Текст книги "Глиняные лампы: 60 притч и рассказов, которые зажгут твое сердце. Нирвана – последний кошмар: Беседы об анекдотах дзен. Поиск: Беседы о десяти быках дзен"

Я сталкиваюсь с этим каждый день. Ко мне приходят люди чрезмерно дисциплинированные, контролируемые – почти невозможно проникнуть в их головы, они непроницаемы… они окружены каменной стеной. Они окаменели, заледенели. В них не осталось тепла, потому что, когда в вас есть тепло, существует опасность – вы можете что-то совершить. И они решили убить себя, просто отравить. Чтобы не утрачивать контроля, они предпочли не жить вообще.

Почему бы не стать каменным Буддой? – тогда можно притворяться спокойным, молчаливым, дисциплинированным. Но я здесь учу не этому.

Контроль следует отбросить вместе с вседозволенностью. Но вы в замешательстве. Вы можете выбрать только что-то одно – либо контроль, либо вольность. Вы говорите: «Если я отброшу контроль, я стану распущенным. Если я откажусь от вольности, я подчинюсь контролю». А я вам говорю: станьте осознанными, тогда и контроль, и вольность смоет в одну канализацию. Это всего лишь две стороны одной медали, но в осознанном состоянии не нужна сама эта медаль.

Дело было так…

Молодой парень, лет восемнадцати, выходит из комнаты. Обычно он был очень застенчивым и замкнутым, но этим вечером решил измениться. Одет он по последнему писку моды.

– Па, я сейчас поеду в город, – бросает он отцу, – хочу найти хорошеньких девочек. Я собираюсь до смерти напиться и весело провести время. И вообще, я собираюсь заняться всем, чем должен заниматься молодой человек вроде меня в самом расцвете сил, так что даже не пытайся меня остановить!

– Остановить? Подожди меня, сынок, – встрепенулся старик, – я только переоденусь!

Таково состояние всех, кто живет в условиях контроля – глубоко внутри у них бурлят подавленные желания, чтобы однажды просто взорваться. Только посмотрите на монахов в монастырях…

В Индии этот невроз широко распространен. Они все – невротики. Это важно понять: вы становитесь либо эротичным, либо невротичным. Если вы подавляете свой Эрос, сексуальность, тогда вы становитесь невротиком. Если вы освобождаетесь от невроза, вы становитесь сексуальным.

Но оба эти состояния – лишь разновидности безумия. Нужно быть просто собой – не впадайте в крайности невроза, и не будьте одержимы сексом. Будьте открыты для любой ситуации, встречайте все, что преподносит вам жизнь, просто принимайте ее и живите – но оставайтесь бдительными, сознательными, осознанными, внимательными.

Единственное, о чем следует помнить всегда, – это вы сами, необходимо непрерывное само-вспоминание. Вы не должны забывать себя. Действуйте всегда из самого центра вашего существа. Пусть каждое ваше действие исходит из глубины существа – тогда все, что вы делаете, будет добродетельно. Добродетель – это производная осознанности.

Когда вы действуете с периферии, вы совершаете грех, даже если это не выглядит греховно. Общество может быть довольно вами, но вы никогда не будете удовлетворены. Общество будет восхвалять вас, но в глубине души вы будете осуждать себя за то, что упустили жизнь, променяли ее на пустоту.

Ведь что такое общественное признание? Если вас называют святым – что в этом такого? Это только сплетни. Какое они имеют значение? Вы променяли существование на слухи. Вы променяли существование на мнение всех этих дураков, что вас окружают.

Живите из самого центра. Именно это и есть медитация. И постепенно вы почувствуете, как внутри вас возникает дисциплина – но она не навязана извне, а возникает спонтанно, естественно, будто распускается прекрасный цветок. Тогда вам станет доступной вся жизнь, и тогда вам откроется все ваше существо. И когда ваше существо встретится со всем существованием, между ними возникнет божественность, между ними возникнет нирвана.

Третий вопрос:

Ошо, это случилось с моей матерью в детстве.

Только послушайте… Это очень красивый вопрос.

Она сидела в повозке, запряженной лошадью. Неподалеку, у седельной мастерской, стояла телега с другой лошадью. Возница собирался сменить поводья прямо на улице.

Он снял шоры, и впервые лошадь заметила позади телегу, которую волочила до этого всю жизнь. Телега угрожающе выглядывала из-за лошадиного крупа. Естественно, животное дико перепугалось и понеслось вниз по улице, полное ужаса, таща за собой телегу.

