Читать книгу "Мы просто снимся бешеной собаке…"

24

– Тебе никогда не приходила в голову мысль: если выжили одни поэты, музыканты и художники, откуда в этом мире столько полицейских?

– Не знаю… Может, «синдром обратной тяги»? Был неформалом – тащился без меры, встретил гопников, получил по голове, постригся и пошел метелить лохмачей.

– А почему гопники не любят, когда их называют гопниками?

– Это тоже самое, что назвать негра негром. Или суку сукой.

Мы сидели в подвальчике полуразрушенного клуба где-то в дебрях Приморского района Санкт-Петербурга и бухали. Посреди зала булькал пузырями с радужной подсветкой шикарный фонтан. Мы наполнили его чистейшим виски. Зомбо-кошки разбегались и ныряли в него со всякими сальто-мортале. Напивались в дым, вылезали и снова прыгали в бухло. Борм нашел на складе древние диджейские вертушки и выкатил на сцену. Он натянул на морду наушники и запускал нетленные хиты минувших веков. Цветные фонари загорались и гасли в такт сэмплам хрустального диджея. Катя плавала в фонтане вместе с кошачьей братвой. А мы с Эрмом сидели в кожаных креслах в полумарке танцпола, бухали и вели разговоры за жизнь. Алкоголь ласковым теплом разливался по телу. Забытый смысл жизни золотым цветком распускался в душе. Добро пожаловать домой, Где-то Там.

Саблезубый кот врубил очередной отпадный диск и присоединился к нам. Он открыл бутылку минеральной воды и опрокинул ее в себя за два глотка. Блаженно замурлыкал и откупорил новую. Потом спросил:

– Эрм, ты любишь Смерть?

– Представь, тебе дают сексуальное тело, гениальный мозг… А потом говорят, что это не навсегда! И ты понимешь, что это ПОДСТАВА.

– А как ты думаешь… Смерть клевая?

– Не знаю… Даже если она совершенна как Лаура Лион, вряд-ли кто-нибудь захочет с ней переспать.

– А стать бойфрендом?

– Точно, блин… Чувак, прикинь, что я тебе скажу? Мы со Смертью мутим. Она теперь моя баба.

– Охренеть! Поздравляю, чувак… Ну и как, ты ей уже вдул?

– Вчера по пьяни она затащила меня в сортир и отымела. Это была жесть. Когда она кончила, все кругом сдохли в радиусе мили.

– Как же ты выжил?

– Я был в эпицентре, чувак! Это мертвая зона.

– Зашиби-и-сь.

– Хорошо сидим, мальчишки! Еще бы стриптиз для полного комплекта.

– На меня не рассчитывай, сестра… Я итак все время голый рассекаю.

– А я раздеваюсь только перед будущей женой.

– Эх, вы! Девушка хочет романтики, а от вас никакой отдачи… Вам бы только Лауру Лион курсором тискать.

– Вот только не трогай Лауру! Это святое…

Мы отвисали как боги. Все было идеально… Клевая музыка, друзья, бухло. Но закон вселенской энтропии никто не отменял. Никогда не может быть так клево, чтобы весь кайф не обломался одним щелчком. Из положения «зашибись» в глубокое положение «жопа». Входная дверь слетела с петель, и на пороге показались мои кореша с Бетельгейзе. И конечно мулатка Марта прыгала впереди всех. Она издала вопль торжества и ткнула мне стволом под дых. Другие монахи взяли на прицел моих друзей. Достала, тварь.

– Да к черту все! Овца тупая, Марта… Иди уже пасись… Дай хоть один вечерок провести без твоих тупорылых загонов.

– Не дождешься, сука! Я пока тебе кишки не выпущу, не успокоюсь. И пока не вырву седце у твоего прозрачного урода.

– Какого хрена? Меня нельзя валить! Я талисман вашей долбаной веры.

– Сочувствую, Борм… На самом деле им нужен не ты. А твой мотор.

– Ну ни хрена себе.

– Молитесь, суки! Через пять минут мы вас зарежем.

– Не знаю, что там будет через пять минут… Но сейчас я хочу стриптиз.

