Читать книгу "Серая зона. Жизнь на руинах"

Глава 44

Массив Дунаевского. Тот же день.

Наташа и Алиса приготовили завтрак, и шестеро подпольщиков уселись за столом в гостиной Золиных, чтобы как следует отметить вчерашнюю вылазку.

Это было их первое серьёзное предприятие в таком составе. Кроме того, вчерашняя операция являлась, безусловно, самой удачной. В результате они получили еще два автомобиля, хорошо приспособленных к условиям бездорожья, и много оружия, причём такого, какого ранее у них не было.

Но самое главное, считал Игорь, у них появилась уверенность в своих силах. Еще недавно четверо из них были так называемыми «белыми воротничками», Коля ушел не так далеко, рассекая на своей «девятке» и «впаривая» сельским бабам-продавщицам побольше пива. Единственный, кого более-менее можно было считать подготовленным к чему-то подобному, так это Толик, некоторое время состоявший в рядах бандитов. Но, как бы там ни было, в ходе вчерашней операции все они проявили себя с лучшей стороны, в результате чего под командованием Игоря теперь была уже сработавшаяся боевая группа, которая вполне могла выполнять определённые задачи по решению вопросов силовым методом. Конечно, в целом это было больше обратным прогрессом, но все понимали, что в нынешних условиях порой приходилось действовать жестко.

Но Игорь понимал, что для того, чтобы выжить, необходимо постоянно идти вперёд и развиваться, поэтому и решил провести нечто наподобие совещания между членами группы за завтраком, чтобы подытожить свои достижения и определить дальнейший сценарий развития событий.

– Ну, как вам вчерашний вечер? – спросил парень у остальных, когда все уселись.

– Круто! Еще хотим, – сказала Алиса, и Игорь заметил жадный взгляд Толика, обращённый на девушку.

Впрочем, для этого у мужчины были все причины – в то утро Алиса была одета в белый топик, который открывал её плоский живот и выгодно подчёркивал грудь. Девушка уже не впервые одевалась так вызывающе, и иногда Игорь вспоминал предположение Толика о том, что ей мало одного Дениса. Но на данный момент он решил отбросить эту тему, так как имел более важные задачи на утро.

– Но ты, я так понимаю, не намерен останавливаться на достигнутом? – спросил у парня Денис, встретившись с ним взглядом.

– Ты правильно понимаешь. Вот об этом я и решил с вами поговорить сегодня. Ситуация вокруг сейчас, сами понимаете, сложная. Выехать никуда мы уже не можем. В принципе, можно попытаться сделать это на машине, но никто же не знает, что может ждать нас в дороге. Поэтому другого варианта, кроме как оставаться и жить здесь, по крайней мере, пока, я не вижу. Все со мной согласны?

Окружающие закивали головами, продолжая уплетать тушеную картошку с мясом и салат из овощей.

– Так вот. Если мы хотим жить лучше – насколько это, конечно, возможно – у нас должен быть план. Без него нас либо убьют, либо загонят в какое-то стадо – или бандиты с Шумил, или наши городские власти. Но все мы знаем, что в таком случае мы никак не станем жить лучше. Если город захватят шумильские, мы будем жить в анархии и беззаконии. На мэра и ему подобных тоже надеяться не вижу смысла – их цель выжимать из простых людей последние соки, чтобы самим, как сыр в масле кататься. Поэтому нам нужно самим думать, как и что делать, пока кто-то не стал думать за нас и диктовать нам свои условия. И сейчас у нас еще есть такая возможность.

– То есть, ты намекаешь, что нам нужно организовать что-то типа своего государства? – спросил Денис.

– Грубо говоря, да. Но не всё так быстро.

– Будет Дунаевская Народная Республика, – усмехнувшись, сказал Коля

– ДНР? Это уже где-то было, – скептически произнёс Денис.

– Для начала нам нужно расширяться. Осваивать новые сферы деятельности, привлечь больше людей и разделить между ними обязанности.

– В целом неплохо. Но хотелось бы поконкретнее, как ты это видишь?

