Читать книгу "Цена огня. Рыцарь Огненной кавалерии"

Она придвинулась ещё ближе и положила руку ему на грудь.

– Как сильно бьётся сердце, – шепнула она.

Сердце чуть не разрывалось. Он не смог ответить, дыхание перехватило. Её рука опускалась всё ниже. Её щека прижалась к его. Людвиг замер, но не пытался отодвинуться. Впервые такие близкие прикосновения ему нравились.

– Я тоже благодарна странствующим рыцарям. И хотела бы кого-нибудь из них отблагодарить, – она тихо засмеялась.

Он выдохнул и улыбнулся. Но мысль, что пожирала его весь день, вернулась. Дети убегали от красного плаща, одного из всадников Огненной кавалерии. Рыцарь, который клялся помогать слабым и беззащитным, сломал мальчику ногу, а потом собирался сжечь заживо. А девочку… неужели Людвиг тоже когда-нибудь станет способен на такое?

Он отодвинулся. Желания будто и не было.

– Что-то не так? – встревоженно спросила Ани.

– Нет, всё в порядке, – Людвиг вытер пот со лба. – Мне надо идти.

– Что-то случилось?

– Всё нормально. Просто мне нужно… я много выпил, мне пора спать.

– Если вы…

– Я уйду.

Он возненавидел сам себя. Ани выглядит расстроенной. Всё из-за него. Она подала полотенце и Людвиг вылез из бадьи, неловко отворачиваясь. Едва натянув штаны, он пошёл на выход, держа в руках сапоги и рубашку.

– Людвиг, ваш меч, – Ани подала оружие. – Если вы хотите, я…

– Нет, спасибо. Я пойду.

– Тут ещё вещи вашего друга. Я их унесу, но это лучше взять вам, – она показала на топор Эйнара.

– Спасибо, я заберу.

Глава 4.7

– Что-нибудь хотите? – спросила незнакомая девушка в зале, стоящая у входа.

– Воды, – ответил Людвиг, с трудом разлепив слипшиеся губы.

Он почти не спал всю ночь, лишь изредка проваливался в жуткие кошмары, от которых тут же просыпался. Только под утро приснилась коллекции дедушки и плач в соседней комнате. Этот сон, несмотря на тревожность, казался облегчением.

Эйнар сидел на лавке, положив голову на руки. Даже не надел свой неизменный жилет.

– Живой? – Людвиг сел рядом и вытащил топор из-за пояса.

Нордер что-то пробурчал в ответ.

– Хорошо повеселился?

– Не помню.

От него несло перегаром.

– Какого хрена мы вообще остались? – северянин поднял голову. Ко лбу прилипли крошки. – Собирались же по одной выпить и идти. Зря я тебя послушал.

– Меня? Что? – Людвиг опешил от обвинения. – Вместе же пили.

– Если бы не ты… – Эйнар вытер лоб и увидел топор. – О, я думал, что потерял. Ладно, просто злой с похмелья, не бери в голову.

Принесли воду и Людвиг припал к кружке. Затошнило, но стало чуть легче. Зачем же так пить?

– Надо купить еды в дорогу, – буркнул северян.

– И лошадей.

– Не, нет, я пешком, а то укачает и буду блевать. Лучше бы не заходили в этот… – Эйнар обвёл зал головой, но рядом никого не было. – В этот сраный город. Ладно. Сам-то как, хорошо провёл ночку? – он хмыкнул. – Помнится, та долговязая девица собиралась к тебе зайти.

– Я… ну у меня… в общем, я спал. Пытался поспать.

– Зря. Она ничего, – Эйнар посмотрел с подозрением. – Или у вас эти дурацкие обеты безбрачия?

– Что? Нет! Нет, просто не получилось…я.

– Бывает, особенно если перенервничаешь.

– Нет, я не это хотел сказать.

– Да пошли уже, – нордер встал и потянулся. – А им тут что надо? Надеюсь, они идут выпить.

В зал вошли вооружённые стражники, громко топая и пыхтя. Один из них задел алебардой потолок и чуть не сбил висящий светильник.

