Текст книги "Зачем цветет лори"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zachem-cvetet-lori-153001.jpg)
Автор книги: Марина Суржевская
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)
Лавьер оторвался от девушки, обвел пальцем контур ее губ. Такие сладкие, припухшие. Он потрогал их пальцами, чуть надавил, заставляя ее открыть рот.
– Я хочу почувствовать твои губы, Оникс, – совсем хрипло сказал он, – очень хочу.
Она смотрела на него непонимающе. Он потянул ее голову вниз, приподнял бедра.
– Оникс… Я хочу почувствовать твои губы и язык.
Лавьер придержал ее голову, ткнулся членом в губы девушки. Желание почувствовать, войти, ощутить ее горло становилось нестерпимым.
– Нет!
Оникс вырвалась, отскочила от него, в панике осознавая, чего он от нее требует. Скривилась от отвращения.
– Нет, – твердо повторила она.
Лавьер на мгновение закрыл глаза. А потом одним движением оказался рядом, не обращая внимания на потоки воды, что хлынули с него на пол. Оникс вскрикнула, рванула в сторону, пытаясь сбежать, но как сбежать от того, кто гораздо быстрее и сильнее?
Он скрутил ей руки за спиной, надавил, заставляя прогнуться, и вошел сзади, одним движением, сразу до самого конца, на всю длину, так что Оникс вскрикнула. Аид замер, тяжело дыша и пытаясь сдержаться. Он сам не понимал своей злости и несдержанности в отношении раяны. Почему он так реагирует на нее? Ненависть и отвращение в ее глазах доводили его до исступления, до потери контроля, до желания причинить ей боль, растоптать! Одним лишь взглядом она отправляла его в архар, и Лавьер хотел взять ее с собой.
Да что с ним происходит?
Он сжимал ей руки и пытался удержать свои инстинктивные движения. Вода капала с его волос на спину девушки, и аид старался сосредоточиться на этих каплях, отвлечься.
Но она была такой восхитительной, что Лавьер не мог остановиться. Он немного отклонился и снова погрузился в нее. И еще. И снова. Перехватил ее руки и прижал их к стене, приподнял Оникс колено и отвел в сторону, почти поднял ее тело, удерживая на весу. Снова вошел. С трудом удержался от желания укусить ей кожу на шее, прикусить так, чтобы потом зализывать языком, ощущая ее вкус. Но на белой шее уже не было живого места, все сплошь покрыто синяками, и он трогал губами, почти не прикасаясь, лишь втягивая воздух. Оникс молчала, стояла у стены, упершись руками, не двигалась. Белые волосы упали волной через плечо, почти до самого пола. Черный рисунок на спине девушки чуть смещался, мелко дрожали тонкие листья.
Аид двигался в ней, чувствуя упоительный запах лори, что сводил его с ума. Этот запах усиливал возбуждение и наслаждение мужчины до предела, до самой высшей невыносимой точки. И в то же время он испытывал горечь. Ему одновременно было и невероятно хорошо, и невыносимо плохо, так что эта двойственность его ощущений заставляла его рычать от злости.
Его злила ее ненависть. Он готов был сражаться с достойным противником и легко убивал, но вот так принуждать раяну, которая кусала губы, пока он удовлетворял свою похоть – было противно. И в то же время так сладко…
Лавьер задвигался резче, выплескиваясь в нее, прижался губами к бутону лори. Замер на мгновение. И, подхватив Оникс на руки, понес в спальню.
– Не дергайся. У меня есть целебник, надо смазать твои синяки.
Он положил ее на кровать, достал деревянную коробочку с тягучей белой мазью. И стал осторожно покрывать ею кожу девушки, там, где синели отметины.
– Тебе больно? – ровно спросил он.
– А что, есть разница? – так же ровно ответила Оникс.
Лавьер поднял голову, и их взгляды схлестнулись, словно две ядовитые змеи, словно два клинка.
