Читать книгу "Пробел"

– Он будет всего один? – в очередной раз спросил индюк, мнящий себя их главарем.

– Да, но он очень опасен, – в очередной раз ответил я.

Эти ребята были небольшого ума, но физической силой похвастаться могли. Как и беспринципностью. Именно они и нужны были для осуществления задуманного. Тех, кто выживет после встречи с охотником, я со временем устраню сам. Мне не нужны свидетели. К тому времени, когда расследование доберется до виновников, ни один из них уже не сможет ничего поведать миру.

– Мы можем его тихо прихлопнуть. Перышком под ребрышко, – подтявкнул главарю какой-то остряк.

– Никаких ножей! – рявкнул я, но снова вернулся к ровному тону. – Только огнестрел и то оружие, что я вам дам.

Я уже приготовил транквилизатор, способный повалить с ног даже динозавра. Это замедлит охотника, после чего его смогут добить выстрелами в голову. Конечно, сам я присутствовать при этом деле не мог.

– Как договаривались – пятьдесят процентов сейчас, остальное – по факту, – снова вступил в разговор главный индюк.

Через три дня дело было сделано. Туповатые ребята справились. В поселке, заранее мною указанном, где в тот момент был только один охотник, схватили девицу. Затащили в сарай и заставили повизжать. Конечно, охотник рано или поздно среагировал бы на призыв о помощи. Там его и прикончили. Правда, двоих он все-таки успел уложить и даже помог убежать девице. Но это и к лучшему. Мне был на руку свидетель, который потом расскажет, что произошло, тем, кто придет мстить за своего. По ее рассказу они узнают, что это были люди, а не вампиры. Они всадили в охотника несколько пуль с транквилизатором и разрядили пару обойм, только после этого тот перестал дышать. Тело привезли в назначенное место, а я безропотно сверху оплатил и потерю двух членов банды. На том и разошлись. Ненадолго, в скором времени я вернусь за каждым из оставшихся.

Подвесив тело за ноги, я сделал длинный продольный разрез вдоль гортани к животу. Такого количества крови хватит надолго. Запах сильно уменьшится уже скоро, но полностью не исчезнет. И вот тут вступают в дело два очкарика-ученых. Их молчание стоило недорого. Возможно, они и сами готовы были заплатить за работу с какой-то совершенно странной кровью, в которой зачем-то требуется снизить уровень ферментов, не изменяя остального состава. Когда они добьются успеха, их тоже придется тихо убрать с дороги. Как жаль, что у меня нет способности Стирателя. Это многим бы спасло жизнь и сократило бы мне издержки.

Глава 6

Наташа

Через пару дней Максим снова заявился ко мне, сразу с порога заявив:

– Ты же хотела приключений? Ну что, готова сорваться в путешествие?

– Куда? – опешила я.

– О! Я ожидал другой реакции… Что-то типа «буду готова через пятнадцать минут».

– Буду готова через пятнадцать минут! – отрапортовала я и кинулась в спальню, задыхаясь от предвкушения скорого отчаливания из милого дома.

Я покидала в сумку вещи, документы, остаток денег и бегло осмотрела комнату, просчитывая, не забыла ли что важное.

– Куда намылилась? – из второй спальни показалась растрепанная голова матери. Та, увидев Макса в прихожей, запахнула халат и вышла.

– Уезжаю я, мам, уезжаю, – я положила в сумку и куртку, а потом, секунду поразмыслив, взяла пакет и закинула туда ботинки и кеды.

– Надолго? – мать повысила голос.

– Надеюсь, что навсегда.

– К новому хахалю, что ли? – она кивнула на парня. – Ну, тогда через недельку вернешься.

– Угу, – я уже собралась и толкнула Макса в подъезд.

– Наркоманка чертова! Шлюха! – послышалось вслед.

Я даже не думала отвечать. А в машине приступила к тому, что мне было на самом деле интересно:

– Я так понимаю, что это непосредственно связано с убийцей моего отца? Так куда мы едем?

– В Питер. Там есть человек… ну помнишь, я тебе рассказывал про гипноз. Возможно, он поможет вспомнить. Хоть что-то, – Макс уже выезжал на окружную трассу.

– Это хорошо, – протянула я и устроилась поудобнее, готовясь к длительной поездке. Через какое-то время, уловив боль в челюсти, я вдруг осознала, что все это время неистово улыбалась. Как хренов Гуинплен.

