Текст книги "Темное время суток. Фантастический роман"

* * *

Спустя шесть часов стало ясно, что их никто не преследует. То ли куратор Ржавчины не позволил копаться в мозгах шамана, то ли великий и ужасный Тейн не смог раскрутить ребус.

Путники избавились от теплых вещей и шли налегке – в майках и плотных штанах, закатанных до колен. Запасными футболками и банданами повязали головы, чтобы не получить солнечный удар.

– Привал, – скомандовал Лайет. – Нужно подкрепиться.

Лидер сменился, в этом сомнений не было. Рамону было начхать – он слишком устал. И, честно говоря, не верил в успех мероприятия.

Костер разводить не стали.

Сели прямо в траву, разложили нехитрые пожитки. Крекеры, копченую колбасу, консервы. То, что не портится в дальних переходах. Фляги с водой. Хорошие фляги, сберегающие. Так что вода была холодной.

Азарод нарезал колбасу, Рамон вскрыл парочку банок с тушенкой. Полина занялась крекерами.

Штаб-квартира успела разрастись, детализироваться. Мрачная урбанистическая крепость, доминирующая над равнинным ландшафтом. Совершенно неуместная в пустом мире.

– Близко, – заметил Ефимыч. И подцепил кинжалом кусок салями. – Почти дошли ведь.

Рамон сосредоточенно жевал.

Пытался привести мысли в порядок.

– Кинь флягу, Ефимыч, – попросил Азарод.

Фляга по дуге отправилась к некроманту.

– Дальше вы пойдете одни, – Лайет едва притронулся к еде. – Мне пора в межмирье.

– Опять? – удивился Рамон.

Вендиго уже совершал вылазку через трещину, коих в Изначалье оказалось великое множество. Что он там делал – неизвестно. Но к отряду никто не лез. Значит, ясновидцы скушали наживку.

– Да, – Лайет потянулся, хрустнув суставами. Подчеркнуто человеческий жест. – Займусь периметром.

– Ты с ним? – Рамон перевел взгляд на Полину.

Девушка отрицательно мотнула головой.

– Я не умею вселяться.

Вот значит как. Наставник-диаблеро плохо занимался подготовкой ученика. Полина была слабее. Это ощущалось. Впрочем, Рамона не оставляли дурные мысли относительно происходящего. Ему казалось, что успехи Полины не интересуют Лайета. У девушки иное предназначение.

Лайет зашагал на восток.

Не оборачиваясь.

Миг – и основатель исчез. Шагнул в пустоту. Провалился в жестокое межмирье, убивающее случайных гостей.

– Подъем, – буркнул Никита. – Насидитесь еще.

Мусор пришлось бросить. Некрасиво, что ж поделать. Но не закапывать же эти банки, раздирая пальцы в кровь. И не сжигать на костре, привлекая к себе внимание операторов.

– Я думал, вендиго не нуждаются в трещинах, – заметил Азарод.

К словам некроманта почти никто не прислушался.

* * *

Достигнув зенита, солнечный диск замер. Во всяком случае, так казалось путникам, измотанным долгим переходом.

Комплекс загородил собой весь небосвод. Массивное строение, карабкающееся вверх всеми своими гранями и уступами. Не то переделанная крепость, не то заброшенный завод. Правда, забрасывать комплекс было некому – человек давно покинул пределы этого слоя. Выходит, подумал Рамон, этот монументальный сталинизм – дело рук самих ведунов.

Исполинская тень накрыла странников.

Тень стелилась косо и была очень короткой. Но это не мешало штаб-квартире производить гнетущее впечатление.

В десяти шагах справа реальность треснула. Из складки появилось полупрозрачное существо. Очертания вендиго поплыли, затем картинка обрела четкость.

Лайет вернулся.

– К воротам, – отдал приказ основатель. – У нас мало времени.

Трава внезапно закончилась, уступив место асфальту. Десятки метров ровной поверхности. Непроницаемо черной. Может, это и не асфальт вовсе? Покрытие было идеальным, Рамон с таким прежде не сталкивался. Чтобы увидеть край стены, ему пришлось задрать голову. Застывшие турели на монорельсовых направляющих, колючая проволока, наблюдательные вышки.

– Бегом! – рявкнул Лайет.

Охотники устремились к воротам.

