Читать книгу "Цена огня. Рыцарь Огненной кавалерии"

Глава 3.7

– Так это точно не Старый мир? – в очередной раз спросил Людвиг и зевнул.

– Я же тебе говорил, – Эйнар соединял толстые нити в ноге Стража-привратника между собой. – Просто сделано в те времена. Помоги-ка поставить пластину.

Вдвоём они подняли кусок брони и прикрутили к ноге конструкта. Древний монстр не шелохнулся.

– А что тут написано? – Людвиг провёл пальцем по письменам на машине.

– Нет уж. Тебе пора учиться читать. Ещё полно книг, в них много чего можно узнать о Старом мире.

– Я же говорил, что слишком тупой для этого. Если не смог раньше, то…

– Может, в этом зале ты и самый тупой, – Эйнар усмехнулся. – Но попытаться стоит. Думаю, в дороге и начнём, до побережья ещё идти и идти.

– Ты что, собрался учить меня?

– Почему бы и нет. Тебе пригодится, а мне несложно.

Нордер обошёл Стража сзади и откинул крышку на спине.

– Смотри, вот из-за такой же батареи повесили того беднягу, – Эйнар достал из машины толстый светящийся стержень.

– А это неопасно, так её держать?

– Нет, здесь целая оболочка. В наших дрэках стоят такие же, ещё такая же, только маленькая, в моём щите. Да почти в любом теке, который до сих пор работает, стоит подобная. Если они не используются, то остаются годными веками. Найти бы батарею для топора…

– А зачем она ему?

– Будет рубить лучше. Хотя он и так пробивает почти всё.

Он вздохнул и продолжил копаться в машине. Людвиг раньше считал, что любому нордеру прикончить человека так же легко, как плюнуть. Но не похоже, что Эйнару легко далось убийство Губерта.

– Дай ключ, вон тот!

– А ты вернёшься сюда, когда я сяду на корабль? – спросил Людвиг, протягивая инструмент.

– Больше некуда, – нордер что-то крутил внутри машины. – Хочется какой-нибудь уголок для себя. Но хоть есть, куда вернуться, это тоже неплохо.

Он встал и вытер лоб.

– Проверяем. Прикажи ему.

– Кому? Стражу? А можно?

– Да.

– А что приказать?

– Что угодно.

– Страж, подними ногу!

Внутри машины загудело, красная полоса на месте глаз засветились. Не похоже, что монстр рад выполнять чьи-то приказы. Вдруг он убьёт Людвига за дерзость? Но Страж заскрипел и поднял ногу.

– Он меня слушается!

– Ты теперь в базе сотрудников. Он будет тебя защищать, если понадобится.

– А что такое база со… а, потом! Страж! Обойди комнату!

Конструкт послушно прошёлся вдоль стен, громко топая.

– И даже не хромает!

Эйнар ухмыльнулся и вытянул кулак перед собой.

– А что надо сделать?

– Ударь по нему, но не сильно.

– А зачем? – спросил Людвиг, но осторожно стукнул своим.

– Так делали в старые времена, – сказал нордер. – Берна показала. Давай-ка приберёмся. Страж, на пост.

Древняя машина ушла, мягко шелестя суставами. Людвиг склонился, собирая инструменты в сумку.

– А как ты познакомился с Берной?

– Долго рассказывать. Если вкратце, то я вёл дрэк в Болотный город.

– Ничего себе! Он и вправду существует?

– Угу. И мы столкнулись с его обитателями, – Эйнар хмыкнул. – Не очень удачно. Корабль выбросило на берег, выжил только я. Итак случилось, что Берна была рядом и решила осмотреть останки дрэка. Из него, кстати, сделан её мейнфрейм.

– Значит, она тебя спасла?

Нордер засмеялся.

– Старая ведьма перешагнула через меня и пошла ковырять теки. А на обратном пути перешагнула ещё раз. Но потом передумала и вернулась. Пошли-ка ещё поработаем.

Берна присоединилась к ним за ужином, состоящим из сухарей и безвкусной каши.

