Читать книгу "Женщины для умственно отсталого"

– Не трогай меня! – воскликнула она, уставшим голосом, с примесью отчаяния и злобы.

– А что такое? Почему ты боишься?

– Ну… – она замолкла.

– Почему?

Она продолжала молчать.

– Или я буду тебя лапать, или ты ответишь почему! – улыбнувшись, словно из последних сил, пригрозил я.

– Потому что! – разразилась она. – Потому что раньше я могла трогать тебя, совершенно не боясь, что нас кто-нибудь застукает.

– А теперь что?

– Если я скажу тебе – для тебя эти слова будут самые лучшие, за весь сегодняшний день.

– Так в чем проблема?

– Проблема в том, что больше мы не сможем встречаться. Даже вот так, просто гуляя.

– Тогда я попробую угадать…

Она лишь молча кивнула в ответ.

Я примерно догадывался, что она имеет в виду. Вероника сказала мне о том, что я нравлюсь Алисе. Видимо, она решила мне признаться в этом сама. Какого черта? Разве этого и так было не видно? Разве стала бы она ко мне приходить рано утром, чтобы позвать меня гулять? Разве стала бы сама писать мне в интернете, пытаясь разузнать, как у меня прошел очередной день? Разве стала бы она сама двигаться навстречу ко мне во всех смыслах, если бы я ей не нравился. Я придумал ответ.

– Потому что ты как-то не так на меня смотришь, – начал я немного издалека. – А если точнее, то все дело в том, что я тоже тебе нравлюсь.

– Тебе Вероника сказала? – единственное, что она спросила в ответ. – Ей ничего нельзя доверить.

– Пожалуй, да, – согласился я. – Но так какого черта? Ты мне нравишься, я нравлюсь тебе, так в чем проблема? Почему ты не можешь бросить своего парня, и быть со мной?

Она молчала. Она точно услышала все мои слова, до последнего, и теперь, кажется, готовила для меня свой ответ. Оставалось лишь подождать. Или нет. Возможно, я должен был остановить её, взять в свои руки её пухлые щеки, и в конце концов поцеловать. Возможно, тогда она бы напрочь забыла про своего Колю. А что если нет? Не важно.

– Не знаешь, почему я не могу бросить своего парня, ради тебя? – уточнила она, выдержав достойную паузу.

Теперь уже промолчал я, типа, как в знак согласия. Она поняла этот мой знак.

– Потому что, – начала она, – в эти выходные я поеду к нему в Омск. Он уехал туда, чтобы решить вопрос со съемом квартиры. Сейчас он живет там у друга. Я приеду туда, и если он сделает мне предложение – я соглашусь. А самое скверное знаешь, что? То, что по приезду в Омск, я напрочь забуду о том, что есть такой парень как ты.

Это было ударом ниже пояса. То взлет, то падение. То она говорит о том, что я пытаюсь поссорить её с её же парнем, а потом объясняется мне в своих чувствах по отношению ко мне. Теперь же она закончила на том, что она и имени моего в этом своем сраном Омске не вспомнит. Какая же тварь. Блядь. Мразь! Вертихвостка, а ещё… а ещё мразь, и плевать, что я только что писал об этом. Хотелось только одного – хотелось дать ей пощечину, жирную такую, и уйти обратно домой. Оставить её прямо на улице. Довести её до слез, и уйти.

Вместо этого пришлось играть роль старого башмака, у которого вместо сердца уже давно большая дыра, и притворяться, будто я сделал бы так же. Если бы я был на месте Алисы. Но я бы не был. А если бы все-таки был – держал бы свой язык за зубами, ведь говорить такие вещи – это просто низость. Низость, или верх эгоизма – как вам будет угодно.

– Да ты гонишь! – усмехнулся я. – Ты ведь говорила о том, что планируешь выйти замуж только через пару лет, чтобы родить ребенка через пять. И что – ты вот так вот выйдешь за него? Вы ведь даже не жили вместе никогда. А что если у него скрытая форма рака, или он типа ссытся в постель?

– Я буду его выхаживать.

– Да конечно!

– Ой все, завали ебало! – гаркнула она.

– Чего? – протянул я.