Бежали, не останавливаясь. Все это время Рамон думал о турелях, окаменевших на высоте трехэтажного дома. Казалось, адские механизмы в любой момент могут активироваться и обрушить на нарушителей шквал огня. По спине ползали мурашки.

Бронированные створки втянулись в бетонные пазы. Без лишнего грохота и скрежета. Без театральных эффектов.

Едва линия ворот осталась позади, Рамон перешел на бег трусцой, а затем – на шаг. Его спутники сделали то же самое.

Двор.

Огромное пространство, разбитое на парковочные места. Много машин. Крутые внедорожники, приземистые спорткары, тюнингованые мотоциклы, ощетинившиеся антеннами и стволами вездеходы. Каплевидные аппараты, зависшие над землей. Винтокрылы и тачки на турбореактивной тяге. Всего и не перечислишь.

Лайет шагал вперед, не останавливаясь.

– Уберите стволы, – бросил основатель через плечо. – Не стоит ими сейчас размахивать.

Рамон понял, что крепко сжимает в руках дробовик. Словно «Тренч» мог его спасти от плотного потока разрывных пуль.

Дробовик – в чехол.

Азарод затолкал рунический топор за пояс. Полина с Ефимычем ничего не сделали. Их руки были пусты.

– Круг Посвященных. – сказал Лайет. – Сейчас мы окажемся там. Ведите себя естественно. Представьте, что вы в банке или мэрии. Там куча народу, многие вооружены. Нас могут и не заметить.

Перед Рамоном выросли ступеньки. Широкая гранитная лестница, ведущая к стеклянной вертушке. Люди в костюмах-тройках. Мелькают знакомые лица.

Ладно.

Пора разрубить этот узел.

день/ночь

Их никто не остановил.

Охотники поднимались по лестницам, входили в лифтовые кабины, пересекали гулкие холлы. За спиной осталась вереница длинных коридоров с протершимися ковровыми дорожками. Двери, ведущие в неведомые кабинеты. Всюду толпились люди, решающие неотложные дела. Люди с оружием, папками и планшетами в руках, пожилые и молодые, парни и девушки, седобородые старики и дамы преклонных лет.

Дважды Рамон куда-то ехал на эскалаторе. Трижды на его пути встречались необъятные залы с картотечными стеллажами, громоздящимися под своды потолков. Неоднократно в толпе чиновников мелькали нюхачи.

Никаких охранных постов. Никаких представителей службы безопасности. Неужели боссы целиком полагаются на магию и мнимую недоступность этого места?

Очередной лифт.

Прозрачная шахта, пристроившаяся к внешней стене комплекса. Когда Рамон посмотрел себе под ноги, у него закружилась голова. Высота была запредельной. Этажей пятьдесят, не меньше. Парковка выглядела как шахматная доска, заполненная изготовившимися к бою фигурами. Периметр казался жалкой картонной декорацией. А дальше простиралась степь – бескрайний океан, равнодушно колышущийся под набежавшим ветерком.

Кабина ползла вверх, разменивая этажи.

– Приготовьтесь, – тихо произнес Лайет. – Сейчас мы попадем в Хранилище.

Все промолчали.

Хранилище – и хранилище. Чего тут готовиться. Впрочем, вендиго знал штаб-квартиру гораздо лучше своих спутников.

Переход ошеломил Рамона.

Когда двери лифта распахнулись, что-то произошло. Пространство стало другим. Рамону показалось, что он падает в бездну, что потолок и стены сдвинулись в бесконечность. Словно вернулся кошмар из детства, где ты падаешь, и не можешь остановиться. Твой рот распахнут в беззвучном крике, но это не помогает.

Пара мгновений – и все пришло в норму.

Лифтовая шахта исчезла. Никита понял, что твердо стоит на ногах, хотя окружающее необратимо изменилось. Увиденное с трудом поддавалось описанию. Улей? Круги ада? Арена, смонтированная безумными марсианами?

Стены Хранилища терялись в туманной дымке. Осмотревшись, Никита понял, что это спираль. Или замкнутый амфитеатр с куполообразным сводом. Сложно сказать наверняка. Топология была очень странной, не позволяла сконцентрироваться или составить полную картину. Пока смотришь в одну точку – все в порядке. Начинаешь заниматься обобщениями – теряешься в неопределенностях. Ярусы были заполнены книжными полками, приставными лестницами на колесиках, дверями, утопленными в глубоких нишах, и письменными столами, на которых Рамон заметил изогнутые лампы, канделябры и магические шары.

