Читать книгу "Не его невеста"

16 глава

Глеб привозит меня в безлюдный, но очень уютный ресторан с приглушенным освещением и приятной расслабляющей музыкой.

Мы садимся на один диван. Глеб тут же обнимает меня за плечи, вынуждая откинуться на мягкую спинку сидения вместе с ним. Другой рукой берет со стола меню и принимается изучать красочно изображенные на нем блюда. Я опускаю ладонь на колено Глеба, а голову укладываю на его плечо, так становится еще комфортнее и удобнее разглядывать вместе с ним перечень.

– Что ты будешь? – спрашивает любимый, оставляя мягкий поцелуй на моем виске, от которого по телу разливается приятная истома.

– Я буду крем-суп из шампиньонов и «цезарь» с курицей.

– А пить?

– Кофе. Латте.

Глеб скашивает на меня подозрительный взгляд:

– Беременным можно?

Я невольно усмехаюсь и утыкаюсь носом в его плечо.

– Никогда бы не подумала, что ты такой заботливый. Не знаю. Давай тогда лучше вишневый сок.

– Хорошо.

Подходит официант, Глеб озвучивает ему наш заказ, после чего мы дальше продолжаем обниматься.

– Что там у тебя с работой? – интересуется он, запуская пальцы в мои волосы. – Рассказывай.

Я тяжело вздыхаю. Совсем не хочется в такие чудесные мгновения говорить о таких неприятных вещах.

– Да сократили. Вроде как не вывозят такой раздутый штат.

– Тебя же не могут сократить?

Размышляю, стоит ли мне посвящать любимого в подробности ситуации. И очень быстро понимаю – нет, не стоит. Если Глеб моего бывшего грозился убить, то и Рината наверняка захочет наказать. Мне не хочется втягивать своего мужчину в эту грязь. Да и потом я сама уже этого придурка наказала. Все же репутация дороже денег.

– Ну справку о беременности принести им я еще не успела, – пожимаю плечом, кокетливо водя пальцем по его запястью. – Да и знаешь, я тут подумала, не хочу больше там работать. Живот начнет расти, будет не очень удобно. Все к лучшему.

– Мне казалось, тебе нравится эта работа.

– Нравилась. Теперь не нравится.

– Что-то произошло?

Глеб поворачивается ко мне и просто насквозь пронзает своими сканерами.

Понятия не имею, что ему ответить. Ничего от него не утаишь. И обманывать так не хочется. Но только представлю, как он взбесится, если я расскажу ему правду… И что потом с Ринатом сделает. Нет, не хочу. Особенно учитывая, через что ему пришлось пройти в прошлом. Мне хочется оградить его от подобных вещей.

– Да ничего не произошло, Глеб, – заставляю себя непринужденно улыбнуться. – Просто мне захотелось перемен.

– Ну хорошо, – отвечает он после небольшой паузы.

По его выражению лица невозможно понять, поверил он мне или нет.

– Поцелуй меня, – прошу спонтанно.

Смотрю в глаза. Кладу ладони на его щеки, глажу колючую щетину большими пальцами.

Дважды просить мне не приходится. Глеб запускает руку в мои волосы на затылке, сжимает их, тянет назад, заставляя запрокинуть голову. Медленно наклоняется к моему лицу и сразу проникает языком глубоко в мой рот. А я в который раз за этот вечер теряю связь с реальностью.

Мы снова забываем, где находимся. И оторваться друг от друга вынуждает только официант, принесший наш заказ.

* * *

– А мы разве не ко мне? – удивленно спрашиваю я Глеба, замечая, что на очередном перекрестке он сворачивает в противоположную сторону от дома, где я сейчас проживаю.

После чудесного ужина мне хочется как можно скорее оказаться с ним в спальне, где никто не сможет нам помешать.

– Заедем сначала еще в одно место. Хочу тебе кое-что показать, – загадочно отвечает Глеб, моментально разжигая во мне любопытство.

– Что?

– Увидишь.

