Читать книгу "Мы просто снимся бешеной собаке…"

29

«Здравствуй, моя обожаемая Смерть! Во первых строках звукового письма сообщаю, что в результате хаотичных действий Патрика мы оказались на Земле. И так удачно, что спасли Эрмитажника и Где-то Там от сожжения напалмом. Легавые хотели их залить на крыше Казанского собора. Своей волшебной огненной вкусняшкой. Прожигающей металл быстрее, чем ты успеешь крикнуть: «Жесть!». А тут мы такие… Нарисовались! И расчленили полицейских на молекулы воды. Биогенным лазером… Очень экологичное оружие… Никакого ущерба окружающей среде! А ля хер, как а ля хер.

«Осколок Неба» завис над Казанским собором. Наш корабль был такой огромный, что его даже негде было приземлить. Мы прыгнули в гипершлюпку и полетели к друзьям. Они ждали нас на крыше. Такие окровавленные и задроченные боем. Но назло всем гребаным чертям… Живые! И это был кайф… Патрик бросился к сестренке Кате. А я упала в объятья Эрма. Где-то Там стояла рядом и пыталась испепелить меня глазами. А если бы на ее месте была ты? Да ты бы меня вообще убила! И это так возбуждает… Ха-ха… Вот поэтому я тебе не изменяю. Ну еще и потому, что люблю! Оказалось, что Порох с Эрмом старые друзья. Они жили в одном подъезде. Копались в одной песочнице. Сидели за одной партой. И так далее, до выпускного класса. Потом их дорожки разошлись. И вот сошлись опять… Когда обнимашки иссякли, мы вытащили пару ящиков обратной водки с Планеты Вчерашних Дней и устроили грандиозный пир! В своем мире это была обычная водка, но у нас ее свойства оказались вывернуты наизнанку… Ничего глючнее я не пила! Сначала наступает жуткое похмелье, потом эта водка вставляет все больше и больше, пока не убивает в полный ноль… А потом вдруг р-р-р-а-а-з! И я трезвая как стекло.

Среди наших друзей оказались четыре новые девчонки! Наша банда растет… Это были бледно-розовые анимешницы-мародерки. Которым заказали убить Где-то Там… Ее знакомые монахи с Бетельгейзе. Богиня звездного кун-шу их победила и уже собиралась нежно замочить… Но девчонки сделали хитрый ход… Они предложили выпить! Когда же они вместе забухали, то решили: ну их нахрен, этих долбаных монахов. И стали все друзья-подружки. Вот так вот надо проблемы решать, учись… Земные телки сделали нас на «раз-два-три». Название у их компашки просто блеск: «Ванильные сучки»! Я даже сама хотела к ним уйти. Из-за одного лишь названия. И записать туда всю нашу банду… Но увы… У нас же Порох, Патрик, Эрмитаж и Борм! И Тупак. И Паштет с Костылем… О боже! Сколько у нас мужиков… Ну какие из них сучки? А «Ванильные собаки»… Это уже отстой.

В самый разгар веселья зомбо-кошки притащили живого служителя закона. Он штурмовал парадный вход собора и был придавлен рухнувшей колонной. Очень удачно… Он лишь вывихнул пару суставов и даже скафандр не порвал… Где-то Там всплеснула руками: «Дядя Саня, это ты!» Мужик рассмеялся и воскликнул: «Доча, это я!» Наверное, он обрадовался, что его не будут резать. «Доча» не даст свершиться злу! Ха-ха… Дядя Саня подсел к костру. Ему протянули бутыль обратного спирта и предложили выпить залпом. Это Патрик пошутил! Сказал, что мы люди суровые, и у нас не штрафной стакан, а штрафной пузырь. Петросян, короче… Мужичок сказал, что это ему как два пальца. Он же не знал, что спирт обратный. И выпил одним махом… Поллитровку! Молодец, что еще сказать? Отходняк его скрутил такой жестокий, что я думала: не сдюжит. Он катался по земле и орал, что все мы суки, особенно рыжий зомбо-кот! Ну потом ему конечно полегчало. И вставило так, что только в путь. Он выпил сока, покурил и сказал, что у нас какое-то неправильное бухло… Открыл Америку! Потом его бац… И отпустило! Он стал трезвый как спортсмен-разрядник перед стартом и сказал, что это вообще звездос, а не бухло… И попросил еще.

