Читать книгу "Серая зона. Жизнь на руинах"

– Да знаю я, но мы же не виноваты.

– А я тебе еще раз говорю – никто ни в чём разбираться не будет. Нужно начинать новую жизнь. Без Шумил.

Арсен лишь сокрушенно вздохнул.

– Выдра нам нужен не потому, что я хочу его сдать, – снова заговорил Укол.

– А что тогда ты хочешь с ним сделать?

– Для начала просто найти, потом решим. Нужно будет встретиться, перетереть с ним.

– О чём? – одновременно с негодованием и удивлением в голосе спросил Арсен, – О чём вообще можно говорить с этой падлой?!

– О делах поговорим. Арсен, пойми, в глазах Шумил мы больше не часть братвы. Они теперь считают нас предателями и, без вариантов, приговорили к смерти. Поэтому вести себя так же, как и раньше – по понятиям, по законам – для нас это то же самое, что просто пойти и сдаться.

– Поэтому ты хочешь приползти к нему на коленях и просить, чтобы он нас принял к себе.

– Никто не будет ползти на коленях и просить у него что-то. Мы просто обрисуем ситуацию, скажем, так и так, из-за него оказались в полной жопе, пусть теперь и думает, как нас оттуда вытаскивать или пусть теперь за нас мазу тянет.

– А ты не подумал, что, если он такой беспредел творит, то ему и нас пришить ничего не стоит? Тем более, вы его из-за общака чуть не порешили.

– Это так, но другого выхода я не вижу. В город еще можем бежать.

На это его собеседник ничего не сказал, и еще с минуту мужчины молчали.

– Думаешь, он там главный? – нарушил молчание Арсен.

– Не знаю, Выдра вроде никогда в главари не метил. Хотя такой всегда был, сам себе на уме, не из фраеров. Но думаю, главный не он. Мне кажется, Выдра сам бы не додумался и не решился на такое. Должен быть кто-то поумнее, что ли. Или у кого на Шумилы обида какая-то. Ну, короче, не знаю… поживём – увидим.

– А ты вообще уверен, что склад они бомбанули?

– Да больше не кому. Сколько уже живём, никто на такое не решался, а тут два взрыва, да еще и в один день. Может, конечно, и такое быть, но вряд ли. Думаю, это тоже они.

– Хорошо, но тогда почему ты думаешь, что его никто из наших днём не узнал, если у нас это получилось даже тогда, когда он в машине сидел, а машина мимо пролетела?

– А вот здесь, кстати, я не уверен. Может, кто-то и узнал. Конечно, он уже, наверное, месяц на Шумилах не кантуется, да и до этого недолго здесь пробыл, но кто-то его рожу всё-таки же должен был запомнить. Хотя какая разница, если теперь подрыв склада на нас спишут? Да, неудачно мы сегодня сходили. Неудачно.

Вновь в разговоре настала пауза, теперь более продолжительная. Каждый из мужчин сидел, глубоко погруженный в свои мрачные размышления. Так уж получилось, что они попали в ситуацию, из которой не было ни одного хорошего выхода. Любой вариант развития ситуации мог принести им еще большие неприятности.

– Я же, знаешь, из-за чего бежал еще? – на этот раз заговорил первым Укол, – Не могу я Бодьку и его друзей оставить там. Сейчас же мясники Бешеного по району пройдутся, найдут их по любому, а там, сам понимаешь, узнали бы, что Богдан – мой сын, и… Поэтому нужно их по любому вытащить. Не могу я сына так вот оставить.

– Да понятно, Укол. Всё правильно. Только учти, здесь ему без тебя житья не будет, нужно хотя бы в Галичину переправлять.

– Это понятно. Там у них больше шансов будет людьми стать. Я на них сегодня посмотрел… Арсен, я тебе отвечаю, мне плакать захотелось. Ты вдумайся, им по четырнадцать лет, а сколько они крови уже видели! У нас же с тобой нормальное детство было, а у них что? Стрельба, беготня эта постоянная, друзья умирают… Нет, не нужно им этого больше. Я сначала думал, к жизни лучше привыкнут, а потом посмотрел… неправильно это, в общем.