Я согласно киваю, откидываясь на спинку своего сидения. Улыбаюсь, предвкушая небольшое приключение, и вопросов больше не задаю.

Глеб снова ведет машину одной рукой, а второй крепко сжимает мою ладонь. Мне так хорошо, что кажется, я бы с удовольствием каталась с ним вот так всю ночь.

Однако когда мы сворачиваем с проспекта в до боли знакомом направлении, я невольно напрягаюсь.

– Глеб? – поворачиваю голову и впиваюсь настороженным взглядом в его профиль. – Мы что, едем в гости к Егору?

– Нет, – лаконично отвечает он.

И я успокаиваюсь. Ненадолго. Откидываюсь обратно на спинку своего сидения, разглядываю пейзажи, проносящиеся мимо. Но когда за окнами начинают мелькать очертания района, ставшего за прошедшие два года мне почти родным, я непроизвольно снова напрягаюсь.

– Глеб мы точно не к Егору в гости едем?

– Сказал же, нет, – усмехается он, глядя в лобовое стекло.

– Тогда куда?

– Уже почти приехали, сейчас узнаешь.

– Так мы почти подъехали к вашему с Егором дому! – возмущенно смотрю я на него.

Глеб ничего не отвечает на это. Загадочно молчит, чем вводит меня в полный ступор.

Но к счастью, до особняка Орловых мы так и не доезжаем. Глеб сворачивает на соседнюю улицу и вскоре тормозит там у одного из домов. Глушит двигатель и поворачивается ко мне.

– Приехали.

– И кто здесь живет? – настороженно интересуюсь я, разглядывая из-за его плеча внушительные хоромы сквозь боковое окно автомобиля.

– Сейчас никто. Идем.

Мы выходим из машины, Глеб кладет ладонь мне на талию и подталкивает в сторону массивных металлических ворот.

– Может, объяснишь, что происходит? – интересуюсь, растерянно глядя на него сбоку.

– Зайдем, посмотрим дом, – невозмутимо поясняет он. – Хочу узнать твое мнение.

– Ты что, хочешь его купить?

– Да.

В груди возникает какое-то странное, не поддающееся объяснению ощущение. Мне одновременно и страшно, и радостно. И неловко, и любопытно.

Мы подходим к воротам, Глеб открывает их магнитным ключом.

– А откуда ключи? – спрашиваю я.

– Хозяин дома занят, не смог приехать. Предложил, чтобы мы сами здесь все посмотрели.

– М-м-м…

Дом роскошен. Большой, светлый, с панорамными окнами от потолка до пола. Окружен густой растительностью – вся территория засажена романтичными ивами, надежно укрывающими фасад от посторонних взглядов. Видно, что построен недавно, все в нем дышит новизной. А еще расположен так, что из окон второго этажа наверняка открывается вид на мои любимые горы.

– Ну как тебе? – спрашивает Глеб, внимательно следя за моей реакцией.

– Шикарно, – скромно улыбаюсь я, переводя на него восхищенный взгляд.

– Хочешь взглянуть что внутри?

– Да, хочу.

Мы идем по вымощенной белыми плитами дорожке к главному входу, обрамленному уютной террасой. Глеб открывает дверь и предлагает мне первой войти внутрь.

Я шагаю через порог, иду вглубь дома и с тихим восторгом осматриваюсь по сторонам. Никакой мебели нет, но просторные помещения, высоченные потолки, очень много света, проникающего сквозь огромные окна, даже несмотря на спускающиеся на город сумерки, производят неизгладимое впечатление.

Подхожу к окну, разглядывая сказочный пейзаж за ним. Этот дом и всю прилегающую территорию к нему создал не просто дизайнер, а самый настоящий художник. Да, я определенно хотела бы здесь жить.

Глеб подходит сзади, кладет руки мне на талию, прижимается грудью к моей спине.

– Что скажешь?

– Скажу, что здесь нереально!

– Значит, берем?

Я разворачиваюсь к нему лицом, смотрю в глаза, испытывая не поддающиеся описанию чувства.