– Никакой, – усмехнулся аид, – просто намажу больше, чтобы ты скорее пришла в себя. И была в состоянии доставить мне удовольствие, раяна.
Оникс чувствовала, как внутри ее клокочет лютая ненависть, обжигает нутро ледяной стужей. Она хотела бы заорать, но заставляла себя молчать и не двигаться, пока аид наносит мазь на ее тело. Этот мужчина вызывал в ней ужасающее желание сделать что-нибудь такое, чтобы увидеть боль в этих зеленых глазах. Сродни той, что чувствовала она. Ее просто выворачивало от этого желания. И она молчала, потому что просто боялась сорваться, боялась, что не сдержится и ударит его, зная, что любое проявление ее эмоций снова обернется против нее. Поэтому она просто перевела взгляд на потолок, внимательно рассматривая узкую трещину в углу.
Ран Лавьер тоже молчал. И просто наносил мазь на ее тело, стараясь делать это как можно нежнее.
Закончив, он отошел от кровати, вытер свое все еще мокрое тело, оделся.
– Я прикажу принести тебе еды, Оникс, – не глядя на девушку, сказал аид. – До утра можешь отдыхать. На заре мы выезжаем. И еще: я запрещаю тебе разговаривать с моими псами или посторонними людьми, если тебе будет что-то нужно, обратишься ко мне.
И вышел, не утруждая себя ожиданием ее ответа. Собственно, этот ответ аида и не интересовал.
* * *
Когда он ушел, Оникс торопливо слезла с кровати, быстро заплела волосы и оделась. Обошла свою комнатку, распахнула окно и вышла на маленький балкончик. Небо хмурилось, и накрапывал мелкий дождик. Девушка посмотрела вниз. Балкончик выходил во внутренний дворик, где было пусто, лишь в углу стоял обоз, накрытый холстиной. Оникс прикинула расстояние до земли. Второй этаж, не так уж и высоко.
Она метнулась в комнату, содрала с кровати простыню и попыталась разорвать прочную ткань, помогая себе зубами. Сил не хватало, но желание Оникс сбежать было столь сильным, что она наступила ногами на один край и дернула изо всех сил. Простыня треснула, она связала две половинки и снова бросилась на балкон, привязала один конец к перилам.
Постояла, заставляя себя успокоиться и подумать. Осторожно осмотрелась. Вокруг было тихо, где-то на улице переговаривались люди, прошуршал экипаж. Но погода не располагала к прогулкам, и большинство горожан предпочитало сидеть дома, а не мокнуть под дождем. По этой же причине и желающих постоять на соседних балконах тоже не было.
Девушка посмотрела вниз. Конец ее импровизированной веревки был высоко над землей, но она не боялась. Оникс перелезла через перила, уцепилась за простыню и скользнула вниз, обдирая ладони. Зависла над землей и разжала руки. Приземлилась она неудачно, не удержалась на ногах и упала в грязь, больно ударившись. Но тут же вскочила и бросилась к выходу, туда, где была столь желанная свобода…
Петля аркана затянулась на шее, лишив Оникс воздуха. Девушка упала на колени, судорожно пытаясь вдохнуть, чувствуя обжигающую нутро боль.
Она не заметила мужчину, что подошел к ней и оттащил ближе к стене дома. Воздух вернулся, и Оникс задышала, сглатывая и закидывая голову, ловя губами капли дождя. И только потом посмотрела на Гахара, что молча стоял рядом. В серых глазах Оникс уловила мимолетную тень сочувствия и ухватилась за это видение, как утопающий за щепку.
– Пожалуйста, помоги, – дрожащими губами прошептала она, – умоляю! Я все, что захочешь, сделаю, только помоги мне сбежать!
Гахар быстро оглянулся.
– Я не могу.
Оникс смотрела на него умоляюще, и он нахмурился.
– Даже если захочу… Я не могу снять с тебя аркан аида. У меня нет такой силы.