– Что-нибудь получилось? – спросил Эйнар.

– Нет, – она ответила не сразу. – Какие бы ключи я ни вводила, ничего не работает. Дело не в них. Будто кто-то запретил нам подключаться. Вот только как бы проверить это?

Она зажгла трубку и закурила. Вонючий дым пошёл Людвигу в лицо, и он кашлянул.

– Когда на руках всё то, что нужно, обидно, что ничего не работает. Вот бы найти ещё одно место… Эйнар, у тебя же в клане есть дрэк, они могут подключаться к спутникам напрямую. Если бы ты вернулся и…

– Я не могу вернуться, – медленно сказал нордер. – Ни в свой клан, ни в какой-либо другой. Уже говорил об этом.

– Да, действительно. Я забыла, – она посмотрела в стену, потом вспомнила про кашу и начала есть.

– А вы расскажете, что произошло дальше? – спросил Людвиг. – О войне Старцев?

Берна взглянула на него с таким выражением, будто увидела впервые.

– Я уже и забыла про тебя, – она хмыкнула. – О чём я рассказывала?

– Что Старцы открыли убежища и начали войну с древними королями.

– А больше и нечего рассказывать. Хоть и самый могущественный член Терциума не пробудился, Старцы всё равно оказались сильнее древних королей. Но война была страшной.

Людвиг задумался, а как тогда сражались? Использовалась ли тяжёлая кавалерия, или воевали только машины? Надо спросить. Скорее всего, война была другая, не такая, которую видел он… когда скакал на коне, а пепельники, сидя за укреплениями, расстреливали всадников в упор. В этот раз воспоминание не такое явное и он не чувствует веса доспеха, запах дыма и крови, но не менее страшное. По спине потёк холодный пот.

– Ты живой? – спросила Берна. – Выглядишь как покойник.

Людвиг кивнул и вытер лицо, а она продолжила рассказ. Война Старцев, это же интересно, всегда же хотелось узнать об этом. Только беспричинный страх не проходил.

– Тогда и появилась Церковь. Откуда она взялась, никто толком и не знает. Во время той войны погибли многие, и люди боялись. А Церковь стала обещать, что больше не будет войн, что она поможет построить новый мир. Главное – не допускать ошибок прошлого. Так она и набрала влияние.

– И что случилось дальше? – спросил Людвиг. Приступ страха немного ослабел, но пот ещё бежал по лицу.

– Ты точно в порядке? – Берна нахмурилась. – Ну ладно. Древние короли проиграли и забились в свои норы. Некоторые живы до сих пор, но их никто не помнит.

– Призраки, – подсказал Эйнар.

– Да, так их называют. Но Терциум недолго праздновал победу, Церковь почувствовала силу и бросила вызов Старцам, а людям сказала, что они продали свой мир, продадут и этот. И люди поверили Церкви, а не тем, кто их спас.

– И Церковь победила?

Страх почти прошёл, и получилось погрузиться в рассказ.

– Да. Все Старцы были уничтожены, а Церковь начала строить новый мир, без ошибок Старого. А знаешь, что считалось за ошибки? Все технологии прошлого! Их запрещали, но не сразу, Церковь сделала хитрее. Сначала запретили оружие, ведь оно уничтожило Старый мир. Затем запретили разумные машины, потом что-то ещё. Вот так, понемногу, всего за несколько лет, они запретили все теки. Кто-то возмущался, но их была горстка по сравнению с морем фанатиков. Уже скоро за использование технологий сжигали на кострах, а людям стали говорить, что надо жить, как предки. Но никогда не уточняли, какие именно предки имеются в виду.

Берна засмеялась.

– Люди пахали землю, лепили горшки из глины и строили домики из дерьма. А ещё рвали зубы без анестезии и умирали лет в сорок глубокими стариками. А верхушка Церкви жила в роскоши и удобствах, которую давали оставшиеся теки. Но эту идиллию прервали нордеры.

– Юты, – поправил Эйнар.

– Первый набег? – предположил Людвиг.