– А ты не слишком торопишь события, Глеб? – тихо спрашиваю с подрагивающей улыбкой на губах. – Мы ведь только сутки как вместе?

– Ну, можем приехать сюда через пару дней, если хочешь, – невозмутимо произносит он, пожимая плечом.

Я улыбаюсь шире.

– Сутки вместе и уже успели поскандалить, – замечаю с укором.

Глеб делает шаг на меня, прижимая спиной к стеклу. Смотрит пристально в глаза, нежно проводит костяшками пальцев по щеке.

– Все еще обижаешься?

– Нет, – кручу я головой, не в силах перестать улыбаться.

– Значит, берем?

– Берем, – отвечаю шепотом, восторженно глядя на него.

И он тут же наклоняется, нетерпеливо целует в губы, еще плотнее прижимая меня спиной к стеклу. Обхватывает рукой за шею, а я впиваюсь пальцами в его плечи, наслаждаясь этим безумием.

– Жаль, что здесь нет никакой мебели, – выдыхаю, когда его губы спускаются ниже, прокладывая дорожку влажных поцелуев от подбородка до шеи.

– Купим…

– Я про сейчас… – шепчу я, запрокидывая голову назад и закрывая глаза от удовольствия. – Жаль, что кровати здесь нет…

Глеб отрывается от меня, смотрит в глаза потемневшим взглядом.

– Думаешь, это помеха?

Я начинаю несмело улыбаться, а он, не дожидаясь моего ответа, резко, как куклу, разворачивает меня обратно лицом к окну. Упираюсь в него локтями и ладонями, прижимаюсь щекой к прохладному стеклу. Глеб тесно приникает ко мне сзади, давая почувствовать всю силу своего желания. Заводит руку вперед, нетерпеливыми движениями расстегивает пуговицу и молнию на моих джинсах. Не церемонясь, начинает стягивать их по бедрам вниз.

Давит рукой на поясницу, заставляя прогнуться. Ласкает. Я рвано дышу, чувствуя, как бешено молотит сердце в груди.

Он задирает мою блузку вверх, покрывая горячими поцелуями спину, скользит губами вдоль позвоночника.

Я на грани экстаза. Снова остро хочется сказать… простонать, прокричать, как я люблю его! Но краем утопающего в страсти сознания понимаю – не самый подходящий момент.

Закусываю губу, чтобы сдержать этот ослепительный порыв. Но вскоре забываю обо всем. С губ один за другим начинают срываться стоны… но уже без единой мысли в голове.

* * *

– Егор знает? – спрашиваю, когда мы уже едем обратно. Теперь по направлению к моему временному жилью.

– О чем?

– Что ты хочешь купить этот дом?

– Нет.

Я чувствую себя самой счастливой. Мне кажется, что впервые в жизни я встретила человека, с которым у нас такое тотальное совпадение по всем пунктам.

Наши нелепые стычки не в счет. Интуиция подсказывает, что мы с Глебом с легкостью справимся с любыми трудностями – слишком уж сильно оба хотим быть вместе.

Но маленький червячок сомнений все же точит изнутри. Как отнесется ко всему этому Егор? Наверняка ему будет больно и неприятно знать, что бывшая невеста теперь с его родным братом. Успокаивает лишь мысль, что Егор сам захотел расстаться со мной. Значит, не любил на самом деле. Значит, и предательства никакого со стороны меня и Глеба по отношению к нему нет.

И все же… Мне не по себе.

– Когда собираешься сказать ему? – интересуюсь с неловким чувством в груди.

Надо бы спросить о другом. На скуле у Глеба красуется живописный синяк, который наверняка оставил Егор. Выяснить бы подробности их последней встречи, но у меня язык не поворачивается заговорить об этом.

– Не планировал в ближайшее время, – хмуро отзывается Глеб.

Интуиция не подводит меня. Кажется, это и правда для него больная тема. И все же я не могу промолчать. Это касается и меня тоже.

– Почему? – осторожно спрашиваю. – Вы так сильно разругались?