Я улыбнулась мулатке и вошла в «нирвану». И в мозги несчастной Марты. Она вдруг выронила бластер, сорвала гермошлем и танцующим шагом полетела к сцене. За ней потянулись братья-монахи. Они тоже были на крючке. Парни прижимали пушки к поясу, изображая игру на ископаемых электро-гитарах, трясли головами и прыгающим шагом двигались за своей атаманшей. Зомбо-кошки прекратили прыжки в бухло и уставились на это шоу. Музыка орала что есть мочи, разрывая динамики и наши уши. Марта выскочила на сцену клуба, выхватила нож и располосовала свой скафандр в бахрому. Монахи разбежались вокруг нее, упали на колени и устроили на полу жестокий дэнс. Безумная мулатка сорвала остатки скафандра и бросила в толпу зомбо-кошек. Пульсирующий луч прожектора ударил в зачетные стринги цвета мокрый асфальт. Вокруг все ахнули и забились в экстазе. Марта эротично улыбнулась и отожгла так, что Джастин Тимберлейк заворочался в гробу. Она крутилась волчком, терлась о стриптизерский шест, принимала сексуальные позы и напрягала свои псевдо-пацанские булки. Мужик из нее получился что надо! Монахи порхали вокруг нее и жаркими плясками поднимали на уши этот мертвый разрушенный клуб.

Пора было делать ноги. Я схватила в охапку своих парней и кивком головы показала Катюше на дверь. Она все поняла, мяукнула своим, зомбо-кошки проспиртованной рекой потекли на выход. Мы выбрались на свежий воздух. У дверей клуба висели на приколе корабли монахов. Эрмитажник, я и Борм упали в один из них, а кошки разбили остальные. Катя сказала, что у нее с братвой дела. Мы договорились встретиться вечером на крыше Казанского собора и обсудить дальнейшие планы.

Зомбо-кошки исчезли в питерских переулках, трезвый и фотогеничный Борм втопил педали в пол, и гиперлет поднялся в воздух. Мы решили вернуться в Казанский собор и отоспаться после приключений этих дней. Когда мы уже собирались отвалить, из клуба выскочила Марта в стрингах. Она принялась палить из бластера и сотрясать задумчивое утро сочными хитросплетениями слов. Среди которых выражение: «Долбаная сука Где-то Там!» выглядело самым нежным. Мы сделали ей ручкой и дали газу. Гиперлет летел над древним мегаполисом БОГов. Ласковый питерский ветер трепал хрустальную шкуру Борма. Пьяный Эрмитажник спал на моем плече. А я смотрела вниз и любовалась Питером. Печальный голос Марты долетел в последний раз с игривым ветерком. «Мы еще встретимся, сучара!» Окей…

Глаза закрываются сами собой… И я улетаю в сон… Живописная сельская местность. Я спускаюсь по тропинке с холма. У подножия примостился маленький уютный домик. Из трубы поднимается дым. На всю округу сладко пахнет пирожками! Эх, мать… Аж в желудке заурчало… Я открываю калитку и вхожу во двор. Куры бегают туда-сюда в поисках легкой поживы. И находят ее в собачьей миске. Жадно склевывают хлеб, размоченный в молоке. Рядом спит огромная черная дворняга. О чем-то поскуливая во сне… Изредка помахивая пыльным собачьим хвостом… На крылечке сидит красивая девушка с распущенными темными волосами. В белоснежном сарафане… Фигурка – десять баллов! Она смотрит на меня и приветливо машет рукой. От улыбки на ее щеках появляются очаровательные ямочки.

– Привет! Какими судьбами в нашей дыре? Проходи, садись… Я Сакура.

– А я Где-то Там. Я типа во сне.

– Красивое имя… Пирожков не хочешь?

Рядом с девушкой на крыльце стоит большое блюдо с пирожками. Румяные… Поджаристые… Э-эх… Пропадай фигура! Я благодарю Сакуру и беру один. Он аккуратно надломлен посередине… Черника! О нет… Не моя тема. Вот если бы с изюмом. Или с курагой… Беру второй… Черника.

– Спасибо, но чернику я не ем… А других нет?