– Именно! Северянам было плевать на запреты, они управляли самоходными кораблями, пользовались уцелевшим оружием Старого мира и ковали из стали новое.

– И тогда Церковь начала придумывать технологии, чтобы остановить их? – сказал Людвиг, вспоминая один из немногих уроков, которые он успел посетить.

Берна захохотала. Даже Эйнар фыркнул.

– Придумали? Да ничего они не могли придумать. Никто не был готов к этой войне и всё шло к тому, что нордеры победят. Но Церковь состояла не только из фанатиков. В одном монастыре вместо бездумного уничтожения сохраняли технологии. Те монахи предложили воспользоваться знаниями предков. Но понемногу, чтобы случайно не погубить мир ещё раз, – она усмехнулась. – Начали с малого. Обработка стали и ковка оружия, верховые породы лошадей, порох, пушки, много чего ещё. Это помогло, но не переломило ситуацию. Нордеров было мало, у них не было пороха, но они всё равно побеждали.

Что-то ударилось в ноги и Людвиг вздрогнул. Но это всего лишь Страж-уборщик, подметающий крошки с недовольным писком.

– Помимо оружия нужны люди, которые умеют им пользоваться. Но кто-то должен обрабатывать поля и собирать урожай, иначе начнётся голод. Тогда самым сильным и способным воинам выдали земли и привилегии в обмен на защиту побережья. Их назвали старым словом рыцари. Самые влиятельные из них становились новыми королями, а полученное оружие использовали друг против друга. Нордеры стали самой меньшей проблемой Церкви, ведь кто-то из правителей мог заполучить древние теки. Чтобы это не допустить, создали Орден Храмовников, которые следили за технологиями и укрывали лишнее. Тогда мир успокоился и люди решили, что ничего не изменится. Так и было до недавнего времени, пока не пробудился последний из Терциума.

– Левиафан? Он что, Старец?

– Да, самый могущественный среди них. Вы оба были сопляками, когда его убили, но в тот день многие выдохнули с облегчением. Левиафан едва не захватил мир и не уничтожил Церковь. Но ты сам должен знать о его Походе, нечего тут рассказывать.

– А вы видели его?

– Нет, но я видела Великого Дракона Запада, когда его сбили.

– Расскажите!

Людвиг сел поудобнее. Страх прошёл полностью. И чего он боялся? Трус. Но тревога оттого, что этот приступ не последний, засела в голове.

– А вот об этом я бы хотела забыть, – Берна помрачнела.

– Почему?

Она достала трубку и начала дымить.

– Левиафан отправил Бешеного Быка на юг продолжать завоевания, но после того, как армия машин ушла, взбунтовался Ангварен. Левиафан сам отправился его проучить, но король Пепла сумел восстановить древнее оружие и сбил Дракона. Он рухнула в Стурмкурсте.

– Я знаю об этом.

– Ещё бы ты не знал. Левиафан лишился своего главного козыря, а король Ангварена спешил добить врага, пока не вернулся Бешеный Бык. Тогда Левиафан призвал на помощь Одноглазого Демона из Эндлерейна…

– О ком это вы? – спросил Людвиг. Неужели она говорит о нём?

– О ком же ещё, как не о старом герцоге Сэджине Лидси, – Берна скривилась. – Он прибыл и разгромил союзную армию Ангварена и Стурмкурста. А то, что устроил потом, запомнят здесь надолго. В этих местах Одноглазым Демоном до сих пор пугают детей, если они не слушаются.

Это неправда. Она лжёт. Выдумывает, как и все остальные. От столь чудовищной лжи Людвиг даже не мог вдохнуть. Огонь выжигал грудь изнутри.

– Да что он тебе сделал? – спросил он, изо всех сил пытаясь не кричать.

– Мне ничего. Но я видела, что оставалось в тех местах, где прошли красные плащи. Уничтоженные деревни и заживо сожжённые люди! Не щадили никого. Жестокость всегда сопровождала войны, но после такого… даже ветераны приходили в ужас от увиденного. И это всё по приказу старого Демона.

– Ты лжёшь, – прошептал Людвиг.