– Ну общаться мы уже вряд ли будем.

– Глеб, все настолько плохо? – с тревогой уточняю я.

– Да.

– Ты должен поговорить с ним.

– Я пытался.

– Хочешь, я сама поговорю? – крепче сжимаю его руку, пытаясь заглянуть в глаза.

Но Глеб неотрывно смотрит на дорогу.

– Не вздумай, – отвечает жестко.

– Тогда ты сам должен еще раз попытаться.

– Не вижу смысла.

– Как это – ты не видишь смысла? Он же твой брат! Вы с ним самые близкие люди!

– Он уже сделал свои выводы и не хочет меня слушать.

– Глеб, надо попытаться. Просто объяснить все. Он поймет.

– Не поймет.

– Ну почему ты так думаешь? Я же поняла!

– Настя, я не собираюсь ни перед кем оправдываться. Все, закрыли эту тему.

– Тебе сколько лет, Глеб? Что за нелепое упрямство? – возмущенно смотрю на него. – Он брат твой вообще-то. Он любит тебя. И ты его. Надо мириться!

– Он любит, да. Но считает меня дерьмом. Настя, я тебя последний раз по-хорошему прошу, давай закончим этот разговор.

– Но так же нельзя…

Глеб отрывает взгляд от дороги и смотрит на меня так, что по спине пробегает неприятный холодок. Весь запал куда-то стремительно исчезает.

– Хорошо, – поникшим голосом сдаюсь я. – Все, молчу.

17 глава

Утро нового дня врывается в мою жизнь захватывающим ощущением новизны и счастья. Я сладко потягиваюсь на постели, открываю глаза и сталкиваюсь взглядами с любимым мужчиной. Он лежит рядом, опираясь на локоть, уже полностью одет, и беззастенчиво разглядывает меня.

– Доброе утро. – Мои губы сами собой растягиваются в улыбку. – Куда-то собрался?

– Доброе. – Он запускает пальцы в мои волосы, убирая их с лица, ласково проводит по щеке. – Да. У меня встреча в городе через час.

– По работе?

– Да.

– Кстати, как идут дела с открытием филиала?

– Все отлично. Спасибо, что спросила.

– Моя помощь больше не нужна?

– Уже нет.

– Жаль. Ведь теперь я абсолютно свободна.

– Теперь мне не нужен повод, чтобы общаться с тобой.

Я смотрю на него с минуту, пытаясь справиться с огромным щемящим чувством в груди, из-за которого с губ вновь рвутся неуместные сейчас признания.

– Значит, на самом деле ты не считаешь меня хорошим специалистом? – по привычке стараюсь перевести все в шутку.

– Вряд ли я смогу объективно оценить твои профессиональные качества. Да и ты вроде говорила, что цифры не твое. Передумала?

– Нет, – смеюсь я. – Просто меня до сих пор совесть мучает, что отказала тебе тогда в просьбе о помощи.

– Серьезно? – удивляется он.

– Серьезней некуда. Мне было очень сложно тебе отказать.

– Никогда бы не подумал.

Выразительно смотрю ему в глаза. С губ так и рвется «люблю тебя». Но упрямо молчу. Почему так сложно это сказать? Он ведь уже признавался мне однажды. Пусть я и не понимала тогда, кто передо мной. От одних воспоминаний о той ночи по телу бегут мурашки.

– Что ж, хорошего тебе дня, – в итоге произношу с неловкой полуулыбкой.

– Спасибо. А ты чем будешь заниматься?

– Не знаю, – пожимаю плечом. – Устрою себе выходной. Приготовлю что-нибудь вкусненькое. Буду валяться на диване, смотреть сериалы. И ждать тебя.

Он наклоняется, обхватывает ладонью мою шею и впивается в губы. Упираюсь ладонями ему в грудь, смущаюсь и краснею до кончиков волос – я ведь еще даже не чистила зубы! Но кажется, Глебу на это плевать. Он целует меня так, словно даже с нечищеными зубами я для него божественный нектар. Это подкупает. Заставляет расслабиться и забыться в его руках.