– Ты прав, что еще можно сказать? Детям не место на войне. Только я еще хотел спросить, чё ты сам-то потом думаешь делать?

– Не знаю. Потом видно будет. Может, тоже где-то на западе осяду. Хватит уже с меня этого. Отбегал своё. Ладно, давай закончим на сегодня. Утро вечера мудренее, так что, завтра встанем, и будем уже что-то конкретное думать, а пока спать.

С этими словами он выбросил уже третью сигарету, скуренную им подряд за этот разговор, и прикрыл окно.

Андрей впервые за всё время, которое они просидели на площадке, посмотрел на Богдана и заметил, что по щекам того текут слёзы.

– Бодя, что с тобой? – ошарашенно прошептал он. Конечно, разговор мужчин произвёл впечатление и на него, но всё же парень не понимал, почему его друг плачет.

– Да батю жалко, – не сразу ответил тот, – он ни в чём не виноват, а так попал. Ничего не сделал, просто оказался не в то время не в том месте.

– Ну знаешь, – по-дружески взяв его за плечо произнёс Андрей, – все мы попали не в от время и не в то место.

– Но он же не виноват и… я первый раз от него вообще слышу, что он обо мне волнуется. Первый раз, понимаешь?! А потом то, что он сказал… это же всё правда, Андрей! Так же и есть. Мы слишком заигрались. Не нужно было нам вообще здесь оставаться. Нужно было валить всем куда подальше, чтоб этого всего не видеть. Может, сейчас бы не ходили в обносках и не искали, где пожрать найти. И уж точно все были бы живы. Даже Жека этот, хоть и говнюк, но всё равно… до такого не дошло бы, Андрей!

Богдан уже не плакал. Он рыдал, склонившись на плечо друга, а тот сидел, прислонившись к одной стене, и тупо смотрел в другую. Его просто шокировало сказанное другом. Парень понимал, что мнение человека может иногда и меняться, но когда оно меняется так кардинально, то должно было произойти что-то действительно переломное.

«Богдан просто устал, – убеждал он себя, – дал слабину. Расклеился. Такое бывает. Но зачем он сказал всё это мне? Чтобы я его пожалел? Но теперь я сам стал сомневаться в том, что сделал. Боже, зачем он это мне сказал? А я же еще Алёну отговорил ехать! А уж она так точно жила бы в этой Галичине счастливее всех нас вместе взятых, и уж точно лучше, чем здесь. По крайней мере, там бы она точно не могла бы попасть под пулю».

Последняя мысль и вовсе угнетала его больше всех остальных. Андрею было совестно понимать, что, возможно, из-за простого эгоизма он испортил жизнь Алёне.

«Да, она жила бы в одном доме с отчимом педофилом, но, наверное, протянула бы как-то до учёбы, а там – она ведь пробивная – устроилась бы на хорошую работу, съехала от родителей и забыла бы жизнь с ними, как кошмарный сон. А что у неё есть здесь? Покинутый всеми нормальными людьми город, на улицах которого каждый день стреляют и льётся кровь. И это совсем не фильм-боевик или „шутер“ от первого лица. Теперь это реальная жизнь. Хотя, если разобраться, то виноват не только мой эгоизм. Ведь это Богдан меня соблазнил всей этой бандитской жизнью, а я, как дурак последний, повёлся. Чёрт, это еще хуже, чем если бы я сам всё это придумал! Получается, купился на бесплатный сыр. Вот блин! Ну зачем он это сказал?!»

Парни еще минут с пять сидели так, прислонившись спинами к холодной стене лифтовой площадки и не говоря ни слова.

Первым со своими невесёлыми думами справился Андрей. Он понял, что жалеть о чём бы то ни было бесполезно, и просто закурил.

Богдан, подняв на него мокрые от слёз глаза, вытер их рукавом спортивного реглана и тоже подкурил сигарету.

– Что теперь будем делать? – спросил он, наконец, осипшим голосом.