Я вспомнила, что скоро Млечный Путь взорвется! И рассказала друзьям… Они конечно офигели… Стали кричать, что этого не может быть! А дядя Саня выпил, покряхтел, затянулся сигареткой и выдал:

– Не знаю, как насчет гамма-бомбы… Но был у нас один паренек, который мне просто мозг оттрахал… Было это год назад. Мы тогда стояли караулом в обсерватории под Петергофом. Там, где генератор анти-дельта-поля пашет. И был у нас один чудила… Все время нес какой-то бред насчет того, что люди – это вирус. Жуткая смертельная болезнь. Которую нельзя лечить. А можно только ампутировать хирургическим путем… Он сошел с ума и застрелился. Но перед этим сказал, что скоро всей бледно-розовой рассе конец. Потом приставил плазмомет к виску и нажал на спуск. Не помню, как его звали…

Грустные дела, подруга. В том, что Земле кранты – сомнений нет! Мы посовещались и решили валить из этого мира. Забрать с собой всех зомбо-кошек, всех «Ванильных сучек»… И сделать ноги! Дядя Саня сказал, что предупредит своих и тоже улетит с какой-нибудь богатой муниципальной шишкой. Мы пожелали ему удачи… Завтра мы все улетаем с Земли! Так что будь готова, Смерть. Люблю… Целую каждый пальчик… Твоя Тень.»

Вот такое сообщение нашла я утром в бетакоме. Значит решено… Прощай, гниющий мир БОГов… Здравствуй, Неизвестно Что. А правда… Куда нам лететь? На Зуриане мы вне закона… Монахи будут ловить Где-то Там по всей Вселенной. А значит и нас… И кореша дяди Сани не упустят удобного случая отсосать нам мозг. Такова наша женская доля… Популярность и фатальный целлюлит! За десятки тысяч лет ничего не изменилось.

Внезапно послышались дикие крики! Похожие на стоны Пороха. И виноватые повизгивания Патрика… Я ломанулась на крышу спасать пацанов… Ворвалась в прохладное питерское утро… И не увидела наш звездолет! «Осколка Неба» и след простыл. Я сначала грешным делом подумала на дядю Саню. Типа он вернулся под шумок и спер наш звездный крейсер. Чтобы прилететь к своим, геройски спрыгнуть на землю с трапа и рассказать душераздирающую байку: «Они меня пытали… Но я им ничего не сказал!» Но вряд ли это имело место быть. Не думаю, что обычный питерский легавый смог бы украсть гиперкрейсер последней модели. И дело тут не в моральных устоях. А в том, что управление такой штуковиной – это полный заворот мозгов! Доступный только мне… Тени… И Пороху… И может, Кукле Банш после литра виски. Когда уже косая в уматень, и на все плевать.

Реальность оказалась гораздо более тупой. Порох с Патриком допились до чертей и решили испытать новейший модуль-автопилот. Сконструированный Порохом в перерывах между глюками обратного спирта… Мастерство безумного гения оказалось как всегда на высоте. «Осколок Неба» на всех парах умчался в сверкающую даль. Но по какой-то необъяснимой прихоти судьбы Порох с Патриком оказались не внутри корабля… А снаружи! На крыше Казанского собора. Куда они по-быстрому смотались в гипершлюпке за счастливой лучевой отверткой. И за блоком «Честерфилда»… Это же святое! «Осколок Неба» не стал их ждать. Автопилот отдал команду: «Старт!» И звездный крейсер умотал Неизвестно Куда… Долбаные торчки! Я их чуть не убила. Вот почему я не люблю этих сраных хиппарей. У них же мозги как решето! Они живут по законам филинга. И срать хотели на все и на всех.

Вопрос: «И куда же он-мать-перемать-улетел?» остался без ответа. Они и сами не знали! Потому что навигационный модуль так и не починили. Порох сказал, что настоящий гений не может творить на заказ… А только по филингу!… Что означает: как попрет! Жаль, что обратные очки не пашут в нашем мире… Я вернулась бы в прошлое на тридцать тысяч лет назад и убила нахрен этого Кортасара. И забила бы ему в глотку вонючую теорию филинга! Обмоталась гранатами и пошла на Вудсток… И взорвала бы к чертям всю эту пьяную шарагу неформалов. И тогда бы Патрик сейчас как нормальный зомби ел людей. А Порох бы вообще не родился на свет! Потому что предки не зачали бы его в пьяном угаре под песню «Лед Зеппелин» – «Лестница в небо». Потому что не было бы этой песни! Да и группы тоже. И мой любимый «Осколок Неба» никуда бы не улетел.

