Читать книгу "Цена огня. Рыцарь Огненной кавалерии"

Глава 4.12

Во дворе крепости собралось не очень много людей, но шум стоял, как от целого моря. Жители волновались, перешёптывались, выкрикивали угрозы. Людвиг смотрел на них с эшафота и надеялся, что никто не заметит, как дрожат колени. Но стекающий по лбу пот спрятать сложно.

Эйнар стоял со связанными руками, будто не замечая ненавидящую его толпу.

– На мне мой жилет сидит лучше, – сказал он и хмыкнул. – Наверное, ты никогда не думал, что доведётся сразиться со священником за жизнь нордера?

– Если бы мне кто-то такое сказал, я бы принял его за идиота.

Они засмеялись, хоть и зажато. Толпа не слышала тихий разговор, но смех вызвал ещё больше злобы. Людвиг смотрел на людей и вспоминал свой неудачный бой. Тогда казалось страшнее? Он не знал. Страшно было тогда, страшно сейчас.

– Я бы пожал тебе руку, – сказал Эйнар. – Но они связаны. Рад был познакомиться.

– Я тоже, – Людвиг похлопал его по плечу.

Казнью распоряжался другой человек, не Ингвар. Капитан стоял чуть поодаль, смотря равнодушным взглядом в толпу. Кто-то кинул зелёный помидор, который ударился в грудь Ингвара. Он пожал плечами, подобрал остатки овоща и швырнул назад. Толпа загудела громче, но больше кинуть ничего не рискнули.

– Тяжело представить, что прожил тут двадцать лет, – он подошёл к Людвигу. – Я их не узнаю. Но, может, они всегда были такими, а я это не видел? Не хотел видеть. Вот и он.

Факелы осветили Мецгера, поднимающегося на эшафот. В толпе раздались радостные крики. Священник встал на краю, терпеливо ожидая, пока люди успокоятся. Когда шум начал затихать, Мецгер поднял руку и на площади перед крепостью образовалась мёртвая тишина. Кто-то покашливал, кто-то вздыхал, но никто не говорил.

– Друзья мои, – начал свою речь священник на удивление громким голосом. – Беда пришла в наш город. Я разговаривал со многими из вас и все поражены этой жестокостью. Бедная девочка убита. И это в Фоллерволте, где живут добрые люди и не бывает убийств! Это потрясло меня до глубины души. И знаете, кто виноват?

– Нордры! – закричали в толпе. – Нордр убил её! Нордры! Капитан Ингвар!

– Нет! – воскликнул священник. – Несчастная Габриэль погибла по моей вине!

Толпа вздохнула, все как один. Людвиг вздохнул вместе с ними. Мецгер стоял с таким скорбным лицом, будто и вправду решил признаться. Но такой, как он, не может считать себя виноватым.

– Я видел, на какую глубину она падает, но не смог вернуть её к Спасителю. Я видел, что Габриэль стала блудницей. Я должен был спасти её! Если бы я вернул её на путь Света, она бы стала любящей женой для Мики, нашего плотника, хорошего доброго парня. Но нет! Я не исполнил свой долг и несчастная девочка мертва.

Толпа не издавала ни звука.

– А вы? – Мецгер направил руку на людей. – Разве вы не видели, куда это идёт? Разве вы не понимали, чем это закончится? Почему никто из вас не помог? Но нет! Вместо того чтобы помочь, вы шли к ней, ведомые похотью! Вам не было дела до её души! Вы бросили её во тьме и не давали вернуться к Свету! Вы все виновны! И я, – добавил он и снял шляпу. – И я виновен вместе с вами. Её кровь на наших руках.

Кто-то в толпе шмыгал носом, а кто-то заплакал. Мецгер обводил всех взглядом с печальным выражением на лице.

– Мы должны принять вину и пообещать Спасителю, что больше недопустим эту ошибку. Ведь когда-то ошибки, одна за одной, погубили Старый мир. Спаситель отдал жизнь за нас, а взамен просил, чтобы мы не повторяли губительных ошибок. Но мы повторяем!

Мецгер надел шляпу и выпрямился.

– Нам предстоит большая работа! В наших силах не допустить зла. Каждый из нас должен заглянуть в себя и понять, что нужно сделать! Мы должны задаться вопросом, почему это произошло? Что мы должны были сделать? Кто допустил гибель девочки? Почему несчастную девочку били топором, а никто не пришёл не помощь? Что делала стража? Куда смотрел капитан? Почему в городе разгуливают нордеры?

