Читать книгу "Мы просто снимся бешеной собаке…"

21

«Здравствуй, любимая женщина!… Здравствуй, милая Смерть. Пишу тебе из бледно-розовых застенков. В смысле, говорю… Из такого странного места, что даже существование живого гангста-корабля не выглядит странней.

Очнулась я в молекулярной сети. И совсем не удивилась. Человек ко всему привыкает. И не важно, какой у него цвет кожи. Хоть небесно-голубой, хоть бледно-розовый. Много лет назад жила на Земле клевая расса… Так они вообще были черные, прикинь? Эти парни только тем и занимались, что курили траву, палили из огромных пушек, трахали черных грудастых сучек и сочиняли баллады о своем житье-бытье… О том, как они долбят косяки, стреляют из волын во все подряд и натягивают своих печальных сук… Потом они перешмаляли друг друга из-за баб и наркоты и стали классикой. Подарив бледно-розовым парнишкам симфонию черного гетто – гангста-рэп.

Я сидела на железной койке в отдельно взятой железной клетке. В соседних «аппартаментах» парились на нарах мои любимые космические негодяи. Кукла Банш, Костыль и Паштет… И только Тупака не было видно. Либо его разобрали на запчасти для борща… Либо он опять отважно смылся. Надеюсь, что второе. Такой финал мне больше по душе. Мы сидели в клетках как подопытные крысы… Вот сейчас откроется дверь, зайдет огромный чокнутый профессор, возьмет нас на ручки, вколет какую-нибудь баланду… И адьос амигос! Здравствуй, райский уголок… Прощай, бледно-розовый мир.

Наверное, мне вообще не надо думать. А чисто применять кун-шу… Потому что я вечно все накаркиваю… Или как там правильно? Дверь в железный заповедник отворилась и зашел тот самый ОН… Профессор. Не очень огромный… Но метра два в нем было. Худощавый лысоватый блондинчик в стильных очках. Лет за тридцать… Примерно как Эрм… Только не такой красивый. В белом халате без скафандра. Видно знал, что наши вирусы безвредны. Наверное, он был прикомандирован к нам для отсоса мозга… Вряд ли он нас ненавидел… Он просто был яйцеголовым! И рубился за идею. За научный интерес. Ему, наверное, вообще было плевать на вирусы. Он всю жизнь провел наедине с микроскопами и Лаурой Лион. Дельта-волны ничем не ущемили его научный аскетизм. Мало того, они не смогли его даже убить! Потому что, когда взорвалась сверхновая, он писал свою очередную гениальную диссертацию, сбежав от мира… И только Лаура Лион витала над ним в тишине, навевая счастливые сны.

Почему-то всех мужиков сначала тянет ко мне… И дальше меня они обычно не идут. А оседают где-нибудь недалеко. В последнем заветном окопе… Может, из-за моего богатого внутреннего мира? А-ха-ха… Вот и блондинчик на форсаже пролетел все клетки и направился прямиком ко мне. Отпер дверь, зашел, присел на краешек железной койки. Я уже знала, что он скажет. Ну по крайней мере большую часть его слов. «Привет! Я такой-то такой-то охрененно-классный-парень… Пить будешь?» И не ошиблась.

– Привет! Я Виктор Михайлович Порох. Член-корреспондент Академии Наук. Можно просто Витя… Можно просто Порох… А ты небесно-голубая шпионка? Ну короче… Тут такое дело… Будешь пить?

– Наливай! Похер. Тьфу ты… Порох.

Паренек просиял и побежал за спиртом. Знаю я этих академиков! Кроме спирта ничего не признают. Все должно быть идеально! И алкоголь девяносто девять градусов. Он вернулся с трехлитровой банкой, до краев наполненной прозрачной жидкостью… Спросил: разводить? Я сказала: ни за что! Член-корреспондент посмотрел на меня, как на богиню идеальных оргий, налил две пробирки, достал из кармана плавленный сырок и пакетик сока. Чокнулся со мной и выпил. Я была связана, и Порох галантно залил в меня спирт. Хрустальная ледяная жидкость понеслась по венам. А душа улетела в рай.

– Как же вас называть, дорогая?

– Зови меня просто… Тень. И можно на ты.

– Я очень извиняюсь за неудобства! Здесь происходят жуткие вещи… Но я всего лишь ученый. Создание вакцины для БОГов – дело всей моей жизни.

– А ничего, что ты для этого отсасываешь мозг? У меня и моих друзей.

