Читать книгу "Злая сказка жизни"

Поклеп меня задел, заставив весьма глупо вступиться за свою поруганную честь:

– Между прочим, до рогов у нас так дело и не дошло,

– Жалеешь? – усмехнулся король.

Мысленно выдав себе подзатыльник, я весьма правдоподобно съехидничала:

– Да. Очень многообещающий был мужчина.

– Ну, может еще представится возможность, – тихо ответил король, не глядя мне в глаза.

– Некрофилией не балуюсь, – как-то невпопад ответила я, ибо смысл последней фразы не поняла совершенно. Видимо, ночь без сна и напряжение давали о себе знать: было такое ощущение, что половина разговоров как-то мимо меня проходит.

За беседой мы как-то незаметно расселись кто куда. Эрл – на кровать, Ворон на подлокотник кресла, а я – на стол, на котором наполняла флакон. На мою последнюю реплику Леонард никак не отреагировал. Просто подошел ко мне, взял наполненную емкость и ополовинил ее. Затем, сунув закрытую склянку в карман, вернулся на подоконник и грустно вздохнул:

– Эх, я уже так привык к спокойной жизни! Ведь с момента церемонии признания ни одного нападения не было! И на тебе! Подцепил проклятье, потерял подконтрольного убийцу, символ власти сперли, и ты еще сбежала!

– Кстати, твой камень у нас…, – радостно начала я, но глянув на вытянувшееся лицо Ворона, добавила, – был.

– И где же он теперь? – оживился король.

Покосившись на меня, полуэльф нехотя ответил:

– Пришлось продать. Нужно же мне было на что-то лошадей купить.

Фраза имела успех: Эрл заржал, как тот конь, сквозь смех выдавив:

– Каков добытчик! Смотри сестренка, он тебя плохому научит.

– Знать бы, кто и зачем его украл! – не обращая внимания на хохмача, продолжал сокрушаться король.

Поразмыслив, я решила, что если Леонарду можно не все рассказывать, то у меня это право тоже есть. Поэтому представила историю вот в таком виде:

– Могу только сказать, что какой-то теневик обосновался у барона Гельди. И камень был у него. Причем, проклятый. Что было дальше, не знаю, но затем мы обнаружили твой булыжник у гоблинов. Уже без проклятья.

– Наверное, то был папаша принца, – задумчиво сказал король. – Между гоблинами и особняком барона реликвия побывала на ярмарке, заразив целую кучу народа. Сейчас ситуацию удалось взять под контроль, но, если не удержим и не излечим заразу, мое королевство просто вымрет. Похоже, Майрон понял, что его планы с принцем провалились, и решил сменить тактику.

Я хотела возразить, что теневик не мог быть папашей принца, потому что просил представить себя королеве, но тут одна догадка внезапно изменила ход моих мыслей. Развернувшись, я с подозрением посмотрела на Ворона. На этот раз супругу потребовалась буквально секунда, чтобы понять меня.

– Да я его случайно украл! – возмутился он.

А затем сделал непростительную глупость. Полуэльф подошел и, обняв за плечи, посмотрел мне в глаза:

– Льон, ты же знаешь, что это правда.

Ощущение дежавю хлесткой пощечиной вывело меня из равновесия. И через мгновение Ворон уже лежал на полу, а мой меч упирался в его грудь. Задыхаясь от ярости, я отчеканила:

– Никогда. Не смей. Так. Делать.

К сожалению, Воздух решил, что откинуть двух здоровенных мужиков – это перебор. В глазах начало темнеть. Я с ужасом почувствовала, что теряю сознание. Помню, кто-то подхватил меня, не дав шлепнуться на пол, а кто-то забрал меч из ослабевшей руки.

Я пришла в себя на кровати, в той же комнате. Рядом со мной на стуле сидел Эрл. Больше никого не было.

– Как ты? – поинтересовался брат, едва я открыла глаза.

– Нормально. А где остальные?

– Твой супружник возжелал пройти проверку, дабы никто не сомневался в чистоте его намерений. Буквально потребовал от короля напоить зельем, – усмехнулся братец и, вздохнув, поинтересовался. – Как же ты так влипла?

Сказать бы, как, так ведь издеваться начнешь… Натянув свою самую милую улыбку, я вдохновенно соврала:

– Исключительно по большой и светлой любви.