Дорога заняла у нас почти три дня. Мы останавливались в придорожных кафе, чтобы перекусить, а ночевали прямо в машине. Предложила подменять водителя – я умела рулить не хуже него. Но прав у меня, конечно, не было. Макс на это не соглашался. Но надо признать, что спал он очень мало, поэтому к цели мы приближались достаточно быстро. Отношения между нами стали заметно теплее – и хоть парень до сих пор ничего не рассказывал о себе, в любых других темах он был прекрасным собеседником. Я же постепенно выложила всю свою биографию, мне скрывать было нечего. И еще, я была очень счастлива, что вырвалась наконец-то, впервые в жизни, из проклятого города, где каждое здание вызывало тошноту. Мне потом очень не захочется возвращаться обратно.

В Санкт-Петербурге, который ошарашил меня своими размерами и буйной, выставляемой напоказ красотой, мы сразу направились по адресу того «гипнотизера». Изначально я не очень-то верила в подобные психологические финты, но решила, что приложу максимум усилий со своей стороны. Тут дело не в моей вере или безверии… Я так хотела, чтобы это сработало, чтобы мое путешествие на этом не закончилось, что была готова поверить во что угодно.

Очередной старинный дом с витиеватой лепниной на карнизах и наконец-то дверь – тяжелая, как ворота в дворцовый замок. Нам открыла светловолосая девушка – такая молодая, милая и приветливая, что мне пришлось даже распрощаться с трехдневной убежденностью, что гипнотизеры обязаны появляться из клубов сизого дыма и выть, как кладбищенские зомби.

– Ты Максим? – прощебетала она. Похоже, что это была их первая личная встреча.

– Да. А это Наташа, я по телефону о ней говорил.

– Заходите, заходите, – она провела нас в огромную гостиную, ассоциировавшуюся у меня размерами со школьным спортзалом. Правда, в моей школе спортзал был обставлен чуть менее изысканно. Похоже, гипнотизеры неплохо зарабатывают.

– Меня зовут Настя, – блондинка с приветливой улыбкой сразу обратилась ко мне. – Наташ, нам спешить некуда. Ты после дороги устала. Прими душ, отдохни, потом перекусим… Мы вполне можем отложить это и до завтра.

Интересно, она предлагала остаться до завтра тут, в этих роскошных апартаментах? Что-то меня коробило от одной этой мысли. В квартире, подобной этой, я бывала всего один раз в жизни – во время нашего неудачного променада с Псиной. Я никогда не отличалась особой стеснительностью, но в этой атмосфере немного терялась. И без серебряных приборов за дубовым столом, которых стоило бы ожидать, судя по обстановочке, я чувствовала себя посторонней, единственной не посвященной в тайны их «детективного агентства». Дополнительные удары по самолюбию были бы излишни. Но от душа отказаться все-таки не смогла, да и там постаралась управиться максимально быстро. Переодевшись в чистое, я снова вышла в гостиную. Настя тут же всучила мне прямо в руки чашку с горячим чаем.

– Давайте начнем, – кажется, я слишком резко выдала свое нетерпение.

Настя вздохнула и приняла чашку обратно.

– Садись на диван. Максим, – она обратилась к парню. – Как я уже тебе говорила, шансы невелики. Если ей было всего восемь…

– Других свидетелей все равно нет, – пожал плечами тот.

И потом я куда-то провалилась. Вот в самом прямом смысле. Я никогда раньше не теряла сознание, но, скорее всего, это было что-то очень близкое. Очнувшись, уже лежа вдоль дивана, я никак не могла сообразить, сколько времени я была в отключке. Осмотрелась и с трудом села, превозмогая быстро проходящее оцепенение.

– Это был… гипноз? – уточнила я, до сих пор пытаясь прийти в себя.

Настя кивнула.

– И, судя по вашим рожам… в смысле, лицам, вы ничего не выяснили?

– А разве ты сама не помнишь? Расскажи, что произошло тогда, – мягко улыбнулась девушка.

Я обратилась к своей памяти и обнаружила, насколько отчетливо могу воспроизвести те события… но не все. Например, тело отца так и осталось покрыто туманом прошедших лет. Но зато я помнила само нападение. Убийцу.

– У него было странное лицо… – задумчиво формулировала я. – Может, маска… Красные глаза и клыки наружу, когда он скалился… как у какого-нибудь гребаного вампира из фильмов.

