Читать книгу "Серая зона. Жизнь на руинах"

Глава 55

– Твою мать! Ты видел, кто это?! – воскликнул Арсен, проводив глазами пролетевший мимо полицейский автомобиль.

Они вдвоём впервые с тех пор, как было ограблено «АТБ», решили выйти на Шумилы, чтобы разведать ситуацию. И, пройдя квартал, услышали громкий взрыв со стороны многоэтажек.

Меньше, чем через минуту, мимо них промчалась полицейская «Тойота Приус».

– Выдра! – не сразу поняв, что увиденное им только что действительно является реальным, а не плодом игры воображения, воскликнул Укол.

– Вот сука! Мусором стал!

Костя никак не прокомментировал такое странное перевоплощение их бывшего подельника, проводив машину взглядом.

– А ну ка, пошли за ними, – сказал он.

– Ты собрался пешком догнать машину? – недоверчиво посмотрев на него, спросил Арсен.

– Не спрашивай, просто пошли.

Мужчины пробежали еще квартал в том направлении, где скрылся автомобиль. Звук шуршащих по асфальту шин отдалился и затих где-то вдали, а затем стал нарастать, как будто машина возвращалась. Подняв головы, мужчины увидели проблесковые маячки «Приуса», выглядывавшие из-за ограждения моста, которые пронеслись в сторону массива Дунаевского.

– Ну чё, понял? – посмотрев на товарища, спросил Укол.

– И чё я должен был понять?

– А то, что Выдра – не мусор.

– Как это не мусор? Он же только что на мусорской машине проехал.

– Да? Так какого хера мусорам на Дунае делать?! Я сразу понял, что тут что-то не так.

– Да что не так? Может, уже объяснишь мне? – всё еще не понимая, куда клонит его товарищ, спросил Арсен возмущённым тоном.

– Что тут объяснять? По беспределу пошел Выдра. Скентовался с какими-то такими же, как и сам, на Дунае и решил видно свою банду организовать. Как видишь, пытаются Шумилы штормить. Смотрите, пацаны, как бы вам боком это не вылезло.

– Да пусть и вылезет, нам только лучше, если его грохнут. Он же знает, что мы «АТБ» брали, да и вообще, общак наш дёрнул.

– Знаешь, – всё еще глядя на многоэтажки Дунаевского массива, процедил сквозь зубы Укол, – по поводу общака, у меня еще очень большое подозрение есть, что это покойный Жура его дёрнул и спрятал где-то, а на Выдру свалил. Вспомнил я намедни один разговор. А на счет «АТБ» – как видишь, у нас пока нет доказательств, что он нас сдал.

– Да какая разница? Всё равно, сколько он наших тогда завалил.

– Это да, было такое.

На некоторое время мужчины замолчали. Укол почесал затылок и задумчиво проговорил:

– Не мешало бы нам его навестить. Дунай всё-таки недалеко, да и, не думаю, что долго искать нужно будет.

– Чё, завалить хочешь эту падлу? – с воодушевлением в голосе спросил Арсен.

– Да не знаю пока. Для начала лучше просто найти. Может, поговорим с ним, что он вообще об этом всём думает. Про нас не собирается ли кому брякнуть, да и сам чё на Шумилах трётся, да еще и в мусорской форме.

– Я тебя сейчас, Укол, не особо понимаю. Чё с ним вообще базарить? Вальнуть сучёнка, да и всё.

– Не всё так быстро. Ты же еще не знаешь, как нас на Шумилах встретят. Особенно после того, что эти там взорвали.

– Вот именно, они кого-то из наших бомбанули, а ты с ними еще и говорить будешь. Против Шумил переть – это уже край. На такое только совсем отмороженные решатся.

– Это так, но вспомни, почему мы уже две недели в детсаде канутемся? Не только же из-за Выдры. И не только потому, что мы так еще с самого начала постановили. Ты же знаешь, что нас вальнуть может и тот, кто нам «АТБ» заказал. А раз нас меньше стало, значит, и сделать ему это будет проще. Исполнителей особо не жалуют.

– Но что нам было делать? Ты же знаешь, что такой должок нам никто бы не простил.

– Да знаю, знаю. Вот поэтому и думаю, что нам нужно быть хитрее.

– Так что, на район уже не идём?

Укол лишь отрицательно покачал головой, и они направились обратно в сторону детсада.

Глава 56

Реакция Шумил на полицейский беспредел была ровно такой, на какую рассчитывал Игорь. Бандиты были вне себя и жаждали мести. Помимо убитого Тимура и его подельников, брошенная Толиком граната убила двоих и ранила еще троих.