Лайет зашагал к ближайшей стене.

– Не останавливайтесь.

Спираль формировалась гигантской лестницей, вьющейся по периметру Хранилища. Широкие пролеты не имели стыков. Ступени были низкими, отполированными касаниями сотен тысяч ног. А еще лестница умела разветвляться в неожиданных местах, искривляться под жуткими углами и скручиваться в тугие узлы.

Полина тронула Никиту за плечо.

– Держишься?

Он кивнул.

– Все нормально.

Наверняка Хранилище было многомерным. Рамон думал об этом, поднимаясь на второй ярус. Сила магов, сотворивших подобную структуру, запредельна. Двери могли вести в смежные помещения, а могли быть вечными порталами, зафиксированными столетия назад. Периодически двери открывались, выпуская в амфитеатр банкиров и архивариусов.

Рамон шагал вперед, не замечая резких смен углов. Лестница перекручивалась, а вместе с ней менялся вектор гравитации. Словно попадаешь на космическую станцию, подумал Никита. Идешь, а на твоих ногах – ботинки с магнитными подошвами.

Привыкнуть к такому тяжело.

Почти невозможно.

Рамон шел мимо террас, заполненных письменными столами, многоуровневых стеллажных конструкций и протянувшихся вдоль стен вакуумных труб. Изредка по трубам скользили цилиндры со свернутыми в трубочку документами. Архивариусы с кем-то переговаривались, стоя возле антикварных секретеров. Телефоны были сплошь старинными: гладкая полировка корпусов, причудливо изогнутые трубки, наборные диски с оккультными символами вместо цифр. Иные хранители сидели за письменными столами, сосредоточенно изучая ветхие манускрипты.

Все чаще среди архивариусов попадались гномы. Эти юркие бородатые карлики путешествовали вдоль книжных стеллажей на компактных тележках, искали редкие свитки и таблички, чинили пришедшие в негодность полки, протирали пыль.

Отовсюду доносился шепот архивариусов. Шелестели перелистываемые страницы. Скользили в пазах лестницы. Грохотали по направляющим тележки.

Вскоре Рамон заметил, что лестничное полотно стало нависать над сдвинувшимся в пространстве полом. Витки спирали сузились, замыкая шарообразную структуру. Пристенные галереи стали безлюдными. Воцарилась необычайная тишина.

– Почти на месте, – возвестил Лайет.

Рамон шел молча. Он думал над тем, что Лайет слишком хорошо ориентируется в недрах штаб-квартиры. Либо он здесь бывал прежде, либо общался с кем-то из посвященных. Вывод прост – операция тщательно спланирована. Рейд готовился задолго до знакомства Лайета с Полиной и Рамоном. Догадка Рамону не понравилась.

Лайет поднял руку.

Все остановились.

Никита увидел резную дверь с медными и серебряными вставками. Узоры сплетались в некое подобие карты.

– Вершина, – сказал Лайет.

И взялся за ручку двери.

* * *

«Скорпион» рубил винтами горячий степной воздух.

Изначалье.

Вот куда Лайет повел своих последователей. Чего же он добивается? Когда Тейн отбросил все абсурдные версии происходящего, осталась лишь одна – самая простая и логичная. Лайет хочет попасть на Вершину. Сразиться с боссами. И, вероятно, победить.

Тейн переключился на общую волну и вызвал Друмкха.

– Где они?

Пауза.

По требованию Тейна, куратор вскрыл воспоминания всех ликвидаторов, нюхача и проводника. Спецназовцы Метрополии остались в своем срезе – здесь от них не было толку.

– В Хранилище, – последовал ответ.

Тейн выругался.

Слишком поздно. Пока куратор занимался бесконечными запросами и согласованиями, вендиго продвигался к цели. Просто шел вперед, не останавливаясь. Правильная тактика. Решил – действуй.

– Куда лететь? – спросил пилот.

Тейн посадил за штурвал одного из своих людей. Ликвидатора, служившего раньше в китайских ВВС. Кажется, его звали Лю Чаном.

– Сейчас, – Тейн переключился на канал «Скорпиона». – Я думаю.