– Ладно, заливать-то, – беззлобно бросил Эрл и досадливо цокнув, пожурил меня. – Сколько раз тебе говорил, что к эльфам даже с исключительно благими намереньями лезть нельзя?

Ну да, не стоило и пытаться. Читает, что ту книгу. Грустно усмехнувшись, я призналась:

– Думала, шутишь.

От этой фразы мысли брата вдруг перескочили на другую тему. Проведя ладонями по лицу, он сказал:

– Да уж, походец нам предстоит – обхохочешься. Слушай, уговори своего ненаглядного подождать нас где-нибудь, а?

Сев на край кровати, я посмотрела брату в глаза и спросила:

– Ты ему не веришь?

– А ты? – поинтересовался он, не отводя взгляда. – Или у тебя просто любовь так проявляется? Сначала об пол приложить, а потом мечом ткнуть?

Напоминание о недавнем эпизоде вызвало в памяти более неприятные воспоминания. Тряхнув головой, чтобы отогнать нехорошие мысли, я ответила:

– Просто напомнил кое-кого…

– Ясно, – мигом помрачнел брат, как всегда поняв меня с полуслова.

Пользуясь случаем, я задала давно мучавший меня безответный вопрос:

– Ты не задумывался, как он нас так ловко обманул? Ведь при мне же зелье искренности пил!

– Так не каждый же день, – пожал плечами брат. – Ладно, не бери в голову. Он уже сдох, туда ему и дорога. Кстати, спасибо, что вовремя вернулась. Я уж и не надеялся.

Теперь настала моя очередь задавать те же вопросы.

– Как вас угораздило?

– Случайно наткнулись на труп в лесу, – махнул рукой Эрл. – Наше величество, конечно, простым осмотром не удовлетворился, ему пощупать надо было. А потом случайно до меня дотронулся.

– У тебя же была склянка с моей кровью, – укоризненно напомнила я брату.

– Была, – подтвердил тот. – В замке. Величество заразился раньше, поэтому свою склянку выпил сразу, как только заметил первое пятнышко. Когда же гонец нас нашел и доложил, что случилось, решили поехать сразу к Фею, так как искать тебя неизвестно где, было долго.

Не удержавшись, я таки съехидничала:

– И кто-то еще говорит о дурном влиянии?

– Вот только не надо пытаться меня воспитывать! Мала еще! – возмущенно проворчал брат и быстро сменил тему. – Есть, кстати, хочешь?

– Ага.

Поднявшись, Эрл ушел, а я попыталась встать, но обнаружила, что голова еще кружится. Покинуть кровать мне удалось где-то с третьей попытки. Как раз к приходу брата. Вернулся он минут через пятнадцать с хлебом, колбасой и чайником. Вид привычного воинского перекуса, а-ля сытно и быстро, мигом поднял мне настроение.

Достав из шкафа посуду, Эрл занялся чаем, а я – кромсанием бутербродов. Причем, видя, что брат разливает заварку по четырем чашкам, сделала восемь штук. Мы закончили как раз к приходу короля с Вороном. Вернувшиеся были хмуры и неразговорчивы. Увидев, что у полуэльфа снова чернеет ладонь, я накапала ему в чашку несколько капель крови, каждую из которых король проводил ненавидящим взглядом.

Вполне даже уместившись за небольшим столом, мы, молча, приступили к трапезе. Однако повисшее в комнате гробовое молчание с каждой секундой давило на меня все больше. Причем, за столом оно было особенно тягостным, поэтому, не выдержав, я утащила свои бутерброды с чаем на подоконник. Отсюда, по крайней мере, не было видно задумчивых, сосредоточенных исключительно на бутербродах лиц.

Комната брата была на первом этаже с видом на внутренний двор. Из-за духоты створки открыли настежь еще с ночи, и я с удовольствием чувствовала утренний ветерок, ласково приветствующий меня. Было еще довольно рано, поэтому на улице никто не ходил и заметить мою персону не мог. Вернее, я так думала. Поправки же внес внезапный вопль. Фраза «Любовь моя!» живо доказала мне ошибочность выводов. К тому же, она сработала не хуже стрелы, заставив метнуться в укрытие. Причем, тело среагировало раньше, чем разум это понял. Хорошо, что я уже успела доесть и даже сделать последний глоток чая. Иначе мое заполошное падение на пол могло бы закончиться более печально, чем разбитая чашка. Ну почему во дворце такие низкие окна?! Услышав быстро приближающиеся шаги, я живо переползла из-под окна за прикроватную тумбочку и стянула на себя одеяло, оставив небольшую щель для обзора.

