Текст книги "Комплект книг: Наука о сексе. Универсальные правила / Мужчина и женщина. Универсальные правила / Не надо пофигизма"

Когда вы стремитесь к самому высокому положению, почётно достичь второго или даже третьего места.

Цицерон

Наши достижения всегда соответствуют нашим амбициям – это общее правило. Так живут все крупные компании: если они не ставят перед собой таких планов, которые, казалось бы, невозможно выполнить, они не развиваются.

Только если компания ставит перед собой задачи, которые выше и серьёзнее её нынешних возможностей, она по-настоящему мобилизуется и создаёт что-то действительно стоящее.

Человек не всегда достигает своих целей, но его цели будут поднимать до своего уровня, создавать этого человека.

Кейси Трит

Переводя этот принцип на жизнь обычного человека – если вы хотите стать завотделом, надо стремиться к должности заместителя начальника всего производства, а лучше – прямо в начальники метить.

Когда метишь прямо в начальники, то должность завотделом кажется тебе естественной и нормальной: «Конечно, я гожусь в завотделом! Ещё бы!» Ты чувствуешь себя так, словно бы ты её уже получил. Начинаешь думать и действовать соответствующим образом. Справляешься на все сто.

Это психологический фокус – чтобы пройти барьер, надо (не расслабляясь, разумеется) видеть, представлять себе то, что ты делаешь уже за этим барьером, то есть как будто он уже преодолён.

Был в своё время такой философ – Ганс Вейингер. Он не слишком известен, а я узнал о его существовании только потому, что о нём говорит Альфред Адлер, на которого Вейингер произвёл очень сильное впечатление. Ну так вот, этот Вейингер создал то, что принято называть «философией как будто».

Суть «философии как будто» в следующем: человек мотивируется «фикциями», ожиданиями будущего. Прошлым мотивироваться нельзя. Только будущим, и чем «фикция» значительнее, тем успешнее движение.

Самодисциплина – это не что иное, как умение контролировать свои порывы и откладывать удовлетворение сиюминутных желаний ради получения более ценного через определённое время.

Хулио Мелара

Я бы не слишком доверял этой теории, как и любой другой философии, если бы её в опытах на собаках не доказал Пётр Кузьмич Анохин – наш величайший физиолог. В его теории функциональных систем это называется акцептором результата действия.

Главное, что эта «фикция» должна быть внятной, понятной, прописанной, а не «я сижу, денежки идут». Это не та «фикция», о которой говорит Вейингер, это просто глупая химера.

Но тут есть одна важная деталь, которую постоянно почему-то упускают. «Философия как будто» работает только на очень мощном, действительном фундаменте: амбиции без этого фундамента – не амбиции, а бред и галлюцинации.

Огромное заблуждение рассуждать таким образом: мол, сейчас я заложу квартиру, машину, детей, всё на свете и начну бизнес. Сначала должно быть дело, и тогда средства сами под него находятся. Ну, не совсем сами, разумеется, но в целом это будет уже, что называется, «рабочий процесс», а не заоблачные витания.

Так что правильная позиция звучит следующим образом: у меня есть проект, и я ищу под него финансовое обеспечение. И разумеется, прежде чем повторить эту мантру десяток-другой раз, нужно этот проект иметь. А иметь проект – это не просто идея, но и способ её воплощения – чем конкретнее, тем лучше.

Денег в этом мире неприлично много. Это к вопросу, что деньги под дельные проекты всегда найти можно (особенно если не забывать учитывать интересы, предпочтения и вкусы потенциального инвестора). Проблема не с деньгами, а в отсутствии внятных идей и амбициозных проектов.

Наше сознание подобно парашюту: оно выполняет свою функцию только в открытом состоянии. Никто не знает меньше, чем человек, который считает, что знает всё.

Билл Ньюмен

Сами по себе финансовые средства – ничто. Ценность представляют собой идеи и люди, готовые принимать решения и брать на себя ответственность. Не хватает и тех, кто понимает, что бизнес – это ноу-хау, а не вложил-вынул.

Причём и само это ноу-хау обычно понимается нами очень узко, а потому – неправильно. Недостаточно иметь некий особенный дар, талант, способность, умение производить уникальный продукт.

Необходимо также иметь представление о том месте, пространстве, где этот продукт или талант заиграет во всём своём блеске. А имея такое представление, нужно и алмаз этот гранить соответствующим образом, чтобы он вошёл в эту оправу и только выиграл от этого, а не проиграл.