Моя мать успела выпрыгнуть из своей повозки в тот самый момент, когда взбесившаяся лошадь перепрыгивала через нее, затоптав и повозку, и коня. Она продолжала нестись по улице, в надежде избавиться от телеги.

Я – лошадь. Тогда что телега?

Ты ошибаешься. Ты и есть телега. Лучше спроси – кто лошадь?

Ты еще не понял, что за лошадь находится внутри тебя. Тебе известна только телега. Ты ошибаешься с самого начала, если думаешь: «Я – лошадь». Ты лишаешь себя свободы. Ты находишься в рабстве у этого Я. Ты его заложник. «Я» – это твои шоры. «Я» – это твоя слепота.

Но ты спрашиваешь: «Я – лошадь. Тогда что телега?» Разумеется, ты не видишь телегу, потому что ошибочно принимаешь ее за себя. Ты заблуждаешься. Ты думаешь, что ты – лошадь… поэтому и не можешь разглядеть телегу. Но телегой являешься ты. Попытайся найти лошадь. Стоит только начать искать ее, как ты увидишь, что все твое «Я» состоит исключительно из оков и цепей, это твоя тюрьма.

Но ум очень хитер, он продолжает водить тебя за нос. Эта история очень красива, само происшествие уникально – фактически, это ситуация для сатори. Если бы твоя мать была немного осознаннее, тот момент мог стать для нее моментом озарения. Но и ты тоже ничего не понял – так действует ум.

Я читал одну историю…

Языки пламени обжигали одних грешников чаще, других реже – в зависимости от тяжести совершенного ими греха. Однажды так совпало, что у троих узников преисподней одновременно выдалась свободная минутка, и они решили поболтать.

– Во время земной жизни, – заговорил один из них, – я был евреем. Да, была у меня одна слабость – я любил сэндвичи с ветчиной. Сами видите, что из этого получилось.

– А мы спокойно ели ветчину, – подключился к разговору второй, – я был католиком. Но, к сожалению, я слишком вольно вел себя со слабым полом. Меня привело сюда прелюбодеяние.

Третий продолжал молчать. Тогда его спросили:

– Ну, а ты как попал в пекло?

– Я христианский ученый, – непоколебимо ответил тот, – а в этом месте совсем не жарко, и меня здесь нет.

Видите, даже в аду можно оставаться христианским ученым. Можно все отрицать. Христианская наука утверждает, что все есть лишь вопрос вашего ума: если вы говорите, что что-то существует, оно существует, а если вы говорите, что что-то не существует, то оно не существует. Если бы все было так просто… Однако все не так просто.

Один человек встречает христианского ученого, и тот спрашивает:

– Как поживает твой дядя?

– Он очень слаб и болен, – отвечает человек.

– Он только так думает, – заявляет христианский ученый. – Он вовсе не слаб и не болен – все это существует только в его уме. Он это выдумал.

Через неделю они встречаются снова, и христианский ученый спрашивает:

– Как твой дядя?

– Дела его значительно ухудшились, – отвечает человек. – Он уже два дня думает, что умер.

Ум продолжает выдумывать все новые и новые игры. Сначала вы пытаетесь спастись. Если этого не получается, вы начинаете думать, что вас здесь просто нет. Остерегайтесь этого.

Вы – телега. Не говорите: «Я не телега, я – лошадь». Это только очередной трюк ума. Стоит попасться на этот крючок, и вы не увидите истинного положения вещей. Вы никогда не поймете, где телега и кто лошадь. Все окончательно перепутается.

Все, что вам известно о себе, – это не вы. Это не имеет с действительностью ничего общего. Все, что вы знаете о себе, – это лишь набор мнений других людей о вас. Только задумайтесь – что вам известно о себе? И вы обнаружите массу подобранных со стороны сведений.

Вам говорят, что вы красивы. Вы подходите к зеркалу и видите, что действительно стали немного привлекательнее. Кто-то сказал вам, что вы еще никогда не выглядели так красиво, – что ж, должно быть, так и есть, иначе зачем бы он стал говорить? Вам говорят, что вы умный, и вы тут же начинаете верить в это.

Люди продолжают говорить что-то о вас, и вы собираете их мнения… обрывки газет… и в этом все ваше существо. Только взгляните на себя – вы обнаружите, что эту частицу вам дала мать, этот фрагмент вы получили от отца, этот – от брата, что-то вам дал учитель, что-то – священник. Только посмотрите – вы насобирали целую телегу!

Как только вы поймете, что все это позаимствовано у других людей, вам не составит никакого труда выбросить весь этот хлам. Стоит только обнаружить – и лишний груз отпадет сам собой, и на его месте возникнет осознанность. Эта осознанность и есть лошадь. И тогда окажется, что нет никакого «Я» – самое большее, остается естьность, но в ней нет никакого «Я».