– Здравствуйте! – раздался голос Гарольда, перегнувшегося через подоконник и осматривающего комнату.

– Доброе утро, – холодно ответил король. – Вам что-то нужно?

– Представляете, опять померещилось, – грустно вздохнул писарь. – С тех пор, как мою любимую оклеветали и вынудили бежать, я все время вижу ее светлый образ! И не только ночами, но, похоже, и днем. Вчера ночью я даже написал стихотворение по этому поводу. Хотите, прочту?

– Нет! – в один голос ответили присутствующие.

– Вот, а она меня всегда слушала, – снова вздохнул поэт. – Святая женщина! И как у них язык-то повернулся обвинить ее не только в убийстве принца, но и в распространении проклятья!

– В чем ее обвиняют?! – опрометчиво спросил король.

– Так вы не знаете?! – изумился поэт. – Тогда вы просто обязаны выслушать! Это как раз есть в моем произведении!

И пока народ не успел отказаться, Гарольд зачитал:

– Тебя убийцей заклеймили и вынудили прочь бежать. Тебя к костру приговорили, все продолжая клеветать. Они сказали, ты проклятье распространяешь там и тут, что хочешь денег ты и власти, Майрону облегчая труд. Тебя назвали злобной ведьмой, что всюду сеет смерть и мор. Но я не верю в эти бредни! Несправедлив их приговор! Из-за него теперь в разлуке с тобою мы, но ничего! Не опущу свои я руки! Я выдержу судьбе на зло! Любимая, тебя я вижу во сне и даже наяву! И всех вокруг я ненавижу! И знай же, я тебя найду!

Как же хорошо, что Леонард пересел на кровать, едва писарь начал свое чтение. Королевская рука, лежащая на макушке, не давала вылезти из укрытия и позволить несчастному меня найти. Правда, скорее всего, вместе со своей смертью.

– А ведь ее действительно проще убить, – вдруг сказал величество, заставив поэта с изумлением захлопнуть рот, подавившись очередной строфой. – Эрл, посади Гарольда за стол и дай ему бумагу и перо.

Братец легко выполнил королевскую волю, втащив писаря за шкирку в комнату.

– Так, пиши мою речь, – велел Леонард, поднимаясь и задумчиво поглаживая подбородок. На его место, на всякий случай, сел Эрл, а величество принялся вдохновенно сочинять, меряя шагами комнату.

– Вновь наше королевство переживает темные времена. Не успели мы оплакать смерть горячо любимого принца, как пришла новая напасть. Страшное проклятье наслала на нас злая ведьма. Я не могу сидеть, сложа руки, когда кто-то творит такое. Мне придется принять меры. Поэтому я, король Вайнеры, Леонард отправляюсь в поход за ведьмой! И клянусь, что избавлю нашу землю от ее существования, а вместе с этим и от насланного мора. В доказательство я обещаю принести ее обугленные останки!

Почувствовав, что я занервничала, Эрл припер меня к кровати еще и ногой. Король между тем забрал у писаря листок, перечитал, удовлетворенно кивнул, и, поставив подпись, велел:

– Как всегда перепиши и раздай глашатаям. Пусть сегодня же в полдень донесут до народа. Если будут спрашивать, почему нет оттиска символа власти, скажи, что не хочу марать камень об эту бумагу.

– Но ваше величество… – начал было писарь, однако Леонард прервал его.

– Гарольд, мне очень жаль, но она действительно ведьма. Ты страдаешь не от любви, а от ее чар. Лиона просто использовала тебя. Скорее всего, она заставила тебя открыть камеру, хоть ты этого и не помнишь. Ведьмы очень изобретательны, коварны и часто вовсе не те, какими кажутся.

Жаль я толком не видела глаз Гарольда, но мне показалось, что в них скользнуло разочарование. Ни слова не сказав, но поклонившись, он вышел за дверь. Едва писарь ушел, я сбросила порядком надоевшее одеяло.