Часть из нас ночевала в храме, часть на крыше. Но скоро все уже стояли в общей куче и костерили незадачливых исследователей почем зря… Больше всех, как обычно, надрывалась Кукла Банш:

– Суки конченые! Алкашня тупая… Какого хрена вы вообще полезли на корабль ужратые в говно?

– Ну прости, конфетка! Так получилось.

– Я тебе осиновый кол в башку воткну! Долбаные хиппи, как же я вас всех ненавижу.

– Кукла, ты же сама хипповала.

– Да я такой дурой не была никогда! Это ж надо, блин, додуматься… Врубить автопилот и свалить за куревом.

– И за лучевой отверткой! Она была нужна для дела.

– Для какого дела?… В жопе ковыряться по утрам?… Сука, дайте мне бластер, я этих уродов прямо здесь закопаю-нахрен-вашу-мать.

Кукла бушевала так шикарно, что я заслушалась. И даже записала парочку ее искрометных телег в бетаком. Чтобы прокручивать долгими зимними вечерами… И думать о том, что не все так ужасно в жизни… Бывает гораздо хуже! Под конец мужская солидарность взяла верх, и за горе-бухарей вступился Тупак. Он сказал, что если один корабль хаотично умчался в космос, то другой корабль может хаотично улететь за ним, и есть неплохие шансы, что их маршруты когда-нибудь пересекутся! Кукла сказала, чтобы все они катились к хаотическим чертям, а она сейчас пойдет бухать. И обдумывать грядущий апокалипсис Земли. Обстановка разрядилась… Порох и Патрик залезли в Тупака, набрали с собой бухла и сигарет и полетели догонять «Осколок Неба». А мы пошли успокаивать Куклу Банш.

30

«Здравствуй, моя любимая женщина! С загадочным именем… Тень… Ты наверное очень удивилась, проснувшись утром в Ленинградской области. А не за миллион парсеков от Земли… Спасибо нашим пацанам! Пороху и рыжему красавцу Пату. Они провели испытания нового автопилота. И «Осколок Неба» улетел Неизвестно Куда.

Я все думала над словами дяди Сани. Помнишь… Про того парня. Который поджарил себе мозги. Меня что-то торкнуло… И я залезла в бетаком. В базу данных нашей Звездной Разведки, которую скачала у директора на Зуриане. Я набрала в поиске: «Земля, генератор анти-дельта-поля». Он выдал много чего… И несколько имен. Группа агентов под прикрытием, целью которых было уничтожение земного генератора анти-поля. Они успели поставить на прибор поисковый маячок… И на этом все кончилось. Охрана генератора изрубила их лазерными лучами в куски. Но там висел еще один файл. Засекреченый на сто рядов. Который я смогла взломать. Это было досье на последнего участника группы… Василий Иванович Горн… В разведке думали, что он погиб вместе со всеми. Но вдруг он вышел на связь. И сказал, что заминировал генератор гамма-бомбой. Мощности которой хватит, чтобы сжечь галактику дотла.

Гамма-заряд нельзя было ставить где попало. Для реакции распада необходима энергия излучателя-кристалла. А для работы излучателя – огромная лаборатория с персоналом в двести тел. Поэтому гамма-оружие не было слишком распространено. Портативные полевые кристаллы появились незадолго до взрыва сверхновой. Их было два… Один у бледно-розовых, другой у нас… Они стали частью генераторов анти-дельта-поля. Земляне держали свой генератор в обсерватории под Петергофом. Горну удалось внедриться в охрану. Дождавшись момента, он встроил гамма-бомбу в рабочий блок генератора, замаскировав ее под модуль-индикатор. Обратный отсчет включался на табло за пять минут до взрыва… За Горном следили, он был на нервах… И по ошибке установил таймер детонатора на один год. Потом его спугнули, и пришлось уйти. Это сообщение получили около года назад. То есть бомба должна рвануть в ближайшие дни.