Руки затряслись. Челюсть онемела, так сильно сжимались зубы. Он не видел ничего, кроме это врущей старухи.

– Следи за языком. Я смотрела на это своими глазами, когда они у меня ещё были. Говорят, что Одноглазый Демон мучился перед смертью. Он это заслужил.

– Заткнись!

Людвиг вскочил, едва не опрокинув стол. Почти невозможно дышать, сердце будто сжали в кулак, а в ушах стоит гул, из-за которого ничего не слышно. Лгунья. Он приближался к ней, но кто-то схватил за локоть.

– Ты чего это удумал? – спросил Эйнар. Людвиг попытался вырваться, но северянин держал крепко. – Сядь и успокойся!

– А это действительно красный плащ, – злорадствовала старуха, но отходила подальше. – Хотел меня сжечь, наверное. Чтобы я заплатила Цену Огня вместо тебя, да?

– Берна! Помолчи, – нордер вздохнул. – Заткнулись, оба. Что вы вообще устроили на ровном месте?

Людвиг сел. Так он никогда себя не вёл. Лицо горело. Настоящий рыцарь сразу бы зарубил старуху. Но она всё же друг человека, который спас жизнь, так нельзя. Она безоружная старая женщина. Только её слова били больнее кулаков. Она лжёт. Дедушка не мог быть таким. Он никогда не повышал голос, вежливо говорил даже с прислугой, знал имена почти всех стражников. Его любили. Людвиг помнил, с какой радостью дедушки встречали, когда он вернулся из Стурмкурста с победой. Помнил, как обрадовался, когда вновь увидел знакомое лицо с повязкой на левом глазу. А ещё помнил, как он кричал от боли, умирая от жуткой болезни. И как суровые рыцари, покрытые шрамами, рыдали на похоронах. А потом про него забыли. Но здесь помнят… нет, это ложь.

– Я же говорила, что…

– Берна, молчи.

– Если твой друг из банды пироманьяков будет помалкивать, то…

– Берна. Просто. Заткнись.

Людвиг поднял голову. Старуха стояла у двери, Эйнар рядом. Оба смотрели на него.

– Извините.

Извиняться после того, как она оскорбила его семью? Немыслимо. Но он обещал сдерживаться. Её слова не смогут изменить отношения к дедушке. А ещё Людвиг гость в этом месте и пришёл сюда за помощью. Извиняться – это не по-рыцарски, но сейчас нужно наступить на гордость. Это не его мир, а тот, о котором хотелось узнать. Да и какой из него рыцарь, в самом деле? Жаль, что не было такой ярости в бою, тогда бы он не сбежал.

– Ладно, бывает, – сказала Берна. – Могла и сама промолчать, раз началось. Так что не серчай, парень.

– Чтобы про красных плащей я больше не слышал, – буркнул Эйнар и вернулся за стол.

Глава 3.8

Людвиг не успел осмотреть все залы и познакомиться со всеми Стражами, да и назначение многих удивительных вещей останется загадкой. Неплохо бы увидеть историю о том сказочном мире ещё раз, ведь мысли о неведомых землях помогали уснуть без страха. Но пора возвращаться. Теперь он знает о Старом мире намного больше, чем раньше. Жаль только, что ничего не узнал про Очищение и том, как мир жил до него, но они с Берной старались держаться друг от друга подальше, пока не пришло время уходить.

– Я починила твою маску, – она протянула Эйнару прозрачный свёрток. – Не забывай чистить фильтры. Вот ещё мазь, но не трать её на каждую царапину, ингредиентов почти не достать.

– Ладно, до скорого, – нордер махнул рукой.

– Подожди, – Берна повернулась к Людвигу. – Можешь злиться, можешь не верить, но я должна предупредить. Ваших в этих местах ненавидят ещё сильнее, чем северян. Никому не говори, кто ты такой, и кто такой Эйнар. Лучше выдавай себя за очередного бродячего рыцаря, а его за оруженосца.

– Ни за что! – возмутился нордер.

– Если тут узнают, кто ты, тебе грозит костёр.