Алиса не ответила. Ускорив шаг, она ушла куда-то вдаль. А потом я нашел её на автобусной остановке. Оставался только один вопрос, который не давал мне покоя, я не подумал о нем, когда мы гуляли, и потом ещё очень долго жалел о том, чего так и не спросил. Я положил руку на её плечо, и сказал ей тогда, на остановке, следующее:

– Я буду тебя ждать, – ровным голосом, подытожил я, – если ты выйдешь замуж за него – я буду за тебя безгранично рад, но если нет – ты знаешь, где меня найти.

Она ничего не ответила. В который раз решила пропустить ответ безоговорочным молчанием. Я не знал, когда мы встретимся с ней в следующий раз. И встретимся ли ещё когда-нибудь вообще. Внезапно на остановку подошел автобус. Убрав мою руку со своего плеча, она подалась к средней двери, а я остался буксовать. Хотелось сказать ещё что-то. Какой-то пустяк, от которого у Алисы сорвало бы крышку, и она прижалась ко мне, всем своим телом, но, пожалуй, так если где-то и могло бы быть, то только в мультике по телеку.

Она уехала, а я остался на остановке. Я проводил её взглядом, а после вернулся домой.

17

Вечером того же дня, я написал Алисе в интернете. Спросил, почему она так уверена в том, что Коля позовет её замуж. На самом деле, это был далеко не тот вопрос, о котором я вспомнил намного позднее – нет. До того вопроса прошло ещё очень много времени. Пожалуй, пока я сохраню его в тайне, а расскажу о нем, как раз в тот момент, когда придет время.

Алиса ничего не ответила. Она даже в интернете меня игнорировала! Я написал снова, а потом снова. Ответа не было. Я видел, как она читает мои сообщения, но ответа не было. Внезапно, ноутбук раздался звуком нового сообщения. Это была она

– «Если бы мы были вместе, то чем бы отличались отношения?» – спросила она.

– «По большей части – ничем» – ответил я, без попытки наебать её.

Я ведь понятия не имел о том, что бы сделал, если бы мне посчастливилось на самом деле её отбить. Я старался не загадывать, попутно решая только те проблемы, которые возникали, время от времени. Все-таки загадывать что-либо, в отношениях с занятой девушкой – это вверх глупости на земле.

– «А если бы я все-таки согласилась быть с тобой?».

Её вопросы ставили меня в тупик. Я никогда не думал о том, что когда-нибудь буду обсуждать подобную тему с кем-то. Уж тем более с девушкой, которую пытался отбить. Я так ей и ответил:

– «Я никогда не думал, что смогу отбить тебя на самом деле. Я просто плыл по течению, потому что ты – это то немногое, что случалось со мной за последнее время по-настоящему».

– «То есть ты никогда не планировал, что было бы, если бы я была с тобой? Ты заранее знал, что ничего не будет? Типа игрался что ли? Играл в отношения?»

– «Ну, что-то вроде того…»

– «И все-таки, что было бы, если бы я оказалась твоей девушкой?»

Была ещё пара вопросов подобного рода, но теперь, кажется, я сам поставил её в игнор.

18

Больше мы с ней не встречались. До её отъезда в Омск оставались считанные дни.

Я заметил, что после каждой новой нашей переписки, на моей душе остается след, размером с ту дыру башмака, о котором я писал ранее. Казалось, что эта девушка переняла эстафету и теперь играет со мной. Пытается проверить меня на прочность. Она то и дело ставила меня в неловкое положение в переписке. Однажды, она снова позвала меня гулять. Теперь мы не встречались и вели разговоры исключительно в интернете.

– Не ведись! – воскликнула Рита, когда я позвонил к ней на работу за очередной консультацией.

– Так она же сама меня зовет… – недоумевающе, уточнил я в трубку.

– Это все бабские припоны!

– Что такое припоны? – спросил я.

– Не знаешь, что такое припоны? – она сделала акцент на этом слове.

– Не-а…

– Это типа барьера. Типа защиты. Ну, знаешь, Берлинская стена и все-такое.

– А сразу не могла сказать? Что мне делать-то? – возбужденно, кричал я, в трубку.