– Это он! – вошедшие наставили оружие на Эйнара.

– Это я. А что, собственно…

– Берите его, парни, – вперёд вышел капитан Ингвар. – Ты арестован!

– Что? Почему?

Капитан вздохнул.

– Вытяни руки! – ближайший к ним стражник достал верёвку.

Людвиг выхватил меч. Стражник с верёвкой сделал шаг назад и врезался в капитана.

– Я собирался забрать только юта, но если ты меня вынудишь, – Ингвар прикусил ус. – Убери оружие! А то выколешь себе глаз.

– Вы не можете мне приказывать, капитан. Я рыцарь.

– Вообще-то, могу, – Ингвар вытащил окованную дубину. – Ещё могу тебя заставить, сопляк.

– Проверим? – шепнул Людвиг и встал в стойку левым боком вперёд.

Пять противников. Никаких шансов. Но вот так вот приходить и угрожать, будто эти запинающиеся об собственные алебарды дуболомы могут с ним справится? Он злился, и это беспокоило.

– Проверим? – спросил он ещё и глубоко вздохнул. Нужно сдерживаться, не получится перебить всех. – Или вы скажете, что случилось?

Надо контролировать свою злость. Если она притупляет страх, ничем хорошим это не кончится. В окна смотрели случайные зеваки, работающие здесь девушки собрались кучкой у двери. Чуть не устроил кровавое представление.

– А что, будешь драться против всего города? – капитан смотрел в глаза, но Людвиг выдержал взгляд. – Твой приятель сегодня ночью убил человека.

– Что? – почти одновременно выкрикнули Людвиг и Эйнар.

– Ну я вчера был мертвецки пьян, – нордер нервно улыбнулся. – Но с каких пор это считается убийством?

Кто-то из стражников загоготал, но заткнулся, когда Ингвар посмотрел на него.

– Сегодня во рву за стеной нашли девицу, она тут работала. Её зарубили топором.

– Кого? Кого убили? – спросила трактирщица, которая приносила воду.

Неужели Ани погибла? Её нет в зале. Она что, мертва?

– Её опознали. Это Габриэль, – сказал капитан.

Людвиг едва не выдохнул от облегчения, но успел сдержаться.

– Габи, нет! – одна из работниц закрыла рот рукой.

– Она вчера ушла с ним! – другая показала на Эйнара. – Это он убил её!

– Убийца!

– Тихо! – прикрикнул Ингвар. – Значит, она была с тобой?

– Но, – Эйнар побледнел. – Это не я… Я вчера… как мы… потом заснул, она была рядом. Просыпался ночью, её уже не было.

– Потому что ты убил её! – кричали из собирающейся толпы. – Нордер убил её.

Ингвар внимательно посмотрел на кричащих, и те заткнулись.

– Но я не мог…

– Капитан, это невозможно, – Людвиг наконец пришёл в себя. – Он вчера так упился, что даже стоять не мог. Я готов поручиться за него.

Окружающие недовольно загудели.

– Многие видели, как он убивал, – сказал Ингвар и повернулся к одному из стражников. – Обойди всех, чтобы приходили на суд.

– Хорошо, капитан.

– Если рыцарь за него поручится, то дело развалится, – он вздохнул. – А ведь всё же ясно. Появился новый человек и той же ночью происходит убийство, в городе, где убийств не бывает. Подумай, парень, стоит ли за него поручаться? Мне тяжело это признавать, но мораль людей из моих краёв отличается от местной. Он мог убить девицу из-за одного косого взгляда или смешка. Или из-за денег, которые пожалел.

Эйнар вчера отдал ей золотой и, может быть, наутро решил… да что за чушь лезет в голову?

– Это не он, – уверенно сказал Людвиг. – Я готов поручиться.

– Сам не знаешь, во что ввязывается, – капитан вздохнул, но сейчас не время считать вздохи. – Вечный бы побрал эти суды. Мы уводим твоего приятеля в тюрьму, вечером будем судить. Но если у нас появятся твёрдые доказательства, даже твоё слово не поможет.