– Я учту, – пробурчал Людвиг.

– Это радует, – пробурчала Берна в ответ. – Теперь проваливайте.

– Скоро вернусь, – сказал Эйнар. – Так что постарайся протянуть до этого дня.

– Я ещё тебя переживу. Ладно, не попадай в неприятности, ты же мне всё-таки как сын, которого у меня никогда не было. Вернёшься, подумаем, как подключиться к Сети.

Она посмотрела в монитор на своём столе.

– А это ещё кто?

Свет в зале померк и загорелся красным, все экраны заморгали.

– Лифт? – спросил Эйнар. – Ты не починила в нём камеру?

– Нет. Наверное, какой-нибудь антрубер. Отправлю Стража посмотреть, – она нажала на кнопку.

На одном из мониторов высветился зал перед воротами. Напротив входа стояли несколько вооружённых человек в чёрных шляпах и плащах.

– Конгрегаторы научились пользоваться лифтом, – Берна поморщилась. – Сейчас их прогоним. Но как бы они ни привели кого поопаснее.

Врата открылись и Страж-привратник, уже не хромая, вышел навстречу незваным гостям. Но пришельцы не испугались машины. Один приготовил длинный мушкет со стеклянным стволом, другие вытащили мечи. Изогнутые клинки будто светились чёрным изнутри.

– ВЫ НАРУШАЕТЕ ГРАНИЦЫ ЧАСТНОЙ СОБСТВЕННОСТИ! – металлический голос Стража шёл из монитора. – НАЗОВИТЕ ЦЕЛЬ ВИЗИТА!

– Это же сучьи храмовники, – проговорила Берна. – Они не следили за вами?

– Я проверял, – Эйнар задумался. – Но тот антрубер, которого повесили, мог сдать тебя.

– Скорее всего. Страж их не удержит. Надо уходить.

– Я знаю, что ты там, Бернадетта! – закричал один из мужчин и вышел вперёд. – Покажись!

Он поводил головой по залу и наконец нашёл то место, откуда они его видели. Казалось, что он смотрит прямо на них через монитор.

– Не прячься за своими камерами! И убери машину!

– НА ТЕРРИТОРИИ КОМПЛЕКСА ОБНАРУЖЕНЫ НАРУШИТЕЛИ! – Страж поднял оружие и стволы закрутились. – ПОКИНЬТЕ ОХРАНЯЕМУЮ ЗОНУ В ТЕЧЕНИЕ ДЕСЯТИ СЕКУНД ИЛИ БУДЕТЕ УНИЧТОЖЕНЫ!

Храмовники стояли на месте.

– Это ты, Грегор? – спросила Берна, пододвинув к себе рычажок, стоящий на столе. – Что тебе здесь нужно?

– ДЕСЯТЬ! ДЕВЯТЬ!

– Убери свою игрушку или мы её сломаем! – крикнул мужчина.

Она нажала несколько кнопок.

– ПЕРЕХОЖУ В РЕЖИМ ОЖИДАНИЯ! – заявил Страж и опустил оружие.

– Так-то лучше! Давай поговорим, Бернадетта!

– Так говори!

– Впусти нас или мы сами войдём.

– Как ты нашёл меня?

– После того, что ты устроила? Теперь весь мир знает, что ты здесь.

Берна вздохнула, зажгла трубку и затянулась.

– Значит, они поняли, откуда началось подключение, – тихо проговорила она. – В общем, отсюда вам не выйти. Идите через технический выход.

– А ты что собралась делать? – спросил Эйнар.

– Останусь. Грегор благоразумный юноша, он не тронет меня и пальцем. Но вот насчёт тебя и твоего друга я сомневаюсь.

Она подняла капсулу со стола и протянула нордеру. Такая же была у него раньше.

– Орден всегда хотел, чтобы тайна Сети осталась в прошлом. Поэтому я и ушла от них. Но ключи не должны исчезнуть. Тут копия того, что ты принёс, и всей моей работы.

Она всучила кантар Эйнару.