Вендиго нужно остановить. В этом и заключается работа Тейна, управляющего отделом внутренней безопасности. Но, судя по всему, делать это придется в Лабиринте.

Тейн вздохнул.

Войти в Лабиринт может любой. Выйти из него… тут все гораздо сложнее.

* * *

Рамон ожидал увидеть что угодно. Заснеженную пустошь, тропический лес, океан или широкую реку… Вместо этого он шагнул в дом.

Деревянный дом. Скрипучие половицы, остывший камин, сложенные на специальных полочках дрова. Камень и полированное дерево, суровая реальность фронтира.

Охотники разбрелись по холлу.

– Обычная комната, – сказал Азарод.

Ефимыч устроился в кресле-качалке. На его лице поселилась блаженная улыбка. Никита направился к винтовой лестнице в дальнем углу. Ступени вкручивались в пространство второго этажа.

– На выход, – скомандовал Лайет. – Времени мало.

– Куда спешить? – удивился Кадилов. – Если байки о Лабиринте правдивы, Тейн попадет в иную реальность. Вход плавает, его нельзя зафиксировать.

– Верно, – согласился основатель. – Но у Тейна есть тузы в рукавах.

– Какие же? – старик скептически уставился на собеседника.

– Их тьма, – заверил Лайет. – Тейн возглавляет службу безопасности. Уж поверьте, Лабиринт для него – дом родной.

– Хорошо, – Ефимыч рывком поднялся на ноги. Кресло жалобно скрипнуло. – Веди нас, Вергилий.

– Не смешно, – буркнул основатель. И распахнул дубовую дверь, которую Рамон сразу не заметил. – Хороший был мужик. Пока не связался с демонами.

В комнату ворвался яркий свет.

Охотники последовали за основателем. Вышли на крепкое крыльцо, спустились по ступенькам.

Снаружи – поле.

Вспаханное и засеянное поле. Зеленая поросль. Еще дальше – две горизонтальные жерди, обозначающие забор. Хлипкая калиточка. И спуск к реке, за которой стеной громоздился лес.

Азарод полнойй грудью вдохнул чистый лесной воздух. Некроманту здесь нравилось.

– Куда теперь? – поинтересовался Рамон.

– Это от Полины зависит, – Лайет осмотрелся, приложив ладонь к глазам. – Путь внутри нее.

– Что я должна делать? – подала голос девушка.

– Превращаться. Только сущность вендиго позволит тебе контролировать подсознание.

Рамону это не понравилось.

– А ты?

– И я.

Трансформация не заставила себя долго ждать. За пару мгновений Лайет и Полина полностью утратили человеческий облик. На месте бывших диаблеро теперь стояли полупрозрачные твари со светящимися глазами. Полупрозрачные и смертельно опасные.

– За мной, – прорычала одна из тварей.

Никита отметил, что Полина чуть ниже ростом и значительно стройнее своего коллеги. Одежда куда-то пропала – возможно, основатели умели ее генерировать при необходимости. При свете дня Рамон осознал, что вендиго бесполы. Ничего похожего на органы воспроизводства.

Сразу за калиткой начиналась тропа, ведущая вниз по склону к реке. Полина двинулась по этой тропе. Вскоре Никита заметил брод. Цепочку камней, пересекающих речное русло.

– Там неглубоко, – заверил Азарод.

– А ты откуда знаешь? – подозрительно прищурился Ефимыч.

– Вы будете смеяться.

– Не будем, – заверил Рамон.

Некромант ответил с некоторой заминкой.

– Похоже, это мой мир. И дом – тоже мой. Прямо как в детстве.

* * *

Лес обступил путников со всех сторон.

Меж строевых сосен вилась тропа, проложенная то ли зверями, то ли людьми. Азарод уверял, что дом его семьи – это хутор, расположенный в нескольких километрах от Стигвилля, большого приморского города. Стигвилль обнесен крепостными стенами и хорошо охраняется. Там есть придворные маги и мастерская некромантии, в которой юный Азарод проходил обучение.

– Не могу взять в толк, – бурчал некромант, – почему именно этот фрагмент. Что за странное совпадение?

– Никаких совпадений, – прорычал Лайет. – Лабиринт работает с нашими воспоминаниями. Берет оттуда факты и слегка подправляет действительность.

– Но… – попытался возразить некромант.