Общение с людьми, с которыми мы обычно не разговариваем, ведёт к идеям, о которых мы сами не додумались бы.

Джонатан Гэбэй

Когда я говорю об этом месте, пространстве, об этой площадке, на которой ваше ноу-хау будет разворачиваться, я имею в виду и экономические процессы в целом, и состояние рынка, и диспозицию потребительских ниш, и соотношение латентного спроса к активному у потенциального потребителя, и логику законодателей, и систему налогообложения, и возможности конкурентов, и точки входа на рынок, и состояние сетей распространения продукта, и сам путь от производства до конечного потребителя… Всё это и ещё многое-многое другое.

И даже всё это не будет работать, если у вас нет абсолютной готовности собраться с силами и бороться за свою «фикцию» до победного, словно это твой последний и решительный бой.

А мифотворцы-мотиваторы, которые дают «дельные советы» о том, как стать богатым, про действительное «ноу-хау» как раз почему-то – молчок, да и про пространство ситуации, в которой предстоит развиваться бизнесу, – молчок.

С каждым днём появляются всё новые проблемы и возможности, требующие нашего внимания. С каждым днём всё больше работы для мозга.

Ицхак Адизес

Мотиваторы красочно рассказывают нам об одном только – про первый шаг и решительность, которая нужна, чтобы этот шаг совершить. Но начинать надо не с первого шага, а с той самой продуманной «фикции» из будущего, с понимания того пути, который к ней может вас привести.

Переводя же все эти советы на русский язык, получаем примерно следующее: сначала пойдите и превратите свою недвижимость в бумажки (продайте квартиру), а потом пойдите и выкиньте их.

Заодно посмотрите, как они красиво падают… Сплошной «Вишнёвый сад» и Раневская на авансцене. Это не рекомендация, как создать свой бизнес, а совет, как остаться без квартиры или созданных за предыдущие периоды накоплений. В совершеннейшем виде – сплошное вредительство.

Понимать, что происходит в той сфере, где ты осуществляешь свою деятельность, и в смежных областях, – это питать свою собственную работу новыми силами. И это, возможно, единственная форма органического развития для бизнеса.

Изучение «площадки», смежных областей, поиск новых возможных способов и форм транслировать твой «продукт», доносить его до людей – вот в чём движущий фактор и инструмент развития нашего дела.

Это позволяет видеть свой «продукт» с разных сторон, под различными углами зрения, отчего он становится только объёмнее, интереснее, сложнее и в конечном счёте просто дороже стоит.

В этом мире есть два типа людей: те, которые хотят делать дело, и те, которые не хотят совершать ошибок.

Джон Максвелл

Если ты разбираешься в мельчайших деталях профессии, то твой «продукт» станет неповторимым и уникальным: не просто качественным, а именно уникальным. Однако большинство людей к мелочам относятся бездарно – мол, мелочь она и есть мелочь! А всё же состоит из этих мелочей, всё ими и прирастает.

Скажем, бухгалтер знает нормативные акты, понимает, как оптимизировать налоги, и это его профессиональный труд. Но почему бы при этом ему не вникнуть в детали, которые, казалось бы, не являются необходимой составляющей его «продукта»?

Другие могут задержать вас на время, но только вы сами можете остановиться навсегда.

Бодо Шефер

Например, в особенности производства – как оно устроено? По цифрам можно очень многое увидеть и понять. Или, например, почему бы не разобраться в особенностях движения денежных средств в отрасли? Тут можно увидеть и рассмотреть очень важные для производства вещи.

Ориентируясь в таких деталях, бухгалтер может вырасти и до топ-менеджера своей компании. И можно не сомневаться, что его инструментарий будет востребован, если он сумеет использовать его на пользу компании и в целях её развития.

Вода, конечно, камень точит, но если, например, по морскому дну изнутри ударить, так она способна и города с лица земли стереть. Поэтому если не получается «так» – надо делать «иначе».

Чтобы добиться мастерства, мы должны в первую очередь понять реальность происходящего со всеми вытекающими из этого сложностями и разочарованиями.

Михай Чиксентмихай

Например, пришли вы к начальнику со своим проектом, тот посмотрел, покачал головой, сказал вам, что вы молодец, и послал куда подальше. Идти ли второй раз с тем же проектом?.. Настойчивость проявить – записаться на приём? Я думаю, вторично ваша программная речь возымеет ещё меньший эффект.