Очень быстро наш поцелуй перерастает в обоюдное желание, и в какой-то момент начинает казаться, что Глеб уже никуда сегодня не поедет. Но внезапно он сам отстраняется от меня. Облизывает губы, смотрит так, будто готов съесть.

– Вечером продолжим, – обещает, гипнотизируя взглядом.

– Вечером? – жалобно выдыхаю я.

– Я буду примерно в семь.

– Это целая вечность.

– Сегодня постараюсь решить все дела и завтра весь день буду с тобой. Договорились?

Услышать подобное от Глеба оказывается такой приятной неожиданностью, что я готова взлететь – настолько легко становится на душе от положительных эмоций.

– Договорились, – вкладываю в ответную улыбку все тепло, на которое я только способна.

* * *

Проводив Глеба, никак не могу перестать улыбаться. Хожу по дому, напевая себе под нос выдуманную мелодию, убираю на места разбросанные вещи.

Думаю о будущем, как стану объяснять маме, что я теперь с другим братом, да еще и беременна от него. Но эти мысли почему-то совершенно не вызывают у меня тревоги, лишь ту же глупую улыбку, от которой уже скулы болят.

Думаю о работе. К счастью, у меня есть две компании на аутсорсе, для которых я веду бухгалтерию, так что без денег в ближайшее время не останусь. Но это, конечно, сосем не то, чем мне хотелось бы заниматься. Однако как бы там ни было, впереди у меня целый декретный отпуск, и времени придумать себе занятие не только для заработка, но и для души предостаточно.

Звонит Вика с претензиями, что я вчера так быстро от нее сбежала, и она не успела даже как следует меня расспросить обо всем. Буквально засыпает вопросами, в ответ на которые мне больше хочется смеяться, чем отвечать всерьез.

– Насть, ну а что на счет свадьбы? Вы же планируете пожениться? Надеюсь, в ближайшее время? Я ничего не знаю, ты обещала мне девичник! Имей совесть, я мать годовалого ребенка, мне жизненно необходимо выпустить пар!

– Вика, я не знаю, мы чуть больше суток вместе, – хохочу я в ответ. – Если мы с Глебом решим пожениться, обещаю, ты будешь первой, кто об этом узнает!

Мы очень долго болтаем, и когда у меня уже начинает болеть ухо, я прощаюсь с подругой и отправляюсь на кухню готовить. Впервые за долгое время делаю это с огромным энтузиазмом – мне хочется поразить Глеба своим кулинарным талантом.

День пролетает незаметно. Солнце уже клонится за горизонт, я вся в предвкушении скорой встречи с Глебом, когда раздается очередной звонок моего телефона.

Беру в руки гаджет и чувствую, как что-то неприятно сжимается в груди. Звонит Егор.

Принимаю вызов, не представляя, как с ним говорить после всего. Почему-то испытываю совершенно иррациональное чувство вины. Только за что? На самом деле я ведь ни в чем перед ним не виновата.

– Привет, – раздается из трубки бесстрастный голос младшего брата.

– Привет, Егор, – мягко отзываюсь я.

– Как ты? – сухо интересуется он.

– Нормально. А ты?

– Я тоже. Чем занимаешься?

– Дома, – отвечаю неопределенно. Язык не поворачивается сказать, что вот-вот жду в гости его брата.

– Я сейчас подъеду, выйдешь ненадолго?

По-хорошему бы спросить – зачем. Но мне кажется это грубым. Особенно в контексте нашей ситуации. Поэтому сразу соглашаюсь.

– Да, конечно.

– Я буду на парковке.

– Хорошо.

Накидываю на плечи поверх домашнего костюма длинный кардиган, кладу телефон в карман брюк и спускаюсь вниз.

Чувствую себя как в университете перед экзаменом. Когда не слишком хорошо готовилась к сдаче.

Господи, что ему сейчас говорить? Знает ли он вообще, что мы теперь с Глебом? А если спросит?