Он показал на Эйнара, потом рука плавно перешла на Ингвара. Толпа, словно ожидая сигнала, начала галдеть.

– Почему мы не спросим с капитана стражи, как он допустил это злодеяние? – могучий голос священника легко перекрывал толпу. – Почему он, нордер и язычник, пытается выгородить своего соплеменника? Мы все знаем капитана многие годы, но он никогда не был для нас своим. Он чужак!

Люди закричали ещё громче. Откуда у них столько сил на крик?

– Нордеры – это слуги Вечного! Вы живёте далеко от побережья и только слышали про их жестокость. Но я видел, как язычники высаживаются на своих стальных кораблях, как убивают, насилуют, сжигают всех, кто оказался у них на пути. Мы все помним зло, что совершил Одноглазый Демон, когда пришёл на эти земли. Но северяне приносят ещё больше бед!

Толпа уже уставала, но с каждой новой фразой Мецгера они кричали громче.

– И сейчас, когда в городе появился нордер, он показал свою истинную сущность. Девочка погибла. А если завтра придут ещё нордеры? Что произойдёт? Они будут убивать и убивать, а капитан Ингвар не сделает ничего, чтобы их остановить! Он сам поможет им в их злодеяниях!

Капитан стоически терпел эти оскорбления. Людвигу до его храбрости далеко.

– А знаете, что произошло, когда мы нашли настоящего убийцу? – продолжал Мецгер. Старик уже хрипел. – Этот головорез, выдающий себя за рыцаря, угрозами и пытками заставил несчастного Мики признать вину! Чтобы выгородить нордера! Чтобы опорочить меня!

Теперь уже Людвиг сполна ощутил всё внимание толпы. Будто горячий ветер дует в лицо. Все эти люди, как же они ненавидят его. Хоть бы всё закончилось поскорее.

– Когда его замысел был открыт, он пошёл на новую подлость и потребовал священный поединок!

Толпа ахнула.

– Он сказал, что убьёт любого, готового встать за правое дело! Такие головорезы всю жизнь посвятили убийствам и их никто не остановит.

Люди роптали. Кто-то кинул камень, но он не долетел, упав в первых рядах толпы.

– Никто, кроме Спасителя! – крикнул Мецгер и поднял правую руку. – Они хотят священный суд, они его получат! Сам Спаситель нас рассудит!

Он перевёл дух. Люди кричали и бесновались, а священник подошёл к заднему краю эшафота. Всего один удар и старик упадёт вниз с высоты. Может, сломает шею. А толпа разорвёт Людвига на куски.

– Ты что так долго? – прошипел Мецгер. – Мне что, до утра бы пришлось тут говорить?

– Извините м-м-меня, отче, – внизу стоял Йона и протягивал свёрток. – Я зап-п-путался. Мне нужно было по-по-помолиться.

– Успел бы в другой раз! – священник не скрывал злости. Он развернул тряпку и взял в руки револьвер.

– Отче! Мне нужен ваш совет.

– Не сейчас! – Мецгер открыл барабан. – Всё и так затянулось. Не видишь, что ли?

– Тогда возьмите это! – Йона подал что-то мелкое и блестящее. – Я сделал это только что. Тот ложный рыцарь, – кузнец показал на Людвига. – У него кольчуга под жилетом. А этот па-патрон пробьёт её. Я специально такой сделал.

Мецгер зажал патрон в кулаке и ухмыльнулся.

– Ты добрый человек.

– Спаситель дал мне шанс, чтобы я вышел из т-тьмы!

– Спасибо тебе. Ты сделал правильный поступок.

– Теперь я это знаю, отче, – Йона отошёл назад, в темноту.

– Этот ритуал появился задолго до гибели Старого мира, – объявил Мецгер во всеуслышание. – Барабан револьвера будет крутиться, как круг нашей жизни и смерти. Судьба покарает только грешника!

Он медленно провёл револьвером по рукаву, внимательно смотря на оружие. Барабан крутился со щелчками.

– Храни вас Спаситель! – крикнули из толпы.

Священник взвёл курок и приставил ствол к голове. Все затихли. Раздался громкий щелчок и толпа ахнула.

– Видите! – ликовал Мецгер. – Судьба хранит меня и всегда даёт мне шанс!