Догонять полицейский «Приус» никто не стал, так как по большому счету делать это было не на чем. На Шумилах, конечно были автомобили, но, так как такой наглости от жителей внешнего мира здесь никто не ожидал, то они так и стояли в своих гаражах и на стоянках, поэтому чтоб взять их понадобилось бы время, которого из-за быстроты действий нападающих, у местных не было.

Не прошло и десяти минут, как на дорогу из идущей к реке улице выехал чёрный «Эскалэйд». Все знали, что на этой машине передвигается Юра Бешеный, и кричащая на все лады толпа вмиг притихла.

«Кадиллак» остановился у дома Тимура, возле которого на обочине лежало семь трупов, и из открывшейся задней двери показался сам крёстный отец района. По лицу мужчины было видно, что настроение у него как раз под стать его кличке.

К нему подошли уже оперативно прибывшие на место Клык и Сибиряк, и остальные отошли в сторону.

– Кто это сделал? – негодуя спросил Бешеный.

– Люди говорят, мусора это, – ответил ему Сибиряк.

– Они к Тимуру заехали. Не знаю, чё не поделили, но начали шмалять, – рассказывал Клык, – братва подбежала, когда уже всё закончилось, и эти твари выходили. Так они еще по нашим гранату бросили. Двоих убило и еще нескольких ранило.

– Вот мрази! – воскликнул Юра, – Вообще охерели! Они чё, вообще уже не понимают, чё творят?!

– По ходу, Пугач нам войну объявил, прощупывает, как мы отреагируем, – предположил Клык.

– Хотят войны – так будет им война.

– Да подождите вы, – вмешался Сибиряк, – всякое могло случиться. Может быть, эти мусора с Тимуром еще раньше что-то не поделили, а может, просто под наркотой были, поэтому и начали шмалять.

– Да, и как нам в этом разбираться, если что? – спросил его Клык, – Как мы узнаем, направил их кто-то сюда, или они сами приехали?

– Как бы там ни было, наши люди должны быть отомщены, – сказал Бешеный, – никто не имеет право заезжать на Шумилы и просто так валить всех без разбору.

– А если город здесь не при делах? – как всегда засомневался Сибиряк.

– А кто тогда? Что, кто-то из своих переоделся в мусорскую форму, да еще и на мусорской машине подкатил?! – еще больше выходил из себя Бешеный. Его верные советники знали, каким мужчина может быть в гневе и не решились сказать еще хоть слово поперёк.

– Тогда что мы будем делать, Юра? – спросил Клык, – Пошлём людей в город, чтоб там немного навели порядки?

– Нет, если наш мэр, а я уверен без него здесь не обошлось, решил дать по беспределу, то мы так поступать не будем. Да и сейчас в городе войска, людей наших могут за зря пострелять. Нужно послать человека, который лично встретится с Пугачем, обрисует ему ситуацию, а потом поставит ультиматум – если они не выдадут нам завтра до обеда беспредельщиков, мы посчитаем это объявлением войны, и будем действовать соответственно. Пусть тогда пеняют на себя.

– Я думаю, – осмелился высказать своё мнение Сибиряк, – что не мешало бы тебе самому поехать. Если нужно, и мы бы с Клыком подтянулись, людей с собой бы взяли, сколько нужно…

– Не нужно, – отрезал Бешеный, – этот Пугач, что, думает он такой важный, что я к нему еще буду с поклоном ехать? Когда припечёт, сам примчится, только тогда уже поздно будет. Выберите человека надёжного и проверенного, пусть сейчас же и едет. Действуйте.

Сказав это, он развернулся и уверенным шагом направился к своему джипу. Стоящий возле автомобиля телохранитель – ничем особо не выделявшийся мужчина лет под сорок – открыл перед хозяином заднюю дверцу, и тот сел внутрь.

Клык и Сибиряк остались стоять немного поодаль остальной толпы собравшихся на месте происшествия, провожая взглядами «Кадиллак» Юры Бешеного.

– Кого думаешь послать? – спросил Сибиряк.

– Да не знаю. Юрка сказал проверенного, так что я больше на Паука думаю. Он может всё сделать, как надо.

– Да ну. Кто с Пауком из них вообще разговаривать будет? Ты же знаешь, как эти все гражданские относятся к таким, как Паук. Скажут, гопник какой-то пришел, права еще качает. Нужно кого-то выбрать, кого они всерьёз воспримут. Лично я на Шамана думаю.