– Вот видишь, как все здорово сложилось! – обратился ко мне Лео.

– Чего ж хорошего? – спросила я, не вставая с пола и прислоняясь спиной к кровати.

– После нашего возвращения тебя официально объявим умершей, переименуем, пострижем, покрасим и всего делов, – радостно ответил король. – Сможешь опять спокойно жить во дворце.

Угу, прям жажду туда вернуться… Скрестив руки на груди, я пробурчала в ответ:

– Мне и так неплохо. И уж что-что, а стричься я точно не намерена.

В ответ на это Леонард поморщился:

– Не валяй дурака! Все равно от твоей косы больше хлопот, чем красоты!

– Это моя коса и мои хлопоты! Я к твоей гриве не цепляюсь, и ты меня не трогай! – огрызнулась я.

– Захочу и трону!

По привычке я откинула предмет спора за спину, и коса легла на покрывало.

– Только посмей! – прошипела я королю.

Леонард, недолго думая, выхватил меч и отсек ее одним ударом.

– Ой, дурак! – застонал братец, еще в самом начале беседы переместившийся на стул и поэтому не пострадавший.

Волосы непривычно защекотали шею и, медленно обернувшись, я уставилась на свою длинную тугую косу, безжизненно лежащую на одеяле. Зрелище было печальным и вместе с тем диким. Все еще не веря, я взяла бывшую часть себя на руки, и скорбно уставилась на нее.

– Ты ее еще похорони, – проворчал король, убирая меч.

– Льон, ну ты же взрослая, здравомыслящая женщина! – попытался подбодрить меня брат. – Ты же знаешь, наше величество идиотом был, идиотом и останется. Ты же не воспримешь это всерьез? Он же не со зла, а исключительно по глупости, совершенно не думая.

Последняя фраза заставила Леонарда тихо охнуть. Мда, так изящно меня еще не оскорбляли. Хотя, если подумать, вряд ли можно обидеть правдой. Ведь кто только ни называл меня шлюхой. А у короля, между прочим, на то есть все основания. Хотя прилюдный постриг в столице вроде бы не практикуется, однако намек весьма прозрачен. А и пес с ним! Смотав косу, я поднялась и положила ее на полку, ибо, куда еще деть – не представляла. Непривычно распущенные волосы мешались. В хвост забираться они категорически не хотели, поэтому пришлось кое-как заправить за уши.

– Когда выходим? – поинтересовалась я, как ни в чем не бывало.

– Завтра на рассвете. Мне нужно закончить дела. – деловым тоном ответил король и принялся отдавать приказы.

– Эрл, на тебе сборы. Ворон, пойдешь со мной к оружейнику. А ты, – Леонард не глядя ткнул в мою сторону пальцем, – сидишь здесь и не маячишь по дворцу.

– Как пожелаете, Ваше Величество, – поклонилась я.

Все-таки посмотрев на меня, Леонард почему-то сжал кулаки, а затем вполне спокойно произнес:

– Между прочим, брат тебе все правильно сказал. А на идиотов только дураки обижаются.

С этими словами король вышел. Покачав головой, Эрл перевел для Ворона слова Леонарда:

– Его величество крайне сожалеет о содеянном. Признает, что был неправ и просит себя простить, – затем обратился ко мне. – Ладно, не скучай. И не высовывайся.

Подмигнув мне, брат вышел, утащив с собой полуэльфа. Мда… Не скучай… Вы пробовали не скучать в комнате три на три метра? Первые полчаса мне это даже удалось. Потому что я убрала со стола, да и вообще навела некое подобие порядка. А дальше потянулось невыносимое ожидание. Не обнаружив у братца никакой приличной литературы, я от нечего делать попыталась заснуть, но бестолку. Закрытые помещения с невозможностью выхода мне никогда не нравились. Я уже начинала тихо звереть, когда жизнь надо мной смилостивилась. На мое несчастье дверь тихонько отворилась.

– Эрл, ты тут? – раздался робкий девичий голосок, и в появившуюся щель просунулась милая головка в белоснежном чепце.