– Если она сама тебе пишет – пусть продолжает. Теперь, вы с ней поменялись ролями. Теперь пусть она добивается тебя, а не ты её. Это твоя очередь строить из себя недоступную стерву!

– А если я откажу, а она потом не позовет больше?

– Позовет, – утвердительно, ответила она, а потом продолжила, – или нет. Не знаю. Она ведь сама тебе написала? Значит, точно позовет. Ну, или ты её позовешь. Так и напиши ей, мол: «Я сам тебя позову, а сейчас я немного занят».

Я сделал, как велела Рита. Оставив её на том конце виртуального провода, я написал Алисе, что погуляю с ней в другой раз. Что сам её позову, когда она вернется из Омска, потому как слишком часто она сама зовет меня куда-то гулять. Она ответила отказом. Сказала, что никуда не пойдет. И другого раза не будет. И когда она вернется из Омска – у нее не будет времени.

Пересказав всю ситуацию Рите, я продолжил высушивать её мнение:

– Эта сучка просто манипулирует тобой! – воскликнула она.

– И что мне делать?

– Ничего не делай. Типа, если она тебя зовет, то ты обязан пойти, а если её позовешь ты – она не пойдет. Вертихвостка блядь! Пускай дома тогда сидит… не пойдет она… – сделав небольшую паузу, Рита перевела дух, словно переживала за меня сильнее меня самого, а затем продолжила, – и не пиши ей сегодня ничего. Если она на самом деле никуда с тобой не пойдет – писать она тебе больше не будет. По крайней мере, сегодня.

Попрощавшись с Ритой до вечера, я закрыл ноутбук и завалился спать. Уснуть очень долго не получалось – в голове то и дело возникал образ Алисы. Кажется, эта сучка завладела мной всецело. Было трудно удержаться перед тем, чтобы не погулять с ней, но я сдержался. Я медленно но верно начал чувствовать себя лучше прежнего, а после того как Алиса сама написала мне ближе к вечеру снова, мол: «Я прогулялась одна!» – я вообще расцвел.

Когда Рита вернулась с работы, мы разработали небольшой план, по которому я смог бы оказывать Алисе небольшие знаки внимания, и вместе с тем не показывать ей своих чувств. Это оказалось немного сложнее, чем я представлял себе это в голове, но в итоге план был расписан, действия прорепетированы, а первым ключом к совершению плана послужила та самая картина. Я ведь так и не подарил её Алисе. Вероятно, теперь для этого подарка настало самое время.

Я приехал к ней в начале девятого. Приехал без предупрежденья, соглашаясь с тем фактом, что могу прийти в неудобный момент. Какой угодно. В надежде на то, что все-таки ничего не произойдет, я прошел в открытую кем-то другим подъездную дверь. Держа в руках тубу со сложенным в нее полотном, я немного переживал о том, что все может пойти не по плану. Алиса могла легко выставить меня за дверь. Вероника могла наброситься на меня с поцелуями, хотя, сказать по правде – я с трудом верил в то, что между нами с Никой могло бы что-то получиться. Она добилась своего – переспала со мной – своим кумиром, как она мне сказала. Я был рад за нее. И был бы ещё куда более рад, если бы она продолжала помогать мне, завоевать сердце её подруги.

– Это ещё что? – спросила Алиса, пока я стоял в дверном проеме, с тубой в руках.

Она стояла в какой-то ночнушке. Обычной такой, девичьей пижаме.

– Внутрь не пустишь? – спросил я, улыбнувшись.

– Вот ещё… – отгрызая кусок яблока, подпирая собой дверной косяк, ответила она.

– Пусть заходит! – крикнула Вероника, откуда-то из квартиры.

– Сами разберемся… – шепотом, пробубнила она себе под нос, но я услышал. – Так чего ты там принес-то?

Мне ничего не оставалось, кроме как достать полотно из тубы и развернуть его прямо в подъезде. Кажется, это сработало. Алиса едва ли не поперхнулась своим яблоком.

– И что это за херня? – настороженно, спросила она.