Вендиго перебил:

– Не переживай, это твой срез. Просто он был бы чуть-чуть иным. При некоторых обстоятельствах.

– Каких?

– Представь, что ты вырос на острове. Вот и увидел бы остров. Увидел бы новый дом. Другую стартовую комнату. Но это мелочи для системы, созданной ведунами. Лабиринт сам себя редактирует.

Повисло тягостное молчание.

Следующий вопрос задал Никита:

– Тогда как найти путь? Если маршрут зависит от наших воспоминаний… отсюда невозможно выбраться.

– Возможно, – заверила Полина. – Я просто чувствую дорогу. То, что я вижу, не имеет значения.

Тропа огибала вековые древесные стволы, ныряла в овраги, петляла среди холмов. Это был полноценный мир, подключенный к Лабиринту величайшими магами всех времен. Никита понимал, что находится далеко за пределами штаб-квартиры, в ином измерении. Но это понимание не укладывалось в голове. Рациональное мышление человека, выросшего на обломках атеистической империи, не позволяло принять масштабы и природу происходящего.

Деревья расступились.

Рамон увидел лесную опушку с возвышающимся на ней домом. Примитивная конструкция, грубо отесанный брус.

– Это еще что? – скривился Азарод.

Странники замерли в нескольких шагах от крыльца. Рамон потянулся к дробовику, но чья-то рука его остановила. Точнее – лапа.

– Все в порядке, – сказала Полина.

– Здесь не должно быть дома, – заявил некромант. – Лес тянется еще несколько лиг. А там – побережье.

– В твоем мире так и будет, – терпеливо объяснила Полина. – Но это Лабиринт. Я привела вас к следующему узлу.

– Узлу? – переспросил Рамон.

– Да. Точке перехода.

Никита покосился на дом.

И понял, что видит точную копию жилья, из которого они вышли недавно.

Недавно?

Рамон посмотрел на часы. Надежный армейский механизм, никогда прежде не подводивший своего хозяина. Никита знал, что часы еще не исчерпали ресурс завода. Но они стояли. Тонкие стрелочки беспомощно застряли под стеклянной крышкой, не в силах сдвинуться с места. Поколебавшись, Никита решил подкрутить колесико завода.

– Никакого времени, – отрезал Лайет, наблюдавший за манипуляциями охотника. – Никакого пространства. Тут не действуют привычные законы и правила.

Часы продолжали стоять.

Вендиго прав.

Войти в дом. Осмотреться. Отметить знакомые детали – камин, дрова, кресло-качалку.

– Наверх, – сказала Полина.

И направилась к винтовой лестнице.

* * *

Следующий переход дался тяжелее.

Никиту повело, мозг на несколько секунд отключился. Он помнил, как поднялся на второй этаж лесного дома, как шагнул к двери, врезанной в бревенчатый сруб, как потянул вниз ручку, повинуясь приказу Полины.

Затем – головокружение.

Словно преодолеваешь несколько параллельных слоев за раз. Слишком много для одного человека.

Вспышка.

Зрение постепенно возвращается. Рамон видит новую комнату. Похоже на больничную палату. Или морг. Кафельные стены, резкий запах медикаментов, неровная плитка на полу. Металлические секции, громоздящиеся справа до самого потолка. Действительно, морг.

Рамон поднял голову.

Низкий сводчатый потолок. Продолговатые лампы, болтающиеся на цепях. Дешевый фильм ужасов.

Что-то не так.

Охотников стало меньше. Никита собрал разбегающиеся мысли, заставил себя сконцентрироваться на происходящем. Да. Он застыл посреди морга в компании вендиго. А Кадилов с Азародом исчезли.

– Где они? – Рамон уставился на Лайета. – Что произошло?

– Я отправил их в другой срез, – последовал невозмутимый ответ.

– Что? – возглас вырвался одновременно у Полины и Рамона.

И девушка вновь стала собой.

Вернулась одежда. Восстановились пропорции. Даже прическа осталась прежней.

– Прекрати, – пророкотал Лайет. И тоже трансформировался в человека. – Ты не можешь вести нас в этом облике.

Звуки голосов эхом гуляли под сводами морга. Что это за мир? Чье детство с ним связано? Или детство тут ни при чем?

Рамон отогнал неуместные мысли.

Ситуация выходила из-под контроля.