Внезапное появление застало меня точно на середине комнаты, поэтому спрятаться я не успела. Увидев меня, служанка округлила глаза и собралась заверещать. К счастью, навыки не подвели. Схватив девушку за руку, я втянула ее в комнату, зажав рот. Несколько минут у меня ушло на то, чтобы уговорить брыкающуюся и мычащую успокоиться. Но все же некое подобие мира мы установили. Действовать по-другому я боялась: опыта оглушения хрупких девушек у меня не было, а ну как убью случайно. Поэтому в третий раз получив кивок на предложение поговорить, я отпустила служанку. И сразу же получила попытку пощечины, вместе с оскорблением:

– Дрянь! Чужих женихов соблазняешь?! Или Эрл опять по проституткам пошел?!!

Заявление поставило меня в тупик, заставив осторожно ответить:

– Вообще-то я его сестра.

– Не ври мне! – гневно завопила дама. – Нет у него никакой сестры! Да и что бы сестре делать утром в его комнате в таком виде?!

Оглядев себя, я усмехнулась. Похоже, мне посчастливилось подпортить братцу личную жизнь. Так как сидеть до вечера в походной одежде мне не хотелось, то я сняла ее, напялив взамен просторную рубашку брата. Из-за разницы в размерах, она вполне сошла за халат.

– А ну выметайся отсюда! – продолжала распаляться влюбленная, пытаясь схватить меня, чтобы вытолкать из комнаты.

Я легко увернулась от ее рук. Оказывается, в небольшой комнате тоже можно найти пространство для маневров. После нескольких бесполезных попыток меня поймать, служанка перешла в более агрессивную атаку. Хорошо, что у брата в комнате было мало бьющихся вещей, пригодных для метания. Однако даже небольшой шум мог привлечь ненужное внимание. Поэтому после первого же разбившегося о стену светильника, я подняла руки:

– Стой! Все, убедила, ухожу!

Сунув ноги в сапоги, я, не зашнуровывая их, вылезла в окно. Но мой план подождать пока пассия брата уйдет, и вернуться назад, с треском провалился. Стоя в узком коридорчике подсобных построек, я прекрасно видела, как служанка уселась на кровать, вознамерившись, видимо, ждать возвращения Эрла. Интересно, ей работать не надо? Подождав еще минут пятнадцать и сплюнув с досады, я осторожно двинулась куда-нибудь, где можно было хотя бы посидеть. Попутно убеждая себя в плюсах ситуации: проверка нового образа произведена. Постриженную меня девушка не узнала. Хотя, что-то не припомню, чтобы раньше она попадалась мне на глаза.

Выбравшись окольными путями к тренировочной площадке, мне посчастливилось увидеть всю нашу компанию. Похоже, Эрл с Леонардом решили оценить, на что способен Ворон, чтобы знать, чем будут располагать в походе. Вокруг сновали люди, поэтому высовываться было категорически нельзя. Спрятавшись за стоящими у выхода из переулочка бочками, я приготовилась ждать. Привлечь к себе внимание метким броском камушка пока не было возможности: рядом с мужчинами стояла ее величество. На ней вместо обычного вызывающего наряда красовалось черное закрытое платье. Волосы были забраны в хвост, плечи сутуло опущены. Мне даже не пришлось пробираться ближе: Воздух любезно доносил реплики. Похоже, разговор начался недавно.

– Этот полуэльф, – говорил Леонард своей жене, – принес нам зелье Фея, излечившее Эрла.

Ворон учтиво поклонился королеве:

– Приветствую вас. Я Альберт, вольный наемник.

– Приветствую вас, Альберт, вольный наемник, – едва слышно ответила Мира. – Я искренне благодарна вам за помощь. Все эти дни мой муж не отходил от постели друга, и я уже готовилась пережить еще одну потерю. Она была бы поистине невосполнимой. Ведь Эрл для нас столько сделал.

– Рад помочь, – коротко поклонился полуэльф.

Королева чуть улыбнулась и обратилась к мужу:

– Дорогой, ты правда решил лично возглавить охоту на эту проклятую ведьму?

– Да. Напрасно я не слушал, когда ты отговаривала меня возвращать ее во дворец, – Леонард обнял жену. – Мне искренне жаль, что из-за моей глупости тебе пришлось пережить такое горе.

Одобрительный кивок проходившего мимо слуги в очередной раз доказал мне: народ любит не только короля, но и его жену.

