Читать книгу "Охота за древом. Стихи и переводы"

И.С.Приходько

«Но над моей строкой не властен тлен…»

В книге стихов Александра Милитарева «Homo tardus (Поздний человек)» (Критерион, 2009) дана краткая справка об авторе, которую уместно воспроизвести в нашей публикации его переводов шекспировских сонетов:

Александр Юрьевич Милитарев – лингвист-компаративист, представитель Московской школы дальнего языкового родства, ученик и соавтор И. М. Дьяконова и С. А. Старостина, один из авторов этимологического словаря семитских языков, автор ряда популярных и свыше ста научных публикаций по языкам и культурам Ближнего Востока, Северной Африки и Канарских островов, по применению лингвистических методов в реконструкции этнокультурной истории, разработке единого генеалогического древа языков мира, библеистике. Доктор филологических наук, профессор Института лингвистики и кафедры истории и филологии Древнего Востока Института восточных культур и античности РГГУ и кафедры иудаики Института стран Азии и Африки МГУ, участник российско-американского проекта «Эволюция человеческих языков» в Институте Санта Фе. Читал лекции во многих университетах Европы, США и Израиля. Переводчик поэзии с английского и испанского. Настоящий сборник – второй (первый – «Стихи и переводы», М.: Наталис, 2000).

Может возникнуть вопрос, как сопрягается такая ученость с поэтическим даром, не перевешивает ли первая и не засушивает, не утяжеляет ли саму поэзию, которую привычно соединяют с легким дыханием и внутренней свободой.

Однако следует помнить, что поэзия, по определению Т. С. Элиота, бывает романтическая и интеллектуальная. «Легкое дыхание» связано в большей степени с поэзией романтической. К интеллектуальной поэзии в ретроспективе мировой традиции Элиот относит Данте, английских поэтов-метафизиков, Д. М. Хопкинса, Эдгара По, Ш. Бодлера, с интеллектуальной традицией он связывает и свое творчество. Это поэзия не спонтанного вдохновения, а глубокой мысли, опыта и знания на грани Богооткровения, хотя речь может идти в творениях таких поэтов о вполне земных вещах. Важен даже не предмет, не тема, а ви́дение, точка зрения, открытие нового ракурса, которое происходит через слово, его место среди других слов и взаимодействие с ними. Конечно, далеко не каждый лингвист – поэт, но, если поэт еще и лингвист, историк языка и языков, который владеет всей полнотой языковой материи мира, непрерывно движущейся и изменяющейся, отражающей все многообразие сознаний существующих и ушедших цивилизаций, возможности его поэтического дара обретают новое измерение.

Оригинальная поэзия А. Милитарева, несомненно, относится к интеллектуальной традиции. Поэт в высшей степени современный, он несет в своей прапамяти все богатство мировой поэзии и культуры. Его мифопоэтическое сознание проявляется не только в обращении к именам Библии и древних мифологий, но, главное, в органичной способности видеть время в контексте вечности, современность сквозь призму древности, конкретное событие жизни в ореоле мифологических представлений.

Как поэта-переводчика его неизменно влечет творчество поэтов философского склада, таких как Эдгар По, Эмили Дикинсон, наконец, Шекспир с его «Сонетами». Переводы Маршака прочно связали шекспировские сонеты в сознании русских читателей с лирической традицией, выражающей переживания лирического героя, восхищенного красотой возлюбленной, страдающего от безответной любви, горестно размышляющего о быстротечном всепожирающем времени и о себе. Многие переводчики после Маршака шли этим же путем или, напротив, старались противостать ему, не обладая маршаковской силой поэтического дарования.

Последнее десятилетие отмечено бурным всплеском переводческого интереса к шекспировским сонетам. Книги переводов полного корпуса «Сонетов» выпустили В. Микушевич, А. Шаракшанэ, А. Степанов, В. Тарзаева, Я. Колкер, И. Тогунов и др., не говоря уже о пробах многочисленных авторов, переводивших «Сонеты» выборочно.

В ряд изданий новых переводов включены подстрочники и оригинальные англоязычные тексты, выходили также издания книги «Сонетов» Шекспира в переводах разных авторов, по примеру издания «Сонетов» С. А. Венгеровым в пятитомном Собрании сочинений Шекспира (т. V, 2004), в частности, посвященная 100-летию венгеровского издания «Сонетов» антология, составителями и редакторами которой были В. Николаев и А. Шаракшанэ (Спб., 2005). А. Шаракшанэ выпустил книгу своих переводов «Сонетов» с включением текста оригинала, подстрочником, кратким комментарием к содержанию и языковыми примечаниями (М., 2008). Это первый опыт такого рода «просветительского» издания «Сонетов» Шекспира в России. Нарастающий интерес и обилие переводов говорят о том, насколько жив и современен Шекспир в своем поэтическом слове. Свидетельством этому могут служить и переводы А. Милитарева.