Настя посмотрела на Макса и развела руками – мол, видишь, я же говорила.

Но я продолжала вспоминать детали:

– Одежда вся какая-то рваная. Прямо лохмотья… Рост… Чуть выше папы – это значит, что чуть выше ста восьмидесяти… Волосы черные, – я посмотрела на Настю, попутно осознавая шок от воспоминаний, которые всплывали без каких-либо усилий с моей стороны. – Фигура… Взрослый мужчина, не подросток… но и не старик… И еще… подождите! Потом появился другой человек, чуть пониже ростом… почти лысый, но с такими же красными глазами. Он налетел на убийцу, как вихрь! Свалил с ног, бил головой о землю, а потом… они оба просто исчезли. Тот второй и спас меня и маму, – на этом картинка из прошлого иссякла. – И… как я понимаю, этого слишком мало, чтоб их отыскать.

Девушка пересела ко мне на диван и обняла одной рукой, будто утешая.

Максим встал и взлохматил волосы. И поскольку я до сих пор ни разу не видела его злым или возбужденным, то пришла к выводу, что для него такая реакция – крайняя степень ярости.

– Ну неужели больше ничего нельзя сделать?

Настя встала и подошла к нему, решив, что сейчас он больше нуждается в ее поддержке.

– Я могу попросить Алекса… У него больше опыта, как у Стирателя. Но уверяю тебя, невозможно заставить вспомнить то, чего она не знает! Она и так рассказала больше, чем мы могли предположить. Теперь ты знаешь немного о внешности второго! Круг подозреваемых можно хоть немного сузить.

– Ага, – вот сейчас его злость можно было ощущать уже полноценно. – Под это описание подходит каждый пятый!

Настя похлопала его по руке:

– Не совсем, – она явно пыталась помочь. – Если ты откинешь всех… ну ты знаешь, – я на этом месте в очередной раз убедилась, что от меня скрывают очень многое. – Хотя ты все равно прав. Этого точно недостаточно для доказательства, – она снова вздохнула.

После этого мы довольно быстро распрощались с радушной хозяйкой, хотя та и предлагала погостить еще. Но похоже, настроение у Макса, как и у меня, сошло на нет.

– Куда теперь? – спросила я, едва мы вышли на улицу. – Только не говори, что это все, конец! Давай думать что-то еще!

Максим вышел из своей задумчивости, а потом одарил меня самой приветливой улыбкой, что делал нечасто.

– Нет, дорогуша, конечно, не все. Мы останемся тут на пару дней – мне надо кое с кем встретиться. В любом случае, это дело я бросить не могу. Так ты со мной?

Я завизжала от радости и бросилась его обнимать, подпрыгивая на месте. Он улыбался теперь еще шире и даже не оттолкнул, чего я подспудно ожидала.

Мы остановились в какой-то квартирке почти в самом центре города – небольшой и неуютной. После непродолжительного исследования я обнаружила, что и в ней никто постоянно не живет. У их «агентства», похоже, были своеобразные перевалочные базы – вот такие квартиры чуть ли не в каждом городе, где любой из них мог остановиться при необходимости. Я начинала подозревать, что мой новый друг – из какого-нибудь ЦРУ. Фантастично звучит, зато полностью все объясняет, включая и то, что он ничего о работе не говорит. Даже ручные гипнотизеры в эту версию вписываются органичнее, чем в любую другую.

– Что такое Стиратель? – спросила я уже после того, как мы плотно поужинали едой на вынос из ближайшей кафешки.

– Ну… это они так себя называют, – протянул Макс, устраиваясь за своим ноутбуком.

– Кто? Гипнотизеры?

– Не все. А которые, как Настя, помогают вспомнить.

– Вспомнить? Какая-то больная логика, не находишь? – съязвила я. – Стиратель должен стирать! Белье хотя бы… силой мысли.

– Нет, – он отмахнулся. – У их дара есть и другая сторона – они так же умеют и стирать память. И эта способность ценится выше. Поэтому Стиратель, а не какой-нибудь Вспоминатель… Все, займись чем-нибудь или погуляй. Мне надо поработать.

Я притихла, наблюдая, как Макс что-то печатает, читает, рассматривает фотографии. Через пару часов, поняв, что так он завис надолго, действительно выбралась на улицу.