– Надеюсь, в следующий раз ты не будешь дожидаться смерти сына и практически смерти друга, чтобы понять мою правоту! – понизив голос, Мира сжала ладони мужа и посмотрела ему в глаза. – Приведи ее живой! Я хочу своими глазами увидеть, как она сгорит! Обещай мне!

– Я постараюсь, – ответил король, мягко поцеловав жену в лоб.

И он мне еще будет что-то говорить про «все равно на ком жениться»? Манипулятор, чтоб тебя! Не может величество просто сказать: «Лиона, мне нужна твоя кровь и твое зелье». А вот навешать лапши на уши, что, мол, бедный, несчастный, да еще нелюбимая жена проходу не дает – это запросто. Еще во дворец обещал вернуть! Видать, недомстился еще, зараза! И ведь не двойник он. Был бы подмененный, помер бы от моей крови. Ох, как вовремя я сюда вылезла! Надо будет подумать, как подстраховаться, а то ведь действительно сварю ему зелье, скажет спасибо и притащит меня в подарок любимой женушке.

Далее размышлять не пришлось, ибо Эрл заметил выглядывающую из-за бочек голову и незаметно указал на меня Леонарду. Король сделал страшные глаза и, развернув королеву, повел ее прочь. Оставшиеся же направились ко мне. Как ни в чем не бывало присев на бочку, Эрл, не оборачиваясь, поинтересовался:

– Ну и какого… ты тут делаешь?

– Меня твоя невеста выгнала, – прошептала я, не высовываясь. – Пришлось через окно бежать.

– Моя кто? – удивился брат, чуть не повернувшись. – У меня, вроде бы, нет невесты.

– Теперь, скорее всего, точно, – отозвалась я. – Пришла, увидела меня и раскричалась. Светильник тебе, кстати, разбила… И чашку.

Не люблю признаваться в мелких глупостях. Да, смахнула локтем, да не успела слевитировать. Бывает со мной такое, когда задумаюсь. Только шутнику-брату об этом знать незачем.

– А ты ее утихомирить не могла? – также не оборачиваясь, спросил тот.

– Эрл, я могу или убить, или не трогать. Решила, что трупу в комнате ты не обрадуешься.

– Ладно, – примирительно сказал он. – Иди обратно к окошку, сейчас приду, разберусь.

– Тебе двадцати минут хватит? – уточнила я, ибо не хотелось бы ставить брата в неловкое положение.

– Мне хватит двух.

– Да? Вот уж не подумала бы… – не удержалась я от шпильки.

– Иди ты! – беззлобно огрызнулся Эрл, а затем обратился к Ворону. – Чтоб через пять минут привел.

На этом брат ушел, оставив нас одних. Полуэльф сел на его место и также, не оборачиваясь, обратился ко мне.

– Слушай, может действительно, сходим вдвоем, как и собирались?

– А что? – поинтересовалась я.

Посмотрев в небо, супруг сказал:

– Я же чувствую отношение людей к себе. Его величество меня страшно ненавидит.

Усмехнувшись, я грустно ответила:

– Он ненавидит не тебя, а то, что я с тобой счастлива.

– А ты со мной счастлива? – поймал меня на слове Ворон.

Вот как на это ответить? Если сравнить счастье с неспешным путешествием на лодочке по спокойной, мягкой, недвижимой водной глади, то, наверное, я счастлива. Только долго ли такое можно выдержать? Да и стоячие водоемы часто зарастают тиной, превращаясь в болота. Ладно, до рождения ребенка еще есть время. А там посмотрим. Хотя, чего смотреть? Ведь после смерти принца во дворце меня уже ничто не держит. Второй раз на подобный фокус я не попадусь, даже если это будет правдой. Хватит с меня подвигов. Мне же всегда хотелось тихой, спокойной жизни. С мужем, с детьми. И вот теперь у меня появился вполне реальный шанс все это получить. Так что, наверное, я счастлива, только сама еще этого не поняла. Однако врать Ворону мне не хотелось. Поэтому помолчав пару минут, я ответила честно и искренне:

– С тобой мне не больно.

– И на том спасибо, – усмехнулся полуэльф. – Но насчет похода все-таки подумай, может, обойдемся сами?