Я рассказала обо всем друзьям. Кукла Банш, Костыль и Паштет сказали, что в их мире тоже был мистер Горн. Он хотел спалить галактику гамма-бомбой. Заключенной в теле их приятеля. Которого звали Дмитрий Вечер. Так же, как бога бледно-розовых. Звездец… У них там целая война была, они встревали не по-детски, бомбу обезвредили… И вдруг у нас всплывает этот Вася Горн… Агент небесно-голубой разведки! С гамма-бомбой в рукаве. Большая куча мерзких совпадений. «Осколок Неба» пропал… Патрик, Порох и Тупак полетели его искать и тоже сгинули… Инфрасвязь прервалась через два часа. Где-то Там сказала, что может вырубить любую бомбу. Ей только нужно войти в «нирвану» рядом с детонатором. Она изменит электрические свойства вещества. Все проводники станут изоляторами. Все контакты разомкнутся… И никто не умрет… Шизовая девчонка! Тебе, наверное, такое и не снилось, Тень? Хотя конечно снилось… Двадцать первый дан кун-шу и все такое… Море водки каждый день. Чтобы забыть… Вот оно счастье.

Мы посовещались и решили послать делегацию к легавым. Рассказать, что вот мол, такая странная херня… Пустите нас в Петергоф, и мы спасем ваши бледно-розовые жопы… Эту миссию взяли на себя Где-то Там и я. Мы пошли к Мариинскому дворцу и сдались муниципалам. Они обрадовались, просто жуть! Сказали, что у них уже все готово. Аппарат для отсоса мозга подключен. Они откачают мозги у нас обоих… Чисто по приколу! Ведь не каждый день выпадает возможность поиметь сразу двух таких сладких сучек. Бледно-розовую и небесно-голубую. Полицейский босс даже не пустил нас на прием! Передал, чтоб начинали без него. А то он сильно занят. У него сеанс приобщения к искусству. Просмотр единственной антикварной копии «Русского Института» с Лаурой Лион в финальной сцене… Вот кобель. Это была последняя капля. Где-то Там вошла в «нирвану» и сказала: «Освободите нас, ублюдки, а потом идите и трахните вашего босса раскаленной кочергой!» Полицейские развязали нас и ушли. Не знаю, удалось ли им осуществить вторую часть великого плана? Ведь кочергу еще надо найти! И раскалить.

Муниципалы не оценили благородного порыва наших душ. А может, он был не таким уж благородным?… Может, мы просто хотели спасти свои шкуры?… «Осколок Неба» бороздил просторы Вселенной. Где угодно… Только не там, где мы. Даже четырехместный Тупак, и тот улетел. Да и кого бы он взял на борт?… Меня, Куклу Банш и Костыля с Паштетом? А остальные пусть поджариваются вместе с галактикой?… Да ну, как-то стремно! Если уж дохнуть, то всей толпой. Ничего не оставалось, как спасать эту поганую планету… И мерзкую галактику. Ломиться к черту на рога в Петергоф. Сквозь враждебные кордоны полицейских. Туда, где в полумраке обсерватории неумолимо тикал таймер гамма-бомбы. Романтика… Звездец… Мы сразу вспомнили про Бюргера. Про его магазинчик подержанных гиперлетов. Может, его еще не растащили кибер-панки? И мы найдем там пару-тройку исправных летающих машин… На том и порешили! Добираемся до Васьки. Угоняем у старины Бюргера гиперлеты… Упокой господь его душу! На них улетаем в Петергоф. Находим обсерваторию с гамма-бомбой, Где-то Там отключает детонатор, и все остаются жить. Простой и гениальный план.

До Васильевского острова мы добрались без проблем. Магазинчик Бюргера был разграблен под чистую. Но в секретном ангаре сохранились гиперлеты из его личной коллекции. Чего греха таить, я надеялась, что Бюргер вырвался живым из той заварушки с легавыми год назад. Мы приходим, а он сидит такой меланхоличный с ящиком пива! И слушает свой любимый смерть-метал. Но чуда не произошло… И магазинчик встретил нас унылой пустотой. В секретном ангаре мы нашли тайник, набитый патронами, гранатами, армейскими плазмометами и ракетными установками последней модели… Старина Бюргер любил повторять: «Хорошего терминатора должно быть много!» Пускай земля будет пухом брутальному питерскому челу.