– А что делать будем? Будем ждать, что еще нам остаётся?

– Может, поможем как-нибудь им? – парень кивнул в сторону квартиры, где находился его отец со своим товарищем.

– Нет, мы уже и так по уши в дерьме. Хватит уже этой самодеятельности. Пусть они решают, что и как нам делать, потому что у нас что-то вообще ни хера не получается.

Богдан лишь кивнул, и дальше они курили молча.

Когда парни вернулись в квартиру, их друзья уже спали. Богдан пошел в свою комнату, а Андрей лёг на просторный диван, стоящий в зале, обняв спящую Алёну и крепко к ней прижавшись. Дурные мысли постепенно улетучились из его головы, и парень вскоре заснул.

Глава 64

Центр города. Следующее утро.

На этот раз Игорь решил не брать собой Наташу и Алису, и на очередную операцию они отправились вчетвером, сугубо мужской компанией.

После вчерашнего предводитель подпольщиков был просто уверен, что сегодня у них получится осуществить задуманное без особых проблем. Так как большинство полицейских и солдат брошено на оборону внешних границ контролируемой официальной властью территории, в центральной части Белореченска правоохранителей было немного.

Поэтому синей «Ниве» не представило никаких трудов беспрепятственно добраться в нужную точку города. Полицейский «Приус», несмотря на то, что он вообще не вызывал бы подозрений, Игорь решил не использовать, так как на него у парня были особые планы в дальнейшем. Какие именно, он не стал кому-либо уточнять, объяснив, что еще не время.

Конечно, то, что они собирались сделать, больше походило на террористический акт, но Игорь, планировавший все операции, не особо заботился о чистоте средств. Для него главным было добиться цели, а их сегодняшняя цель была предельно простой – инсценировать «ответку» воров на якобы совершенную вооруженными силами, подконтрольными центральной городской власти, вчера диверсию. Соблюдая минимальные временные интервалы между своими акциями, глава настоящих диверсантов преследовал цель не давать сторонам, которые и до этого состояли в заочном противостоянии, опомниться и трезво оценить ситуацию. Игорю нужно было, чтобы тлеющий несколько месяцев конфликт разгорелся и перешел в активную фазу.

Добравшись до Киевского района через заброшенную промзону, «Нива» взяла курс на юг, но на круговом перекрёстке, направилась не прямо в центр города, а свернула направо – в сторону Комсомольского района. Задумка Игоря была достаточно простой. Первый акт распланированного им спектакля должен был состояться в малонаселённом и отдалённом районе города, чтобы сразу же не наделать шороху в центре.

Им предстояло расстрелять полицейский патруль, а, может, даже и не один, если получится. Сделать это нужно было быстро и внезапно, чтобы копы не успели отреагировать и передать своим коллегам о нападении.

Мысли о том, что им придётся убить ни в чём не повинных людей, Игорь старался глушить логическими доводами о высшей цели операции. Ведь, хотят они того или нет, маленькая республика, осевшая в одном из дворов Дунаевского района, рано или поздно станет кому-то поперёк горла. Никто не станет мириться с их самостоятельностью. Так почему же не подлить масла в огонь вражды потенциальных врагов, чтобы те своими взаимными действиями ослабили друг друга? И тогда он, Игорь Золин, сможет выйти на сцену и заявить о себе.

Они достаточно быстро добрались до нужного района по пустому шоссе, пролегающему вдоль железнодорожных колей и стали прочёсывать местность в поисках жертв. Игорь допускал, что в Комсомольском районе может и не быть полицейских патрулей. В таком случае группа должна была переключиться на соседние ДНС и Вокзальный район.

Что касается названия Комсомольского, то в рамках декоммунизации его вместе с одноимённой улицей переименовали в Гайдамацкий, но большинство жителей всё равно продолжали называть его на старый манер, тем более, что долго пожить согласно новых порядков им не удалось.