Развернув полотно к Алисе лицом, я пояснил, что ничего не понимаю в искусстве, а Алиса, раз она художник, пусть будущий, но понимает в этом куда больше меня, а значит пускай и картина висит у нее дома, а не у меня. Улыбнувшись, она забрала у меня картину.

Она закрыла дверь, а я ушел. Я не собирался оставаться у нее дольше. Я был рад.

19

Считая дни до поездки Алисы в Омск, я продолжал действовать согласно плану.

Каждый день я искал новые варианты наших встреч с ней, и в какой-то момент мне даже показалось, что конца и края этим вариантам нет. Мне пришлось вспомнить абсолютно все, что Алиса рассказывала мне о себе, и если вы помните это настолько же хорошо, как и я – поздравляю, значит, вы не забыли о том, что Алиса занималась йогой. Да – ещё она занималась на саксофоне, и очень много рисовала. А ещё ходила на выставки искусств и крутилась на блог-платформах, но дело в том, что йога – это было круто! Интересно, и весьма необычно для меня, а потому я решил попробовать. Если не поучаствовать, то понаблюдать.

Уточнив у Вероники возможное время, когда Алиса посетит следующую тренировку, я собрался продолжать двигаться по плану. К тому же, как оказалось, Алиса посещала йогу в одном из спортивных центров неподалеку от дома – это было плюсом и для меня, потому как мы жили в относительной близости друг от друга.

Собрав ноутбук в рюкзак, я собрался на очередную тренировку, или как называется эта буддистская хуйня. Я все-таки не собирался постигать дзен, или уходить в нирвану. По крайней мере я знал одно отличное средство, что помогало достичь того же результата, только называлось оно иначе – гидропоника!

20

Я зашел в большой танцевальный зал. Пожалуй, один из самых больших, на втором ярусе трехэтажного комплекса. По крайней мере, он казался именно таким. Типа, большие зеркала на одной из стен, высокие полотки, а ещё пилоны, и очень много пилонов. А ещё много света. Столько же много ламп, сколько и пилонов. Я прошел сквозь открытую дверь и сел на лавочку. Заниматься я, само собой, не собирался совершенно. Просто решил зайти, посмотреть. Посмотреть не столько на йогу, и на то, как ей занимаются за деньги, сколько посмотреть на Алису. А её все не было.

Кстати говоря, мне даже платить за это посещение не пришлось. Там действовала политика первого опыта, типа как если ты пришел, посмотрел, а если понравилось – оплатил абонемент. Но только в том случае, если тебе на самом деле это понравилось, ведь если нет – оставь деньги при себе! Задумавшись об этой политике, я представил, как было бы классно, если бы с проститутками все было так же. Типа, ты такой присунул, и если понравилось – заплатил, а если нет – высунул обратно.

– А вы, молодой человек, – подошла ко мне женщина средних лет, в спортивном костюме, пока я доставал из рюкзака ноутбук, – чего пришли? Танцевальная группа для девочек от десяти лет, уже закончила тренировку. Вы немного опоздали.

– Ага, – протянул я, глядя на телефон, а там и на часы, – Лет на десять опоздал, а потом ещё полом ошибся…

Женщина, смутившись, посмотрела на меня снизу вверх, пока я продолжал:

– Я думал, что сейчас здесь должна быть тренировка по йоге.

– Тренировка? – улыбнувшись, закатила она глаза, стоя надо мной, как истукан.

– Ну, я не знаю точно, как это называется, – почесав затылок, уточнил я.

Она была весьма недурна собой. Такая, знаете, мамочка. Примерно за сорок, с копной густых черных волос, завязанных в тугой хвост. Вся из себя спортивная, и я готов был отдать что угодно в споре о том, что наверняка под её свободной футболкой скрывался точеный рельеф пресса. У меня такого никогда не было. И не будет, наверняка, тоже – никогда.

А ещё я вспомнил, что она эта мадам очень похожа на порно-актрису, фильмы с которой я смотрел пару ночей назад. Такие же большие глаза, тусклые губы, острые скулы. Кстати, её бицепс был куда больше моего, да и вообще, рядом с ней я чувствовал себя толстым прыщавым мальчишкой, но в этом не было её вины – я сам был виноват в том, что я не следил за собой. А она следила, и вероятно, очень усердно.