Я была в Санкт-Петербурге! От одной этой мысли хотелось танцевать. Да, моя эйфория немного поугасла, пока мы проезжали в пути другие города, но не потухла окончательно. Я просто гуляла по улице, боясь далеко отойти от нашего многоквартирного дома, чтоб не заблудиться, и наслаждалась; завидовала всем, кто сразу родился в таком прекрасном пасмурном месте. И приходила к мысли, что никогда ничем не разозлю Макса, буду слушаться и повиноваться – только потому, что он подарил мне этот день.

Вернувшись в квартиру, я обнаружила там гостя – мужчину средних лет, который тут же приветливо помахал мне рукой.

– Коллега по ЦРУ? – спросила я, и этот новый мужик – Иван Иваныч, как он представился, расхохотался.

– А она у тебя ничего так, смышленая! – он хлопнул Макса по плечу. – Ладно, мне пора.

В дверях он остановился и снова обратился к парню, видимо, желая высказаться напоследок:

– Максим, я всё понимаю. Все понимают, уж поверь. Но горячку не пори. Убедись на сто процентов, что это он! Потому что если ты ошибешься… ну знаешь, на нас всех тогда полетят плевки… А это сейчас совершенно не нужно, как никогда – не нужно. Вероятность того, что это он, один к двенадцати тысячам. Поэтому убедись… – они пожали друг другу руки, после чего Иван Иваныч отсалютовал и мне.

– Он говорил про того убийцу? – сразу же переспросила я, как только закрыла дверь за ушедшим.

– Ну ты же сама все слышала… Есть у меня подозреваемый. По тем внешним признакам подходит, но ты понимаешь, что брюнетов такого роста… в кого ни плюнь. Ладно, почти в кого ни плюнь. Но у моего когда-то давно был… приятель, чуть ниже ростом и почти лысый. И на этом… в общем-то, вся связь.

Я обреченно вздохнула, понимая, что мы собираемся преследовать человека, который виновен только в том, что его приятель не мог похвастаться шикарной шевелюрой. Но Макс неожиданно продолжил:

– У меня интуиция… Я даже не знаю, как тебе это объяснить, но она говорит о том, что вероятность гораздо больше, чем один к двенадцати тысячам!

– Тогда что мы будем делать?

– Будем проверять того парня, раз других вариантов нет.

Я снова воодушевилась:

– Как?

– Я пока и сам не знаю… Он бизнесмен, очень состоятельный, но живет в небольшом городе… Ему принадлежат кафе, рестораны, гостиницы. При этом, как сказал Иван Иваныч, нужны твердые доказательства. И если за мной тогда следили именно его люди, то, скорее всего, моя физиономия ему известна.

– А моя нет! – меня переполнял восторг от того, что и я могу быть полезна. – Следили точно за твоей квартирой, я уверена! Не за мной! Я не знаю, как к этому богатому престарелому говнюку подобраться, но можно начать издалека… например, устроиться к нему на работу. Той же официанткой!

– Во-первых, мы еще не знаем, что он именно тот самый говнюк, так что не будем клеймить пока человека.

Я перебила:

– Зато «говнюк» – гораздо короче, чем «убийца моего отца»! Так что для житейских разговоров вполне сойдет! Потом заочно перед ним извинимся, если оправдаем.

– Во-вторых, если ты устроишься простой официанткой, то подбираться будешь к нему о-о-очень долго.

– Но это хоть что-то! Возможно, мне удастся что-то разузнать… А если появятся другие варианты – перейдем на них. Насколько я понимаю, тот говнюк не в себе, вообще псих конченый. Мне кажется, если за ним следить достаточно долго, то это как-то проявится.

Он вообще меня не слушал:

– В-третьих, насчет престарелого… А… хотя на это пока забей. И сразу в-четвертых, Наташа, ты должна изначально себя настроить на то, что это может быть не он. Вероятность, действительно, ничтожно мала. Тот… говнюк мог уже давно умереть, переехать за границу, попасть-таки в психушку – да что угодно! И слежка могла быть вообще не связана с тем старым делом – полно других вопросов и других людей, которых я мог заинтересовать. Так что заодно ты должна быть готова, что мы никогда его не найдем.

– Хорошо. Бросаться на говнюка с топором я не стану. Пока мы не раскопаем доказательства!

Максим задумчиво кивнул.

– Говнюк или не говнюк… вот в чем вопрос.