– Смотри, – продолжал Игорь, всё больше распаляясь новыми идеями, – сначала нужно организовать структуру власти и выбрать руководителя. Что до представителей власти я особо не сомневаюсь. Когда с нами будет больше людей, эти должности займём мы вшестером, если, конечно, не будет возражений, – он оглядел присутствующих, но никто из них не выказывал возражений, – объясню, почему так. Все мы разные, если вдуматься, и можем управлять разными сферами деятельности нашего, раз уж на то пошло, государства. Думаю, это будет самый логичный выход. Далее, на счет руководителя, я предлагаю себя. Поймите сами, любой группе, а тем более государству, нужен человек, который будет принимать важные решения и заниматься управлением. Но не хочу никому навязывать своё мнение, да и, тем более, мне важно ваше, так что, предлагаю проголосовать. Если кто против – так и скажите и предложите другой вариант.

Игорь изначально решил придерживаться доверительных и дружеских отношений с будущими представителями власти еще не существующего государства. Когда каждого будут связывать его полномочия и обязанности, налаживать контакт будет намного сложнее. Да и одностайность и единонаправленность во власти в дальнейшем поспособствует более лёгкому принятию решений.

Стали подниматься руки, и вскоре Игорь понял, что его единогласно выбрали лидером, чему он, конечно же, был очень рад. Это было как раз то, к чему он стремился. Наконец-то, он окончательно пересел из кресла системного администратора в кресло руководителя зарождающейся республики. Хотя с формой правления парень еще не определился. Характер Игорь имел достаточно автократичный, поэтому ему ближе были монархия или диктатура. Первый вариант он отмёл практически сразу, так как внезапное возникновение в двадцать первом веке нового царя или князя, особенно там, где их не было уже несколько сотен лет, выглядело бы смешно и нелепо. Сам же парень считал, что в сложившихся обстоятельствах в государстве должна быть смешанная форма власти, причём выборочная – людям, которые хотят жить в цивилизованном обществе и готовы соблюдать правила, нужно устроить демократию, остальным же нужен жесткий лидер-автократ, который сможет навести порядок в стране любыми методами. Но все эти мысли и планы пока были неуместными, так как по факту и страны никакой не было, поэтому Игорь решил вернуться к более насущным проблемам.

– Благодарю за доверие, – сказал он, когда все опустили руки, и гостиная их квартиры наполнилась звуками поздравительных аплодисментов.

– Вот видишь, сел за стол безработным, встал уже президентом, – пошутил Коля, и присутствующие отреагировали дружным смехом на его слова.

– Теперь, я считаю, уже просто нужно выпить, – сказал Толик, – наливая всем по рюмке еще оставшегося после рейда в «АТБ» «Абсолюта».

– За нового президента, – поднял рюмку Денис.

– За нового президента, – подхватила его слова Наташа, а за ней и все остальные. В гостиной чувствовалась атмосфера единства и надежды на лучшее будущее.

– Спасибо за поздравления, – сказал Игорь, когда все выпили и стали закусывать, – теперь предлагаю заняться пополнением наших рядов. Не может же государство быть населением в шесть человек.

– Согласен, – сказал Толик, – но откуда ты собираешься их брать? Не будешь же буклетики с рекламой раздавать на улице или в почтовый ящик бросать?

– Нет, они придут сами.

– Сами? Вот этого я уже не понимаю. Объясни.

– Объясняю – случится это, конечно, не сразу. Нужно грамотно забросить информацию в народ. Сначала сагитировать какую-то небольшую группку людей, и чтобы те потом разнесли эту информацию среди других таких же. Но агитировать нужно простых людей, а не бандитов или дельцов.

– Делаешь упор на рабочий класс? – усмехнулся Денис, – Государство рабочих и колхозников? Ты случайно, не серп и молот на герб хочешь поместить?

– Нет, это другое. Набирать нужно простых людей, потому что у них нет побочных интересов, как у бандитов, бизнесменов и действующей власти. Интерес простых людей – это мы. Остаётся только заинтересовать их.

– Подожди, Игорь. Но из этих простых людей в итоге могут получится те же бандиты, бизнесмены и прочие.

– Могут, но они не успеют укорениться. Их будет легче… устранить. Мы попробуем всё написать с чистого листа. Это лучше, чем мешать что-то новое и лучшее со старым и давно никому не нужным.

Слова Игоря заставили Дениса задуматься, и некоторое время все за столом молчали, продолжая завтракать.