На это я отрицательно мотнула головой:

– Король уже растрезвонил, что идет, так что от него не отвяжешься. Хоть официального оглашения речи еще не было, но слухи точно уже разнеслись. Придется терпеть. Только надо с ним как-то поосторожнее быть. А то неровен час действительно приволочет меня потом под ноги любимой женушке.

Тут уже полуэльф покачал головой.

– Зря ты так. Он тебе не врал. Она действительно его раздражает.

– Откуда ты знаешь?

– Чувствую, – пожал он плечами.

На это я лишь засмеялась. Я тоже много чего чувствовала, да толку с того?

– Шикарный довод, – ответила я супругу. – Однако мне всегда нравились более осязаемые или более очевидные. Пока все, что я видела, говорит об обратном.

Повернувшись ко мне, Ворон усмехнулся и сказал:

– Поверь старому, мудрому дяде-полуэльфу.

Нет, вот уж чего-чего, а веры от меня теперь мало кто дождется! Однако прямым текстом я это говорить не стала, сформулировав мысль более нейтрально:

– Знаешь, весь мой жизненный опыт пока говорит, что надежнее верить только себе. Ладно, пошли к Эрлу.

Не ответив, Ворон легко перемахнул ко мне за бочки и, взяв за руку, повел вперед. Его комплекция вполне позволяла втискиваться в узкие промежутки между зданиями. Эрл бы здесь точно не пролез. И от воспоминания о брате моя совесть вновь подала голос. Я слукавила, сказав полуэльфу, что одни мы в поход не можем идти из-за короля. На самом деле в столь опасном предприятии мне хотелось иметь рядом того, кому я могла верить без оглядки, без сомнений, абсолютно и полностью. Таким человеком для меня был брат. А его, увы, без короля не вытащить.

Пробравшись к нужному окну, мы остановились за углом одного из подсобных зданий. Проводив взглядом давешнюю девицу, как раз вышедшую из дворца и поправлявшую по пути чепчик, я потянула Ворона вперед. Прокравшись к подоконнику, мы хотели, было, залезть в комнату, но голос короля заставил нас помедлить. Похоже, мы пришли в разгар воспитательной работы.

– Ты опять за старое взялся?! – раздраженно вещал величество. – Снова мне будут приносить жалобы с требованием возместить ущерб за поруганную честь?!

– Если бы кто-то платил бы мне нормальные деньги, все было бы хорошо! – спокойно отвечал ему Эрл.

– Чтобы держатели публичных домов стали богаче короны?! – возмутился Леонард.

– Не преувеличивай. И кстати, насчет чести: я еще не одну не тронул.

– Если твоя сестра опять сбежит неизвестно куда, лично сделаю так, что трогать кого-то тебе будет нечем! – зловеще пообещал величество.

На этом моменте я решила вмешаться в спор и полезла в комнату. Леонард стоял спиной к окну, поэтому не знал, как мы подошли. Брат же сидел на стуле и прекрасно видел, как я забралась на подоконник. Чуть растрепанный вид одежды говорил о том, что величество пришел в начале весьма интересного действия. Эрлу это, скорее всего, не понравилось, и теперь он сидел, насупившись, скрестив руки на груди. Однако стоило мне спрыгнуть на пол рядом с королем, как произошло нечто необъяснимое.

Леонард среагировал мгновенно, оттолкнув меня в сторону и увернувшись от меча Эрла, вонзившегося в подоконник. Развернувшись, мы с королем встали в привычную боевую позицию: Леонард с мечом впереди, я – за левым плечом его величества. Буквально секунда потребовалась брату, чтобы выдернуть меч и обернуться к нам. Посмотрев в его глаза, я похолодела от ужаса. Мне уже приходилось раньше видеть полыхающее в них пламя. В ночном кошмаре Альберта-кристальщика. Ворон, кстати, тоже не стоял без дела. Вскочив на подоконник, он ухватил Эрла за шею. Сообразив, что задумал полуэльф, я резким воздушным ударом помогла ему уронить безумца на землю и, забравшись на подоконник, заставила Землю обездвижить брата. К сожалению, вместе с Вороном, лежавшим под ним.

– Лиона, живо найди камень! – прохрипел полуэльф. – Только руками не трогай!