В этом мире нет ничего иллюзорнее эго. Но если вы принимаете его, оно создает тысячу и одну иллюзию – эго очень плодовито. Оно не признает контроля над рождаемостью – оно продолжает рождать все новые и новые иллюзии. Эго – мать всех иллюзий.

Четвертый вопрос:

Ошо, как можно оставаться свидетелем, когда полностью сливаешься с настоящим моментом в любовном экстазе? Меня это немного смущает, потому что, когда человек увлечен возлюбленным, наблюдать ситуацию не представляется возможным.

А кто тебе сказал, что нужно наблюдать? Я не говорю: «наблюдайте», я говорю: «будьте бдительны», – а это совершенно разные вещи. Когда вы наблюдаете, вы смотрите глазами ума. Когда вы бдительны, вы просто бдительны – вы ничего не наблюдаете. Когда я прошу вас быть бдительными, я имею в виду, что не нужно спать.

Бдительность никак не связана с умом. Наблюдение же целиком рождается от ума. Наблюдать – значит смотреть на ситуацию со стороны. Быть бдительным – значит оставаться внутри ситуации, но не засыпать.

Разумеется, вы упустите всю соль, всю красоту любви, если будете наблюдать. Но люди продолжают заниматься именно этим – они стали наблюдателями. Поэтому каждый раз, когда я говорю «будьте свидетелем», вы думаете о «наблюдении».

Люди превратились в наблюдателей. Особенно на Западе – там люди подсматривают за всем. Неважно, что именно вы смотрите – кино, телевизор, футбольный матч, или чей-то танец, или занятие любовью, – вы просто наблюдатель. Актеры в фильме занимаются любовью, а вы сидите в кресле и наблюдаете. Какая глупость! Займитесь любовью сами или ступайте домой. Зачем наблюдать? Кажется, общество составляют одни вуайеристы. Все только этим и занимаются – продолжают наблюдать. Чего вы хотите добиться этим?

Я слышал, что некоторые люди не могут заниматься любовью в темноте, потому что им необходимо наблюдать. Им хочется смотреть на себя со стороны во время занятия сексом, и они занимаются им при полном освещении. Здесь что-то не так. Ведь любовь – это таинство, и случиться она может только под покровом темноты. Как только вы начинаете наблюдать, любовь исчезает. Вы становитесь вуайеристом.

Женщины на инстинктивном уровне гораздо глубже осознают этот феномен. Они всегда занимаются любовью с закрытыми глазами. А если женщина не закрывает глаза, можете быть уверены – вы спите с представительницей феминистского движения. Они пытаются стать такими же, как мужчины – такими же глупыми. Настоящая женщина всегда закрывает глаза – ведь это так невообразимо прекрасно: быть внутри, оставаясь бдительной. Внутри так многое происходит… такой сильный поток энергии, такой глубокий резонанс, такая музыка и такая тишина, такой потрясающий танец оргазмических переживаний – что тут наблюдать? Можно только наслаждаться, восхищаться, можно танцевать, купаться во всем этом. Какой смысл наблюдать?

Я слышал, что некоторым людям нужен не только свет. Они повсюду устанавливают зеркала, чтобы со всех сторон наблюдать себя во время занятия любовью. Но любовь здесь не важна, важно само подсматривание. Любопытные Томы… подглядывающие через замочную скважину, чем другие занимаются в ванной комнате. Вы бы хотели и на себя посмотреть сквозь замочную скважину. Но это невозможно – ведь вы либо в ванной, либо за дверью, вы не можете быть там и там одновременно. Тогда люди стали изобретать различные устройства.

Я слышал о людях, которые установили в своих спальнях фотокамеры с автоматическим спуском – так они могут спокойно заниматься своими делами, а камера будет снимать их. А после они могут посмотреть, как это было. При этом не важно, что именно было, – но сам просмотр…

Это болезнь. Если выдернуть дерево из земли, чтобы посмотреть на корни, дерево погибнет. Корни должны оставаться в темноте. Большая часть работы существования происходит в темноте, потому что свет несколько насильственен. Ребенок рождается в глубине материнской утробы… там темно, свет не проникает. Там он растет. Семя растет в земле, в темноте земной утробы – там оно раскрывается, пробивается наружу. Все красивое рождается во тьме. Никогда не будьте наблюдателем.