Зомбо-кошкам было не очень клево тусоваться днем. Они любили ночь и сумерки. Поэтому Катя сказала, что они зависнут где-нибудь в подвале, а потом нас догонят. На крайняк, встречаемся в Петергофе у Большого Дворца. Домашней резиденции Где-то Там. Хорошо устроились… Простые питерские БОГи… У одной хоромы в Петергофе. С фантастическим парком фонтанов. У другого особняк на Дворцовой площади… Был. Только мы с тобой сиротки, Тень… Нет у нас ни дома, ни родины. Осталось лишь лететь навстречу судьбе. И спасать бледно-розовый мир… Назло зурианским сукам! Тень и Смерть – предатели родины! Продались БОГам… И выдали им все наши секреты… Е-мое… Да что тут выдавать? Две планеты дибилоидов осталось. На предпоследнем вздохе. И все никак не успокоятся. Что те, что эти… Мы полетим на Зуриан, наловим небесно-голубых и нафигачим вакцины! А мы взорвем ваш генератор анти-поля вместе с галактикой! Мы круче.

Кошки удалились спать в свои любимые подвалы, и без них стало как-то тревожно на душе. Словно мы были маленькие дети. Которые сбежали от родителей, купили сигарет и готовились вдохнуть суровый запах взрослой жизни. Как говаривал дедушка Гэндальф: «Шизовое это дело, пацаны… Делать шаг за порог!» Больше всего подфартило тем, кто вообще не родился на свет. Бутерброд все падал маслом вниз. И по законам вселенской энтропии масла на нем становилось все меньше… И меньше.

Гиперлеты Бюргера за год порядком заржавели. Пришлось перебирать движки. Чем сейчас и занимается наша банда. А я сижу в холодке и наговариваю в бетаком письмо для тебя, моя сладкая Тень. Ну вот и все… Пойду, заверчу пару гаек… И заправлю гиперлеты галактическим бензином. Помогу пацанам… До встречи, Тень! Завтра выдвигаемся в Петергоф. Готовься к приключениям. Целую тебя… В бесстыжие губки… Твоя Смерть.»

Я прослушала письмо от любимой Смерти и вздохнула. Видно не судьба нам тихо-мирно улететь с Земли. Придется перед этим расколоть пару-тройку бледно-розовых черепов… И спасти галактику! Поиски пропавшего «Осколка Неба» временно заглохли. Патрик, Тупак и Порох не выходили на связь. Зомбо-кошки тоже куда-то делись. Мы стояли во дворе и курили. Вдруг пролетела какая-то хрень… И упала под ноги… Мы наклонились посмотреть как последние придурки. Прямо как в песне про придурков… Это была нестабильная груша с дерева Кан. Она взорвалась как световая бомба и ослепила всех… И тут началось! Раздался шорох множества шагов. Какие-то гады подкрадывались к нам, чтобы зарезать как слепых котят. А мы стояли и не знали, куда бежать. И кому рассказать про собственный идиотизм. Кукла вдруг заорала: «Сучки, вперед!» «Ванильные сучки» сидели в ангаре и точили мечи. Они не ослепли… И выскочили во двор, услышав зов. Катаны засвистели с приятным ласкающим слух и режущим воздух звуком. План замочить нас по-тихому провалился. Загрохотали выстрелы… Я поняла, что дело дрянь и крикнула: «Кто ослеп – на землю!» Рядом со мной упали Кукла Банш, Костыль, Паштет и Эрм. Раздались яростные вопли по громкой связи: «Сдохните, уроды!» «Твари слепошарые!» «Сдохните, суки!» В общем хоре я различила голос Марты… Это были монахи с Бетельгейзе! Ну что ж, так странно нас еще никто не убивал… Я крутанулась волчком и стала безглазой мухой. Слепая Где-то Там жужжала за моей спиной. Перед нами сиял только белый свет… Мы словно хлестались с богом! Разряды плазмы рассекали воздух, лазерные лучи пытались нас достать. Но они были слишком тормозные, а мы ловили колебания пространства, перепад температур и ускользали из-под огня… По каким-то движениям воздуха, по звукам стрельбы и голосам мы находили своих врагов. И пальцы врубались в мягкую податливую плоть… Ломая ребра… Разрывая в клочья легкие… Вырывая сердца… Разбивая на кровавые осколки черепа. И отправляя монахов в Край Лесов Богатых Дичью и Озер Полных Рыбы… Навсегда.