Девушка встрепенулась. Блондин разговаривал с ней и смотрел без агрессии, без злости, и это ободрило ее. И не было похоже на уловку. Впрочем, какой смысл в этой уловке? Она неуверенно тронула его рукав.
– Как это сделать? Как разорвать аркан? Ты знаешь? – тихо спросила она.
Блондин снова оглянулся.
– Нужно вернуться, – сказал он, – сейчас тебе не сбежать. Аид ушел в город, но не думаю, что надолго. Возвращайся в комнату, раяна.
Оникс крепче схватила его за руку, и Гахар опустил глаза, с каким-то удивлением рассматривая ее ладонь.
– Гахар, ты поможешь мне? Поможешь?
Она подошла ближе, заглядывая в его серые глаза с надеждой. Сейчас Оникс готова была первый раз в жизни использовать и свою внешность, и цветок лори, лишь бы добиться от Сумеречного того, чего она так желала, и сбежать от аида. Она не думала о том, что потребует Гахар взамен, лишь бы помог. Ран Лавьер выворачивал ей нутро, она ненавидела его и хотела освободиться, а к Гахару раяна не испытывала ничего, даже страха.
– Я… – Он замер, не в силах оторваться от омута синих глаз. Чувствуя возбуждающий запах цветка, ощущая, как напрягается от ее присутствия тело.
– Все, что захочешь, – медленно протянула Оникс.
На короткий миг ей показалось, что серые глаза стали голубыми, и она моргнула удивленно, всматриваясь. Но нет, ей лишь почудилось.
Гахар кивнул и заставил себя отойти от девушки.
– Ты сможешь забраться обратно на балкон? – спросил он, стараясь не смотреть на нее.
Оникс кивнула. Ее тело было достаточно сильным и тренированным, она хорошо лазила по деревьям и скалам, и такая высота не внушала ей никакого страха. Правда, сейчас девушка уже ни в чем не была уверена. Они слаженно посмотрели на конец веревки.
– Я… помогу, – как-то неуверенно сказал пес. Оникс снова удивленно на него посмотрела. Для Сумеречного Гахар был какой-то слишком мягкий, что ли? Хотя не ей судить, может, и среди псов встречаются нормальные люди? Она кивнула, и Гахар поднял ее, взяв за бедра, так чтобы девушка смогла ухватиться за конец веревки. Она потянулась, поставила ноги в сапогах ему на плечи, торопливо оглянулась и полезла наверх, цепляясь за простыню и не обращая внимания на боль в разодранных ладонях. Доползла до перил и перекинула ногу, мельком порадовавшись, что аид не додумался нарядить ее в платье. Свалилась на балкон и посмотрела вниз. Гахар стоял, запрокинув голову, наблюдая за ее движениями.
Оникс кивнула ему и потянула несчастную простыню наверх, торопясь убрать, пока не вернулся аид.
В комнате девушка почистила одежду и привела себя в порядок. В ее душе медленно расправляла крылья птица надежды.
* * *
До самого утра никто, кроме прислужника, принесшего еду, в комнату не заглядывал. А на заре Оникс проснулась еще до первых петухов, быстро умылась холодной водой и оделась. Так что, когда за ней пришел аид, она уже была полностью готова и даже благоразумно надела перчатки, чтобы скрыть свои разодранные ладони.
Лавьер подошел к ней, внимательно посмотрел в глаза. Оникс внутренне сжалась, испугавшись, что аид своим звериным чутьем узнает о ее попытке побега, о разговоре с Гахаром, догадается, поймет! Она накинула покрывало на кровать, надеясь, что до их отъезда прислужники не заметят испорченную простыню, которую Оникс затолкала в шкаф. Половину ночи, пока не заснула, она боялась, что Лавьер снова придет к ней и увидит голый тюфяк. И Оникс молилась небесным заступникам, чтобы не пришел. А потом провалилась в сон.
И сейчас она стояла, глядя аиду в глаза и надеясь, что на ее лице не отражаются чувства.