Все было бы здорово, если бы мне не надо было поддерживать ловушку. Забыв про все свои обиды и прочие мысли, я велела:

– Лео, в комнате должен быть красный кристалл!

– Понял, – ответил король, убирая меч и приступая к поискам.

Через несколько минут они увенчались успехом, о чем возвестил звонкий бряк об пол. Стиснув зубы, я слеветировала упавший камень в подставленную ладонь полуэльфа. Забавно, но кристалл обнаружился аккурат в моей лежащей на полке косе.

Хорошо, что в это время весь народ собрался на площади, выслушивая речь его величества в исполнении глашатаев. А то попробуй объясни толпе, что телохранитель просто временно помешался…

– Выпусти меня, иначе не получится, – велел Ворон.

– Только вместе с ним, – ответила я, не сводя глаз с брата.

– Ну займите его ненадолго!

Легко сказать! Посмотрев на подошедшего ко мне Леонарда, вновь доставшего меч, я поинтересовалась:

– Ты же его не покалечишь?

– Как получится, – ответил король, выбираясь на улицу.

Меня такой ответ категорически не устраивал, поэтому поразмыслив секунду, я слевитировала свою валяющуюся без дела косу и намотав ее на руки на манер удавки, велела королю:

– Отойди тогда. Я сама.

– И не подумаю, – бросил Леонард, не оборачиваясь и не сводя взгляд с лежащего.

– Лиона, или ты его сейчас отпустишь, или его действительно придется убить! —прервал полуэльф начинавшийся спор.

Пришлось подчиниться. Едва Эрл обрел свободу, как кинулся на нас с королем. Леонард легко отбил удар, я же воспользовавшись занятостью брата, перелетела ему за спину и, накинув на шею удавку, взгромоздилась на него сверху, для верности обхватив тело ногами. Помнится, в подобном бою на арене с троллем мне так и не удалось его удушить. Будем надеяться, что братец окажется не слабее. Рассчитать силы возможности не было, поэтому я просто стянула удавку, насколько хватило сил. К тому же, ладонь братец подставить успел. Инстинкты бойца разуму не подчинялись.

Эрл выбросил меч и вцепился в стягивающую шею волосяную веревку обеими руками. Мне пришлось отклониться назад, сопротивляясь не силой, так весом. Однако, сколько там его? Не более минуты ушло у брата на то, чтобы скинуть петлю с шеи и, схватив меня обеими руками швырнуть в стену. Воздух смягчил полет, поэтому спина не пострадала. Подняв подвернувшийся под руку камень, я швырнула его в Эрла, заставляя отвлечься от вооруженного короля на безоружную меня. Привычная тактика боя: умотать соперника, дождаться ошибки и убить, была здесь как нельзя кстати, за исключением последнего пункта. Главное, чтоб моего проворства хватило, и Эрл не достал меня первым. Хорошо бы Ворон обуздал камень раньше. Полуэльф, кстати, благоразумно забрался в комнату. Там он уселся на стол, закрыв глаза и сжав кристалл в ладонях. Мы же продолжили развлекаться.

Леонард сдаваться и уступать противника не захотел, по моему примеру кинув в Эрла булыжником. Получив удар в затылок, брат развернулся, ненадолго забыв обо мне. Такая тактика мне понравилась еще больше, благо метательные снаряды под рукой были. Хоть и не с избытком, но все же. Очередной прилетевший в голову камень окончательно перетянул симпатии Эрла на мою сторону. Жаль, что безумца нельзя было лишить сознания. Не обращая внимания на еще пару булыжников, брошенных Леонардом, брат шел прямо на меня, видимо, решив раздавить голыми руками. К счастью, в этот момент раздался повелительный голос Ворона:

– Остановись!

Эрл встал, как вкопанный. Мы с королем, не сводя с него глаз, подошли к полуэльфу.

– Что теперь? – спросил Леонард.

– Мне нужен амулет от управления разумом, – сказал он, не выпуская камень из рук.

– У Эрла же должен быть, – вспомнила я про свой защитный перстень, который позже не раз видела на его мизинце.

– Скорее всего, опять забыл надеть, – ответил Лео, забираясь обратно в комнату и подходя к прикроватной тумбочке. Кольцо действительно обнаружилось в верхнем ящике.