– Я никуда вас не поведу, – заявила Полина. – Ты должен вернуть моих друзей.

Лайет вздохнул.

– Вот что. Я все объясню, чтобы не возвращаться к этому вопросу. Мы шагаем по дороге из желтого кирпича. У каждого свой интерес. Такая у нас подобралась компания. Кадилов – представитель Верхних Сфер. Азарод принадлежит сообществу волшебников. Для чего им нужна Вершина? Убить боссов или договориться с ними?

Никита почувствовал: нужно что-то сказать. Защитить своих друзей. Но тут пришла новая мысль. Тейн и Друмкх тоже были твоими друзьями. А теперь они гонятся за тобой. Плоховато обстоят дела с дружбой в последнее время.

– Это не их план, – возразила Полина. – Не они нас сюда повели.

– Верно. Они просто плыли по течению, так ведь? Не препятствовали естественному ходу вещей.

– А если ты не прав? – вступил в перепалку Рамон. – Если ты ошибаешься на их счет?

Лайет пожал плечами.

– Мы выполним задачу. Разберемся с боссами. А потом вытащим твоих друзей из Лабиринта. С ними ничего дурного не произойдет. Небольшие каникулы.

– Почему бы тебе не избавиться от меня? – Поинтересовался Никита. – Я бесполезен в этой схватке. Расходный материал. Только под ногами путаюсь. Для чего вообще понадобилось всех нас сюда тащить?

В следующую секунду пришло озарение.

– Сделка, – Рамон улыбнулся. – Вы заключили с Полиной сделку, правильно? Моя жизнь имеет для нее значение. А их – нет. Чтобы никто не дергался раньше срока, вы повели весь отряд в Изначалье.

– Нет, – Полина замотала головой. – Это его план, а не мой. Мы так не договаривались!

– Ты просто забыла про них.

Девушка на секунду задумалась.

– Я не считала это важным.

– Конечно, не считала, – ухмыльнулся Лайет. – Ты думала, я позволю ангелу и некроманту сорвать мои планы. Мы слишком близки к Вершине, я не могу ошибаться.

– Мне вот что интересно, – неожиданно для себя сказал Рамон. – Мы сейчас идем к Вершине, потому что сами приняли это решение? Или потому что он решил за нас?

– Мозги включаются.

Знакомый голос.

Рамон обернулся как раз вовремя, чтобы заметить входящих в комнату ликвидаторов. Их было двое. Первый, здоровяк с рыжей бородой, остался возле двери, небрежно удерживая автомат у бедра. Автомат был короткоствольным, неизвестной модификации.

Вторым ликвидатором был Тейн. Почему-то он решил не экспериментировать с обличьями. Перед Никитой вновь предстал суровый вояка, лихо расправлявшийся с перевертами в токийском экспрессе.

– Вечер выпускников, – хмыкнул Лайет.

– Жаль, не могу тебя пригласить в ресторан, – парировал убийца. – В моргах, знаешь ли, веселиться не принято.

Ликвидатор начал обходить по широкой дуге мраморный стол. Рамон отметил, что Тейн безоружен. Ни пушки, ни даже ножа или кастета. Вероятно, убийца понимает, с кем ему предстоит сражаться. И готовит неприятные подарки.

– Стой, – в голосе Лайета прорезалась сталь.

– А то что? – улыбнулся Тейн. И замер в десяти шагах от своих жертв. – Сожрешь меня? Перебросишь в тупиковую ветвь Лабиринта?

Глаза Лайета сузились.

– Посмотрим.

Тейн переключил внимание на Рамона.

– Ты знаешь, кто я?

Рамон кивнул.

– Нет, – Тейн покачал головой. – Не знаешь. Я возглавляю отдел внутренней безопасности профсоюза.

– Ты ликвидатор, – возразил Рамон.

– В прошлом – да. Через это все проходят. Но сейчас моя работа заключается не в том, чтобы отлавливать беглых охотников. Тебе это нужно понять как можно быстрее. Моя задача – останавливать таких, как этот.

Кивок в сторону вендиго.

Рамон не перебивал. Перед ним разворачивался интересный спектакль. О таком и мечтать не смеешь, сидя в кабине дальнобойщика.

– Кстати, – Тейн скрестил руки на груди. – Ваш новый приятель тоже забыл представиться. Да, Лайет?