– Пойдем, завтракать будем внизу, – сказал Лавьер. Он отметил, что девушка в перчатках, но решил не трогать ее. Пока. – Плащ надень.
На первом этаже гостиного дома, где традиционно стояли столы для приема пищи, было пусто, кроме Сумеречных, в такую рань здесь еще никого не было. Хмурая подавальщица изо всех сил скрывала ненависть и страх, обслуживая псов. Правда, мужчинам до эмоций женщины не было никакого дела.
Оникс опустилась на лавку. Гахар коротко кивнул аиду, как и остальные, а на нее даже не взглянул. Мужчины молча ели, насыщаясь перед дальней дорогой.
Лавьер прикидывал план пути. Они и так потеряли время из-за раяны и его игр, теперь необходимо наверстать упущенное, добраться до Тайлесса, где аида уже ждали, а оттуда уже двинуться в Синие Скалы. Сумеречным было не привыкать к скачке в быстром темпе, но Лавьер думал, как такую дорогу выдержит раяна, которая и так была еще слишком слаба. Но выбора у него не было. Как и у нее.
Поэтому после быстрого завтрака они вышли под дождь и, сев на лошадей, направились к воротам из города.
* * *
Три дня слились для Оникс в мутную дождливую череду непрерывной скачки, ночевки в чужих домах и снова скачки. Порой ей казалось, что Сумеречным даже не нужны привалы и остановки, они могли нестись сквозь дождь целый день, а может, и ночь, и только из-за нее все же останавливались.
Лавьер Оникс не трогал, лишь порой она чувствовала на себе его тяжелый взгляд.
Один раз во время короткой остановки девушка попыталась тихонько поговорить с Гахаром, но блондин незаметно качнул головой и ушел. И единственное, что Оникс оставалось, это трястись на лошади и сжимать зубы.
На третий день дорога стала гораздо оживленнее, они выезжали на основной тракт, который вел к Темному Граду, и навстречу то и дело попадались крытые торговые обозы, всадники и пешие пилигримы и странники. Перед развилкой на тракт они сделали остановку. Аид о чем-то коротко поговорил с четвертым псом, имени которого Оникс так и не узнала, и они свернули к небольшому поселению, к западу от Тайлесса. Там Сумеречные привычно и без спроса вошли в один из домов, потеснив испуганных хозяев, пожилую супружескую пару.
– Гахар и Ар, вы останетесь здесь, вместе с раяной, – приказал аид, – и будете ждать нашего возвращения.
Сердце Оникс учащенно забилось, и она опустила голову, чтобы Лавьер не заметил ее радости. У нее будет несколько часов, чтобы пообщаться с блондином! Уговорить его помочь! Правда, сам Гахар, кажется, такому решению аида не обрадовался, его губы недовольно поджались. Лишь на миг, но Лавьер заметил и внимательно посмотрел в серые глаза пса, отчего тот сжался и побледнел. Даже малейшее прикосновение темного дара к разуму причиняло сильную боль.
Аид отвернулся и потянул Оникс в комнату.
Под бесконечным дождем девушка промокла и замерзла, плащ напитался влагой и стал тяжелым, неприятно лип к телу. Но она не спешила его снимать, стояла посреди комнаты, настороженно наблюдая за мужчиной. Лавьер снял перчатки и обошел помещение по кругу, прикладывая руку к стенам.
– Ты не сможешь выйти из этого дома, Оникс, – сказал он, не оборачиваясь, – даже не старайся. Отдохни, пока есть возможность, и не делай глупостей.
Закончив запечатывать комнату, он подошел к ней, поднял ее голову, провел большим пальцем по губам девушки. Она замерла, боясь пошевелиться, чтобы не спровоцировать его.