– Мне-то она зачем? – он покрутил старинную штуковину в руках. – Пойдём с нами, я тебя защищу.

– Ты? – Берна улыбнулась. – Из тебя неважнецкий вояка. Но если я сбегу, они будут преследовать меня и не успокоятся, пока не найдут. Лучше я сама отдам им всё, что есть. А ты уходи и постарайся не попасться.

– Если ты попадёшь к ним в руки…

– Меня они не тронут, я уже говорила. А вот тебе пересчитают все ногти и суставы. Беги, пока я их забалтываю.

– Но…

– Ты, парень, – она обернулась к Людвигу. – Выведи его, пока он играет в рыцаря. Мне одной проще.

– Тебе нужно идти с нами! – настаивал северянин.

– Я уже старуха и не могу бегать, – Берна дотронулась рукой до щеки Эйнара. – Давай, делай, что обещал, потом иди в восточное убежище. Я приду туда. Сохрани мою работу, чтобы не пришлось начинать сначала.

Она надавила кнопку и в стене открылась дверь, которую Людвиг не замечал раньше.

– Бегите уже.

– Хватит упираться! Пошли! – упрямился Эйнар.

– Вот ты зануда. Главное – сохрани капсулу и следи, чтобы она не попала в дурные руки. Беги же, ты невыносимый сукин сын. Всё будет хорошо, обещаю.

Людвиг прошёл в узкий грязный коридор, Берна запихала нордера следом. Дверь закрылась.

– Пошли, – сказал он, но, пройдя всего пару шагов, остановился. – Не нравится мне это. Совсем не нравится. Кончится бедой. Надо вернуться и забрать её.

Он нажал на кнопку у двери, но та не отреагировала. Северянин включил висящий рядом монитор. На нём появилось изображение зала, но откуда-то сверху. Берна садилась за стол.

– Входи, Грегор, но если будешь вредничать, то пожалеешь, – её голос звучит отчётливо, но ответа храмовников неслышно.

– Она заблокировала дверь, – прошептал Эйнар. – Я смогу открыть, но…

Он посмотрел на Людвига.

– Если всё пойдёт плохо, надо ей помочь. Но я не справлюсь с ними один. Помоги мне. Пожалуйста.

Даже не надо разбираться в людях, чтобы увидеть, как Эйнар подавлен и напуган. Сильнее, чем в Грензене. И такой молящей интонаций Людвиг от него не слышал раньше. Но нужно помочь. Оружие и доспехи при себе, а сражаться он умеет лучше нордера. Но вернулся страх, не страх перед грядущей схваткой, а страх того, что он опять сбежит, как только станет опасно. Сбежит и бросит человека, который молит о помощи.

– Разумеется, я помогу, – сказал он и прикусил высохшие губы. Мучительно засосало под ложечкой. Хоть бы не пришлось драться.

Эйнар улыбнулся и похлопал Людвига по плечу.

– Спасибо. Я открою дверь, и мы ворвёмся, если станет совсем плохо.

Глава 3.9

Храмовники выстроились перед столом, но лиц разглядеть невозможно, они кажутся мутными, будто та штука, через которую Людвиг их видит, чем-то заляпана. Можно различить только силуэты вошедших, чёрные и мрачные.

– Ты запачкал мне пол, Грегор, – сказала Берна.

– Виноват.

Главный храмовник демонстративно держал руки подальше от оружия. У него на поясе висит такой же топор, как у Эйнара.

– Думал, что ты умерла.

– Жива, как видишь, – Берна затянулась из трубки. – Как ты нашёл меня?

– Это было несложно. Ты представляешь, что наделала? Да, молодец, утёрла всем нам нос и показала, что Сеть работает. Каждая уцелевшая машина в этом мире услышала твой зов. Каждое убежище, каждая база. Все они видели, откуда началась передача, – храмовник показал на карту. – Я сразу понял, что это ты и тут же отправился в путь. Ехал без сна и отдыха.

– Бедняжка. Вот я, сижу перед тобой. Делай, что должен.

Эйнар выругался на незнакомом языке.

– Не открывается!