Какая же я, оказывается, трусиха. Едва ноги переставляю от страха.

Бодрюсь, стараюсь шагать увереннее. И когда вижу на парковке знакомый красный «камаро», а рядом с ним своего бывшего жениха, осмеливаюсь даже на приветственную улыбку.

– Привет, – замираю в двух шагах от Егора, превращаясь в неподвижную статую.

Чувство неловкости окутывает с головой.

– Привет, – негромко отвечает он, глядя на меня каким-то безжизненным взглядом. Протягивает мне ключи. – Машину отремонтировали, вот, пригнал тебе.

Нерешительно смотрю на них, не торопясь забирать.

– Егор, наверное, я не возьму машину, извини… Лучше продай её или подари кому-то другому.

– Настя, мы, кажется, уже обсудили это. Я не забираю назад свои подарки. Если хочешь, сама продай. Или подари.

Егор нетерпеливо указывает взглядом на свою ладонь с ключами, предлагая мне забрать их, но я упрямо кручу головой.

Он тяжело вздыхает и безвольно опускает руку.

– Глеб приезжал к тебе? Вы поговорили? – произносит вдруг хмуро безо всякого перехода.

– Да, – киваю я, чувствуя, как вся кровь отливает от лица.

– Он все тебе рассказал?

Снова киваю.

Егор отводит взгляд, хмурится, большим и указательным пальцем свободной руки начинает растирать свои виски.

– Слушай, я даже не знаю, что тебе сказать… – глухо произносит, продолжая смотреть куда-то в сторону. – Я и подумать не мог, что он способен на такое. Нет, бывало, конечно, давно, еще в школе. Мы менялись с ним, он спал с моей девушкой, а я с его. Но мы детьми тогда были, придурками безмозглыми. Клянусь, я правда не предполагал даже, что он и сейчас может так поступить. Да еще и за моей спиной… – Егор делает небольшую паузу. Наконец оставляет в покое свои виски и переводит на меня полный сожаления взгляд. – Ты правда беременна?

– Да, правда.

– Черт… – снова отворачивается он от меня и делает несколько нервных шагов в сторону.

– Егор, перестань так переживать из-за этого, – невпопад произношу я ему в спину, понятия не имея, какими словами все объяснить. – На самом деле Глеб не виноват, что так вышло. Он не специально это сделал. Он не думал в тот миг, что я принимаю его за тебя.

Егор медленно разворачивается ко мне и впивается недоумевающим взглядом. Его брови практически сходятся над переносицей.

– Это как? – изумленно спрашивает он.

– Понимаешь… У нас с ним было взаимное влечение. Я не говорила тебе об этом, – неловко объясняю я, готовая провалиться сквозь землю от стыда. – В тот день мы с ним тоже немного повздорили. Он пришел извиняться в нашу спальню за то, что наговорил мне, а я подумала, что это был ты. Я ведь вас никогда раньше не путала, а тут… Я плакала, он успокаивал меня и сказал, что любит. Я думала, что это был ты! А он этого не понимал. Потом только, когда уже все случилось, понял. Но было уже поздно, и поэтому он мне ничего так и не сказал.

Егор с минуту молчит, глядя на меня так ошарашено, будто увидел привидение.

– Я понимаю, как все это звучит, но поверь, мы оба с ним прошли через ад! – продолжаю горячо оправдываться я, отчаянно пытаясь спасти ситуацию. – Глеб очень любит тебя и очень переживает, что все так вышло! Он как мог сдерживал свое отношение ко мне и съехать от нас захотел из-за этого!

– Взаимное влечение, значит… – медленно произносит Егор, больше не вслушиваясь в мои слова. – И когда это у вас началось? Два года назад, когда вы перепихнулись после клуба за моей спиной? Хотя можешь не отвечать. Пофиг.

Он демонстративно кладет ключи на крышу машины и уходит прочь, больше не сказав мне ни слова.

– Егор! – жалобно зову я, чувствуя, как горлу подкатывает ком.