Он ещё раз покрутил барабан и нажал на крючок. Потом ещё и ещё. При каждом щелчке толпа кричала всё громче.

– Вы узрели чудо! – выкрикнул священник. – Спаситель не допустил моей гибели. Теперь его черёд. Если этот человек невиновен, то он выживет. Пусть Судьба рассудит нас! Пусть виновный погибнет.

Мецгер покрутил барабан об рукав, намного медленнее, чем раньше, но прервал вращение, едва доведя оружие до локтя. Почему? Он что-то знает? Священник наставил револьвер на Людвига. В барабане виден кончик пули, она рядом со стволом, не напротив. Значит, выстрела не будет? Мецгер взвёл курок. Барабан повернулся, и патрон переместился наверх, к стволу. А вот теперь выстрелит.

Толпа замолчала. Людвиг смотрел в ствол револьвера. Из чёрного отверстия вылетит пламя, но он не успеет это увидеть. Он умрёт раньше. Во рту пересохло и он не может вздохнуть. Мецгер ухмыльнулся. Он что, знает, что будет выстрел? Он жульничает?

Все молчат. Слабый ветер тихо посвистывал в стенах крепости. Где-то лаяла собака. Очень тихо…

От взрыва зазвенело в ушах. Что-то ударило в грудь с такой силой, что Людвиг упал на спину. Из-за густого вонючего облака ничего не видно. Он вздохнул и откашлялся. Опять заболело правое плечо и когда-то сломанные рёбра. Но острой боли не было. Он набрался смелости и дотронулся до груди. Крови нет.

Кто-то стоял перед ним, скрытый дымом. Звон в ушах проходил. В толпе закричали от ужаса, но человек в дыму орал ещё громче. Ветер усилился и Людвиг увидел священника. Лицо так обожжено и ободрано, что его сложно узнать. Кровь хлестала из остатков правой кисти, заливая эшафот.

– Вот вам священный суд, говноеды! – Ингвар показал толпе окровавленную рукоять револьвера.

Кусок искорёженного ствола лежал перед Людвигом. Он дотронулся него и обжёг палец.

– Что-то не так, капитан! – кричал эльтер. – Так быть не должно!

– Суд свершился! – Ингвар швырнул остатки оружия на эшафот. – А сомневаться в исходе священного поединка – ересь!

Мецгер уже не орал, он хрипел и шёл к краю. Толпа паниковала, многие убегали, кого-то стошнило. Капитан внимательно смотрел, как священник свалился вниз и замолчал.

– Живо удирайте! – Ингвар достал нож и разрезал верёвки Эйнара.

– Меня уговаривать не нужно, – нордер поковырял ухо, потом помог встать Людвигу. – Бежим! Ты цел, брат?

– В грудь попало. Больно.

Эйнар присмотрелся.

– Не смертельно. Идём! Только куда?

– Бегите за мной! – из темноты показалась голова Йоны.

Людвиг неловко слез с эшафота и побежал за кузнецом, прямо по лужам. Толпа разбегалась и никому не было до них дела.

– Что произошло? – Ани ждала их в кузнице. – Где Ингвар? Я слышала какой-то хлопок.

– Долго рассказывать, – Йона отмахнулся. – Капитан велел соб-б-бирать вещи.

– Что случилось? Суд был? Вы все живы.

– Мецгер умер, – сказал Людвиг. – Я надеюсь.

Он снял жилет и посмотрел на тело. Место, куда прилетел кусок ствола, покраснело. Без той странной брони в подкладке последствия были бы хуже. Людвиг потянулся за своей курткой и взглянул на стол. Патроны так и лежали кучкой, но тёмная баночка открыта и порошка в ней почти не осталось.

– Йона, ты что, засыпал гремучую ртуть в патрон?

– И не только. Я ему ствол забил, чтобы п-пуля не вылетела. Не д-думал, что его оторвёт.

– Так Мецгер мёртв? – спросила Ани с недоверчивым видом.

– Если даже и не мёртв, то стрелять не сможет, – сказал Эйнар. – Но бахнуло будь здоров, аж в ушах зазвенело.

– Где он? – Ингвар открыл дверь. – Это ты сделал, мелкий засранец?

Он подбежал к Йоне и сжал его в объятьях.