– Я пойду, – сказал Эйнар и повернулся к Людвигу. – Убери меч. Хотя бы отлежусь.

Он подошёл ближе и зашептал:

– В комнате сумка, жилет. И кантар. Забери всё, это важно.

– Хорошо.

– Я готов, капитан, – Эйнар вытащил оружие и протянул Людвигу. – Пусть полежит у тебя.

– Постойте! Он вчера так напился, что забыл топор в купальне. Я его захватил, только утром вернул.

– Ты его выгораживаешь, – сказал Ингвар. – Я видел тело, там…

– Но это правда, – Ани вышла из-за спин собравшихся у входа зевак. – Я сама напомнила милорду об этом.

Капитан наморщил лоб и почесал усы.

– Он необязательно воспользовался своим. Это Фоллерволт, тут полгорода лесорубы и плотники.

Ингвар потёр лоб и вздохнул.

– В этом деле что-то не так…

– Да куда ты лезешь, шлюха? – крикнул один из зевак. – Понятно же, кто убил, и без…

– Кто это вякнул? – капитан обернулся на голос. – Милош, я тебе ноги из жопы выдерну, если ещё раз такое услышу!

Кричавший тут же сбежал. Ингвар вздохнул.

– Штефан!

– Да? – один стражник дёрнулся, как от удара.

– Возьми пару человек и обойди всех в том районе, поспрашивай. Нам нужно твёрдо знать, что случилось. Бегом! Убийца не уйдёт безнаказанным, это я обещаю всем. Пошли!

Эйнар ушёл вслед за Ингваром. Хоть не связали. Окружающие долго и пристально всматривались в спины нордеров. Похоже, уже решили, кто виновен. Когда стражники вышли, ледяные взгляды уставились на самого Людвига.

Он опустился на скамью и покрутил колечко на пальце. Надо было уходить из этого города ещё вчера. Не надо было вообще сюда заходить. Но нужно думать, что делать дальше. Даже странствующий рыцарь остаётся рыцарем, у него есть герб и привилегии, а отвечает только перед фюрстами и другими рыцарями. Но для этого надо назваться, а если он скажет, кто такой, то будет наблюдать с костра, как вешают Эйнара. Как же поступить? Смотри своими глазами, старина, говорил Рейм. Смотри и думай.

В соседнем зале тихо разговаривали работающие здесь девицы. Людвиг прислушался.

– Бедная Габи. Всё мечтала уехать отсюда.

– А ты слышала, что когда она была маленькая, на её деревню напали нордеры? Всех родных убили, а она чудом выжила.

– И вот нордеры её достали. Это судьба, как говорит святой отец.

Страшное дело, но Эйнар здесь ни при чём. Может устроить северянину побег? Нет, побег из тюрьмы не то же самое, что сбегать из боя, будет недостаточно скакать, скрючившись от страха. Нужно придумать, что говорить на суде.

– Не нордеры, а красные плащи. И это с Ани случилось. Габи-то всегда тут жила.

Надо поблагодарить девушку, что не побоялась сказать правду. Капитан мрачный мужик, но вчера он так просиял, когда её увидел. Он ей поверил, значит, попытается разобраться. Может, найдёт настоящего убийцу? Тогда не придётся выступать на суде. Если же не найдёт, то будет совсем плохо, от Людвига потребуют, чтобы он назвался. А ведь если бы он не был таким кретином и прилежно учился, то знал бы имена влиятельных фюрстов, их гербы, девизы, кто кому служит. Смог бы придумать убедительную легенду и требовал бы на суде, чтобы Эйнара выпустили. Ведь слово рыцаря знатного происхождения важнее любых свидетелей.

Ани стояла в зале, а все остальные сверлили её ледяными глазами. Неужели все так разозлились на неё? Она заметила взгляд Людвига и подошла сама.

– Бедная Габи, – она всхлипнула и вытерла слезу платком. – Простите.

– Ани, я хочу тебя поблагодарить, – Людвиг взял её за руку. – Ты очень помогла.

Она всхлипнула ещё раз.