Но младший Орлов не оборачивается. А я не решаюсь броситься за ним вдогонку. Ноги будто приросли к асфальту и не хотят двигаться с места.

Спина моего бывшего жениха растворяется в сумерках, и лишь тогда я наконец отмираю. Забираю с крыши ключи – не оставлять же их там, – и иду в сторону своего подъезда. Настроение – хуже не придумаешь. Достаю из кармана телефон и на ходу набираю Глеба.

После нескольких гудков старший брат отвечает на мой звонок, и уже от одного звука его голоса мне становится чуточку легче.

– Привет, – негромко произношу в трубку. – Уже почти семь, ты обещал в это время приехать.

– Я уже еду к тебе, буду через пятнадцать минут.

– Решил все свои дела?

– Да. На ближайшие сутки я весь твой. – Слышу в его интонациях улыбку, и от этого становится еще теплее на душе. – Еще не думала, чем бы хотела заняться?

– Нет, не думала, если честно, – тоже улыбаюсь так, словно он может это увидеть.

– Можно было бы съездить в горы.

– Отличная идея. Приезжай скорее, за ужином обсудим.

– Скоро буду, – отвечает он.

Я сбрасываю вызов, и на сердце вновь становится тяжело. Кажется, у Глеба отличное настроение. Так не хочется портить его рассказом о приезде Егора.

С тяжелым вздохом прячу телефон обратно в карман, огибая черный тонированный джип, припаркованный напротив моего подъезда. Скольжу возмущенным взглядом по кузову машины – она перегородила собой дорожку, ведущую к двери, и теперь попасть в дом можно только топая по газону. Но уже в следующую секунду это перестает меня волновать, потому что дверь джипа с водительской стороны распахивается прямо перед моим носом, и оттуда появляется не кто иной, как Ринат.

– О, какая встреча! – злобно выплевывает он, испепеляя меня взглядом.

Внутри все холодеет. Как назло, поблизости с нами нет ни души.

Я непроизвольно отступаю назад, прикидывая, как бы мне побыстрее скрыться в подъезде от бывшего начальника. После всего, что случилось между нами накануне, вести с ним светскую беседу не возникает никакого желания. Но не успеваю я сделать и пары шагов, как он грубо хватает меня за плечо.

– Куда так торопишься, сучка? – с презрением шипит Ринат. – Неужели до такой степени не рада меня видеть?

– Что тебе от меня нужно? – нервно отвечаю я, пытаясь выдернуть плечо из его захвата. Но Ринат впивается пальцами намертво, причиняя острую боль. – Отпусти сейчас же!

– Отпустить? – усмехается он. – Я таких сук, как ты, еще не встречал. Знаешь, какие у меня проблемы теперь из-за твоего крысячьего поступка?

– Ты сам виноват, – цежу я сквозь зубы. – Отпусти меня сейчас же, или я буду кричать.

Ринат снова недобро усмехается, но все же отпускает. И в следующую секунду совершенно неожиданно замахивается и бьет меня кулаком по лицу. Так, что искры сыплются из глаз.

В голове звенит, на какое-то время я теряю ориентацию. А этот ублюдок, пользуясь моей беспомощностью, хватает меня за кофту и заталкивает на заднее сидение того самого джипа.

Я беспомощно валюсь на сидение, перед глазами все плывет. По губам бежит что-то теплое. Вытираю их рукой и с ужасом понимаю, что это кровь.

Тело сковывает паникой, едва нахожу в себе силы, чтобы приподняться на сидении, и лишь в этот самый момент понимаю, что машина уже не стоит на месте. Ринат за рулем и куда-то везет меня.

Подползаю к двери, дергаю ручку, пытаясь открыть, но она почему-то не поддается.

– А ну прекратила, – рычит на меня ублюдок с водительского сидения. – Тихо сиди там, как мышка. Иначе ещё получишь.

Я оставляю попытки открыть дверь, кое-как нахожу в себе силы переместиться в сидячее положение. Откидываю голову на спинку, размазываю руками кровь, ручьем льющуюся из носа.