– Другого пути нет. Понимаешь… Это наука! Торжество разума.

– Так развяжи меня, Похер! Да чтоб тебя… Порох. Развяжи, и я покажу тебе настоящее торжество!

– Вырвешь мне сердце?… А кто же тогда вакцину откроет?… И нацию спасет? Извини, у меня предназначение. Вынужден оставить тебя в сетях.

– Окей… Тогда наливай!

Мы вздрогнули еще раз. А потом еще… Космические пираты мирно спали на шконках и пропускали самый кайф. Порох достал «Честерфилд»… Ровный паренек! Закурил сам и угостил меня… Алкоголь разогнал по телу всю мою вселенскую тоску. Распределил ее равномерно в каждой клеточке. И душа перестала болеть… На время. Хотя бы… Так.

– Что это за место, Порох?

– Место такое, что охренеть – не встать.

– Военная тайна?

– Да.

– И даже мне не скажешь?

– Тебе скажу.

– Ну и?

– «Лахта».

– И что?

– Ты же шпионка! Должна все знать.

– У меня приказ: взорвать ваш генератор анти-поля… Остальное побоку.

– Ну ты даешь! Вот это резанула правду-матку.

– Да расслабься! Меня убили год назад, и миссия сорвалась. А сейчас уже поздно. Так что я здесь просто так… От фонаря тусуюсь.

– Я тебе сейчас покажу, как эта хрень выглядит снаружи! И ты поймешь.

Он достал планшет и щелкнул файл. Я увидела изображение нашей тюрьмы во всей красе и выпала в осадок. Смерть… Я клянусь тебе! На фотографии пронзал ночное небо как сверкающий черный обелиск… Наш корабль! Я чуть с кровати не упала. Межзвездный крейсер, полкилометра от носа до кормы! Тот самый, что взорвался год назад. Это был «Осколок Неба».

– Так это же наш корабль.

– Ну да… Ваш.

– И давно он здесь?

– Тридцать тысяч лет.

Вот такая тема… Порох рассказал мне историю «Лахты». Тридцать тысяч лет назад компания «Газпром» бурила скважины и наткнулась на огромный кусок металла внеземного происхождения. Это и был гиперкрейсер «Осколок Неба». Находка оказалась настолько глобальной, что ее тут же решили скрыть. «Газпром» перетащил корабль в Питер по частям и на берегу Финского залива построил небоскреб «Лахта». На самом деле – это была тайная программа государственных спецслужб по камуфляжу межзвездного корабля. Первое успешное применение биполярных пространственных технологий. Небоскреб существовал одновременно в двух измерениях. В одном – это был бизнес-центр «Лахта». В другом – корабль пришельцев.

На исследование объекта были мобилизованы лучшие ученые Земли. Звездолет признали собственностью ООН. И всю информацию о нем засекретили… Сначала Порох показал мне фотографию корабля без камуфляжа, и это был шок… Я подумала: вот он, наш родной «Осколок Неба»! Затем он открыл снимок в измерении бизнес-центра… Это был обычный небоскреб. Слегка напоминавший очертаниями звездолет. Существование корабля держали в тайне, даже после контакта двух цивилизаций. Наша разведка ничего не знала… А через тридцать тысяч лет размякший академик Порох продал мне родину после третьего стакана. Прямо дух захватывает от собственной крутизны.

Космический крейсер был найден в слоях, образовавшихся сто миллионов лет назад… Прикинь, Смерть? Наш корабль целую вечность пролежал в земле! Тридцать тысяч лет простоял как камуфляжный небоскреб, и хоть бы что… Умели наши предки строить! Очевидно, звездолет угодил в прошлое, в результате столкновения с астероидом год назад. На гиперсветовых скоростях все возможно. «Осколок Неба» провалился в межвременной коридор, пробил стомиллионный слой и упал на Землю в мезозойской эре. Он пролежал в земной коре до наших времен и был найден газпромовцами. В первую тысячу лет исследования корабля почти ничего не дали… За исключением принципа работы гипердвигателя… На основе полученных данных были построены первые сверхсветовые корабли. Началось освоение Вселенной. Земля была колыбелью бледно-розового мира. Но с развитием межзвездной колонизации пришла в упадок. Через тысячу лет после находки звездолета предки Эрма освоили космос, заселили ближайшие галактики и открыли инфрасвязь. Модуль связи на «Осколке Неба» был дешифрован. И бледно-розовые послали сигнал на нашу родную планету Зуриан.

