Читать книгу "Тигровой лилии полоски"

28

Загрузив ящики с яблоками в багажники (помимо Влада участие приняли еще двое мужчин на машинах), они, стараясь не потерять друг друга из виду, двинулись в южном направлении. Лариса, чей автомобиль до сих пор не починили (нужная деталь застряла где-то на таможне), поехала с Владом, чем поставила его в несколько затруднительное положение.

– Знает или не знает? – в растерянности думал он, – если знает, то как отнесется к его «измене»?

Не заметить его ухаживания неделю назад она, конечно же, не могла. Любезничал, комплименты говорил и, что тут скрывать, заманивал в свои холостяцкие сети. И вдруг – резкий разворот, теперь он увлечен Варварой, которая к тому же живет в квартире, что принадлежит Ларисе.

– Любопытно, что же их связывает? Напрямую спросить неловко, – он скосил глаза на Ларису, которая увлеченно жала кнопки на телефоне и, казалось, не обращала на него никакого внимания, – не каждый уступит свое жилище, даже родственникам. Как там сказала Варина бабка: «спасительница наша и ангел»…. Да-а-а, только ангел немного замаскированный. Хотя почему замаскированный? Конечно же, ангел в чистом виде! Умница, красавица и, наверняка, добрая, раз людям помогает. Но все-таки чересчур строга и слишком деловита. Или я придираюсь? И почему до сих пор одинока? Где мужья, дети?

– Влад, как тебе мои девочки? – неожиданно спросила Лариса, убрав телефон в сумку.

– В каком смысле? – сделал он непонимающее лицо.

Лариса, укоризненно покачав головой, сообщила, что она в курсе их встреч с Варей и совсем необязательно изображать из себя постороннего человека. Но тут одна из машин, посигналив, затребовала остановки, и разговор прервался, чтобы снова возобновиться, когда обговорив возникшие вопросы, они поехали дальше.

– А хочешь, я тебе расскажу Варькину историю? – спросила, чуть нахмурив брови, Лариса, – хотя это не в моих правилах – выдавать чужие секреты, но тут несколько иной случай. Короче, я с тобой тайно пооткровенничаю, а ты подумай…

Оказывается, погибший Варин муж – это родной брат Ларисы, на четыре года ее моложе. После окончания института он уехал на Урал вместе с приятелем, с которым учился на одном курсе, а тот был родом из тех мест. Крупный промышленный город, хорошие перспективы. Комбинат, куда они устроились, пообещал приличную зарплату и дал Костику, так звали ее брата, комнату в общежитии. С Варей он познакомился почти сразу, в поликлинике, когда профосмотр проходил, а она там работала медсестрой. И все, через полгода поженились, потом Сонька родилась.

– Жить да жить…, – помолчав, продолжила Лариса, – знаешь, у Варьки мать рано умерла, она тогда во втором классе училась и дальше ее бабушка растила, мамина мама.

– А отец?

– Считай, что не было, – коротко ответила она, – то есть, конечно, имелся, но как-то отдельно. Сам по себе. Сначала девочку навещал, а потом исчез, испарился в неизвестном направлении, оставив все хлопоты Галине Викторовне. Ну да бог с ним. Квартирка у них была маленькая, тесная, а их уже четверо, вот и надумал брат мой жилищную проблему решить, для чего взял кредит под залог Вариной квартиры. Так они на семейном совете решили. Но и года не прошло, как сбила его машина, когда вечером с работы возвращался.

Лариса опять замолчала, не в силах справиться с волнением, но потом собралась и закончила свой рассказ.

– Водитель с места аварии скрылся, то ли пьяный был, то ли обкуренный, кто же теперь узнает. Короче, его так и не нашли, а может и не очень старательно искали. Но горе одно не ходит. Тут еще кризис в стране начался, платить кредит с бабкиной пенсии и Варькиной зарплаты медсестры стало невозможно. Задолженность серьезная образовалась, а договор с банком был составлен так хитро, что остались они практически ни с чем.

– Я для чего тебе все это рассказываю, – голос Ларисы опять немного дрогнул, – чтобы ты очень хорошо подумал, насколько все у тебя серьезно. Варька только оттаивать начала, хоть чуть-чуть жизнь увидела.

– Значит, Соня тебе племянницей приходится… – вместо ответа произнес Влад, – а что если хорошего адвоката нанять, попробовать жилье отсудить?

– Влад, пойми, квартира была на Урале, а мы тут живем, за тысячу километров, там никого не осталось. Да и хороший адвокат хороших денег стоит, и дорога – на одних билетах можно разориться.