– Тут еще с малиной были. Но бабка-стерва… Она их все поела. А потом сказала: «Найдешь с малиной – отпущу!» Дочь Петросяна…

– Малина – это мечта!

– У тебя закурить не будет? Старуха своей «Примой» заманала.

– Вот держи… «Честерфилд». Другие не курю.

– О, боже мой! Нектар богов… Я таю…

– А где бабуля?

– Кукурузу тырит на колхозном поле.

– Тебя с собой не берет?

– Ага… Я слишком классная. Весь колхоз сбегается поглазеть на мою красоту… Палево, короче… Я ветеринара жду.

– А что случилось?

– Да собака наша, Пальма… Взбесилась третьего дня. Доктор приехал, сделал уколы, сказал: «Отмучилась, родная!»

– Так она же спит.

– Ну да… Спит. Вот и ждем ветеринара. Посмотрим, что он скажет…

25

«Здравствуй, Смерть!… Как поживает моя вторая половинка? У меня вроде все окей. Сегодня я думала о том, какой странный народ, эти БОГи… Ты подходишь к Пороху и говоришь: «Давай бухать!» А он улыбается и спрашивает: «Почему-бы и нет?» Что означает: «Да!» Хотя ни в одном слове этой фразы «Да» и рядом не валялось… Вот такая странная фигня.

На четвертые сутки полета наш звездолет вынырнул из гиперпространства рядом с какой-то планетой. Навигационный модуль мы так и не починили. Зато ремонтная бригада в составе Пороха, Костыля, Паштета и Куклы Банш, выпила весь спирт на корабле. Никто не знал, куда мы прилетели. Трубы у всех горели. Я хоть и не гений навигации, но мозги еще не совсем пропила. Пристальным взглядом окинув планету я поняла, куда нас занесло. Планета Вчерашних Дней… Гребаный звездос! Вот это ностальгия… Влюбленный мальчик и его убитая мама… Ее убила ты, Смерть! Мы оказались рядом с планетой, на которой время течет вспять. От конца к началу… Этих типов даже дельта-волны не берут! У них своя расса, без наших общих генов. Они не любят чужаков. И никого к себе не подпускают. Только барыг и туристов. Топливо и спирт у нас почти закончились. Делать было нечего… Кукла Банш, Костыль, Паштет и я упали в гипершлюпку и полетели навстречу судьбе.

Планета Вчерашних Дней загрузила как всегда! Я то еще ладно… А остальные были здесь впервые. И когда мы прилетели в столичный город, Кукла и пацаны от удивления просто выпали в осадок. Прохожие сновали по тротуарам задом-наперед, все воздушные челноки летали задом-наперед. В магазинах покупатели ставили на полку товар, забирали деньги и расходились по домам. Уличные музыканты наигрывали вывернутые на изнанку сатанинские мотивы. Люди подходили к лежащим на земле футлярам, наклонялись, и деньги сами прыгали им в руки… Часы шли назад. Вокруг все разговаривали как опытные сатанисты. Из конца в начало… Мы одни как полные придурки все делали из начала в конец. И уже начинали привлекать внимание. Хорошо, что я увидела аптечный автомат и купила себе и моим друзьям обратные очки. Они создавали обратное временное поле. И тот, кто их носил, мог нормально воспринимать этот безумный вчерашний мир. Мы надели очки и попали в общую волну. Теперь все шло как надо… И мы полетели во дворец.

Нас ожидал сюрприз… Убиенная королева Элуна оказалась жива. Ведь мы попали в более ранний период. Когда на этой планете никто еще и знать не знал о террористке Тени-Смерти. Мужиков старше тридцати семи исправно приносили в жертву каждый день, и все шло своим чередом. Королева была в отъезде. Нас встретил ее сын, принц Элай. И я не знаю как… Но он опять в меня влюбился! Тем более, он был подросток… А тут такая девушка! То есть я. Небесно-голубая и все дела… Он предложил мне руку и сердце. Что поделаешь… Тинэйджер. Гормональный бум… Да и я конечно не уродка. Модельный бизнес оторвет с руками и ногами… Стопудов. Я кое-как отмазалась. Сказала, что выросла в бедной семье. И мама его выбор точно не одобрит. И оставит без карманных денег. А принц не обиделся и сказал, что все равно меня добьется! И будет ждать всю жизнь… Вот это мужик.