Игорь со своими товарищами потеряли около получаса, рыская по местным улочкам и поджидая полицейских в засаде. Парень был уверен, что рано или поздно те должны были появиться здесь, иначе выглядело бы довольно глупо со стороны, если бы полиция и военные защищали лишь один фланг в условиях нависшей над городом угрозы.

На практике всё оказалось так, как и предусматривал командир небольшой группы. Спустя около получаса со стороны центра до них донёсся неясный шум мотора. Так как других автомобилей на дороге, да и людей на улице, практически не было, звук работающего автомобильного двигателя и шуршащих по асфальту покрышек с каждой секундой становился всё громче и слышался уже гораздо яснее.

Вскоре на главной дороге действительно показался полицейский «Рено Доккер», не спеша кативший вглубь района.

– Как я и говорил, – сказал Игорь, – после вчерашнего они тоже решили усилить безопасность.

– Это понятно, – сказал Толик, – только вот как нам их так выпасти, чтоб они не успели другим мусорам доложить?

– Сейчас посмотрим. Если остановятся, будет отлично. Если нет – будем стрелять на ходу.

Их «Нива» стояла на парковке возле магазина рядом с еще несколькими брошенными автомобилями, да и к тому же стёкла её были наглухо затонированы, поэтому проезжавшим мимо копам не было видно, что твориться в салоне автомобиля.

«Доккер» не спеша проехал мимо и направился дальше во дворы.

– Давай за ним. Только аккуратно, – скомандовал Толику Игорь, в этот день предпочетший штурманское кресло водительскому.

– Думаешь, они не заметят единственную машину на дороге, которая почему-то едет за ними?

– Не думаю. Нам просто нужно как можно быстрее подъехать ближе. Они поворачивают. Так что, если не остановятся там, придётся стрелять на ходу. Денис готов?

– Готов, – ответил парень с заднего сидения, и они встретились взглядами в зеркальце заднего обзора. Глаза его излучали полную уверенность.

Тем временем машина полицейских скрылась за поворотом, и Толик направил их «Ниву» вдогонку. Игорь с Денисом приготовились стрелять и сняли автоматы с предохранителей.

Свернув, они увидели, что «Рено» продолжает движение, даже и не думая где-то останавливаться.

– Догоняй его, Толя, – сказал Игорь, опуская стекло пассажирской дверцы.

Исполнить его распоряжение мужчине не составило особого труда – автомобиль преследуемых двигался достаточно медленно, и, когда, «Нива» поравнялась с ним, её пассажиры увидели лишь удивление на глазах полицейских.

– Давай! – крикнул Игорь Денису, и они практически одновременно выхватили оружие и стали поливать полицейскую машину градом пуль.

Всё произошло настолько быстро, что двое копов, наверное, и не поняли, что твориться, как уже отправились на небеса. Стекло водительской двери вмиг стало белым от тысячи трещин, а через секунду и вовсе ввалилось внутрь кучей мелких осколков, обагряясь кровью.

Водитель успел инстинктивно дёрнуть рулём, и автомобиль ушел резко вправо, врезавшись в придорожный столб и едва не сбив его.

– Дело сделано, – прокомментировал произошедшее Игорь, – теперь двигайся в центр.

Толик кивнул и, посмотрев в зеркальце заднего обзора на оставшийся позади полицейский автомобиль, одиноко припарковавшийся в столб, свернул в переулок, ведущий на главную дорогу.

По дороге они встретили еще один патруль, но в сложившихся обстоятельствах не решились нападать, потому как людей вокруг по мере приближению к центральному району становилось всё больше. Тем более, их конечная цель должна была компенсировать это с лихвой.

Четвёрка направлялась на улицу Минскую, где располагалось городское отделение полиции, и не более чем через десять минут они уже были на месте.

Подъехав к четырёхэтажному зданию из белого кирпича, Толик остановил машину напротив входа. Рядом со ступенями, ведущими ко входным дверям курило двое копов. Больше вокруг никого не было, и это однозначно можно было причислить к положительным моментам.

– Ждём, пока они зайдут, а потом действуем, – распорядился Игорь.