Поэт и переводчик Александр Милитарев представил на суд академических комиссий – Шекспировской и Гетевской – около трех десятков переведенных им сонетов. Авторское чтение и обсуждение прошло в Институте искусствознания 8 февраля 2013. Из множества переводов последнего времени переводы А. Милитарева выделяются языковой и филологической культурой, позволившей переводчику найти равновесие между верностью оригиналу и современным звучанием стиха, сохранить сложные шекспировские метафоры и избежать тяжеловесности стиля, сосредоточиться на лейтмотивах и других тонкостях формы и в то же время донести глубину смыслов, которая кроется не столько в знакомом всем внешнем сюжете отношений героя с Другом и Дамой, сколько в постижении драматической судьбы человека, изначально обреченного тлену, подвластного разрушительному действию времени, страстно сопротивляющегося тому и другому посредством дарованных природой возможностей – естественного продолжения рода и поэтического дара. При этом лирический герой готов принять неизбежность и смириться с нею в отношении к самому себе, но его непримиримый протест вызывает неизбежное разрушение живой красоты мира: увядшая роза, засохшая трава, облетевшая листва, умолкнувший птичий хор, формы умирания в природе становятся множественной метафорой соприродности человека сотворенному миру, от младенчества через возрастание к расцвету и зрелости, а далее – к увяданию и смерти.

Как у любого самого талантливого и признанного переводчика, у А. Милитарева есть более и менее удавшиеся строки и целые сонеты. Несомненной удачей можно считать сонет 66, трудный для перевода, потому что очень популярный и привычный в переводе Маршака. В силу инерционного восприятия знакомых строк, мы не задумываемся, что маршаковское «Мне видеть невтерпёж» не только не соответствует шекспировскому стиху, но и звучит по-русски двусмысленно: слово это, согласно словарям русского языка, передает значение не только невыносимости, нестерпимости, но и нетерпения, нетерпеливого желания или ожидания.

Милитарев находит более адекватный шекспировскому тексту и абсолютно точный и благозвучный по-русски вариант: Я смерть зову, жить среди зла устав; и, как в сонете Шекспира, мотив усталости от окружающего зла повторен в ключевом двустишии: От зла устав, совсем ушел бы я, где, как и у Шекспира, соблюдено сослагательное наклонение. Далее шекспировский финал в подстрочнике мог бы звучать так: Но умерев, я оставляю мою любовь в одиночестве (читай: среди этого зла). У Маршака: Но как тебя покинуть, милый друг!, которое прочитывается как субъективное нежелание героя расстаться с возлюбленной. Милитарев передает самую суть шекспировского высказывания: но как тебе здесь жить, любовь моя. Столь же точно и органично выстроен перечислительный ряд всех проявлений зла, с сохранением шекспировского анафорического зачина. У Маршака этот монолог исполнен патетики, у Милитарева он звучит горько и просто, почти по-разговорному.

Практически все переводчики «Сонетов» прибегают к чередованию мужской и женской рифм, нарушая тем самым звучание подлинных шекспировских сонетов, построенных на мужских рифмах. Это неизбежное следствие специфики русского языка, в котором преобладают многосложные слова, в отличие от английского, изобилующего односложными словами. Не избежал этой особенности и Милитарев. Но в его переводах рифмо-ритмический комплекс, даже когда он не воссоздает в полной мере адекватности звучания оригинала, семантически мотивирован, то есть продиктован образом, который он призван передать. Так, в Сонете 60 у Шекспира создается зрительно-звуковой образ ритмического накатывания волн на прибрежную гальку, с которым сравнивается утекающее время, набегание одной минуты на другую, смена их одна другой:

 
Like as the waves make towards the pebbled shore,
So do our minutes hasten to their end,
Each changing place with that which goes before,
In sequent toil all forwards do contend.
 

Перевод Милитарева практически эквиметричен, с некоторой вариацией пиррихия и женской рифмой вместо мужской во втором и четвертом стихах, и точно воссоздает шекспировский зрительно-звуковой образ:

 
Как волны гонит на песок прилив,
так время гонит чередой мгновенья,
чтобы они, свой краткий миг прожив,
поддерживали вечное движенье.
 

Замена прибрежной гальки (pebbled shore) на песок не меняет общей картины берега с омываемой волнами галькой или песком, который нередко содержит и гальку и так же шуршит, перекатываясь под набегающими волнами и последующим откатом. Заметим, что у других переводчиков волны бьют и бьются: у Финкеля – о скат береговой; у Микушевича – в каменистый брег; у Шаракшанэ – скалистые уступы. Очевидно, что эти переводчики не увидели и не услышали шекспировский образ. Ближе в этом смысле к оригиналу перевод Маршака:

 
Как движется к земле морской прибой,
Так и ряды бессчетные минут,
Сменяя предыдущие собой,
Поочередно к вечности бегут.
 

Но и у Маршака в результате замены прибрежной гальки на к земле не услышана ритмическая музыка накатывающих волн. Несомненным достоинством его перевода можно считать сохранение мужской рифмы на протяжении всего сонета. Однако выразительную эвфонию шекспировского образа – [pebld so: ] – не удалось воссоздать никому из переводчиков. Но это было бы слишком завышенное требование. В любом переводе неизбежны утраты.

В переводах А. Милитарева сделано много интересных находок. Очевидно, что автор, не сверяясь с существующими переводами, работал с самим Шекспиром, прочитывал его заново. Обладая ухом и зрением поэта, он многое открывает читателю в своем русскоязычном изводе шекспировских сонетов и создает стихи высокого качества.

Москва, 2013