Постепенно танцевальный зал наполнили люди. Очень много людей. Человек тридцать, и все они были разные. Какие-то домохозяйки, жирные любители перекусить на ходу, дрыщавые студенты – контингент подобрался разношерстный. Алисы все ещё не было. Я так же сидел на лавке, открыв ноутбук на коленях, а женщина, имени которой я не знал, сверлила своим взглядом, будто бы вокруг не было больше никого.

– Я здесь просто посижу, – сказал я, не дождавшись от нее каких-то слов.

Мамочка сложила руки на груди. На большой, между прочим!

– Ты журналист что ли? – недовольно фыркнула она.

– Типа того, – соврал я, посматривая в ноутбук. – Мы в книжном клубе прочитали книгу «Здесь и сейчас», и я не то чтобы любитель поэкспериментировать с травкой, но мне показалось интересным заглянуть в секцию йоги. Ну, или как это называется

– Ладно, – шмыгнув носом, ответила она, расправляя руки по швам. – Только не мешай моим гостям…

Развернувшись, мамочка ушла в другой конец большой комнаты, наконец-то оставив меня наедине с ноутбуком и мыслями о том, что кажется, моя легенда сработала. Кстати, чуть позднее, задержавшись всего на пару минут, в зал прибежала Алиса. Не заметив меня на лавке, она вытерла пот со лба, закинула полотенце в свою сумку, бросила багаж на лавку напротив и присоединилась к группе, в которой мамочка была главной. Типа, она была их духовным наставником. Гуру, или как-то так. К черту весь этот сленг, если я его не знаю!

Проведя несколько минут в полной тишине, я постарался понять, какого черта они вообще делают. Все они. Люди, похожие на плешивое стадо, они сворачивали ноги в позе лотоса, а затем закрывали глаза и мычали известное всем: «Ом-м-м-м». И вправду – как стадо баранов! Мне даже стало немного обидно, ведь я совсем не этого ждал от современной йоги.

Я упоминал выше одну книгу «Здесь и сейчас». Дело в том, что на тренировке по поиску собственного я, которой показалась мне вся эта современная йога, не было ничего запоминающегося. В смысле захватывающего душу и тело. Поэтому, я лучше опишу вам пару своих мыслей от той книги. Все равно, как я говорил – ничего интересного, в последующий час моих посиделок, там не было. Только жопа затекла, да и только.

Так вот – знаете, тот самый момент, когда по достижении какой-то очень важной для вас цели, вы ощущаете совершенно другое, нежели радость? Каждый раз, достигая какой-то цели, либо приобретая нечто новое, и неизведанное, в надежде получить удовольствие, и постичь настоящее счастье – вы разбиваетесь о камни сомнения и недовольства. Недовольства, как самим собой, так и происходящим вокруг.

Я назвал бы этот момент Мнимым Счастьем.

Каждая материальная вещь, о которой вы мечтаете, либо мечтали – с наступлением момента вашего владения этой вещью, вместо удовольствия вы не чувствуете ничего. А ведь должны! Ведь вам кажется это таким простым – получить желаемое, чтобы ощутить своё чувство собственной важности. Это относится к совершенно любой материальной ценности. Купите ли вы новый автомобиль, либо сходите в магазин за новой книгой, или, к примеру, приобретёте коллекционное издание Боба Дилана. На виниле! И плевать, что у вас нет проигрывателя – вы купили, а потому должны быть горды этим. Вы должны гордиться тем, что у вас есть, как и тем, что приобретаете сейчас и в будущем. Но давайте будем честны друг с другом – мы никогда не были по-настоящему счастливы, обретая те или иные материальные вещи. В конце концов – это всего лишь материя. Всего лишь нечто, что было сделано людьми, такими же, как и мы сами. Я хочу сказать, что совершенно не важно, что вы хотите, или какую цель вы себе ставите. Все дело в том, что – это не важно. Не так важно, как например наше мироощущение.

Скажу ещё проще: все, что мы покупаем, находим, приобретаем и выкупаем, не приносит нам удовольствия лишь только потому, что по сути своей не важно. Конечно – цель достигнута, а вещь взята. Но будете ли вы чувствовать себя счастливым? Возможно только первое время. А потом все начнется заново. Новые цели, новые вещи, новые стремления и убеждения. Новые желания и мечты.