Докурив свои сигареты, полицейские вошли в отделение. Группа диверсантов подождала еще минуты две, а затем, выйдя из машины, направилась ко входу.

Толик подъехал ближе, чтобы парням было не так далеко бежать к машине. Денис с Колей держали наготове автоматы, готовые в любую секунду пустить их в ход. Игорь был без оружия, зато с небольшим фиолетовым целлофановым пакетом в руках.

Коля открыл перед ним двери, и парень, забежав в небольшой тамбур, положил пакет у стены.

– Э, ты что там задумал? – удивлённо и в то же время возмущённо спросил дежуривший на посту сержант и поспешил в его сторону.

Но парень быстро выбежал на крыльцо и тут же направился к машине. Коля с Денисом тоже мгновенно заняли свои места, и Толик тронул с места.

– Как там, порядок? – спросил он у Игоря, пока тот доставал из бардачка небольшой пластмассовый пульт с антеннкой.

– Отлично, – сухо ответил тот и нажал на кнопку пульта.

Пару секунд абсолютно ничего не происходило, и какой-то частью своего мозга Игорь уже было подумал, что ничего и не произойдёт, но все его сомнения разорвал в клочья мощный взрыв, прозвучавший вскоре.

Земля вздрогнула под колёсами машины, а позади уже слышались звуки летящих в разные стороны осколков кирпича и звон вылетающих в домах напротив отделения стёкол.

Игорь с Толиком вмиг прикипели к зеркалам заднего обзора, Денис с Колей одновременно обернулись. Взрыв был такой силы, что разрушил всю центральную часть фасада здания, в котором располагалось отделение, и привёл к значительным обрушениям.

Никто из сидящих в «Ниве» не стал комментировать произошедшее только что. Было и без слов понятно, что им в очередной раз удалось добиться своей цели.

Толик сильнее придавил педаль газа, и автомобиль стал разгоняться. Пролетев мимо кругового перекрёстка, они беспрепятственно направились в сторону промзоны.

Глава 65

Центр.

– Это еще что такое? – быстрым взглядом окинув пришедших к нему, спросил Станислав.

Но ни у кого не было каких-либо версий, поэтому Влад и Егор Павлович только пожали плечами.

– Да что это такое творится в этом городе?! – возмутился, подойдя к окну, Пугач и внимательно осмотрел открывающийся из него вид, пытаясь определить, где и что взорвалось, – Что ни день, то взрывы! Прям не Белореченск, а Багдад какой-то! Что взорвалось, Егор? Ты у нас командующий вооруженными силами, узнай сейчас же!

С каждым словом Станислав всё больше выходил из себя, и, чтобы его не гневить еще сильнее, Журавель кивнул и тут же бегом направился к выходу.

– А ночью что это такое было? – спросил мужчина у оставшегося с ним Влада.

– Точно не знаю, но, говорят, что в стороне Дуная что-то довольно сильно рвануло. Большей информации у нас пока нет.

– Информации у них нет, – проворчал Пугач, – а должна быть. Слышишь?! Должна быть!

Мужчина подошел к своему креслу и плюхнулся в него, доставая из тумбочки стола бутылку коньяка.

– Я с вами так алкоголиком здесь стану, – сказал он, наливая себе немного в бокал, – никак не могут в городе порядок навести. Уже и полицию поменяли, и армию привлекли к охране порядка – нет, всё равно то же самое продолжается! Хотя куда там? Ещё хуже стало!

На некоторое время в кабинете мэра зависла натянутая тишина.

– Так что нам делать с теми двумя, которых выбрали для…? – решил нарушить её Влад, чувствуя себя немного неудобно.

– Ничего, – перебив его, решительно произнёс Пугач, – пока. Ждать будем, чем всё это закончится. Потому что, если случилось что-то серьёзное, и в этом виноваты Шумилы, никаких разговоров с ними больше никто вести не будет. Хотели войны, так они её получат.

В кабинет вбежал Журавель.

Станислав поднял на него вопросительный взгляд.