Но вы теперь многое знаете! Вы знаете, как отреагировал ваш начальник именно на этот проект или подход, какого рода у него возникли возражения, чего он боится и, напротив, чего он хочет, возможно даже – о чём он мечтает.

Это огромный объём информации, который необходимо использовать, чтобы реконструировать ваш проект, – идея та же, а вот всё остальное, от названия и заявляемого повода подготовки вашего проекта до технологии его подачи (преподнесения, презентации) и логики экономического обоснования, – всё должно быть другим.

И разумеется, надо заняться собиранием войска. Один в поле не воин. Вам нужна команда. Я говорю о товарищах, соратниках, единомышленниках и союзниках. Это важно со всех точек зрения:

• и с психологической (вас поддерживают, да и для начальника более значимо, когда к нему «коллектив» приходит, а не герой-одиночка);

Пытаться достичь максимального жизненного успеха, оставаясь на позициях независимости, – всё равно что пытаться играть в теннис клюшкой для гольфа: орудие не соответствует роду деятельности.

Стивен Кови

• и с содержательной (вам подскажут что-то дельное и важное: одна голова хорошо, а две – лучше), и вообще с профессионально-экономической, так сказать, – кооперация, как показывает практика мировой экономики, – великая сила.

Если же вы не нашли единомышленников на работе… Можно найти внешние источники информации, которые сформируют у вашего руководителя интерес к вопросу. Начальники не существуют в безвоздушном пространстве, они точно так же подвержены влиянию.

Всё ли он знает о ситуации на рынке, когда заворачивает вас с вашим проектом? Возможно, соответствующую информацию ему имеет смысл в том или ином виде предоставить? В курсе ли он планов конкурентов? Может быть, ему стоит об этом узнать? Но кто ему поможет, если не вы, если как раз вы этот вопрос и проработали?

Самоуважение, которое достигается честностью, в перспективе принесёт нам более высокие дивиденды, чем всё, что можно получить обманом.

Рик Джойнер

Возможно, где-то уже есть позитивный опыт подобного проекта, который помог той компании вырваться в лидеры рынка. Осталось понять, как интересно презентовать этот опыт и продемонстрировать плюсы вашего подхода.

Кроме того, у вашего проекта могут быть возможные партнёры, инвесторы, ресурсы и т. д. Почему бы вам самим не продумать их привлечение и потенциальное участие в вашем проекте?

Одно дело, когда вы предлагаете проект, который требует от руководителя самому организовывать инвесторов, заказчиков, подрядчиков, и совсем другое – когда он, благодаря вам, видит, где соответствующие ресурсы находятся и как их можно задействовать.

Но главное, когда вы в следующий раз придёте со своей идеей, руководитель уже не начнёт свой ответ с объяснений, почему это «нереально», «бессмысленно», «не стоит даже и думать», а, скорее всего, предложит вам фактическое сотрудничество – будет выяснять, советоваться, предлагать свою помощь.

Для такого мелкого существа, каким является человек, мелочей быть не может. Только придавая значение мелочам, мы добиваемся великого искусства поменьше страдать и побольше радоваться.

Сэмюэл Джонсон

Это так и происходит. Только очень немногие подчинённые об этом знают, а поэтому не имеют возможности удостовериться в этом на практике. Знали бы – сделали бы и удостоверились. Ведь всё зависит от человека. Это правда.

Итак, начиная новое дело, соберите армию из информации, людей, инициирующих событий, а нет таковых – сами их спровоцируйте.

Одной хорошей идеи недостаточно, нужны люди, которым этот проект будет интересен. Однако вы обязательно столкнётесь с дефицитом профессионалов. Зайдите в любую компанию, спросите, какие там проблемы, и услышите: «Дефицит профессиональных кадров».

Многие из нас находятся в плену иллюзии, что, мол, мы – такие замечательные – с нашим выдающимся интеллектом будем чрезвычайно востребованы обществом, нас поймут и непременно оценят. В действительности это не так. К сожалению…

Если вы всё же решились зарабатывать интеллектом, надо придумать инструмент, который позволит сделать ваш интеллектуальный продукт коммерчески состоятельным.

Мозг – поистине изумительный орган; он включается сразу же, как только вы просыпаетесь, и продолжает работать вплоть до той минуты, когда вы переступаете порог своего офиса.