А вот дальше, Смерть… У меня просто едет крыша! Наши цивилизации встретились, обменялись технологиями и продвинули друг друга на сотни лет вперед… Знакомая песня, да?… Чувствуешь, чем пахнет?… Мы с тобой прилетели на Землю, чтобы уничтожить бледно-розовых. Потеряли корабль. Свели бледно-розовых и небесно-голубых. Развязали Великую Войну… Утопили Вселенную в крови… И произвели на свет самих себя! Когда я до всего доперла, я выпила четыре пробирки спирта подряд и чуть не сдохла с перепоя. Вот и взрывай после этого генераторы анти-поля! У меня до сих пор руки трясутся. Эх, мать… Мы с тобой такие сучки! Целую нежно… Твоя Тень.»

22

«Салют моей любимой Тени! Да уж… Порадовала ты меня cвоим последним письмом… Это что же выходит? Мы прилетели на Землю, чтобы выжечь дельта-волнами Вселенную и появиться в голове небесно-голубой герлушки? Чтобы прилететь на Землю… И так далее, сто тысяч пятьсот раз. Я от этих мыслей чуть с катушек не слетела. Хорошо еще, что Порох был тут как тут. И устроил мне бескомпромиссный опохмел «после вчера»… Так что извини, если с дикцией напряги. Медицинский спирт – суровая вещь.

Тупак действительно слинял. Когда его хотели запихнуть в ангар для гиперлетов, космический гангста-рэппер вырвался и был таков. Его пытались догнать, но не смогли. Где он сейчас бродит – не знаю. Наверное дрыхнет «в засаде». На самого себя… Ха-ха… Ну и клево. Хоть один из нас избежал ужасов бледно-розового плена. Гребаный спирт у меня в печенях уже, честное слово! Он у меня уже, наверное, булькает на уровне горла. Порох, добрая душа. Лучше бы он так меня кормил, как поит… Но нет. Мы должны неделю не есть, чтобы отсос спинного мозга прошел как надо… Суки бледно-розовые! Дайте только освободиться от молекулярной сети. Я вас мигом на перо поставлю. На мой кинжал из ребра корнезуба. Но никто нас не освобождает… Инфрафон молчит… Звездолет экранирует все инфраволны, кроме полицейских. Ну еще бы! Я сама здесь систему безопасности паяла. Ни один таракан не проскочит. Отстой, короче, полный… Осталось только пить.

Представь, Тень… Бледно-розовые собрались лететь на Зуриан! Чтобы наловить там наших братьев и пустить на вакцину… Вдруг им нас не хватит? Продуманные твари… Зомбо-кошки им тоже нужны. Они из них собрались давить трупный яд. Второй секретный ингридиент вакцины. Где-то здесь их тоже прячут… И самое хреновое: биполярность корабля им только на руку. Нас и кошек бледно-розовые держат в звездолете. А для толпы – другая тема: разрушенный и разграбленный мародерами бизнес-центр «Лахта». Даже если друзья придут за нами, я не знаю, как они пробьются? Зайдут, попинают пустые банки из-под «Фанты». Походят по этажам… И мы их даже будем видеть на мониторах… Но они нас не найдут! Потому что мы в другом измерении. Вместе с Порохом и цистерной спирта. Вот такой отстой…»

В этом месте сообщение Смерти обрывалось. И переходило в богатырский храп. Не вынесла душа небесной леди столкновения с королем пробирок и халявного спирта. Русским парнем с простой фамилией… Порох. Смерть срубилась на полуфразе и рухнула в алкогольную кому. И судя по головной боли, падала она очень долго. И неизвестно… Упала ли вообще? Я ощутила странную подвижность в теле. Молекулярная сеть валялась на полу. И все кругом оргазмично вибрировало. Знаю я это чувство! Когда звездолет пробивает стратосферу и вырывается в открытый космос… Е-мое. Неужто мы летим?… Куда?… Зачем? Я впала в ступор… Клетки рядом со мной были пусты. Ни Куклы, ни ее соратников там не было. Даже Порох пропал. А на край моего матраса вдруг запрыгнул рыжий зомбо-кот. Вот это номер…

– Мы угнали корабль! И объявили его территорией любви… Как президент Свободной Зомбо-Зоны выношу тебе свой дружеский респект.