– Мы можем обойти? – спросил Людвиг.

– Слишком долго, – в голосе северянина слышалось отчаяние. – Не успеем. Попробую ещё раз.

– За те секунды, что длилось подключение, передалось очень много, – продолжил храмовник. – Знаешь, что это значит?

– Я в полной жопе? – лица Берны тоже не видно, но Людвиг не сомневался, что она улыбается.

– Мы все в полной жопе. Не только у нас есть такая карта. Сейчас сюда идут штурмовые отряды Маленького Левиафана и Близнецов! Да в любой момент тут может появиться сам Бешеный Бык на своём Пожирателе! О чём ты думала? Я знаю, что ты давно бредишь Сетью, но сейчас ты хватила лишнего. Это оружие, которое может уничтожить всё! Представляешь, что будет, когда один из Наследников заполучит его себе?

– А ты хочешь это уничтожить? Как и все остальные. Уничтожить всё, что не понимаешь?

– Нет, Берна. Я, как и ты, считаю, что мы должны сохранять все достижения Старого мира, – Грегор прохаживался перед столом. – Но если Наследники получат Сеть… Поход Левиафана покажется нам лёгкой разминкой. Его дети смогут восстановить боевые машины. Смогут построить новые. В их руках будет оружие, которое однажды уничтожило весь мир. Старые ошибки вновь повторятся.

– Избавь меня от этой пафосной ерунды, – Берна бросила трубку в стену. Маленького Стража-уборщика не видно на экране, но храмовники повернули голову на злобный писк. – Ваши любимые ошибки. Все говорят про них, но повторяют, одну за одной. И наша Церковь, и Левиафан, все, даже ты и я. Мы повторяем их, когда стремимся избежать. И этот мир будет обречён, с Сетью или без неё.

– А на что ты надеялась, когда включила её? Что всё сразу станет, как прежде?

– Нет. Я даже не знала, что из этого выйдет. Но это лучше, чем сидеть и боятся повторения ошибок. Если забывать и уничтожать прошлое, мы ничего не предотвратим. Ты всегда был самым сообразительным, Грегор, жаль, что ты никак не можешь понять самое главное. Ничего не будет, как раньше и не должно быть. Мир должен жить и развиваться, но он умирает вслед за Старым. А мы ничего не делаем, потому что забили себе голову ошибками, про которые ничего не знаем на самом деле.

Эйнар оторвал панель с помощью топора и начал соединять провода, пару раз порезал пальцы, но дверь никак не открывалась. Неужели он решил драться против десяти человек? Людвиг сомневался, что справиться хоть с одним.

– Я в твоих руках, Грегор. Делай что нужно.

– Нет, Берна. Я здесь с другой целью. Отец-покровитель готов простить тебя. Мы все прощаем тебя.

– А за что это меня прощать?

– Дезертирство из Ордена наказывается смертью, но для тебя будет сделано исключение. Ты нужна нам. Никто не обладает твоими знаниями. Наступают действительно трудные времена. Слишком многое выходит из-под контроля, слишком много в мире древнего оружия и слишком много тех, кто может им воспользоваться. Церковь слабеет. Мы слабеем. Помоги нам, Бернадетта. Вернись к нам и помоги выжить.

Она долго молчала. А Эйнар смотрел на монитор.

– Говорить ты всегда умел, – медленно произнесла Берна. – Знаешь, что сказать, чтобы убедить меня. Что ты хочешь?

– Отдай нам то, что есть по Сети. Скажи нам, откуда у тебя эти данные. Помоги нам уничтожить это. Мы не сможем подчинить эту технологию.

Берна подняла со стола кантар и нажала на кнопку. Капсула засветилась красным, а через несколько мгновений потухла.

– Всё стёрто. Остальное в том мейнфрейме. Но его вы не сжигайте, ещё пригодится. Просто почистите.

– Спасибо. Я знал, что ты сделаешь правильный выбор.

Эйнар отвернулся от панели.

– Может, всё будет хорошо? – спросил Людвиг. И им не придётся драться.

Нордер пожал плечами.