Я хочу сказать о том, что наша жизнь от начала и до конца полна новых впечатлений и возможностей. Приобретая нечто новое – оно перестает быть для нас новым, и становится обыденным. Вместе с этим, в нашей жизни появляются новые желания и мечты. Мы хотим что-то новое. Мы всегда хотим что-то новое, неизведанное. Мы всегда хотим попробовать то, что не пробовали раньше. Конечно – не все люди такие, какими я их описываю. Однако большинство живет именно так. Большинство, в том числе и я, до какого-то момента, откладывали половину своей зарплаты, чтобы после порадовать себя чем-то, к чему хотелось только прикоснуться. Так было и со мной. В моей жизни были времена, когда я очень долго отказывал себе во всяческих удовольствиях, лишая себя средств. Как материальных, так и духовных. Сказать по правде, раньше я вообще не думал о душе. Вместо этого, я откладывал деньги. Откладывал в мечтах о какой-то новой вещи.

Я ночами не спал, представляя себя с этой вещью.

Мне казалось, будто стоит этой вещи появиться у меня, как все вокруг поменяется.

И краски вокруг станут ярче, и тучи скроет горизонт, а когда все узнают, что у меня есть – сразу же начнут меня уважать и любить. Однако, как я приводил в примерах выше – стоило мне заполучить желаемое, как оно в тот же час лишалось смысла. Всё это приводит нас к пониманию того, что вещи материальные – есть ничто. Но нечто большее, как духовное, пожалуй, есть всё. За этим и нужно идти. К этому нужно стремиться. Ведь продолжая идти именно к этой цели – постижения внутренней гармонии, сквозь духовное бытие – вы никогда не будете огорчены, ибо конца, у этой цели нет.

Я как раз закончил описывать эту свою большую мысль в ноутбук, как занятие, кажется, подошло к концу. Заглянув в экран телефона, я сам себе удивился – за долгими моими раздумьями о мнимом счастье прошло целый сорок минут чистого времени.

– Намастэ! – поклонившись до самых своих пят, закончила мамочка.

Люди начали медленно вставать со своих ковриков. Встала и Алиса. Пропотевшая, вероятно уставшая, но от чего-то довольная. Я так и не понял, почему её вставляла йога – я все пропустил. Однако, тем не менее, я был за нее рад. А ещё за себя, потому что задница уже практически закаменела, пока я сидел на твердом дереве в одной и той же позе. Да и колени вспотели, ведь так долго на них ещё ни одного ноутбука не было.

– Ты следишь за мной? – наконец-то заметила меня Алиса, подходя мимо меня к своей сумке.

– Да, как бы нет, – состряпав идиотское выражение лица, выдыхая, ответил я. – Я тут, как бы… ну, типа я тут случайно оказался. А ты тоже сюда ходишь?

– И что ты тут делал? – настороженно продолжала она, игнорируя мой вопрос.

– Я собирал материал для книги – ничего необычного. Мне нужно было какое-то тихое место, чтобы никто не доставал, и еще, чтоб интернета не было, а его по городу очень много.

– А дома, что? Не сидится? – достав из сумки бутылку с водой, продолжала она сыпать вопросами.

– Дома очень много порнухи. Я же говорю – по городу очень много интернета!

Кажется, я её убедил. Больше она ничего не спрашивала. Положила бутылку в сумку и собралась куда-то прочь из танцевального зала. Я вышел вслед за ней.

– А ты уже закончил? – удивилась она моему выходу.

– Да, вроде бы… – делая паузы между словами, ответил я.

– Ну, хорошо, – не спуская с меня взгляд, протянула она, и пропустила по коридору вперед.

Наверняка она собиралась зайти в раздевалку – туда бы я за ней не пошел. Это было бы глупостью планетарного масштаба. Я решил подождать её в фойе. Алисы долго не было. Я посмотрел на часы. Прошло сначала пять минут, а потом десять. Её все не было.