– Я бы не сказал, что это настолько просто, как ты говоришь, – наконец, нарушил тишину Денис.

– А я и не говорю, что просто. Я говорю, что потом будет проще этим управлять. Лучше иметь вокруг себя народ, который на тебя надеется, чем разных хапуг, которые только хотят от тебя всяких привилегий за отдельную плату.

– А я, кстати, от этого не отказывался бы, – сказал Толик.

– Тогда у нас будет то же, что и было, – развёл руками Игорь, – да, многие, у кого был бы шанс начать всё сначала, поступили бы точно так же, как их предшественники. По-моему, история нашей страны, начиная с девяносто первого года только это и доказывала. Просто не находилось еще таких людей, которые взяли и действительно сделали всё, как нужно.

Опять запало непродолжительное молчание.

– Знаешь, Игорь, – вновь заговорил первым Денис, – мне кажется, такие люди находились, но, смешавшись с той швалью, которая всегда сидела в нашей политике, они становились такими же.

– Вот о чём я и пытаюсь сказать. Если кто помнит, то когда мы еще пешком под стол ходили, иногда мультик показывали советский по китайской народной сказке. Там, короче, дракон обложил данью деревни и, по-моему, ел тех, кто не платил. Одному мальчику это надоело, и он пришел и убил дракона. Как мальчик мог убить дракона не важно – сказка всё-таки, но суть в другом. Умирая, дракон рассказал, что когда-то он был таким же простым человеком, как и мальчик. И в то время тоже был дракон, и он тоже обирал простых людей. Мужчине это не понравилось, и он убил дракона, но потом, увидев богатства, хранившиеся у того во дворце, сам стал им. Поэтому его последние слова были: «Теперь ты дракон». Мальчик, конечно, не согласился, и всё закончилось хорошо. Но это мультик, а в жизни, всё по-другому. Каждый наш президент, каждое правительство только еще больше обирали людей.

– И ты хочешь стать таким, кто разрушит этот порочный круг, убьёт дракона и освободит людей из-под его гнета? – усмехнувшись, спросил Денис и покачал головой.

– Почему бы и нет? Я думаю, что, по крайней мере, стоит попробовать, а такая возможность сейчас реально есть. Нужно просто хорошенько напрячь мозги, и решение придёт.

Игорю нравилось убеждать Дениса. Он знал, что человек, который сомневается рядом, с одной стороны может и послужить на пользу. Он будет указывать на изъяны в его решениях и корректировать планы, подстраивая под реальность. С другой стороны, Игорь всегда был уверенным и хотел, чтобы окружающие были уверенны в нём. Потому что сомневающийся человек порой может бросить дело на полдороги, а что еще хуже, в ответственный момент повернуть назад или пойти против тебя. Но было похоже на то, что Денис не из таких, кто станет вредить своим же. Просто, как инженер, он, видимо, любил оттачивать планы до совершенства и продумывать их до малейших подробностей. Кроме того, по нему было видно, что парень он умный, образованный, а что еще лучше, не утративший способности логически мыслить. Но главным в нём для Игоря было совсем не это. Главным было, что Денис, несмотря на все свои способности, не рвался в лидеры. Он от природы был из тех людей, которые сами себя ставят на второе место. А такие люди вокруг Игорю были нужны.

– Ладно, давайте закончим с теорией – всё равно сейчас жизнь такая, что сегодня всё так, а завтра совсем по-другому. Так что, планы всё равно в дальнейшем придётся редактировать. Перейдём лучше к решению практических задач, а конкретнее – к привлечению людей. У меня есть уже кое-какие соображения на этот счет.

– Хочешь наладить отношения с соседями? – спросила Наташа, кивнув в сторону малосемейки.

– Именно. Они всё равно живут в нашем дворе, так что тут, по-моему, даже и вариантов быть не может. Если мы серьёзно взялись за это дело, то либо они с нами, либо против нас, – сказал Игорь, и стал ждать закономерного вопроса. И он прозвучал незамедлительно, озвученный, как и следовало ожидать, Денисом.

– А что будет, если они против нас? Ты же не будешь убивать женщин и детей только потому, что они отказываются тебя поддерживать.