Основатель не ответил. Казалось, он прикидывает дистанцию для броска.

– Лайет некогда работал в профсоюзе, – Тейн снова двинулся по сужающейся траектории. Медленно и непринужденно. Как бы между прочим. – Очень давно. Не просто работал, состоял в правлении. Был боссом, как сейчас принято говорить. Еще до постройки штаб-квартиры.

– Дела минувшие, – буркнул Лайет.

– Кто ж спорит, – продолжил свою неторопливую речь Тейн. – В ту пору единицы магов умели пересекать мировые пределы. Путешествовать по слоям. И они вели между собой непримиримую войну. А оборотней еще не было – тоже интересный факт.

– К чему эта лекция? – Вендиго пристально следил за каждым движением ликвидатора.

– Восстанавливаю пробелы, – пояснил Тейн. – Вот стоит Никита и думает: явился упырь по мою душу. Схватит мою женщину, заточит в высокой башне, а меня кинет в подвал. А борца со справедливостью убьет…

– Если сможет, – перебил Лайет, хищно оскалившись. В сочетании с бритым черепом ухмылка получилась жутковатой.

– Всякое случается, – проворковал Тейн. – Неисповедимы пути, как сказал бы Кадилов. Но я отвлекся. Знаете, профсоюз – очень полезная штука. Охотники привыкли думать, что эта организация заточена под борьбу с оборотнями.

– Разве нет? – вырвалось у Полины.

Тейн удостоил девушку взглядом, полным снисхождения.

– Нет, Полина. Когда-то профсоюз выполнял функцию арбитражного суда. Решал споры, возникающие между волшебниками. Следил за балансом сил. Пресекал магические войны, способные уничтожить человечество в разных мирах.

– Полезно, – отметил Никита.

Лайет хмыкнул.

– Проблемы всегда возникают при пересечении интересов, – продолжил Тейн. – Возьмем, к примеру, Лайета. Он знал, что руководство Верхушки, да и все профсоюзные ведуны в целом, не имеют права состоять в других магических сообществах. Лайет был диаблеро, и ему пришлось выйти из своей фракции. Чуть позже он узнал о вендиго. И захотел стать одним из них.

Полина все это время не сводила глаз с учителя. Ход повествования ей не нравился, это было заметно.

– Так вот, – Тейн остановился под металлической коробкой, излучающей мертвенный свет. – Лайет учредил комитет, изучающий проблему вендиго. Возглавил его. И устремился на поиски оккультных знаний. Он выяснил, что некоторые переверты могут превращаться в вендиго. Но лишь при определенных условиях. А еще он узнал, что представители межсрезовой расы себе на уме. Если новичок им не нравится, атакуют его и уничтожают. Так что нужен входной билет. Пропуск в высшую лигу. И этим пропуском стало обещание уничтожить профсоюз.

Сказав это, Тейн достал револьвер. Рамон узнал «Анаконду» Валика, лежавшую на столике в жилом комплексе Иерихона. Казалось, с той поры прошло много лет. Лайет посмотрел на ствол. В его взгляде не мелькнуло и тени страха. Еще бы. Пистолеты вендиго не страшны.

– Вот только Лайет не мог стать полноценным вендиго, – медленно проговорил Тейн. – Потому что наш друг Лайет – колдун, а не оборотень. Да, основатель. И что с того? Он не умеет перекидываться. Только прыгает по телам, рекрутирует помощников. Лайет получил в свое распоряжение помощника-вендиго. И сейчас этот помощник находится здесь. Рядом со своим временным партнером. А Лайет как был диаблеро, так им и остался.

– В отличие от Полины, – вырвалось у Рамона.

– Да, – согласился Тейн. – Полину укусил волколак, в которого вселился Лайет. И наш основатель провел своего ученика через все стадии эволюции оборотней. Полина – истинный вендиго.

Тейн умолк.

Дал время осмыслить информацию.

– Зачем ты все это говоришь? – поинтересовался Рамон. – Ты ведь пришел нас убивать.

– Не вас, – поправил Тейн. – А его, Лайета. А вам предстоит выбрать, на чьей вы стороне.

– Что тут выбирать, – сказал Лайет. – Профсоюз – наш враг.