– Было громко и очень кроваво, – сказал капитан и постучал парня по спине. – Старый хрен это заслужил. Без него мир уже не станет лучше, но такие, как он, делают мир ещё хуже. Но если кто-то поймёт, что ты что-то сделал с его оружием, тебе это не простят. Никому из нас не простят.

– Это неважно, – сказал Йона. – Жаль бросать кузницу, но построю ещё одну. В другом месте.

– Ты молодец. Но почему ты так решил?

– Я думал, что вы все ошибаетесь, – кузнец вытер слёзы. – Всё д-думал, как бы вас убедить, ведь вы неправы. Я помолился за вас. А когда я покрутил барабан револьвера, я п-понял. Когда взводится курок, барабан всегда поворачивается налево. И если патрон будет справа, значит, он встанет напротив ствола и оружие выстрелит. И этот патрон видно! Видно сзади. Видно сбоку, – он высморкался. – Святой от-т-тец… Мецгер всегда просил, чтобы на патронах донышко выступало сильнее и я так делал. И когда я пок-к-крутил сам, понял, что оружие выстрелит и оно стрельнуло. Мецгер всегда видел патрон и знал, буд-дет выстрел или нет. Он никогда не рисковал. Он обманщик, лжец, – добавил кузнец поникшим голосом. – Всегда им был. Как же я не понял это раньше? И мне пришлось так сделать… ведь если бы я сказал всем правду, м-м-мне бы никто не поверил, как и я не верил. Мне пришлось так сделать! Иначе бы свершилось зло.

Он сел за стол и закрыл лицо.

– Значит, ты спас мне жизнь, – сказал Людвиг. – Не только мне, но и своей сестре, Ингвару, Эйнару. Спасибо.

– Это вам спасибо, милорд, – Йона вытер лицо и начал сбрасывать инструменты в сумку. – Если бы не ваши слова, я бы так и бродил во тьме. Я думал, по-по-почему рыцарь заступается за убийцу? Почему он свернул не туда? Я пытался придумать, как б-бы помочь вернуть вас к Свету, но понял, что вы-то идёте верным путём, это я заблудился. А Мецгер держал меня во тьме. Он как тот красный плащ, что едва нас не убил, даже хуже. Это и было то испытание, что послал мне Спаситель. Это б-был шанс спасти вас, как когда-то рыцарь защищал нас от зла.

Людвиг потёр горящее лицо.

– Я не хочу, чтобы у кого-то были заблуждения насчёт меня, – сказал он. – Я…

– Очень благодарен, – громко объявил Эйнар и сжал Людвигу плечо. – Мы оба благодарны. Но лучше всё же покинуть этот милый городок как можно скорее.

– А куда нам ехать? – спросила Ани.

– Да куда угодно! – вскричал Ингвар. – В Ангварен, в Сугемию, да хоть в Робенланд. Лишь бы вместе. Поедешь со мной?

– Ты ещё спрашиваешь? – Ани засмеялась.

– Тогда идём в конюшню! – объявил уже бывший капитан стражи.

– Хочешь её ограбить?

– Уж за двадцать лет службы мне причитается. Да и я лучше других знаю, как всё это охраняется. Идём! Ох, как же мне надоел этот город, я даже не представлял!

– Может, лучше пойдём пешком? – шепнул Эйнар, когда они вышли из кузницы.

– Нет уж, нордер, придётся тебе учиться верховой езде, – ответил Людвиг.

– Жаль, – северянин посмотрел вперёд, где по улице бежали Ингвар и Ани, держась за руки, а следом за ними хромал кузнец. – А капитан выглядит радостным, даже ни разу не вздохнул. Настоящий варингар, стал счастливым только после смерти врага.

Людвиг засмеялся.

– Может, он нашёл, что искал.

Но смеяться расхотелось. Ведь если бы все знали, что он рыцарь Огненной кавалерии, всё сложилось бы иначе…

Часть 5. Одна жизнь

Глава 5.1

Эйнар оказался в Версендаме во второй раз в жизни и в этот раз город понравился ему ещё меньше. Шумное место с тесными кривыми улочками, в которых невозможно разобраться. Настоящие лабиринты, где настолько огромные грязевые лужи, что временами казалось, будто он опять в Фоллерволте.

Но порт был другим. Сложно представить, что у этого вонючего городка такая красивая и удобная для захода гавань. В глазах рябит от множества причаленных к берегу парусных кораблей, лодок и галер. Здесь всегда людно и никому нет дела до двух вооружённых парней, будь они северянами, островитянами или кем-нибудь ещё. Всем плевать.