– Ну, не все так безнадежно, – тихо проговорил он, – выход есть всегда. Наверное. Придумаем что-нибудь…. Знаешь, я тебе вот что хочу сказать: за Варю не волнуйся. Все будет хорошо. Кстати, – он озорно улыбнулся, – а не могли бы мы с тобой завтра встретиться, теперь мне твоя помощь нужна. Сможешь?

– Во сколько? – по-деловому откликнулась Лариса и, не удержавшись от любопытства, поинтересовалась, – а что делать-то?

Владислав довольным тоном пояснил, что собирается заглянуть в ювелирный магазин, кое-что приобрести. Для Вари. Но нужен хороший консультант, чтобы не ошибиться с размером.

– Вот даже как?! – приподняла бровь Лариса, – давай тогда часиков в одиннадцать, а то потом буду занята.

– Я за тобой заеду, – предложил Влад.

– Не надо, – засмеялась Лариса, – меня Игорь привезет.

Незаметно за разговорами добрались до нужного им места. Разгрузились и сразу обратно. Влад, правда, еще по пути Ларису завез в ее поселок. К себе она не пригласила, обещала только привет Лили и Шарику передать и по-дружески чмокнула в щеку.

– Кстати, – бросила она прощание, – Лили приехала тоже с Урала. Вместе с Варей. Но потом я ее к себе забрала, потому как у Галины Викторовны на нервной почве астма появилась. А кошка – это лишний раздражитель. Такое иногда бывает.

– А Шарик? – не удержался еще от одного вопроса Влад.

– На Шарика не рассчитывай. Мой зверь, собственный. Подобрала несколько лет назад на улице. То ли потерялся, то ли кто выкинул.

– Понял, – не скрывая счастливой улыбки, сказал Влад, – тогда до завтра.

29

Осознав, что все в его жизни изменилось – бесповоротно и окончательно, Владислав уже не боялся обменять свое привычное, изученное вдоль и поперек прошлое на незнакомое будущее. Возможно, это в корне противоречило разуму, привыкшему к логике и выполнению им же придуманных правил, но интуиция, разбуженная тонким лучиком света, говорила: иди, не оглядывайся.

Он и не оглядывался. Не до того.

До окончания отпуска осталось одиннадцать дней, а успеть хотелось многое, но хлопоты были приятными и многообещающими.

Заехав за дедом, как и обещал в следующую субботу, Владислав сильно удивился, увидев его в белой рубахе, заправленной в потертые брюки, отчего она заметно пузырилась на боках, придавая сухонькой фигурке дополнительный объем.

– Дед, ты как воздушный шарик! На поводке, – весело хмыкнул Влад, поправляя на нем сбившийся в сторону галстук, – ты чего это так нарядился?

Павел Васильевич высокомерно на него посмотрел и заметил:

– Так ты сам велел быть при параде, типа барышне своей представишь. В костюме будет жарко, вот полегче и оделся.

– У тебя и костюм есть? – шутливо не поверил Влад, не в силах уйти от легкомысленного тона.

– А как же! Имеется. Похоронный.

– Дед, ты брось это такими словами кидаться – похоронный. До ста лет будешь жить, и не вздумай раньше…. И вообще, давай купим по дороге тебе джинсы и майку, а? У нас все-таки пикник, а не поход в районную администрацию.

Павел Васильевич наотрез отказался от покупок, но обижаться не стал. Чего тратить силы, когда впереди новое приключение. Перед которым неплохо бы и поспать. Он откинулся на спинку сиденья и до самого города дремал, время от времени вскидывал голову, сонно поглядывая по сторонам. Но когда Владислав заехал во двор, окруженный домами сталинской постройки, дед засуетился, поправляя рубаху и галстук.

Возле подъезда их уже ждали: Варя в легком сарафане, Сонька в чем-то ярком и коротком и Галина Викторовна с зонтиком от солнца. После того как все познакомились с дедом Пашей, компания тронулась в путь, недалекий, правда, чуть отъехав от города, свернули влево и вскоре оказались на берегу небольшого, но живописного пруда с обустроенной зоной для отдыха: беседки, мостики и кафе.

Пристрастившись с возрастом к сочувствию и утешительным словам, Галина Викторовна сразу взяла в оборот Павла Васильевича, поведав ему печальную историю их маленькой семьи, но сделала это наедине, устроившись с ним в беседке, что стояла в окружении высоких тенистых лип, пока остальные активно изучали окружность пруда. Дед Паша как слушатель не подвел: он всплескивал гневно руками, охал в негодовании и стискивал бледные губы, чтобы удержать рвущееся наружу неприличное слово и, конечно, сострадал и успокаивал, переживая чужое горе как свое. А потом они поменялись ролями: только пожилая дама не ругалась и не возмущалась, а только жалостливо гладила его по плечу.