– Я связался с Бондаренко – заместителем Денисова. Он говорит, что взрыв произошел в отделении полиции, – сказал запыхавшийся мужчина, – кто-то подложил взрывчатку при входе, скорее всего, дистанционно управляемую. Короче говоря, половину здания разнесло к чертям.

– Вот твари! Это же Шумилы, да?

– Больше не кому. Только они на такое способны.

– Тогда готовьтесь, подполковник. Сегодня же начинаем наступление. Хватит с ними панькаться! Если они уже до того обнаглели, что взрывают отделение полиции, то что дальше будет?!

Станислав говорил полным возмущения голосом, и никто из его собеседников не решился вставить и слова между репликами мужчины. Было видно, что тот просто взбешен происходящим.

– Егор Палыч, вам всё ясно? – рявкнул на военного Пугач.

Тот утвердительно кивнул.

– Разрешите идти? – спросил он у мэра.

– Иди, Егор Палыч и готовь своих подчинённых. Чтобы до вечера мне Шумилы были зачищены от всей этой падали. Вам ясно?

– Так точно, – сказал подполковник и вышел за двери.

– Я так понял, то, чем мы занимались этой ночью, больше не нужно? – спросил через некоторое время Влад.

– А на кой хрен нам теперь этих двоих выдавать, если они сами не хотят по-хорошему проблему решать? Вернёшь их в тюрьму.

– Вы уверены, что мы сможем выиграть эту войну?

– Сил у нас должно хватить, тем более, у урок нет БТРов и такого оружия, как у нас. Да и другого выхода у нас нет. Если не мы их сейчас, то они нас потом.

Глава 66

До обеда вооруженные силы Белореченска в составе немногим больше ста человек, поделенные на две роты, были приведены в максимальную боевую готовность. Подполковник выстроил их прямо на площади перед городской администрацией и раздавал последние инструкции командирам рот, а те доносили приказы до подчинённых.

Посмотреть на происходящее сошлось немало народу из окрестных домов. Видя, что ситуация продолжает накаляться с каждым днём, жители города испытывали страх за свои жизни, и надеялись, что войскам всё же удастся взять Шумилы под свой контроль и усмирить распоясавшихся бандитов.

Ближе к полудню стало известно, что ночной взрыв произошел именно на Шумилах и что взорвался там арсенал бандитского оружия. Это обстоятельство хоть и немало удивило Станислава, но своего решения он менять не стал, уверенный на все сто процентов, что утренний взрыв – ответная реакция бандитов на вчерашний беспредел, учинённый якобы полицейскими.

Около двух часов дня подполковник Журавель отрапортовал перед мэром, что войска готовы исполнять боевую задачу, и тот приказал приступить к началу операции.

Военные на площади довольно резво стали грузится в армейские «КрАЗы» БТРы и БМП, и вскоре колонна военной техники, проследовав по главной улице, взяла курс на Шумилы.

Наблюдавшим за этим горожанам, да и, признаться честно, самому Станиславу, было довольно дико видеть движущиеся по улицам Белореченска бронетранспортёры и набитые солдатами грузовики, а еще более дико было осознавать, что линия фронта теперь расположена вовсе не за сотни километров отсюда, а в десяти минутах небыстрой езды.

Пугач продолжал стоять у большого окна своего кабинета, выходившего на главную площадь города, даже когда хвост колонны исчез на перекрёстке. На этот раз он ни о чём не думал, а просто ждал.

Вскоре ждать стоя ему надоело, и мужчина переместился в своё мягкое кожаное кресло. Но время шло, и как бы он не прислушивался, а отдалённых звуков выстрелов и взрывов со стороны ненавистных Шумил так и не донеслось. Это показалось мужчине странным.

А еще более странным ему показался молодой армейский лейтенант, вбежавший в его кабинет полчаса спустя.

– Там… вас… – начал было он, но не смог продолжить, запыхавшись после быстрого бега.

– Отдышись и скажи нормально! – гаркнул на него Станислав, с нетерпением ожидая, что же такого случилось, и где он понадобился.