Роберт Фрост

Мне часто приходится слышать, что человек переживает из-за предстоящего собеседования, не знает, как правильно себя на нём вести, что говорить и т. д. Но мне кажется, что в самом этом способе думать кроется фундаментальная ошибка.

На собеседовании не решается вопрос жизни и смерти. Откажут здесь, в другом месте скажут «да». Здесь решается другое, и самым настоящим образом: рискует человек, который принимает соискателя на работу. Вот кто у нас рискует так рискует! Именно в его случае решается вопрос потенциальных прибылей и убытков. Причём реальных, фактических.

Если соискатель – это то, что нужно, то компания, разумеется, выиграет в случае одобрения его кандидатуры. Но что, если соискатель, мягко говоря, не совсем то, что нужно? Или вообще не то, что нужно! Лентяй, прогульщик, имитатор, скандалист, засланец от конкурентов, просто непрофессионал… Это же убытки и проблемы в полном объёме! И теперь спрашивается: у кого стресс – у того, кого принимают, или у того, кто принимает?

Наибольший вред нам приносят не ошибки – чужие или даже свои собственные, – а наша реакция на них.

Стивен Кови

Это здравый смысл – рискует прежде всего наниматель. Но здравый смысл и эмоции, как известно, редко дружат. Все участники этого действа – лица заинтересованные, а поэтому и восприятие ситуации у них искажённое.

В состоянии внутреннего напряжения человеком всё трактуется неадекватно, а каждая негативная мелочь заостряется. В результате сильных и подчас деструктивных эмоций – вагон и маленькая телега, а со здравым смыслом – как раз проблемы.

Поведение работодателя может быть не вполне адекватным – он ведь в стрессе. Он напряжён, что может казаться грубостью, высокомерностью и т. д.

Да, каждый руководитель заинтересован в специалистах, но очень боится навредить своей компании. Работодатель опасается, что примет на работу человека, который нанесёт урон его детищу.

Можно без преувеличения сказать, что он находится в состоянии обороны и внутреннего напряжения: пустить неправильного человека в свой бизнес – это иногда, может быть, и посерьёзнее ошибка, чем в собственную квартиру.

Сам же человек, который в этот момент устраивается на работу, по сути, ничего не теряет. Ну, разве что иллюзию, что именно эта работа сделает его счастливым и успешным. В конце концов, будущее неизвестно, а любые прогнозы на будущее – это только фантазии.

Соответственно, он и в самом деле может потерять только умозрительную фантазию своего гипотетического успеха в связи с этой работой, иллюзию.

Люди, которым не довелось сталкиваться ни с какими трудностями либо проблемами, как правило, оказываются поверхностными и мелкими.

Билл Ньюмен

Представьте, покупатель заходит в магазин: «У вас есть масло?» Ему отвечают: «Нет». Он поворачивается и уходит. Ну, что он потерял? Ничего, в сущности. Даже приобрёл – у него появилось куда больше определённости. Теперь он знает, что сюда, в этот магазин, он за маслом уже не придёт.

Так что первая и самая главная задача претендента на должность – избавиться от иллюзий и вывести потенциального работодателя из состояния стресса: понять, что ему нужно, и если это – то, что нужно работодателю, – человека устраивает, донести до него, что он – как раз то, что ему нужно.

Лучше, конечно, не спрашивать работодателя в лоб: «Чё вам надо? А то я всё могу». Отношения между работодателем и потенциальным работником должны иметь определённый формат.

Вы приносите на работу не тело (у него в фирме таких «тел» полным-полно) и даже не свою личность (какое дело работодателю до вашей личности?). Вы приносите будущему руководителю возможность заработать больше денег. Ну и, конечно, не скрываете от него собственного желания заработать. Ваши мотивы тоже должны быть понятны.

В общем, у вас с вашим потенциальным работодателем есть общий интерес – работа и деньги, которые она приносит. И если вы об этом – о главном – договоритесь, то обязательно сойдётесь. Только не нужно пытаться угадывать, что ему нужно, и стараться как-то угодить. Шанс промахнуться очень велик!

О компании, в которую вы приходите, о работе, на которую вы устраиваетесь, нужно знать по максимуму ещё до собеседования. Для этого есть Интернет с официальным сайтом и неофициальные ресурсы, с которыми можно познакомиться и разузнать, что к чему.