Элай отправил на «Осколок Неба» три цистерны горючего и цистерну спирта… Расщедрился конкретно! Он устроил роскошный ужин при свечах с огромной кучей блюд. И пригласил весь экипаж звездолета. Патрик приперся со своей братвой. Придворные заколебались обратные очки прикручивать к кошачьим мордам. Все объелись как последние свиньи, напились до бровей и решили, что я дура… Такого парня упускаю! А я сказала: он все равно меня будет ждать. А Патрик сказал, что я просто сука – ни себе, ни людям…

Поздно вечером, когда все посрубались и сладко спали в своих алкогольных комах, мы с принцем сидели в шезлонге у бассейна, курили «честер», пили шардонэ и мило общались. Элай улыбнулся и спросил:

– Ты знаешь, Тень, что галактика бледно-розовых скоро взорвется?

– Ни хрена себе! У меня там куча друзей… И ты мне так вот запросто все это говоришь?

– Ну извини… Я думал, ты обрадуешься! У вас же там Великая Война. До последней батареи в лучемете и все такое.

– Была война… А теперь я сама по себе! Эти мерзкие БОГи влюбили меня в свой мир. У меня сейчас на Земле друзей больше, чем на родной планете.

– Ну тогда сочувствую. Все бледно-розовые сдохнут.

– А с чего это вдруг? Ты не обкурился случаем, родной?

– Да нет… Мы просто смотрим в небо. И ловим ваши каналы.

– И что там слышно? И видно…

– Галактика Млечный Путь… Возникла в нашем мире из большого взрыва. Неделю назад… И значит у вас она скоро должна… Сгореть.

– Вот черт! У меня сейчас крыша съедет.

– На Земле рванула гамма-бомба. Сначала испарилась планета. Потом взорвалась ближайшая звезда. И пошла цепная реакция, в миллиарды раз ускоренная космическим вакуумом… Млечный Путь сгорел за неделю.

– Вот это новость! Там же Эрм сейчас… И Где-то Там. И Катя… И Тупак.

– Ну так лети скорее к ним! Хватай друзей и делай ноги… Неделя у вас еще есть. Потом… Жопа.

Вашу мать… Какой пленительный звездос! Ничего не оставалось, как напиться в дым. И помянуть своих друзей… Катюху, Эрма, Где-то Там, сто тысяч пятьсот зомбо-кошек… Покойтесь с миром! Пусть вакуум вам будет пухом. Влюбленный принц составил мне компанию, и мы надрались так, что чуть не переспали. Он схватил меня за руку и потащил в «секретное место». Которое оказалось через два куста на третий… Вот, что водка с мужиками делает! Был друг, а стал… Я легла на траву и томно потянулась. Моя грудь колыхалась от жарких вздохов… Элай наклонился и прошептал:

– Называй меня просто: «Королевской Сексуальной Машиной».

И получил по башке! От удара он отлетел на несколько метров и приземлился в банкетный инвентарь. Он долго барахтался в каких-то там столах-мангалах. Потом уполз в дом, вернулся с перевязаной головой, лег рядом на спину и стал смотреть на звезды. Потом вздохнул: «Прости!» А я сказала: «Ладно уж… Я тоже хороша!» Прикольный паренек… Он просто перепил. Так что ты его завтра не мочи, окей? Это я виновата. Что поделаешь, я такая неотразимая! Все в меня влюбляются… А я такая верная, всех кидаю и люблю одну тебя. Ну вот и все… До связи… Не ревнуй, а то укушу! Твоя Тень.»

Охренеть, конечно, Тень ни слабо подзажгла! Да что с нее взять? Ребенок с двадцатым даном кун-шу. Раздраконить парня, а потом врезать по башке. И стонать: «Я не виновата… Оно само!» Конечно, блин, само… Да ладно… Она же устояла. Хоть и пьяная была… Вот такая у меня подруга. Тащусь безмерно.

