руслан Супроткин, мужчина моей мечты!
Руслан поднял руку.
– Вы, семь человек, пожалуйста, останьтесь, – сказал он, указывая на нашу компанию, а потом повернулся к паре, раньше сидевшей за соседним столом: – И вы тоже. А все остальные свободны!
Народ быстрым темпом засеменил к выходу. Воспользовавшись небольшой давкой, возникшей около двери, я подошла к Супроткину.
– Можно я тоже пойду домой? – Я умоляюще сложила руки. – Мне очень надо, у меня дома дети!
Он холодно на меня посмотрел:
– Гражданка, вам же велели остаться, вы свидетельница.
– Руслан, ты что, не узнаешь меня? Это ведь я, Люся Лютикова!
В глазах капитана промелькнуло содрогание, мгновенно сменившееся недоуменным узнаванием. И тут я вспомнила, в каком я чудовищном виде! О боже! Я чуть не застонала от бессилия. Если бы я знала, что встречусь здесь с мужчиной моей мечты, то ни за что, ни за какие коврижки не согласилась бы участвовать в представлении!
Понятно, почему сегодня ночью капитан мне не снился, хотя я и спала на совершенно новом месте. Теперь, когда Руслан увидел меня в таком макияже, он не только на мне не женится, но и, наверное, вообще перестанет захаживать в гости. Вот так одно незначительное совпадение ломает человеку всю жизнь.
– Что ты здесь делаешь? – спросил Руслан.
– Мы праздновали день рождения. Ну, вернее, как бы праздновали, понарошку. Это было представление для покойника.
Капитан молча переваривал информацию.
– Это твои друзья? – Он кивнул на нашу компанию.
– Нет, я их впервые вижу. Кроме Аидки, которая в черном костюме, она моя бывшая одноклассница.
– День рождения у нее?
– Нет, у блондинки.
– Ясно… – протянул Супроткин, хотя, судя по его озадаченной физиономии, он ничего не понимал.
– Слушай, отпусти меня домой, – опять взмолилась я, – у меня дети одни.
– Какие еще дети, чего ты несешь?
– Мне дали на время четверых детей, – принялась объяснять я. – Представляешь, Черныш убежал, а Оля – это старшая девочка – пошла его искать. А ведь город просто кишит маньяками, сам знаешь! Опять же близнецы еще маленькие – вдруг они выпадут из кроватки? Да и Игорек тоже может чего-нибудь выкинуть, ужасно непоседливый ребенок. Возьмет, например, и подожжет дом.
– Зачем? – в ужасе спросил Руслан.
– Ну, не знаю. Зачем вообще дети поджигают дома? Отпусти меня, а?
– Ладно, иди, – подозрительно легко согласился Супроткин, буравя меня встревоженным взглядом.
– Ой, спасибо! – Я подхватила свою сумку и устремилась к выходу.
– Подожди! – окликнул меня Руслан. – Завтра днем зайди ко мне на Петровку.
Я воспрянула духом. Значит, есть еще мужчины, для которых внешность женщины – не главное. Руслан хочет меня видеть, даже несмотря на дикий макияж. Он ценит во мне благородную душу!
– Я запишу твои показания, – добавил капитан.
Я разочарованно кивнула. Оказывается, Супроткин ценит во мне главным образом свидетельницу.
На улице я первым делом разменяла в обменнике зеленую бумажку. До Женькиной квартиры надо добираться сначала на метро, а потом на троллейбусе, которого в вечернее время не дождешься. И хотя у меня сейчас режим строжайшей экономии, я решила поехать на частнике. Не успела я поднять руку, как около меня остановилась старая красная «девятка».
– На Мосфильмовскую довезете?
– Садитесь, – отозвался водитель и открыл дверцу.
Машина покатила по вечерней столице. Разглядывая в окно подсвеченную дорожную рекламу, я мучилась одним вопросом: зачем нужны свидетели, если смерть Котика не была насильственной? В итоге я пришла к выводу, что это, должно быть, связано с определенными бюрократическими формальностями. Наверняка на каждый труп милиционеры обязаны оформить кучу бумаг, вне зависимости от того, по какой причине человек почил в бозе.
– Можете ехать побыстрее? – попросила я водителя. – А то у меня дети дома одни…
Господи, за сегодняшний вечер я произносила эту фразу, наверное, тысячу раз.
Мужчина прибавил газу и полюбопытствовал:
– Сколько у вас детей-то? Двое?
– Четверо.
Мужчина присвистнул:
– Как же вы с ними управляетесь? Тут с одним-то никакого сладу нет. А уроки небось целыми сутками проверяете?
Уроки? Вот уж что меня совершенно не волнует, так это школьные оценки моих подопечных. Если ребенку интересен какой-то предмет – пусть учится на здоровье, если же нет – не стоит его насиловать. Вот я, например, всегда терпеть не могла химию. Однако, чтобы не выбиваться из образа отличницы, зубрила эту скукотищу до потери пульса. И к чему были все старания? Ну хоть бы раз в жизни мне понадобилась формула какой-нибудь химической реакции! Я до сих пор убеждена, что химия – совершенно лишний предмет в школе, максимум, чего он достоин, – быть факультативом.