Да, теперь Игорь понял, что с последней фразой он погорячился. Парень еще сам не знал, что будет делать в таком случае. Он на некоторое время задумался, опёршись на локти и опустив голову на сжатые в кулак перед лицом руки.

– Раз уж ми берёмся за это дело, – неожиданно для всех встрял в разговор Толик, – то нужно действовать жестко. Все знают, что сейчас, чтобы выжить одному, иногда должен умереть другой.

– Давайте это обсудим, – предложил Денис, – лично я не согласен…

– Подождите, – прервал начинающийся спор Игорь, – чего нам не нужно, так это ссор между собой. Запомните это на дальнейшее. Из-за такой хренотени когда-то развалилась Киевская Русь, а это было в своё время мощнейшее государство. Каждый тянул на себя одеяло, и в итоге все остались ни с чем. Что нужно нам, так это одностайность. Чтобы каждый из нас прикрывал другого, чтобы не случилось ничего подобного. Только так мы сможем победить. Слаженность и продуманность действий, отсутствие разногласий, целеустремлённость. Вот то, что нам поможет. Поэтому давайте действительно продумаем, что нам необходимо будет сделать в таком случае. С одной стороны, убивать женщин и детей, да и вообще безоружных людей, которые ни в чём перед нами не виноваты – это, очень мягко выражаясь, не правильно. Если конкретнее, это зверство, которое превращает человека в животное. А если мы превратимся в животных, нам уже не нужны будут никакие государства и законы. С другой стороны, прав и Толик – в теперешнее время просто необходимо быть жесткими, и вчера мы это с вами доказали. Лично я сейчас не могу дать однозначного ответа на вопрос, что мы будем делать с людьми, которые откажутся нам повиноваться. Может у кого-то из вас будут свои предложения?

– Я предлагаю таких выселять, – сказал Колька.

– Депортация? – усмехнулся Денис, – Друзья мои, мне всё время кажется, что вы упорно рвётесь обратно в Советский Союз.

– Пока что это только вариант, – сказал Игорь, и сам задумавшись над предложением Коли.

– А если такой вариант – мы их выселяем, а на следующий день они наводят на нас каких-то бандитов или городские власти, – сказал Толик, – думаю, ни тем, ни другим, не нужно отдельное государство на Дунае, которое метит управлять всем городом.

– Да, и такой вариант возможен, – покачал головой Игорь.

– Я думаю, – сказал Денис, – раз уж ты реально так серьёзно настроен, то ты должен найти слова, чтобы люди поверили и потянулись за тобой. Нужно просто правильно формулировать свои идеи и предложения.

– Да, тут ты прав. Лучшее начало – это наладить контакт и сделать выгодное предложение…

– И найти что-то у них, что нужно нам, – продолжил за него Денис.

– Так и сделаем. Теперь конкретнее. Что нам нужно? Их поддержка. Что им от нас нужно? Надежда на светлое будущее, а пока… охрана. У нас есть оружие и мы, если что, можем вступиться за них.

– Это, конечно, немного по-бандитски, но, в принципе, правильно. Безопасность – одна из базовых потребностей человека.

– Пирамида Маслоу? – усмехнулся Игорь.

– Она самая. И, кстати, о потребностях. Раз уж мы обеспечиваем их безопасность, они могли бы обеспечивать нас продуктами. Это к пункту о распределении обязанностей. Ты вроде как об этом тоже говорил. Часть населения уже будет занята в армии, часть – в продовольственной сфере. Потом, если всё пойдёт так, как мы себе представляем, можно будет приглашать еще людей, чтобы они занимались другими направлениями и пополняли ряды уже существующих.

– Я вижу, тебе понравилась эта идея, – довольно улыбаясь, произнёс Игорь.

– А почему бы и нет? Всё равно деваться нам отсюда некуда, так почему же не потратить время на развитие?

И, с точки зрения Игоря, это было абсолютно правильно. Кто бы мог подумать, что в условиях послевоенной разрухи у кучки самых, что ни на есть, обычных людей появится шанс построить что-то новое? Но на тот момент, всё это было не больше, чем планы. Тогда никто из них еще не догадывался, через что доведётся пройти на пути к их достижению, да и вообще, удастся ли еще хоть на шаг приблизится к заветной мечте в мире, где каждый день может стать последним.

Глава 45

Шумилы.