В эпоху интеллектуального труда получить величайшие возможности и добиться успеха сможет лишь тот, кто овладеет искусством говорить «мы».

Стивен Кови

Можно, кстати, предварительно инкогнито выступить в роли клиента. Есть, наконец, работники этой компании, с которыми вы тоже можете заранее перекинуться одним-другим очень важным в конечном итоге словом.

Вы можете быть замечательным специалистом, знать всё и уметь тоже всё. Но все свои способности, все эти свои знания и умения необходимо встраивать в структуру потребностей работодателя, а не просто нести их с гордостью над своей головой как писаную торбу.

Мне всю жизнь приходится проводить собеседования – начиная с работы в психиатрической больнице, где я организовывал Городской психотерапевтический центр, заканчивая, на данный момент, Лабораторией нейронаук в Сбербанке. И хорошие сотрудники, надо признать, нужны всегда, и они всегда в дефиците.

Возможности, которые нам необходимы, всегда вокруг нас – каждую минуту и каждую секунду вашей жизни.

Саймон Хартли

Конечно, за эти годы у меня накопилось множество лайфхаков, позволяющих отличить перспективного сотрудника от ужаса, летящего на крыльях ночи. Но этот подход практически никогда не подводит: я расспрашиваю претендента о том, что он знает про деятельность компании, в которую он трудоустраивается, и обо мне лично как её руководителе.

И когда, например, кандидат наук из большого московского университета даже не может назвать моей специальности, близко не представляет себе, в каких областях я специализируюсь (вспоминая лишь телевизионную программу десятилетней давности), но при этом активно позиционирует себя как хорошего сотрудника с широким спектром психологических знаний, мне, честное слово, забавно.

Ключ к счастливой и успешной жизни состоит в том, чтобы сконцентрироваться на группе людей, которые принимают и вас, и ваши идеи.

Бодо Шефер

К чему это я? Если вы приходите на работу, вы приходите решать задачи работодателя. А для этого надо мало-мальски представлять себе, в чём они состоят. Если это научные исследования – вы должны обладать навыками научных исследований, если коммерция – вы должны помочь ему заработать, если это госучреждение – то помочь ему выполнять те задачи, которые государством перед этим учреждением поставлены.

И не надо ничего из области «а ещё я на машинке вышивать умею» – неактуально. Единственное исключение, если, например, наниматель, вы точно знаете, фанат гольфа, а вы чемпион квартала по данному виду спорта, то можете упомянуть, конечно, об этом, да и то – невзначай. А в противном случае и вовсе – ни-ни!

Проблему можно превратить в возможность только в том случае, если вы замечаете её раньше, чем она появилась.

Даниэль Буррус

Короче говоря, идёте устраиваться на работу – поймите, куда и зачем вы приходите. Светская беседа – это, пожалуйста, где-нибудь в домашних условиях, с родственниками и друзьями и в нерабочее время, разумеется.

Коммерция – зарабатывать идём для себя и для компании. Госучреждение – выполнять задачи, поставленные государством. Исследовательский центр – создание продуктов на основе научных разработок. Всё. И никаких абстрактных разговоров с работодателем. Если же начали, а он вас слушает, то уносите ноги подобру-поздорову – тут всё плохо.

Устраиваясь на работу, нужно понимать, что от вас может быть нужно работодателю, и строить разговор именно в этом ключе. Если вы хотите показать, что благодаря вам компания может получить дополнительную прибыль, делайте акцент на этом.

Например, в такой-то компании мы работали над проблемой повышения продаж того-то – просчитали такие-то факторы, провели такие-то мероприятия и сделали то-то и так-то. В результате продажи выросли в три раза. Появились такие-то связи, имеются такие-то возможности, такой-то опыт.

Все, даже лучшие в мире, когда-то с чего-то начинали.

Саймон Хартли

В случае данного производства (на которое вы устраиваетесь) – это, как вам кажется, можно использовать так-то и так-то. А не просто: «Я работал там-то и там-то. А сейчас у вас хочу работать». Предметный разговор получается.

Да, возможно, вас ждут на собеседовании разговоры про «люки» и прочие тесты «на сообразительность»… Проблема в том, что наши горе-кадровики начитались импортных книжек «по борьбе с персоналом», не понимая, что на Западе, во-первых, в принципе другая психология общества и логика поведения людей в этом обществе другая, а во-вторых, ну совсем другое отношение к интервью с соискателем на должность в компании.