Кай

Я не дергался, когда узнал, что охотник повез единственную свидетельницу к Стирателям. Все, что произойдет – произойдет помимо моего волнения. И я прогнозировал такой ход событий. Ближайшие Стиратели, а именно к ним бы я и обратился на месте охотника, жили в Питере. От моего родного города до Санкт-Петербурга шла единственная трасса. Одному из моих подопечных Змей с неплохой способностью внушения понадобилось несколько дней, чтобы пройти по этой дороге заранее и создать цепь слежки. Почему никто не догадался раньше следить за охотниками через людей? Ведь человеческий ресурс неисчерпаем! Змея заходил в каждое придорожное кафе, магазин и автозаправку и просто внушал, показывая фотографии, в каком случае стоит ему позвонить по такому-то номеру. Для вампира даже со слабой способностью Эмпата – плевое дело. Никакого насилия он над этими людьми не учинял, ни к чему плохому не принуждал и даже обещал награду, поэтому законов новой Империи не нарушил. И ему позвонили сразу несколько таким образом подготовленных людей, видевших этого парня и ту рыжую девчонку. Поэтому я знал об их перемещениях, но не дергался. Подозрений по отношению к своей персоне я мог ожидать – охотник перебирает всех, кто хотя бы теоретически мог устроить тот шабашик двенадцать лет назад, и заподозрить новоявленного несанкционированного было бы естественно.

И судя по тому, что меня до сих пор не схватили, Стирателю ничего важного выведать не удалось. После Питера я вообще потерял их из вида и не тратил ресурсы на поиск, потому что повод для тревоги так и не обозначил себя.

Только месяца через три я вспомнил про этих двоих, практически столкнувшись с девицей нос к носу. В тот поздний вечер я заехал за Русланом, который заканчивал проверять бухгалтерию в одном из моих кафе. Я и сам бы занимался только составлением и проверкой отчетности – цифры меня успокаивали, но, к сожалению, всегда находилось множество других вопросов, которые приходилось решать лично. Я зашел в кафе, которое уже готовилось к закрытию и сразу же обратил внимание на рыжую девушку, мывшую пол в другом конце зала. Она была достаточно далеко и даже не заметила моего появления, но вампирское чутье позволило моментально оценить ситуацию. Никаких сомнений, это она – та самая свидетельница моего небольшого грехопадения.

Я не хотел быть ею замеченным, поэтому сразу зашел в комнату с открытой нараспашку дверью, где Руслан склонился над бухгалтерским балансом.

– Привет, я скоро, подожди немного, – поднял голову помощник, но я сейчас потерял интерес даже к цифрам.

– Новая уборщица? – я махнул рукой в сторону общего зала.

Руслан удивленно вскинул брови. Конечно, шеф до сих пор никогда не интересовался настолько незначительным персоналом и уж, тем более, вряд ли бы распознал новое лицо.

– Не совсем новая. Больше двух месяцев тут работает в должности уборщицы. Наталья Деева. Двадцать лет. Работает хорошо, ни прогулов, ни опозданий, – он, как обычно, сразу выложил полный отчет. – А что?

Та-а-ак. Фамилия другая, а это значит, что охотники выправили ей новые документы. Девушка выпрямилась и повела рыжей головкой, оценивая оставшийся фронт работ, но в нашу сторону даже не повернулась. Уморилась, видать, шпионка с тряпкой.

Они решили внедрить ее сюда… для слежки? И чего она сможет разузнать на такой крутейшей должности, в такой дали от головного офиса? Если она тут, то я у них под подозрением. А раз ко мне еще не пришли – значит, доказательств у них нет. И не будет. Запаха охотника нигде не ощущалось, наверное, тот держится в отдалении. И ведь не боится отправлять своего человека прямо ко мне в пасть… Хотя нет. Бояться тому совершенно нечего. Если с девушкой что-то случится, даже если она сама поскользнется на этом мокром полу и свернет себе шею – я тут же стану первым подозреваемым. Если сейчас у них только необоснованные гипотезы, то случись с ней что – они моментально вырастут в твердую уверенность. Поэтому тут она в полной безопасности… Но охотник где-то поблизости. Какой у них план? Намывать мне полы, пока я сам не расколюсь?

– Ничего такая, – прокомментировал я вслух.

Это Руслана просто добило:

– Ты знаком, что ли, с ней?

– Нет пока.

– И чего ты там смог разглядеть на таком расстоянии? – я просто пожал плечами, не ответив. – Да нет, Лёх, я, конечно, рад, что ты впервые хоть на кого-то посмотрел… А то твоя столичная мадама тебя рано или поздно с ума сведет. Но… А слушай, давай… типа представлю сотрудницу верховному главнокомандующему?