– Не бойся, – усмехнулся он, – не сейчас. У меня совсем нет на это времени. А жаль…
Он убрал руки и отошел, давя в себе желание. Его тело отзывалось на раяну моментально, он заводился от одного взгляда, от малейшего прикосновения к ней. Проклятый цветок! Проклятое тело, губы, синие глаза… Он развернулся и вышел, на ходу надевая перчатки. Было бы глупостью везти раяну с собой в Тайлесс, в большом городе, так близко от столицы, есть и другие Сумеречные, которые могут почувствовать запах лори. Аид не боялся, его власть была неоспорима, но чем меньше людей будут знать о раяне, тем лучше. И тем реже ему придется убивать.
Оникс слышала, как он коротко отдает приказы, а потом в доме стало тихо. Она сняла плащ, развесила его на спинке кровати, надеясь, что ткань успеет хоть немножко просохнуть. И вышла из комнаты, чтобы почти столкнуться с молчаливым Аром. Пес смотрел на нее исподлобья, и Оникс испуганно попятилась. Этот Сумеречный вызывал у нее оторопь своим постоянным молчанием и лицом без мимики, на котором, казалось, жили только глаза, грязно-коричневые, под нависшими кустистыми бровями.
– Оставайся в комнате, раяна, – сказал Ар. Голос у него оказался такой же неприятный, словно надтреснутый.
– Мне нужно в уборную, – торопливо ответила Оникс, осторожно осматривая небольшой коридорчик и выход, очевидно, на кухню. Где же Гахар?
Ар молчал, и она медленно обошла его и двинулась в сторону кухни.
– Не туда. В другую сторону.
Оникс кивнула. В другую так в другую. Главное – двигаться хоть куда-нибудь. Она пошла по коридорчику, чувствуя, как дышит в спину пес, и даже пожалела, что сняла плащ.
– А где Гахар? – как можно безразличнее и не поворачивая головы спросила она. Ар не ответил, и Оникс обернулась. И снова попятилась, увидев, с какой злостью он на нее смотрит.
Она толкнула дверь уборной и закрыла за собой, прижалась к стене. Побрызгала водой в лицо, чтобы было слышно, и вышла. Ар стоял на том же месте
– Я бы хотела что-нибудь поесть, можно? – спросила она, потихоньку обходя мужчину. Он так резко схватил ее руку около плеча, что девушка вскрикнула от неожиданности и боли.
– Ар, – раздался предупреждающий голос Гахара. Он подошел и осторожно встал между ними, аккуратно отодвигая Ара в сторону. Тот выдохнул и нехотя убрал руку с плеча Оникс.
– Ее надо убить, – процедил Ар, исподлобья глядя на Гахара. – Мы все чувствуем ее силу. Раяны – зло!
– Хочешь оспорить решение аида? – поинтересовался Гахар.
Мужчины стояли, чуть расставив ноги, словно готовясь к драке, не спуская друг с друга глаз. Оникс жалась в углу, стараясь слиться со стеной. Первым сдался Ар, опустил глаза, отошел на шаг.
– Иди в комнату, – кивнул девушке Гахар, и она торопливо проскользнула мимо Ара, не поднимая глаз.
Гахар пришел к ней через час, принес лепешку с сыром и горячий травяной настой. Девушка бросилась к нему, с надеждой заглядывая в глаза.
– Гахар…
– Ешь, раяна, – без эмоций сказал он.
Оникс начала жевать, не чувствуя вкуса и не понимая, что на уме у блондина и будет ли он ей помогать. И вздохнула с облегчением, когда он сказал:
– Говори тише, у Ара отличный слух.
– Ты знаешь, как снять аркан? Ты поможешь? – обрадовалась Оникс.
– Тише! – почти прошипел он и отошел к дальней стене, к окну, затянутому мутной слюдой. – Я помогу, но позже. Для начала ты должна… стать ближе к аиду.
Оникс смотрела на него ошарашенно.
– То есть?
– Что непонятного? – раздраженным шепотом ответил блондин. – Я знаю способ снять с тебя аркан и помогу сбежать, взамен ты должна узнать у Лавьера некие… сведения.