Владислав и Варя гуляли в сопровождении неугомонной Сонечки. Научившись ловко избегать вербальных способов общения как наименее эффективных, они неторопливо обменивались лишь взглядами, полными нежной энергии постижения друг друга.

Время пролетело незаметно и вот уже Соня, устав и набегавшись на свежем воздухе, забралась на колени к Галине Викторовне, а Павел Васильевич, стеснительно прикрывая рот, несколько раз зевнул. И лишь Влад с Варей готовы были бродить вдоль берега хоть до самой ночи.

Но пикник – приятная передышка в череде будней – не может быть долгим.

Проводив бабушку с дочкой домой, Варя вернулась в машину, чтобы вместе с Владом отвезти полусонного Павла Васильевича в приют.

– Ой, дед, – уже прощаясь возле его корпуса, Влад вдруг вспомнил, – я ж тебе сюрприз приготовил, сейчас только к машине сбегаю.

Вернувшись, он протянул Павлу Васильевичу небольшую коробку:

– Держи, это сотовый телефон, будешь теперь со мной на связи в любую минуту. Если что звони хоть ночью. Сейчас покажу, как им пользоваться. Да не бойся ты, тут все просто. Специально купил такой, чтоб без современных заморочек.

– Ну и зачем ты тратился? – дед Паша укоризненно и одновременно растроганно покачал головой, – лучше бы вон Варваре сюрпризы делал.

– Дойдет и до нее очередь, – подмигнул Влад, – дед, ты, пожалуйста, не бунтуй, бери телефон в руки и смотри, какие кнопки надо нажимать…

Освоив нехитрую премудрость, Павел Васильевич бережно пристроил подарок в карман и немного растеряно сказал:

– Спасибо тебе, сынок! Ты, главное…, – голос его дрогнул, а рука предательски полезла в карман за носовым платком, но он взял себя в руки, – ты, главное, не болей и Варвару свою береги. Все, дальше не провожайте, сам доплетусь.

Вернувшись в город, Влад повез Варю к себе домой, где она еще ни разу не была, пообещав кофе с пирожными, шампанское и один маленький сюрприз, точнее – два, а может даже и три.

Первый сюрприз чуть не сбил Варю с ног – едва открылась дверь, как рыжая кошка с радостными воплями кинулась ей в ноги.

– Лили! – потрясенно воскликнула Варя и непонимающе уставилась на Влада, – как, почему она у тебя?

– Потом расскажу, – ушел от ответа Владислав, увлекая ее в комнату.

Утром варить кофе пришлось Варваре, потому что Влад наотрез отказался вылезать из постели.

Улыбаясь новому дню, она подошла к окну и погладила теплую шерстку Лили, которая нежилась на кухонном подоконнике, наблюдая, как игривый солнечный лучик сначала коснулся кончика ее хвоста, а потом чуть задержался на Варином новом колечке, что появилось на ее пальчике вчера вечером – в знак помолвки.

30

Современная жизнь достаточно приземлена и линейна. Но в череде будничных событий при желании всегда можно разглядеть нечто вечное и необъяснимо прекрасное, для чего всего лишь надо остановиться, замедлить суетливый бег и посмотреть вверх, туда, где похожие на легкие перышки облака разбежались до самого горизонта, заполняя голубой лоскут неба своими фантазиями.

Влад почти не сомневался, что Небеса, которые он воспринимал как ориентир в духовных исканиях, нужны, но отчего-то все чаще, чувствуя свою незавершенность, обращал взгляд вовнутрь, а не вовне, пытаясь разглядеть собственный маленький космос, присутствие которого с каждым днем он ощущал все ярче и ярче.

Отставив чашку с кофе, он улыбнулся, вспомнив, как умница Ника еще несколько лет назад ему все про него объяснила:

– Влад, – сказала она тогда, – ты вовсе не такой, каким сам себя считаешь, а я вижу, что ты человек двойственный.

Он обиделся на слово «двойственный», приняв его за двуличность. Но Ника, непохожая ни на кого Ника, продолжила:

– Это не то, что ты подумал, не кипятись. Вот смотри: тебе же нравится возможность иметь еще одну сторону жизни, которую ты тщательно скрываешь от глаз окружающих? Не говори ничего, я знаю это так. И многие интуитивно ощущают эту двойственность, считая тебя человеком себе на уме, и не очень доверяют кажущейся твоей открытости.