Ринат открывает бардачок, достает оттуда и швыряет мне на заднее сидение упаковку салфеток.

Непослушными пальцами открываю ее, достаю несколько и прикладываю к носу, чтобы остановить кровотечение.

Головокружение и тошнота постепенно отступают, на смену им приходит приступ тахикардии и паники.

– Ты что творишь-то, а, придурок… – сиплым голосом произношу я, не в силах отойти от шока. – Хоть понимаешь, какие будут последствия. Тебя же посадят.

– Пасть закрой, – грубо отвечает он. – Не посадят, не переживай. Потому что ты никому ничего не расскажешь.

– Что ты собираешься делать? – немеющими от страха губами спрашиваю я.

– То, что давно хотел. Отыметь тебя, суку, всеми способами.

– Ринат, включи мозги. Тебя посадят за изнасилование. Если мой парень не убьет тебя раньше.

– Не убьет, – ловлю на себе едкий взгляд в зеркале заднего вида. – И не посадят. Мы с тобой снимем такой замечательный фильм о нашей любви. И ни своему женишку, ни кому-то другому ты ничего не расскажешь. А иначе очень быстро прославишься на весь город.

– Какая же ты мразь, – с ненавистью шиплю я.

– Я сказал, заткни свою пасть! В третий раз повторять не стану!

Я замолкаю, прикрываю на минуту глаза. В полной мере осознавая, насколько попала. Ведь этому ублюдку ничто не помешает воплотить свои грязные планы в жизнь.

Судорожно соображаю, что же мне делать. Напасть на него сзади и попытаться задушить? Отчаянный план. Силы неравны, скорее всего, Ринат без труда освободится от моего захвата и однозначно ударит в ответ. А второго его удара моя голова может и не выдержать. Но даже если каким-то чудом мне это удастся, мы ведь рискуем попасть в аварию и разбиться.

Вспоминаю, что у меня в кармане лежит телефон, и чувство безысходности немного отпускает. Внутри зарождается надежда на лучший исход.

Медленно, чтобы не привлечь к себе внимания, засовываю в карман руку и передвигаю рычажок на боковой панели, переводя гаджет в беззвучный режим. Понимаю, что у меня только одна попытка. Если Ринат заметит, что я пытаюсь кому-то позвонить, последствия могут быть самыми печальными.

Пальцем снимаю блок с экрана, касаюсь его в нижнем левом углу – там у меня находится иконка с вызовами. Последний исходящий был Глебу. На ощупь касаюсь экрана сверху, там, где должен значиться его номер. Если я все сделала правильно, звонок должен пойти.

И все же я осмеливаюсь удостовериться. Потихоньку вытягиваю из кармана телефон, но только наполовину. Скашиваю на него взгляд, прикрываясь пропитанными насквозь моей кровью салфетками. И с удовлетворением вижу, что у меня все получилось. Как только соединение устанавливается, включаю громкую связь и затыкаю пальцем динамик.

– Ринат, пожалуйста, останови машину и выпусти меня, – тут же начинаю громко просить. – Я никому ничего не скажу, обещаю!

– Я, кажется, просил тебя заткнуться? – зло бросает он мне.

– Скажи хотя бы, куда ты меня везешь?

– Я тебе сейчас еще раз всеку, допросишься!

– Ринат, пожалуйста, не делай этого. Я ведь беременна.

– Ага, конечно. Ты и Софии пыталась эту же лажу прогнать, но бумаги в итоге все-таки подписала? Значит, нихрена ты не беременна.

– Ринат, умоляю. Останови машину.

Он тормозит на очередном красном светофоре, разворачивается, тянется ко мне, хватает за волосы и с силой прикладывает меня о переднее сидение лбом. Я взвизгиваю от боли. Едва остановившаяся кровь начинает по новой хлестать из носа. Крепче прижимаю к нему окровавленные салфетки, телефон выскальзывает из рук и падает на пол. И я вижу, как вызов на нем завершается и гаснет экран.