– Лучше бы молчала. Меня ненавидят. Сказала, как было, а теперь мне угрожают. Говорят, что выгораживаю убийцу.

– Кто?

– Неважно, люди.

– Если кто-нибудь тронет тебя хоть пальцем, я его убью.

Он содрогнулся от своих слов. И оттого, что и вправду мог это сделать. Те храмовники узнали это на собственной шкуре.

Девушка уткнулась в платок. Она испугана, а Людвиг не знал, как её успокоить. А ведь она ему понравилась. Понравилось находиться рядом с ней вчера, понравились её прикосновения. Понравилось с ней говорить и даже тот парень, что прерывал их беседу…

Он вскочил со скамьи.

– Ани, пожалуйста, мне нужна твоя помощь. Тот человек, который вчера устроил скандал. Кто он?

– Мики? – Ани посмотрела с удивлением.

– Да. Ты говорила, что он её жених.

– Вы думаете…

– Помоги мне найти его. Если он имеет к этому отношение… нужно выяснить.

Ани утёрла слёзы.

– Он, наверное, дома или в мастерской. Йона с ним дружит, можем спросить у него.

– Ты мне покажешь дорогу? – Людвиг засунул топор Эйнара за пояс. – Всё равно надо забирать доспех.

Глава 4.8

Мики не было дома. Никто не открывал, а Людвиг побоялся выбивать дверь у всех на глазах. В мастерской же плотник бывает регулярно, но не похоже, что для работы. Инструменты покрылись пылью, в углу лежали сломанные табуретки и ножки стола, а посередине комнаты стоял шкаф с оторванными дверцами. Изнутри воняло чем-то кислым и Людвиг решил не проверять.

– Кто-то долго пил, – сказал он, борясь с собственной тошнотой от похмелья и здешнего запаха. – Но его здесь нет.

– Йона должен знать, где Мики, – Ани покрыла голову платком.

Зря он позвал её. Девушке не простят, что она ходит с ним, это видно по презрительным взглядам, которые посылает ей каждый встречный. Но пока Ани держится молодцом и не жалуется. К счастью, кузница недалеко.

– Милорд, доброе утро! Всё готово, – Йона показал на кирасу и кольчужные вставки. – Хотел вам п-принести сам, но с этими новостями, – он сел за стол и подпёр голову руками. – Бедная Габи. И бедный Мики. Милорд, а вы давно знаете этого нордера? Такой приличный с виду человек.

– Это не он убил её, – сказал Людвиг.

Он посмотрел на доспехи. Старых вмятин от пуль на кирасе будто и не было. Йона очистил всю ржавчину изнутри и поменял ремни. А куски кольчуги, привязанные к рукавам на куртке, вообще можно принять за новые, настолько они блестели. С привычной тяжестью на плечах пришла бы уверенность, но сейчас нужно разговаривать, а не пугать людей.

– Но ведь все г-говорят, что это он. Святой отец рассказывал, что нордеры двуличные, – Йона держал в руке один из жёлтых патронов, такой же, как у священника. – Кроме к-капитана Ингвара, он хороший человек.

– Эйнар не мог её убить! – воскликнул Людвиг. – Он вчера так напился, даже топор свой забыл. Чем бы он её убил?

– Может, другой нашёл.

На столе перед Йоной ровными рядами стояли патроны, рядом с ними открытая миска с порохом и баночка с порошком, похожим на крупную соль. Людвиг едва не спросил, как кузнец делает патроны. Но не время, совсем не время.

– Святой отец сказал, что нордерам нельзя верить, они всегда готовы убить.

– Уж кто бы говорил, – с неожиданной злостью произнесла Ани. – Помнишь, как Иви…

– У той бедняжки была т-такая судьба, отец Мецгер ни при чём, – Йона вздохнул. – Он д-добрый человек, учит людей следовать пути Света.

– Какой же ты дурак! Я с тобой не могу, – воскликнула Ани. – Простите, Людвиг. Мне надо подышать.

Она вышла наружу, хлопнув дверью. Через окно видно, как девушка стоит у порога и злится.