– Может, хоть он согласится? – спросил Людвиг, смотря на галеру. Хотя по нему видно, что он в это не верит. Им отказали все капитаны, причём никто даже не спрашивал, куда плыть.

Галера с флагом Хельмдегардской республики казалась совсем новенькой, а вот уродливая статуя на носу, изображающая женщину с острыми пирамидными сиськами, наоборот, была древней, её изрядно обточили жучки. Капитан лениво покачивался в гамаке, глядя, как матросы драят палубу.

– Ты Старый Нэд? – спросил Эйнар.

Капитан кивнул. Лицо, как у пожилого человека, но шея и руки как у мальчишки. Он совсем молод, может, даже младше Людвига.

– Один человек сказал, что ты самый безумный среди всех. И готов рисковать.

– А вы никак хотите покинуть порт? – Старый Нэд вылез из гамака и с трудом встал, опираясь на посох из какого-то древнего материала. – Вы разве не слышали, что нордерские дрэки замечены близ Вестлика?

– Слышали.

– Говорят, что нордеры будут высаживаться, и фюрст увёл туда все войска. Но никто не удивится, если какой-нибудь сучий навигатор решит покрутиться здесь. А они иногда топят корабли тараном, просто ради смеха. Я их не виню, звук, когда корабль разбивается на части, и вправду прекрасный.

– Нам нужно отплыть, – сказал Эйнар.

– Ты хоть раз видел нордерский дрэк?

– Да. Риск большой, но за ценой не постоим. Мы хотим попасть на запад.

– Мимо Вестлика? Опасно, цена будет немалой. А куда вам надо? Винвалия? Энгаланд?

Эйнар посмотрел по сторонам и шепнул:

– Лефланд.

– Да вы безумцы похлеще меня, – капитан хихикнул. – Антруберы?

– Пустят ли корабль в порт Близнецов? – спросил Эйнар вместо ответа.

– Конечно, я там был много раз. Продаю им зерно иногда. Они мне даже какую-то хрень к борту прибили, по ней узнают. Но вход открыт только кораблям с провизией. Если таможенники поймут, что у меня нет груза, то разнесут эту пузатую шлюху на куски из своих пушек. Нужно купить что-нибудь, благо, сейчас из-за нордеров все терпят убытки и можно взять провизию по дешёвке. Значит так – вы даёте деньги на груз и за риск. Всё, что я выручу от продажи – моё. Чем платите?

Эйнар ткнул Людвига. Рыцарь подал Нэду кошелёк.

– Хм, Эндлерейнские нобели, золото. Неплохо, но их придётся менять по грабительскому курсу, и тогда это покроет только стоимость груза, но не мой риск. Нужно ещё.

– Мы продали коней, – Людвиг достал ещё мешочек. – Тут местные деньги, серебро и железный сплав.

– Мало, – Нэд посмотрел внутрь. – Мы не договоримся. Забери.

Эйнар задумался. Это всё, что у него осталось. Но пора возвращать долги.

– Есть кое-что ещё.

Он полез в потайной карман под жилетом. Обёрнутый тканью столбик монет казался небольшим и Нэд брезгливо поморщился.

– Даже если это золото, то не хватит.

– Ты посмотри сначала.

Капитан достал пластинку с прозрачными краями и покрутил перед собой. Жёлтая ребристая деталька внутри заблестела под солнцем. Нэд скривил лицо. Похоже, это улыбка.

– Лефландские сха. Девочки мои, как я по вам соскучился. Отплытие через два часа, не опаздывайте.

Теперь Эйнар без гроша за душой и без места, куда можно вернуться. Но про деньги он не жалеет ни капли.

– Что ты ему отдал? – спросил Людвиг, когда они отошли от галеры.

– Сха из Лефланда. Захватил в Приюте.

– А у тебя ещё хоть остались?

– Да, – соврал Эйнар.

В другом кармашке лежало несколько сха, но этого мало. Есть немного местных денег, которых едва хватит на пару дней.

– Спасибо, Эйн. Я это не забуду.

– Тебе спасибо, – Эйнар фыркнул и ткнул парня в плечо. – Всё-таки дошли, да? Там, в Лефланде, узнаешь всё, что нужно. Главное, доплыви без приключений. Вряд ли дрэки будут штурмовать эту посудину, делать им нечего.