31

Вспышка нестабильной груши ослепила. Перед глазами не осталось ничего. А только белый свет. Как будто мы попали в рай. И нас убивали ангелы. Послышался шорох шагов со всех сторон. Раздался вопль Куклы: «Сучки, вперед!» Свист катан и боевые крики девчонок-ниндзя разорвали тишину. Огонь из плазмометов наполнил воздух раскаленной смертью. Тень закричала: «Кто ослеп – на землю!» Я упал и прижался к земле. Плечом я почувствовал мягкую шкуру Борма. Он скользнул мимо и бросился в бой. Кошке не нужно смотреть. Были бы клыки… И когти… В лицо пахнуло жаром. Борм, объятый пламенем, сжигал и разрывал на части врагов. Кругом был ад. Стоны боли сплетались с отблесками призрачной надежды на то, что мы не умрем… И замочим всех. Безумный танец на раскаленной докрасна сковороде… Без масла… Или с маслом? Хрен поймешь. Это были монахи с Бетельгейзе. Где-то Там уже истратила свой транс. Ультразвуковые генераторы на кораблях разрядились. Она вошла в «нирвану», чтобы их зарядить. А потом пришли монахи… И белый свет сожрал этот мир.

Где-то Там и Тень как две тигрицы дрались в толпе. Их сексуальные вскрики наполняли радиоэфир при каждом ударе, увлекая мою душу в сладкую заманчивую даль. Девчонкам не нужны были глаза. Они носили их для красоты. Чтобы сжигать наивные сердца парней, обещая сокровища ада и рая… «Не мы такие, жизнь такая!» А убивать они могли и в полной темноте. И в полном белом свете… Кукла Банш, Костыль, Паштет и я были простые бледно-розовые БОГи. Не обремененные тайнами кун-шу. И ослепшие от нестабильной груши Кан… Не помню, сколько действует эта дрянь?… Мы были злые как сто чертей, лежали на земле и ничем не могли помочь друзьям. Внезапно белый свет потемнел… И перед глазами развернулась картина боя. Космические пираты радостно завопили и схватились за стволы. Они прозрели, так же как и я. Мы вместе открыли огонь… Монахи лезли со всех сторон! «Ванильные сучки» скакали среди них. Смертоносные катаны крошили врагов… Три молнии мелькали в толпе. Это были Тень, Где-то Там и Марта. Борм гонялся за ней, извергая пламя, но конечно не мог догнать. Ловить мастера во время боя – все равно, что ловить дыхание мотылька. Девчонки наседали, Марта отбивалась. Вдруг раздался голос Куклы:

– Сдохните, суки!

И все монахи сдохли… Нихрена себе! Даже Марта умерла… Она лежала на земле, такая одинокая. Печальная мулатка в теле мужика… Мы посмотрели на Куклу Банш. Она стояла с видом отличницы. Очнувшейся в мужском туалете. С косяком в руке, с бюстгалтером в другой, и стертой памятью.

– Не виноватая я! Оно само…

Мы решили, что это побочный эффект от груши Кан. Но не все было так просто. Мы ведь тоже были под грушей. Но сколько не пытались поджарить даже обычное яблоко, ничего не вышло. Кукла воскликнула:

– Яблоко, сдохни!

И спелый сочный фрукт превратился в пепел. Кукла спалила еще три яблока и один печальный сэндвич на столе… И вдруг ее сила исчезла.

– Вот черт… Это не честно! Как же я буду без суперсилы?

Да так же, как и всегда! У нас уже мозги дымились от напряга. Так хотелось понять, что это был за полтергейст? Кукла сказала, что утром принимала мыслекапсулы. Может, в них все дело? Другого объяснения мы так и не нашли. Побочные эффекты мыслекапсул малоизучены. Может, в сочетании с грушей Кан, они превратились в термоядерную смесь? Кукла Банш закинулась ими с утра. И представила себя на «Черной Жемчужине»… В капитанской каюте… В постели с Джонни Деппом! После этого она словила вспышку груши Кан. И превратилась в архангела мести. Она целовала своего кумира и стреляла из бластера по врагам. На вершине экстаза она воскликнула: «Сдохните, суки!» И все подохли… Потом колеса отпустили, и Кукла снова стала Куклой. Больше мыслекапсул не осталось… Жаль.