Утром я рассказала друзьям о том, что Млечному Пути кранты. Они конечно обломались. Космические пираты, хоть и были из другой Вселенной, уже успели привязаться к этой помойке под названием Земля. Как и я… Нужно было лететь туда… Спасать ребят. А мы даже не знали как. Попрощавшись с Элаем и поблагодарив его за теплый прием мы вернулись на свой корабль. Патрик был в печали… В который раз он понял, что совершенства в жизни нет. Бедняга стырил на Планете Вчерашних Дней обратные очки… Но за пределами родной планеты очки работать не хотели. И отказывались поворачивать время вспять. «Вот суки! Это подстава.» Порох налил ему стаканчик спирта и немного успокоил грустного кота… Наш безумный профессор сказал, что если бы все было так просто, все гуманоиды рассекали бы в таких очках. Заплатил два галакта, и жизнь удалась. У тебя своя машина времени! Слишком жирно… Как-то уж совсем не по-буддистски.

Мы стали думать: как добраться до Земли? С раздроченным навигационным модулем и сдохшей инфрасвязью. Почему-то никто не догадался спросить Элая. Вдруг у него завалялся лишний модуль? Или даже два… Можно было, конечно, вернуться, хоть и неудобно. Я бы наверное вернулась. Элай бы обрадовался и решил, что я приехала выйти за него замуж. А я такая хрясь: «У тебя нет лишнего модуля инфрасвязи?» Положение спас Патрик. Он задумался о жестокости мира, подусунувшего ему кривые очки. И случайно упал на кнопку «Старт». Ха-ха… «Осколок Неба» прыгнул в гиперпространство и был таков. И снова мы летим Неизвестно Куда. Неизвестно Зачем… Порох вновь собрал ремонтную бригаду. В которую записался почти весь экипаж. Безумный гений повел их туда, где булькала цистерна спирта. Только меня не взяли. Я же пилот! Я за рулем. Вот уроды…

26

«Салют, подруга! Здравствуй, дорогая Тень. Через два дня полета мы оказались рядом с планетой Зуриан. Хаотическая энтропия Патрика доставила нас домой… Все были безумно рады! Ну а я-то вообще тащилась. Больше года скитаний Неизвестно Где. И вот они… Родные стены! Кукла Банш, Костыль, Паштет и я упали в гиперлет и полетели во дворец Объединенного Парламента. Патрик остался с Порохом на звездном корабле. Вести неравный бой со спиртом. Печальный зомбо-кот скучал по Кате. Своей богоподобной старшей сестре. И не хотел никого видеть. А Порох просто не любил гуманоидов. Он говорил: «Мы убиваем людей, потому что они паразиты… И это весело.» Конечно, это были не его слова. А одного древнего комика с Земли. Но я делала вид, что охренительно поражена. И Порох был рад без меры… Мужчины такие дураки! Скажи ему, что он гений и бог в постели… И потом хоть котлеты из него лепи. Я должна была предоставить отчет своим боссам о проделанной работе. О том, как я провалила миссию тотальной аннигиляции бледно-розовых козлов.

В здании Парламента царила обычная суета. Бегали посыльные и клерки, секретарши наговаривали что-то в бетакомы. Охрана козырнула нам и вызвалась проводить. Мы сказали: «Не стоит утруждаться!» А они ответили: «Да ладно, без проблем!» Обступили нас со всех сторон и повели в зал заседаний. Оружие мы сдали еще на входе. И это была довольно стремная идея. Конечно, они мои друзья и братья по крови. Но мое шпионское чутье шептало в мозг: «Подстава… Подстава… Подстава…» Мы добрались до зала заседаний, гвардейцы распахнули дверь и пропустили нас вперед. Парламентарии молчали. Они как будто ждали нас… Раздался голос:

– Охрана, взять их!

Молекулярные сети взвились в воздух и скрутили нас как беспомощных червей. Тот, кто придумал эти сети, должен гореть в аду! Директор Звездной Разведки был тоже здесь. Он подошел ко мне, похлопал по плечу и сказал:

– Прости, сестренка… Но ты в дерьме.

– Как же так?