– На Шамана? – задумчиво произнёс Клык, – Не знаю. Он какой-то не наш, да и никогда к «синим» не стремился. Он вроде бы и со всеми, и сам по себе. Лично я ему на все сто не доверяю.

– Я тоже, но по большому счету, выбора у нас нет. Из «чехов» можно было бы кого-то, но сейчас не та ситуация, могут только еще больше расшатать. Лично я войны не хочу. Да, мы к ней готовы, но ничего хорошего из этого не выйдет.

– Боишься проиграть? – с насмешкой во взгляде посмотрел на него Клык.

– Не боюсь. Сейчас не об этом. Остановимся на Шамане или у тебя еще есть кто-то на примете, кроме Паука?

– Никого нет, – решил побыстрее закрыть этот вопрос мужчина, – Шаман, так Шаман. Погнали к нему.

Клык махнул рукой водителю Сибиряка, и тот подрулил к ним. Мужчины уселись в старый девятьсот сороковой «Вольво» цвета «мокрый асфальт» и направились к дому Шамана.

Тот, как и Юра Бешеный, жил в роскошном особняке у берега реки, только в некотором отдалении от центра Шумил, как будто действительно отделял себя от остальных жителей криминального района.

Шаман был известным и влиятельным авторитетом в городе еще в довоенное время. Он умело сочетал криминальную деятельность с легальным бизнесом, причём практически полностью обезопасил себя от любых рисков, по крайней мере, в границах Белореченска. Ним были куплены практически все ключевые лица в городе. На тех, кого не купил, у мужчины был компромат.

Интересы Шамана в бизнесе не ограничивались какой-то одной сферой, рассредоточиваясь на самые различные направления. В его собственности были магазины и рестораны, доли в нескольких промышленных предприятиях, также не чуждой ему была и инвестиционная деятельность. Шаман всегда держал рядом с собой опытных и экономически подкованных помощников, которые в разы повышали успех производимых им финансовых операций.

Что же касается криминала, то все знали, что Шаман контролирует часть наркотрафика, проходящую через Белореченск и прилегающие районы. Авторитет занял эту нишу довольно давно и неотрывно держался её, понимая, что наркотики – товар, абсолютно всегда приносящий сверхприбыль. Многие пытались сместить его с такой выгодной позиции, в своё время это пытался сделать и сам Юра Бешеный, но результата это не принесло. А дальше время показало, что им обоим лучше работать в связке, поэтому разногласия между мужчинами удалось уладить без лишнего шума.

«Вольво» Сибиряка тем временем подрулило к воротам дорогой с виду белой виллы с многочисленными арками, колонами и красной крышей. Водитель посигналил, и меньше, чем через минуту, ворота не спеша отъехали в сторону, пропуская автомобиль внутрь.

«Вольво» нырнуло в проём, и проехав по усыпанной светлой декоративной гранитной крошкой подъездной дорожке, остановилось у широких мраморных ступеней, ведших ко входу в дом.

Мужчины покинули салон автомобиля, оглядевшись кругом. Ранее им уже приходилось несколько раз бывать дома у Шамана, и каждый раз их удивлял идеальный порядок, царивший во дворе. Подстриженная под один уровень сочная зелёная трава, ухоженные декоративные деревца и небольшие клумбы, вылизанные до блеска желтоватые мраморные ступени, поднимающиеся от дороги. Казалось, здесь прислуга стирала пыль еще до того, как та успевала оседать.

Навстречу им вышел охранник – рослый широкоплечий парень в чёрных брюках и белой рубашке – и пригласил следовать за ним. Как оказалось, хозяин ждал гостей на открытой веранде второго этажа, откуда открывался вид на реку.

Шаман, одетый в кремового цвета рубашку с коротким рукавом и белые брюки, сидел за столом и по всем правилам этикета разделывал утиную грудку в смородиновом соусе. Это был среднего телосложения темноволосый мужчина в районе тридцяти пяти – сорока лет, с не лишенным привлекательных черт лицом и серыми глазами, взгляд которых, казалось, как рентген, просвечивал насквозь стоящих перед ним гостей.

– Здравствуй, Шаман, – поздоровался первым Клык.

– Здравствуйте, мужики, присоединитесь? – кивнул он на достаточно богатый стол перед собой.

– Да нет, – сказал Сибиряк, – мы к тебе по делу.

– Ну, тогда хоть выпейте, – сказал мужчина и распорядился охраннику принести еще два бокала под вино. Когда тот исполнил распоряжение, он приказал оставить его наедине с гостями и обратился к ним, – по делу? Я так понимаю, это как-то связано с тем, что час назад у вас там рвануло? По звуку на гранату похоже.