Женя очнулся оттого, что кто-то резко хлопал его по плечу ладонями. Открыв глаза, он обнаружил перед собой Арсена, смотревшего на него с неприкрытым презрением и ненавистью.

– Ну что, сучёнок, очнулся? – криво усмехнулся он одними губами, – Сейчас ты будешь очень жалеть, что не сдох.

Парень весь затрясся от страха. Он вдруг вспомнил события, которые предшествовали потере сознания, и понял, что сейчас будет что-то очень нехорошее. Для него. Испуганно завертев головой, он увидел, что лежит на полу в детсадовском спортзале. Чуть поодаль с привязанными к ступенькам «шведской стенки» руками сидели трое его товарищей с поникшими головами и испуганными взглядами

– Ты вообще знаешь, гандон ты штопаный, что мы с такими как ты, делаем?! – не дал ему толком очнуться чернявый парень – спутник Паши Бетона, резко рванув за воротник черного реглана, – Нет? Тогда мы тебе сейчас покажем? Я начну, а пацаны продолжат. А потом еще твои друзья с тобой то же сделают. Не догадываешься, о чём я говорю? – хищно усмехнувшись, спросил парень и плюнул в лицо Жене. Тот затрясся еще сильнее, и на глазах его появились слёзы. Он прекрасно понимал, о чём говорит бандит, – Петушить тебя будем, все вместе! Сначала мы, потом друзья твои, а потом я тебя, суку, в бордель сдам! Ты даже не представляешь, сколько у нас любителей таких вот молоденьких пареньков, и что они с такими делают!

С этими словами он развернул парня к себе спиной и, придавив его ноги, чтоб не сопротивлялся, стал расстёгивать ремень на его штанах. Понимая, что сейчас случится, Женя заорал не своим голосом:

– Не надо, пожалуйста! Я вас прошу, НЕ НАДО!

Из глаз его брызнули слёзы, и он истерически зарыдал. От былого Жени – грозного главаря подростковой банды не осталось и следа. Был только жалкий пятнадцатилетний парнишка с заплаканным лицом и сумасшедшими мечущимися глазами.

– Ладно, Миха, отпусти его пока, – донёсся сзади голос Укола, – а то опять уссытся.

Парень нехотя повиновался и встал с Жени. Тот почувствовал такое облегчение, как будто ему только что отменили смертный приговор.

– Ты не радуйся, – зло кинул ему Миха, отвесив парню такой подзатыльник, что тот треснулся головой о стену.

– Да уж, Женька, попал ты конкретно, – сказал, подойдя к лежащему на полу парню Укол, изобразив на лице выражение глубокой озадаченности, – и сам накосячил по полной, и друзей своих подставил. Не по понятиям это. Так серьёзные люди не поступают. И как тебе вообще такое в голову пришло, что я мог смерти своему лучшему другу желать? Не понимаю. Вот ты бы так поступил со своими друзьями? – осудительно помотал он головой и сел у трясущегося от страха Жени, – Хотя, глядя на то, что ты учудил, уже не знаю, что и думать.

Мужчина затих. Было видно, что он хочет этим разговором еще больше пристыдить и напугать провинившегося парня. Тот тоже это понимал, но другого выхода, кроме как сидеть у стены и слушать бандита, у него сейчас не было.

Вдруг Укол схватил его за шиворот и притянул к себе так близко, что щеку Жени обжигало его горячее дыхание.

– Ты что, щенок, думал самый умный?! Думал перехитрить Костю Укола?! Да хрен тебе с маслом! Я же всё специально подстроил, чтобы ты ко мне Бетона привёл. Вас же слышно было с самого начала, как вы там над нами прятались. И я тогда стал думать, а чего это вы за нами подслушивать и подглядывать стали? И решил проверить вашу реакцию – сказал, что мы от Бетона прячемся, хотя это, блядь, совсем не так. Тебя обманули, Женя. Обвели вокруг пальца, как последнего лоха! А ты взял и повёлся. Как ребёнок, пошел и заложил меня моему же другу! Как вообще можно было в такое поверить?! Хотя я знаю, почему так случилось. Это твои ненависть, жадность и тупость завели тебя в глухой угол, из которого теперь тебе не выбраться, как ни крути. И то, что Миха тебе только что тут тебе во всех красках рассказывал, так это всё будет, ты не сомневайся. Только не всё так просто. Мы начнём завтра, чтоб ты посидел и помучился, потому что такого говнюка, как ты, нужно хорошенько проучить. Посиди теперь и подумай до утра. А утром… о-о-х, тебе не позавидуешь.