– А для чего священнику пистолет? – Людвиг хмыкнул. – Раз он такой добрый.

– Он воин Света и защищает людей, – с убеждением начал говорить Йона. Зря спросил. – Он учит, что ошибки Старого мира не должны повториться, а для этого надо идти путём Света. Иногда этот путь ведёт через тьму, но т-так Спаситель нас испытывает. Он всегда протянет руку, чтобы мы вернулись к Свету, нужно только сделать правильный выбор в нужный момент. Я помогаю святому отцу на этом пути, – Йона показал на патроны. – Их д-делать несложно, самое сложное, это капсюли. Если вы по-по-позволите, милорд, я хочу п-продолжить, ещё много работы.

Фанатик. Людвиг вздохнул и взял баночку с белым порошком.

– Осторожнее! – закричал кузнец, пуча глаза. – Не уроните! Это г-гр-гр-гремучая ртуть! Вам руку ото-то-оторвёт, если взорвётся.

Он очень аккуратно забрал банку. А Эйнар бы стукнул по ладони, чтобы Людвиг не лез, куда не просят. И был бы прав.

– Я этот п-по-порошок засыпаю сюда, – Йона показал капсюль размером меньше ноготка. – А его вставляю в па-патрон. От удара курком ртуть взрывается и поджигает порох. Патроны зап-п-прещены, но отец Мецгер мне разрешил. Кроме меня их т-только в Глазторне делают, – он гордо вскинул голову. – Но м-мои лучше.

– И что, хорошо горит? – спросил Людвиг и чуть не прикусил себе губу от досады. Дурацкое любопытство совсем не к месту. Надо выручать друга, а потом уже расспрашивать.

– Милорд смеётся? – Йона улыбнулся. – Баб-ба-бахает! Смот-т-трите.

Он кисточкой подобрал пару крупинок из банки и положил на маленькую наковальню.

– Только уши закройте, – предупредил он и замахнулся молотом.

Совет был нелишним. Хлопок такой же громкий, как выстрел. Людвиг отвернулся, чувствуя ледяной холод в животе и как прилипла рубаха к спине. Руки задрожали. Неужели он всегда будет бояться? Йона открыл дверь, чтобы выпустить густой вонючий дым наружу.

– Отец Мецгер покупает г-гремучку в Глазторне. Тамошние алхимики умеют её делать, но п-порох у них плохой. Он его б-берёт в другом месте, а латунь и медь заказывает у антруберов.

– Ты опять взрываешь? – вошла Ани и отогнала дым от лица. – Мы пришли спросить, где искать Мики.

Людвиг стукнул себя по бедру. Спрашивал всё, кроме того, что нужно. Как же он идиот.

– Мики? – кузнец удивился. – А дома или в мастерской его нет?

– Нету! Его нигде нету. Нам надо с ним поговорить. Он приходил вчера в купальню и скандалил. А до этого Габи ударил.

– Она разбила ему сердце, – расстроенным голосом сказал Йона и начал засыпать порох в гильзу. – Он её так любил. Когда она ушла от него, он… теп-п-перь точно сопьётся. А жаль, такой хороший парень. И отличный… п-п-п-п, – он зажмурился и закончил: – Плотник.

Порох просыпался через край гильзы.

– Нам нужно с ним поговорить, – сказал Людвиг.

– Мики такой грустный последние дни ходил, – кузнец смотрел перед собой. – Я ему новые инструменты сделал, хорошие очень, д-думал, может, в работу уйдёт, отвлечётся от п-плохих мыслей. Если его нет дома или в мастерской, то он или на лесопилке, или у пруда, г-где мы с ними познакомились. Их место, его и Габи, п-помнишь?

– Я помню, – девушка часто заморгала.

– Можно оставить это? – Людвиг показал на вещи Эйнара, которые захватил с собой, чтобы не украли в таверне.

– Конечно, милорд.

Топор, жилет, наруч-щит и сумка, в которой лежит ключ к оружию, способному погубить мир. Только сейчас это бесполезный хлам.

– А этот город всегда такой? – спросил Людвиг, когда они вышли за ворота.

– О чём вы?