Свидетельствование – совсем другое дело. Путаница возникает из-за слов, потому что свидетельствование означает также и наблюдение. Но попытайтесь понять меня. Бдительность означает, что вы просто занимаетесь любовью и не засыпаете, вот и все. Погрузитесь в нее как можно глубже. Растворитесь в ней. Позвольте оргазму поглотить вас. Пусть божественность любви завладеет вами. Трепещите, словно маленький листок на сильном ветру. Позвольте божественности любви изливаться на вас отовсюду, со всех сторон. Пусть она затопит вас, но только не засыпайте. Оставайтесь бдительными.

Я не говорю вам: «Наблюдайте». Когда вы наблюдаете, вы становитесь глазами, и тогда целостность теряется. Но когда вы бдительны, вы бдительны как единое целое. Бдительна каждая клетка вашего существа. Бдительно все существо. Бдительность наделена совершенно иными качествами.

Но из-за слов столько путаницы. И мы стали такими знающими – мы всегда можем истолковать слова по-своему. Мы продолжаем играть со словами.

Была такая история:

Маскович изрядно устал, расхаживая по длинным музейным коридорам, и решил сделать перекур. Но только он закурил, как к нему подошел разгневанный охранник.

– Вы это видите? – спросил он и указал на знак, висящий на стене, – на нем красным по белому было написано: «Курить запрещено».

Маскович внимательно посмотрел на знак.

– Да, но тут не написано «категорически», – сказал он.

Всегда можно найти выход, используя слова. Я говорю «бдительность». Я никогда не говорю «наблюдение». Наблюдение – это крайне напряженное занятие. Вы сужаете свое восприятие. Бдительность – это расширенное сознание. Вы не сужены, напротив, вы широко раскрыты.

Наблюдение предполагает концентрацию. Вы концентрируетесь, словно стремитесь попасть стрелой прямо в центр мишени. Вы фокусируете свое внимание, исключаете из поля зрения все – перед вашими глазами только мишень. Вы забываете обо всем. Необходимо исключить все, сознание нужно пригвоздить к цели. Вот что такое наблюдение.

А бдительность – это медитация. Вы полностью раскрыты, открыты все ваши двери – вы ни от чего не отгорожены, абсолютно уязвимы. Ничто не исключается.

Вы можете слушать меня двумя способами. Вы можете концентрироваться. Тогда пение птиц будет вас отвлекать, потому что вы вынуждены исключать его. Или вы можете медитировать вместе со мной. Слушайте меня медитативно, тогда пение птиц станет частью всего процесса, его не придется исключать. Они говорят о том же самом, только по-своему, – они ваши друзья, и вы полностью раскрыты. Вы позволяете случиться всему: все окна открыты, все двери открыты, ветры со всех направлений дуют беспрепятственно. И вас ничто не отвлекает, потому что вы ни на чем не концентрируетесь.

Ко мне приходят люди и спрашивают: «Мы не можем сосредоточиться. Как перестать отвлекаться?» Я говорю им: «Перестаньте сосредотачиваться – тогда не будете отвлекаться. Вы создаете проблему отвлечения самой попыткой сосредоточения».

Медитация – это не концентрация. Она ничего не исключает. Напротив, она включает все. Постарайтесь уловить разницу: в вас не просто открыта узкая щель, вы открыты целиком и полностью. Все проникает в вас. Тогда пение птиц обогащает вас. Где-то залаяла собака – и вы стали богаче. Ничто вас не отвлекает, пока вы не концентрируетесь. Вы сами создаете проблему, пытаясь сконцентрироваться.

Быть бдительным – значит быть открытым, живым, не спящим, не в плену у бессознательного. Но это не результат наблюдения. Наблюдая, вы становитесь напряженными. Если вы пытаетесь наблюдать, вы утрачиваете целостность, вы разделяетесь. Тогда одна часть занимается любовью, а вторая патрулирует спальню, словно полицейский. В таком случае вы не можете быть тотальны в своем действии. А тогда не за чем и наблюдать – любви нет. Растворитесь.

Если вы полностью растворитесь в любви, вы ощутите, как в вас появляется новое качество осознанности. Оно похоже не на карманный фонарик – свет фонарика сконцентрирован, узко направлен, – а скорее на лампу, свет которой излучается во все стороны. Позвольте любви быть тотальной, и тогда в ней родится осознанность. Не создавайте себе проблем.

Я знаю, вы продолжаете недопонимать меня, потому что продолжаете интерпретировать. Что бы я ни сказал, вы интерпретируете мои слова в соответствии с вашей обусловленностью, мыслями и идеологией – так вы все разрушаете. Просто слушайте меня, не пытайтесь интерпретировать. Оставляйте мои слова нетронутыми, насколько это возможно.