Шаман говорил достаточно спокойным тоном, ни на миг не отвлекаясь от еды, как будто случившееся на Шумилах волновало его лишь немного больше проблем и перспектив развития туристического бизнеса в районе устья реки Протока. Сибиряк относился к этому достаточно терпеливо, Клык же в душе очень хотел накинуться на хозяина роскошного особняка и начать его душить, чтобы вызвать хоть какие-то эмоции.

– Так и есть, Шаман. Граната это была. И бросили её мусора проклятые в парней наших, которые прибыли Тимура от них защитить.

– А с Тимуром что? – так же спокойно, но уже прекратив жевать, спросил хозяин дома. Дело в том, что Шаман был в достаточно хороших отношениях с убитым, и на это Сибиряк тоже сделал ставку, когда шел к нему с предложением поехать на переговоры.

– Убили Тимура, – продолжал мужчина, – заехали среди бела дня и расстреляли прямо дома вместе с его людьми.

– Да, жалко парня, – вздохнул Шаман, – перспективный был, далеко мог пойти. Да и так я его знал неплохо. Жена его готовила отлично все эти их национальные блюда. И дети без отца остались теперь. Нужно будет помочь.

Сказав это, он покачал головой и, не глядя на собеседников, продолжил есть.

– Мы не за этим пришли, – подал голос Клык, и Шаман тут же переместил взгляд на него, – поручение у нас есть от братвы. Короче, оставлять это так мы не намерены. Тут и без разборов видно, что менты не просто так действуют, а по мэра нашего отмашке. Поэтому, если эта падла хочет войны, то она её получит.

– Хорошо, это всё понятно, и это всё правильно. Ездить на себе никому позволять не нужно, – согласился Шаман, – но вы же не потому ко мне сюда пришли, чтобы это рассказать. Хотелось бы знать, какова моя роль в этом всём?

– Бешеный постановил кому-то из нас на переговоры поехать с Пугачем, обрисовать ему всё и ультиматум поставить – завтра, чтоб до обеда нам выдали этих мусоров-беспредельщиков, не то будет война. Мы решили, тебе ехать надо.

Шаман оторвался от своей тарелки и некоторое время сидел с невозмутимым видом, молча пережевывая кусок утки.

– Ну а какие у вас доказательства есть, что Пугач в этом виноват? Не получится так, что я приеду к нему, и покажу себя, как фраер последний?

– Да ты посуди сам, – опять заговорил Клык, – кто, кроме него мог на такое пойти? Где это видано было, чтоб мусора последнее время на Шумилы совались, да еще и среди бела дня по братве шмалять начинали! Ты сам подумай, это же вызов.

– Ну, возможно, ты и прав, – пожал плечами Шаман, хотя по его задумчивому взгляду было видно, что он не совсем поддерживает точку зрения собеседника.

– Так что, мы можем на тебя рассчитывать?

– Можете, – кивнул мужчина, как будто соглашался помочь перенести диван на пятый этаж.

– Только ехать нужно сегодня, сейчас.

– Ну, сейчас – не сейчас, соберусь – и поеду, – сказал Шаман уже достаточно твёрдым тоном, не терпевшим возражений.

Клык понял, что его время давать указания закончилось, и благоразумно промолчал. Сам он заслужил себе авторитет тем, что ни перед кем не преклонялся, и говорил, что хотел, когда хотел и кому хотел. Мужчине очень хотелось поставить на место более молодого и, по его мнению, не такого правильного, как он, бандита, но переговоры с человеком уровня Шамана выходили за рамки обычной беседы, и лежали уже в политической плоскости. Они с Сибиряком сами выбрали Шамана для исполнения такой важной миссии, так что, теперь мужчине приходилось мириться с его недостатками.

Хозяин дома ясно дал понять, что согласен с выбором шумильской братвы, и разговор на этом окончен. Откланявшись, Клык с Сибиряком покинули его дом.

Глава 57

Еще некоторое время Шаман сидел на веранде, попивая белое вино «John Drake» и размышляя над только что произошедшим разговором.

То, что именно его выбрали для переговоров с официальной городской властью, было для него в одно и то же время и прогнозировано, и неожиданно. В принципе, в мирное время авторитет был на короткой ноге практически со всеми важными персонами в городе, и имел на них немалое влияние. С тем же Пугачем он поддерживал вполне нормальные деловые отношения. У них даже были доли в одних и тех же предприятиях. Правда, когда послевоенная разруха убила весь бизнес, Шаман вполне легко перешел исключительно на криминал. Средства со счетов были выведены в иностранные банки, а их распределением занималась жена мужчины, которая вместе с сыном переехала в Бельгию. Сам же Шаман иногда бывал у них, но переезжать с концами не спешил, так как никак не мог найти достойного преемника на своё место. Местным жуликам он не доверял, а взять в свой годами отлаженный бизнес человека со стороны считал верхом безумия. Поэтому так и получалось, что имея весьма немалые средства, Шаман продолжал жить в Белореченске, который после войны лишь отдалённо напоминал прежний город.