– Я? Но как я могу у него что-то узнать? Я всего лишь раяна, а вы его доверенные люди! Он никогда в жизни мне ничего не скажет!
Гахар приблизился к ней почти вплотную, с жадностью втянул воздух.
– Вот именно, ты – раяна, – очень тихо сказал он. – И когда ты рядом, у мужчин мутится в голове, и все наши мысли только о том, как бы… – Он помолчал, рассматривая ее. Серые глаза стремительно меняли цвет на ярко-голубой, и Оникс с изумлением наблюдала эту перемену. Гахар помотал головой, словно большая собака, пытаясь сбросить с себя наваждение, и отошел от нее. – Просто будь с ним ласковее. Цветок лори все сделает за тебя.
– И что же я должна узнать? – мрачно спросила девушка. Происходящее нравилось ей все меньше. – И почему я должна тебе верить? Ты даже не можешь снять этот аркан!
– Его можно снять, если у тебя будет вещь, достаточно долго пробывшая на теле Лавьера. Обязательно металл. В соединении с кристаллом это даст силу для временного разрыва магической петли.
– Временного?
– Этого будет достаточно, чтобы убежать. Примерно часов пять, может, шесть. На лошади за это время можно уйти очень далеко. Я помогу тебе скрыться, обещаю.
– И у тебя есть этот кристалл? – недоверчиво спросила Оникс. Он кивнул, вытащил из кармана маленькое стеклышко, протянул ей ладонь.
Девушка, конечно, слышала о таких кристаллах. Где-то на севере, в Льдистых горах, их добывали в подземных пещерах, и некоторые из них содержали толику силы, которую можно было высвободить, если разбить стекло. В тех же горах находился Кристальный Грот, в котором, поговаривали, сто лет назад заснул великий прорицатель Белый Свет, и огромные кристаллы впитали силу и мудрость старца и теперь могли дать ответ на любой вопрос. Правда, делали это крайне редко.
– Настоящий? – не поверила Оникс. Как бы ни была она наивна, но знала, что под видом магических кристаллов ушлые торговцы продают обыкновенную слюду, а как отличить настоящее от подделки, девушка не знала.
Гахар снял перчатки, сжал кристалл в ладони.
– Настоящий магический кристалл всегда холодный, Оникс. Сколько ни держи его в ладони, не нагреется.
Он разжал руку и протянул ей. Девушка осторожно взяла кусочек стекла. И правда, холодный, не потеплел совершенно.
– Оставь у себя, будем считать это залогом. Видишь, я говорю тебе правду, раяна.
Оникс подняла глаза от созерцания стеклышка.
– И что же я должна узнать у аида?
Гахар вздохнул.
– Для начала узнай, с кем он встречался в Тайлессе. И пытайся не так откровенно показывать свою ненависть. Улыбнись, похлопай глазами, скажи что-нибудь хорошее. Ну, как это делают другие девушки…
– Я не знаю, как это делают другие! – хмуро буркнула Оникс. – И если я начну Лавьеру улыбаться, он быстро поймет, что дело неладно.
– А ты осторожно, Оникс. Ну же, попробуй.
Раяна закрыла глаза, представила себе лицо Катрана, открыла и ласково улыбнулась, с нежностью глядя на Сумеречного. Облизнула губы. Он всем телом подался к ней, серая радужка снова залилась голубым, Гахар чуть склонил голову, с жадностью втягивая воздух.
– Получается? – спросила Оникс.
– Да… – выдохнул он.
Раяна кивнула, улыбка пропала с ее лица.
– Гахар, а почему у тебя глаза цвет меняют? – задумчиво спросила она.
Он резко отпрянул, отвернулся.
– Тебе показалось, раяна, – холодно произнес он, надевая перчатки. – Ешь. Скоро вернутся остальные. Кристалл спрячь и постарайся держаться подальше от Ара, – тихо добавил он.
– Я бы с удовольствием держалась подальше от всех вас, – прошептала Оникс, когда дверь за Сумеречным закрылась.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.