– Дай я тебе хоть местные деньги отдам, – Людвиг полез в новенькую сумку на плече.

– Да не при всех же! Давай-ка лучше по пиву. Ты платишь.

– Только по одной. А то знаю я тебя, – рыцарь улыбнулся и добавил шёпотом: – Нордер.

Ту таверну, где он был в прошлый раз, Эйнар нашёл без труда. Несколько столов по-прежнему стояли на улице, с них отличный вид на гавань. Он сел за самый дальний и положил топор рядом. Остаться на ночь или ночевать в лесу? Денег мало, а ещё нужно покупать припасы, только уже на одного. Даже тяжело представить, что всего около четырёх недель назад он был один. Опять привыкать к постоянной тишине.

– Тут кого-то тошнило, – сказал Людвиг, стоя с другой стороны стола.

Он поставил кружки перед Эйнаром и плюхнулся рядом. Лавка застонала под весом двух парней, один из которых в доспехах.

– Мне же никто не поверит, если я скажу, что рыцарь знатного рода приносил мне пиво?

– Никто, – подтвердил Людвиг и фыркнул. – Но лучше об этом не распространяйся.

Вокруг очень шумно и можно говорить что угодно, не опасаясь, что подслушают. Посетители орали песни, каждый свою собственную, на разных языках. Матросы, пользуясь днями вынужденного безделья, пили впрок, а остальные от них не отставали. Из самой таверны доносился запах чего-то протухлого, а вечно потеющий в своих доспехах рыцарь дополнял это пиршество ароматов. Но без него и его бесконечных вопросов будет скучно.

– Забери, – Людвиг протянул под столом мешочек с монетами. – Капитан их всё равно не взял.

– Тебе не надо?

– Это местные деньги.

– Так купи что-нибудь в дорогу.

– Уже купил что нужно, – парень покрасовался новыми перчатками и сумкой.

– А жрать что будешь?

– Вот же… не подумал. Но у меня есть ещё немного.

Эйнар поколебался, но мешочек принял. Деньги помогут прожить без необходимости лезть в руины хоть какое-то время. Но монет мало, а надо ещё где-то жить. Вот только где? Он отпил из кружки и тут же выплюнул кислую дрянь назад. В прошлый раз пиво было лучше.

Обычно болтливый Людвиг молчал, о чём-то размышляя. Эйнар тоже не знал, что сказать. За эти недели они обговорили всё, что можно. Забавно, он не раз ловил себя на том, что не только почти избавился от родного акцента, но и стал произносить некоторые звуки, как островитянин.

– Не забывай про уроки, – сказал Эйнар. – Ты же знаешь все буквы, обязательно выучишься.

– Нет-нет, – Людвиг отмахнулся. – Как начинаю читать, так голова пухнет. Это не для меня.

– С фехтованием тоже не сразу получалось. Научишься. Кстати, вот тебе подарок на прощание.

Эйнар полез в карман и выудил одну из оставшихся пластинок.

– Это те самые деньги Лефланда?

– Угу. Хватит тебе на обед и на пиво. Главное, не бери ту цветную дрянь, которую они постоянно пьют. И Дым тоже не пробуй.

– Сохраню на память. Спасибо.

Парень вздохнул и убрал монетку. Эйнар подпёр голову руками. Ну и куда теперь идти?

– Тебе есть куда пойти? – спросил Людвиг, будто читая мысли.

Некуда. На востоке оставалось старое убежище Берны, но сейчас это просто стальная коробка в земле.

– Пойду на запад, – сказал Эйнар. – На востоке нет ничего, а на юге слишком жарко.

– Всегда мечтал побывать на юге, за горами. А что ты будешь делать на западе?

– Есть дела.

– Какие?

– Да что ты пристал?

Эйнар вздохнул. У него по-прежнему кантар с ключами от Сети, но без Берны это просто старая капсула. Вряд ли хоть кто-то кроме него и храмовников знает, для чего это нужно. Похоже, тайна Сети так и останется скрытой.

– Эйн, старина, я тут подумал, – сказал Людвиг и зевнул, почёсывая плохо выбритую исцарапанную щёку. Так и не научился бриться.

– Тебе не идёт.

Парень фыркнул.

– В общем, есть одно предложение.

– Какое?

– Плыви со мной!

Эйнар кашлянул от неожиданности.

– Зачем?

– А зачем тебе оставаться?