Проблема с монахами была решена. Теперь никто не потревожит Где-то Там… И это было очень странно. И непривычно… Как теперь жить без Марты? Без ее назойливых визитов. И попыток нас всех замочить… Пускай земля ей будет пухом! Ну что ж… Пора спасать галактику. Мы погрузились в гиперлеты, взлетели в сумерках и взяли курс на Петергоф.

Была уже глубокая ночь, когда мы добрались до архитектурной жемчужины России под названием Петергофский Большой дворец. Какие-то уроды разворотили половину парка и разрушили почти все фонтаны! Даже уютный эрмитажик для гостей превратился в груду закопченых камней. Сам дворец не пострадал. Если не считать пролома в стене Танцевального зала. Он остался еще с той самой первой битвы Где-то Там с монахами. Когда богиня кун-шу дралась на потолке с Мартой и еще одним парнишкой с Бетельгейзе… Эх, ностальгия! Мы приземлились на площадку перед главным фонтаном. Он совсем не пострадал от наглых мародеров. Как и центральный каскад с каналом. Где-то Там щелкнула пальцами, и дворец озарился россыпью огней. Включились уцелевшие фонтаны… И струи хрустальной влаги заиграли в лучах разноцветных фонарей. Самсон все так же стоял на пьедестале и разрывал руками пасть золотого льва… Они оба словно очнулись после долгой разлуки с любимой хозяйкой. Где-то Там сняла гермошлем отбросила челку со лба и пропела: «Ну вот я и дома!» Большой дворец приветствовал свою непутевую королеву вырванных сердец.

Никому не хотелось спать. И мы решили устроить ночной пикник на верхней площадке перед Большим дворцом. Оттуда открывался отличный вид на парк разрушенных фонтанов, на центральный канал и на бронзового парня, раздирающего пасть могучего льва. Хищник понимал, что это всего лишь работа, ничего личного. И покорно сносил издевательскую ухмылку героя, выпуская в небо высоченную струю воды. Конечно, это был не совсем пикник. Скорее суровая пьянка в скафандрах. Но даже просто пить в таком шикарном месте было клево. Фонтаны… Большой дворец… И небо.

Перед трапезой мы отправились в царский душ. Во дворце было несколько герметичных купален. Поэтому хватило всем. Без ущерба для иммунитета. Я сбросил скафандр, ставший уже почти второй кожей. И шагнул под струи воды. Хрустальные потоки падали сверху на плечи, на руки, на голову, путались в волосах, окутывая прозрачной пленкой каждый сантиметр усталого тела… Вот бы стоять так вечно! И не думать ни о чем. Обнимать руками верную подругу. Тень или Смерть… Или Где-то Там… Идиллия! Но вдруг все кончилось. В голове взорвался зеленый свет. Засверкали радужные кольца. Пустота затопила мир. Дмитрий Вечер вновь забрал меня к себе.

Мы снова на краю манящей звездной бездны. Я… И Вечер. Он раскуривает черную трубку. Вдыхает ласковый волшебный дым и передает ее мне. Я затягиваюсь… Глубокая сладкая истома разливается по телу. Хорошо…

– Ты знаешь, что такое блюз?

– Это когда черного парня бросает сучка, кидают друзья и подставляют копы. Он решает их всех убить, ищет свою огромную пушку и вдруг понимает, что пушки нет… И никогда не было… А есть лишь черная гитара на стене. Он берет ее и сочиняет бессмертный блюз о том, что все дерьмо.