Тогда они чуть не поссорились, но сегодня Владислав, пожалуй, согласился бы с Никой. Действительно, за легкой насмешливостью и иронией он всю жизнь скрывал свои настоящие мысли, с завидной настойчивостью отвлекая себя на более простые занятия, чем выращивание собственной души. Не ставил такой задачи, а может просто боялся того хрупкого по ощущениям знания, что могло изменить всю его жизнь. Куда комфортней пребывать в неведении и покое.

Однако перебежавший дорогу лось привел его в часовню, где с простого вопроса самому себе и начался путь иной, путь к себе изначальному.

Вспомнив с благодарной теплотой о Нике, он вдруг схватился за голову: свое обещание пару раз в неделю поливать цветы пока та отдыхает он, увлекшись новыми событиями, не выполнил – забыл. Кинулся к телефону, подсчитывая в уме дату ее возвращения (получалось, что два дня назад), чтобы вымолить прощение – растения наверняка засохли.

Ника откликнулась сразу, но каким-то неожиданно томным голосом, что он засомневался – удобное ли сейчас время для звонка. Но она была одна.

– Вла-а-ад, как хорошо, что ты позвонил! Я как раз собиралась тебя сегодня навестить. Соскучилась, нет слов! К тому же у меня есть потрясающие новости. Нет, по телефону не скажу. Немного помучаю. Короче, наберись терпения и жди, буду минут через сорок.

Владислав, догадавшись по ее интонациям, что судьба цветов в настоящий момент ей безразлична, с облегчением отправился на кухню готовиться к приему гостьи.

Согнав Лили со стола, она дремала, положив голову на картонную коробку с чаем, смахнул пыль и даже протер поверхность мокрой губкой, зачем-то переставил местами сахарницу и заварочный чайник. Немного подумав, добавил к композиции вазочку с печеньем и горстку конфет, случайно уцелевших после вчерашнего Варькиного нашествия – такой любительницы шоколадных конфет он еще не встречал.

– Видишь, Лили, – обратился он к рыжей своей собеседнице, – какой я хозяйственный мужчина, умею кофе варить и стол вытирать. Вот только о Никиных цветах, каюсь, забыл. Ну, не убьет же она меня?! Если что, ты на моей стороне, подтвердишь, что был жутко занят. Да, и не забудь, ты вежливая и воспитанная кошка. Не подведи уж.

Лили не подвела. Когда Ника (теперь она снова шатенка) вошла в прихожую, кошка с коротким приветствием вышла навстречу и замерла возле напольной вазы, состроив милейшую мордочку под названием: «Я вам рада».

– Не поняла?! – удивилась Ника, – ты же сдал ее обратно. Или с Ларисой Петровной опять что-то стряслось? Или, – она, не веря своим предположениям, изумленно приподняла брови, – или ты с ней роман закрутил?

– Не-е, не закрутил, – успокоил Влад, – а Лили выкрал, потому как полюбил ее навеки.

– Болтун! – отмахнулась Ника, – а теперь давай-ка выкладывай, отчего это ты так светишься. За версту видно. Давай, давай, ведь не отстану. Если не Лариса, то кто?

После того как Влад ей рассказал все события нынешнего лета, конечно, по-мужски скупо и только факты, она, умеющая распознавать тайные знаки, с облегчением выдохнула:

– Ну, теперь я за тебя спокойна. И сон мой был в руку. Ну, помнишь, я тебе рассказывала: ты в белом смотришь в зеркало, а там вместо тебя женщина отражается.

– Ник, ты просто медиум!

– Не преувеличивай, но кое-что могу. Кстати, солнце мое, а я замуж вышла, – буднично произнесла она и, не меняя тона, добавила, – буду жить теперь в Германии. Иначе не получается. Я так давно этого ждала, что согласна теперь на все, даже с родиной распрощаться.

– Неужели своего тайного поклонника захомутала? Не фига себе! Он что, немец?

– Угу, немец, только не захомутала, «он сам пришел», то есть предложил.

Рассказав все подробности, Ника погладила Влада по руке и чмокнула в щеку:

– Ну, мне пора! С квартирой еще надо все утрясти. Продавать пока не буду, а вот сдать не помешало бы. А тебя жду на следующее лето в гости. У мужа просторный дом в пригороде. Так что приезжай вместе с Варей. Кстати, ты хоть в двух словах опиши, какая она.

Влад задумался.