Мужчина встал и не спеша подошел к окну. В установившейся тишине его шаги эхом отдавались в стенах просторного помещения.

– Хотя… – спустя некоторое время произнёс он, – у тебя есть один выход. Ты ведь хочешь, чтобы с тобой не случилось всего этого позора?

Он повернулся к Жене, и тот быстро закивал головой. Парень ужасно не хотел такого будущего, как ему разрисовал Миха, и готов был использовать любой шанс, лишь бы с ним ничего подобного не случилось.

– Ну тогда предложу тебе один вариант… – он кивнул Арсену, и тот протянул ему пистолет, – понял, что я хочу тебе сказать?

Женя прекрасно понял, на что на намекал бандит. Он должен убить себя, чтобы не стать жертвой позора. В принципе, равноценный обмен, сказал бы парень, если бы это всё происходило не с ним. Но Женя отчаянно не хотел умирать, и в этот момент его затрясло еще сильнее.

– Короче, ничего нового, – преспокойно продолжал Укол, – если ты соглашаешься, я даю тебе этот пистолет, но, естественно, только с одним патроном, а ты приставишь его к виску – только ровно, и выстрелишь. Одной пули вполне должно хватить, чтобы избавить тебя от всего, о чём мы сейчас говорили. Как тебе предложение? – он вопросительно посмотрел Жене в глаза.

У того холодок пробежал по затылку. Парень вообще не мог до конца поверить, что всё это происходит с ним. И как вообще этот бандит может предлагать ЕМУ такое?! Убить себя, когда тебе всего пятнадцать лет?! Когда жизнь только начинается, и впереди еще должно быть много всего интересного? Нет, такого не может быть. Это всё какая-то дурацкая шутка. Дурной сон, не более того. Но Женя всё же понимал, что это не сон и не шутка, и сейчас ему нужно сделать, вне всяких сомнений, самый сложный и важный выбор всей своей жизни.

Парень был не в состоянии вымолвить и слова. Он просто сидел и тупо смотрел на стоящего напротив него мужчину, губы его дрожали, а из глаз текли слёзы.

– Веришь, как раз таких парней у нас в борделе очень любят. Когда ты плачешь, то еще больше похож на девчонку, и многих это только еще больше заводит, – произнёс Укол со слабой улыбкой на лице.

Ответом ему по-прежнему было молчание.

– Слышишь, сучёнок, я не люблю, когда меня вот так игнорируют! – резко нагнулся мужчина к Жене и дал ему звонкую пощёчину, – А ты и подавно не такой уж важняк, чтобы не отвечать на мои вопросы. Хотя, чего я с тобой вообще здесь вожусь? Не хочешь по нормальному – не нужно. Попроси своих бывших друзей, чтоб они тебе вазелину на завтра раздобыли.

Сказав это, Укол расхохотался Жене в лицо, а затем развернулся и пошел прочь от него.

– Подождите, – сквозь слёзы проговорил Женя, – я согласен…

– Что, не слышу? – резким тоном спросил мужчина.

– Я согласен, – почти прокричал парень и заплакал еще сильнее.

– Вот, – протянул Укол, – вот это уже на что-то похоже. Настоящее мужское решение. Я даже тебя немного зауважал. Хотя нет. После того, что ты сделал, уважение – это сильно громко сказано. Ну ладно, раз уж ты так решил, то пожалуйста, – он проверил магазин пистолета и, защёлкнув его, положил на пол напротив Жени, а сам стал рядом, – стреляй прямо в висок, не поду углом, тогда всё получится с первого раза, и ты даже не успеешь почувствовать боли. Сейчас ты тут, а через секунду – уже там. Ну, хотя что я тебе говорю? Сейчас сам всё увидишь.