– Там на подъезде к Шумилам нас ворьё встретило. И Бешеный тоже там. Сказал, ему с вами поговорить нужно. Они что-то там выяснили… Короче, передал, что это очень серьёзно.

Пугач ничего не сказал в ответ, а только не спеша поднялся с кресла и направился к двери.

«Говорить он со мной хочет. Надумался! А когда я ему встречу назначал, так он носом воротил. Ну ничего, мы не гордые. Выслушаю, чего он там хочет. Хотя… Шумилы так и так мне уже в печенках сидят».

Мэр вышел на улицу в сопровождении лейтенанта и, сев в армейский «УАЗик», они поехали в сторону Шумил.

Колона военной техники растянулась по дороге, которая ответвлялась от главной и вела в криминальный район города. Автомобили шумильских бандитов перегораживали её в том месте, где она выходила из-под моста. Среди прочих Пугач увидел и чёрный «Эскалэйд», который безошибочно идентифицировал, как автомобиль Юры Бешеного.

Сверху вдоль моста были рассредоточены снайперы, одетые не в армейскую форму.

«Подстраховаться решил Юрка», – усмехнулся Станислав.

На переднем фланге между солдатами столпилось и командование. Майор Иванчук, непосредственно командующий операцией на месте, тоже стоял среди них.

– Что такое майор? – спросил, подойдя, Пугач, – Вы что, без меня уже и военную операцию провести не можете?

– Да понимаете, – немного растерянно начал военный, – вскрылись новые факты о всех этих взрывах. Не знаю, правда ли это, поэтому решили сразу вас вызвать. Их главный ждёт вас в своей машине, – кивнул он на «Кадиллак».

Поняв, что ничего внятного майор ему не скажет, Станислав еще раз огляделся по сторонам и пошел к джипу.

Охранник Бешеного, стоявший у машины, открыл перед ним заднюю пассажирскую дверцу, и мужчина сел внутрь.

Смотрящий, одетый в чёрный деловой костюм поверх чёрной рубашки с расстёгнутым воротником, сидел рядом. Это лишний раз показывало, что ему данная встреча нужна никак не меньше Пугача, а, скорее всего, и больше. Узнав, что на Шумилах взорвали арсенал с бандитским оружием, Станислав понял, что в таком состоянии те могут стать достаточно лёгкой добычей, и теперь Бешеный будет из кожи вон лезть, лишь бы не допустить открытой фазы противостояния.

«Ну, посмотрим, Юрка, что ты тут за сказки собрался мне плести», – подумал мэр.

– Ну что, Станислав Александрович, – почтительно начал Бешеный, – тяжелая жизнь нынче пошла. Никому верить нельзя. Вот и нас с тобой хотят лбами столкнуть.

– И у кого же это такое желание возникло? Я что-то даже и представить себе не могу, кому в городе это могло понадобиться. По-моему, это твои люди утром полицию взорвали.

– Ты, Станислав Александрович, не спеши с выводами, – уселся поудобнее бандит, – я вот тоже вчера был уверен, что это твои моего человека грохнули, а потом и склад с оружием бомбанули. Но выяснилось, что это не так. После того, как склад взорвался, наши патрули заметили тех, кто это сделал. Практически взяли, но подонкам удалось скрыться. Оказалось, это одни из бывших наших. Но теперь мы, по крайней мере, знаем, кого искать и где они прячутся.

– Это всё хорошо, но каким боком это относится ко взрыву в полиции? За него-то всё равно отвечать придётся.

– Мои люди здесь не при делах, можешь быть спокоен. Даю тебе слово вора, а оно, сам понимаешь, немалого стоит.

– Я так понимаю, ты хочешь сказать, что отделение подорвали те же люди, что и ваш склад?

– Так и есть. Они хотят столкнуть нас лбами, чтобы началась война.

– Хорошо, допустим, это так, – сказал мужчина, предварительно сделав паузу, чтобы немного пощипать собеседнику нервы в ожидании своей реакции, – но зачем этим твоим бывшим понадобилось стравливать нас?