– Нет. В другой раз, – я устремился к бухгалтерской документации, обозначив тем, что разговор окончен.

Наташа

– А-а-а! Бесит! – я раздраженно откинула вилку. – Ну фигня это все, Макс! Я столько уже там работаю, и даже ни разу с ним не встретилась!

В этом городе мы сняли квартиру на самой окраине. Там вдвоем и жили уже почти три месяца, пытаясь приблизиться к своей цели, но ни на шаг не продвинулись. Максим терпеливо успокаивал меня, как это бывало все последние дни:

– Ты пообщалась с персоналом. Все, как один, отзываются о нем положительно – типа строгий, но справедливый начальник, спокойный, уравновешенный. Познакомилась с его помощником…

– И что нам дает такая бесценная информация? – я захныкала. – За какой же бредовой идеей мы с тобой помчались? Цвет волос и рост? Сколько таких людей вообще? Почему ты думаешь именно на этого Матвеева?

– Интуиция!

– Да вертела я твою интуицию перпендикулярно оси! Расскажи мне все, что знаешь о нем! Я ведь не дура, понимаю, что тебя сюда что-то привело, а не просто ткнул в первого бизнесмена с черными волосами!

– Наташ, я не могу.

Я попыталась успокоиться, ведь уже давно решила для себя, что буду терпеливо дожидаться от Макса откровенности. Он и так мне дал слишком многое – другая жизнь, другой город, первая настоящая работа и определенная цель для каждого действия. Можно было отблагодарить за это хотя бы терпением.

Теперь уже Макс окончательно стал для меня особенным человеком. Возможно, я, всю жизнь подсознательно тоскующая по папе, вдруг встретила того, кто достоин такой же преданности с моей стороны. Нет, конечно, я не воспринимала его как отца или брата, но он вполне заслуживал, чтобы им быть. Я привязывалась, чувствуя себя от этого уязвимой, но иногда ловила себя на сопливой мысли, что он – мой первый в жизни настоящий друг. А в моем возрасте такие новости с непривычки оглушают. Хотя иногда и беспокоилась о том, что вся наша дружба основана только на общем деле. И тут же переубеждала себя – нет же, я ведь вижу, что он тоже меняется! Во многих вопросах он оставался таким же скрытным, как и раньше, но во всех других темах уже давно принимал меня всерьез. Между нами ни разу не проскользнуло ничего, что можно было бы назвать флиртом, а я этого очень опасалась. Даже и не знаю, как бы поступила, если бы Макс вдруг начал проявлять ко мне романтический интерес. Я вовсе не хотела бы испортить первую в своей жизни дружбу получасовыми фрикциями. Но он, к величайшему счастью, полностью оправдывал мои ожидания и в этом вопросе.

– Да, извини. Просто так сильно одно к другому не вяжется… По фотографиям ему лет двадцать пять… Ну максимум, тридцать, если он ночует в холодильнике… Тот говнюк, насколько я смогла вспомнить, не выглядел ни ребенком, ни даже подростком! А дело-то было двенадцать лет назад! Этот уж слишком молодой, чтобы оказаться говнюком.

– С таким баблом он может подтяжки лица себе ежегодно делать! – со смехом предложил свое объяснение Макс.

– Вот это и не клеится! С таким баблом он мог практически полностью изменить свою внешность и уж точно перекрасить волосы! Ну, если бы он боялся, что его кто-то узнает! А этот… солидный человек, ни от кого явно не скрывается… Никак не могу понять…

– Наташа, может, ты и права. Скорее всего, я действительно ошибся. Хочешь вернуться в свой город?

Угрожает, милый мой соратник, угрожает… И знает наверняка, что угрозы цели достигнут.

– Нет! – я даже руку вскинула. – Не кипятись, братишка! Буду мыть пол и наблюдать! Мыть и наблюдать! Может, мне с этим Русланом попытаться замутить? Он ничего так…

– Не надо, если сама не хочешь, – собеседник снова задумался.

– Тогда я никогда не выйду на этого Алексея Алексеевича! Состарюсь и умру, ни разу не повстречавшись с шефом.

– Потерпи еще. Мне кажется, ситуация скоро изменится.

– Опять твоя чертова интуиция?

– Она, родимая, она…