Я не говорю ничего сложного. Я сообщаю вам простые истины. Но вы все усложняете, запутываете. Вы одержимы усложнением. Сначала ум создает проблему, а потом сам же мастерски решает ее.

Если слушать меня правильно – бдительно, осознанно, – вы сможете почувствовать смысл моих слов. Это трудно выразить, но если вы открыты, полны любви и доверия, вы уловите суть сказанного.

Вот почему так необходимо доверие. Поэтому я настаиваю, чтобы вы стали частью моей семьи. Да, вы можете присутствовать здесь в качестве постороннего, как гость, вы можете не быть при этом саньясином – но в таком случае вы многое упускаете. Я буду продолжать говорить то же самое, но вы не поймете меня – сомневающийся, недоверчивый ум будет все время вмешиваться, разрушая и искажая мои слова.

Но когда вы расслабитесь, когда примете меня, сдадитесь, доверитесь мне, тогда все, что я говорю, обретет для вас совершенно иное качество. Только тогда придет понимание.

Пятый вопрос:

Ошо, я слушаю тебя уже в течение целого года, и до сих пор каждое утро – это новое приключение. Я жду твоего появления с замиранием сердца, с непонятным волнением. Неужели такое возможно даже после того, как я слушал тебя целый год? Пожалуйста, расскажи об этом.

Если ты действительно слушаешь с любовью, тогда я могу говорить в течение многих и многих лет, в течение многих, и все равно каждое утро ты будешь испытывать волнение. Любовь все обновляет, потому что любовь никогда не накапливает прошлое. Любовь никогда не становится бременем, она не собирает пыли. Зеркало остается чистым.

Но если вы слушаете умом, такое вряд ли возможно. Тогда год – это уже слишком долго. Вы так плотно забьете голову, так потяжелеете, что начнете терять терпение, и душевное волнение пройдет – потому что ум непрерывно стареет. Ум стареет из-за того, что накапливает прошлое.

Когда вы слушаете сердцем, в вас ничего не скапливается. Каждое утро вы приходите, как будто вновь – как свежая капля росы, как только что распустившийся цветок.

Фактически, я не занимаюсь здесь разговорами. Скорее, я пытаюсь добраться до самого центра вашего существа. Слова – это только повод. Я говорю только для того, чтобы занять вас, – так я могу глубже проникнуть в вас. Слова создают климат, в котором я могу проникнуть в самую глубину вашего существа.

Если ты слушаешь сердцем, то это может длиться вечно – ты никогда не устанешь. Любовь всегда увлекает, потому что любовь всегда нова. Сердце всегда увлечено – ему никогда не становится скучно, ничто его не обременяет. Но уму все надоедает, все его тяготит.

Наслаждайся. Это благословение – оно случается редко… с очень немногими людьми. Птицы не перестают здесь петь, но каждый раз их песня нова, потому что их пение ничего не значит.

Если бы я пытался передать вам некое значимое послание, то рано или поздно ваш ум пресытился бы. Он бы сказал: «Ну, все, с меня довольно!» Но мне нечего передавать. У меня нет никакого послания. Я сам и есть послание.

Мне вам нечего передать, кроме самого себя. Я не даю вам никакого учения. Я не учитель. Запомните меня как певца, поэта, танцора – так будет вернее.

Последний вопрос:

Ошо, любовное послание: ты слишком много говоришь.

С тех пор как я достиг просветления, я не проронил ни слова. Вы все это время слушали кого-то другого, не меня. Я храню молчание. Послушайте внимательнее, и вы поймете: я не произнес ни слова. Тут какая-то ошибка. Возможно, во сне вы слышали, как я говорил. Но я не говорил.

Говорит только тот, кто бессознателен. Когда вы становитесь сознательными, вы смолкаете.

Анекдот:

Джорджу Джонсону, бывалому холостяку средних лет, много раз удавалось избежать ловушки брачных уз, но в этот раз он был безнадежно влюблен в одну молодую красавицу. В конце концов он спросил:

– Ты выйдешь за меня, Нэнси?

– О, да, Джордж, конечно! – с радостной улыбкой ответила она.

Последовала продолжительная тишина. Наконец Нэнси не выдержала:

– Джордж, ну скажи же что-нибудь.

– Кажется, я и так слишком много сказал, – упавшим голосом произнес Джонсон.

В бессознательном состоянии вы говорите слишком много даже тогда, когда почти ничего не говорите. И вы становитесь заложником сказанного. Если неосознанные люди будут молчать, мир станет значительно лучше.

Когда вы становитесь осознанными, вы можете говорить бесконечно долго – и этого никогда не будет много. Мир станет значительно беднее, если замолчат те, кто достиг.

На сегодня все.