Она наконец-то спустилась. Вся из себя здоровая и бодрая, какой её очень сложно было заметить по окончанию занятия. Там она была уставшей, и даже очень. Но теперь все было в порядке – с распущенными волосами, натягивая на нос пластиковую оправу очков, она медленно, но верно продвигалась к выходу. Я пошел за ней.

– Может быть, ты уже отстанешь от меня? – словно параноик, спросила она, заметив меня за спиной, около выхода из комплекса.

– Проводить-то тебя можно? Ну, раз мы оказались вместе…

– Только если ты скажешь, что наша встреча оказалась случайной.

– Так и есть! – соврал я, чуть улыбнувшись и поджав плечи.

Она кивнула в ответ, а затем развернулась и продолжила путь. Закинув рюкзак с ноутбуком за плечо, я проследовал за ней. В какой-то момент мы поравнялись, и теперь шли нога в ногу. Погода, кстати, была прекрасной. Дождей уже не наблюдалось, и солнце жарило нещадно. Уж лучше так, чем мокнуть почем зря.

И знаете, сначала мне даже понравилась эта наша прогулка. Я такой смотрел на нее всю дорогу. Она смотрела под ноги. Я смотрел на нее и даже взгляда не отводил. Боковым зрением лишь определял, кого из прохожих стоит обойти, а кто обойдет меня. Она смотрела то под ноги, то в телефон. Кажется, ждала от кого-то звонка, или сообщения. А потом ей написали и она ответила. Потом снова и снова. Я продолжал сверлить её взглядом.

– Это я с Колей, – будто устав от моего взгляда, сказала она, лишь бы я отвернулся.

Это сработало.

– Планируем мой приезд, – продолжала она.

Мне стало не по себе, как это бывало раньше, когда она вспоминала про своего Колю. Я все меньше хотел продолжать нашу прогулку, но сдаваться было поздно – я ведь выждал целый час в том комплексе, а значит – заслужил. Моя жопа точно заслужила!

После пары десятков сообщений, она все-таки хоть ненадолго, но прекратила переписку и убрала телефон в задний карман штанов. Она была одета очень красиво. Со вкусом, как это умеют делать только девушки. На ней были синие джинсы в обтяжку, а ещё бирюзовая блузка. Белые кеды. Черная подводка на веках глаз. Да такая, что Алиса свободно могла улететь на той подводке, как на крыльях, куда бы она только захотела. И вроде бы ничего более, не считая спортивной сумки за плечами, что портила весь её вид. Она сказала, что понесет её сама – я не стал настаивать.

– Я вспомнил, кого ты мне напоминаешь! – пытаясь завязать хоть какой-то разговор, начал я немного издалека.

– Кого? – выкатив глаза, удивилась она.

– У тебя такая подводка на глазах. Ты похожа на Эми Уайнхаус!

Алиса немного замешкалась, а потом потянулась за телефоном. Открыла на нем свой плейлист и показала мне последний альбом названой мной певицы.

– Ага! – подтвердил я, пока Алиса улыбалась. – Она откинулась в двадцать семь…

Не нужно было этого говорить.

Это я понял уже после.

Алиса, тем временем, живо заблокировала телефон и положила его обратно в карман.

– Придурок, – будто бы без какой-то надежды в голосе, выдохнула она.

Я не стал ей возражать, придурком я и был. Зачем вообще начал про эту Эми – уже и не помню. Просто хотел разговорить её, а в итоге сделал все как обычно, и получилось все через жопу. Потом мы еще долго гуляли в молчании. Время от времени, когда её телефон раздавался пронзительным звоном, она доставала его из штанов, отправляла какое-то сообщение и клала обратно.

– Почему ты не пытаешься настроить меня против Коли? – внезапно спросила она, после очередной паузы.

– А какой в этом смысл? – отмахнулся я.

Она лишь удивленно пожала плечами и достала телефон снова. Я ведь совсем не то имел в виду. Просто не мог я сказать ей всего того, что имел в виду на самом деле. Было слишком рано. Возможно, если бы я всегда говорил ей то, что я думаю, мы бы никогда с ней вот так бы и не прогулялись, и все закончилось бы ещё тогда, когда я признался ей в том, что хочу выебать её на книжном форуме, прямо на своем столе. Или как я там ей сказал? Уже не помню…

Как раз мы подошли к набережной. Да в нашем городе была хоть какая-то, но набережная, и не рассказывал я о ней раньше лишь потому, что просто не было повода. Я не ходил туда никогда, а проходя мимо никогда не задерживался. Теперь же, мне показалось, что остаться на набережной хоть на чуть-чуть подольше – это отличая, мать его, идея!