Слова, конечно, принадлежали коту. Какое-то время он тарахтел и наблюдал за мной бездонно-честными глазами. Наверное, это был Патрик. Только пацифист мог нести подобный бред. Спустя минуту он продолжил:

– Все твои друзья, вместе с зомбо-кошками, пинают последних муниципалов и забивают ими гипершлюпку… Я предлагал выкинуть их за борт, но девушка в шрамах сказала: «Нет!» Мол пусть летят домой и всем расскажут, какие мы добрые и классные… А я бы их просто шлепнул.

– Неужели ты тот самый Патрик? Я просто в трансе… Ты же хиппи! Ты должен всех любить… Заниматься любовью, а не войной.

– Я Патрик… И что? Уроды собирались перекрутить нас на трупный яд. Такое даже богу не прощают… Я конечно хиппи… Но если меня достанут, возьму плазмомет в зубы и поубиваю нахрен всех.

– Герой… Как же вы угнали звездолет?

– Да легко… У них генератор глюканул. Ультразвуковые замки сгорели. Мы вырвались из клеток и напали на охрану. Кого погрызли, кого убили… Потом я жахнул со всей дури по кнопке «Старт». И все… Мы в космосе.

– Толково… А дальше что?

– Да хрен его знает… Я что, похож на пилота?

– Хм… Да как-то не особо.

– Вот и я о том же. Назревает вопрос: ты летать умеешь?

– Умею, блин… А что мне за это будет?

– Какие же вы, телки, меркантильные! Ты прямо как моя сестра… Ой, Патрик, нам жрать нечего. Сходи убей парочку мародеров.

– Звездолет задаришь?

– Фига у тебя запросы! Не жирно ли будет? Это собственность Зомбо-Зоны.

– Но ты же президент! Пахан решает.

– Черт… Ну так-то да… А-а-а, хрен с тобой! Бери корыто.

– Вот это разговор! Чувствуется хватка лидера. Харизма просто прет из всех щелей. Сразу видно – вождь свободной стаи.

– Да уж… Зубы заговаривать вы все мастерицы.

– А-ха-ха.

– Ну что? Рванули в центр управления? А то хрен его знает, куда мы вообще летим… Может, мы на подлете к Солнцу? Я уже подтаивать начинаю.

Когда мы поднимались на лифте в рубку пилота, я спросила Патрика:

– Вы там случайно Пороха не убили?

– Очкарика? Да нет… Живой… Он клевый! Всю дорогу спиртом нас поил. Мы хотели его на Землю отпустить… Но он уперся. Стал орать, что у него тут научные материалы, труды всей его жизни. Мы его оставили и сказали, что если будет плохо себя вести – зарежем. Он сказал: окей!

Когда мы вошли в пилотскую рубку, там уже торчала вся толпа. Кукла Банш, Костыль, Паштет и куча зомбо-кошек. Только Пороха не было. Он приводил в порядок свои записи. Чтобы в суматохе пиратского бунта ни одна флешка не пострадала. Полицейских уже отправили на Землю с горячим приветом от Патрика… Или просто Пата… Я села в кресло капитана и осмотрела пульт. Меня ожидал сюрприз… Навигационный модуль был раскурочен в ноль. Как и модуль инфрасвязи… Пламенный привет от служителей закона! Мы даже не смогли узнать конечную точку нашего пути. Я попыталась связаться с Эрмом или Где-то Там через свой бетаком, но ничего не вышло. Сгоревший модуль связи «Осколка Неба» убил все инфрафоны на корабле. Когда я сообщила эту новость друзьям, разочарованию их не было предела! Особенно плевалась Кукла Банш:

– Да что это за нахрен-твою-мать? Так и знала, что легавые обломают кайф! Суки бледно-розовые, как же я вас всех ненавижу.

– Кукла, ты же сама бледно-розовая.

– Блин, и что?… Заткнись, Костыль-твою-мать, без тебя хреново! Я богиня звездного гоп-стопа, думала, сейчас как развернемся, всю Вселенную поставим на колени… А теперь даже неизвестно, куда мы летим! И хрен кому инфранешь, чтобы рассказать об этой полной жопе.

– Да некого уже тут ставить на колени! Две планеты калек осталось… Одни порнуху на компах гоняют. А другие пишут письма сами себе.

– Все равно мы их прижмем! Возьмем за жабры… Где этот мать-его-Порох-шморох? Тащите его сюда, сейчас я ему очечки-то поразбиваю… Пусть налаживает тут нахрен все! А то я из него патронов живо понаделаю.