– Зачем мне вообще куда-то плыть?

– Ты упёртый, – Людвиг огляделся и начал говорить тише: – Так уж случилось, что у меня есть деньги и знатная фамилия.

– И?

– А ещё некий нордер меня спас и не один раз.

– Ты меня спасал намного чаще.

– Да погоди! Ты меня спасал, хотя и мог бросить. Ещё я рыцарь. За спасение рыцаря положена награда. Я дам тебе денег, отец добавит. Конечно, не столько, сколько просил Губерт, но выйдет приличная и красивая круглая сумма.

– И что мне с ней делать?

– Что делать с деньгами? – Людвиг скорчил рожу. – Думаю, ты найдёшь им применение. Могу подсказать.

– И что?

– Купи землю, дом. Может, хватит на поместье.

– Дом, поместье? – Эйнар опешил, мысли слишком роились в голове и не давали сосредоточиться. – Какое, мать твою, поместье?

– Ну обычное, Эйн. Не корчи из себя дурака, – Людвиг показал на гавань. – Представь, дом на берегу моря.

Обязательно должен быть длинный дом, наполовину вкопанный в землю, с большим очагом, у которого так приятно сидеть и греть руки. Эйнар представил это так явственно, будто уже там.

– На земле что-нибудь растёт. А что там выращивают? Овёс? Крапиву? Я не разбираюсь, – Людвиг махнул рукой и продолжил. – Пустишь крестьян, будут работать на твоей земле и платить тебе, а ты будешь сидеть на крыльце и смотреть, как мимо ходят девки и кланяются. Ну и будешь пялиться им на задницы, конечно.

– Я в сельском хозяйстве понимаю меньше тебя.

– Да при чём здесь это? Купишь домик в городе и станешь доктором. Будут к тебе ходить, не знаю, зубы там рвать или суставы вправлять. Всё равно ты в этом разбираешься не хуже многих.

– И геморрой лечить?

– У тебя все разговоры о жопах, – Людвиг захихикал. – Может, осмотришь руины, у нас ведь есть Стеклянные города. Кстати! К северу от Ривердаста, в Тренланде, стоит замок Паучьего Лорда, ещё на карте Берны светился. Я бы сходил вместе с тобой, осмотрели бы…

– Да погоди ты, дай подумать!

– Да нечего думать! – продолжил напирать рыцарь. – У тебя будет дом. Место, куда можно вернуться. У каждого должен быть свой уголок и ты его заслужил. Ты пообещал, что доведёшь меня до этого порта и слово сдержал, хотя видит Спаситель, как тяжело это было. Теперь прошу тебя, как друга – пошли дальше. Ты же сам говорил, что нечего разбрасываться людьми, которые помогают просто потому, что могут. А у меня было не так много близких людей.

– Ты только и делаешь, что меня выручаешь, а я…

– А разве дружба всегда должна строиться на том, что ожидаешь что-то получить? Да кроме этого, без тебя бы я сюда не дошёл, нет. Если боишься, то не бойся, я не брошу тебя там, обещаю.

– Нет, не в этом дело, – Эйнар вздохнул. – Я скажу одну неприятную вещь. Тебе предстоит объясняться со своими. Ты всё же… покинул поле боя без разрешения.

– Да говори прямо, что сбежал, – Людвиг сжал губы. – Уж об этом я не забыл. Будут клеймить позором и шушукаться за спиной. Будет очень неприятный разговор с отцом, а он сложный человек. Но я постараюсь выпутаться. Всё-таки я… – он огляделся по сторонам. – Мою фамилию ты знаешь и на виселицу меня не отправят. Так что переживу.

Он вздохнул. Из-за недосыпа и теней под глазами островитянин кажется старше своих лет.

– Вообще, я долго думал об этом. Я решил, что к Вечному всё это рыцарство. Когда война закончится, я уйду из войска.

– А сможешь?

– Будет сложно, – Людвиг улыбнулся. – Но я боюсь стать человеком, которым пугают детей и который снится в кошмарах. Вот только всё равно нужно вернуться, чтобы не считаться дезертиром. А потом искать другой путь. Хотя даже понятия не имею, чем ещё можно заняться.

– Да много чем, ты же дворянин!

– В этом и суть! Я младший сын и не наследую титулов, а для чего-то важного я слишком тупой. Остаётся только военное дело, в котором я, в общем-то, тоже бесполезный.