– Да будто попал в какой-то кошмар. Каждый оборачивается вслед и смотрит, словно тычет ледяными иголками.

– Он всегда был холодным, но люди здесь неплохие, – Ани тяжело вздохнула. – Но, может, я привыкла?

Надо дать ей денег, чтобы уехала отсюда. Ей припомнят, что она ходит с ним. Вот только с деньгами из Эндлерейна у неё могут начаться ещё большие проблемы. Как не сделай, всё к худшему.

– Лесопилка дальше, – сказала Ани, когда они шли через ряды срубленных пеньков. – К нам приезжал мастер из Ангварена в прошлом году и поставил её у реки. Весь лес в Ангварен и продаётся.

– Королевство Пепла, – Людвиг улыбнулся. – Своего-то дерева нету.

Когда он увидел лесопилку, то понял, зачем нужна река. Вода крутила колесо и заставляла двигаться огромную пилу, распиливающую стволы деревьев. В другое время он остался бы посмотреть, всё-таки интересно, ведь лесопилка работает без помощи древних машин. Но времени нет и Людвиг шёл вслед за Ани, вдыхая по пути запах свежих опилок.

Работники обедали у костра, обсуждая новости.

– А ведь святой отец прав. Тока пришли нордры, так сразу убили девчушку.

– Но Ингвар тож нордр, а он нормальный мужик.

– Говорят, он не стал связывать убийцу.

– Я слышал, как кто-то говорил, что капитан сказал тому нордру, что отпустит его.

– Ну этому не бывать!

– Святой отец сказал, что…

– Привет, ребята! – девушка помахала рукой.

– Привет, Ани! – хором ответили работники.

– Давно тебя не видел, – худой мужчина поднялся и улыбнулся. – Совсем не приходишь.

А ведь это тот самый пьяница, что вчера чуть не проломил голову Людвигу.

– Рада тебя видеть, дядя Дирк. Всё некогда.

– Садись поешь. С этими новостями ты, наверное, жутко испугалась, девочка. А он с тобой? – мужчина посмотрел на Людвига, будто не узнавая.

– Нам нужно найти Мики. Дядя Дирк, ты его не видел?

– Утром видел, – Дирк покачал головой. – Бедный парень, жаль его. Он себя угробит этими переживаниями. На него и раньше то смотреть страшно было, а сейчас. Он к нам заходил, но не говорил ни с кем, а потом пропал.

– Спасибо, дядя Дирк – Ани улыбнулась.

– Счастливо, девочка моя. Ты, главное, не бойся. Этого ублюдка повесят и всё будет хорошо. Надеюсь, возьмут короткую верёвку, чтобы он успел понять, как сдыхает, – лесоруб улыбался, а вот улыбка Ани тут же потухла.

– Дирк нас приютил, как только мы приехали сюда, – сказала Ани, когда они углубились дальше в лес. – Он всегда добрым был, с нами возился, над Йоной хлопотал, пока у него нога не зажила. Но сегодня даже он какой-то другой.

– Я его вчера видел, – Людвиг почесал затылок и поёжился. – Пьяный был, на ногах едва стоял.

– Он любит выпить. Но он безобидный.

– Он чуть не проломил мне голову. Капитан успел остановить.

– Дирк? Да он же… – Ани приоткрыла рот. – Да что же с ними всеми случилось? Может, они всегда были такие, а я не замечала?

– Ну вчера я тоже неправильно себя вёл, мог бы и…

– Всё равно. У меня это всё в голове не укладывается. Пруд рядом. Мы с Габи и Мики там познакомились, ещё в детстве. Они и тогда друг с другом были, – Ани замолчала.

Пришлось пробираться через колючие заросли, но результат того стоил: красивое и тихое место будто сошло с картины. Вот только человек, лежащий на берегу кристально чистого пруда в луже блевотины, портил всё впечатление.

– Ох, Мики, что же ты с собой делаешь? – Ани поморщилась.

Людвиг подошёл ближе, и, борясь с чувством тошноты от вони, перевернул спящего на спину. Мики застонал, но даже не открыл глаза. Ани потрясла его за плечо, парень не откликался. Совсем не вовремя решил наклюкаться.