Зомбо-кошки поскакали за Порохом и привели его в центральную рубку. Неутомимый дегустатор спирта поковырялся в главном пульте и вздохнул:

– Ну здесь делов-то дня на три! За это время мы черт знает куда на гипертяге умотаем.

– А если тормознуть?

Вопрос, конечно, задал Костыль… Кроме него, Паштета и зомбо-кошек, все остальные были крутые звездные капитаны и знали как азбуку Морзе, что посреди гиперскоростного маневра тормозить нельзя! Сольешь все топливо к чертям… Хорошо еще, что на суперохрененных скоростях необходимость в анабиозе отпала. Перелет на сотни световых лет напоминал поездку к бабушке в деревню. Тудун-тудун… Тудун-тудун… Пару ночей на верхней полке – и здравствуй, природа! А так бы заснули сейчас на пару лет в полете Неизвестно Куда. Грустно раньше было в космосе… Порох сказал, что спирта ему хватит на три дня без дозаправки. Он будет работать в усиленном режиме и обязательно починит модули. Вряд ли полет продлится дольше. Потому что топливо кончится на четвертый день! Ну а если Патрик запулил нас еще глубже – тогда кранты! И лучше сейчас устроить массовую пьяную порно-оргию, потому что хрен его знает, что ждет нас впереди. Все с надеждой посмотрели на меня и Куклу Банш… А мы сказали: «Не дождетесь, суки!» Парни разочарованно вздохнули и разбрелись кто куда. А мы с Куклой назло им всем отправились в душ… Пусть побесятся! Крепче любить будут.

23

Где-то Там вздохнула и закурила «честерфилд». «Оставишь?» «Стопудов!» Уже вторые сутки мы сидели напротив этой поганой «Лахты». И хоть бы один муниципал из нее вышел! Зомбо-кошки облазили весь небоскреб от подвала до пентхауза, нашли два десятка мародеров… И ничего. Здание было пустым разбитым и заброшенным. Напарил нас дядя Саня, как пить дать! Катя устроилась на моих коленях и блаженно тарахтела по-кошачьи. Где-то Там курила и щурилась в бликах закатного солнца. Борм носился вокруг небоскреба и пускал огненную волну, пугая редких мародеров. Они разбегались от него как тараканы и наверное были счастливы… Катя блаженно потянулась всем своим изящным зомбо-телом и промурлыкала:

– Что-то здесь не чисто. Не может такой огромный дом пустовать. Кучка мародеров на первом этаже… И все. Не нравится мне это.

– Дядя Саня не соврал! Я его с пеленок знаю. Он же моей матери все мозги протрахал замужем… Выходи да выходи.

– А мама?

– Держалась до конца. Очень уж она отца любила.

– А отец?

– Какой-то рокер… Я его даже не видела ни разу. Он сдох от передоза еще до моего рождения. После его смерти мать ни с кем не встречалась больше двух недель… Да ито не чаще раза в год.

– Суровая женщина.

– Спасибо, Эрм.

– Ну и что мы будем делать? Где мой брат? Где ураган полицейских пуль?

– Не знаю, что тебе сказать, Катюша. У меня от этого места вообще какой-то заворот мозгов… Мне срочно надо выпить! Пока не началось.

– Где-то Там, ты столько пьешь.

– Поверь мне, Катя… Двадцать первый дан – это такое мясо, что не приведи господь. Если я не буду пить, я весь мир ушатаю просто влет. Соберу БОГов на центральном стадионе и скажу им: «Любите друг друга!»

– Думаешь прокатит?

– Я не думаю, блин… Я знаю.

Мы курили и смотрели на «Лахту». Величавое здание словно парило над землей. Высота его достигала почти полкилометра. На верхних этажах небоскреб постепенно сужался и вспарывал питерское небо кинжальным острием. Обтекаемой формой и совершенством линий он напоминал межзвездный крейсер. Тридцать тысяч лет простоял он на берегу залива. Цивилизация БОГов почти погибла, но ее бессмертный памятник все так же гордо реял над водой. И над всем бледно-розовым миром.

Небоскреб мигнул пару раз как картинка в плохом телеэфире… И вдруг изменился! Он больше не был похож на дом. Перед нами возвышался огромный звездолет с огнями бесчисленных иллюминаторов, приборов навигации и панелями солнечных батарей. В его нижней части открылись шахты, похожие на сопла гипердвигателей… Охренеть! Он собирался улететь. Из отверстий ударили в землю ослепительные потоки огня. Небоскреб лениво приподнялся над землей… И на бешенной скорости умчался в небо.