Возвращаясь к теме выбора бандитов, мужчина усматривал в происходящем некий расчёт. Так как он не стремился тесно сближаться с воровской общиной и предпочитал действовать особняком, было вполне ожидаемо, что когда-нибудь его попытаются вытеснить из занимаемой ниши. Прежние осторожные попытки сделать это результата не принесли, поэтому, вполне возможно, воры могли теперь начать с того, чтобы пошатнуть авторитет Шамана в криминальной среде, инициировав заведомо провальные переговоры. Такой вариант развития событий нельзя было отрицать, поэтому мужчина, как, впрочем, и всегда, собирался действовать предельно осторожно. Да, он был бандитом, но далеко не таким, как большинство. У Шамана была деловая предпринимательская хватка, что само собой отрицало действия по шаблонам и законам, как поступали коренные представители криминалитета. В мире больших денег выигрывает тот, кто может быть гибким, и действовать в зависимости от обстоятельств.

Именно так мужчина и собирался поступить в данном случае. Промедление было нежелательным, поэтому, допив бокал вина, он тут же стал собираться.

Из охраны взял только одного Рому, поехали на красном «Джипе Гранд Чероки». По дороге мужчина всё раздумывал, как было бы правильно изложить суть претензии Шумил к городу.

Дороги были пустыми, как, впрочем, и всегда последнее время, так что доехали быстро.

Шаман распорядился остановить у главного входа, чтобы показать, что причина его визита более, чем серьёзная. Ничего не объясняя охранникам, он поднялся на второй этаж, где располагался кабинет мэра, и без стука вошел внутрь.

Помимо самого Станислава, в кабинете присутствовали еще двое. Одним из них был Журавель – командир бывшей «шестой площадки», лицо второго – голубоглазого шатена на вид немного моложе его самого – авторитету тоже показалось знакомым. В тот момент, как Шаман зашел, они что-то напряженно обсуждали, но увидев мужчину тут же резко затихли. Вид у троицы некоторое время был весьма растерянным

«Может, и правда, что это их рук дело? – промелькнуло в голове у мужчины, – Сидят теперь планируют дальнейшие ходы. Хотя… мне то какая разница? Сейчас моё дело передать».

– О, Олег Викторович, – с оттенком лёгкого удивления, который между строк намекал, что такого гостя они сейчас не ждали, произнёс Пугач, – какими судьбами? А я уж думал, вы уехали из города.

– Да нет, как видите, остался, – осмотрев беглым взглядом кабинет, неспешно направился к столу мужчина.

– На Шумилах, как и раньше? – спросил мэр.

– Да, на Шумилах, – сделав ударение на названии района, попытался проверить реакцию присутствующих Шаман, – куда ж я оттуда денусь?

– Я так понимаю, у вас ко мне какое-то дело?

– Так и есть. И дело достаточно серьёзное. Сегодня на Шумилах ваши полицейские устроили стрельбу. Расстреляли одного моего хорошего знакомого, а в людей, которые пытались его защитить, бросили гранату.

– Этого не может быть, – начал было Журавель, и хотел сказать что-то еще, но Шаман перебил его. Теперь он говорил уже не тем своим безразлично-доброжелательным тоном, каким общался с пришедшими к нему домой советниками Бешеного. Теперь голос мужчины звучал твёрдо и решительно, отдаваясь эхом в просторном кабинете. Он понял, что даже если Пугач и его свита причастны к сегодняшнему инциденту, они ни за что не станут с ним этого обсуждать. И теперь другого выхода, кроме как идти ва-банк у него не было, поэтому Шаман выложил всё, как есть.

– Я приехал сюда, чтобы передать решение Шумил. Если завтра до обеда нам не выдадут тех, кто учинил бойню у нас на районе, мы будем считать это объявлением войны, и предпримем все необходимые меры, чтобы эту войну выиграть.

Во время этого монолога выражение лица Пугача, сидевшего в своём кресле напротив, прошло путь от слегка заинтересованного, до откровенно растерянного.

– Подожди, Олег, давай разберёмся… – начал было он.

– Я всё сказал, – отрезал авторитет и, развернувшись, направился к двери.