Женя еще некоторое время смотрел на лежащий на полу пистолет, нацеленный дулом прямо на него, и парня безумно пугала чернота, смотревшая ему в глаза. Там скрывалась его смерть. Но на то, чтобы решиться и сделать такое, парню нужно было время. Он поднял взгляд на стоявшего в паре шагах от него Укола. Лицо мужчины было абсолютно спокойно, взгляд беспристрастен, как будто тот с утра уже прописал такое же «лекарство» паре больных.

В какой-то момент Женя проникся такой жгучей ненавистью и к мужчине, и к его подельникам, и своим друзьям, что побоялся, что это отразится на его лице и станет слишком уж заметно. Он ненавидел их всех за то, что они будут жить, когда его уже не станет.

И в этот момент понял, что не сможет этого сделать. Он слишком уж любил себя, чтобы собственноручно причинить себе вред. Кому угодно, но только не себе. И тут у него родился план. Он не раз видел в фильмах, как это происходит, правда, там обычно погибает всё равно тот, у кого оружие в руках.

«Но фильмы и жизнь – вещи разные», – подумал Женя и взял в руку пистолет.

Он долго крутил его, внимательно разглядывая со всех сторон, а тем временем план вызревал у него в голове. Взгляды всех без исключения присутствующих были направлены на него. Бандиты смотрели с интересом, сможет ли парень убить себя. Товарищи Жени – все кроме Никиты, который уже ждал, когда пуля пробьёт череп парня и стена за его головой покроется красными брызгами крови – смотрели со страхом. Судя по тому, что их связали, участь их будет лишь немного отличаться от Жениной.

В комнате повисло такое напряжение, что казалось, его можно осязать. Все застыли в ожидании выстрела.

Но тут Женя выбросил вперёд руку со сжимаемым в ней пистолетом и прицелился в Укола.

– Ну, это тоже вариант, – зло усмехнувшись, произнёс тот, – только учти, пуля там одна. Так что, даже если ты убьёшь меня, тебе всё равно не спастись.

– Плевать! – выкрикнул Женя и тут же нажал на спуск.

Но ничего, кроме громкого щелчка, за этим не раздалось. В ужасе парень нажал еще и еще раз, но результат был тем же.

– Нужно было сначала снять с предохранителя, а потом стрелять, – произнёс мужчина, направляясь к нему.

Женя, быстро сообразив, где находится предохранитель, нажал на рычажок с левой стороны и попробовал выстрелить еще раз. Но к его превеликому разочарованию, выстрела вновь не последовало.

– Значит, сегодня точно не твой день, – сказал Укол и с размаху ударил парня кулаком в лицо.

Удар пришелся как раз по носу, и из того тотчас же хлынула кровь. Налицо был перелом, и от боли Женя сначала громко вскрикнул, а затем, застонав, осел на пол. Ладонь и пальцы правой руки, которой он прикрывал переломанный нос, были залиты его тёплой кровью, из глаз ручьями текли слёзы.

Укол замахнулся было еще раз, но остановился, видимо, решив, что и этого достаточно.

– Вот пидарёнышь мелкий! Нужно же быть таким, сука, долбоёбом, чтобы и это испортить! А знаешь, кстати, как всё должно было быть? Раз уж на то пошло, я тебе расскажу. Ты должен был сначала выстрелить себе в голову, и, естественно, ничего бы не случилось, потому что пистолет стоял на предохранителе. А знаешь, почему я не сказал? Потому, что хотел тебя помучить. Тебе же нужно было решиться на то, чтобы выстрелить. И тут вдруг такой облом, ты остаёшься жив. Радуешься неожиданности, а тут я тебе говорю, чтобы ты снял пистолет с предохранителя. Ты опять обосрался бы, начал плакать, собираться с мыслями. Но в итоге снова ничего. А знаешь почему? Потому что такому говнюку, как ты, я не позволю сдохнуть до того, как ты попадёшь в бордель, где тебя будут дрючить так, что ты молиться будешь, чтобы сдохнуть поскорее. Так что, для тебя ничего не поменялось. Завтра отправишься в свой новый дом. Мужика, сам понимаешь, из тебя уже никто и ничто не сделает, зато сделают девочкой, и не простой, а самой ходовой сучкой.

Сказав это, он плюнул на скорчившегося от боли в углу Женю и пошел прочь. Парень зарыдал во всё горло, понимая, что теперь его уже действительно ничто не спасёт от уготованной участи.