– На этот вопрос я не могу тебе дать ответа сейчас. Но мы точно узнаем всё, когда поймаем этих мразей.

В принципе, Станислав допускал, что взрывы действительно являются следствием деятельности третьих сил, но вот то, что этими третьими силами были какие-то бандиты-неудачники, ему не верилось.

«Если это действительно так, и ворьё выяснило, кто исполнитель, то за ними точно должен кто-то стоять. Вряд ли кучке бывших бандюг под силу провернуть такое. Только вот кто за этим стоит? И какая его конечная цель? Ладно, об этом подумаю в другом месте. А урки пусть считают, что это их собратья могли такое натворить».

– Так что мы будем делать? – нарушил установившее было молчание Бешеный.

Пугач пожал плечами.

– А что нам делать? Посмотрим. Вы будете искать своих подрывников. Как найдёте, дайте нам знать.

Его собеседник был немало удивлён такой наглости мэра, но понимал, что последние события изменили положение вовсе не в его пользу, поэтому просто спросил:

– А вы не хотите нам в этом помочь? Предлагаю наладить нормальные деловые отношения, чтобы в дальнейшем мы друг на друга не думали, если что-то такое повторится.

Станислав лишь криво улыбнулся, впрочем, глаза его в этот момент оставались такими же серьёзными, а затем, наклонившись поближе к собеседнику, произнёс:

– Послушай меня сюда, Юра. Я когда тебе предлагал встретиться и наладить отношения, ты что сказал? Сказал, что тебе это не нужно. То есть, когда за городом армия не стояла, мы были тебе не нужны, а теперь, когда ты видишь, что можешь проиграть, то тут же предлагаешь мне сотрудничать. Такой себе пакт о ненападении выторговать хочешь за то, что собираешься поймать и наказать виновных во взрывах. А я тебе скажу следующее – ты сам виноват в том, что так своих бандюг распустил, поэтому сам и отвечать будешь. Мне надоело закрывать глаза на то, что творит ваш райончик, и это можешь считать последним китайским предупреждением. Полезешь дальше, чем тебе положено – и в следующий раз с тобой уже никто разговаривать не будет, сравняем ваши Шумилы с землёй к ёбаной матери! Так что ищите виновных, и делайте это как можно быстрее, потому что это твой личный «косяк», так себе и уясни. Найдёшь мне этих террористов, и тогда уже поговорим о наших отношениях.

Не став ждать реакции бандита, Пугач просто открыл дверь и, выйдя из машины, направился к военным.

Главарь шумильской братвы был просто взбешен словами мэра и, если бы тот не вышел вовремя, вполне вероятно, Юра задушил бы его на месте своими же руками. Еще никто не позволял себе разговаривать с ним в подобном тоне. Еще никто до сих пор не смел заявляться к нему на район и диктовать свои условия, указывать мужчине на его «косяки», но сейчас самым правильным выходом было унять свой пыл и довольствоваться тем результатом, которого удалось добиться. По крайней мере, война между центром и Шумилами, которая, вполне возможно, могла повлечь за собой поражение последних, была отменена. Но что-то подсказывало Бешеному, что этот вопрос еще не закрыт до конца и может всплыть в любое время.

– Разъезжайтесь, майор, – сказал Станислав, обращаясь к Иванчуку, – на сегодня война отменяется.

– Как разъезжаться? – недоумевая, спросил тот, – Мне не давали такого приказа.

– Ну значит, я тебе сейчас его даю. Видно, Журавлю нужно передать, чтоб он выбирал себе более понятливых заместителей. А то, я вижу, ты что-то совсем не хочешь меня понимать.

– Я понял. Мы возвращаемся в расположение части, – поспешил найти правильный ответ мужчина, но Станислав просто молча прошел к «УАЗику», на котором приехал, и распорядился, чтобы шофёр отвёз его обратно.

Пугач был доволен собой и результатами встречи. С одной стороны удалось предотвратить немалое кровопролитие и вместе с тем урегулировать ситуацию, с другой – он указал Юре Бешеному его место.