– Придётся по-другому.

– Что вы делаете?

Людвиг подтащил плотника к воде и окунул в воду, хотя можно было просто полить сверху. Зато парень проснулся.

– Что? Зачем? Где я? – Мики проморгался. – Кто ты? Ани? Это ты?

Он начал вставать, но Людвиг удержал. Парень пытался вырваться, но силёнок не хватало.

– Что происходит?

– Мики, нам надо поговорить, – сказала Ани.

– А кто это с тобой? Я сейчас не могу… мне плохо. Габи… её нет.

Он зарыдал. Ани начала его успокаивать. Людвиг вздохнул и поднялся. Может, парень и вправду ни при чём? Пьянчуга, ревнивец и любитель распустить руки, но рыдает совершенно искренне. Только потратили время.

Рядом с Мики лежала кожаная сумка с чем-то тяжёлым. С ней он ходил вчера.

– Габи мертва, – продолжал голосить парень. – Нордер убил её!

Нашёл ещё большего нытика, чем сам. Людвиг пнул сумку и отбил палец. Она опрокинулась, из неё высыпались инструменты, некоторые совсем новые, блестящие, но другие в чем-то измазанные. Он присмотрелся и его чуть не вырвало.

– Что это? – он бросил перед Мики топорик. Лезвие заляпано загустевшей кровью с прилипшими к ней длинными светлыми волосами. – Это ты её убил?

Ани охнула и зажала рот рукой. Плотник вскочил, но Людвиг ударил в лицо и парень упал.

– Ты её убил? Отвечай!

Людвиг замахнулся, но Ани схватила за руку. Он чуть не отпихнул девушку, чтобы вколотить несколько ударов в плотника, но сдержался. С трудом.

– Он так не скажет, – тихо произнесла она. – Не надо его бить, пожалуйста.

Вспышка ярости ушла так же легко, как и пришла. Остались только стыд и боль в отбитых костяшках. Ани опустилась перед Мики и положила руку на плечо. Парень заговорил, постоянно всхлипывая.

– Я любил её, а она меня нет. Ни во что не ставила. Сказала, что больше не будет прачкой. Сказал ей, что надо зарабатывать честным путём, а не трахаться за деньги.

Он опять зарыдал.

– Я вчера к ней подходил, а Габи даже не стала меня слушать. Я… ударил её, а она…

– Мы видели, – сказала Ани. – И то, что ты приходил потом. Что дальше?

– Она пошла с нордером. Я ждал её до полуночи, когда её закончили трахать. Габи вышла, я встал перед ней на колени. Сказал, что всё будет по-прежнему, если она вернётся, и что готов её простить. А она сказала, что знать меня не хочет.

Он затрясся от рыданий.

– Я спросил, какого это сосать мужикам за деньги. Она говорит… попробуй сам и узнаешь. Я стукнул её по лицу… Габи побежала. Я её догнал. Начал бить и топор нащупал в сумке. Она кричала… потом замолчала. Я её обнял, а она не шевелится. Только кровь льётся и льётся. Я понял, что всё. Что надо идти и говорить, что натворил. Но он сказал, что это не моя вина…

– Кто? – Людвиг сжал плотнику плечо. – Кто сказал?

– Он сказал, что это не я виноват…

– Кто?

– Святой отец.

– Мецгер? – Людвиг и Ани вскричали одновременно.

– Он сказал, что это не моя вина. Это всё нордер опутал меня и Габи, чтобы она отвернулась от Спасителя. Святой отец сказал, что всё будет хорошо, что сам разберётся с настоящим виновником.

Мики рыдал, заливаясь слезами и соплями. Причём здесь священник? Но это неважно, главное, что плотник признался в убийстве.

– Всё расскажешь капитану! – потребовал Людвиг. – От первого и до последнего слова.

– Я видел святого отца вечером, – прошептал Мики. – Он сказал, что Габи с нордером. И что она попадёт к Вечному за это, но я ещё могу спасти её душу.