Она согласилась.

Мы сели на небольшую лавочку, как раз у начала песочной полосы.

– Тебе что-нибудь взять? – спросил я, глядя на магазинчик неподалеку.

– Шоколадку, и какой-нибудь воды.

Оставив Алису наедине с набережной, я удалился прочь. Взяв ей несколько шоколадок, чтобы могла выбрать, я так же не забыл про воду. Взял самую дешевую, потому что разницы не было абсолютно никакой, как по мне. Я вернулся к ней, когда мимо Алисы проходил молодой накаченный парень, совсем без футболки, или хотя бы майки. Она сидела на лавке, а он проходил по песку, словно гарцуя, показывая ей все великолепие самого себя.

– Видел того парня? – спросила она, когда я сел на лавку.

– Ага. Так себе, – скривившись, отозвался я.

– Ишь ты – так себе…

Взяв одну из шоколадок буквально наугад, Алиса развернула пленку и откусила небольшой кусок.

– Я бы могла сейчас с ним где-нибудь гулять. Почему я понравилась тебе, а не ему?

– А что бы изменилось? – спросил я. – Ну, если бы ты понравилась ему.

– Туше! – улыбнулась она, взяв бутылку воды. – Ты мне все равно нравишься. И почему-то – таким, какой ты есть. Но будь ты хоть немного похож на того парня без майки…

Её слова воодушевляли меня больше, чем речь президента на инаугурации. Учитывая то, что они в чем-то были схожи – речь президента, и её слова – в целом я находил себя в весьма удовлетворительной форме. Парень без майки ушел куда-то вдаль.

– Пойдешь ко мне домой? – спросила она, запивая шоколадку. – Я хочу дорисовать твой портрет. Возможно, лучшего момента и не будет.

Я не стал её переубеждать. Просто согласился.

Мы ушли с набережной, не пробыв там даже и пятнадцати минут, однако все что мы могли там увидеть (я про накаченного парня!), – мы увидели, а остальное казалось не столь важно.

Подбираясь к нужному нам дому, все ближе и ближе, я достал телефон и набрал Веронике сообщение о том, что скоро приду к ним в гости. Алиса, тем временем, удивленно посмотрела на меня. Нет, она не знала, что я пишу, и кому. Просто была удивлена. Неужто тому, что с моего телефона тоже можно отправлять сообщения – не знаю. Вероника сказала, что будет меня ждать. Это обнадеживало. Потом я написал про то, чтобы она не говорила Алисе, как я узнавал у нее про нужный мне спортивный комплекс. Она и в этом согласилась меня поддержать.

Кажется, я завел себе нового друга. Девушку – друга, хотя все мы знаем, что нет никакой дружбы между парнями и девчонками. Как вообще может быть дружба между двумя полами, когда один вечно думает о том, как бы забраться в трусы другого. Так и живем.

Очень скоро, мы пришли к Алисе домой. Вероника, успела поставить чайник. Она встретила меня, будто совсем не ожидала увидеть – она была хорошей актрисой.

– Подождешь, пока я подготовлюсь? Через пару минут сможем начать.

– Конечно, – согласился я, поглядывая на часы в гостиной.

Мы как раз сидели на диване. Точнее, сидели только мы с Вероникой, пока Алиса ходила из комнаты в комнату, а потом, каким-то чудом переодевшись в домашнюю майку и шорты, ушла на кухню.

– И как тебе йога? – спросила Вероника с небольшой издевкой.

Жестом, я показал ей ребро ладони, которым то и дело проводил по горлу, типа: «Это было стрёмно». Вероника улыбнулась. А потом положила свою руку прямо на мой член. Он столь неожиданного поворота я вскочил с дивана и убежал на кухню. Алиса как раз закончила свои приготовления.