И вообще, чрезмерная образованность скорее даже мешает человеку на пути к успеху. Если почитать биографии знаменитостей, то легко убедиться, что большинство из них – недоучки. Билл Гейтс, например, так и не окончил университет. А ведь это один из самых богатых людей планеты, заработавших состояние собственными мозгами! Я уже не говорю про Мадонну или Сильвестра Сталлоне – эти, наверное, даже таблицу умножения отродясь не знали…
Водитель интерпретировал мое молчание по-своему.
– Вот и мы тоже… – вздохнул он. – В прошлом году жена перевела сына из обычной школы в гуманитарную гимназию. Все уши мне прожужжала: «Там такие учителя, такая программа, подготовка в университет!» Какой университет может быть в десять лет, я вас спрашиваю? Но она уперлась, как коза. Ладно, отдали в гимназию, каждый месяц половина моей зарплаты уходит на обучение. А сын за этот год из простуд не вылазит да из гриппа. Весь позеленел. Почему? Да потому, что там такая бешеная нагрузка, что пацану вздохнуть некогда! Сначала весь день в классе сидит, а потом весь вечер – дома, уроки учит. Все нормальные мальчишки на улице в футбол гоняют, а он, как узник, к столу прикован.
Мы подъехали к перекрестку, на котором не горел светофор, и водитель чуть не свернул шею, выглядывая транспорт по обеим сторонам. Когда опасное место осталось позади, он продолжил:
– Вот на прошлой неделе мне жена и говорит: «Помоги ребенку с домашним заданием». Ладно, думаю, чего там сложного в третьем классе? Сын показывает: надо составить стихотворение, используя слова «желтые, дождь, мокрые, листья, лица».
– Наверное, должно было получиться что-нибудь про осень, – заметила я.
– Про осень… – недовольно отозвался мужик. – Вот и учительница так сказала: надо, мол, было про осень. Как будто других тем нет! А может, у меня широкий кругозор! Может, у меня вдохновение! А она ребенку влепила «пару» да еще отругала жену на родительском собрании за то, что сын не сам написал.
– А откуда она узнала? – удивилась я прозорливости педагога.
Мужчина замялся, но потом все-таки выдал плод своего вдохновения, помноженного на широкий кругозор:
Мокрые листья,
Желтые лица,
Это китайцы идут похмелиться.
Я так громко смеялась, что водитель даже обиделся. Хорошо, что мы уже приехали. Я расплатилась и побежала домой.
Малыши уже спали, а грустная Оля сидела на кухне и читала книгу.
Я плотно прикрыла дверь кухни и спросила:
– Нашла кота?
– Нет, – покачала головой девочка, – он как сквозь землю провалился.
– Значит, жив, – утешила я ее, – наверняка спрятался в подвале. Ладно, я сама его поищу, а ты отправляйся спать. Ты завтра идешь в школу?
– Да, завтра пятница.
Я прикинула: Женька с Денисом должны вернуться в среду. Значит, мне осталось сидеть с детьми уже пять дней. Денег у нас в обрез, но думаю, мы продержимся.
Оля захлопнула книгу, и я увидела, что это «Унесенные ветром» Маргарет Митчелл. Я читала ее, наверное, раз двадцать.
– Нравится? – Я кивнула на роман.
– Да, только я пропускаю те сцены, где про войну. Это мне не очень интересно.
– Я тоже пропускала в твоем возрасте, лишь недавно осилила эти страницы.
Оля пошла в ванную, но по дороге остановилась.
– Тётя Люся, а можно спросить?
– Конечно.
– Ну вот, например… – Она собралась с духом и выпалила: – Если мне нравится один мальчик, а он не обращает на меня внимания, как заставить его в себя влюбиться?
– Он вообще не обращает на тебя внимания? – уточнила я. – Тогда это хороший признак. Возможно, он уже тайно в тебя влюблен и боится это показать.
– Нет, он общается со мной наравне со всеми, просто по-дружески. Ну, там, списывает домашние задания, на перемене анекдоты рассказывает. А я хочу, чтобы общался со мной по-особенному. Понимаешь?
Я вздохнула. Очень хорошо понимаю. Я тоже хочу, чтобы Руслан общался со мной по-особенному. Однако сегодня я, похоже, собственными руками придушила птицу своего счастья.
– Что мне делать? Как его получить? – спросила Оля, с надеждой глядя мне в лицо. – Наверное, надо за ним побегать?
– Вообще-то настоящая девочка не должна бегать за мальчиком: где это видано, чтобы мышеловка бегала за мышью? Но я обещаю подумать над этой проблемой. Уверена, мы найдем выход! Он будет твоим. Как его, кстати, зовут?
– Рональд, – ответила Оля, зардевшись.
– Иностранец, что ли?
– Нет, Рональд Пузырьков.
Час от часу не легче. Пожалуй, на сегодня мне достаточно острых впечатлений. Вот только кота найду – и спать.
Я взяла фонарик и отправилась во двор искать Черныша. На зов «кис-кис-кис» откликнулись только две собаки, которые под присмотром хозяев совершали вечерний туалет в детской песочнице. Они принялись лаять с таким остервенением, как будто я оскорбила их лучшие чувства. Через полчаса я убедилась, что искать черного кота на темной улице – занятие бессмысленное, особенно если его там нет, и вернулась в квартиру. Из последних сил умылась, доползла до дивана и блаженно вытянула ноги. Всё, спать, спать, спать…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?