– А почему ты не наследуешь титулы?

– Все титулы идут старшему сыну и его первенцу, а мы… я уже рассказывал, сколько нас в семье. Так что кроме войны занятий для детей дворян нет.

– Обучай фехтованию, – подсказал Эйнар.

– Смеёшься? Чтобы обучать такому, надо быть мастером в своём деле, а я…

– Среди всех, кого встречал, ты на втором месте.

– А кто на первом? Мать твою, нордер, ты умеешь сбивать с темы, – Людвиг засмеялся. – Ты же так и не ответил! Хватит, давай уже, решайся!

– Я не знаю. Вряд ли твои друзья будут в восторге, что ты водишься со мной.

– Да пошли они к Вечному! Да и не так их у меня и много, – рыцарь ткнул Эйнара локтем в бок. – Скоро отплытие. У тебя одна жизнь, так и потратишь её на скитания? Лезть в эти руинах, а потом заразиться, как тот антрубер, помнишь.

А вот это удар прямо в глаз. Умереть от невидимой угрозы в жутких муках, это страшно. Эйнар вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. Разве он не мечтал о тихом месте, куда всегда можно вернуться?

– Ты меня ошарашил. Жить у вас на ост… где вы там живёте. У вас же там дожди, постоянно хмуро и сыро.

– Угу.

– Люди все напыщенные, холодные, будут смотреть на меня, как на кусок дерьма.

– Ага.

– А ещё плохая еда и пиво.

– Пиво лучше здешнего, а вот насчёт еды я согласен.

– Да что я делаю? Я с тобой! – Эйнар с размаху хлопнул Людвига по плечу, но замер. – А если я так сделаю там, у тебя дома, мне не отрубят руку?

– Только если я буду в плохом настроении, – рыцарь притворно нахмурился. – А так отделаешься плетями.

Они засмеялись. Островитянин отхлебнул этого гадкого пойла и даже не поморщился. Если он способен выпить такое, то его словам о хорошем пиве можно не доверять. Но это мелочи.

– Надеюсь, капитан не возьмёт за меня слишком много.

– А какая разница? Мы же не говорили, сколько нас плывёт.

– Только обещай, что не пропердишь каюту.

Людвиг захихикал и посмотрел на гавань.

– А это не наша галера там уходит?

Эйнар разглядел флаг Хельмдегардской республики. Корабль уходил из порта.

– Он же взял наши деньги! – возмутился островитянин. – Сучий сын! Чтобы его Вечный в жопу драл!

– Теперь придётся искать другого. Вот же дерьмо. Если бы не ты со своим пивом…

Эйнар успел прикусить язык, прежде чем парень услышал. Да при чём здесь он? Не он же пригласил выпить на прощание.

– Что говоришь? – Людвиг повернулся к нему.

– Неважно. Я хотел сказать… – Эйнар взглянул на море ещё раз и почувствовал, как несмотря на жару ему стало холодно.

– А это что за корабли, Эйн? Ты знаешь?

Он знал слишком хорошо. Пять кораблей с полированными стальными бортами входили в порт с такой скоростью, которую не может достичь ни один парусник. Да и этим кораблям вообще не нужны паруса и вёсла.

– Это дрэки! Высадка! Надо сматываться.

Но он почти прирос к скамейке, не имея сил подняться. В порту начиналась паника, а Эйнар не мог оторвать взгляд от знакомых очертаний. Дрэк не больше галеры в длину, но намного шире. Антенны раскачивались на низких крытых мостиках, на палубе стояли давно неработающие орудия. Один дрэк сменил курс, чтобы протаранить галеру. На галере пытались уйти в сторону, но не успели. Дерево треснуло так громко, будто выстрелила пушка. Корабль разбился, а дрэк даже не замедлил ход. Остальные шли к берегу, ломая причалы и лодки.

Редкие защитники города, оценив свои шансы, убегали, лишь немногие остались. Один стражник подбежал к столбу у пристани и дёрнул рычаг, опутанный тонкой проволокой. Раздался жуткий рёв, будто кто-то ранил огромное чудовище. Звук шёл из широкой трубы, закреплённой на вершине столба. За этим скрипучим и болезненным для ушей шумом слышно, как где-то вдали звучит такой же рёв. Древние сирены звали на помощь.

– Так ты что? – крикнул Людвиг, вырывая Эйнара из оцепенения. – Уходим!