Если американца спрашивают, почему люки круглой формы, он должен продемонстрировать наличие логики: «Наша промышленность выпускает трубы. Они круглые. Поэтому и люки круглые. А трубы круглые, потому что так легче сворачивать металлические листы», ну и т. д. и т. п.

В человеке есть разные стремления и задатки, и назначение каждого из нас – развить свои задатки по мере возможностей.

Иоганн Готлиб Фихте

В зависимости от того, насколько внятным и разумным будет подобное объяснение, интервьюер и делает своё заключение – работает соображаловка кандидата, или плохо работает, или совсем не работает. Не знаю, насколько это может быть адекватно для россиян. У нас соображаловка, вообще-то, совсем по-другому устроена. Но спрашивают… Ничего не поделать. На реакцию смотрят.

Вот ещё пример стандартный. Работодатель спрашивает на интервью: «Скажите, сколько метров садового шланга для полива газона продаётся в год в Германии?» Нужно, во-первых, взять себя в руки, во-вторых, забыть обо всём, что я только что рассказывал.

Если их интересует ход ваших мыслей, продемонстрируйте его: «В Германии около 50 миллионов жителей. Примерно каждая вторая семья имеет загородный дом или живёт в пригороде. Допустим, что семья в среднем состоит из четырёх человек и меняет пятиметровый шланг, опять же в среднем, раз в два года. Значит, 50 миллионов нужно разделить на 4, потом получившуюся сумму разделить на 2, умножить на 5 и потом ещё раз разделить на 2».

Если вы не развиваете ваш бизнес с должной энергией, вы будете выдавлены из бизнеса.

Берти Чарльз Форбс

Нужно относиться к собеседованию проще. Ведите себя спокойно и доброжелательно, не поддавайтесь на провокации и продолжайте свою главную историю – «вы на мне можете заработать деньги».

Только, может быть, и не прямо и в лоб, а чуть эзоповым языком. Ведь у нас даже многие бизнесмены стыдятся того, что «ради денег» работают. Смешная страна в этом смысле.

Ведь если рассудить здраво, то пусть работают ради денег – больше заработают, больше налогов, больше зарплаты учителям и врачам, больше пенсии. Ну да ладно…

В любом случае собеседование при приёме на работу – это разговор о потенциальном взаимовыгодном сотрудничестве, а не смотрины.

Наконец, любая компания, особенно большая и солидная, обладает своей, как её обычно называют, «корпоративной культурой», и если вы собрались в ней работать, вы должны быть уверены, что она вам органична.

Наблюдайте за поведением человека, вникайте в причины его поступков, приглядывайтесь к нему в часы досуга. Останется ли он тогда для вас загадкой?

Конфуций

«Корпоративные культуры» возникают или создаются не с бухты-барахты. Компании важно, чтобы люди, которые ей подходят, хотели в ней работать, то есть и приходили в неё трудоустраиваться, и в ней оставались.

Например, вы можете оказаться в компании, где в определённые моменты сотрудники распевают гимны. Почему это не делают во всех компаниях, а в каких-то такие правила заведены?

Вероятно, руководство данной компании заинтересовано в том, чтобы набрать штат работников-солдат: минимум инициативы и максимум исполнительности.

В результате люди-индивидуалисты увольняются, а люди-коллективисты, напротив, остаются. Это естественный отбор нужного для компании типа людей, ну и небольшая военная хитрость…

Конечно, такой подход для формирования редакторского корпуса какого-нибудь журнала, я полагаю, вряд ли уместен, но Mars, Nestle или McDonald’s вполне могут так работать. Слишком креативные и авантюрные персонажи им вряд ли придутся по вкусу.

Дисциплина в равной степени зависит от того, что вы делаете, и от того, что вы отказываетесь делать.

Дэн Вальдшмидт

Около миллиона человек служит в российской армии. И больше никто туда не рвётся – «пустите, жить не могу без погонов!» Но этот миллион благополучно занимается своим делом, потому что для них эта «корпоративная культура» органична – они любят порядок, размеренность, определённость, чёткость, последовательность.

Кому-то невозможно функционировать вне «творческого беспорядка», а кому-то от «творческого беспорядка» становится дурно. Не удивительно, что одним нравится петь гимны, а другим – исполнять соло с аккордеоном, но понятно, что это должно происходить в разных средах, в разных компаниях с разной «корпоративной культурой».