– Мне было девятнадцать лет, я жил в Красноярске и нарезал хардкор в группе под странным названием «Jack Daniels». Я был гитаристом. Мой друг Волосатый играл на басу в группе, с которой мы делили один реп-подвал. Однажды мы с Волосатым посмотрели фильм «Перекресток». Про то, как два блюзмена, старый и малый, пытались отмазать старого от договора с дьяволом. Старик-блюзмен, когда еще был молодым, пришел в полнолуние на перекресток двух дорог и настроил гитару. Откуда ни возьмись выскочил дьявол и предложил контракт: он делает негра крутым музыкантом, а тот в конце жизни отдает сатане свою душу. Парень согласился… После этого он всю жизнь встревал как настоящий блюзмен, окончил свои дни в доме престарелых, денег не заработал, но зато его песни стали известны по всей Америке. Ну там еще много чего было в фильме… Например Стив Вай в роли супергитариста пытался отстоять честь дьявольской короны в поединке с пацаном – маленьким гением большого телекастера. Который безбожно переврал один из каприсов Паганини. Да так, что даже Стив Вай пришел в тихий ужас, бросил гитару и позорно бежал с поля боя. Негра отмазали от адских мук и в конце все вместе исполнили веселую песню… Такой достаточно убогий фильм с традиционным голливудским хеппиэндом. Не лишенный впрочем блюзового шарма. Но в то время он нас с Волосатым сильно вставил. Особенно эта тема, насчет настройки гитары в полнолуние на перекрестке двух дорог… А у Волосатого как раз тогда настала в жизни черная полоса. Старые друзья-гопники подписали его по беспределу под серьезное бабло. Менты искали его, чтобы загрести в армейку. Девушка, которую он безумно любил, бросила его и переметнулась к белокурому красавчику-гитаристу.

И вот сидели мы как-то зимой в нашем реп-подвале и бухали местную забористую настойку «Зверобой». Сорок градусов алкоголя, плюс абсолютно дичайший букет каких-то трав, от которого вся наша суровая пацанская жизнь колом застревала где-то глубоко на самом дне души… Волосатый грустил и думал о том, отчего все дела земные идут прахом от поступи судьбы? И никак не мог найти ответ на свой вопрос… Вдруг безумная мысль озарила его честное ангельское лицо! Он посмотрел на часы… И резко подорвался! Хлопнул одним махом полную стаканюгу пойла, вылез из-за стола, схватил футляр с бас-гитарой и выдал тему: «Пацаны, не обижайтесь… Но я ухожу! Я продам свою душу дьяволу. Здесь недалеко на Нефтебазе есть перекресток. Там и трамвайные пути, и железнодорожные, и обычные дороги… Все по уму… Я думаю, что если настрою там свою басуху в полночь – дьявол обязательно придет! Я продам ему душу… И все у меня в жизни будет зашибись! А если и это не сработает… Тогда уже только башкой об стену!» «Да ты что, Волосатый, обалдел?! На улице тридцатник мороза! Ты замерзнешь в сугробе, а нам отвечать.» «Тогда идите со мной!»… Ну что ты будешь делать?… Допили бухло, поднялись всей толпой и пошли.

Было нас человек пять. Вылезли на улицу… А там метель бушует, дубак такой, что вообще копец! Хорошо еще, что мы были прозверобоенные все. И безумный внутренний алкогольный жар не давал нам окочуриться совсем. Добрались мы до перекрестка, время уже почти полночь… Смотрим – все шлагбаумы позакрывали, и вдали сверкает огонек приближающегося локомотива. И конечно, рядом стояла такая будочка, на пороге которой тусовалась толстая тетка в оранжевой телогрейке с фонарем, чтобы просемафорить машинистам, что все окей, и можно без проблем ехать мимо. И вот представь, как обалдела эта женщина, увидев странную картину: пять тел с развевающимися на ветру хайрами, шатаясь, бредут сквозь ночную метель? Вся эта банда подходит к перекрестку, один из парней достает из футляра большую гитару, падает задницей прямо в сугроб, смотрит на часы и начинает вертеть колки. А остальные обступают его со всех сторон, закуривают и с серьезными лицами наблюдают все это действо! Тетка напрочь забыла о поезде и все смотрела на нас… А ее нижняя челюсть медленно сползала к земле. Все ниже… И ниже… До упора… А басуху Волосатый все-таки настроил! По вибрации. Я потом с утра проверил. И после этого все у него в жизни пошло зашибись! От гопников его отмазал друг-боксер. Да так мощно, что вся эта банда беспредельщиков потом еще не раз его поила на халяву. Девушка, которая его бросила, облажалась. Белокурый гитарист застал ее с другим парнем и выгнал из подвала… И из своего сердца… После этого ему вообще перестало везти с женщинами. А вокруг Волосатого расцвел сверкающий гарем неформальных герлушек и боевых подруг! И в армейку его так и не забрали.