– Ну, такая, – он широко развел руками, – словно из тишины сделанная.

– Да ты просто художник, – снисходительно улыбнулась Ника и, передумав уходить, запросила еще чашку чаю, – ну, а планы какие? На будущее?

– Женюсь. Перевезу Варьку с Соней к себе, Галину Викторовну – этажом ниже. Благо мои жильцы уже предупредили, что через месяц съедут. А Лариса твоя Петровна вернется из глухомани, там она в теткиной квартире жила, в свою городскую квартиру. Что еще? Ну, если Варька согласится, родим ребеночка. Деда Пашу будем по выходным навещать, Ларисе в ее волонтерском деле по мере возможностей помогать. Может, даже и дом возьмусь строить. Чтобы было все, как дед тогда насочинял, ну, большая семья, четверо детей… Короче, будем жить.

– Ой, Влад, ты просто молодец, можно сказать, пример для подражания, эталон и образец. Я ужас как тобой горжусь!

Но Влад с ней не согласился. Идеальных людей не бывает. Да к тому же с некоторыми своими грешками он пока расставаться не собирается. К примеру, студенты, не умеющие сами писать курсовые и дипломные работы, ему по-прежнему нравятся.

31

Жаркое лето в приступе безумия (какой год, такое и безумие) обрушилось на город мощным ураганом. Деревья, ветки, рекламные щиты – все пошло в ход, чтобы разогнать горожан по домам и напомнить им, кто здесь главный. К вечеру ветер почти стих, оставив после себя мрачноватую акварель из потускневших серых туч без единого просвета. Август, не добравшись до финиша, уступил место почему-то сразу октябрю и, судя по прогнозам синоптиков, возвращаться не собирался.

Сменив футболку сразу на джемпер и ветровку, Владислав по причине безоблачного состояния души нисколько от этого не страдал.

Дождь и холод не мешали его счастью.

В воскресение, после того как они с Варей навестили деда, который как раз непогоду заметил и чувствовал себя не очень хорошо, отчего довольно быстро с ними распрощался, Владислав, имея тайный замысел, свернул с трассы совсем в другую сторону. Варя его маневра не заметила, потому что окрестностей не знала, да если бы и знала, то готова была ехать с ним в любом направлении.

– Зайдем? – предложил Влад, остановившись возле знакомой деревянной часовенки с шатровой звонницей над крыльцом, но сделал вид, что это случайный порыв, спонтанное движение души.

– Запросто! – согласилась она, не боясь ни ветра, что стащив у тучи ледяные брызги, поджидал ее за пределами машины, ни приближающихся сумерек, ни деревянной скульптуры разбойника, закованного в цепи, что виднелась в проеме калитки.

Покрутив головой, Влад смотрителя не увидел, но раз дверь в часовню открыта, значит, можно войти. Взяв Варю за руку, Владислав увлек ее вовнутрь, там уже тихо звучала церковная музыка, а маленькие окошки в ярких витражах создавали праздничное настроение.

Они долго всматривались в лики святых, наслаждались игрой света от горящих свечей, потом сидели на лавочке и перебирали листки с отпечатанными на них молитвами, забыв о времени и суете.

– Как тут красиво! – шепнула Варя, – и спокойно, и немного таинственно… Просто сказка какая-то!

Влад подглядел: Варя выбрала для себя ту же молитву, что и он тогда на Пасху.

«Господи, не знаю, чего мне просить у Тебя. Ты един ведаешь, что мне потребно. Ты любишь меня паче, нежели я умею любить Тебя. Отче, даждь рабу Твоему, чего я сам просить не умею. Не дерзаю просить ни креста, ни утешения: только предстою пред Тобою…» – эти слова он уже знал наизусть.

Оставив лавочку, Варя подошла к распятию. И задумалась. Он ей не мешал, зная точно, что легкий озноб от дыхания Вечности уже коснулся ее души, даруя покой и что-то еще, чему он так и не нашел названия.

– Влад, а мы вместе, это кто? – Варя посмотрела на него растерянными глазами.

– Путники, наверное. Путники, вернувшиеся Домой, – ответил Влад, и сам удивился, никогда прежде эта мысль не приходила ему в голову.

Скрипнула тихо дверь и в часовню заглянул смотритель.

– Здравствуйте, – сказал он, чуть улыбнувшись, – вижу, что вам у нас понравилось. Если хотите, можете подняться на колокольню, позвонить в колокола.

– Позвонить в колокола?! – не поверила Варя.

– Почему бы и нет…, – ответил смотритель и, подмигнув Владу, добавил, – самое время.