И это тот фактор, на который надо обращать внимание, устраиваясь в организацию. Кому-то интересен рост профессиональный, кому-то – просто карьерный. Для потенциальных карьеристов хороши компании, условно говоря, с гимнами, но если вы хотите заявить миру о себе, то вам необходима компания, где начальник, условно говоря, ходит в джинсах.

Кто привык правильно мыслить, тот окажется в общественной борьбе наиболее приспособленным и переживёт других.

Вильгельм Виндельбанд

Если верить статистике, то при желании устроиться на работу в Соединённых Штатах вам предстоит пройти такой квест: на 100 разосланных вами резюме вы получите 8–10 ответов, которые вас, в принципе, могут устроить. Из них порядка 3–4 интервью вы пройдёте успешно, и только одна (!) работа будет отвечать и вашим требованиям, и вам готовы будут её предложить. В общем, одно из ста обращений имеет шансы реализоваться.

Теперь давайте посмотрим на то, что происходит с рынком труда в России, и поймём, что нам на самом деле очень повезло.

Очень забавно, когда человек, который прошёл одно-два собеседования и ещё работу не получил, уже считает себя героем и непризнанным гением. Плюс пребывает в панике, полагая, что «на приличную работу можно попасть только по знакомству!» Неправда.

Столько раз в этой жизни я сталкивался с дефицитом кадров, что это уму непостижимо! Причём на хорошие зарплаты и на хорошую перспективу искал людей. Но их так мало – способных, профессиональных, проактивных. Дефицит! Брать же человека «по блату» мне и в голову никогда не приходило – это же просто убыточно и потому глупо, да ещё деморализует коллектив.

Сам я, честно говоря, лишь однажды проходил собеседование при приёме на работу. Устраивался на очень серьёзную должность – врачом-психотерапевтом в психиатрическую больницу. Положение моё, сразу оговорюсь, было крайне затруднительным.

Чертовски прекрасно, будучи мягким душою, бороться с жестокостями жизни. И мы, «мягкие», боремся прекраснее всех.

Роберт Вальзер

Во-первых, я до этого десять лет носил военную форму, принадлежал «системе», где собеседований не бывает в принципе, и ко всему прочему только теоретически представлял себе существование некоего гражданского здравоохранения.

Так сложилось, что я вырос в семье военных врачей, так что невоенных – просто не видел, разве что медсестру в школьном медпункте. А тут – на тебе: надо идти и устраиваться на гражданскую работу в гражданское здравоохранение, причём ещё и с инвалидностью.

Во-вторых, я устраивался на должность, на которую до меня ещё никого не принимали. Хотя больница эта и специализировалась на пограничных психических расстройствах, психотерапевтов в ней до меня ещё не видывали.

Были ставки психотерапевтические, и были психиатры, которые прошли «курсы усовершенствования» по психотерапии. Но так, чтобы пришёл человек с улицы, да с соответствующим сертификатом, и ещё думал о себе, что он психотерапевт, а не психиатр с дополнительной «корочкой», – такого ещё не было.

Один из парадоксов жизни заключается в том, что вещи, которые изначально способствуют вашему успеху, редко оказываются тем, что помогает вам оставаться успешным.

Джон Максвелл

В общем, совершенно непонятная птица был я для главного врача этой больницы в тот момент и вызвал своим появлением настоящий стресс.

В государственной системе ведь всё ещё сложнее, чем в бизнесе. Тут человека принял на работу – как его потом уволишь, если он никуда не годится, да ещё скандалит круглые сутки? Только за прогулы. А если он не прогуливает? В остальном – попробуй придерись, его КЗОТ охраняет со всех сторон, как священную корову! А с другой стороны – почему бы и не принять?..

Помню, меня тогда спросили грозно: «Гипнозом лечите?» Я, разумеется, ответил отрицательно, потому как это каменный век, а не метод психотерапевтического лечения. Но озвучивать свои соображения по этому поводу я не стал, дал какие-то пространные объяснения.

Когда тебе кажется, что ты исчерпал все возможности, помни, что это не так.

Адам Джексон

«Аутотренинг?» – спросили меня вторично, теперь уже совсем грозно. И снова, что называется, мимо кассы. Ну какой, к чёрту, аутотренинг, когда XXI век на носу, а меня спрашивают про технологию начала XX века, причём – самого начала! Опять я что-то блею…