– Ты арестована за шпионаж.

– Какие ваши доказательства?

– Да вот… Послушай…

Включилась запись… «Ты знаешь, Тень, что галактика бледно-розовых скоро взорвется?» «Ни хрена себе! У меня там куча друзей… И ты мне так вот запросто все это говоришь?» «Ну извини… Я думал, ты обрадуешься! У вас же там Великая Война. До последней батареи в лучемете и все такое.» «Была война… А теперь я сама по себе! Эти мерзкие БОГи влюбили меня в свой мир. У меня сейчас на Земле друзей больше, чем на родной планете.»

Элай нас тупо сдал. Эх, Тень… Угораздило же тебя раскрыть всю душу перед малолеткой и нихрена ему не дать! Лучше бы ты его пристрелила.

Внезапно сети с нас упали… Это был подарок судьбы! Я подпрыгнула и раскрутилась в воздухе как хаотический волчок. Два или три неуловимых взмаха ног… Охранники вокруг меня попадали на пол и застонали от боли. Это было не кун-шу… Но рукопашному бою разведчиков тоже учат. Может, и не такому кровожадному, как у монахов с Бетельгейзе. Но меня это не сильно беспокоит… Главное, что я вырубаю! Хоть и без отрыва рук и ног. Подумаешь… Итак сойдет! А может, я долбаный хиппи? Ненавижу насилие… И убиваю людей красиво и гуманистично. Выстрел в глаз из плазмомета! Или арматурой проломить башку… Это же классика! И никакой кровищи и мозгов на стенах. И никаких раздавленных сердец.

Рядом Кукла Банш и парни яростно мочили небесно-голубых гвардейцев. Этим вообще кун-шу не уперлось никуда… Главным спортом в их жизни был литробол! Зачем напрягаться и махать ногами выше головы, когда есть нож и бластер? Они отобрали у охраны пушки и забивали их прикладами… Вот он бандитский кайф! Ради которого стоит жить… Члены парламента хотели под шумок слинять, но не тут-то было. Отважные пираты допинали последнего гвардейца и преградили им путь.

– Куда собрались, господа?… Быстро в угол!… На колени и руки за голову.

Кукла Банш была в своей стихии. Пиратские разборки, захват заложников… Полные трюмы галактов и «Нашей еды»… Вот чего ей не хватало все это время! Она была бандиткой и попала в свой бандитский рай.

– Паштет стреме… Остальные за мной! Это захват. Я вам тут всю планету на уши поставлю. Вы пожалеете, что наставили на меня свои гребаные пушки.

Инфрасвязь до сих пор молчала. Вызвать Пороха и Патрика на помощь мы не могли. А эти «алкалоиды» конечно же давно на все забили. И плавали в своей цистерне спирта кверху пузом… Вернее… Пузами. Мы оставили Паштета сторожить заложников, а сами бросились зачищать парламент… Охрана смекнула что к чему, и на наши головы обрушился нереальный град из плазмы, импульсных разрядов и лазерных лучей. Но мы ведь тоже были отнюдь не лохи… Профессиональная шпионка, пиратка-рецидивист и злобный питерский панк-рокер. Более гремучую смесь невозможно было и представить… Мы принялись шмалять во все подряд. Во все, что движется и отливает небесно-голубым. И кому можно выпустить кишки. «Через час вы будете смеяться по-иному. А те из вас, кто останется в живых, позавидуют мертвым!» Одноногий Джон Сильвер из первобытной бледно-розовой книжки, словно прочитал мои мысли… Нихрена себе! Я за них встревала на чужбине, сдохла в муках, год провалялась у БОГов в плену. И неизвестно, что они там со мной вытворяли! Я вырвалась, перемочила всех козлов. Прилетела домой счастливая… И тут трах-тарарах! Я враг народа.