– Твой враг, – уточнил ликвидатор. – Все, что вы знаете, Никита, вы знаете со слов Лайета. Но задумайтесь: что произойдет после падения профсоюза? Хаос и анархия. Ангелы и демоны снова сцепятся между собой. Переверты продолжат экспансию. Вендиго окрепнут и приведут в исполнение свой план. Никто не сможет их остановить.

– Профсоюзу конец, – прорычал Лайет. – Это отжившая структура.

– Решать нам, – отрезал Тейн. – Не тебе.

После этой фразы события начали развиваться очень быстро. Лайет трансформировался в полупрозрачного монстра, небрежно отшвырнул стоявшую на пути каталку, и ринулся к Тейну. Каталка врезалась в стену с диким грохотом. Посыпалась плитка.

Рамон увидел, как Тейн смещается с линии атаки. Ликвидатор поменял свою позицию в пространстве комнаты. Никита не смог уследить за его перемещениями. Тейн просто возник в новом месте – за спиной вендиго. Лайет взмахнул когтистой лапой – она лишь зачерпнула немного воздуха.

Лайет развернулся. Его противник поднял револьвер и нажал на спусковой крючок. Тому, что произошло впоследствии, Рамон не нашел объяснения. Из ствола вылетела горящая пуля. Огненная точка разрослась до размеров сжатого кулака и ударила вендиго в плечо. Рамон, конечно же, понимал, что револьверная пуля движется быстрее скорости звука. Увидеть полет этого комочка свинца невозможно. То ли время превратилось в кисель, то ли «кольт» действовал по законам, не имеющим ничего общего с классической физикой. Факт остается фактом – пуля летела медленнее, чем ей полагалось. Но достаточно быстро, чтобы не дать шанса увернуться.

Вендиго пошатнулся.

Огненный шар врубился в плечо Лайета и вырвал оттуда кусок полупрозрачной плоти. Недоумение на лице монстра сменилось болью, а затем – яростью.

Тейн выстрелил снова.

Вторая пуля прожгла отверстие в груди основателя. Рогатое существо сделало шаг, затем его колени подкосились.

Третья пуля снесла вендиго половину черепа.

Создание рухнуло на кафельный пол. Началась волна трансфораций – призрачная плоть пузырилась, оплывала, растекалась лужей серой слизи.

Рамон потрясенно молчал.

Полина – тоже.

В следующий миг девушка зарычала и бросилась на обидчика.

– Стой! – крикнул Рамон.

Поздно.

Тейн начал стрелять. У него было три патрона. Близкая дистанция, промазать тяжело. Рамон мог бы выхватить дробовик и попытаться уложить второго ликвидатора. Потом – перевести ствол и убить Тейна. Но для этого нужны драгоценные доли секунды, которых не было. События разворачивались на нечеловеческих скоростях. Вращался барабан, пылающие шары мчались к намеченной цели. Вот только цель уклонялась от этих шаров. Смазываясь, Полина скользнула вперед по ломаной траектории.

Две пули.

В третий раз Тейн не успел нажать на спуск. Вендиго вырос перед ним, взмахнул когтистой лапой и выбил револьвер. Тейн нанес сокрушительный удар левой рукой, но прямая ладонь прошла сквозь прозрачную плоть без видимых усилий. Полина ударила своего противника в бок.

Хрустнули ребра.

Тейн попытался достать оппонента локтем с разворота, но это ни к чему не привело. Полина схватила ликвидатора и швырнула на ближайший разделочный стол. Голова Тейна ударилась о каменную подставку. Перелетев через столешницу, Тейн впечатался спиной в металлическую ячейку. Дверь промяло.

Тейн сполз на пол.

– Думал, от меня так легко избавиться, – заговорил вендиго. Голос принадлежал не Полине. Это был голос Лайета. – У меня всегда есть запасные тела, мальчик.

Второй ликвидатор открыл огонь.

Рамон бросился на пол, прикрывая голову. Пули рикошетили от острых углов, выбивали искры на хромированных поверхностях. Обычные пули, никакой магии.

Тело Лайета, вселившегося в Полину, подернулось рябью. Вендиго стоял, выдерживая шквал огня. Когда ликвидатор расстрелял всю обойму, чудовище начало действовать. Молниеносный бросок. Хруст сворачиваемой шеи. Бородач, ставший тряпичной куклой. Глухой стук падающего тела.