И в этот момент меня накрыло. Я почувствовал дикую слабость, мир потемнел. Перед глазами поплыли зеленые всполохи и радужные кольца. Ноги подкосились, и я упал в бездонную звездную пропасть. Дмитрий Вечер вновь забрал меня к себе.

– Салют, Эрм… Как жизнь?

– Нормально… Тусуюсь с Тенью-Смертью и Где-то Там.

– А я с тусуюсь с Машей… И со всеми вами.

– Покурим?

– Не вопрос.

И бездна развернулась перед нами. Миллионы звезд сверкают бриллиантовым ковром. Мы снова сидим на краю ночного мира. Трубка переходит из рук в руки. Целебный дым врывается в легкие, растекается по телу, туманит усталый мозг. Дмитрий Вечер вспоминает «другую жизнь»:

– В последних классах школы я общался с молодыми гопниками. Мы прогуливали уроки, собирались дома у клавишника нашей группы. Курили, пили портвешок и танцевали хип-хоп под Титомира и «Мальчишник». По законам блокбастера в любой подростковой банде обязательно должен быть ботан… И у нас он тоже был! Витя Порох, друг моего детства. Он носил очки и был высоким, худощавым блондином… Порох быстро научился курить и пить. Но это не помешало ему с отличием закончить школу и эконом-фак в местном универе… Он был такой спокойный, ничем не выделявшийся паренек. Ну если только своим ботанизмом. Учился он конечно супер. И еще у него был классный батя! Я такого доброго мужика в своей жизни не встречал ни до, ни после. Он работал строителем… А там же алкоголизм – неотторгаемый атрибут профессии! Потому что Сибирь… Высота… Дубак… Не будешь пить – сдохнешь! Или станешь инвалидом… Поэтому отец Пороха профессионально и жестоко пил. Водка, кирпичи и ведро с раствором… Добро пожаловать в реальный мир… Он строил дома, любил жену и сына и бухал… Такая простая охренительная жизнь. Он был безумно счастлив и поэтому добр со всеми. Он разрешал сыну курить, покупал сигареты, давал деньги на пиво… А когда мы приходили в гости к Пороху, его батя, если не храпел в отключке, обязательно выползал к нам и общался. Расспрашивал о жизни, о делах. Всегда такой пьяненький, веселый и добрый. Дальше – начиналось самое интересное… Он открывал кладовку, откупоривал одну из стоящих там огромных фляг и нацеживал нам полную банку своего вкуснейшего и крепкого домашнего вина… Пейте на здоровье, парни! Для хорошего человека – ничего не жалко! А хорошими для него были… Все.

– Крутой мужик! А знаешь, Вечер… У меня ведь тоже был друг детства Витя Порох. Вечно ты мне своих друзей пихаешь. С которыми посрался много лет назад.

– Это потому, что настоящей дружбы нет.

Звезды начинают расплываться и таять. Радужные всполохи застилают глаза. Зеленые молнии вспыхивают со всех сторон. Ночь запускает под кожу свои коготки. Дмитрий Вечер возвращает меня домой.

– О боже! Он очнулся… Борм, давай еще воды.

Прохладный апельсиновый душ и голос Где-то Там врываются в мой сон. Богиня звездного кун-шу склонилась надо мной и поливает «Фантой» из пластмассовой бутылки мое лицо. Гермошлем валяется рядом. Охренеть… Картина маслом… Все как на ладони! Ну почти… Жаль, что у женских скафандров не предусмотрен глубокий вырез на груди.

– Не туда ты смотришь, родной! Ну все, очнулся… На грудь уставился. Рефлекс работает… Значит будет жить.

– Что с тобой случилось, Эрм? Ты брякнулся в самом разгаре шоу. Небоскреб умчался в небо без тебя! Он улетел, но обещал вернуться.

– Не могу понять, что это было? Помню лишь зеленые молнии перед глазами… И бескрайнее звездное небо со всех сторон.

– Какой красивый глюк.

– И где же нам теперь Патрика искать?

– Не знаю, Катя.

– Тень-Смерть и Кукла с пацанами тоже пропали.

– Со всех сторон такая лажа прет! Сам бог велел бухать.

Идея Борма показалась неплохой. Тем более, она звучала убедительно из пасти бормонида, который вообще не пил. Алкоголь вырубал какие-то рецепторы в его мозгу, и он становился полностью невидим. Борму это не очень нравилось. Поэтому крепче кефира он ничего не пил.