Мы были профи, загнанные в угол. Нам нечего было терять. Кроме Земли и цистерны спирта. Земля должна была взорваться через неделю, а спирт грозил исчезнуть гораздо раньше. Мы пребывали в полном отморозе и валили все, что валится… Сзади послышался топот ног. Это Паштет спешил присоединиться к нам. Он сказал, что с «парламентерскими не клево». Они только ноют и хотят в сортир… Поэтому он плюнул на приказ, замотал их всех в молекулярную сеть и ломанулся к нам. Плюнул на приказ… Ха-ха… Вот она, мама-анархия. Меняя обойму в плазмомете я спросила Куклу:

– Как же так случилось, что сети с нас упали?

Она улыбнулась и показала мне браслетик на руке. Довольно милый… Он переливался в отблесках лучей гвардейских бластеров и словно шептал: «Отбери меня у Куклы и надень!» Такая прелесть.

– Я его у Пороха сменяла на твои фотки в голом виде.

– Что-о-о-о?

– Да ладно, не психуй… Ты все равно там вся в шампуни. Я тебя в душе малость пофоткала… Извини, не удержалась.

– Ах ты, сучка!

– Порох у меня эти фотки нашел по пьяни… Когда мы модуль паяли… И предложил за них браслет-дешифратор. Он открывает замки и отрубает сети.

– Порох… Извращенец.

– Он на тебя запал! Целый час убалтывал. Я держалась… Но он измором взял. И шантажом… Пригрозил уволить из бригады. Это был удар под дых.

Мы так увлеклись браслетом, что забыли про бой. Бабы – что еще сказать? Красота на первом месте… Жизнь на третьем… На втором, конечно, мужики. Из оцепенения нас вывел Костыль. Он наклонился и заорал прямо в уши:

– Дуры тупорылые!… Стреляйте в гвардов!… Нас всех тут уроют… Вот сука, бой идет, а они языками чешут.

Пришлось вернуться в реальный мир. Мы были такие злые на Костыля и на вонючих мужиков, что изрубили охрану в куски. Последние враги подохли, и наступила зловещая тишина. Я подумала, что надо хоть одного заложника держать при себе. Сбегала в зал заседаний и притащила своего директора разведки. Гвардейцы отступили и окружили здание со всех сторон. Они прислали переговорщиков, чтобы узнать наши условия… А я сказала: «Условие одно: ИДИТЕ В ЖОПУ!» Кукла Банш безумно засмеялась и подтвердила: «Да… Это так!» Переговорщики заплакали и ушли… Ну может, и не заплакали! Но вполне могли… Просто мужики редко плачут. И все равно, какого цвета у них кожа. Они могут годами канючить: «Можно, я тебя трахну?» И в ногах валяться, и все такое. Но чтобы заплакать? Не-не-не, мы не такие! Мы же пацаны… А пацаны не плачут. А-ха-ха…

Пауза затянулась. Мои небесно-голубые братья боялись атаковать. А мы не могли прорваться через их заслон. Вдруг послышался гул, и над зданием Парламента завис «Осколок Неба». Охренеть! Наверное, закусь кончилась… Я почти угадала… Патрик с Порохом допились до того, что потеряли счет времени и решили, что нас слишком долго нет. И значит мы бухаем с зурианцами… Без них! Какое-нибудь элитное бухло. Это же КИДАЛОВО ДРУЗЕЙ. А то, что они без нас глушили спирт? Ну это же совсем другое дело… Ремонтные работы… Альтруисты хреновы! Они решили прилететь к нам и все разведать. Вдруг мы тут бухаем? И тогда они упадут на хвост. Гениальный план… Мы прыгнули в «Осколок Неба», забрали с собой директора разведки и поднялись в космос на орбиту вокруг Зуриана. В бетакоме у директора оказался архив секретных документов за последние двести лет… Я его скачала на всякий случай… Потом мы обменяли пленного на полные баки топлива и еще одну цистерну спирта. Наши ремонтники так ничего и не починили. Подходящих модулей навигации на Зуриане не нашлось. И мы улетели как всегда… Патрик долбанул по кнопке «Старт». И звездолет умчался в сверкающую даль… Жизнь отколола очередной фортель. Мы в розыске, Тень! За шпионаж против родной планеты нам светит вышка. БОГи хотят отсосать наш мозг. Млечный Путь доживает последние деньки. Такие дела, подруга. Люблю тебя… Скучаю до безумия… Твоя Смерть.»