– Только я тебя знаю, – сказал Грегор. – Где резервная копия?

Людвиг почувствовал, как ёкнуло сердце.

– Какая резервная копия? Тут их нет.

– Я хотел по-хорошему, Берна. Если ты не скажешь, то расскажут твои друзья. Видишь ли, мы получили не только координаты. На какой-то момент показалось изображение из камеры, – храмовник показал на потолок, как раз туда, откуда Людвиг видел всё происходящее. – Тебя я узнал. Здесь были ещё двое. Кто они?

– Это не твоё дело, Грегор, – Берна медленно поднялась на ноги. – Не тронь его!

– Боюсь, что это не зависит от меня. Местное отделение Ордена недавно поймало крысу и она выдала тебя. Штурм назначен на сегодня, я едва успел до начала. За всеми выходами следят, так что твои приятели попадут нам в руки и сама знаешь, что будет дальше.

– Ты не посмеешь, – прошептала она. – Грегор, так нельзя. Он ни при чём. Отпусти его. Ты же можешь отдавать приказы.

– Могу, но не буду. Они расскажут всё, что ты утаила, даже если для этого их вывернут наизнанку. Ты сама вынудила меня. Если бы ты не была такой упёртой, то…

– Ещё немного! – крикнул Эйнар. – Готовься! Сейчас откроется.

Берна села в кресло и ударила рукой по столу. Тусклый свет в коридоре погас, но вскоре загорелся вновь, яркий и красный. Заревели боевые трубы или что-то на них похожее.

– ТРЕВОГА! – уши закладывало от чудовищно громкого стального голоса. – АКТИВИРОВАН ПРОТОКОЛ ЭВАКУАЦИИ! ВСЕМУ ПЕРСОНАЛУ! НЕМЕДЛЕННО ПОКИНУТЬ ТЕРРИТОРИЮ! ВСЕМ СОТРУДНИКАМ ОХРАНЫ ПРИКАЗЫВАЕТСЯ ОБЕСПЕЧИТЬ БЕЗОПАСНОСТЬ! КОД ШЕСТЬ ШЕСТЬ ПЯТЬ!

– Берна! – закричал храмовник. – Выключи тревогу или я заставлю тебя это сделать!

– Да пошёл ты на хрен, Грегор.

Всё произошло очень быстро. Берна ударила по кнопке. Стол поднялся вместе с ней. Из днища высунулась большая многоствольная пушка и закрутилась. Храмовники рассыпались по залу.

– Взять её живой!

Пушка начала стрелять. Яркие красные сгустки света оторвали одному храмовнику голову, второго перерезали почти надвое. Остальные пытались укрыться, но заряды находили их везде.

– Не открывается! – Эйнар пнул дверь. – Да что она…

Грегор прополз под стол и вытащил топор. Чёрное лезвие стало настолько чёрным, будто светилось или пожирало свет. Храмовник ударил и один из толстых столбов, удерживающих поднятый стол, сломался. Стол наклонился, Берна выпала и покатилась по полу. Один из церковников подбежал ближе, занёс ногу и начал бить по голове. Берна закричала, но после третьего удара крик стих.

Нордер замер, глядя в монитор. Ноздри раздуваются от частого дыхания.

– Зачем ты убил её, кретин? – взревел Грегор. – Только она может это выключить! Найти тех двоих! Немедленно!

Эйнар прерывисто вздохнул и ударил кулаком по монитору. Затем сел и уткнулся в колени. Правая рука дрожит, из посиневших костяшек побежала кровь. Экран продолжал показывать тело Берны. Вокруг её головы расплывается тёмное пятно.

Красные лампочки в коридоре ярко сверкали, а когда ревущие трубы ненадолго стихали, вдалеке слышался топот и ругательства.

– Эйнар, – Людвиг опустился рядом и положил руку на плечо. – Нужно уходить.

Нордер посмотрел затуманенным, ничего не понимающим взглядом.

– Идём, – хриплым голосом сказал он, тяжело сглотнул и вытер нос тыльной стороной ладони, размазав кровь из кулака по лицу.